Текст книги "Гробовое молчание"

Автор книги: Тесс Герритсен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

17

Даже в половине десятого вечера сотрудники «Дедемской безопасности» еще работали – следили за зданиями в Бостоне и пригородах.

– Обычно плохие парни берутся за дело, когда стемнеет, – заметил Гус Гиллиам, ведя трех детективов мимо длинного стеллажа мониторов видеонаблюдения. – Поэтому нам тоже спать не полагается. Если срабатывает хотя бы один из наших сигнализаторов, мы уже на связи с Бостонским ПУ. На раз. Вот так. – Он прищелкнул пальцами. – В общем, если когда-нибудь вам понадобится система безопасности, звоните нам.

Тань изучил изображения на мониторах.

– Ух ты! Да у вас весь город как на ладони.

– Весь округ Саффолк. К тому же наши камеры действительно работают. Половина тех, что развешены по городу, просто пустышки, которые ничего не записывают. Так что если ты преступник, это как игра в наперстки. Никогда не поймешь, какие камеры действительно наблюдают, а какие – нет. Но когда нарушители замечают камеру, они обычно стараются держаться подальше, так что камера на виду – уже средство устрашения.

– Нам повезло, что камера на улице Наппа – настоящая, – порадовалась Джейн.

– Ага. У нас всегда в запасе примерно сорок восемь часов видео, снятого ею. – Гиллиам отвел их в дальнюю комнату, где возле монитора уже поставили четыре кресла. – Так что обычно, когда нас уведомляют о происшествии, мы успеваем сохранить соответствующий отснятый материал. Эта камера была установлена пять лет назад. В прошлый раз, когда нас попросили показать видео с нее, поймали парнишку, который высадил окно. – Гус уселся напротив монитора. – Вы сказали, что вас интересует площадка пожарной лестницы на втором этаже?

– Надеюсь, это место попадает в поле зрения вашей камеры, – сказала Джейн. – Нужное нам здание находится примерно в двадцати – двадцати пяти метрах от нее.

– Не знаю. Вероятно, это далековато, чтобы разглядеть детали, и второго этажа тоже может быть не видно. К тому же у нас низкое разрешение. Но все равно давайте посмотрим.

Когда трое детективов придвинулись поближе, чтобы видеть монитор, Гиллиам щелкнул по ярлычку «Воспроизведение», и на экране возникло живое изображение улицы Наппа. Появились спины двух прохожих, идущих мимо, в сторону улицы Ниленд.

– Смотрите, – проговорил Фрост. – Тут как раз виден угол пожарной лестницы.

– Но, к сожалению, самого окна не видно, – расстроилась Джейн.

– Может, этого будет достаточно. – Фрост нагнулся к монитору, чтобы разглядеть дату и время записи. – Вернитесь примерно на два часа назад. На семь тридцать. Посмотрим, удастся ли нам углядеть нарушителя.

Гиллиам перемотал запись на 19.30.

В 19.35 по улице Наппа медленно прошла пожилая женщина с тяжелыми продуктовыми сумками в руках.

В 19.50 возле ресторана «Красный феникс» появился Джонни Тань. Он заглянул в окно, посмотрел на часы, потом исчез за открытой дверью. Через минуту он появился снова и поглядел вверх, на окна квартир. Видимо, решив обогнуть здание, Тань скрылся за углом.

В 20.06 на пожарной лестнице что-то резко зашевелилось. Это Фрост неуклюже вывалился из окна. Вскочив на ноги, он начал карабкаться вверх и исчез из виду.

– Что за черт! – пробормотал Барри. – Передо мной никто не вылезал. Но ведь я прекрасно знаю, что гнался по лестнице за этим существом.

– Его не видно, – заметила Джейн.

– А это ты, Риццоли. Как так получилось, что Таня тоже не видно? Ведь он вылез сразу после меня.

– Может быть, я привидение? – фыркнул Тань.

– Тут все дело в поле зрения, – понял Гиллиам. – Мы видим только угол лестницы, поэтому камера не фиксирует тех, кто влезает и вылезает несколько… э-э… грациозней.

– Иными словами, из нас с Фростом форточников не получится, – подытожила Джейн.

Гиллиам улыбнулся.

– А вот из детектива Таня вполне.

Джейн вздохнула.

