Текст книги "Я и Орки 2. Звёздная Кобылица (СИ)"

Автор книги: Татьяна Пекур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Нет, фэрри. Это специальный камень! Он не пустит сюда никого с магией крови!

– А я? Я ведь тоже…

– Твоя кровь особенная, милая! В ней столько жизни, столько магии! Строго говоря, то чем ты владеешь – это не магия крови. Это есть суть жизни, сама жизнь! – объяснил Релль. При этом его золотые глаза пускали блики на стены, так они светились золотом и любовью. Я тоже засверкала в ответ. Он нежно погладил меня по голове, поцеловал, – Люблю тебя… ваэ соо тэнноо…

– А? Релль, я ведь не понимаю…

– Брат говорит, что ты – его дыхание… и жизнь! – перевёл Ран. И тут же прижался ко мне, зарылся в мою шею носом. Щекотно! Фыркнула, мне на ухо тоже фыркнули. Оглянулась и увидела усы у Рана! Длинные, мягкие! И ушки-и-и! Пока мы миловались и рассматривали лиса, остальные успели найти склеп и вернуться нас забрать.

– З-солотце! Нам нужна ваша помощь! – мы с Реллем указали друг на друга, – Вы оба должны это увидеть!

Склеп… как склеп! Высокие своды, тёмный камень на стенах. Теперь я понимаю, что он не везде, просто тонким слоем обложили всё по кругу. Здесь было гробов десять. Я подошла к крайнему. Сама крышка тоже с тёмным камнем, но не везде. Там, где лицо, было стекло. Здесь лежал мужчина постарше. Нет, его лицо тоже было молодо, но всё же было в нём что-то, выдающее возраст. То ли жёсткие складки в углах рта, то ли общее хмурое выражение лица, на веки застывшее на нём.

– Это и есть отец Фотоаса, милая! – подошёл ко мне Релль.

– А где? – я не решилась спросить про принца. Мой златоглазый кивнул вправо. Возле саркофага уже стояли все мои мужья. Тихо стояли, скорбно.

– Если не выйдет… Я проведу его! – сказал Ирнанн. Я не решалась подойти. Шарри дал мне сумку, та тут же заморгала, как крот, вылезший на свет.

– Я постараюсь… Дайте мне подойти! А лучше и вовсе оставьте нас, – наги кивнули и пошли к лестнице, Шарри за ними. Ран и Релль вопросительно заглянули мне в глаза, получили тот же ответ и двинулись к выходу. Ирнанн стал рядом, глаза бога смерти нашли мои.

– Я останусь, наэйни, ведь он может отойти в любой момент.

– Ладно. Но если я… – замялась, не зная, как сказать, что возможно должна буду применить самое сильное средство, а такое действо лучше проводить без свидетелей. Мой божественный муж улыбнулся, в секунду преодолел несчастные пару метров, нас разделяющую, впился в мои уста таким поцелуем, что я чуть в гроб его не утянула для собственно сакрального процесса.

– Делай, что хочешь… Это даже заводит, сладкая! – и его возбуждённая плоть тут же подтвердила его слова, горячо пульсируя у моего живота.

– Извращенец… – улыбнулась я в его губы, моя рука поползла за его ремень. Я нашла его… Ирнанн уже не сдерживался: развернул меня лицом к принцу, снял с меня штаны и вошёл весь и сразу! Бог смерти он и есть бог смерти! Любить свою женщину среди могил – самый кайф! От моих слов он ещё больше завёлся, камень скрипел и крошился под моими пальцами, а крик отразился эхом от стен.

На дрожащих ногах, кое-как натянув одежду и пригладив волосы, я подошла к сумке, небрежно выброшенной нами. Она обиженно вякнула что-то, я даже не особо удивилась, это же моя сумка! Цветок, защищённый магией, был жив и сейчас так благоухал, что в склепе тут же стало невероятно свежо!

Чтобы приготовить отвар, нужна вода и котелок! Но мы пойдём другим путём! Я сформировала шарик воды, поместила туда фронасс, вскипятила воду. Она приобрела приятный фиолетовый оттенок. Теперь я буду поить этим принца. Ой! Надо ведь крови добавить! Моя кровь красивой золотой спиралью улеглась в шар. Я залезла в гроб, села на принца верхом. Ирнанн давился смехом. Шикнула на него, глаза Уншеда жадно следили за мной.

