Текст книги "Рыжая для дракона и её маленький Цветик (СИ)"
Автор книги: Татьяна Репникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 25. Злата.
Пока собиралась, в голове то и дело крутился вопрос: «Неужели я превратилась в дракона? Или, точнее, в драконицу?». Но как ни старалась, у меня не получалось вспомнить, как это было и что стало толчком для превращения. Помню, мы танцевали и... всё... Дальше пустота.
Оделась и направилась на выход, прихватив с собой Баранелу. Она устроилась у меня на руках и сосредоточено распыляла блёстки. Открыв дверь и шагнув за порог, заметила перемещающегося с ноги на ногу Арберга. Он что-то разглядывал у себя в руке и шептал. Я уж думала, какое заклятие, но, спасибо драконьему слуху, услышала пару слов и хлопнула дверью, чтобы выдернуть его из своих мыслей. А мысли эти мне очень понравились.
– Готов сопроводить меня? Или мне самой искать?
– Конечно готов. Только... Я хотел сначала... – не успел он договорить, потому что я его перебила.
– Рассказать, что произошло сегодня? А то я совершенно ничего не помню.
– А. Да. Конечно. – и он улыбнулся так по-юношески, что я задержала свой взгляд на его очаровательной улыбке. Вот мне совсем не верится, что ему много лет. Улыбка, взгляд, смущение и радость говорили обратное.
Так... Надо отвлечься, а то так и буду пялиться на него...
– Давай начнём с того, что ты помнишь? Какое последнее воспоминание было?
– Мы пришли в бальный зал, заиграла музыка, и мы начали танец. Я любовалась тобой и... Что? Это приступление? Или ты думал, что только мужчины могут оценивать красоту?
– Нет-нет, продолжай. – и опять эта улыбка. Она сводит меня с ума.
– В какой-то момент стало всё расплывчато и как сквозь мутное стекло. Помню, что музыка закончилась, ты похвалил меня, и мы направились к столику, и... Пожалуй, это всё.
– Негусто. Теперь я дополню твои провалы в памяти. Когда мы кружились и тайком наблюдали друг за другом, я заметил одну странную деталь, но списал это на то, что мне могло показаться. Хотя я теперь понимаю...
– Арберг, ближе к делу. Пожалуйста. – взмолилась я. Ну как можно рассуждать, когда меня интересуют только факты на данном моменте? Подумать мы можем и потом.
– Да-да, прости. В общем, я заметил, как твои глаза стали не просто голубыми, а они как будто подсвечивались изнутри радугой. Я списал всё на освещение.
Закончив танец, мы направились к столу, я отодвинул стул и помог занять место. Дальше всё шло как по маслу, ты взяла тканевую салфетку, постелила на коленях, и мы приступили к трапезе. Попробовали первое, принесли второе, позже легкий салат и... Эм...
– Не тяни кота за... – и тут чуть не ляпнула, за что именно, но быстро исправилась. – Усы. Ближе к делу.
– Ты не нашла в салате мяса и сказала, что этот салат едят только козы, а ты вообще-то драконица, которой нужно питаться хорошо. Но при этом взяла бокал, чуть раскачав содержимое, понюхала, пригубила и вынесла вердикт: «Неплохо, но могли бы и другое подать», выпила до дна.
– Замечательно. Она ещё и пьёт. – это уже негодовала я на свою драконицу. Алкашка! Закодирую! Ей-богу!
– После выпитого вина ты вытерла губы полотенчиком и отказалась от десерта, сославшись на то, что для фигуры это вредно, и стала ждать вердикта судей.
Они не заставили себя долго ждать и начали активно указывать на ошибки, которые ты совершила.
– Да-да, конечно. Одному нога не там, другому вилка. Третий заявил, что ем неправильно...
– О! Так ты помнишь? А зачем расспрашивала тогда?