– Значит, эта камера нам не поможет.

– Если, конечно, нарушитель влезал туда всего один раз.

Джейн вспомнила аромат ладана и свежие апельсины на тарелке.

Кто-то регулярно посещает эту квартиру, оставляя приношения в память У Вэйминя.

– Вернитесь на два вечера назад, – попросила она, – и запустите запись.

Гиллиам кивнул.

– Да, стоит посмотреть.

На мониторе время побежало назад, проскочило сорок восемь часов и остановилось на отметке 21.38. Запись снова начала прокручиваться вперед, в скоростном режиме – движения прохожих убыстрились, а их фигуры стали менее четкими. 22.00. Полночь. К 2.00 улица Наппа опустела, и на экране отображалась лишь мостовая, по которой временами, трепеща, проносились обрывки бумаги.

В 3.02 Джейн увидела.

Всего лишь тень слегка шевельнулась на площадке пожарной лестницы, но уже одно это заставило Риццоли податься вперед.

– Стоп! Назад! – воскликнула она.

Гиллиам перемотал запись и остановил на картинке с тенью – никаких контуров, просто мрак на пожарной лестнице стал еще гуще.

– Да тут почти ничего не видно, – заметил Тань. – Возможно, это всего-навсего тень от кошки.

– Если кто-то забрался в это здание, – возразил Фрост, – значит, ему пришлось вылезти назад, верно?

– Тогда давайте посмотрим, что произойдет дальше, – согласился Гиллиам и снова включил воспроизведение.

Они наблюдали за тем, как сменяются минуты. Видели, как двое явно пьяных мужчин, пошатываясь, прошли по улице Наппа и свернули за угол.

–  Вон оно! – через несколько секунд воскликнула Джейн.

Гиллиам остановил кадр и пристально поглядел на тень – согнувшись, она замерла на пожарной лестнице.

– Что это такое, черт возьми? – тихо проговорил он.

– Я же говорил, что видел нечто, – сказал Фрост. – Это оно.

– Тут вообще не поймешь, на что мы смотрим, – заметил Тань. – Лица не видно, даже и не скажешь наверняка, человек ли это.

– Но ведь оно двуногое, – возразил Фрост. – Посмотрите, оно сидит на корточках. И вот-вот прыгнет.

У Джейн зазвонил мобильный телефон. Звук прозвучал настолько резко и пугающе, что, перед тем как ответить, ей пришлось перевести дух и откашляться.

– Детектив Риццоли.

– Вы оставляли сообщение на моем автоответчике, – сказал какой-то мужчина. – Вот я и перезваниваю. Это Лу Ингерсолл.

Джейн выпрямилась в кресле.

– Детектив Ингерсолл, мы всю неделю пытались связаться с вами. Нам необходимо побеседовать.

– О чем?

– Об убийстве в Чайна-тауне. Оно произошло в среду ночью, на прошлой неделе. Жертва – неизвестная женщина лет тридцати с небольшим.

– Вы ведь знаете, что я уволился из Бостонского ПУ шестнадцать лет назад. Почему вы спрашиваете меня о недавнем деле?

– Мы полагаем, что эта смерть может быть связана с одним из ваших старых расследований, массовым убийством в «Красном фениксе».

В трубке повисло молчание.

– Не уверен, что стоит говорить об этом по телефону, – наконец произнес Ингерсолл.

– Может, встретимся, сэр?

Джейн услышала шаги детектива. Уловила его затрудненное дыхание.

– Ладно, похоже, машина уехала. Зря я не записал эти чертовы номера.

– Какая машина?

– Фургон. Он стоял на противоположной стороне улицы с того самого момента, как я приехал домой. Вероятно, там сидел тот подонок, что врывался в мой дом, когда я был на севере.

– Что там у вас происходит?

– Приезжайте прямо сейчас, и я изложу вам свою теорию.

– Мы в Дедеме. На дорогу нам понадобится полчаса, а то и больше. Вы уверены, что мы не можем поговорить прямо сейчас?

Она снова услышала шаги Ингерсолла.

– Мне не хочется говорить об этом по телефону. Я не знаю, кто нас слушает, а я обещал не ввязывать ее в это. Так что я подожду, когда вы приедете.

– О чем вообще речь?