– Ты отвлекаеш-шь! – прошипела я, ощущая все его мечты. Да, я бы тоже хотела, чтобы подо мной был не холодный юноша-сайн, а горячий, возбуждённый райши! Но я обещала своим супругам, что попытаюсь спасти их друга!

– Прости, наэйни! Ничего не могу с собой сделать! – его руки гладили мои волосы, скользнули в вырез майки, стали сладко нежить мои соски. Боже! Сволочь божественная! Как я буду скучать, когда его не станет…

Вот так, поминутно закатывая глаза от сладкой неги, я и поила принца своей кровью с отваром фронаса. Чтобы он глотал, подняла его голову. Сколько мы так сидели, лежали, не знаю. По моим ощущениям, уже очень долго! Ласки Ирнанна сделали своё тёмное дело: я ёрзала на принце, как на углях! Мои стоны, крики и собственно движения тазом на бёдрах Фотоаса привели к закономерному результату – принц открыл глаза и увидел меня. Мои глаза, освещённые страстью, алые губы, открытые в беззвучном крике – вот, что он увидел. Глаза принца, серебристые, дымные, как свет луны в полнолуние, отражённый гладью воды, оглядели меня всю, обласкали. Не зная меня, моего имени, не спрашивая ничего, и ни о чём, он нагнул меня к себе и поцеловал. Я со стоном припала к нему.

Я кусала губы принца, смешивая нашу кровь. Он споро раздел меня и вошёл весь. Боги… Что ж они все такие… здоровые! Мои всхлипы и стоны безумно нравились ему, не прошло и пары минут, как он излился в меня долгим потоком.

– Золотая Богиня! Лооро сказал правду! – прозвучал в тишине его звонкий, мелодичный голос.

– Лооро? Мой Тассиль? – соболиные брови Фотоаса изогнулись красивыми дугами. Я сидела на нём и даже не думала слезать! Ещё чего! А вдруг меня ещё раз любить будут?

– Твой? Он принадлежит короне, красавица! – стервь поганая! – я нагнулась к принцу, мои змеиные глаза пристально, с прищуром оглядели его.

– Моя кровь в тебе… – лизнула его щёку раздвоенным языком, – Твоё семя во мне… Мы с тобой связаны, принц! И так сильно, что только смерть разлучит нас-с!

– Я отблагодарю тебя, сладкая… – и он снова налился силой внизу, но я уже спрыгнула с каменного ложа.

– Я требую, чтобы мне отдали то единственно – дорогое, из-за чего я и спасла тебя! Я требую Лооро Тассиля! – и топнула голой ногой. Млять… больно же! Ирнанн тут же взял меня на руки.

Услышав наши крики, в усыпальницу прибежали мои мужья. Сайны тут же подлетели к своему другу, их радость была искренней и безграничной. Они даже не сразу заметили растрёпанный вид принца, а также явно припухшие от поцелуев-укусов губы.

– Таурелль! Сатаран! Где вы были так долго? И кто наши гости? О ней я знаю – Лооро сказал, что однажды я проснусь в объятиях чудесной золотоволосой богини! – Фотоас уже привёл себя в порядок, поправил золотистую мантию, разгладил волосы. Индюк самодовольный! Я фыркнула и отвернулась.

– Принц, позволь представить тебе нашу фэрри – Таини! Она – золотая нагиня, первая и единственная за последние пять тысяч лет. Её кровь спасла тебя от проклятия, а нам с Раном дала тоже очень много! – принц заинтригованно повернулся ко мне, однако я уже была среди своих любимых и чихать хотела на его интерес.

– Релль? Ваша фэрри? То есть ты и Ран, вы оба её возлюбленные?

– Мы её супруги, Фотоас! И все здесь присутствующие тоже её мужья! Муарашш, Сшан, Шаррдак, Ирнанн, – показывали они моих мужчин гордому принцу. Тот всё больше морщился, наконец он не выдержал и жестом приказал своим преданным подданным замолчать.

– Так вот вы какие, золотые нагини! В наших летописях вас описывают именно так: красивые, похотливые, наглые! Если я отдам тебе Тассиля – ты тут же переспишь с ним и лишишь его дара! Нет, даже не думай! – он махнул рукой и презрительно фыркнул.

– Ран, Релль… Не-ет, не надо! Ирри! Шанни, Рашши! Да пусть живёт, раз уж я его спасла! Ну пустите вы его! – я пыталась разнять кучу дерущихся мужиков, но они как назло только сильнее молотили друг друга. Сначала по морде лица получил принц, за ним – его друзья, попытавшиеся защитить его. И вот теперь мои наги, орк и райши весело пинают троицу сайнов.

