Текст книги "Побег из Альтарьера (СИ)"
Автор книги: Ульяна Муратова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Дорого.
И мы снова погрузились в тишину. Хотелось расспросить госпожу Уртару про братьев Реи, про их детство, но, застеснявшись, я предпочла наслаждаться дорогой, а потом и вовсе задремала.
Интересно, жених Реи всё ещё ищет её или уже давно забылся в объятиях другой?
Глава 5
Разбудила меня госпожа Уртару, вокруг царила ночь, а я была накрыта ворохом шкур и одеял. Хозяйка арбисов мягко улыбнулась, похлопала меня по руке и сказала:
– Умаялись, бедняжка. Просыпайтесь, мы на месте. Лард Итлес дома и, похоже, с братом. Пойдём, я вас представлю.
Я сонно потянулась и вылезла из саней, разминая затёкшие мышцы. В небольшом особняке, выходящем на широкую мощёную набережную, горели огни, а снег у крыльца был истоптан. Порадовавшись тому, как легко и удачно складывается путешествие, я благодарно кивнула спутнице и последовала за ней в дом братьев Реи. Нам открыл низкорослый мужчина в ливрее, вежливо взял верхнюю одежду и препроводил в небольшую гостиную, где на столе очень быстро и совершенно незаметным для меня образом возникли чайные чашки из изящного фарфора и чайник, источающий аромат лесных трав. Мы с хозяйкой питомника переглянулись, сели в обитые велюром кресла, взяв по чашке в руки, и заулыбались друг другу: горячий чай – это именно то, чего так хочется после длинной зимней дороги.
В комнату вошли два высоких плечистых парня. Не сказать, что они сильно походили на Рею, но оба были кареглазыми брюнетами, как и она, только заметно смуглее. Их взоры остановились на госпоже Уртару, и братья расплылись в улыбках.
– Тётя Оши, как я рад!
Один из парней шагнул к госпоже Уртару, она приподнялась с кресла, чтобы его обнять, а он не просто обнял в ответ, а даже слегка покружил по комнате. Я поднялась с кресла, как того требовал этикет, ведь хозяева дома не присели, а остались на ногах.
– Как вы? Только на днях с Томином вспоминали, как вы нас за воровство варенья заставили съесть по три банки. До сих пор при виде рикосового варенья меня мутит, а Томин зеленеет.
– Мальчики мои, у нас радостная весть.
Оба брата мгновенно замерли, подобрались и стали напоминать ищеек, почуявших запах добычи.
– Рея?
– Да, Ийнар, она жива и передала весточку.
Глаза Ийнара загорелись таким огнём, что, даже пламя в камине не могло с ним сравнится.
– Где она?!
– Я и сама не знаю всех деталей. Но лучше обо всё по порядку. Ийнар, Томин, позвольте представить вам ларду Амелию. Дорогая, не могли бы вы показать лардам Итлесам то письмо, что показывали мне?
– Добрый вечер, приятно познакомиться.
Я достала из сумки письмо и протянула Ийнару. Он пробежался глазами по короткому тексту, задержался на подписи, потом перечитал письмо ещё несколько раз.
– И всё? Это всё? Где она? – он упёрся в меня требовательным, нетерпеливым взглядом. – Кто вы? Где вы её прячете? Что вам нужно?
Его напор ощущался почти физически, и я немного растерялась, но госпожа Уртару вмешалась вовремя.
– Ийнар, не смей так разговаривать с юной лардой! Она рисковала жизнью, чтобы добраться до нас, и ты как минимум обязан проявить уважение, – поучающим тоном сказала она, недовольно сдвинув брови.
– Прошу прощения за резкость, – проговорил Ийнар, хотя я отчётливо видела: если бы не заступничество спутницы, он бы и пытать меня не постестнялся. – Ларда Амелия, я хотел бы поскорее услышать вашу историю.
– Прежде чем юная ларда вам что-то расскажет, посмотрите на меня оба и дайте мне слово, что вы будете обращаться с ней максимально бережно, уважительно и соответственно её статусу и нежному возрасту. Оба пообещайте, что ни один волос не упадёт с её головы, и что она – Томин, это тебя в первую очередь касается – не станет предметом поползновений.