– О девочках, детектив, – ответил он. – Речь о том, что случилось с теми девочками.

– Ну теперь ты хотя бы мне веришь, – сказал Фрост, когда они с Джейн ехали в сторону Бостона. – Ты видела его своими глазами.

– Мы еще не знаем, что было на этой записи, – возразила Риццоли. – Не сомневаюсь, найдется логическое объяснение.

– Я никогда не видел, чтобы человек двигался так быстро.

– И что же это было, как ты думаешь?

Фрост уставился в окно.

– Знаешь, Риццоли, на свете много вещей, которых мы не понимаем. Нечто древнее и настолько странное, что кажется совершенно невозможным. – Барри немного помолчал. – Я как-то встречался с китаянкой.

– Ты? Когда?

– Давно, в старших классах школы. Она и ее семья тогда только-только переехали из Шанхая. Она была очень мила, ужасно застенчива. И невероятно старомодна.

– Может, тебе следовало жениться на ней, а не на Элис?

– Ты же знаешь, что говорят о заднем уме. У меня все равно ничего не получилось бы, потому что ее родня была категорически против любого белого парня. Зато ее прабабке я нравился. Думаю, старушка симпатизировала мне, потому что один я обращал на нее внимание.

– Бог мой, Фрост, есть ли на свете хоть одна бабушка, которой ты не нравишься?

– Я любил слушать ее рассказы. Она говорила, а Жад переводила мне. То, что она рассказывала о Китае… черт!., если бы хоть частичка этого оказалась правдой…

– Ну например?

Фрост посмотрел на Джейн.

– Ты веришь в привидения?

– Сколько мертвецов нам довелось увидеть? Если бы привидения существовали, мы уже давно с ними встретились бы.

– Прабабка Жад говорила, что в Китае повсюду привидения. Она считала, это потому, что Китай такой древний и там умерли миллионы людей. Ведь души должны где-то обитать. Если они не на небесах, значит, должны быть здесь. Среди нас.

Джейн затормозила на светофоре. Ожидая зеленого света, она думала о том, сколько душ, должно быть, витает над этим городом. Сколько их обитает на этом самом месте, на пересечении двух дорог. Если сложить всех, кто умирал здесь век за веком, Бостон, без сомнения, перенаселен призраками.

– Старая госпожа Чан рассказывала мне совершенно безумные вещи, однако сама она в них верила. О святых, которые ходили по воде. О монахах-воинах, умевших летать по воздуху и становиться невидимыми.

– Похоже, она посмотрела слишком много фильмов о кунг-фу.

– Но легенды ведь на чем-то основываются, ты так не считаешь? Возможно, наше западное сознание слишком закрыто, чтобы принять непонятное, и в этом мире происходит куда больше, чем мы можем себе представить. Разве ты не ощущаешь этого в китайском квартале? Когда я оказываюсь там, я всегда задумываюсь о том, чего не вижу, обо всех скрытых ключах к разгадке, которые я не замечаю из-за своей слепоты. Я захожу в пыльные лавки торговцев лекарственными травами и разглядываю странные засушенные штуковины в банках. Нам это кажется очковтирательством, но вдруг они действительно излечивают рак? Или продлевают жизнь до ста лет? Китайской цивилизации пять тысячелетий. Они должны многое знать. Но никогда не расскажут нам об этих тайнах.

В зеркале заднего вида отражалась машина Таня, который ехал за ними. Джейн задумалась: а как бы он отреагировал на эту беседу? Оскорбили бы его разговоры об экзотичных и таинственных китайцах? Зажегся зеленый свет.

– Я бы не стала рассказывать об этом Таню, – заметила она, минуя перекресток.

Фрост покачал головой.

– Возможно, это разозлило бы его. Но я ведь не расист, понимаешь? Я правда встречался с китаянкой.

– А это уж точно его разозлило бы.

– Я просто стараюсь понять, открыть сознание вещам, которых мы не видим.

– Вот чего я не вижу, так это общей картинки. Ничего не складывается, не состыковывается. Мертвая женщина на крыше. Старое суицид-убийство. А теперь еще Ингерсолл, который бормочет о том, что какой-то фургон следит за его домом. И что-то там о девочках.

– Почему он не стал говорить с тобой по телефону? Почему он думает, что его кто-то подслушивает? И кто?

