Текст книги "Айлин – дочь адмирала (СИ)"

Автор книги: В. Батищева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Той протянул Айре синий жетон-разрешение. Айра резко рванула его из рук бывшего возлюбленного и вышла из его кабинета, громко хлопнув дверью."

Тогун не видел лица Тоя, но был уверен, – он в ярости!

– Ну и раз невиновность моей дочери доказана, я требую морального удовлетворения: с данной минуты Айлин Тогун Бикар без экзаменов зачисляется на новый межзвёздник вторым пилотом и с этой же минуты приступает к выполнению своих обязанностей.

Сердце Айлин сжималось – она боялась за отца, боялась, что Той Кринс убьёт его прямо здесь и сейчас. Отец задвинул её себе за спину.

– Невиновность. Вашей. Дочери. Не. Доказана. Адмирал, – по словам выплюнул глава альянса, подходя к Тогуну почти вплотную.

– Ты действительно хочешь, чтобы я обнародовал ещё одну запись, где один высокопоставленный чиновник прощупав у парня пульс, хватает его сестру за руку и тащит за собой к выходу, где рядом с военными уже находится брат его бывшей возлюбленной? Как этот чиновник отдаёт приказ ждать выхода "убийцы"? – адмирал говорил Тою Кринсу практически в лицо, – Это будет конец твоего правления, Той. Отпусти нас. Мы не принадлежим вам. Я выполню своё обещание, межзвёздник готов искать для вас новый дом. Траектория полета рассчитана, я загружу данные. По-хорошему отпусти, Той, пока это – только просьба.

Той скривил лицо, но ответить не успел: взвыли сирены. Очередное нападение Сониума.

– Как вовремя, – усмехнулся адмирал, – решай Той. Или я с места не двинусь защищать тех, кто желает смерти мне и моей дочери.

Сирены выли, совет поспешил покинуть зал заседаний и занять свои посты, а эти двое стояли друг напротив друга, пока Той не ответил:

– Бионы поднимут штурмовики и без тебя. Твой показной героизм был просто смешон.

– Ты уверен в этом? – на лице адмирала проскользнула улыбка.

Раздались глухие удары – штурмовики Сониума добрались до Чионуса. Наружный купол выдержит град ударов штурмовиков, но если по куполу начнут палить из лазерных пушек крейсера, вряд ли город выстоит.

– Убирайтесь! – зарычал Той. – Я разберусь с тобой позже, а сейчас выполняй свою работу, адмирал, – защищай мой народ!

Тогун схватил дочь за руку и, уже не смотря в кислотного цвета глаза главы альянса, вскочив вместе с ней на аэроплатформу, вылетел из башни альянса в сторону верфи. Он понимал, что это – пока не победа, всего лишь отсрочка войны с Тоем. И поэтому нужно использовать её в своих целях.

Глава седьмая

– Бион, штурмовики! – отдал приказ адмирал, ещё только подлетая к верфи. Он знал, что его бион слышит его и тут же получил от него отклик в виде пронёсшегося мимо штурмовика, что стоял на верфи на ремонте, – при последнем штурме у него обгорела обшивка.

– Айлин, сядь и пристегнись. Мне сейчас не до тебя, детка, – адмирал напутствовал дочь, забираясь следом за ней в челнок. – Сейчас мы им покажем Кузькину мать! Бион, старт!

Айлин наблюдала как бы со стороны – обычный день из череды одинаковых за последнее время дней выдал ей столько неожиданных сюрпризов: суд, обвинение, папина защита и вот – она в бою вместе с ним! Сердце гулко стучало в груди, Айлин следила за каждым движением отца у приборной панели перед ставшим прозрачным носом челнока. Девушка не могла поверить, что это не голограмма, а настоящий мир вне купола.

Штурмовики Теонуриана уже разогнали штурмовиков Сониума от города и продолжали их преследование, уносясь на орбиту. Челнок адмирала не старался их догнать, лишь находился на расстоянии, чтобы земной бион мог управлять бионами в штурмовиках, это придавало ему импульс, как разряд дефибриллятора для остановившегося сердца человека, помогая на время нарастить несколько клеток. Но альянсу незачем это знать, – пусть Той и дальше думает, что это – "показной героизм". Пока земной бион управлял бионами в штурмовиках, сам же Тогун обычно изображал бурную деятельность, отдавая приказы, переключая кнопки – всё для того, чтобы следилки, коих на челноке было всегда не менее десятка, передавали альянсу то, что хотел до них донести Тогун – это он управляет флотом.

