355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Уинифред Леннокс » Глаза весны » Текст книги (страница 5)
Глаза весны
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 12:15

Текст книги "Глаза весны"


Автор книги: Уинифред Леннокс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Дженнифер злилась. Ей сегодня было неуютно на работе, вчера она поздно пришла домой, долго не могла заснуть, не выспалась и с утра пребывала не в духе. И, как назло, тетя Элен сперва похвалила ее работу, а четверть часа спустя разнесла в пух и прах.

Однако не успела Дженнифер прийти в себя и заявить, что больше пальцем не тронет эту дурацкую витрину, поскольку не умеет угождать неизвестно кому, как хозяйка заявилась с большим куском синего шелка в подарок и стала уговаривать не сердиться и сделать все по новой, только с какими-нибудь красными пятнами. Дженнифер согласилась, но с условием, чтобы ее не трогали, и пошла за стекло. Светило солнце, и она никак не могла вспомнить, о чем думала вчера, глядя на ливень за окном. Тетя Элен бестолково пыталась помочь, но Дженнифер решительно выставила ее, пригрозив, что вообще ничего не будет делать.

Когда хозяйка наконец оставила ее в покое, дело пошло, постепенно стала вырисовываться идея, и Дженнифер углубилась в работу. Через некоторое время она услышала легкий шум отодвигаемого стекла. Девушка приготовилась еще раз попросить хозяйку не мешать работать, как услышала за спиной тихое покашливание. Явно не тетя Элен, определила Дженнифер, по-прежнему не отрываясь от дела. Кого еще занесло?

– Кхм… – снова раздалось за ее спиной. – Вас, кажется, зовут Дженнифер?

– Кажется, – процедила сквозь зубы она, продолжая работать.

– Вы решили все сделать по-другому, не так, как просила миссис Вейст?

– Какого черта?.. – вяло огрызнулась Дженнифер и обернулась.

Перед ней стоял модельер из Бейджхауса и приветливо улыбался. От неожиданности Дженнифер потеряла дар речи.

– Я хотел бы вам помочь. Вчера, когда я уходил вечером, вы начали не с этого. Вы стояли вон в том углу и… – Он потянул на себя скрученную темно-синюю ткань. – Позвольте, я вам помогу.

– Не позволю, – буркнула Дженнифер и дернула ткань. Модельер от неожиданности чуть не упал.

– Ну, не вредничайте, – просто попросил он. – Мне важно, чтобы получилось, как вчера, или хотя бы похоже.

– Зачем? – заинтересовалась Дженнифер, подавая ему булавки и показывая тем самым, что принимает помощь.

– То, что я увидел сегодня утром, навело меня на мысль, на цветовое решение для наших вечерних платьев. Но я так и не успел поймать идею за хвост – витрина уже была разрушена.

– А зачем же вы сказали тете Элен, что это безобразие и вам противно смотреть в окно?

– Я ничего такого вообще не говорил. Мне хотелось ее как-нибудь зацепить, но я не знал, что это приведет к таким разрушительным действиям.

Дженнифер села на стульчик и стала с интересом наблюдать за его действиями. Надо же… Она представляла модельера совсем другим – холодным, бездушным, заносчивым, а он, оказывается, простой парень, с ним легко разговаривать.

В это время Лейн обернулся, подмигнул, взял горсть булавок и стал что-то тихонько напевать. Дженнифер показалось, что это не он расхозяйничался на ее витрине, а она снова подглядывает.

– Дайте мне вон тот кусок, – перебил он ее мысли. – Как вам удается творить буквально из ничего?

Дженнифер смутилась и молчала.

– Ничего, что я нахально встрял в вашу работу и распоряжаюсь тут, как у себя в закройном зале? – вдруг спросил он.

– Нет, напротив, – быстро ответила Дженнифер, – я все равно не умею делать одно и то же по второму разу.

Лейн понимающе кивнул.

– Я это понял, я наблюдал за вами в окно. Когда увидел, что вы сделаете сейчас все по-другому, то решил вам помочь. Однако, – он пристально посмотрел на нее, и Дженнифер стало неуютно под его проницательным взглядом, – настоящий художник должен уметь и повторяться тоже.

