Текст книги "Контракт на любовь (СИ)"

Автор книги: Таня Воронцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

Глава 8

Так странно смотреть на него и не чувствовать неприязни, гнева и раздражения. Так необычайно приятно просто сидеть тут, укутавшись в мягкий плед, с чашкой ароматного кофе с миндальным молоком, и смотреть, как он, сидит рядом, выбирая фильм для вечернего просмотра.

Наташа щенячьими глазами смотрит на нас с Диего, вот уже несколько часов как не враждующих. Я смущаюсь и в шутку грожу ей пальцем. Ну серьезно, с нее можно смайл рисовать.

Вернувшись из магазина, мы разбирали покупки вместе. И вместе готовили ужин. И я не нашла ни одного повода, чтобы рассердиться, съязвить или подколоть его. Мы шутили, помогали друг другу, обсуждали какие-то глупости и это было так естественно и странно одновременно, что пару раз мне показалось, что это все не со мной и не наяву.

Я чувствовала себя так, будто я дикая, бездомная кошка, которую приручили, пригладили и показали, что такое ласка и любовь.

После ужина, Диего пошел в душ, а мы с Наташей загружали посудомойку.

– Оль, уже можно спрашивать?

– О чем?

– Не притворяйся! Меня же сейчас разорвет от любопытства! – Наташа шуточно ущипнула меня за бок.

– Не кричи. Вдруг он услышит. – Я оглянулась по сторонам. Хотя знала, что он у себя. – Пошли ко мне в комнату.

Мы быстро закончили с посудой и, как шкодливые девчонки, побежали в мою спальню.

– Я же говорила, что он влюблен в тебя! – выслушав мой рассказ, Наташа сложила ладони у груди и полными восторга глазами смотрела на меня так, будто у меня выросли крылья.

– Ну может и так. О чувствах пока речи не шло.

– Оль. Я так рада за тебя. Я думаю, у вас все получится. Вы так смотритесь вместе, будто вы….

– Если ты тоже скажешь мне, что мы предназначены друг другу, я тебя укушу, честное слово.

Наташа засмеялась и кинула в меня подушку. – Да ладно тебе. Ничего плохого в этом нет. Просто твоя мятежная душа никак не примет тот факт, что пора остепениться и перестать бунтовать.

– Я ведь не против Диего бунтую. Точнее не совсем против него. Ты же знаешь уже. Если я приму ухаживания Диего и все получится, как ты говоришь, это означает, что папа был прав и он до конца жизни будет мне это припоминать со словами «слушайся папу во всем, деточка, я ведь говорил, что вы отличная пара». – Я карикатурно изобразила отца, постаравшись изменить голос под его тембр. – Хотя из аргументов, на момент, когда ему эта мысль в голову пришла, было только число нашего рождения.

– Так может тебе и нужен кто-то типа Диего, чтобы увезти тебя с собой в другую страну и не дать папе совать нос в вашу жизнь? – сказав это Наташа вышла из спальни оставив меня в раздумьях.

А может все эти годы я так сильно желала вовсе не свободы, а наоборот, цепкого плена любви и заботы? Ведь по сути, я никогда не хотела быть одна. Я хотела лишь иметь право выбирать самой кому подарить свои чувства.

И вспомнив истерику Олега по телефону улыбнулась сама себе. Да, с выбором правда у меня явные проблемы.

И вот теперь, обнимая чашку кофе ладонями, я ощущала, полнейшее спокойствие. Мои ноги лежат на коленях у Диего. И я любуюсь его профилем и серьгой в ухе. А он смотрит последнюю часть какого-то супергеройского фильма и улыбается.

На следующий день мы, собрав вещи, отправились к семье Диего. Мария чувствовала себя гораздо лучше, а может просто Диего сообщил ей, что мы решили пока зарыть топор войны. Но в любом случае, она ждала нас с нетерпением.

– Ольга! Наташа! Идите я обниму вас поскорее! – Мария выбежала нам навстречу, когда мы только успели выйти из машины.

– Я тоже рад тебя видеть, мам – съязвил Диего.

– Дорогой, не обижайся! – она подошла также и к сыну и поцеловала его в щеку.

Мы весело приветствовали друг друга.

Как вам Барселона? Диего хорошо о вас заботился? Вы голодны? Надеюсь оставшись одни вы следили за питанием? Наташа, ты первый раз в Испании?

Мария всегда была такой. Шумной, озорной и любопытной с нескончаемым потоком вопросов.

Эрнесто показался на веранде, когда мы подходили к ней и приветственно помахал нам рукой.

Диего крепко пожал руку отцу, и они похлопали друг друга по плечу.

