Текст книги "Босс моего мужа. Кто тут бывший? (СИ)"

Автор книги: Таня Виннер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 5

Глава 5

СВЕТЛАНА

– И что мы должны здесь увидеть? – Вася непонимающе щелкала мышкой, фото на экране менялись, но Глеба на них не было.

В бокале грелось вино, а маленькая десертная вилочка была занесена над куском торта. Я готовилась заедать шок, но он никак не наступал.

– Ой, – Василиса отпустила мышку и выпрямилась.

Высокая стройная блондинка встала в стойку с какой-то палкой в руках, готовясь ударить по шарику, а мой Глебушка прижался к ней сзади и, ухватившись за бедра, помогал прицелиться.

Я сначала сглотнула ком, потом отломила кусочек «Красного бархата», запихнула в рот и начала интенсивно жевать.

– Блиин, – протянула я, когда прожевала. – Я ж забыла домашку в МЭШ вбить!

– Сидеть, – прорычала Василиса и дернула меня за край обширной туники. – Пьем и смотрим дальше.

С характерным звуком вино долилось в бокалы. Василиса вручила мне один и начала щелкать дальше.

– Для удобства будем ее Полиной называть или сразу «шлюхой»? – не отвлекаясь от экрана, уточнила Василиса.

– Полиной, – печально выдохнула я и продолжила смотреть на экран.

Это было похоже на процесс срывания пластыря. Когда-то же это надо было сделать?

Следующим попалось фото, где Глеб и Полина обжимаются в медленном танце под каким-то навесом. Ну, ладно, можно еще как-то натянуть сову на глобус, танцуют и танцуют. Постепенно тахикардия стала утихать.

Были еще фотографии с пейнтболом и каким-то семинаром. Но вот на фото, где Глеб натирает шлюшке спину кремом для загара, а потом и лежит с ней на одном пледе…

– Вот же ублюдок бритояйцевый! – заорала я.

Василиса с трудом удержала бокал в руках, он так и запрыгал в ее аккуратных пальчиках.

– Чччего? Светлана Сергеевна… вы ли это?

Я взяла бутылку и долила вина в бокал, потом бокал поставила и начала хлестать прямо из горла.

– А что? Ты знаешь, сколько я его просила, не брить себя везде? Ну, не нравится мне это! Я мужика рядом хочу, а не пупса из детского магазина.

Василиса отобрала у меня бутылку и закрыла ноут.

Комп она убрала куда подальше, а вот вино налила в бокал.

– Видимо, его любовнице нравится, когда Глебушек гладкий, как хлебушек.

Мы замерли и тут же зашлись в истерическом смехе из-за каламбура.

Из-за наших криков Тяпа спрыгнул с дивана и забрался под любимое кресло.

– А еще он в сексе скучный, – меня понесло, не остановить… – Вот ты думаешь, скучно, это когда по классике?

Василиса участливо кивнула, и я радостно заулыбалась.

– Неет, скучно – это когда твой муж предпочитает только вариант… – врожденная интеллигентность не позволяла мне снизойти до такой откровенности. – Короче, вариант «Эскимо». Когда ему все, а тебе – максимум за сосок ущипнут.

– Да, лааадно? – ужаснулась Василиса. – Ты не говорила.

– Повода не было, – я отодвинула тарелку и вонзила вилку прямо в торт. – Вот мне почему-то кажется, что Ян любит по нормальному. Чтобы, знаешь, прямо в стену упереться, а он тебя сзади, как кобылицу.

– Так, Света, успокойся, – похоже, теперь ужас Васи был неподдельным. – В тебе какой-то мистер Хайд проснулся. Ты меня пугаешь. Быстро верни мне плюшку Светлану Сергеевну, которая готовит по вечерам пшеничники мужу-козлу.

Мое лицо горело, по спине стекал пот. Видимо, я на какое-то время спустилась слишком близко к Адовым котлам. Вся эта ересь, действительно, была на меня не похожа.