– Тётя Оши, ничего не могу обещать, ларда Амелия блистательна в своей редчайшей красоте, – ответил Томин, не сводя с меня весёлого нахального взгляда, а на его лице расплывалась улыбка, показывая удивительно обаятельные ямочки на щеках.
– Понятно, дорогая, – решительно поджала губы пожилая дама, – отправляемся напрямую к Эрику, эти двое не стоят того, чтобы тратить на них время.
– Стойте! – Ийнар перехватил тётю за руку. – Обещаю, что не причиню вред и не буду иметь злого умысла против ларды Амелии, буду относиться к ней, как к сестре, и оберегать её по мере сил.
Он перевёл нетерпеливый взгляд на брата и подтолкнул его резким движением.
– Я даю слово не причинять вреда ларде Амелии и не предпринимать попыток ухаживания, если только она сама не проявит инициативу, – после этих слов Томин по-мальчишески задорно мне подмигнул.
Я проигнорировала и этот выпад, и обаятельные ямочки на щеках брата Реи, а потом сделала шаг вперёд и заговорила:
– Уважаемые ларды Итлесы, Рея жива и уже год находится в плену у одного мага. Нам с ней удалось разработать план побега. Я прошу вас максимально быстро сопроводить меня к ларду…– в этот момент лард Ийнар меня перебил самым банальным образом:
– Нам не нужен Эрик, чтобы вызволить Рею. И прошу вас оставить формальности. Для вас я просто Ийнар. Мы с Томином уже год ищем её, и я с ума схожу от беспокойства и бесплодности поисков. Нам не нужен Эрик, мы прекрасно справимся без него. Он в столице, мы только время потеряем, пока до него доберёмся!
Видимо, уважение к сёстрам – это такое особое, позволяющее перебивать и указывать уважение. Вероятно, стоило просить, чтобы относился ко мне, как к брату. Хотя брата он хорошенько ткнул под рёбра ранее. Судя по всему, уважение в семье Итлесов – концепция своеобразная, и не стоило рассчитывать на многое.
– Ийнар, я понимаю ваши чувства, но Рея дала мне чёткие инструкции и письмо с подробностями для Эрика. Мне было велено отдать его лично в руки ларду Краверу. Мне также было сказано, что я могу быть откровенна лишь с ним и могу рассчитывать на его помощь. Могу ли я рассчитывать ещё и на вашу?
– Где Рея? – нетерпеливо спросил её брат.
– Её держат в плену. Я сама была в таком же плену, с той лишь разницей, что моя клетка ограничивалась не одной комнатой, а замком. Я изредка втайне навещала её, но не могла решиться на побег, потому что мне не у кого было просить защиты. А она не могла вырваться из-за магических со́рдовых оков. Мы договорились, что я рискну сбежать, а она даст адреса надёжных людей и письма для них. Я должна попросить вас о двух вещах: первое – это справиться с человеком, который держал нас в плену, и второе – спасти Рею. Я открою имя этого человека только Эрику и затем проведу вас в замок. К сожалению, больше ничем помочь не смогу, так как не являюсь магессой.
Томин повернулся к брату:
– Ийнар, мы воспользуемся порталом. До Эрика доберёмся за пару часов. Если Рея вызывает вас обоих, значит, считает, что по одиночке вы не справитесь. Следовательно, её пленил действительно сильный маг. Мы можем упереться и проверить всех сильнейших – по эту сторону хребта их не так много, но добраться до Эрика и выслушать всю историю будет быстрее. Особенно если на этом настаивает очаровательная ларда.
Когда братья вошли, мне показалось, что Томин – старший, но решения явно принимал Ийнар, и сейчас он пристально разглядывал меня.
– Уважаемая ларда Амелия, вы могли бы сообщить свою фамилию?
– Нет, простите, лард Итлес, это невозможно.
– Значит, ваша фамилия напрямую связана с местонахождением Реи, не так ли? Родовое поместье? – на этих словах я заметно вздрогнула, что не осталось незамеченным, – Фиолетовые волосы и глаза – очень неординарная внешность. Но обратиться не к кому, значит, сирота? Томин, ты знаешь сирот с сиреневыми волосами и родовыми поместьями к югу от Огонаса?