Меня они в упор не видели! Сайнов наверное подспудно хотели побить все: и наги, и орк и райши. Иначе чего они так… Может, это продолжалось бы ещё долго, но всё решил случай. Точнее, потом мы узнали, ч то это были происки того самого обиженного мага крови, но сейчас мы все попадали на пол, потому что замок и усыпальницу неслабо тряхнуло!

– Что это? Релль? – жалобно – капризно протянул красавец-принц.

– Думаю, кто-то взламывает тюрьму богов! – сказала я. Мои мужья тут же бросили своих противников и организованной толпой, подхватив меня, унеслись к месту взрыва.

– Фэрри! – отчаянно звали мои сайны, но я только руками развела, вися попой кверху на плече Ирри. Лис, а за ним и мой маг бросились за нами. Фотоас просто обалдел от такого поворота событий! Его лицо было таким по-детски обиженным, что я нагло заржала и прокричала ему, что он плохой любовник. А вот сейчас он уже больше напоминает правителя! Злые глаза полыхнули серебром, по волосам замерцали искры. Он может пользоваться магией? Даже без Источника?

– Таи! Перестань его дразнить! – сурово одёрнул меня Ран. Я прищурилась, потом медленно, томно облизала губы, послала ему воздушный поцелуй. Ещё и застонала, слегка, еле-еле, но от этого эффект был куда лучше! Впрочем, среагировал не только лис, но и мой райши. Ирнанн хлопнул меня по заду, прорычал угрозу отлюбить здесь и сейчас, отчего я едва не скончалась на месте! От предвкушения, разумеется. Ран обиделся, что я перестала его соблазнять, отошёл к своему принцу и Реллю, плетущимся следом за нами.

Пещера Источника находилась почти на противоположной стороне от того места, где была лестница-вход. Мои мужчины добрались туда поразительно быстро. Что вам сказать об этом дивном местечке? Что оно сейчас больше напоминало взорванный вулкан? Что из сего провала, живописно вывернутого и всё ещё голубовато-синего, выползли на свет все пятнадцать богов и один сонтшу? Ну так и говорю…

– Исаноо! – какая радость в голосе Баатшши! Мне он не был рад… скотина… безумно сексуальная и такая соблазнительная… Я вздохнула и стала задумчиво гладить своего райши. И когда меня брякнули на землю, как куль с мукой, отозвалась такими перлами!

– Ирнанн!!! – мой вопль облетел всю окраину Долины и был услышан всеми участниками драмы. Оба сонтшу повернули ко мне головы, аловолосая томно повела плечом в сторону моих мужчин. Я тут же встала, отряхнулась, двинула локтем райши, потом вышла вперёд и попыталась загородить своих любимых. Боги, бледные и бессильные, побитые и голые, внимательно осматривали меня. Мужская их часть, а её было подавляющее большинство, заинтересованно выпрямилась. Некоторые выпрямились и внизу так сказать. Я заинтересовалась сим явлением и скосила туда глазки. Рашш и Сшан тут же развернули меня к себе, дружно зафиксировали мои руки и ноги, чтобы не вырвалась.

– Это она? – нежный, чарующий голос вопросил присутствующих.

– Да, Исаноо, это моя пара! – наги поняли, что меня уже не нужно держать: я и так была просто окаменелостью от таких новостей, – И она спасла нас всех… Она разрушила ловушку!

– Но кто это с ней? Такие мужчины! – восхищение в голосе богини танца и искусств так взбесило меня, что одежда мгновенно пошла по шву! Я встала на хвост, расставила руки с когтями и повернулась к этой развратной матери горгонов.

– Даж-ше думать не с-смей о моих с-самцах!!! Ес-сли хочеш-шь жить! – оба горгона набычились и закрыли собою матушку.

– Даже думать не сметь? – побледнела ещё больше мадам, – Малышка, но я и не думала… Я так говорю всегда! Мои мальчики подтвердят тебе, что это правда…

– Твоя пара – ты и разбирайся! – сказали одновременно оба рыжих. Я засмеялась.