Я встала и, пошатываясь, пошла на кухню.

– Гречишники… И с вином я на сегодня все. Теперь только кофе и торт. Тебе сварить?

– Конечно, – осторожно ответила Василиса. – Не буду же я в одну глотку бухать?

Пока варился кофе, я постепенно пришла в себя. Жар спал, оставив неприятную липкость на спине, а мозг начал отключаться. После выпитого алкоголя мне всегда хотелось спать.

Но я боялась, что приснятся кошмары. Ведь Глеб сейчас где-то там, с Ней. Едят креветки и белый шоколад, пьют шампанское, а потом…

– Сварился, – Василиса сняла турку с плиты и достала чашки. – Без молока, да? Чтобы мозги на место встали?

Не ответив, я поползла обратно на диван, залезла на него с ногами и уставилась в одну точку. Как же обидно было! И как же жалко саму себя! Хотелось уткнуться в подушку, как в детстве, когда получаешь незаслуженную двойку, и орать: «За что?!»

Василиса поставила на журнальный столик две чашки из глины, которые привез мне ученик из какого-то путешествия. Они блестели необычными приглушенными красками, словно, напоминая, что я никогда нигде не была. Тем более, в Индии, тем более с Глебом.

– Кстати, а что за Ян такой? – Василиса подала мне тарелочку с новым куском торта. – Это он дал тебе флешку?

– Ммм… да, – я взяла торт, но поставила обратно, лучше кофе. – Я же там в обморок грохнулась, прямо в лифте. Представляешь?

– Ничего себе…

– Очнулась в кабинете у этого Яна. Он-то мне все и рассказал: про камеры, про то, что эти двое в одни и те же поездки катаются, про то, что завтра ничего такого не запланировано.

– А зачем он тебе это все рассказал? – Василиса задумчиво склонила голову на бок. – Может, он муж этой самой Полины?

Я пожала плечами:

– Не знаю, кольца я у него не заметила. Может, хотел помочь. Они же там всем помогают. Ян все твердил: что я буду с этим делать и нужно ли мне время для раздумий?

– Хм, интересно, – Василиса тоже подобрала ноги, взяла чашку и пульт от телевизора. – И, судя по всему, как мужчина он тоже ничего, раз ты стала его хозяйство с мужниным сравнивать…

Тяпа запрыгнул на диван и улегся между нами. Только страх потревожить пса уберег Василису от попадания подушкой по голове.

– Ты что такое говоришь?! Чтобы я! На другого мужчину!

Василиса изумленно вскинула бровь:

– Я говорю? Это ты говорила, вообще-то. Про позы и все такое.

– Так я же…

Хотела оправдаться, но перед глазами вдруг встал Ян в своем кресле. Вася была права: его мужественный подбородок, слегка взъерошенные волосы и дурманящий запах сандала не могли оставить равнодушной ни одну женщину! И, если тогда я не приняла все это во внимание, то мозг собрал привлекательный образ и осторожно сложил его в коробочку. До лучших времен.

Василиса замерла в ожидании, но, не получив ответа, вернулась к перещелкиванию каналов.

– Побоюсь показаться повторюшкой, – наконец, проговорила она, когда мы в тишине выпили по полчашки кофе. – Но что же ты все-таки планируешь делать?

Я посмотрела вокруг: квартира в собственности у Глеба, хотя часть денег на покупку была моя. Да, и куплена в браке. Скорее всего, какой-то уголок мне здесь положен. А дальше что? Ютиться на кухне, пока они в спальне будут с Полиной детей делать?

Может, опять в «ЮрГрупп» обратиться? Что Ян посоветует?

В любом случае, пока не стоило открываться перед Глебом.

– Буду молчать, – выдавила я с болью.

Снова ублажать мужчину, который спит с другой? Я эти-то дни с трудом выдержала…

– Уверена?

Экран телефона загорелся сообщением.

– Спам, видимо.

Я взяла его и хотела раздраженно смахнуть рекламу, но замерла.