– Этого он не сказал.

– Когда кто-то начинает говорить о жучках в телефоне, у меня сразу срабатывает предупреждение: псих. Он не показался тебе параноиком?

– Он показался мне встревоженным. А еще он упомянул о «ней». Сказал, что обещал не ввязывать ее в это.

– Айрис Фан?

– Не знаю.

Фрост посмотрел вперед, на дорогу.

– Старый коп вроде него наверняка вооружен. Нам нужно действовать осторожно и медленно. Чтобы не напугать его.

Через пятнадцать минут Джейн затормозила у дома Ингерсолла, а прямо за ней припарковался Тань. Детективы вышли из машин, одновременно захлопнув дверцы. В трехэтажном городском особняке горел свет, но, когда Фрост позвонил в дверь, ее никто не открыл. Барри звякнул еще раз и постучал в окно.

– Я позвоню ему, – вызвалась Джейн, набирая номер Ингерсолла на своем мобильном.

Было слышно, как где-то в доме звонит телефон. Четыре сигнала, затем прозвучало краткое сообщение автоответчика: «Меня нет. Оставьте сообщение».

– Ничего не видно, – сообщил Тань, заглядывая в зашторенные окна фасада.

Джейн дала отбой и сказала Фросту:

– Продолжай звонить в дверь. Тань, мы с тобой обойдем дом. Возможно, он нас не слышит.

Даже когда они с Танем свернули за угол здания, Джейн все равно слышала, как Фрост барабанит в дверь. Узкая дорожка между домами не освещалась и заросла кустами. Джейн чувствовала запах влажной листвы, ощущала, как ботинки проваливаются в сырую землю. В окне она заметила голубое свечение ингерсолловского телевизора и, остановившись, заглянула в гостиную. На экране сменялись картинки. А на журнальном столике лежали мобильный телефон и недоеденный сандвич.

– Это окно не закрыто на задвижку, – заметил Тань. – Я могу забраться внутрь. Что скажешь?

Они обменялись во тьме взглядами. Каждый из них думал о последствиях: что будет, если ворваться в чужой дом без разрешения или ордера.

– Он ведь пригласил нас, – решилась Джейн. – Может, он просто сидит в туалете и ничего не слышит.

Тань поднял оконную раму. В считаные секунды он подтянулся и перебрался через подоконник, а затем беззвучно скользнул в дом. Как, черт возьми, ему это удается? – подивилась Джейн, разглядывая подоконник, доходивший ей до груди. Из этого парня и вправду получится отличный форточник.

– Детектив Ингерсолл! – крикнул Тань, выходя в другую комнату. – Это Бостонское ПУ. Вы здесь?

Джейн поразмыслила о том, чтобы, пыхтя и размахивая руками, тоже пролезть в окно, но потом решила: к тому времени, когда она переберется через подоконник, Тань уже отопрет входную дверь.

– Риццоли, он здесь! Он ранен!

Крик Таня прогнал всю нерешительность. Джейн ухватилась за подоконник и собралась было влезть в окно, но вдруг услышала во мраке шорох кустов и шаги.

«Задняя часть дома, – поняла она. – Подозреваемый уходит».

Она пустилась в погоню и достигла самой дальней части здания как раз в тот момент, когда темная фигура взобралась на забор и спрыгнула на землю с другой стороны.

– Фрост! – крикнула Джейн, мчась к забору. – Мне нужна поддержка!

Адреналин помог ей взобраться на забор и перемахнуть его, хотя щепки кололи руки. Джейн приземлилась на другой стороне – ее туфли впечатались в тротуар, и это болью отозвалось в голенях.

Она увидела противника. «Мужчина», – поняла Джейн.

Риццоли слышала, как кто-то скребет по забору руками и ногами, но не стала смотреть, кто именно – Фрост или Тань. Все ее внимание было по-прежнему сосредоточено на фигуре, маячившей впереди. Она настигала мужчину и уже приблизилась настолько, что могла различить: он одет во все черное. Наряжен специально для преступления. «Но не настолько скор, чтобы сбежать от девчонки-полицейского», – решила Джейн.

Подмога явно отставала, однако Риццоли не замедляла хода, она не могла позволить преследуемому ускользнуть. И вот до него осталось всего несколько десятков метров.