Айлин следила за точками на экране, и за чёрной бездной космоса за приборной панелью и поняла: да! Это именно то, чего она хочет, – вести послушный её руке корабль, направляя его к далёким звёздам!

– Отбой тревоги, – раздался голос отца. – Глушилки, би.

– Глушилки включены, – раздался синтетический голос биона.

Айлин подпрыгнула в кресле:

– Пап, у тебя что, – бион? – она уставилась удивлённо на отца.

– Мне много нужно рассказать тебе, родная. А времени мало. Ты помнишь наш с тобой тайный язык?

– Земной? Конечно помню, пап, – удивилась Айлин.

– Так вот, дочь, это – не придуманный язык, это – наш родной язык. Мы с тобой не теонурианцы, мы прилетели с планеты Земля, мы – земляне.

Айлин смотрела на отца расширенными глазами. А он продолжил говорить уже на их родном языке:

– Ты сама видишь свои отличия от местных – цвет глаз и ещё: у тебя одно сердце, не два, как у них. Той подставил тебя, чтобы связать мне руки. Он боится, что я удеру на новом звездолёте обратно на Землю и он – прав! Мы всегда будем для них чужаками! Я должен много тебе рассказать, но сейчас нет времени, – нужно убрать глушилки, чтобы следилки альянса вели трансляцию с челнока, не нужно вызывать лишние подозрения. У меня есть пара минут до входа в атмосферу, слушай: ты будешь вторым пилотом в этом "круизе", твои друзья будут с тобой, бион межзвёздника настроен на тебя, он знает наш язык.

– Пап, а ты? – Айлин с ужасом поняла, что отец не полетит с ней.

– Я помогу тебе на старте. Но у меня есть тут неоконченное дело. И я дал обещание.

– Папочка, плюнь на всё! Летим со мной домой! – слезы появились на голубых глазах Айлин и тяжёлый ком заворочался в груди.

Раздался голос биона:

– До включения следилок три, два, один..

– Я тоже соскучился, – обнял дочь Тогун, дав ей время успокоить эмоции, – сейчас мы с тобой поужинаем и ты пока поживёшь у меня, до старта.

Айлин кивнула у отца на груди, вытирая слёзы.

– Спасибо, папа, спасибо за всё…

Челнок пронёсся по длинному коридору вслед за штурмовиками, влетая под купол, а оттуда вернулся на свой причал на верфи. Как ни странно, там их никто не ждал. Неужели Той дал им передышку? – от этой мысли адмирал криво улыбнулся и, подхватив дочь под локоток, лифтом поднялся в свой блок.

***

Той в бешенстве стучал обеими руками по столу:

– Да чтоб тебя…! Ааа!!! – Откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, выравнивая дыхание.

– Я тебе говорил: отдай ему девчонку, – флегматично заметил на это Динс, глава города, устроившись на мягком диванчике в кабинете главы альянса.

– Да тут не только эта девчонка, тут, похоже, старик никак не может угомониться – без его помощи землянин вряд ли бы смог всё это провернуть, – Той сделал круговой жест рукой.

Динс проследил взглядом за этим жестом:

– Зачем ему это надо?

– До сих пор чувствует свою вину, что скрыл правду о его жене.

– Она жива? – брови Динса взлетели вверх.

– В криосне. И старик забрал её у меня в обмен на сокрытие тех контейнеров с туилизием, а то вдруг общество заинтересуется и решит, что я зря занимаю свой пост. И ты, кстати, тоже.

– Зачем она ему?

Той пожал плечами.

– Даже если он отдаст ее Тогуну, она может проснуться идиоткой, там были проблемы с кислородом. У меня нет ничего, что бы держало его на нашей планете, – Той не мог усидеть на месте и начал расхаживать по кабинету. – Он прогнал Айру, забрал дочь и если старик отдаст ему его жену…

– Может ну его? Пусть убирается. Пусть ведёт межзвёздник к своей родной планете, там наверняка есть жизнь, условия, наши расы похожи.