– Ещ-шё раз-с повторю для вас-с: вы мне никто, с-сонтшу! Вот мои с-самые лучшие с-самцы! А вы лес-сом идите! – оглянулась на моих. Рашш и Сшан дружно развернули шикарные хвосты, богато украшенные браслетами и кольцами. Шарри гордо вскинул рогатую голову, я погладила литую грудь орка, слегка царапнув, чтобы не зазнавался. Впрочем, реакция была такой бурной, она не разочаровала меня, хоть и добивалась я другого. Ирнанн жёг меня кошачьими глазами с искрами чёрного тумана в них. Внутри сладко заныло. Как это будет в змеином облике? Так же потрясающе и сладко, как и в людском?

А уж сайны! Я смеялась до слёз! И Релль и Ран, и особенно Фотоас, надулись, как три индюка и так глянули на богов! Мол, вы ведь знаете, какие мы самцы? Ну такие, такие как бы, самые-самые в общем! Релль обиженно стрельнул в меня глазками, но потом с таким восхищением стал рассматривать мой хвост, нагую грудь с золотыми сосками, Ран и их принц тоже рассматривали.

– Ну уж нет! – прошипел кто-то не хуже нага за нами. Мы развернулись к новому участнику событий. Худой и остроносый, какой-то мышиного цвета весь, подросток в длинной хламиде. Жалкий какой-то… Но жутью от него так и веяло, – Это не её заслуга! Это я вас освободил! За это вы будете служить мне вечно!

ГЛАВА 16

– Санталь? – вопросил мелодично принц, – Тебя же в Башню заточили! Релль, Ран, почему он на свободе? И где наши маги? Кто эти люди в Источнике?

– Маги мертвы. Источник иссяк, а это – боги, которых заключили в ловушку, – коротко отчитались братья, Релль выплетал заклятие щита, кажется.

– И сколько меня не было? – я пожала плечами, показывая, что с меня спрос маленький. Я его сама только утром увидела, – Как долго?

– Двадцать лет, Фотоас! Двадцать! – пропел серый сайн, – Ещё бы два дня, и ты отправился бы к праотцам! Но нет, эта змея должна была прийти и спасти тебя! Не успел я прикончить Адунатов! – посожалел о бодром виде братьев маг крови.

– Простите, что мы прерываем вас, но в Долине иссяк Источник! Это намного важнее ваших мнимых обид! – вмешалась я. А за змею этот гнусный тип ещё ответит!

– Моя магия не зависит от Источника! – сказали одновременно сразу трое: Фотоас, маг крови Санталь, и мой Релль, довольно вытянувший руку с золотыми нитями под кожей.

– Вообще-то магия Источника зависит от сил богов. А они сейчас, как понимаете, не в форме, – указал на мрачных нагих и таких жалких сейчас, богов Рашш. Мой мудрый Змей! Восхищённо зашипела ему в ухо, прижалась всем телом. Шанни, Ирри и Шаррдак тоже гладили мои тылы.

– А с чего ты взял мальчик, что мы должны служить тебе? – вдруг подал голос голубоволосый парень. Я давно на него посматривала, очень уж он изящен и красив, этот бог. Вода, ветер? Что за стихия под его началом?

– Но…но, это ведь я вас освободил! Ловушку сделал мой предок вместе с Уншедом, наша кровь её отпирает и заставляет служить вас мне, – растерянно лепетал он, уже понимая, что что-то пошло не так.

– Нет, малыш, нас освободил не ты! Нас освободила Золотая Богиня! – бархатным голосом опустил мальца бог Воды. Он протянул руку и вытянул что-то из ауры парня. Алая струйка обвилась вокруг его запястья, – Ты больше не маг крови, я забрал эту силу! А вот наша спасительница заслужила от нас особую благодарность!

– Да не надо мне ничего! Приходите в себя, восстановите Источник, разбирайтесь меж собой там… А мне нужен только мой Тассиль и корабль на земли кентавров! – я махнула когтистой рукой. Горгоны прищурились, их взгляды ощущались так явно, так сладко!

– Я не отдам Лооро! – упёрся Фотоас. Я зашипела длинно, протяжно и жутко, сама себя испугавшись.

– Молодой правитель! – подошёл к принцу статный бог, в возрасте такой уже, серьёзный, – Позвольте дать вам небольшой совет!

– Я… позволяю! – величественно кивнул заносчивый правитель сайнов, – Хотелось бы знать, кто вы и за что именно отвечаете на Таараме!

– Я – Суоронто! Бог мудрости, молодой сайн! И я знаю если не всё, то многое! – многозначительно протянул он. Фотоас заметно сник.