Мои руки сжались в кулаки, и я вмешалась в разговор.
– У меня есть план защитных магических контуров, выставленных… – я чуть не назвала имя опекуна, но вовремя осеклась: – магом. Кроме того, здание обладает родовой защитой, и на её взлом вы потратите очень много времени, потеряете эффект неожиданности и поставите в опасность жизнь Реи. Я думаю, что живая и освобожденная Рея представляет угрозу для его репутации, поэтому пленитель уничтожит её и других лард, находящихся в его власти, пока вы будете пробиваться в замок.
Я упрямо смотрела Ийнару в глаза, хотя меня трясло от волнения. Нельзя допустить, чтобы братья начали штурм одни, Синвер слишком силён, и у него было много времени на подготовку.
– Ийнар, ларда Амелия упомянула два условия, на которых она хочет с нами сотрудничать: нейтрализация мага и освобождение Реи, – успокаивающим голосом заговорил Томин. – Если у них с Реей есть план, и та считает, то без Эрика не обойтись, то давай доверимся её мнению. У Реи был год, чтобы обдумать детали, и она правильно сделала, что отправила ларду Амелию к тёте Оши. Возможно, остальные этапы они тоже продумали. Я знаю, насколько нелегко тебе ладить с Эриком, но даже ты не будешь спорить с тем, что в любом бою он – хороший союзник.
– Хорошо. Но маг – мой, – процедил Ийнар.
Прежде чем ответить, я вопросительно посмотрела на госпожу Уртару. Та кивнула.
– У меня создалось впечатление, что с магом должен расправиться лард Кравер, – проговорила я.
– Это мы ещё посмотрим.
Госпожа Уртару хлопнула в ладоши и распорядилась, словно находилась у себя дома:
– Мальчики, ларда Амелия проспала весь день и половину ночи в санях, так что вряд ли она устала, а вот я валюсь с ног. Выделите мне гостевую спальню и покажите, где могут переночевать арбисы. Мы все не ели с самого утра, неслись сюда без остановки, поэтому прошу вас отдать распоряжения всех накормить, особенно животных, а потом можете отправляться в путь. Я думаю, что дальше вы справитесь без меня. Если вы решили переправиться в столицу порталом, то я завтра выдвинусь обратно в питомник. Буду рада увидеть вас в гостях и буду ждать весточку об окончании вашего предприятия, в успехе коего я не сомневаюсь.
Госпожа Уртару обняла обоих Итлесов, и Томин сопроводил её из гостиной.
– Нам с Томином нужно несколько минут на сборы, а вы, ларда Амелия, пока побудьте тут, ужин сейчас принесут. Я обо всём распоряжусь.
Договорив, Ийнар покинул гостиную, и мне почти сразу принесли ужин из четырёх блюд. Я начала с обжигающе горячего супа, съела половину котлеты и попробовала салат из свежей зелени, а для десерта места уже не осталось. Сытую и осоловелую меня под руки забрали из гостиной и пересадили в экипаж. То ли из-за ночи, то ли из-за непривычно обильного ужина меня окутало мягкой дрёмой, и я прикрыла глаза, вслушиваясь в тихий разговор братьев.
– Последний раз я сказал Эрику, что согласен увидеть его только ещё один раз в жизни – на свадьбе, – раздался голос Ийнара.
– Ах да, тот знаменательный разговор!.. Напомни, это он грозился сначала устроить тебе похороны, или ты ему? Всё время путаю.
– Наши чувства взаимны. Ему не стоило говорить, что это я виноват в пропаже Реи.
– Прошёл почти год, я уверен, что вы оба уже остыли. В любом случае тебе нужно проявить терпение, Ийнар. Инструкции у ларды Амелии, и она ясно дала понять, что поделится информацией только с Эриком. Если ты не хочешь остаться за бортом спасательной операции, то придётся пойти на уступки.
– У него абсолютно несносный характер!
– У него абсолютно такой же характер, как у тебя. Вы оба привыкли, что вам уступают и подчиняются. Боевые навыки Эрика, несомненно, будут полезны. Он мощный союзник, Ийнар, мощный и честный. Мне довелось участвовать с ним в стычках с ледоходцами, и это один из немногих людей, которым я всегда готов доверить спину.