– Вина? – испуганно предложила Василиса.

Глава 6

Глава 6

СВЕТЛАНА

Полина, а теперь я точно знала, что это она, лежала на груди моего спящего мужа и делала селфи.

Я понимала, что ее улыбочка запомнится мне на всю жизнь.

Василиса забрала у меня телефон и вручила торт.

Началась карусель: вино, торт, кофе, вино, торт, кофе…

Василиса тоже на знала, что с этим всем делать. Все предлагаемые ею варианты были очень агрессивными:

– Давай подпалим ее лохмы? Я зажму в лифте, буду держать, а ты – жжжечь! А потом найдем Глеба и ржавыми ножницами отрежем ему хозяйство!

Глаза подруги горели кровожадным блеском.

– А где мы возьмем ржавые ножницы? Ик.

– У Людки-химички… Ик… Она нам их своими формулами дебильными ср..ржавеет…

– Сначала развестись надо, – я сползла с дивана и попыталась добраться до секретера. – А то мне придется потом к нему в больничку ездить, примочки ставить. Не хоочччууу….

Потом мы включили видео с нашей с Глебом свадьбы и рыдали. Снова напугали Тяпу, и тот ушел спать на кухню.

– Даже Тяяяпааа меня бросил! – взвыла я.

– Погодь, – Василиса выставила вперед указательный палец. – Никто тебя пока не бросил. Сейчас вернем твоего песика. И мужа тоже.

– И муужаа! – продолжила выть я.

А потом вдруг наступило утро.

С ним пришли похмелье и боль от предательства. Мы сидели с Василисой на кухне и ели харчо. Я всегда хранила в морозилке замороженный суп. Это отлично спасало, когда замерзаешь на улице. Вот и сейчас пригодилось.

Василиса молчала, я тоже. На душе было гадко и хотелось реветь, но слез почему-то не было.

Если ночью я еще хотела вернуть Глеба, то теперь мне казалось это отвратительной идеей. Зачем он мне такой нужен?

– Можешь пока пожить у меня, – Василиса, словно, услышала мои мысли. – Пока вы будете решать вопрос с квартирой.

– А чего его решать? – вскинулась я. – У Полины есть своя квартира, по всей видимости. Вот пусть он к ней и переезжает.

– Так и скажешь ему? – с тихим подозрением спросила подруга.

– Так и скажу, – я уверенно кивнула. – Даже вещи его соберу. Поможешь?

Василиса кивнула. Мы поели, выпили кофе и начали собирать вещи Глеба.

Конечно, собрать все барахло, которое накопилось за пятнадцать лет, было невозможно. Мы остановились, когда набралось два чемодана и три большие сумки.

– Остальное потом сам заберет, – решила я и пошла провожать подругу.

Все же, дома её ждала нормальная семья, и это нужно было ценить.

А я провела остаток дня за обычной рутиной: готовилась к урокам, смотрела кино, готовила. Когда стирала, все грязные вещи Глеба сложила в пакет, пусть теперь Полина ими занимается.

Казалось, мне станет легче после принятого решения. Сначала так и было, а к вечеру начался мандраж.

Я попыталась отвлечься на кино, но получалось плохо. В голову лезли упаднические мысли и очень хотелось себя жалеть. В итоге, уснула я уже под утро.

***

Меня разбудили громкие ругательства Глеба. Он пришел домой, и, видимо, споткнулся о чемоданы и сумки.

– Света! – заорал муж. – Чего ты в холл вещей натащила?!

С трудом разлепив глаза, я сначала посмотрела по сторонам, потом схватила спящего Тяпу и, будто прикрывшись им, побрела в холл.

– Мы с Полиной решили, что жить теперь ты будешь у нее, – сама не поняла, как у меня такая фраза родилась!

– Что вы решили? – прорычал Глеб. – С кем?

– С твоей любовницей, – я очень старалась, чтобы голос мой не дрожал.