– Всё очень просто. Я не помню, но вот предположить, что они говорили, не так уж и сложно. Они каждый раз так указывали на мои недостатки. Предположу, что драконице это не понравилось, и она захотела им пожарить филейную часть тела?
– Дело в том, что это она попросила о помощи и сказала, что ты не слышишь её.
Я резко остановилась и повернулась к генералу.
– То есть? Как это понимать? Что-то или кто-то мог воздействовать на меня, чтобы я потеряла контроль над своими эмоциями и совершила необдуманные действия?
– Это и непонятно. Но мы разберёмся во всём, обещаю.
– Мне кажется или ты сейчас не выглядишь расстроенным?
– У меня нет повода расстраиваться. Кто бы это ни был, он оказал нам услугу. Во-первых, твоё превращение внезапное, опровергло слухи о том, что ты использовала тёмную магию и стала моей истиной. Во-вторых, ты показала Радужную, и все в ожидании перемен. Каких? Да любых. В-третьих, они все вспомнили предсказание и ждут появление Правящей.
– То есть, если бы я завтра появилась на балу, то на меня все смотрели и обсуждали, какая я ведьма и чем пожертвовала ради того, чтобы стать твоей женой, а ещё прихватила ребёнка нагуляного? Ладно, пережила бы, не страшно. Но что за предсказание, не поделишься?
– Когда дед был королём, к нему пришла провидица и попросила удалиться всех. Они остались вдвоём и целый час находились под пологом тишины. О чём говорили, увы, не известно, но она оставила предсказание нам, после чего исчезла. Дед ещё пару часов просидел один в кабинете и уже ближе к закату дал приказ собрать народ и активировать магфоны по всему королевству. Через полчаса он поднялся в воздух и прогремел на всю округу:
Племена и народы, внемлите,
Грядет этот праздничный час,
Вы в небесах свободу обретете,
Услышьте истины пророка глас.
И радуга тогда обрящет крылья,
И Правящую следом приведет,
Оставив позади года унынья,
Эпоху мудрости и счастья принесет...
Глава 26. Арберг
Пока Злату учили, на первый взгляд, обычным вещам, я продолжал расследование. Мои люди сообщили, что в то время, когда мачеха ушла в свой уголок, что создала в саду, многие видели ее заплаканной. Она даже не скрывала лицо, лишь слегка опустила голову.
И это странно... Она никогда не показывала свои эмоции, не считая последних дней. Да, она могла на секунду показать своё настоящее чувство, но тут же надевала маску безразличия. Но чтобы плакать у всех на виду? Что же должно было произойти? Неужели это из-за сына? Да не может быть такого. Хотя...
После того, как она пришла в себя, она не проронила и слова. Единственный, кто мог хотя бы какую-то эмоцию вызвать, так это её сынок. Мимика была такой же, а вот глаза. Глаза горели. Однажды я застал ее плачущей, но и тогда она ничего не произнесла.
Сейчас же я направляюсь к ней в покои для того, чтобы сообщить об опасности. Она должна знать о том, что их с сыном ждет, если она не станет сотрудничать с нами.
Проходя по коридорам королевского дворца, услышал торопливые шаги, направляющиеся в мою сторону.
Дракон завертелся внутри, и по телу пробежала волна негодования. Я же для чего-то спрятался в нише, не знаю, как так вышло, но выходить было уже неразумно. Что тогда подумает тот человек, увидев, как я выхожу из укрытия? Нет уж, лучше подожду.
Долго ждать не пришлось. Уже через минуту мимо меня прошёл секретарь его величества и был чем-то недоволен. Он то и дело бубнил себе под нос: «Почему? Кто? Как? Мы же всё проверили».
Можно подумать, что он о моём расследовании, но есть одно «но». Он не знал о нём. Тогда о чём речь? Из-за чего он так встревожен? Нужно понаблюдать за ним.
Выйдя из «укрытия», я продолжил путь и попутно размышлял, как преподнести новость, что мы знаем о существовании сына Эпогеи. Признается сразу или будет сопротивляться.