– Полиция! – закричала она. – Стоять!

Мужчина рванул вправо и скрылся между зданиями.

Это взбесило ее. Ярость заставила Джейн обогнуть угол дома, и она оказалась в проулке. Там было темно, слишком темно. Она помчалась вперед – эхо ее шагов дробно отражалось от стен. Джейн пробежала еще немного и замедлила ход. Остановилась.

«Где он? – стучало в голове. – Куда он пошел?»

Выхватив оружие, Джейн с колотящимся сердцем вглядывалась во мрак. Увидела мусорные контейнеры, услышала звон бьющегося стекла.

Пуля попала ей в спину, прямо между лопаток. Удар швырнул ее вперед, она рухнула ничком и ободрала ладони о мостовую. Пистолет выпал из рук. Кевларовый жилет спас ее, но толчок был столь силен, что у Джейн перехватило дыхание. Оглушенная, она лежала, не в силах сообразить, куда отлетело ее оружие.

Кто-то медленным шагом приближался к ней. Риццоли с трудом поднялась на колени, пытаясь нащупать пистолет.

Шаги за спиной замерли.

Джейн повернулась и увидела возвышавшийся над ней силуэт мужчины. Его лицо скрадывал мрак, но все же в проулок попадало достаточно света, чтобы Риццоли различила движение – он поднял руку. Джейн увидела слабый блеск пистолета – его ствол был направлен ей в голову. Конец будет быстрым и верным, а убийца и жертва так и не посмотрят друг другу в глаза. Габриель, подумала Джейн, Реджина, я так и не сумела сказать, как сильно люблю вас обоих.

Она слышала в ночи шепот Смерти – он был словно тихий свист ветра в ушах. Что-то брызнуло ей на лицо, и Джейн зажмурилась. Когда она снова открыла глаза, стоявший над ней силуэт пропал – человек рухнул вперед. Он свалился ей на ноги, словно срубленное дерево. Придавленная весом мужчины, Джейн чувствовала, что по ее одежде разливается какое-то жидкое тепло. И сразу же узнала характерный металлический запах.

Кто-то дышал во мраке – существо, чьи очертания вырисовывались теперь на том месте, где раньше был стрелок. У него не было лица, только черный овал и ореол из серебристых волос. Существо не произнесло ни слова, но, когда оно отворачивалось, в его руке что-то сверкнуло – яркая дуга отраженного света, молниеносно исчезнувшая. Тень скользнула тенью – только так это и можно было назвать, а еще Джейн показалось, что она слышит шорох ветра. Через мгновение Риццоли осталась одна, придавленная к жесткому асфальту телом мужчины, из которого выплескивались ей на одежду остатки крови.

– Риццоли! Риццоли!

Джейн попыталась освободиться от трупа, сдавливавшего ее ноги.

– Я здесь! Фрост!

В отдалении сверкнул луч фонарика. Он приблизился, скользя влево-вправо по проулку.

Застонав от напряжения, Джейн все же сумела отодвинуть тело. От соприкосновения с мертвой плотью она вздрогнула и отползла в сторону.

– Фрост, – проговорила она.

Свет ударил прямо в глаза Джейн, и она подняла руку, чтобы загородиться.

– Боже мой! – закричал Фрост. – Ты что, ра…

– Со мной все нормально. Все хорошо! – Риццоли сделала глубокий вдох и почувствовала сильную боль в том месте спины, где пуля впилась в кевларовый жилет. – По крайней мере, я так думаю.

– Тут столько крови…

– Это не моя. Это его.

Фрост направил луч фонарика на тело, и Джейн в ужасе вдохнула столько воздуха, что у нее заболели ребра. Тело лежало на животе, отрубленная голова откатилась чуть в сторону. Глаза покойника смотрели прямо на них, а рот был открыт, словно мужчина собирался удивленно вскрикнуть. Джейн изумленно уставилась на аккуратно разрубленную шею и вдруг почувствовала, насколько мокрыми были ее брюки – они прилипали к ногам. Все вокруг завертелось – спотыкаясь, Джейн отбрела в сторону и оперлась спиной о стену здания. Там она опустила голову и принялась отчаянно сражаться с подступающей рвотой.

– Что произошло? – спросил Фрост.