– Вы думаете? – искренне удивилась она. – Тогда я не настоящий художник… – Дженнифер запнулась, смутившись, что чуть было не начала с ним откровенничать. – Вообще-то я совсем никакой не художник, я помощник продавца, а это… – она обвела рукой витрину, – это так, от скуки.

– Не врите, – спокойно сказал Лейн. – Я уже давно наблюдаю за вашей работой, еще с той розы, ну, помните?

Дженнифер стало как-то неловко: оказывается, он тоже за ней давно наблюдает.

– У вас весьма своеобразное чувство цвета и линии, – продолжал он. – Вам бы учиться… Серьезно, из вас вышел бы неплохой дизайнер. Простите, я не знал, что задену вас, – сказал Лейн, заметив, что его собеседница с отсутствующим видом смотрит на улицу и нервно кусает губы.

Дженнифер стиснула зубы. Она вдруг почувствовала, что готова заплакать от вновь накатившего ощущения беспомощности и одиночества. Лейну стало неловко, когда он понял, что задел какое-то больное место.

– Я просто хотел сказать вам, что у вас незаурядные способности. Вы не должны бросать оформительство. Ни в коем случае… Я вам даже завидую – вы еще столько нового откроете в себе…

– Не открою: ключ потерян, – зло огрызнулась Дженнифер, успев взять себя в руки.

– Видите, я прав, у вас есть хорошая злость…

– И много других гадостей, – резко перебила она.

Заметив, что из его взгляда ушла теплота, Дженнифер поняла, что не права, и поспешила оправдаться:

– Простите, я часто бываю зла на язык и сама же страдаю от этого. Вы просто наступили мне на больную мозоль. Больную и очень свежую. Мой отец тоже считал, что у меня незаурядные способности, и обещал, что я обязательно буду учиться на дизайнера…

– Дженнифер набрала побольше воздуху. – Не так давно мои родители погибли в автокатастрофе, теперь все рухнуло.

Голос ее дрогнул, она отвернулась и стала смотреть на залитую солнцем улицу.

– Дженнифер, – Лейн ласково тронул ее за плечо, – простите ради Бога, я ничего не знал. – Он молча закончил работу и отошел полюбоваться результатом. – Ну как, ничего?

Дженнифер охотно повернулась, обрадовавшись возможности сменить наконец эту тяжкую для нее тему, разговаривать же с Лейном было интересно. Она осмотрела его произведение и улыбнулась.

– Хорошо, но по-другому. Более резко у вас все, что ли…

– Да, а у вас все получается удивительно мягко и тонко.

– А все-таки зря вы поменяли тот синеватый на этот серый. Он грязноват для этого угла, сюда почти не попадает солнце. Тем более что ясная погода вряд ли долго продержится…

– Мне кажется, так четче линия, – возразил Лейн. – А почему вы любите синий цвет, причем преимущественно густой, насыщенный?

– Синяя гамма вообще достаточно естественна. В природе очень много синего, голубого и их оттенков. Наверное, люди привыкли к этому цвету и перестали замечать его красоту и богатство.

– Интересная мысль. – Лейн взялся за конец тонкой блестящей ленты. – Помогите мне смотать аккуратно, так будет легче работать.

Дженнифер отыскала другой конец, и они стали сматывать ленту, постепенно приближаясь друг к другу. Когда они встретились, руки их соприкоснулись, обоим стало неловко – Дженнифер покраснела, Лейн задышал чаще.

– А-а-а?.. – раздалось сзади удивленное: у входа в витрину с широко открытым ртом стояла тетя Элен.

– Подошел сделать кое-какие замечания, – быстро нашелся Лейн. – Мне кажется, что Дженнифер не до конца уловила ваш новый замысел, – продолжил он, хитро подмигнув девушке.

Тетя Элен смущенно кашлянула. Лейн кивнул обеим на прощание и отправился к себе. Хозяйка похвалила Дженнифер за старание и попыталась выведать подробности разговора с Лейном. Дженнифер не моргнув глазом сказала, что он только что подошел, помог смотать ленту, выпавшую у нее из рук, и сделал несколько полезных замечаний, которые она и хочет побыстрее учесть, пока не забыла. Тетя Элен, скрипнув зубами, удалилась, Дженнифер быстро закончила работу и пошла домой.