– Сначала доверить спину, а потом набить морду… – протянул Ийнар.
– Не без того, но после исчезновения Реи он носом рыл землю, и это едва не стоило ему карьеры, потому что вспыли малоприятные секреты очень влиятельных людей. Он всерьёз подозревал императора и его окружение, но доказать ничего не смог. С его талантами он давно мог бы возглавлять армейский корпус, но вместо этого командует небольшим отрядом на северной границе. И то, что он тебе предлагал сотрудничество, рекомендует его с лучшей стороны, братишка. С лучшей, чем тебя.
– Мы бы переубивали друг друга: оба были в ярости от бессилия и оба винили друг друга в том, что не уберегли Рею. Эрик хотя бы мог спустить пар, шинкуя ледоходцев, а мы с тобой торчали в тонтеровом Огонасе.
Ледоходцы? Мне стало не по себе. До более южной части страны они никогда не доходили, поэтому я с ними и не сталкивалась. Только страшные истории слышала. Но кто в Даларане их не слышал? Хотя мама всегда говорила, что всё это преувеличения. Так она из южан, какое им дело до ледоходцев?
– Что ты планируешь сделать после того, как мы освободим Рею? – после долгой паузы спросил брата Томин.
Ийнар стиснул челюсти и процедил:
– Выпорю. Расцелую, потом ещё раз выпорю. И выпорю третий раз за эту блажь с Эриком.
– Малышка знала, что если ты получишь информацию, то к нему уже не пойдёшь. А ей, видимо, вы оба нужны. Согласись, неплохо она разыграла карты, умудряясь быть кукловодом даже из плена. В этом вся наша Рея. Кстати, ты не думал, что она отправила ларду Амелию к Эрику из-за ауры?
– Что не так с её аурой?
– А ты посмотри.
В экипаже повисла тишина, а мои щёки налились румянцем из-за того, что я почувствовала на себе оба взгляда.
– Подслушиваем, ларда Амелия? – раздался весёлый голос Томина.
– Скорее стараемся уснуть, не смотря на громкие обстоятельства, – я открыла глаза и посмотрела на обоих братьев по очереди. – Что не так с моей аурой?
– Всё так, просто она очень редкая, – улыбнулся Томин.
– Какое это имеет значение?
– Для магов – огромное. Я до сих пор не представляю, в каком захолустье вы должны были вырасти, что с такой аурой и такой невероятной внешностью вы до сих пор не замужем или хотя бы не помолвлены, – Томин улыбнулся, и около глаз собрались тонкие морщинки, свидетельствующие о том, что из двоих братьев старший всё-таки он.
– Спасибо, лард Итлес, но у меня нет матримониальных планов. Точнее есть план не связывать себя узами брака с кем бы то ни было, – твёрдо сказала я.
Подташнивало от одной мысли, что я буду навсегда связана с каким-то незнакомцем, который может поначалу выглядеть милым и учтивым, а спустя пару месяцев после брачного обряда покажет свои истинные цвета. Синвер тоже умел обаять окружающих и далеко не сразу обнажал свой оскал. Насколько можно было судить, он – типичный представитель последнего поколения аристократов, жестоких, себялюбивых и наглых. А выйти замуж за простолюдина мне с титулом эрцегини никто не позволит. Была бы я каронессой – дело другое. Низшим титулам простителен мезальянс, особенно если сочетаться браком с деньгами. Это не осуждается. Но не эрцегам и тем более не эрцегам с такими обширными землями, как наши. И никого не волнует, что за последние годы земли оскудели и не дают урожая, а звери словно нарочно покидают леса, и даже рыбы в реках стало мало.
– Поверьте, ларда Амелия, вы не сможете устоять перед лучами моего обаяния и неотразимой силой моей красоты, – задорно рассмеялся Томин, прерывая поток моих мыслей. Невольно улыбнулась в ответ, уж очень искренне он радовался. – Какая улыбка! Я сражён. Ларда Амелия, выходите за меня замуж. Я богат, молод, красив и обладаю замечательным покладистым характером.
Я непроизвольно приоткрыла рот от удивления и замешкалась с ответом.