– Я видела его, – прошептала Джейн. – Существо. То, что было на крыше. – Казалось, будто ее ноги растаяли. Риццоли сползла по стене и уселась на землю. – Оно только что спасло мне жизнь.

Повисло долгое молчание. Ветер мел по проулку, разбрасывая песок – он колол лицо, разъедал глаза. Я должна была умереть, подумалось ей. Должна была лежать здесь с пулей в голове. Но вместо этого сегодня снова окажусь дома. Обниму мужа и поцелую ребенка. И за это чудо я в долгу перед неким существом, непонятно откуда взявшимся во тьме ночной.

Джейн подняла голову и поглядела на Фроста.

– Ты должен был встретиться с ним. Только что.

– Я никого не видел.

– Оно должно было пробежать мимо тебя, когда ты входил в проулок.

Барри покачал головой.

– Это так же, как было на крыше. Там его видел только я, а ты мне не поверила.

Джейн снова посмотрела на обезглавленное тело, на пистолет, который по-прежнему сжимала рука покойника.

– Теперь – верю.

18

Из своей припаркованной машины Маура видела троих полицейских, стоявших возле желтой ленты оцепления. Все они смотрели в ее сторону и наверняка опознали черный «Лексус», а потому понимали: приехала судмедэксперт. Но когда она вышла из машины и двинулась в их сторону, полицейские отвернулись и продолжили беседовать о своем. Только после того как Маура официально отрекомендовалась, они наконец удостоили ее взглядом.

– Детектив Риццоли в доме? – осведомилась она.

– Не знаю, мэм, – ответил один из патрульных. – Почему бы вам самой не проверить?

Неужели он из принципа не хотел помогать ей? Холодно-нейтральное выражение полицейского не позволяло понять это. Маура поднырнула под ленту оцепления, двинулась к парадному входу и, услышав смех патрульных за спиной, задумалась: а не над ней ли смеются? И не придется ли ей теперь каждый раз сталкиваться с подобным отношением на месте происшествия? Взгляды, шепот, едва скрываемая враждебность. Маура остановилась у парадной двери, чтобы натянуть бахилы. Она изо всех сил старалась удержать равновесие – нельзя давать патрульным очередной повод похихикать. Когда Маура выпрямилась, дверь уже была открыта и на нее смотрел детектив Тань.

– Доктор Айлз, простите, что вытащили вас из дома среди ночи.

– Оба убитых в доме?

– Один – на кухне. Другой – за несколько кварталов отсюда, в проулке.

– И как это второй убитый оказался так далеко от первого?

– Он пытался удрать от Риццоли. Думаю, эту девушку не так-то просто сбросить с хвоста.

Из прихожей Тань проводил Мауру в коридор. Шурша бахилами по полу, она последовала за детективом на кухню и страшно удивилась, увидев рядом с Барри Фростом начальника отдела убийств Бостонского ПУ. Встреча с лейтенантом Маркеттом на месте происшествия – событие весьма редкое; его присутствие свидетельствовало о том, что это убийство особенное.

Погибший лежал на боку. Возле его лица, на плиточном полу, застывала огромная лужа крови. Это был грузный белый мужчина лет семидесяти с лишним, в рыжевато-коричневых брюках, вязаной фуфайке и темных носках. На одной ноге по-прежнему оставалась тапка. Огнестрельная рана в виске почти не оставляла сомнений о причине смерти. Маура не сразу бросилась к телу, а немного постояла в стороне, пытаясь отыскать взглядом орудие, однако никакого пистолета возле трупа не обнаружила. «Значит, не самоубийство», – решила она.

– Он был полицейским, – тихо проговорила Джейн.

Маура не слышала, как подошла Риццоли. Она обернулась и уставилась на залитую кровью блузку подруги. Вместо своего обычного темного брючного костюма Джейн надела мешковатые тренировочные штаны – видимо, обстоятельства вынудили ее сменить одежду.

– Боже мой, Джейн!

– Да, непростая история вышла.

– И как ты, нормально?

Джейн кивнула и снова поглядела вниз, на мертвеца.

– А вот о нем такого не скажешь.

– Кто он?

– Детектив Лу Ингерсолл, – ответил лейтенант Маркетт. – Шестнадцать лет назад вышел в отставку, а до этого служил в отделе убийств. Он один из наших, доктор Айлз. И заслуживает серьезных стараний.