Лейн проводил глазами хрупкую фигурку Дженнифер, посмотрел на законченную витрину. И почувствовал, что снова задышал чаще, вспомнив, как соприкоснулись их руки, сматывавшие ленту. Интересная девочка… Да-а, ей хорошо, она уже сделала свое дело. А моя проблема пока так и стоит на месте. Он уныло подошел к манекену, походил вокруг него. Мэгги, верный тихий помощник… Как не вовремя все рухнуло. Ее выкинули на улицу, это было железное требование Эмили, а я никак и ничем не мог ей помочь. Да, я должен был поступить по-другому, но Эмили все рассчитала, она поставила под удар мою новую коллекцию, а я не мог, не мог этим пожертвовать, даже ради Мэгги, с которой мне было хорошо.

Лейну казалось, что небо наказывает его за расчетливый поступок, и поэтому он никак не может совладать с собой и начать нормально работать. Сегодня, пока он разговаривал с Дженнифер, ему стало немного теплее, но она ушла, даже не подняв глаза на окна его закройного зала.

Лейн снова задумался, и вдруг ему в голову пришла занятная идея. Он довольно потер руки и, так и не приступив к работе, поехал домой.

Эмили не ждала его так рано. В последние два дня она была уже не на шутку встревожена творческими простоями мужа. Она корила себя, что поддалась минутному гневу и не вовремя спугнула Мэгги. Это можно было сделать и после окончания работы над коллекцией. Лейн ведь такой эмоциональный, впечатлительный. Всегда долго выходит из ступора, а время не терпит.

– Не ждала меня так рано, тем более до контрольного звонка? – спросил он без издевки, спокойно улыбаясь.

Эмили прекрасно знала эту улыбку и, оставив вопрос без ответа, поинтересовалась в свою очередь:

– Ты нашел выход?

– Надеюсь, что да. Но мне не помешала бы твоя помощь.

– Вот как? – удивилась она.

– Да. Ты знаешь, кто оформляет витрину в магазине Элен Вейст?

– Курица говорит, что она лично, и немало этим гордится. – Эмили задумалась и покачала головой. – Но мне кажется, хоть я видела всего два варианта… Да, ей безусловно кто-то помогает.

– Да не помогает, а просто делает все за нее! И знаешь кто?

Эмили отрицательно покачала головой.

– Я сам был потрясен, когда обнаружил это. Одна незаметная девушка. Ее зовут Дженнифер.

– А-а… Что-то припоминаю… – Эмили нахмурилась. – Да, она, кажется, подруга Шарля и Люси. Или дальняя родственница самой Элен… У нее еще недавно что-то случилось, поэтому Элен сжалилась и взяла ее на работу…

– Родители погибли в автокатастрофе.

– Точно. Ну, и что из всего этого следует?

– Я давно наблюдал за ее работой по оформлению витрины. Сегодня даже подошел и поговорил с ней. У нее интересные идеи. Девочка открытая, могла бы мне сейчас помочь. – С лица Эмили постепенно стала исчезать улыбка, но Лейн сделал вид, что не замечает этого. – Завтра я обращусь за помощью к миссис Вейст. Она будет вынуждена признаться, чьими услугами пользуется. Или ей придется внезапно заболеть, чтобы увильнуть от разоблачения. То есть ее либо не будет несколько дней и я попрошу Дженнифер напрямую, либо… – Он подошел к Эмили, взял ее за плечи и посмотрел в глаза. – Либо Элен сама отрядит ее мне в помощники дня на два-три… Мне очень надо, дорогая, чтобы она это сделала.

– Хорошо, дорогой. – Эмили мысленно взвешивала каждое слово. – Если Дженнифер действительно может помочь тебе, то нам, – она сделала ударение на местоимении и для верности повторила его, – нам не следует упускать такой шанс. Я завтра с утра зайду к Элен и постараюсь подготовить почву для твоего разговора.

– Спасибо, дорогая. Я рад, что ты снова понимаешь и поддерживаешь меня. – Лейн хотел еще попросить временно снять курицу с наблюдательного поста, но решил, что это уже будет слишком.

Эмили задумалась. Рыжая девчонка… Тихая девчонка… Она сжала виски руками.