– Про характер – это наглая ложь! Да и красоту такую скорее оценят вурдалачки, а в остальном всё так, – тоже рассмеялся Ийнар.
– Неужели вы всерьёз? Мы же даже не знакомы…
– Конечно, всерьёз, разве можно шутить такими вещами? – с усмешкой подмигнул Томин. – Смотрите, вон и храм на перекрёстке, много времени не займёт: раз-раз, и едем дальше уже женатыми, с печатями
Ошеломлённая, я всё ещё смотрела на него во все глаза, отказываясь попадаться на удочку его обаяния.
– Вы шутите!
– Да нет же, вы будете замечательной женой. Опять же, секреты умеете хранить, это важное и редкое для женщины качество.
– Лард Итлес, прошу вас перестать меня смущать.
– Что же, ларда Амелия, завтра я спрошу вас ещё раз. Передумывать – это священное право красивых лард, а я настойчив.
– Лард Итлес, прошу вас оставить эти разговоры, – твёрдо сказала я. – Я не планирую связывать себя узами брака, это непозволительно в моём положении.
– Для вас я Томин. И что же это за положение? Любые проблемы решаются связями и деньгами, у меня в избытке и того, и другого.
– Отсутствие свободы не решается. Рее не помогли ни ваши деньги, ни ваши связи. Мне достаточно было провести год под властью одного мужчины, чтобы понять, что переходить под власть другого я не намерена.
В экипаже повисла тишина. Томин обдумывал мой ответ.
– В чём-то вы правы, моя дорогая, но вы забываете, что мужчины разные. Я не держу пленниц и не похищаю девиц.
– Конечно, и я рада, что это так. Но уверена, что стоит вам жениться, и вы начнёте ограничивать свободу вашей супруги так же пристрастно, как и… тот, кто ограничивал мою. Уверена, что это будет происходить под благозвучными предлогами, такими как забота и безопасность. А затем вы потребуете послушания и скажете, что стараетесь для обеспечения её безопасности, а она, неблагодарная, смеет иметь желания, отличные от ваших. Знаете, что будет дальше? Вы начнёте наказывать жену за непослушание, – я перевела взгляд на Ийнара – Вот вы, Ийнар, планируете выпороть Рею. Вам даже в голову не приходит проявить сочувствие к ней после всего произошедшего. Нет, только порка. Это такое типичное отношение мужчины к женщине…
У Ийнара дёрнулся глаз, мои слова его задели и разозлили, а значит, я попала в самую зеницу ока.
Мой отец был единственным известным мне исключением из озвученного правила, он всегда оставался мягким и добрым. В этом и состояла другая проблема – он был слишком мягок и добр, чтобы постоять за себя и за нас перед лицом опасности. Он же видел Синвера, знал его, но упреждающего удара не нанёс. Не решился. И теперь папа мёртв, а опекун безнаказанно третирует остатки нашей семьи.
– Вот поэтому, ларды, меня не интересуют брачные предложения. Прошу прощения, что разозлила вас, Ийнар, но вы злитесь именно от того, что я права.
Обстановка в экипаже накалялась с каждой секундой.
Глава 6
– Я не собирался пороть Рею буквально, – процедил Ийнар, недовольно скрестив руки на груди. – Но она действительно заслуживает наказания после всего, что сделала! Из-за её безрассудности пострадала вся семья и многие другие! Мы год её искали, бросив карьеру, дела и дома.
– Хорошо, пусть так. Рея оступилась и подвела вас, доставив своим исчезновением массу беспокойства. Неужели вы считаете, что вправе её за это наказывать после всего, что она пережила?
Ийнар отвернулся и долго смотрел в окно.
– Вы правы, ларда Амелия. Я не должен этого делать. Но мне ещё никогда не было так больно! Последние месяцы я думал, что она мертва… Вы не представляете, каково это.
– И вам станет легче, если вы сделаете больно ей? Неудивительно, что она ищет защиты у Эрика. Наверное, она предугадала такой вариант развития событий и ваше поведение.
Мой собеседник сжал кулаки и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить нервы. Разговор его разозлил, и мне стоило замолчать, но не вступиться за Рею я не могла. Неужели сидящий передо мной мужчина не понимает, что его сестра и так жесточайшим образом наказана за свои ошибки?