Неужели лейтенант намекает, что Маура может уделить этому мертвецу меньше внимания, чем обычно? Что судмедэксперт, предавшая одного служителя правопорядка, предаст и этого полицейского? Ее щеки вспыхнули. Она наклонилась к телу. Потребовалось несколько секунд, чтобы до Мауры дошло, какое имя ей назвали. Лу Ингерсолл.

Маура перевела взгляд на Таня.

– Этот человек работал по делу о массовом убийстве в «Красном фениксе», – сказала она.

– Ты уже знаешь о нем? – удивилась Джейн.

– Мы с детективом Танем говорили об этом, когда он привозил мне отчеты о вскрытии.

Джейн повернулась к Таню.

– А я и не знала, что ты консультировался с ней.

Джонни пожал плечами.

– Мне просто хотелось узнать мнение доктора Айлз. Не было ли что-нибудь упущено девятнадцать лет назад.

– Детектив Риццоли? – В дверях кухни стоял один из криминалистов; у него на шее были наушники. – Мы проверили комнату сканером радиочастот. Вы были правы. От его городского телефона действительно идет сигнал.

– Сигнал? – Маркетт непонимающе взглянул на Джейн.

– Ингерсолл считал, что кто-то прослушивает его телефон, – пояснила Риццоли. – Если честно, я несколько удивлена, что вы действительно обнаружили сигнал.

– Зачем кому-то устанавливать жучок на его телефон?

– Причина здесь явно необычная. Он вдовец уже восемнадцать лет, так что никакой войны, связанной с разводом, вести не мог. У него есть дочь, но она понятия не имеет, что происходит. – Джейн снова поглядела на мертвеца. – Странностей только прибавляется. Он был недоволен, что из какого-то фургона наблюдали за его домом. Сказал, что кто-то вломился к нему в дом, когда он был в отъезде. Мне все это показалось бредом сумасшедшего.

– Однако бредом это не было. – Маркетт посмотрел на криминалиста. – Вы еще не проверили его мобильный?

– На нем мы никакого сигнала не обнаружили. Батарея разрядилась. Когда зарядится, мы просмотрим журнал вызовов.

– Нужно получить распечатку его звонков – мобильных и городских. И посмотреть, с кем он разговаривал последнее время.

Маура поднялась.

– Насколько я понимаю, есть еще один убитый.

– Стрелок, – ответила Джейн. – Во всяком случае, мы считаем, что этот человек – стрелок. Я гналась за ним несколько кварталов.

– Ты сама положила его?

– Нет.

– А кто же?

Джейн глубоко втянула воздух, словно морально готовясь к тому, что будет дальше.

– Это непросто объяснить. Давай я лучше покажу тебе.

Они вышли на улицу, где уже собралась толпа, завороженная вторжением органов правопорядка в этот район. Прокладывая путь между зеваками, Джейн вывела Мауру за угол, в тихий переулок. Риццоли шла своей обычной быстрой походкой, однако ее самонадеянность куда-то делась, а плечи поникли, словно нынешняя ночь сломила ее, отобрала уверенность в себе.

– С тобой действительно все нормально? – спросила Маура.

– Если забыть о том, что испорчен мой любимый брючный костюм? Да, все нормально.

– Но выглядишь ты ненормально. Давай поговорим, Джейн.

Риццоли замедлила шаг и остановилась. Она уперлась взглядом в мостовую, словно боялась смотреть на Мауру, боялась показать, насколько уязвимой себя чувствует.

– Я не должна стоять на этом самом месте, – пробормотала она. – Я должна была умереть, как Ингерсолл. Должна была лежать в проулке с пулей в башке. – Джейн неодобрительно поглядела на свои руки, словно они принадлежали кому-то другому. – Ты только посмотри. Черт, они трясутся.

– Ты сказала, что гналась за преступником.

– Да, я гналась за ним. Но была слишком самонадеянна. Побежала за ним в проулок. Это он меня положил. – Джейн обхватила себя руками, словно ее внезапно обдало холодом. – Меня спас подарок на день рождения. Помнишь, как Габриэль купил мне кевларовый жилет? Как мы с тобой смеялись над этим? Так романтично, любой девчонке понравилось бы. Когда я не надевала его, Габриэль страшно злился, так что сегодня утром я нацепила жилет, чтобы сохранить мир в семье. Теперь придется постоянно выслушивать одно и то же. Что он был прав.