Потом тряхнула головой. Коллекция, успех. Успех, коллекция! И уехать, уехать, уехать отсюда. Полгода она терпит этот город, эту страну с ее отвратительной погодой, как до этого терпела бесконечные переезды. То Лейну был нужен Восток, теперь вот английский туманный покой… А ей нужен его успех, и ради этого она сейчас закроет глаза на все. Но как теперь временно вывести из игры влюбленную курицу, да еще чтобы она от ревности не наделала глупостей?

Утром тетя Элен с раздражением посмотрела на переделанную витрину. У нее было очень тяжело на душе. Вчера ей пришлось уговаривать Дженнифер, а Лейн… Ей вдруг показалось, что он просто издевался над ней. И, в довершение всех неприятностей, он видел, что Дженнифер возится с витриной, и даже помогал ей. А его фраза, что Дженнифер, дескать, плохо уловила ее новый замысел… Это была неприкрытая насмешка.

Да-да… Ну почему я такая несчастная?!

Тетя Элен готова была заплакать, и тут кто-то мягко взял ее под руку. Почувствовав запах дорогих духов, хозяйка магазина удивленно подняла голову. На нее участливо смотрела улыбающаяся Эмили Сейзар.

– Что с вами? – спросила она.

– Ах, я такая несчастная, такая… – Тетя Элен все-таки разрыдалась.

Эмили легонько обняла ее за плечи и стала подталкивать к магазину.

– Что вы! Что вы! Вы ведь так нужны всем нам…

– Нет-нет, – продолжала рыдать тетя Элен, – я никому не нужна, я… Я всем мешаю, я ничего не умею… Это так обидно, так ужасно! Я ведь очень стараюсь. Я никому, никому не делаю ничего плохого, и все равно… Все равно…

– Ну-ну, успокойтесь. Мы все вас любим… – Эмили заботливо усадила тетю Элен в мягкое кресло в кабинете. Она не была готова встретить миссис Вейст в таком состоянии и даже растерялась. – Я как раз пришла просить вас о помощи… – неуверенно начала она.

– О какой помощи, о какой помощи? – всхлипывала безутешная тетя Элен. – Вы такая красивая, такая… У вас талантливый муж… А я… Ну чем я могу быть вам полезна, кроме как шпионить за ним из окна?

Эмили спокойно проглотила пилюлю.

– Как раз шпионить больше не надо. Вы ведь можете действительно гораздо больше помочь нам с Лейном…

– С Лейном? – недоверчиво перебила ее тетя Элен, начиная приходить в себя.

– Ну да, конечно. Ох, Элен… Разрешите мне вас так называть? – Эмили вдруг поняла, на чем сейчас можно сыграть. – Я волнуюсь, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется… Лейн в последнее время с большим интересом следит за вашей работой на витрине. А вы знаете… У него не идет работа… Он человек творческий… Но ведь это никого не волнует – сроки есть сроки…

– Он что, не успевает? – заволновалась тетя Элен.

– Боюсь, что может не успеть… А он такой гордый, он просто не переживет провала.

И знаете, ведь в действительности он стеснительный человек… Ему всегда неловко о чемнибудь просить. Так вот… если ему вдруг понадобится ваша помощь, умоляю, не отказывайте ему… Это для него очень важно. Вечерние платья – украшение любой коллекции…

– Я могла бы помочь Лейну в работе над вечерними платьями? О, это так ответственно… – Тетя Элен мысленно воспарила, но мгновенно плюхнулась лицом в грязь. Дженнифер. Опять эта девчонка! – Но… нет, нет… Я думаю, Лейн никогда не обратится ко мне за помощью. Да и что я могу?! – Тетя Элен опять чуть не заплакала, некстати вспомнив, что вчера Лейн вместе с Дженнифер колдовал над витриной. – Витрину я делаю вместе с Дженнифер, – скрепя сердце сказала она полуправду. – Девочка не без способностей. Шарль и Люси говорили мне об этом, но я не верила. Потом она напросилась мне помогать и… В общем, я пришла к выводу, что у нее получается немного лучше, чем у меня. Так что, наверное, надо ее отправить Лейну в помощники, если понадобится, а я… Я ни на что больше не гожусь, кроме как считать рулоны, деньги… – Она закрыла лицо руками и снова зарыдала.

Эмили недоуменно смотрела на собеседницу – она не ожидала, что та в конце концов все-таки скажет правду. В общем-то цель достигнута, но отчего-то стало жаль эту глупую курицу. Эмили подумала, потом уселась на стул напротив.