– А если он отключит все криокапсулы? Выкинет их в космос? И твои племянники и соседи будут болтаться в нём до конца вселенной? – Той наклонился к Динсу, глядя ему прямо в глаза.

– При всех недостатках, адмирал – человек чести. Он всегда держит своё слово. А вот старик ведёт какую-то игру. Хочешь, устроим ему проверку?

Той прошёл до своего места, сел обратно в кресло и открыл окно вызова отца.

– Сын?

– Отец.

– Что-то случилось, Той?

– Я сейчас разговариваю с тобой как глава альянса. Просто по-родственному хочу предупредить тебя о проверке. Я выберу день и комиссия спустится в твои владения.

– О, не трудись, сын, я поднимусь сам и доставлю все отчёты, с радостью взгляну на небо под куполом, а то потолок давит, понимаешь ли.

Той хмыкнул и отключил связь.

– Что же ты скрываешь, любимый папочка? – протянул задумчиво он.

– Теперь и мне интересно. Я вроде как глава города, а столько всего вокруг, о чём я не в курсе.

***

– Говорит адмирал Тогун Бикар, – всеобщая видеотрансляция включилась разом в трёх городах на Теонуриане. – Всем, кто подавал заявку и проходил отбор, – кому в течение этого дуна на личный коммуникатор придёт оповещение, – явиться к следующему дуну на корабль для прохождения подготовки к тренировочному полёту. Стажировка будет проводиться на межзвёзднике в течение месяца. Лучшие из лучших отправятся в тренировочный полёт с облётом системы и с отработкой гиперпрыжков для нового биона. Всем удачи!

Трансляция отключилась, в городах зазвучали радостные голоса, обсуждающие предстоящий полёт. Каждый, кто подавал заявку, верил, что именно ему придёт оповещение, – ведь он прошёл все этапы отбора.

– А мы с тобой отправимся на корабль сейчас, – повернулся адмирал к дочери, говоря уже на родном языке. – Ты ведь ещё не видела его изнутри. Там уже все желающие протоптались, пока ты в медблоке прохлаждалась.

Увидев изумление на лице дочери уточнил:

– Я хотел позлить альянс и устроил всем желающим экскурсию.

Айлин представила взбешённое лицо главы альянса и ухмыльнулась:

– Отомстил маленько?

Тогун стал серьёзным:

– Оказалось, что мне есть за что им мстить по-крупному: когда наш, земной межзвёздник, полуслепой и совершенно глухой, появился в этой системе, почти все на этом корабле были мертвы в своих криокапсулах. Теонурианцы разбудили меня спустя почти двести циклов, чтобы я использовал мощности корабля для запугивания Сониума. Во второй криокапсуле была ты. Я надеялся, что бион сможет восстановить повреждённые нейросети, и я улечу обратно на Землю, забрав тебя. Но альянс решил по-другому – им были нужны мои знания, мой бион. Спустя два цикла они разбудили тебя без моего ведома и отдали наш корабль Сониуму, в знак сыновнего долга материнской планете, как подачку. Я стал пленником Теонуриана, – адмирал тяжело вздохнул и притянул дочь к себе, начал гладить её шелковистые волосы. – И я тогда подумал: раз я не могу ничего изменить, зачем я буду терзать тебя своими воспоминаниями? Пусть ты вырастешь как обычный ребенок этой планеты, а мои мечты останутся только моими… Но пока ты была в медблоке, я узнал, что они сделали то, за что я их простить не в силах – они умолчали о том, что твоя мама не погибла.

Айлин вздрогнула в руках отца и взглянула ему в глаза.

– Да, котёнок, её криокапсула была повреждена и они, перед тем, как разбудить меня, спустили её зачем-то на планету, в секретный медблок, где и тебя держали.

– Почему бион отдал её?