Отстранившись от ситуации, я прекрасно с этим справилась. Сколько раз приходилось на семинарах выступать или замещать учителей в чужих классах. Там дрожать ни в коем случае нельзя!

– Тут, конечно, не все вещи, – слегка разочарованно уточнила я. – Со временем сможешь остальные забрать.

– Ты… наверно… забыла… – голос Глеба опустился до приглушенного рыка. – Что это моя квартира.

Он скинул кроссовки и пошел на кухню:

– Так что, если кто и съедет отсюда, то только ты. И шавку свою не забудь забрать.

Глеб начал громыхать посудой, открыл холодильник.

– Я не понял, где завтрак? Тебя совсем переклинило?

Такого я точно не ожидала…

Я потерянно посмотрела на чемоданы и очень явственно осознала, что жить в одной квартире с предателем точно не хочу.

Глеб появился в проеме двери:

– Так и будешь меня выбешивать? Я в душ. Когда вернусь, чтобы приготовила болтунью и американо.

Муж безо всякого смущения и стыда прошел мимо, взял домашнюю одежду и хлопнул дверью в ванной.

Я вздрогнула от резкого звука. Ну уж нет, на такое унижение я точно не согласна!

В ванной зажурчала вода, я посадила Тяпу на кровать и быстро переоделась в джинсы и тунику. В большую сумку запихнула косметику для Тяпы, школьные тетради, папку с документами, смену нижнего белья и смотала комом свой рабочий костюм.

Ладно, Глебушек. Если ты хочешь по-плохому, я найду в себе силы с тобой повоевать.

Руки тряслись, ошейник на Тяпе я застегнуть не смогла, поэтому просто запихнула все в сумку, а пса взяла под мышку.

Хлопнув дверью, я вот о чем подумала: если Полина его голодным отпустила, значит, гречишников ему теперь точно не видать.

***

ЯН СТРЕЛЬЦОВ

Впервые видел так близко столь… обычную даму.

«Дама», не иначе. Так-то видно, что молодая еще, но прекратившая женское существование в тот момент, когда в ЗАГСе ответила «Да».

Когда я только строил «ЮрГрупп», то специализировался больше на коммерсантах. Денег хотели многие, а учиться хотели единицы. Им хватало наших сиюминутных советов. Потом уже появилась линия для подростков, для жертв насилия, для потерявших родных или питомцев. Но с ними я уже не общался, я сидел на золотом троне на самой вершине. Сейчас всё мое окружение – это хищники или падальщики.

В моем доме даже прислуги нет, потому что все, кого брал, оказывались шпионами. Всем хотелось повторить мой успех, а я не собирался делиться секретами.

Охрана была.

Когда ворота послушно поползли в стороны, Стас встал на пути машины. Датчики сработали на приближение, и он уже за двести метров знал, что подъезжает именно моя «Парма», но каждый раз встречал вот так: ноги в стойку, правая рука на кобуре, левая за спиной под броником. Не знаю, что у него там: нож или граната? Не спрашивал, но доверял, как самому себе.

С его братом мы вместе служили. Стас был контрактником, и его списали после очередного ранения. Отбитый парень, на всю голову. Кроме службы его ничего не интересовало в жизни.

Теперь он служил мне. Нет, «у меня».

Я притормозил, чтобы Стас убедился, что меня не держат в заложниках, и отошел. Подъехав к гаражу, я выключил двигатель, но выходить не спешил.

Так вот, о даме. Интересно, разобралась она с мужем и его подстилкой? Или она разобрались с ней? Как бы узнать?..

Глава 7

Глава 7

СВЕТЛАНА

Что я хотела сделать? Вызвать такси и поехать к Василисе. Но телефон почему-то оказался разряженным, а зарядку я не взяла. Как такое возможно? Я же обязательная, у меня всегда все заряжено, все работает, все по плану.

Кроме ребенка. Я планировала малыша через год после свадьбы. Потом через два… Теперь, видимо, мне вообще не придется познать радость материнства.