– Давайте спокойно во всем разберемся, Элен. Ведь если бы вы не позволили этой девушке помогать вам, то она бы так и не узнала, на что способна. Ведь именно вы помогли ей увидеть и открыть себя, верно? Она наверняка советуется с вами, вы ей говорите, что получилось плохо, что хорошо, не так ли?

– Да-а…

Тетя Элен перестала рыдать и с надеждой воззрилась на утешительницу, а та продолжила:

– Ведь если Дженнифер с вами советуется и прислушивается к вашим советам, значит, вы ей нужны. И вы мне сказали, что она вам помогает, а могли бы промолчать и отказаться, если вдруг Лейн попросил бы вас о помощи. Ведь могли бы?

Тетя Элен кивнула.

– Но вы так не поступили, значит, вы очень, очень благородный человек, Элен.

Поверьте, талантливые люди ничего не смогли бы добиться в жизни, если рядом с ними не было бы таких благородных и порядочных людей, как вы…

– О-о-о… – выдохнула тетя Элен. – Вы правда так думаете?

– Ну конечно! Разве я пришла бы просить вас поддержать Лейна, если бы не знала, какой вы человек?!

Тетя Элен умиленно смотрела на Эмили. Та встала, взяла ее руки в свои и тепло пожала.

– Вы, Элен, конечно же не выдадите моей маленькой тайны Лейну?

– Вы полагаете, он действительно обратится ко мне за помощью? – с надеждой в голосе спросила тетя Элен.

– Мне так показалось, и я помчалась к вам с утра пораньше… Я так волнуюсь за него…

Эмили решила, что на такой ноте визит вполне можно закончить, и собралась уходить.

– Доброе утро, миссис Вейст! – в кабинет вошла Дженнифер. – Простите, я не знала, что вы заняты, – осеклась она, увидев Эмили.

– Ничего, ничего, я уже ухожу, – проронила Эмили, направляясь к двери.

– Что ты хотела, Дженнифер? – спросила тетя Элен, опустив лицо, чтобы Дженнифер не увидела ее заплаканной.

– Дженнифер? – удивленно вырвалось у Эмили. Она развернулась и пристально посмотрела на девушку.

– Чем могу быть полезна? – чувствуя неприятное внутреннее напряжение, спросила Дженнифер.

– Да ничего, мой муж, Лейн Сейзар – вы, вероятно, знаете его – рассказывал мне про ваш дождь на витрине… Мне кажется, вы должны быть очень благодарны миссис Вейст, что она внимательно и заботливо относится к вашим творческим поискам. Лейн даже сказал мне, что посоветовал вам всерьез подумать об учебе.

Дженнифер захотелось убежать. Ей казалось, что ледяной проницательный взгляд этой элегантной красивой женщины раздевает и вызывающе изучает ее.

Эта доходяга может быть нужна Лейну только для работы, решила Эмили. Но от этой тихой девчонки веет опасностью. Дженнифер, словно прочитав ее мысли, усмехнулась.

– Ну, мне пора. Благодарю вас за прекрасный совет, дорогая Элен. – Эмили взялась за дверную ручку.

– Я провожу вас! – Хозяйка магазина поспешно вскочила с кресла.

Дженнифер сообразила, что может получить замечание за непочтительный тон в обращении, и быстро ушла.

Тетя Элен проводила Эмили до автомобиля и остановилась у витрины. И что особенного делает эта Дженнифер? Тут она вспомнила слова Эмили и гордо улыбнулась: ведь это все только благодаря мне, только мне!

– Доброе утро, миссис Вейст! – Перед ней стоял Лейн и приветливо улыбался. – Мне неловко, что мои слова вчера были неправильно истолкованы. Я доставил вам столько неприятностей… Но вы очень чутко отнеслись к моей просьбе и восстановили витрину. Я с новыми силами готов приступить к работе.

– Искренне желаю вам успеха. – Тетя Элен улыбнулась в ответ. – Но вы же видели, вчера я позволила Дженнифер попробовать свои силы…

– Мне кажется, у нее получилось. О, конечно, не так тонко, как у вас…

Тетя Элен благодушным кивком приняла комплимент.