Зайдя к ней в гостиную, обнаружил ее сидящую в кресле. Она была одета в привычно строгое платье, волосы собраны в пучок, две пряди завитые на висках, минимум краски и набор из серег, диадемы и колье, в котором блестел сапфир.
– Долго шел. Я ожидала, что ты появишься сразу, как только я приду в себя. Что-то задержало?
Вот смотрю на нее и закрадывается нехорошее предчувствие.
– Задержало. Но думаю, вы уже в курсе событий.
Чуть наклонив голову к плечу, смотрю ей в глаза.
– А то как же, в курсе. Передай Злате привет. Но ты же тут по другому поводу, неправда ли?
– Но вы мне ничего не расскажете. Верно?
– Ты прав. Могу сказать лишь то, что этот человек намного ближе, чем вы думаете. И его вы не воспринимаете всерьез, а зря. Вы не замечаете, но он всегда в центре внимания. К сожалению, это всё, чем я могу быть полезна.
– А что насчет сына?
– К-какого сына... – глаза расширяются, и она ставит чашку на стул со стуком.
– Вашего. От кого он? И почему о нём не известно ничего. Ни одной записи о том, что вы были беременны или рожали. Как же так получилось?
– Откуда? – она теряет весь свой напускной вид и меняется в лице. Ее губы слегка дрожат, а на глазах навернулись слезы.
– Впрочем. Это не важно.
– А вот тут вы ошибаетесь. Это важно. Вашему сыну угрожал некто, кого вы называете «Связной». Он приказал ему сделать противоядие от яда, что создал ваш сын. Иначе умрете вы.
– Нет! Он же обещал мне! Он приказал выпить яду, чтобы мой сын мог и дальше быть вне подозрений! Что у него есть будущее, если только меня не будет. Он же говорил, что мой сын и не догадывается обо мне.
– Увы, я разочарую вас. Его шантажируют точно так же, как и вас. Он желает встречи с вами и выполняет всё, что ему говорят.
– Как? Почему? – отчаяние сквозит вперемешку с негодованием и злость. Но направлена не на меня, а на того, кто пытается убрать одним ударом двух ненужных свидетелей.
– Почему согласился или почему хотят вас убрать?
– Второе.
– Эпогея Апоганьевна, вы действительно не понимаете или не хотите верить в то, что вы наделали кучу ошибок и пришло время расплаты?
– Арберг... Прости. Я хотела бы многое сказать, но не могу.
– Да я уже понял, что с вас взята клятва о неразглашении. Но простить... Секретарь у вас был?
– Да. Он спрашивал о моем самочувствии и пожелал поправляться как можно скорее. Сказав, что дела не ждут и нужно как можно скорее начать подготовку к свадьбе вашей. И что лучше, чем я, с этим никто не справится. Попрощался и ушел.
– Интересно. Очень интересно. Ничего странного не заметили?
– Если не считая того, что он сделал длительную паузу перед словом «свадьба», то, пожалуй, нет.
– Понятно. Сейчас вам лучше не высовываться. Вы под подозрением и, боюсь, что можете себе только навредить. Всего доброго.
Развернулся и ушел, чтобы не возникло желания прибить ее. Она явно изменилась, но нужно присмотреться к Стефану, чтобы отбросить вариант с предательством. И нужно поднять его биографию всю. Н-да... А как это объяснить королю? Нужно думать...
На этой ноте я пересёк коридор и направился к Цветику, чтобы узнать, как дела и немного побыть с ней. Она делает успехи в учёбе, хотя еще совсем маленькая и эта программа не предназначена для детей, но у учителей свои подходы и чтобы повысить успеваемость, они предлагают ей игру, а потом вознаграждают десертом.
Но моим планам не суждено было сбыться. Навстречу шел Нердвирг.
– О! Ты-то мне и нужен. Пошли к его величеству, есть новости.
– И конечно же, это не терпит отлагательств. Ну, пошли.