– Я – Исаноо! Богиня танцев, музыки, покровительница искусств! – выступила вперёд мать змиева. На ней была моя курточка из шоора, оставленная в пещере.

– Я – Дилоос! Бог воды, как вы уже догадались! – подмигнул мне голубоволосый. Я прикусила губу, ассоциируя его с Адонисом и примеряясь, каков он в постели?

– Я – Ононтоо! Я покровитель врачевателей! Кстати, милая моя, вам бы поберечь себя! – так многозначительно посмотрел на меня бог медицины. Светлые, длинные волосы, зелёные глаза. Симпатичный и спокойный.

– Я здорова… – растерянно заявила я, прислушиваясь к организму. А вдруг где-то что-то?

– Таини кажется? – я кивнула, судорожно закрывая волосами грудь. Неудобно как-то при таких высоких гостях, – Так вот, при вашем положении вредно волнение! Вам необходим полный покой и всяческие продукты с витаминами!

Я неумолимо краснела, полыхали мои волосы от смущения. Догадка о том, что именно за положение имеет в виду бог, прошила молнией! Дети! Я снова беременна! Шарри протолкался вперёд и вопросил Ононтоо:

– Мои? – и так набычился, что стало ясно: если его детей там нет, то получу я люлей!

– И ваши, и ваши! – он кивнул орку, затем горгонам, – И ваши!

Горгоны переглянулись, перетёрли что-то в своём кругу, пошептались с мамой, потом подошли ко мне и открыли шеи. За ними тут же среагировали сайны. Релль и Ран сверкали неимоверным счастьем в глазах, они нежно прижали мои ладони к своим щекам. Я так же себя чувствовала, как и они – счастливой на все сто!

– А вы что же стоите? – спросил у принца бог врачевания, – Почему не обнимете супругу?

– З-зачем? – не понял сайн.

– Вы ведь скоро станете отцом! А такая чудесная, сильная и красивая молодая супруга подарит не менее сильного наследника! Подойдите и скажите ей, как вы любите её!

Пока мы обнимались с мужьями, пока Шарри давил нежно мои рёбра в восторге, горгоны были тихими и терпеливо стояли на коленях. Но их не замечали, ведь сейчас драма разыгрывалась между нами четырьмя.

– Наследника? Я ей не муж! – я ехидно улыбнулась ему, намекнув, сколько ему будет надо просить прощения у меня, – Почему она? Кто это сделал?

– Я, – вышла вперёд женщина, седая как лунь, лицо угловатое и строгое.

– Кто вы? – раскричался принц.

– Уноова, богиня Судьбы, мальчик! Не гневи меня… Я выбрала самую лучшую супругу вам всем! Братья сонтшу, братья Адунат, орк, принцы-наги, Белый охотник, а теперь и ты, Фотоас!

Фотоас сник, закрыл глаза. А я не выдержала и засмеялась!

– Теперь ты не сможешь не отдать мне Тассиля! Иначе никогда не увидишь сына!

– Ну и не надо! Я женюсь на придворной красавице, и она родит мне столько детей, сколько я захочу! – вредничал сайн.

– Нет, никто тебе не родит! – припечатал бог медицины, – Она ведь говорила тебе? Тогда, когда вы были едины? Вспомни!

Лицо Фотоаса приняло растерянный вид. Потом он обречённо скривился, дав понять, что вспомнил мои слова в гробу. Я сидела на нём, ощущая его семя в себе, вот и сказала, что мы связаны навсегда.

– Ты сказала, что мы едины отныне и навсегда! Но я, думал это относиться к нашему… А вы имели в виду, что теперь я ей супруг?

– Кровью она свяжет всех вас! – заговорила снова судьба, – Никто не уйдёт надолго и далеко, все вернётесь к её порогу! Унижены, гордость отринув, смиренно попросите её о любви! Нет более для вас иной судьбы! – запричитала она, глаза светились, как угли, чёрные и с алыми всполохами внутри.

– Да не переживай ты так! Подумаешь, мы стали супругами! Опыт, как – никак, у меня уже есть, а мои мужья тебе всё объяснят! Проведут так сказать инструктаж по поведению в дружной семье золотой нагини.

По мере моих слов Фотоас всё более растерянно хлопал глазами, а потом и вовсе заплакал! Я растерялась.