Мы прошли в дом и Мария повела нас на второй этаж, чтобы показать нам наши комнаты.

– Мария! Тут все так изменилось. Я помню совсем другую обстановку. – Я, как и Наташа, для которой все было впервой, оглядывалась по сторонам стараясь хоть что-то узнать.

– Ой, я хотела лишь перекрасить стены и поменять кое какую мебель к вашему приезду, но вот что-то одно зацепилось за другое и в итоге мы поменяли почти все.

Эрнесто приобнял жену и рассмеялся, – Перекрасить стены, так теперь называется ремонт, с которым не справилась одна бригада рабочих и нам пришлось нанимать им в помощь вторую.

Он говорил по-русски с сильным акцентом, периодически вставляя испанские слова, когда не знал подходящего синонима в русском.

– Ну вот, Наташа, это будет твоя – сказала Мария, открывая дверь.

Мы зашли в просторную, светлую комнату, с деревянной, современной мебелью.

– Ой, какая красота! Мне очень тут нравится. Спасибо.

Как раз в этот момент, к нам присоединился брат Диего, принеся Наташины чемоданы.

– Лоренсо! А я уже тебя потеряла. Поприветствуй наших гостей! И спасибо за чемоданы. Так мило с твоей стороны помочь Гомесу, он уже староват для тяжестей.

Я быстро перевела для Наташи слова Марии и пояснила, что Лоренсо это средний из братьев Диего. А Гомес – это верный дворецкий, лакей, садовник и мастер на все руки, если можно так сказать, который работает у семьи Герреро уже много лет.

Лоренсо крепко обнял брата, подшучивая над ним по-испански. Затем бережно обнял меня и повернулся к Наташе.

Румянец залил ее щеки, когда Лоренцо, назвав ее сеньорита, поцеловал ее руку.

Мы с Марией переглянулись, и я увидела в ее глазах тот же огонек, что и был у нее при взгляде на меня с Диего.

Ох, чую добром это не кончится. Сейчас она также найдет какой-нибудь сакральный знак в их встрече.

– Лоренсо, ты помоги нашей гостье, хорошо? Эммм, покажи ей как работает душ. А мы пока разместим Ольгу.

И не терпя никаких возражений, Мария вытолкала нас всех в коридор.

– Наташа е говорит по-испански, – заметила я.

– Ничего, Лоренсо знает английский и немного русский.

– Ну английский у нее средненький, но для общения хватит.

– Вот и славно. Ольга, вот и твоя комната. Та же, что и была.

Расположение действительно было тоже, но естественно, все поменялось тут, как и везде. Быстро осмотревшись я нашла лишь один знакомый мне с детства предмет. Старинный сундук, в котором я хранила свои девичьи «секретики», закрывая его на огромный замок.

– Спасибо, что оставили его, Мария. – Я улыбнулась ей с нежностью.

Мария обняла меня и поцеловала в макушку, как это обычно делала моя мама тоже.

Мои чемоданы, которых теперь было несколько, благодаря нашему шоппингу в Барселоне, уже были тут. Видимо Гомес начал с них, когда Лоренсо вызвался помочь с Наташиными.

– Ну что же. Располагайтесь. Диего, свою-то комнату ты и без меня найдешь? – Усмехнулась Мария. И взяв под руку Эрнесто ушла, распорядиться на счет обеда.

Диего не спешил покидать мою комнату, оглядывая все вокруг и задержав взор на большой кровати посреди интерьера, медленно переведя взгляд на меня.

Поняв его мысли мое тело мгновенно отреагировало. Я смутилась и заправив волосы за ухо отвернулась к балкону. Открыв стеклянную дверь, я вышла, наслаждаясь свежим, воздухом и великолепным видом на море.

Диего бесшумно подошел ко мне и поставив руки слева и справа на периллы, положил подбородок мне на макушку. Я чувствовала спиной как стучит его сердце.

– Если твоя мама сейчас нас увидит, тебе придется жениться на мне уже к вечеру. – пошутила я, зная какие надежды Мария возлагает на наш с Диего союз.

Он помолчал немного и потом невозмутимо и даже как-то буднично, будто это было само собой разумеющимся сказал – А я и не против.

И поцеловав меня в висок, ушел, оставив стоять в полном недоумении.

Глава 9

Потрясающе свежий, морской воздух всегда вдохновлял меня на какие-нибудь творческие порывы. Это было, наверное, чуть ли не единственное, что мне всегда очень нравилось в детстве и чего я действительно ждала.

Писать стихи под шум прибоя, наслаждаясь ароматами природы и морским бризом… Мечта.