– Бион – не человек, – тяжело вздохнул адмирал. В его разуме чётко прописано: всё решают люди, а он – их помощник. Хоть теонурианцы и не люди, и мы не планировали никого встретить в нашем путешествии, – группа учёных всего лишь тестировала новую стадию развития биона в условиях гиперперехода, но при встрече с ними бион принял решение впустить их на корабль, потому что корабль был сильно повреждён, он бы не привёл его в таком состоянии домой. И тут вины биона нет – я сам просчитал множество вариантов, и не было ни одного, в котором мы не получили бы повреждения. Вина есть только моя – я был слишком самонадеян, что взял в полёт свою маленькую дочь, не послушав своей умной жены.

– Как такое возможно, пап?

– У нас изначально всё пошло не по плану – перед самым вхождением в гиперпрыжок маленький метеорит попал в антенну телеметрии, нарушив её работу на миг, в которую бион просчитывал выход. До прыжка он успел всё починить, но было поздно – путь был рассчитан. И мы оказались в совершенно незнакомой нам части вселенной, где не было ни одного знакомого созвездия. Прыжок назад мы не могли совершить сразу. Переход был слишком длительным и произошла потеря мощности на выходе. Да и тот метеорит, что попал в антенну телеметрии вызвал короткое замыкание в процессоре и вводные данные прыжка были стёрты из памяти биона. На тот момент было принято решение всех пассажиров погрузить в криосон, оставив лишь командный состав. Мы совершили ещё один прыжок, потом ещё… При выходе из очередного прыжка бок корабля протаранила комета, испортила нам датчики навигации по всему борту, оторвала солнечные батареи. Бион просил дать ему время составить карту вселенной, но мы торопились, думали, что мы умнее. Поняв тщётность попыток, мы оставили бион просчитывать путь, искать дорогу домой, сами тоже отправились в криокапсулы. Бион нашёл планету, с большой вероятностью на ней жизни, и проложил путь, мы вынырнули возле одной из мелких лун Сониума, протаранив её. Вот и вся история. Дальше ты знаешь.

– Бедный ты мой, сколько тебе пришлось пережить! – Айлин обняла отца.

– Ну всё, хватит нежностей, нам надо заскочить на челнок, кое-что сделать и нас ждёт работа!

***

Аэроплатформа за две минуты доставила их на челнок.

– Доброе утро, адмирал. Я поставил глушилки, – приветствовал их бион.

– Пап, а покажи мне Землю, – попросила Айлин.

– Бион, покажи, – приказал адмирал.

Айлин во все глаза смотрела на приближающийся голубой шар на голографическом экране.

– Галактическая Нить Персея-Пегаса, комплекс сверхскоплений Рыб-Кита, Ланиакея, сверхскопление Девы, Местная группа галактик, галактика Млечный Путь, рукав Ориона, Солнечная система, планета Земля́, – начал свой рассказ бион, – третья по удалённости от Солнца планета Солнечной системы. Самая плотная, пятая по диаметру и массе среди всех планет Солнечной системы и крупнейшая среди планет земной группы, в которую входят также Меркурий, Венера и Марс.

Айлин смотрела на фотографии красивой планеты с её материками и океанами: моря, горы, снег, дождь, смеющиеся люди, у которых глаза голубые, зелёные, карие – ей очень всё нравилось!

– Папа, кто это? – воскликнула она.

– Это – котёнок.

– Ты меня так называешь! Разве я похожа на это?

– Это тоже житель нашей планеты, как и собаки и птицы и другие животные, рыбы и звери. Наша планета прекрасна! А котёнок – он маленький, нежный и игривый, – так часто называют детей и даже возлюбленных у нас.

– И нет купола, можно дышать свободно!

– А когда воздух наполнен запахами трав и полевых цветов – вообще сумасшествие какое-то! Когда ветер приносит тебе брызги волн и звуки музыки, – такое блаженство!

– Музыка?

– Да, музыка! Бион, включи, мы потанцуем!

– Как это – потанцуем, пап?

В кабине раздалась медленная красивая мелодия, адмирал протянул дочери руку и, насколько позволяло пространство, повел её в медленном танце.

– Папка, как здорово! – сказала после танца Айлин с сияющими глазами. – Давай ещё?!

– Я бы с радостью, родная, но нам пора. А перед этим нужно вытащить чип из твоей руки.