– Габриэль уже знает, что с тобой случилось?

– Я еще не звонила ему. – Джейн утерла лицо рукавом. – Не успела.

– Тебе надо ехать домой. Немедленно.

– И все здесь бросить?

– Джейн, ты едва держишься. Твоя команда спокойно продолжит работу.

– Ну да, ведь тут же Маркетт! Еще увидит, что не могу пережить такого пустяка, как выстрел в спину! Да ну к черту! – Джейн отвернулась и пошла прочь, словно торопилась скорее покончить со всем этим делом. Стремилась доказать, что справится.

Ах, Джейн, подумала Маура. Ты постоянно доказываешь, на что способна, и никак не можешь успокоиться. Ты навсегда останешься той новенькой, которая неудержимо стремилась к признанию. Боялась показаться слабой.

Они подошли к другому оцепленному участку – проулку, вход в который охранял патрульный. И снова Мауру встретили с холодным безразличием. Надевая новые бахилы и подныривая под желтую ленту оцепления, Маура чувствовала, что патрульный наблюдает за ней, поэтому рада была уйти от его пристального взгляда и последовать в темный проулок за Джейн.

– А вот холостяк номер два, – объявила Джейн, направляя фонарик на мостовую.

Игривый и совсем неуместный комментарий сбил Мауру с толку – она и не предполагала, какой ужас лежал прямо у ее ног.

Труп обезглавили умело. Сама голова в темной вязаной шапочке покоилась примерно в метре от туловища белого мужчины лет сорока. Тело, облаченное во все черное, лежало на животе; казалось, оно плывет брассом в океане из собственной крови. Застывшая в трупном окоченении рука по-прежнему сжимала пистолет. Водя своим фонариком, Маура увидела прерывистые дуги брызг на стенах и застывшие темные лужи крови на мостовой, словно кто-то неумело готовил здесь кровяную колбасу.

– Познакомься с придурком, который испортил мой любимый костюм, – объявила Джейн.

Нахмурившись, Маура окинула взглядом обезглавленное туловище. Оружие, которое мужчина сжимал в руке.

– Ты гналась за этим человеком от дома Ингерсолла?

– Да. Бежала за ним с заднего двора. Он выпустил пулю и попал мне в спину. До сих пор ужасно больно.

– Тогда как же он…

– Вмешалось третье лицо. Если у тебя есть вопросы о том, каким образом он погиб, спроси меня, потому что я присутствовала. Я лежала на земле, а этот парень чуть было не всадил пулю мне в голову. Я думала, все, конец. Думала… – Она нервно сглотнула. – Потом услышала звук, этакий свист в воздухе. И он просто рухнул на меня. – Глядя вниз, Джейн тихо добавила: – А я все еще жива.

– Ты видела, кто это сделал?

– Только тень. Серебристые волосы.

– И все?

Джейн засомневалась.

– И меч. Думаю, это был меч.

Глядя на тело, Маура почувствовала легкое дуновение ветерка, пронесшегося по проулку. И задумалась: неужели звук, сопровождавший смертельный удар, был таким же, как шепот ветра? Она вспомнила ампутированную кисть неизвестной, аккуратно рассеченные суставы и сухожилия. И сосредоточила внимание на пистолете, который сжимал мертвец.

– Пистолет с глушителем, – заметила Маура.

– Да. Этот тип одет в черное, и у него оружие наемного убийцы. Как и у неизвестной, женщины с крыши.

– Обычным взломом это не назовешь. – Маура подняла взгляд. – Почему на телефоне Ингерсолла был жучок?

– Лу так и не успел рассказать мне, однако он явно нервничал и хотел что-то сообщить.Что-то о девочках. «Речь том, что случилось с теми девочками», – сказал он.

– С какими девочками?

– Думаю, это связано с «Красным фениксом». Ты знаешь, что у двоих погибших там людей пропали дочери?

До Мауры донеслись чьи-то голоса и хлопанье автомобильных дверей. Она поглядела в проулок и увидела свет приближающихся фонариков. Криминалисты.