– Не плачь! Я… сейчас! – я подошла к Судьбе, покусала губы и, наконец, решилась, – Уважаемая Уноова! Я так понимаю, что он единственный из присутствующих здесь мужчин не рад нашей связи! Можно ли всё повернуть вспять? – горгоны дёрнулись к нам, – И их тоже… они оба ненавидят золотых…

Оба сверкнули синими глазищами, услышав боль в моём голосе. Я только сейчас вспомнила, что наш покровитель уже показывал их мне, когда пытался утешить от связи с охотником.

– Таини! – сонтшу снова встали на колени. Чего это они? Так рады, что я прошу за них? – Не проси за нас…

– Как это не просить? Ты с такой ненавистью сказал, что я такая же шлюха, как и остальные золотые! Я не обвиняю тебя ни в чём! На детей приползёте, глянете! Что ж я, зверь какой? Отцов с детьми разлучать… – бормотала я, стараясь не глядеть в ненавидящие глаза Баатшши.

– Я не… прости меня! Ты не такая, я знаю…

– Нет-нет! Я именно такая! Как видишь, мужчин я люблю, у меня вон их уже сколько! Восемь мужей, на подходе ещё Тассиль, Фотоас под вопросом ещё… – задумчиво прикидывала я.

– Тш-ш! – прошипел он мне в губы, а потом нам стало ни до чего и ни до кого! Сладко, волнительно, безумно нежно целовал меня горгон, я плавилась и текла воском от его страсти.

– Брат! – прорычало слева от нас, – Брат, дай мне поговорить с нашей парой!

Мой сонтшу оторвался от меня, я шумно вдыхала кислород, меж тем жмурясь от счастья и предвкушения неистовых ночей в его руках. Его язык… я хочу его! Сейчас же!

– Тааншши… Ты говорил, что откажешься от неё! – второй горгон дёрнулся как от удара.

– Ты обманул меня! – прорычал мой рыжий номер два, – Ты сказал, что она такая же, как Лааршша! Она совсем другая… – мои глаза были пойманы в плен его двумя окнами во Вселенную.

– Так ты… – опять заткнул меня! Я пыхтела и царапалась, но Баатшши всё сильнее, всё неистовее целовал меня, ласкал шею, прикусывая её острыми клыками.

– Бр-р-рат! – только после отчётливой угрозы в голосе сонтшу медленно, явно нехотя, разомкнул объятия. Мы оба тяжело дышали, я обморочно висела в его руках, внутри всё пульсировало от желания. А горгон тоже хотел меня: огромные, налитые от желания, оба его достоинства красноречиво прижимались ко мне.

– Я принадлежу тебе, моя пара! – снова оголил шею Баатшши. За ним ту же фразу сказал Тааншши. Я заглянула сначала в глаза моего первого горгона, затем – в синие озёра второго. Оба сейчас пылали решимостью и страстью. Будет ли там любовь? Искренняя и самоотверженная? Так и спросила их, каждого лично и очень интимно прошептав на ухо. Баатшши заалел скулами. Боги, как же это выглядело! Я завелась так, что по волосам стали носиться блики огня.

– Всегда… – прошептал Тааншши, твёрдо встретив мой вопросительный взгляд, а вот его брат только кивнул.

– Баатшши? Мне важен мир в моей семье, понимаешь? Я люблю их! – кивнула на внимательно следящих за нами мужей, – Если я хочу кого-то из них, то остальные просто отступают. Ты сможешь так? – лизнула его ухо, он в ответ пополз руками на мой хвост, нырнул в… о-ох!

– Да! – прохрипел он, прижав к себе так тесно, так сладко! – Я буду ждать… Как я не бегал от судьбы, а она всё же нашла меня! Не одна золотая, так другая!

Я обиженно надулась, тогда он рассмеялся так громогласно, что все даже присели. Тааншши нежно и ласково принял меня из рук в руки так сказать. Он шептал мне, что не забыл наш интим в пещере, даже наушничество Баатшши не смогло его заставить разлюбить меня. Мои волосы, моё лоно, мои крики и стоны… Мой вкус ещё на его губах… Это он так говорил, а я млела, млела и плавилась!

– Смотрите! – вдруг услышали мы. Все повернулись к Источнику. Из груды камней вырвался луч. Был он пока таким тонким, таким слабым. Но он был золотым! И вокруг него обвивалась спираль нежного голубоватого света!

– Вот так! Ты хотел отказаться от неё? – проскрипела Судьба, – Без неё не будет у вас больше Источника! Ты и сам видишь: ваша кровь смешалась в вашем сыне!