Вот и сейчас я отправилась в свое «тайное» местечко, чтобы обдумать все, что произошло за последние дни и, возможно, написать пару стихов в свою коллекцию «никогда не будет издано».

Здесь, в Коста-Брава, где располагался семейный очаг Герреро, было также прохладно, около плюс четырнадцати. Побережье всегда прохладнее, чем крупные города. Приближение Нового года сказывалась на погоде, и я взяла с собой теплый плед и термос с чаем.

Спустившись по скалистому берегу к своему любимому «укрытию» из пары живописных валунов, я укуталась в плед, достала свой блокнот с ручкой и приступила к творческому процессу.

Блокнот этот был уже исписан вдоль и поперек. Мои мысли, чувства, переживания – все выплескивалось на бумаге в виде переплетающихся между собой строк, картинок, заметок и стихов.

Я предупредила Марию и Эрнесто, что буду на побережье, недалеко от дома.

Наташа с Лоренсо отправились в небольшую экскурсию по местным достопримечательностям.

Я улыбнулась. Кто бы мог подумать. Ведь я всерьез считала, что она прям «запала» на Диего. Но его старший брат, кажется, приглянулся ей еще больше.

Увлекшись написанием небольшого стихотворения, посвященного Диего (он никогда в жизни не узнает об этом), я не сразу заметила приближающуюся ко мне мужскую фигуру.

Парень был одет в черную толстовку с капюшоном, почти такую же, которая была на Диего в ту ночь, когда он поцеловал меня у стены.

Я поднялась с песка, чтобы поприветствовать его и спрятать свой блокнот.

– Диего! Не ожидала увидеть тебя здесь. Я вроде бы как спряталась.

Парень остановился шагах в десяти от меня и замедлил движение.

Порыв ветра снял с него капюшон и, я застыла в ужасе. Толик!

– Да, стерва, ты умеешь прятаться! Но я все равно тебя нашел!

Я бросилась бежать, заранее понимая, что у меня нет шансов. Он слишком близко, а шум моря скроет все мои крики о помощи.

Толик нагнал меня как ловкий охотник нагоняет добычу – крича от восторга и удовольствия. Он схватил меня за волосы и дернул на себя.

От боли на моих глазах выступили слезы.

– Ты моя теперь, сучка. Так что не дергайся. Мы сейчас прогуляемся немного, и ты будешь паинькой, ясно? Потому что у меня есть ствол. И можешь не сомневаться, я умею стрелять.

Сглотнув комок слез и плотно сжав зубы, чтобы не разреветься в хлам, я кивнула.

Толик стал моим персональным представителем Ада в этой жизни.

Мы познакомились в универе, мне было восемнадцать, я витала в облаках, полностью пропитанная романтикой любовных романов и погруженная в мечты о великой любви, которая, естественно, ждет меня впереди.

Первый курс, кругом куча новых людей. Парни в постоянном поиске…. Рай тестостерона и окситоцина.

Не заметить Толика было невозможно. Мажористый парень, со смазливой мордашкой, крутой тачкой и вызывающим поведением. Девочки сходили по нему с ума.

Деньгами меня было не удивить, я и сама могла с ним посоперничать в этом вопросе, но вот его поведение… Он подкатывал ко мне не спешно. Не пугался моего характера. Здорово шутил и говорил так, словно он генератор «статусов» для ВК.

Продержал он свою маску долго. По крайней мере дольше, чем все остальные.

Уже влюбившись по уши я узнала о его пристрастии к запрещенным веществам и разгульным вечеринкам.

И попав на одну из таких «посиделок» я поняла, что нужно с этим всем заканчивать. Только было уже поздно. Выпитый мною коктейль с подсыпанными препаратами уже разливался по венам.

Я очнулась в больнице и только тогда узнала, что Толик напичкал меня какой-то заразой, для сговорчивости, потому что я твердо стояла на том, что для постели еще рано и у нас пока не те отношения.

А потом потянулись долгие дни разборок его непростой семьи с моей. Митька, мой брат, тогда даже прилетел из Америки, чтобы помогать папе разобраться со всем этим дерьмом.

Толик был не в состоянии в тот вечер, обдолбавшись слишком сильно, и до постели так и не дошло, но он фоткал меня во всех возможных ракурсах, чтобы потом похвалиться своим дружкам, с которыми у него был спор – уложит он меня или нет.

Папаша его, бывший судья, имел большие связи и быстренько состряпал дело. Причем на меня. Мол, я его сына сбила с пути истинного и подсадила на наркоту.