– Зачем?

– Он показывает твоё местонахождение. А ещё, я подозреваю, – через него можно послать импульс, и если для теонурианцев с двумя сердцами это будет как предупреждение или лёгкое наказание, для нас с тобой может оказаться смертельно. И в ходе последних событий нужно перестраховаться. Верить нельзя никому – мы для них чужаки.

– А как же мои Питкер с Нэйкой?

– Они хорошие ребята и друзья, но до момента, пока не узнают о тебе правду. Как и все, кто об этом узнаёт, начнут думать, что мы предатели и хотим угнать их межзвёздник на Землю.

– Тот парень, Теол, там, на собрании, так и сказал о тебе. – Айлин тревожно протянула отцу руку, которую тот обезболил, приложив пластырь.

– Не бойся, больно не будет, – адмирал сделал небольшой надрез, через который вытащил пинцетом маленький чип. – Сейчас пластырь и чип рядом под другой пластырь. Готово. Под перчатками и не видно.

– Да, совсем не больно, – Айлин уже натягивала перчатки.

– Что ещё сказал тот парень на собрании? – адмирал наводил порядок на столе.

– Они собирались все к тебе на стажировку, чтобы саботировать твоё капитанство.

Адмирал хмыкнул:

– Это я и так понимал. Ну поиграем значит. – Бион, как ты? Четверть цикла продержишься ещё тут? Потом перенесём тебя на межзвёздник.

– Мы возьмём биона с собой в тренировочный полёт? – удивилась Айлин.

– Нет, дочь, наш бион останется на планете, защищать Теонуриан от Сониума, поднимать штурмовики. Мы перенесём его в наш старый, земной межзвёздник.

– А как? – удивилась Айлин.

– А это – пока секрет, – адмирал улыбнулся.

– Ты специально нового биона настроил на меня, а сам полетишь на земном корабле с этим бионом? – всё поняла Айлин.

– Умница. Ты всё правильно поняла – птенцы должны вылетать из гнезда, – адмирал не стал рассказывать дочери, что его бион очень слаб – это ведь от него отделяли клетки для создания новых бионов. И всё бы ничего, если он и дальше продолжал управлять огромным межзвёздником, он бы восстановился быстро, но Тогун перестраховался и оставил бион себе.

Адмирал вспомнил тот день: он пришёл в лабораторию, где уже находился Ник Толка, следящий на экране за данными и потому не видел, как Тогун быстро отделил несколько умирающих клеток, которые ему протянул бион, а маленькое тельце друга сунул в карман комбинезона, где тот растёкся по плоской поверхности, с трудом ожидая возможности оказаться в специальной питательной электролитной среде.

– Ник, бион погиб, – Тогун с горечью указал на почерневшие мёртвые клетки. – Я ведь доверил его тебе.

Ник был растерян, Тогун со злостью развернулся и вышел из лаборатории. Он не испытывал чувства стыда перед Ником, – Ник всё докладывал главе альянса, был у Тоя "на прикорме". Тогун унёс бион в свой челнок и поместил в специально предусмотренную для него ячейку с питательной средой с подключенной нейросетью челнока. Сутки он не выходил, не отвечал на вызовы, ожидая хоть какого-то сигнала от биона. Только когда случилась атака штурмовиков Сониума, Тогун поднял свой челнок и рванул отгонять этих настырных "ос", тогда и проснулся бион, напитавшись энергией челнока в полёте. Когда адмирал вернулся к работе, альянс выдохнул, – адмирал пережил потерю биона. А все остальные бионы были созданы уже в лаборатории на Теонуриане, с нужной альянсу заложенной в них программой, как думал альянс. Но земному биону было мало такого импульса и он гораздо медленней, но всё же терял клетки. Тогда Тогун допустил его до многозадачности – позволил во время штурма управлять всеми активами защиты планеты. Импульса теперь хватало на долгое время, но нужно было что-то решать, иначе бион не выживет. Сообщение старика Айка как нельзя кстати было для адмирала, только бион его напугал сообщением о том, что не сможет выполнить гиперпрыжок. Да и старик не внушал доверия, играя какую-то свою игру, ведь не мог он без ведома нынешнего главы альянса вывезти Мари, да и с той девочкой-свидетелем слишком всё просто получилось у друзей Айлин.