– Могу я попросить вас об одной услуге? – продолжил Лейн, пытаясь напустить на себя смущенный вид. – Видите ли, я бы хотел использовать вашу идею для работы над своими вечерними платьями. Я сказал вчера, что они готовы, но это не так. У меня только начал зарождаться замысел. Может быть, вы поможете мне… Я в каком-то ступоре.

Тетя Элен нахмурилась и сделала вид, что задумалась.

– Я сегодня и завтра очень занята… Даже не знаю… Впрочем… Вчера мне помогала Дженнифер. Может, она будет вам полезной?

Лейн возликовал, но, продолжая игру, скорчил пренебрежительную гримасу.

– Если ничего не получится, – заторопилась тетя Элен, – тогда я сама с удовольствием попробую. Хотя совершенно не представляю, как у такого мастера, как вы, могут возникнуть проблемы.

– Я же тоже человек, – доверительно сказал Лейн. – Надеюсь, вы никому не выдадите нашу тайну. А эта девушка, – он указал на Дженнифер, которая в это время появилась в витрине, – умеет держать язык за зубами? Вы же понимаете, вся моя карьера поставлена на карту…

– О чем вы говорите! – замахала руками тетя Элен. – Дженнифер тихая, скромная, и ее никто не знает.

– Вы могли бы отпускать ее ко мне после обеда? Дня два? – перешел Лейн от эмоций к делу.

– Конечно, о чем разговор! – защебетала довольная тетя Элен. – Дженнифер, Дженнифер! – Она призывно замахала рукой и через полминуты девушка стояла на мостовой. – Мистер Лейн хочет поговорить с тобой. Ему нужна небольшая помощь в подготовке к показу весенней коллекции. Если ты сможешь оказаться полезной, я не возражаю. – Тетя Элен скрылась в магазине.

Дженнифер с удивлением посмотрела на Лейна.

– Что все это значит?

– Вы же слышали, я хочу попросить вас помочь мне.

– И что я должна буду делать?

– Возможно, дать мне несколько советов по линии силуэта, возможно, подобрать для каждого платья сочетание тканей и расцветок, отделку…

– Я ничего не понимаю в отделке, никогда с этим не работала.

– Вот и поработаете.

– А вы что будете делать? – с вызовом спросила Дженнифер. – У вас сейчас другая, более важная работа?

Она чувствовала какой-то подвох, но не могла понять, в чем он. К тому же ее начинала раздражать уверенность Лейна.

Он будто прочитал ее мысли.

– Нет, Дженнифер, только, пожалуйста, не смейтесь и не говорите, что не верите мне, – сказал он с той подкупающей простотой, которая вчера так неожиданно расположила к нему Дженнифер. – Для меня сейчас нет никакой более важной работы, чем эта, но она у меня не клеится. Совсем. А времени очень мало. Вчера ваша витрина навела меня на кое-какие мысли, но, поскольку я все равно буду использовать вашу идею, мне кажется, что вместе мы скорее сдвинем дело с мертвой точки.

– Так вы серьезно сказали вчера, что витрина подходит под вечерние платья?

– Да, серьезно, но только платьев-то еще почти нет.

Дженнифер забыла о своих подозрениях.

– Я действительно могу вам помочь?

– Я бы очень просил вас об этом.

Лейн посмотрел ей прямо в глаза. Дженнифер стало неловко, она покраснела и опустила голову. Когда она снова подняла взгляд на Лейна, его глаза были теплы и излучали какой-то свет. Почему я так смутилась? – пронеслось у нее в голове.

– Я вас жду в закройном зале после обеда, – мягко сказал Лейн, – с миссис Вейст я уже договорился.

– Я поняла.

– И еще… – Он хотел попросить ее держать язык за зубами, но решил, что сделает это позже и как можно тактичнее.

Девушка с гонором, может и обидеться… Лейн вспомнил наставления жены, до мелочей рассчитавшей схему работы с Дженнифер. Два-три дня усиленной работы, обязательно много хвалить и много с ней разговаривать. Потом выдержать холодную паузу и снова допустить к совместной работе… Да, Лейн вздохнул, все это с учетом полного равнодушия с моей стороны… Но что-то в этой девушке меня зацепило…

– Что? – Дженнифер обернулась к нему.

– Ничего, у нас еще будет время поговорить. – Он кивнул и пошел к себе.

Дженнифер пошла за прилавок, где уже стояли Виктория и тетя Элен.