Оставаться под окнами квартиры, чтобы позволить Глебу полюбоваться на такое убожество, как я, мне совершенно не хотелось. Поэтому я просто пошла, куда глаза глядят.

Тяпу так и несла на руках, а на плече висело две сумки: женская (с совершенно «неженскими» вещами, типа школьных тетрадей и пластырей на случай детских травм), и шоппер, в который я успела запихать кое-какие вещи. Знала бы, лучше бы свои вещи собирала, а не его.

Встречные люди прятали взгляд. Их нельзя было судить: кому захочется смотреть на унылую толстушку с псом под мышкой? Ну, ладно… На пса многим хотелось смотреть, особенно, детям.

Я брела вдоль шумной городской дороги в несколько полос, а сердце сначала пропускало удар, потом два… И стало казаться, что сейчас оно вообще остановится.

Да, еще и дождь начал накрапывать. Интересно только, что мне этим хотели сказать? Бежать в ближайшее кафе и прятаться? Просить зарядку, чтобы позвонить подруге?

Как представлю, что они там все обо мне подумают…

Я села на лавочку, скинула сумки и посадила рядом Тяпу. Машины носились с такой скоростью и таким шумом, что можно было закатить истерику, и все равно никто не услышит.

Как же я дожила до такого? Я же старалась быть идеальной! Готовила любимые блюда, была старательной в постели, не приставала со своими проблемами. За все эти годы Глеб не оплатил ни единого коммунального счета! Все делала я.

А толку?

Слезы уже бежали по щекам, я не могла их контролировать.

И когда у меня вдруг стали появляться идиотские мысли о том, не шагнуть ли мне вперед… Прямо передо мной припарковался черный автомобиль.

Из машины вышел Ян! Вот его я точно не ожидала здесь увидеть.

Он удивленно изогнул бровь и наклонился надо мной. Похоже, и Ян не ожидал.

– Зачем сидеть на тротуаре в такую погоду?

От мужчины дурманяще пахло табаком и сандалом.

Я шмыгнула носом и обиженно ответила:

– Чтобы заболеть и умереть. Может, тогда муж и любовница пожалеют о том, что так со мной поступили.

– Так себе месть, – Ян пожал плечами и сел рядом. – Станьте счастливой, тогда муж сгрызет свой галстук, а любовница порвет на себе чулки.

– Думаете? – я недоверчиво прищурилась.

Счастлива я была только рядом с Глебом, поэтому сама идея казалась мне бессмысленной. Как можно стать счастливой, если ты толстая, почти сорокалетняя толстая неудачница? Видимо, советует по рабочей методичке.

– Уверен. И, кажется, у меня есть план, – Ян подмигнул, встал, без страха поднял с лавки Тяпу и открыл дверь автомобиля. – Запрыгивайте, девушка.

Запрыгивать? Куда?

Я вижу этого мужчину второй раз в жизни. А если он маньяк? Или это часть его работы, а потом мне выкатят такой счет, что придется взять кредит на его оплату.

Но Ян держал в руках моего пса, а сумку уже закидывал в багажник. Выбор у меня был, конечно: сесть в машину сейчас или, когда я окончательно промокну под этим подобием дождя.

К счастью, машина была не из тех спортивных пузодерок, в которых приходится растекаться по полу. Мне и в нашем седане было тесновато, а здесь – прям простор, даже на подножку пришлось встать, чтобы забраться на сидение. Я ожидала, что в машине будет пахнуть чем-то неуютным, типа дорогого автосалона, но запах был самый обычный, словно автомобилю уже несколько лет. Видимо, вся зарплата Яна уходила на костюмы и парфюм.

Ян сел за руль и передал мне Тяпу.

– Пристегнулись?

Нет, конечно. Я все еще была потерянной, и совершенно не понимала, что происходит. В голове был жуткий компот из слов Глеба, своей неудачной попытки разрешить патовую ситуацию и размышлений о цене туалетной воды коллеги мужа.