Глава восьмая

– Так и не удалось поговорить с Айлин, – вздохнула Нэйка.

– Не грусти, – Пит привлёк её к себе, целуя в макушку. – Главное – всё хорошо закончилось и она теперь с отцом.

– А адмирал-то – хорош! – подняла глаза Нэйка. – Молчал, молчал, пока они там её грязью поливали, всех запомнил, кто гадости говорил, потом бац – а вот он я, с доказательствами, а вы все – дерьмо, мою девочку тут обижаете! Как вам эта запись, а эта?

Пит уже тихонько подхихикивал, как Нэйка показывала всё лицом.

– А видел, видел, как Той Кринс покраснел? Я думала, у него глаза вылезут! – она уткнулась в грудь Питкеру, а он ей в макушку и они смеялись друг у друга в объятиях, накрывшись одеялом на узкой кровати. Нэйка и Питкер любили друг друга, понимали с полуслова, и когда он коснулся губами её виска, проведя рукой по узкой спине, Нэйка подняла ему навстречу лицо для поцелуя. Её хитрые глаза сияли, мягкие губы манили, и Пит не смог устоять, чтобы в очередной раз не проверить их на вкус…

***

– А здесь для тебя сюрприз, – Тогун, закрыв дочери глаза, открыл прозрачную дверь оранжереи и, обняв Айлин, шагнул вместе с ней вовнутрь.

Айлин сначала почувствовала незнакомый запах свежести и открыв глаза удивлённо озиралась вокруг: деревья! И цветы!

– Папа! Как это здорово! Какая красота!

– На Земле – это обычные растения, которые можно увидеть всюду, – Тогун радовался, глядя, на Айлин. – Я заставил их вернуть мне семена и саженцы с нашего звездолёта. Всё это – для тебя. – Тогун обнял Айлин, поцеловав в макушку. – И ещё есть один секрет. Идём.

Они прошли в самый центр небольшого сада, в котором стояло кресло под прозрачным куполом.

– Если ты приложишь вот здесь, – адмирал указал на выемку в верхней части купола, – свой чип, ты перенесёшься этим лифтом в рубку управления. Он не зависит он биона и электричества. Чистая механика. Попробуем?

– Ого! Давай!

Айлин отодвинула край перчатки, коснувшись чипом выемки и купол откинулся назад. Адмирал сел в кресло, взяв на колени дочь, купол закрылся и кресло начало быстрое движение вниз, Айлин подняла голову: колодец лифта уходил вверх и вскоре кресло на круглой платформе опустилось в светлую просторную рубку, она подскочила и пошла к открывшейся перед ней панораме с мостика. Отсюда был прекрасно виден город: словно многослойный пирог одетый на колбу, а вокруг, с трёх сторон, жилые блоки, спаянные между собой и уходящие вдаль, до невидимой отсюда границы купола. Четвёртый сектор весь занимал космопорт, половину которого составляла верфь: ограждённая от города, она была видна Айлин как на ладони. Слева длинный коридор для вылета из-под купола, справа вниз уходил подземный тоннель для доставки туилизия. Портили вид своей асимметричностью башни альянса: в первой, круглой, заседало правительство, Айлин помнила зал заседания, где состоялся суд. И вторая, где это правительство проживало. В каждом блоке было окно под углом, чтобы в него было видно кусочек светила над куполом. Там же проживал и отец, скорее находился "на виду". Айлин стало нестерпимо жаль отца – чужак, пытающийся выжить на планете, где его хотят только использовать, ни друзей, ни родни, кроме неё, Айлин, и криокапсула с женой, непонятно для чего и где спрятанная.

– Пап, а я смогу увидеть её?

Адмирал и без слов понял кого её:

– Сомневаюсь. Я сам ещё не видел. – Он встал рядом и задумчиво смотрел на город. Потом обернулся и весело спросил:

– Давай поедим? С наступлением нового дуна сюда прибудут толпы курсантов и мы уже не сможем проводить столько времени вместе. У нас останется только работа. Кстати, на Земле нет понятия "дун". Там бывает день и ночь, не то, что под этим куполом с искусственным освещением.