– Вы понятия не имеете, через что мы все прошли.
– Это вы понятия не имеете, через что прошла она! По крайней мере, при всех ваших моральных страданиях никто вас не мучил, не морил голодом и не держал в кандалах.
Ийнар долго и пристально смотрел на меня, но я лишь упрямо выставила подбородок вперёд и решила выдержать его взгляд во что бы то ни было.
– Она неслучайно оказалась в этой ситуации, – наконец проговорил брат Реи. – Это закономерный результат её легкомыслия.
– Откуда вам знать, как всё обстояло на самом деле?
– Рею много раз предупреждали, что она действует неосторожно, – сурово посмотрел на меня лард Итлес, сдерживая гнев. – Но она никогда никого не слушала!
– Даже если так. Виновата не она, а тот, кто держит её в темнице!
– Поэтому его я убью, а её отшлёпаю. Чувствуете разницу? – вскинулся он.
– Лично я не сделала вообще ничего, чтобы оказаться в похожем с Реей положении. Если вы всерьёз не вмените мне болезнь и смерть отца, после которой некому оказалось за меня вступиться. Я не просто не водила знакомств с неподходящими людьми, я даже из дома не выходила! Может, меня тоже стоит отшлёпать за то, что попала в плен к жестокому тирану и вынуждена была подчиняться его воле? Вы же так прозорливы и умны, наверняка найдёте долю моей вины в случившемся. Сделать виновной жертву – это всегда так удобно!
Я пожалела о сказанном в ту же секунду, как прозвучали слова. Мне не стоило высказывать подобные соображения вслух. Мужчины терпеть не могут такие беседы, а мне не стоит злить своих единственных заступников и союзников. Но Рея уже заплатила за свои ошибки непомерную цену, и мысль, что после освобождения на её голову посыплются упрёки и обвинения, свербила изнутри и не давала отступиться.
Неужели они действительно не понимают, насколько тяжело и плохо Рее пришлось в плену?!
– Я не знаю всех обстоятельств и сочувствую вам, если всё произошло именно так, как вы говорите. Но это не значит, что Рея не навлекла на себя эти неприятности сама, – Ийнар немного помолчал. – Хотя ваша правда в том, что прежде чем делать выводы или что-либо предпринимать, я должен поговорить с Реей и… – он запнулся, – проявить сострадание. Вы правы: после года заточения последнее, что она должна увидеть от меня – это злость и ярость.
– Да разверзнись небеса, неужели Ийнар Итлес признал чью-то правоту? Невероятно! – вдруг театрально захлопал в ладоши Томин. – Ларда Амелия, я восхищён. Уверен, что с таким даром убеждения из своего супруга вы будете вить верёвки толщиной в канат. Впрочем, я всё ещё скромно настаиваю на своей кандидатуре, думаю, что из меня канаты получатся крепкие, надёжные и потрясающе красивые.
Я невольно рассмеялась, и обстановка в экипаже моментально разрядилась, даже Ийнар улыбнулся, глядя на меня с любопытством и толикой удивления.
– Как вы считаете, что порадовало бы Рею больше всего? – спросил он.
– Чем дополнить ваш образ победителя, наступившего на горло поверженному врагу?
– Вы на удивление проницательны.
– Думаю, пирожные придутся в самый раз.
– Ийнар, встанешь на горло врагу, а в руках пакетик из булочной. Самый раз, ларда Амелия дело говорит. И чтоб пакетик розовый, а взгляд при этом такой мужественный. И скажешь ей: «Иди ко мне, родная, я брошу к твоим ногам весь мир, торт и копчёный окорок».
Я расхохоталась так, что аж слёзы на глазах выступили.
– Почему копчёный окорок? – простонала я сквозь смех.
– Это любимое блюдо Реи. Да и с тортом хорошо сочетается.
В атмосфере внезапного веселья мы доехали до портальной станции.
Томин, секунду назад передразнивавший брата, вдруг стал серьёзным.
– Ларда Амелия, вас ищут?
– Да, – поколебавшись, признала я.