Я, после больницы узнав обо всем, была просто на грани. Внешне всем казалось, что я в глубокой депрессии. Для меня нанимали психологов и терапевтов. Но мне это было не нужно. Мне нужна была месть.

И я отомстила.

Нашла этого придурка Толика у одних наших общих знакомых. Он, естественно был в состоянии отупения, находясь под действием запрещенки. Просто сняла с него штаны и оставила отметку на члене. Ножом.

В тот момент я ощущала себя так, словно я Зорро. Это была просто царапина, достаточно глубокая, чтобы остался шрам на память.

Разборки были страшные. Но слава Богу, на бывшего судью удалось нарыть кучу компромата и сев за стол переговоров мои голые фото были обменяны на закрытие дела и отказ от претензий.

Толик исчез из универа. И, наверное, даже из города.

И вот теперь он здесь.

Он жаждет возмездия.

Он хочет убить меня.

Глава 10

Мы шли уже минут двадцать. Все это время я ощущала, как мне в спину упирается ствол пистолета.

Мой телефон Толик выкинул в море. У меня не было с собой ничего, что хоть как-то бы помогло мне.

Да и что тут вообще может помочь?

Я держала себя в руках и старалась не паниковать. Но понимая, что с каждым шагом мы все дальше и дальше от дома Диего, сердце начинало еще больше ускорять темп.

Черт, как же я влипла!

Толик вел меня безлюдными улочками. Видимо, он хорошо изучил местность.

Я сразу поняла, что он ведет меня в новый район, где было много недостроенных домов.

Мы зашли в один из них. Само здание было готово снаружи, но внутри не было никакого ремонта.

Бетонные полы и проштробленные для электрики стены.

Толик подтолкнул меня, чтобы я не задерживалась, и мы прошли в одну из комнат. Она была довольно маленькой, без окон. Будущая кладовка, видимо.

У одной из стен стоял обогреватель и лежал толстый матрас с подушкой.

– Ты пока останешься здесь, сучка. Сиди тихо. Хотя, даже если ты будешь вопить во все горло – никто тебя не услышит.

Он почти уже вышел из комнаты, как вдруг резко развернулся и повалил меня на матрас.

Он лег сверху, расстёгивая на мне куртку.

Я кричала и брыкалась, но он подставил пистолет к моему виску и взвел курок.

– Одно движение, и ты труп! Я не хочу тебя убивать. По крайней мере сейчас. Но я сделаю это если придется! Лежи спокойно!

Он орал мне в лицо, и я чувствовала его отвратительное дыхание со слабым запахом алкоголя.

Я перестала отбиваться и замерла.

Он откинул полы куртки в стороны и запустил холодную ладонь под мой свитер. Прошелся по животу и талии медленно поднимаясь к груди.

Я закусила губы и зажмурилась, чтобы не видеть его довольную рожу.

– Мы с тобой поиграем, сучка. Я оттрахаю тебя во все дыры. Я залью спермой каждый участок твоей нежной кожи. Ты проведешь в этой комнате долгое, очень долгое время. И лучше тебе быть покладистой, иначе я сделаю тебе очень больно.

И в подтверждение своих слов он схватил меня за грудь, впиваясь в нее ногтями с такой силой, что я не смогла сдержать стон.

– Вот так, сука! Стони от боли!

Он наклонил ко мне голову, пытаясь поцеловать, но я отвернула лицо.

Он хищно зарычал и укусил мою шею.

Где-то рядом зазвонил телефон.

– Блять! Лежи спокойно, сучка. Я вернусь.

Толик вышел и закрыл за собой тяжелую, деревянную дверь. Я осталась в кромешной темноте.

Я потерла то место на шее, где все еще чувствовалась боль и разревелась.

Диего

Я стоял на балконе своей комнаты, наблюдая как Ольга уходит на пляж.

Моя милая колючка снова отправилась писать стихи? Она была свято уверена, что никто не знает ее «тайное» местечко между валунов. Но я давно прознал о нем и в детстве, часто забирался на дерево неподалеку, чтобы понаблюдать за ней.

Это низко и мерзко, да. Но она рисовала и писала стихи, морща носик и иногда облизывая колпачок ручки.

Я обожал ее в эти моменты.

Жаль, что то дерево спилили. Я бы точно кинулся к нему сейчас.

Сходив к Гомесу и взяв у него бинокль, который он использовал, когда выходил в море, я прошел к пляжу, стараясь не шуметь и не привлекать внимание. Хотя шум моря итак заглушал мои крадущиеся шаги.

Я нашел удобное место, с которого были видны Ольгины ножки.

Блин. Это максимум того, что я увижу отсюда. Ладно. Спасибо и на том.