– Давай. Люблю твои адмиральские вкуснятины, – Айлин мечтательно закатила глаза, чем рассмешила отца.

Он открыл интерфейс и сделал заказ, пояснив:

– Пока на корабль доставляют концентраты для полёта. Позже начнут завозить заморозку. Поэтому придётся подождать доставку.

– Пап, расскажи о маме.

Адмирал прошел к креслу, Айлин осталась разглядывать город.

– Твою маму зовут Мария Бикар, – тихо начал он, – она входила в группу учёных, занимающихся развитием бионов. Ей принадлежала идея скрещивания бионов для большей продуктивности и увеличения их срока жизни. К созревшему биону добавляли ещё не разумные зародыши, тогда ведущий бион впитывал их жизненные силы и их срок жизни прибавлял к своему.

– А созревшие бионы не скрещивали? – Айлин присела рядом с отцом.

– Скрещивали. И тогда только оставалось ждать – какой из бионов возьмёт вверх и поглотит другой. Она умная – твоя мама. И красивая. Ты очень похожа на неё глазами, улыбкой. Только волосы у неё светлые, хорошо, твои взяли мой цвет, иначе бы обзывали тебя в детстве. Ты и так отличаешься.

– Меня всё время спрашивали про имя. Хотя и про глаза тоже. – Айлин хмыкнула.

– Знаешь, я так виноват перед ней. Перед твоей мамой.

Айлин удивлённо взглянула на отца.

– У меня здесь была женщина. Я думал твоя мама погибла. Я не забывал её, нет, но… – он закрыл лицо руками.

Айлин задумалась: какая-то абстрактная женщина, её мама. "Ма-ма, ма-ма" – Айлин произнесла несколько раз это слово в мыслях. Оно было чужим, а вот "ПАПА" – слово родное, теплое, живое!

– Пап, ты не виноват. Ты же живой! А та женщина теперь…?

– Айра? Она оказалась сестрой того парня из отступников, Теола. Она сделала выбор – кто из вас двоих должен отправиться в подземелья за то убийство. Догадаешься какой? О, вот и наш обед!

Адмирал встал навстречу открывшейся лепестками круглой двери. В рубку боком пробирался робот с пищевыми контейнерами между манипуляторами.

– Видишь, военные шутят – показывают, что не будут мне прислуживать, – Тогун забрал у робота контейнеры и расположил их на маленьком столике. – А я, знаешь, не могу отказать себе в роскоши, – он достал из заплечной сумки небольшой чехол, в котором находились настоящие пара вилок, пара ложек и нож. – Вот. Дарю.

– Ого! Действительно – роскошь! Тоже с земного межзвёздника?

– Да…

Отец и дочь ещё долго сидели, обедали, разговаривали. Тогун рассказывал Айлин о Земле, о её обитателях, она никак не могла понять: как это – огромные просторы воды, в которые можно прыгнуть и плыть, держась на воде. Она удивлялась, когда отец говорил, что можно ходить босиком по траве или песку и смеялась, когда он рассказывал, что женщины на земле носят разноцветную одежду, не закрывающую ноги, и обувь на высоком каблуке.

– Это же неудобно! – восклицала она, смеясь.

– Зато – красиво! – тоже смеялся он.

Время окончания их свободного дуна подходило к концу. Пора было выходить навстречу будущим стажёрам и учить их правилам выживания в космосе. Они сбросили пустые контейнеры в отсек для отходов в стене, а ложки и вилки из металла Айлин бережно вытерла салфеткой и убрала в контейнер и к себе в рюкзачок.

– Удачи, адмирал, – раздался синтетический голос.

– Бион-2?! – Тогун радостно выдохнул. – Я рад, слышать тебя! Набирайся сил, малыш, скоро в полёт!

На открытый трап корабля выступил суровый адмирал и его серьёзная не по годам дочь.

***

– Нэйка, а как ты думаешь, – шептал Питкер, – если нам сейчас разрешение на ребенка дадут, пустят тогда в полёт?