– Тогда вы пройдёте со мной под видом моей подруги. Ничего не говорите, капюшон не снимайте, волосы не показывайте. Я всё сделаю сам, Ийнар будет держаться рядом. Если вас ищут, то информация об этом обязательно будет на всех станциях. Наш расчёт на то, что вас ищут одну. И на мои связи, разумеется. Зря я, что ли, налаживал контакты со служащими этой станци… Вы проходили порталом раньше?
– Нет.
– В таком случае вам нужно будет крепко-крепко меня обнять, когда я скажу, и не отпускать, пока я не разрешу. Ваша задача – прижаться максимально близко ко мне, иначе портал может быть для вас опасен.
Ийнар выгнул бровь, но ничего не сказал, а я неуверенно кивнула, подозревая подвох.
– Томин, тогда, может, ты прижмёшься ко мне, чтобы ничего не случилось? – с вызовом спросил младший Итлес.
– Спасибо, брат, я знаю, что всегда могу рассчитывать на твою помощь, но в данном случае я в силах справиться. Вряд ли ларда Амелия весит много, я должен выдержать, – он сопроводил эту тираду обезоруживающей улыбкой, но некое беспокойство осталось.
– Вы так и не ответили на вопрос про мою ауру. Что с ней не так?
– С ней всё великолепно, дорогая, а сейчас прошу вас опустить капюшон пониже и не волновать слух работников станции вашим прекрасным голосом.
Нужно отдать должное Томину, он изящнейшим образом умел уходить от неудобных вопросов. Вроде и заткнул меня, а я стою, с улыбкой держу его под локоть, думаю о его харизме и ямочках на щеках. Лард Итлес аккуратно положил горячую ладонь поверх моей и потянул за собой. На улице ещё не начало светать, утро было ранним и сонным.
Из-за натянутого до предела капюшона и ограниченного обзора мне было видно лишь полы портальной станции и не удалось рассмотреть её убранство. Поднявшись по ступеням, мы приблизились к какому-то столу, и из-за него навстречу нам вышли ноги в тёмно-синих форменных брюках и сапогах с квадратными носами, а их обладатель протянул Томину документы для заполнения.
– Господин Фецжальд, я бы хотел попросить о небольшой услуге. Мы с моей прекрасной спутницей желаем навестить столицу инкогнито и слегка прошвырнуться по магазинам, так как, каюсь, я нанёс некоторый ущерб гардеробу моей юной подруги, – и после этих слов Томин фривольно хлопнул меня по мягкому месту, а портальный служащий понимающе усмехнулся.
К щекам мгновенно прилила кровь, я покраснела до корней волос и жутко разозлилась, но, к счастью, из-за капюшона этого никто не увидел.
Нет, так мы не договаривались! А позориться можно и вдвоём!
– Милый, просила же я тебя не надевать мои наряды! Давай купим тебе твоё собственное платье размером побольше, – томно проворковала я и сжала второй рукой ладонь своего спутника.
На этот раз служащий сдерживаться не стал – взрыв его хохота сотряс станцию. Надеюсь, этот бессовестный шутник Томин тоже покраснел. За шлепок я ему ещё добавлю наедине. Нельзя так обращаться с благородными лардами!
Голос Ийнара подлил взрывного зелья в огонь:
– Пойдём скорее, Томин, подберём что-то под цвет твоих обворожительных глаз, – под грохот смеха мы прошли в небольшую пустую комнату и встали у одной из стен.
Я осмелилась выглянуть из-под капюшона. Никогда не видела порталов вживую, и не думала, что они бывают таких размеров! Зев переливался всеми оттенками радуги, но каким-то образом оставался серым. Я завороженно смотрела на игру цвета в силовых линиях и не сразу услышала голос Томина.
– Дорогая, пора.
Я думала, лард Итлес разозлится на меня за колкость, но он явно веселился, а карие глаза смотрели с задорным вызовом. А значит, попытки меня подначить он не оставит.
– Вы же обещали госпоже Уртару! Неужели на ваше слово совсем нельзя положиться?
Он наклонился низко к моему уху и, обдав горячим дыханием, зашептал:
– Дорогая, это была вынужденная необходимость в свете чрезвычайных обстоятельств. Импровизация в чистом виде.