– Но…но… Она же не любит меня! – привёл железный аргумент принц.

– Ха-ха-ха. Иди к ней. И спроси то же самое. Только нежно и на ушко, – уже рыдали от смеха боги. Весело им… А мне не очень! Этот капризный, самодовольный павлин мне совсем не нужен! Вот горгоны – это другое дело! Сильные, безумно классные любовники. После них я буду сиять как самое настоящее солнце. Одного капризного Адониса более чем достаточно.

Сонтшу тоже издевательски заржали и даже отошли от меня, давая парню пространство для манёвра.

Фотоас бледной тенью подошёл ко мне, попросил отойти с ним немного в сторону и поговорить. Кивнула, успокоила уже дёрнувшихся нагов, причём к моим эмиссам и сайнам присоединились в едином порыве защитить и сонтшу!

Я села на небольшой валун, стала наблюдать за богами. Они грелись у Источника, как путники у костра. Улыбнулась шкодливо. А если так? Я вспомнила, как мой райши осквернил мною могилку, точнее не состоявшуюся могилку Фотоаса. Вспомнила ночь с Баатшши, его огонь, его страсть. И его брата. Как он смотрел в мои глаза, как сильно и неистово любил меня… Источник стал толще! Так он от меня зависит?

– Я… Ну прекрати ты! – зашипел принц, видя мою отвлечённость от него, – Давай выясним всё здесь и сейчас! Ты меня не любишь, я тебя – тоже!

Закинула ногу за ногу. Голые, белоснежные мои ножки, привлекли внимание гордого, капризного сайна. Его глаза, будто приклеенные стали подниматься всё выше.

– Я-а-а хотел супругу знатную… – я вздохнула, потянулась сладко, сверкнув голой грудью, собрала волосы, стала их расчёсывать коготками, – Но ты ведь знатная… То есть ты – королева орков, эмисса принцев-нагов… Ты-ты прекрати меня соблазнять!

– Я-а? – протянула я, – Да зачем мне это? – и снова переложила одну ногу на другую.

– Зачем-зачем… Чтобы я хотел быть твоим рабом… – а глазки всё более масляные…

– Рабом? Чтобы я приказала целовать меня? – я стала ласкать себя, гладила грудь, живот. Вот мои пальцы скользнули внутрь, в лоно. Я вскрикнула и откинула голову. Не прошло и секунды, как от гордости Фотоаса не осталось и крошки. Он припал на колени, а затем со стоном стал ласкать меня там, где я ласкала себя. Мы оба стонали, наслаждаясь нежностью друг друга. Я зарылась в его волосы и стонала, всхлипывала. Неумело, но так старательно, принц доставлял мне удовольствие!

– Что это такое? – прошептал растерянно сайн, гладя мои ноги и лоно, – Как ты это делаешь? Я умру без тебя… я уже хочу тебя, быть с тобой!

– Как? – едва слышно прошептала я ему на ухо, – Я люблю вас… и тебя, и орка, и нагов! А вы, сайны… вы сладкие и невинные, я хочу вас как никого!

Магия закружилась вокруг нас, мы недоумённо переглянулись. Мягко и настойчиво, подтолкнула она нас к Источнику. Принц бережно, бесконечно ласково поднял меня на руки и отнёс к золотисто-белому столбу. Там вокруг нас сплёлся сам собою купол, мы остались одни.

– Ты капризный! – обвиняюще наставила я на него палец.

– Ты – безотказная! Ты любишь всех без разбору!

– Поправка: я люблю тех, кто любит меня!

– Я не люблю тебя… Я, я…

– Ну хватит уже! Иди ко мне! – и гордый, непримиримый взгляд принца стал постепенно темнеть от страсти. Я обняла его и прижалась так тесно, так плотно, дав ему ощутить своё тело, руки Фотоаса огладили мои нижние и верхние девяносто. Мы больше не сказали ни слова, мы только стонали и кричали от удовольствия! Когда мой сайн привёл меня к пику, я прошептала на его алое ушко, что соврала. Он потрясающий любовник! Не знаю, сколько дам у него было до меня, но комплиментами он явно не избалован. За мои слова я была заласкана до смерти! Довольные и шальные глаза принца нашли мои, его губы и язык сладко, неспешно нежили меня. Ещё! Выгнулась, приглашая его взять меня. Мы пульсировали в одном ритме, я вела нас обоих. Фотоас был не против, более того: у меня сложилось впечатление, что ему и нужна… госпожа…

Спустя часа два, а то и три, мы развеяли щит и вышли к народу. А народа и нет! Где это все?