Я попыталась свободной рукой дернуть ремень безопасности, затем как-нибудь подпихнуть под него Тяпу. Пока мучилась, почувствовала вдруг сильные мужские руки, которые в пару движений решили проблему.

– Куда мы едем? – я прижимала к себе Тяпу и испуганно смотрела по сторонам.

Что, если Глеб обидел Яна на работе, и тот захочет ему отомстить, сделав что-нибудь мне, пока еще его жене? Что за план такой родился в этой брутальной головушке?

– Ко мне домой. Я правильно понимаю, вы рассказали все мужу, а он выгнал вас из дома? – Не отвлекаясь от дороги, спросил Ян.

– Не выгнал, – с трудом призналась я. – Потребовал завтрак, и чтобы в тряпочку молчала. Я сбежала, пока он был в душе.

Ян поморщился:

– Глеб – придурок, а сбежали вы?

– Больше ничего не придумала, – тихо ответила я. – А вы? Я нарушила ваши планы? Воскресенье же.

– Я завтра вылетаю на подписание договора, а документы в офисе забыл. Пришлось заехать.

Я вдруг поняла, что мы покидаем город.

Ну, точно! Сейчас где-нибудь в лесу меня закопает.

Главное, успеть выпустить Тяпу, когда остановимся, чтобы хоть он спасся. Я сильнее прижала к себе пса и попыталась вспомнить, как нужно вести себя при встрече с террористами.

– Света, а давайте на «ты» уже перейдем? – Ян посмотрел на меня, пока мы ждали зеленый сигнал светофора, и обворожительно улыбнулся.

В жизни не видела таких улыбок! В этот момент я впервые испытала зависть. Есть же где-то женщина, которой он каждый день так улыбается. Счастливица.

– Хорошо.

Может, все еще обойдется?

Мы свернули с трассы и оказались на алее из кленов и берез.

– Вы живете на даче? Ой, ты.

– Даче? – удивился Ян. – Неа, просто, дом.

Мужчина щелкнул брелком, и ворота поползли в стороны.

«Просто дом» – белый особняк с прудом, заросшим кувшинками, и кустами гортензий.

Мы остановились перед каким-то мужчиной. Высокий, страшный, похожий на военного. Он уперся взглядом прямо в меня и начал медленно приближаться.

Ян открыл свою дверь и вытащил голову:

– Стас, не пугай нашу гостью. Это Светлана, Светлана – это Станислав, наш охранник.

Стас понимающе кивнул и отошел в сторону, а мы поехали дальше.

«Наш»? Значит, в доме есть кто-то еще.

Слегка обогнув особняк, мы въехали на парковку перед гаражом.

– Все, приехали.

Быстрым движением Ян отстегнул мой ремень безопасности и вышел из машины.

Достав из багажника мои сумки, он кивнул на дом:

– Не пугайся. Дом только выглядит большим, но ты быстро разберешься, где что находится.

– Можно спустить Тяпу? – тихо спросила я.

Ян сначала не понял вопроса, но потом кивнул:

– Конечно. Пусть бегает.

Тяпа тут же побежал на стриженый газон и начал наяривать счастливые круги.

Дождь закончился, и я просто задохнулась от вкусного воздуха. Здесь было так много ароматов, и здесь было так тихо… Где-то щебетали птицы, булькала вода в пруду. Я даже слышала, как перебирает ножками мой пес.

– Ян, – осторожно начала я. – Зачем ты меня сюда привез?

– Тебе некуда было идти, – мужчина пожал плечами и открыл высокие двери.

– И часто ты подбираешь в городе людей, чтобы привезти в свой особняк? – я с опаской переступила порог. – Пойми правильно, это все очень странно выглядит. Ты меня второй раз в жизни увидел.

– Ты меня тоже, – резонно заметил Ян. – Но в машину села. Значит, терять тебе нечего.

Я замерла, по спине пробежался леденящий страх. Что он имеет в виду?

– Давай-ка найдем тебе комнату и поговорим о нашем плане.

Ян широким жестом указал на лестницу.