– Необходимость выставить меня гулящей девкой?
– Великолепной куртизанкой! А теперь обнимите меня, времени спорить совсем нет.
И я нехотя обхватила шею Томина руками и прижалась посильнее. Он приподнял меня и внёс в портал. Само перемещение заняло доли секунды, но я была благодарна Томину за поддержку, потому что от волнения едва ли могла бы идти сама.
– Это вам повезло, что мой амулет не сработал, а то валяться бы вам в Огонасе на полу портальной со сломанной рукой!
– Так вот в чём его действие. Любопытно. И отчего он не сработал?
– Видимо, не ожидал от вас такой подлости, – фыркнула я.
На самом деле амулеты у нас с Аливией были своенравные, а реагировали на резкое вторжение в ауру и наш собственный страх.
– Ийнар, сходи организуй нам транспорт, а мы с лардой Покорностью обсудим действия по дезориентации противника в обстановке, приближенной к боевой.
– И какие же это действия?
– Любые, направленные на дезориентацию противника, – Томин коварно усмехнулся и обнял меня правой рукой, перехватив левой ладонь, которой я планировала взять его под локоть.
От такой близости мне стало неловко.
– Тогда рекомендую вам следующий раз прийти в платье. Уверена, что вы произведёте фурор, а под прикрытием вашего успеха порталом сможет воспользоваться целое войско, – съязвила я.
– Очень остроумный и находчивый совет, моя дорогая. Обязательно возьму на заметку. Если вы примите моё брачное предложение, то платья можем сшить одинаковые. Мне к лицу голубое, а вам? – с невинным видом поинтересовался лард Итлес.
Совершенно невозможно на него сердиться! И вместо выговора он получил улыбку, а я поняла, что давно так не веселилась, и настолько отвлеклась, что даже споткнулась, и лежала бы на полу с расквашенным носом, если бы Томин сильнее не прижал меня к себе.
– Ларда Амелия, если вы столь сильно сражены моим обаянием, что не можете даже ходить, то дайте лишь знак, и я понесу вас на руках!
Не в силах сдержать смех, я издала полувсхлип-полустон.
– А вот и знак! – воскликнул Томин и подхватил меня на руки. – Это боевой клич лысой чайки, не так ли?
Сил осталось только на то, чтобы спрятать лицо в капюшон и хохотать у него на груди. Из глаз потекли слёзы, живот заболел от смеха, даже скулы начало сводить, а я никак не могла перестать смеяться.
– Что случилось? – обескураженно спросил Ийнар, подойдя к нам.
– Амелия предложила мне следующий раз идти на станцию в платье, я в ответ предложил вариант сочетающихся туалетов, после чего она, сражённая силой замысла, потеряла способность ходить. Я мужественно нёс её от самого портала, и теперь вношу предложение приобрести тачку, чтобы можно было её катать. Я, конечно, сильный мужчина, но даже я долго не продержусь.
– Да она и весит-то всего ничего, сильный мужчина, – хмыкнул Ийнар. – Не можешь унести даже эту – женись на птичке, они летают сами.
Его реплики вызвали у меня новый приступ хохота, поэтому в карету Томин меня заносил. Ийнар тоже откровенно потешался над нами. Когда мы расселись, экипаж наконец тронулся.
Отсмеявшись и утерев слёзы, я посмотрела на Томина и спросила:
– Вы так и не рассказали, что там с моей аурой…
– Упрямая, – хмыкнул Томин в ответ на мою реплику.
– С тобой иначе нельзя, – Ийнар подмигнул мне, – ставлю на ларду.
– А мы разве ещё не приехали? Мне кажется, что уже пора выходить и разговоры лучше отложить на потом, – с максимально невинным видом ответил Томин.
– Я не выйду из кареты до тех пор, пока вы не ответите. Честно! – пригрозила я.
– Так нет проблем, я вас вынесу!
– Вам стоит поберечь вашу нежную спину.
– Всему виной то, что я пока не женат и даже не помолвлен. Приходится носить много разных дам. Но если вы наконец дадите мне своё согласие, то я нормализую нагрузку и буду носить только вас, – в глазах Томина было столько искренности и преданности, что я снова рассмеялась.