Боже, зачем я это делаю? Прям какой-то извращенец, – ругал я себя, но продолжал пялиться в бинокль.

Через какое-то время я увидел идущего по пляжу парня. Он выглядел как-то странно. Его лицо было скрыто капюшоном, одет в целом в какой-то помятый балахон. И он шел прямиком к Ольге? Зачем? Будто знал, что она там. Будто наблюдал за ней, как и я и видел, где она спряталась.

Еще через мгновение сомнений не осталось. Он идет к ней! Я был довольно далеко и пустился бежать к ним со всех ног. Сердце бешено колотилось. Я понял сразу, что этот тип не с добрыми намерениями туда приперся.

Но я опоздал.

Подбежав к нужному месту, я увидел лишь брошенный плед и блокнот.

Думай! Они не могли уйти далеко!

Порыскав взглядом, я нашел их следы. Ринулся следом и почти нагнал их, но остановился.

У этого парня был ствол. Он приставил его к спине Ольги.

Я пошарил по карманам и выругался. Телефона нигде не было. Видимо, он выпал из кармана пока я бежал к пляжу, спотыкаясь о камни.

Нужно следить за ними. Не выпускать из виду. И придумать как позвонить в полицию.

Господи, только бы моя колючка молчала и делала то, что ей говорят. Пожалуйста, милая, не спорь, не ругайся. Не подписывай себе приговор....

Они обогнули пляж и поднялись вверх по каменной лестнице. Мне придётся дать им фору иначе этот тип точно увидит меня.

Подождав, пока они скроются из виду и я смогу выйти на открытый участок пляжа, я бросился следом. Уже поднявшись до середины лестницы, перепрыгивая через три ступеньки я понял, что он ведёт ее к стройке.

Это был большой район, с новыми домами, абсолютно пустующими. Сейчас там не было даже рабочих. Неделя до нового года. Всех распускают на каникулы. Надеяться можно только на охранника. И то, если он не в сговоре с этим уродом.

Я продолжил идти за ними судорожно соображая, что делать и как помочь Ольге.

Вот они подошли к новому району. Будка охранника замаячила впереди.

Сердце стучит как бешеное.

Если охранник ничего не заподозрит и пропустит их на территорию...

Я стоял и молча наблюдал как этот урод подходит к охраннику, здоровается с ним за руку и даже перекидывается парой слов.

Пиздец. Нужно что-то предпринять. Срочно.

Я не мог побежать за помощью, потому что боялся упустить Ольгу из виду . Вокруг десятки новых домов. Неизвестно в какой из них он заведет ее. Пока полиция приедет и обыщет все – может быть уже поздно.

Но и не вызвать помощь означает обречь Ольгу на страдания.

Я подумал, что если у меня нет возможности позвонить, то у охранника точно есть. Но раз он так приветливо общался с Ольгиным похитителем, то есть вероятность, что он настучит ему обо мне, как только я подойду.

Выход один. Я сам стану преступником.

Я обошел будку охранника стороной, довольно далеко, чтобы тот меня не приметил. Периодически я смотрел в бинокль за Ольгой.

Так. Дом на окраине. Ясно. Значит пора действовать.

Я вернулся к посту охраны шатаясь и икая. Нужно подебоширить как следует, чтобы тот вызвал полицию.

– Эй, пацан! Ты куда это?!

Охранник выбежал ко мне навстречу, поняв, что я собираюсь зайти на территорию.

– Да ....это ...ммм... аааа....

Я нес какую-то чушь, ругался, мычал, кричал, периодически вставляя русский мат. Этого было мало. Подойдя к мусорному баку я пнул его от души. Тот перевернулся и по дороге рассыпались банки и обертки от еды.

– Эй, парень! Давай-ка чеши домой, пока я полицию не вызвал!

Так, я близко. Что бы еще придумать?

Оглядевшись, я поднял стеклянную бутылку из-под пива, сделал вид, что проверяю не осталось ли там его. И рассердившись, что она пуста швырнул ее в окно поста охраны. Стекло треснуло и бутылка, разлетевшись на тысячи осколков, задела охранника. Тот схватился за руку и бросился на меня.

Драки хочешь? Ну тоже вариант, вырублю тебя и сам вызову полицию с твоего поста. Так даже лучше будет.

Он подбежал ко мне, ожидая, что вырубит пьянчужку с одного удара. Но я увернулся и тот, по инерции сделал пару шагов вперед. Это дало мне возможность замахнуться и прилождить его по затылку. Он упал, но не вырубился. Я, не мешкая, нанес второй удар.

Убедившись, что он просто отключился, я поспешил к телефону.