– Нас оставили здесь дожидаться вас, – обиженно сказал Релль, – Все перебрались во дворец. Боги уже заняли верхний этаж, а ваши супруги, госпожа моя, заняли северное крыло!

– Не слушайте его! Таини, – Ран был рад за нас обоих, и сейчас я благодарно обласкала его взглядом, – Все рады за вас! Даже горгоны, хоть и шипели что-то, уползая вслед за Исаноо. И ещё… смотрите!

Мы с принцем ахнули от восторга! Наш Источник толстым, мощным столбом уходил в небеса! А вокруг него сформировалось из обломков что-то вроде чаши, только перевёрнутой вверх донышком. На боках были сцены любви… наши с Фотоасом тела страстно сплетенные, лица, искажённые страстью, вдохновлённые и восхищённые! Я зажмурилась и смаковала всё снова. Судя по участившемуся дыханию принца, он тоже ещё не отошёл от сладкой неги.

– Мда, детей сюда на экскурсию водить не стоит, – задумчиво проговорила я. Но, магия знала своё дело! После моих слов рисунки тут же поменялись на вполне мирные пейзажи, виды на дворец, на центральные улицы. Я одобрительно хмыкнула.

– Боги сказали, что теперь магия не покинет сайнов даже если они будут жениться на всех и сразу! – сменил гнев на милость мой маг. Я погладила его нежную щёку, поцеловала нежно, прикусывая нижнюю губу. С тихим стоном Релль зарылся в мои волосы, проложил дорожку из поцелуев по шее, его губы накрыли сосок, я вскрикнула.

– Мы принесли вам одежду! – сказали братья горгоны. Фотоас тут же стал копаться в свёртке. То одно забраковал, то другое. Я подошла к нему, поласкала его белую спину, поцеловала в плечо.

– Так конечно лучше… – заалел щеками, окончательно уверив меня в своей почти невинности. Как это заводит! – Тебе пойдёт абсолютно всё, Фотти! Вот это и это, – я нашла тёмные штаны, узкие и ткань такая тонкая… В них он будет ощущать всё: и мои поглаживания, и прижимания к нему. Сверкая довольными глазами, расцветая от моих комментариев алыми маками на нежных щеках, мой принц за миг оделся, уложил волосы тёмно-зелёной гривой.

– Так он уже не бунтует, милая? – спросил Баатшши, – Теперь ты его госпожа, сладкая моя?

– Не знаю ещё… Фотоас? – принц отвернулся от нас, стал нервно теребить ворот алой рубашки.

– Фотоас! – сдвоенный вопль от моих мужей.

– Да! – закричал он, – Да… – уже тише, вымученно и так нервно, – Таини теперь моя фэрри, моя госпожа! Я в её власти… всегда…

– Теперь пойдём к Тассилю!

– Фэрри! – мой смех, смех счастья и безграничной любви облетел всю Долину!

ГЛАВА 17

Однако сразу мы не смогли – нас вызвали на большой совет. Релль отвёл меня в покои Фотоаса. Я носилась по бесконечной анфиладе комнат, трогала пушистые диваны, гладкие столики, кружилась у зеркал. Мои любимые поймали меня у одного из них и почти силком одели в платье, которое я умыкнула у сайнов в посольстве. Сумка выплюнула потрясающие босоножки с золотыми бабочками, каблуком можно было сделать дырку в полу, таким острым он был.

– Таи! Я понимаю твоё состояние, я сам готов плясать, ведь ты скоро станешь мамой наших детей! Но постой же ты спокойно! – уговаривал Релль, пытаясь застегнуть две пуговицы на моём бюсте. То ли женщины сайнов дамы столь субтильные, то ли это меня природа наградила богатством предпоследнего размера, но пуговицы так и не сошлись с петлями.

– З-солотце! Но как же так произош-шло? Ты рассказывала, что твой амулет защищал тебя от таких вещей! – спрашивал мой алый змей, попутно оглаживая ложбинку груди. Я млела и растекалась от этой ласки. Сшан тоже пытливо заглянул в глаза.

– Шарри! – позвала я. Мой орк пропыхтел и протиснулся мимо нагов, – Милый, ты не помнишь, давно пропал мой Таар? – красный, как помидор, орк потупился и стал тихо-тихо пятиться назад.