Развернулись и направились в приемную короля.
– А где Злата? Всё еще занимается с учителями?
– Да. И я чувствую, что скоро она их съест. Они требуют невозможного от нее. Она, конечно же, старается и виду не подает, что тяжело, но я знаю, насколько это трудно. Я до сих пор делаю ошибки на элементарных вещах, а тут...
– Не переживай, она справится.
– Легко тебе говорить. Может быть, ты вспомнишь, как оно было, когда Анабель пытались научить за три дня всему?
– Да-да, ты прав. Я тогда ужасно переживал и поддерживал ее.
Мы оба замолчали и погрузились каждый в свои мысли. Он вспоминал о том, как тяжело было первые три дня, а я думал, как тяжело сейчас Злате.
За всеми переживаниями я не заметил, как мы подошли к приемной. Двери распахнулись, приглашая внутрь.
Глава 27. Арберг.
Пройдя в приёмную, я поклонился королю.
– Есть новости. Но их я бы хотел обсудить в другом месте. – Выпрямился и посмотрел в глаза ему.
– Не переживай, полог тишины теперь и тут навешан.
– У Эпогеи Апоганьевны есть сын. Откуда он взялся, неизвестно. Он работает в лаборатории королевской, и более того, мы все ему доверяем, но это не всё. Секретарь. За ним нужно приглядывать, он явно не так прост, как кажется. Всё его досье будет на столе через час. Я уверен, что мы что-то упускаем. Пока Злата занимается, я пойду помогать Нердвиргу и Анабель, так дело пойдёт быстрее.
– В этом нет необходимости. Мы как раз за этим тебя и искали. Они обнаружили записи о храме, что посещали в то время. И о нём много интересного написано, он принадлежал Правящей.
Я поговорил с сыном, и он сказал, что дракон во время призыва почувствовал свою вторую половинку и нашёл её. Но когда в видении появился ребёнок, он испугался и попросил остаться ещё на какое-то время у себя, пообещав прийти за ней позже. Часть того монолога слышал ребёнок, который не должен был запомнить, но сила, что таится внутри её, решила иначе и оставила часть воспоминаний. Поэтому после перехода в мир, где много магии, она решила, что пора освобождаться, вызвав первый выплеск фейверком. Драконица пыталась предотвратить разрушающую волну и заглушила на некоторое время основную часть способностей, но теперь у девочки есть магическое животное, которое успокаивает магию и даёт учиться малышке. Остальное зависит от Цветика.
Что касается Стефана. Не хочется верить в это, но сейчас я готов довериться вам и проследить за ним. Но...
– Если окажемся неправы, то выделим компенсацию. Думаю, он поймёт нас, если мы окажемся неправы.
– Хорошо. Что там по поводу твоей мачехи?
– Она действительно была замешана во всём этом. Но дала клятву, что не расскажет, кто главный. Боюсь, что мы до сих пор не знаем многое.
– Это как раз таки и понятно. Нердвирг. Что думаешь обо всём этом? Как дальше поступить лучше?
Друг, что всё это время не проронил и слова, посмотрел на нас и пожал плечами.
– Кто бы это ни был, он определённо знает всё о нас. Единственное, что меня смущает, так это то, что Стефан человек и у него нет магии. Или же он просто скрывает её, но каким чудом? Какой-то артефакт, до этого не известный нам, или же он использует его по-другому и не скрывает силы свои, а наоборот, берёт её из него. Нужно наведаться к нему домой.
– Правильно мыслишь. Вот этим и займись. Арберг, ты находишься со Златой и пытаешься выяснить всё о сыне Эпогеи и о ней самой. Как ты там сказал, они с сыном обязаны всем, что есть, тому «Королю»? Связного, надеюсь, отпустили?
– И вдогонку пустили слежку. Охранника привели в чувства, он больше не под воздействием чёрной магии. Но он утверждает, что приезжал всё тот же извозчик, что и всё это время. Ничего странного не происходило, всё как обычно.