– Виктория, должна тебя огорчить, после обеда Бейджхаус забирает у нас Дженнифер.

– Насовсем? – Виктория округлила глаза.

– Да нет, – рассмеялась тетя Элен, – я не точно выразилась. Несколько дней после обеда она будет работать там.

– А-а, – облегченно выдохнула Виктория. – А то я уж испугалась.

Хозяйка тем временем крепко взяла за локоть Дженнифер, призывая ее к молчанию, и продолжила:

– Дженнифер поможет оформить стены, лестницы, холл. Мистер Сейзар просил нас с Дженнифер придумать что-нибудь похожее на нашу сегодняшнюю витрину, поскольку цветовую гамму мы взяли из его новой коллекции…

Дженнифер кивнула, подтверждая слова хозяйки магазина. Творческий кризис мистера Лейна должен остаться тайной. Через некоторое время девушка поймала себя на мысли, что волнуется, даже нервничает, а вдруг у нее ничего не получится… Но все равно работать с ним будет интересно.

По лестнице в закройный зал Бейджхауса Дженнифер поднималась степенно.

Постояла перед дверью, робко вошла внутрь. Никого не было – перерыв на ланч.

Дженнифер походила от стола к столу, потом подошла к трем манекенам с зелеными бархатными моделями. На одной был прозрачный голубой пояс, весь усеянный пузатыми маленькими каплями. На другой отделка шла по вырезу и капли были покрупнее. А на последней – коротком облегающем платье – сверху была как бы наброшена шаль из длинных прозрачных капель. Дженнифер отошла подальше и покачала головой.

Смотрелось очень интересно.

– Ничего, что я использовал ваши «весенние слезы»? – раздалось у нее за спиной.

– Мои? – удивилась Дженнифер и повернулась лицом к Лейну.

Он улыбнулся.

– Я имел в виду витрину. Помните большой глаз? Тетя Элен так горячо рассказывала мне про Весну, распахивающую глаза, что…

– Что «что»? – спросила Дженнифер, начиная раздражаться.

Этого Лейну было совершенно не нужно.

– Ладно, давайте покончим с этим. Вам нравится?

– Эти две – да. Мои слезы здесь использованы удачно. А вот та выглядит неестественно. – Она задумалась. – Знаете, вот если бы… Помните, одно время вы делали узкие юбки в виде лепестка, с острым треугольничком впереди? Вот так, наверное, будет лучше. Вроде бы зеленый лист под дождем…

– Откуда вы знаете про юбки лепестком? – спросил он, сверля ее взглядом. – Я действительно разработал несколько вариантов, но в конечном счете мне разрешили использовать всего две. Но вам-то откуда про это известно?

Дженнифер растерялась, однако модель уже захватила ее воображение, и ей не хотелось отвлекаться, поэтому она честно сказала:

– Я давно подсматривала за вами в окно подсобки. Ну, вы же меня видели – я часто там возилась. – Она подошла к манекену. – Можно, я это все сниму? У меня руки чешутся.

Дайте булавки, я попробую сделать так, чтобы как можно меньше пришлось переделывать.

Лейн, улыбаясь, протянул ей прикрепленную на ремешке подушечку, утыканную булавками.

– Вам помочь?

– Лучше не мешайте.

Она принялась за работу. Лейн с интересом наблюдал, как девушка, увлекаясь, постепенно перевоплощается. Дженнифер почувствовала на себе его взгляд и остановилась.

– Перестаньте на меня так смотреть. Я отвлекаюсь, – сказала она сердито. Под его взглядом у нее начинало сильнее биться сердце.

Лейн улыбнулся и отвел глаза.

– Вы до неузнаваемости меняетесь во время работы. Это потрясающе. Я засмотрелся.

Дженнифер сильно смутилась и покраснела. Лейн говорил так мягко, так тепло… Ей снова становилось легко с ним.

– Мне кажется, так лучше. Главное, я ничего пока не отрезала и не испортила, так что модели можно вернуть первоначальный вид.

Лейн задумчиво рассматривал заигравший по-новому силуэт.

– Откуда у вас такое чувство вкуса? Вы словно с рождения точно знаете, что хорошо, что плохо, что естественно, а что фальшиво.