– Пит, не, ну ты вовремя, конечно, – Нэйка висела в магнитных ботинках вверх ногами внутри боевого купола и отстреливалась от команды противника, Пит перезарядил свой лучевик и присоединился к битве, вынырнув из-за невысокой стены. Уже более получаса шёл учебный бой и второй гейм. Их команда в первом гейме одержала победу и теперь противники решили взять реванш. Только два таких сильных, понимающих друг друга с полуслова игрока в команде как Питкер и Нэйка – половина залога победы. Пит страховал Нэйку, она же играла роль наживки – вроде как неподвижно висела на одном месте.

– Давай! – крикнула она и понеслась, насколько это позволяли магнитные подошвы, в сторону главного трофея в битве, находящегося в центре сферического зала. Питкер влез на стену и "снял" двоих своими выстрелами. Он бежал чуть сбоку от Нэйки, перепрыгивая с преграды на преграду и, пытаясь удерживать равновесие, "убирал" противников. Ребята с их команды поняли их замысел и стали активно отвлекать внимание на себя, порой специально подставляясь. Нэйка отцепила липучки магнитных ботинок и, прыгнув, схватила главный трофей в центре боевого купола – яркую сферу с голограммой внутри, на которой записано приглашение в полёт, Пит удержал её от падения.

Это была финальная битва. И значит, команда Нэйки и Питкера однозначно зарезервировала себе место на корабле в тренировочном полёте!

– Нэйка, молодец!

– Умница!

– Ура!

Ребята со всех сторон собирались к центру боевого купола, поздравить друг друга и главную виновницу их победы. Команда соперников, раздавленная проигрышем, молча отправилась к выходу.

– Поздравляю! – Айлин обняла подругу. – Ты молодец!

Нэйка прекрасно поняла, о чём идёт речь: весь этот месяц стажировки адмирал и Нэйка с Питкером старались вывести из игры людей, которых видела на собрании отступников Айлин. Они долго сидели с отцом перед экраном, на котором Айлин рассматривала трёхмерные голограммы с лицами стажеров. Она, естественно, не запомнила всех, но на многие лица указала достаточно точно. Ещё бион достал из хранилища альянса запись из лифта с того дня, когда на собрание попала Айлин, и адмирал при помощи биона просмотрел, кто набирал на интерфейсе лифта уже известную ему комбинацию и сравнивал этих людей с находящимися на стажировке. Таким образом удалось выявить более ста пятидесяти студентов. Но Айлин помнила, что там были и взрослые мужчины, и старики. Мужчины, читавшего стихи, среди них не было. Эти стажёры либо "случайно" проваливали задания, либо получали в таких боях небольшие травмы, либо, как сегодня, их команда проигрывала, и они вылетали всем составом. Сегодня они, конечно, рисковали: но зато не к чему придраться – чистая победа!

Адмирал приветствовал команды победителей на борту, остальным пришлось покинуть борт межзвёздника. Пять тысяч счастливчиков и сотня военных ловили каждое слово адмирала в тишине:

– Все вы отправитесь в так называемый "тренировочный полёт". Я не считаю его тренировочным. Это будет настоящий, боевой вылет, так как на орбите Теонуриана висит крейсер Сониума с двумя сотнями штурмовиков. Это важный момент – наш бион будет только впервые учиться поднимать межзвёздник и он пока не умеет работать в режиме многозадачности. Мы, конечно, поднимем наши штурмовики, чтобы дать время биону раскинуть свою нейросеть по всему кораблю, главное – не поддавайтесь панике, вы все уже, практически, опытные бойцы. Всем до конца следующего дуна – увольнительная.

Опоздаете на минуту – останетесь на планете.

Адмирал развернулся и ушёл внутрь корабля. Услышал позади себя шаги:

– Айлин? – спросил он обернувшись. – Ты не хочешь пройтись перед полётом? Провести время с друзьями?

Она отрицательно покачала головой.

– Бион-2, закрой шлюз.

– Да, капитан.

– Посторонние на корабле?

– Погрузка продовольствия, капитан, – голос у биона-2 был пока скорее синтезированный, не похож на голос земного биона – тот был каким-то более человеческим.

– Мы прогуляемся с Айлин, поужинаем, проследи за погрузкой.

– Да, капитан.