Витор задумчиво потёр подбородок, смотря куда-то вдаль. Мы не стали мешать ему и расспрашивать, зная, что в голове сейчас выстраивается мазайка и он может увидеть то, чего мы могли не заметить.
– Есть мысль, но нужно подождать немного. А пока занимайтесь своими делами. Арберг, передай Злате, чтобы сильно не волновалась, от неё никто не требует безупречного результата. Даже короли порой ошибаются.
– Обязательно передам. Но ты же понимаешь, что она не услышит это. Возможно, станет переживать сильнее.
На этом и распрощались.
Идя за Златой, я размышлял о том, что произошло сегодня.
Мы узнали о сыне мачехи, связной, что угрожает обоим и манипулирует ими, как хочет. Есть некто, кто считает себя законным королём, но по непонятным причинам нам неизвестен. Нужно в архив обратиться и раскопать, кто принадлежал или принадлежит нашему роду. Но есть одна проблема. Мы всех знаем, и наше древо настолько велико, что будь оно живым, накрыло бы полстраны. И как найти побочную ветвь, о которой нам неизвестно, не понятно.
Стефан, что верен нам не первый год, решил переметнуться на другую сторону. Магические животные страдают от браконьеров.
Тёмная магия распространяется внутри замка, словно плесень. На людях находятся те или иные предметы, что активируются в определённое время, и активирует тот, кто находится ближе всего. Стефан? Навряд ли. Что там сказала мачеха? Это тот, кто находится в центре, но на него не обращают внимания.
Кто же это? Кто может находиться в центре внимания, кроме короля? Но это же не он. Он и так король, ему эти заговоры не нужны.
Принц? Он по праву унаследует престол.
Я? Мне это не интересно.
Нердвирг? У него другие цели.
А если это не мужчина, как мы думаем, а женщина? Хм... Об этом мы не подумали. Нужно составить список всех тех, кто хоть как-то заинтересован в короне.
Я не заметил, как оказался возле двери своей возлюбленной. После стука вошёл в комнату и увидел эту прекрасную женщину.
Она стояла в синем платье с оттенком сапфира. Причёска открывала хрупкую шею и ключицы, что позволяло разыграться моей фантазии. Гарнитур, состоящий из серёг, кулона и кольца, невероятно шёл ей. Глаза будто светились из внутри и завораживали.
Я не выдержал и, подойдя вплотную, приобнял за талию и поцеловал. Буквально мгновение и отстранился.
Увидев, что она расстроилась, решил наверстать остальное чуть позже. Либо в качестве приза, либо в качестве утешения, но я её поцелую. И это будет совершенно другой, не такой мимолётный.
Кажется, я слишком замечтался, раз не заметил, как мы дошли до бального зала.
Войдя в это пространство света и иллюзии волшебства, заиграла музыка, и мы унеслись в танце.
Злата прекрасно справлялась и, кажется, не замечала того, как я улыбаюсь, смотря на неё. В этом вихре музыки, страсти и надежды были только двое. Не существовало ничего и никого. Только она и я.
Но вот прозвучали последние ноты, и мы остановились.
– Спасибо за подаренный танец. Если бы я оценивал, то это был бы высший балл.
– Рано разбрасываешься высокими оценками. Ещё три проверки. Владение столовыми приборами, правила приёма пищи и уважение к старшим.
Кивнув своим мыслям, Арберг улыбнулся мне.
– Ну что, готова?
– Если я скажу «нет», меня это уже не спасёт? – Я улыбнулся и качнул головой. – Тогда пошли.
Стол, что был накрыт в углу, уже ожидал нас.
Всё шло отлично, но ровно до того момента, пока не вынесли вердикт наши «судьи».
Мало того, что она нервничала во время трапезы, хоть виду и не подавала, но я чувствовал это. Так ещё и в конце её решили добить тем, как она двигалась во время танца, как села за стол, что не аристократично держала вилку или ложку. Слишком большой глоток вина сделала и не в то время. Съела намного больше, чем полагается. Горошинку не порезала, а съела полностью. Вытерла рот не той стороной салфетки.
В итоге, когда я начал заступаться за неё, она просто развернулась и ровной, но быстрой походкой направилась на выход из зала.
– Злат, подожди. Не переживай так сильно, все понимают, что за три дня нереально всему научиться и всё запомнить.
Догнал я её уже на площадке для взлёта. Когда она начала высказывать в пустоту, что ей не понравилось и как она недовольна, я почувствовал всплеск магии. Но он был не настолько огромен, чтобы я запаниковал, поэтому решил, что лучше пусть выскажется. Иногда это лучшее лекарство.
Если бы я знал заранее, к чему это приведёт, то и тогда бы не стал останавливать её.
Через какое-то время меня снесло волной радуги и пронесло метров пять, я ударился о дверь. Боль была не сильной, но вот воздух из лёгких выбило.
Поднимая голову, заметил драконицу. Она была серебрянной и переливалась радугой. Взмах крыльев, и вот она парит уже в небе.
Резкая и пронзающая боль в висках заставила зажмуриться. Меня скрутило всего, и я забыл, как дышать. Казалось, что прошла вечность, прежде чем я пришёл в себя.
«Арберг! Слышишь?! Арберг! Очнись ты уже, толстолоб! Я не могу дозваться до Златы! Да приди же ты в себя! Если её сейчас не привести в чувства, то магия захватит весь разум, и произойдёт что-то ужасное! Арберг!»
– Не кричи. Слышу я всё. Сейчас разберусь.
Я поднимаюсь с пола и направляюсь в середину площадки. Секунда, другая, и контроль перехватывает мой дракон. Взлетев, направляюсь вслед за радугой, что оставляет моя истинная.
Догоняю её, когда она миновала половину города, а это значит, что видят её многие. Большинства людей сейчас на улице. И я слышу, как они кричат, кто от восторга, кто от страха.
Злата в бешенстве, она рычит на этот мир и на несправедливость. Я слышу её мысли. Она хотела бы оказаться с крестьянином или вообще в непонятном лесу, но не вот это всё.
Пытаюсь дозваться, но не получается. Дракон делает пару взмахов и летит впереди, рычит и выпускает дым. Поворачивает голову, чтобы применить свои способности, но я запрещаю. Мне бы лично не понравилось, если бы меня шибанули ментально.
Смотрю ей в глаза и вижу узнавание. Она резко останавливается, и вместо драконьих глаз появляются человеческие. Так. А это уже нехорошо. Вертя головой, Злата пугается так сильно, что в панике забывает, как нужно двигаться, и начинает падать.
Я лечу за ней, прикидывая, как подхватить, чтобы не навредить, но её охватывает радуга, и вместо драконицы падает уже девушка.
Подхватываю лапами и приземляюсь в центре города.
Дракон отпускает контроль нехотя, поэтому приходится дать мысленного леща: «Её нужно в замок! Ты же понимаешь, что нужен лекарь. Нельзя медлить.»
«Тогда её увидят. А это наше сокровище! Я не хочу, чтобы её видели. Давай унесём её в пещеру, что на самой высокой горе? А?»
«Если ты сейчас не передашь контроль, то я одену блокаторы.»
«Всё-всё... Уже пошутить нельзя. Можно просто в башне запереть. Шучу.»
И вот уже я стою в человеческом обличии и нежно обнимаю свою возлюбленную. Народ не рискует подходить, стоит в стороне и обсуждают увиденное.
Я же, прикрыв нагое тело камзолом, связываюсь с Анабель.
– Я тут. Вот, заверни её пледом и пошли.
Умная женщина. Помнит, как первый раз обратилась и потеряла контроль. Ей в тот момент никто не догадался принести плед. Сколько разговоров было потом.
Завернув свою любовь, я поднял её на руки и шагнул в портал.