– Да нет, я была обычным ребенком. А это все… от отца. Папа хорошо разбирался в живописи и прикладном искусстве. Его друг искусствовед, он сейчас в Америке… – Она осеклась. – Даже, наверное, не знает, что папы уже нет… – Дженнифер немного помолчала, потом продолжила: – Так вот, он часто обращался к папе за консультациями…

– Видимо, ваш папа любил пейзажи?

– Вы проницательны. Очень любил и хорошо в них разбирался. Но больше, как ни странно, он любил натюрморты. Причем удивительно чувствовал любую фальшь. Папа всегда таскал меня с собой. Иногда мне казалось, что, посадив меня где-нибудь в мягкое кресло, он просто забывал про меня, начиная спорить, что-то доказывать… Потом вдруг тащит за руку: «Ты только посмотри, Дженни, какой сердитый кувшин – это самое удачное… Как тревожно упала портьера»… Он говорил, что как только в неодушевленных предметах оживает какое-то человеческое чувство, черта характера – это уже становится подлинным и приобретает ценность. С ним часто не соглашались, называли чудаком, смеялись, да, иногда даже смеялись над его наблюдениями… Но его интуиция почти всегда безошибочно работала и приносила деньги… – она вздохнула, – что больше всего и ценят многие люди, которые с важным видом рассуждают об искусстве…

– Вы рисуете? – с интересом спросил Лейн.

Она замотала головой.

– Нет, скорее перевожу краски… Я могла целый день возиться с каким-нибудь одним цветом… Мама ворчала, а папа серьезно всегда со мной разговаривал. Больше всего я любила с ним гулять вечером. Идем, молчим. Часа два, представляете, ходим и молчим.

Потом домой приходим, голодные, ужинаем – и спать. Утром папа отправлялся по делам, если ничего интересного, он меня не брал, и я оставалась дома. Ну, это когда была маленькая, да и когда уже в школе училась… Короче, придет вечером – и сразу ко мне в комнату. «Ну, что ты увидела вчера?» И со мной тоже спорил и ругался…

– Вы боялись его?

Дженнифер задумалась.

– Сначала, пожалуй, да. Потом уже даже и не задумывалась об этом. Он как-то умел очень просто и интересно высказать свое мнение и объяснял мне то, чего, как ему казалось, мне не хватало. Однажды мы долго гуляли перед Рождеством, вспоминали сказку Андерсена. Утром я проснулась и вдруг четко поняла, что знаю, какая она, Снежная королева. – Дженнифер прыснула. – Никогда не забуду! Я разрезала пододеяльник и простыню – мама в это время была занята – и сшила костюм Снежной королевы.

– Досталось сильно?

– От мамы – да. Но папа долго потом меня расспрашивал, почему так сделано, а не по-другому, о чем я думала, с чем сравнивала. Он приучил меня к тому, что ни одна идея не возникает на пустом месте. Если ты не знаешь, с чем это связано или на что похоже – у тебя ничего не получится… Боже, зачем я вам все это рассказываю? Это же совершенно не интересно.

– Напротив, я начинаю понимать, откуда у вас тонкий вкус, – сказал Лейн, закуривая. – Вы очень много успели взять от отца.

– И от мамы тоже, – поспешно добавила Дженнифер.

Ей вдруг захотелось рассказать ему про себя все-все. Еще больше хотелось курить, но Лейн, наверное, не жалует женщин с сигаретой… Тем временем за окном уже собирались сумерки.

– Я вас совсем заговорила, – смущенно сказала она.

– Дженнифер, позвольте, я воспользуюсь выданной мне информацией?

– Да, конечно.

– О чем вы думали, когда делали ту витрину? С чем сравнивали? Ну, дождь, тогда был сильный ливень… Это мне понятно. Но цветовое сочетание откуда? И тревожное, и мягкое, и напряженное… А? Мне важно, чтобы вы попробовали вспомнить. Как говорил ваш папа, надо знать, с чем сравнивать, на что настоящее, живое это похоже, только тогда получится. Натолкните меня на мысль, мне это очень важно. Я, знаете ли, не люблю работать с однотонными тканями…

– Я заметила. – Дженнифер не хотелось возвращаться к работе, хотелось просто посидеть и поговорить. Расспросить Лейна о чем-нибудь. – В вашей работе почти всегда есть что-то экзотическое. Что-то восточное, во всяком случае, мне так показалось.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю