Текст книги "Золюшка (СИ)"

Автор книги: Таис Февраль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

– Не будем заострять внимание на мне, а то всё окончательно остынет, – хочу перевести их взор на еду.

Все приступают к ужину, бросая на меня заинтересованные взгляды.

– Ты их сделала сегодня! – радуется на ухо паук. – Только не расслабляйся! Это всё показное! Я им не верю и тебе не советую.

– Согласна, – отвечаю ему.

– Возможно, только Иванна говорит от чистого сердца, но она находится под влиянием матушки и Эстер. Она марионетка в их умелых руках.

Я соглашаюсь с ним и киваю головой.

Глава 9.

Филипп Ван Дайк.

Принц Филипп вернулся во дворец под огромным впечатлением от высказываний мужчин и оттого, что произошло с Золиной.

На его глазах девушка чуть не погибла!

Впервые он посочувствовал арноидке.

Он не воспринял всерьёз заявление Святозара насчёт женитьбы, да и Жюльен на его взгляд говорил непонятно что. Скорее всего его решение было необдуманным и спонтанным, чтобы насолить лорду Патрику.

Они ещё со времён академии доставали друг друга.

Лорд Патрик мямлил о том, что Золина его невеста. Этого не может быть априори! Ни в одной газете королевства не печатали об их помолвке.

Но почему меня это напрягает? – злился на себя принц.

Филипп вошёл в кабинет, присел за рабочий стол и глубоко задумался, но вовсе не о работе.

Вдруг неизвестно откуда появиласьОНА!

Бездна! Я действительно переживаю за какую-то девчонку или мне это снится?! – негодующе подумал принц.

Эта Золина по неизвестной пока причине меня страшно бесит и волнует, но я не пойму почему? – размышлял Филипп.

В ней есть что– то необыкновенное и страстное, присущее иномирянкам, которых я безжалостно сжигаю на огне. Но я проверил её.

... Золина арноидка! Тогда в чём дело?

Она очаровала меня!

Меня – инквизитора с каменным холодным сердцем!

Я хочу постоянно видеть её рядом с собой, а еще лучше наслаждаться с ней любовью в постели.

Очнись, Филипп! Что за глупые мысли? Зачем ты ведёшься на неё? – отметал их от себя и снова возвращался к этой девушке.

Мне, кажется, у нас с Золиной будет потрясающий секс и я буду с ней по-настоящему счастлив.

Я снова вспоминаю её глаза!

В них столько чувственной страсти и огня, что я изнемогаю от желания слиться с ней сейчас же и опускаю руку к паху. Член стоит колом и требует разрядки.

Я не помню когда испытывал эти чувства, может где-то в далёкой забытой юности.

Моя жизнь давно стала безэмоциональной, серой, скучной.

Никаких привязанностей. Никаких лишних эмоций.

Так легче. Так проще. Я так привык жить и ничего не хотел менять.

У меня полно проблем в королевстве и мне некогда зацикливаться на женщинах, их чувствах, желаниях и эмоциях, а также думать о наследнике.

Видимо, я ещё до этого не дорос!

Эти арноидки после свадьбы становятся как безмозглые дуры, во всём подчиняются мужчинам и не имеют права высказать своё собственное мнение.

Мужчины покупают товар для удовольствия и продолжения рода.

Я не представлял о чём с ней вообще разговаривать? Находиться рядом с ней будет пыткой!

А я сам инквизитор и привык пытать!

А это уже перебор!

Сейчас секс с женщинами был доведён до автоматизма. Без прилюдий и всякой страсти, чисто физиологическое удовлетворение похоти, снятие напряжения.

Я не хотел жениться, меня устраивала нынешняя жизнь до сегодняшнего дня, если бы неОНА!

Я чувствовал, что с ней будет необыкновенно, страстно и горячо..., – Филипп в раздумьях забарабанил пальцами по столу, даже не замечая.

Золина зажгла мне надежду на будущее, которое я смогу изменить и, возможно, которому буду только рад.

В этот момент ему захотелось насладиться обнажённой точёной фигуркой арноидки, притронуться к её белоснежной груди, погладить её бархатистое тело. Приласкать, проделать дорожку из поцелуев от шейки к самому сладкому месту..., поиграть с её сосками и ... получить крышесносный оргазм.

– Я не отказался бы от наследника именно от неё, – задумчиво произнёс Филипп и очнулся от своего голоса.

– Дьявол! Что за ерунда? Я уже сам с собой разговариваю? – недоумённо хмыкнул Филипп.

Удивляюсь сам себе и не нахожу ответ – что же со мной происходит?

Как этой ведьмочке удалось в один миг так на меня повлиять?

Зажимаю пах рукой и думаю куда лучше пойти?

Принять холодный душ и поработать руками или вызвать умелую рабыню.

Склоняюсь к душу, я не буду касаться тела рабыни и марать себя.

Словно с рабыней я буду изменять этой пигалице, которая мне пока что ещё не жена! – снова иронично хмыкаю. – Хренов чистоплюй!

Бездна! Так можно сойти с ума!

Называется дожился до края!

Злюсь на неё, на себя, на работу и вообще на всё межвеерное пространство!

И снова возвращаюсь к воспоминаниям.

Эта маленькая скромная пигалица с большими красивыми голубыми глазами из лавки мистера Хопкинса не даёт мне покоя.

Она вывела меня на эмоции о которых я давно забыл, а может и вовсе не знал?!

То было юношеское и несмелое, а сейчас вспыхнувшая внутри меня искра любви разгоралась с космической скоростью, превращаясь в огромное пламя и неуёмную страсть.

– Это любовь? – спрашиваю сам себя и понимаю, что она пришла ко мне неожиданно и я к ней оказался не готов.

Я не могу ни о чём думать, кроме неё.

Мне не хочется ни есть, ни пить, ни спать!

Я почти потерял контроль над собой, испытывая широкий спектр волнующих эмоций и не знал что с ними делать.

Я хочу только её!

Хочу до одури и готов тут же бежать за ней.

Смотрю на часы – уже поздно! Бездна!

Я толком не могу разобраться в своих чувствах.

Охренеть! У меня, у принца Филиппа Ван Дайка, не получается их осмыслить!

Я снова, как ненормальный, горю желанием её увидеть...

Сегодня мотался туда – сюда по дороге, чтобы хоть мельком увидеть её...

Хочу разобраться что со мной не так, чем она меня околдовала и почему я на неё неадекватно реагирую.

Не успеваю ничего додумать и осмыслить, как в кабинет не вовремя постучали.

– Войдите! – недовольно рявкаю, едва сдерживая себя.

– Сынок, к тебе можно? – с широкой улыбкой на губах появляется маман.

Я уже знаю, о чём она снова начнёт со мной говорить.

Матушка постоянно капает мне на мозги и заставляет жениться.

– Прости, Филипп! Возможно, я не совсем вовремя, но мне необходимо с тобой поговорить. Настало время обсудить нам с тобой очень щекотливую тему.

– Маменька! Давайте ненадолго отложим наш разговор, сейчас я очень занят, – пытаюсь выиграть время.

– Нет, Филипп! Оттягивать разговор больше некуда! – категорично заявляет она и смотрит на меня в упор.

Я пытаюсь отшутиться, но у меня ничего не получается.

– Фил, тебе уже тридцать пять! Мне неудобно обсуждать с тобой эту тему, но ты не оставил мне выбора! – она начинает взволнованно говорить и по её дрожащему голосу и в сторону отведённым глазам, я понимаю о чём пойдёт речь и сейчас не перебиваю её.

Матушка должна выговориться, чтобы ей стало легче.

Я видел, как она была напряжена в течении последнего месяца. Она ничего не говорила, хотя я приставал к ней с расспросами.

Маман осмысливала, как деликатно начать со мной этот трудный для нас обоих разговор.

– Неподобает принцу быть холостым в эти годы. У твоего отца в твоём возрасте уже было трое детей! – с гордостью произносит матушка. – Филипп! Подумай о наследниках!

Мне неприятен этот разговор, я нервничаю и мне не хочется его обсуждать.

Камзол сильно душит, мне нечем дышать и я расстёгиваю две верхние пуговицы, а штаны сильно обтягивают ноги и я боюсь, что матушка заметит выпирающий бугор.

Дьявол! Только не это!

– Матушка, для меня это не показатель, давайте с вами оставим эту тему, – я начинаю раздражаться и выходить из себя.

– Нет, Филипп! Я хочу сейчас серьёзно с тобой поговорить, – категорично заявляет матушка и присаживается на диван. – Иди ко мне, сынок! – ласково просит маман, а я по известной причине не могу сдвинуться с места.

– Спасибо, но лучше я здесь посижу, надеюсь наш разговор не займёт много времени и будет коротким. У меня накопилось слишком много нерешённых дел, – стараюсь естественно говорить, чтобы она ни о чём не догадалась.

– Хорошо, пусть будет по-твоему, – неохотно соглашается она и, слегка покраснев, продолжает.

– В королевстве уже ходят слухи о твоей невозможности зачать ребёнка. Ещё ни одна женщина не пришла и не заявила, что беременна от тебя. В чём дело, Филипп? Может пора тебя показать лекарю? – королева старается тактично поговорить со мной о мужских проблемах.

Со мной! С сыном, а не с дочерью! Я просто в шоке! У меня нет слов!

Я ошарашенно смотрю на матушку и не знаю что ей ответить, чтобы не обидеть!

Это переходит все правила этикета!

Я шумно вдыхаю воздух и начинаю делать дыхательные упражнения, чтобы хоть как-то успокоиться.

Этот разговор перешёл всякие разумные границы дозволенного и я недовольно смотрю на маман, которая тоже не испытывает радости от нашего разговора.

Ей стыдно, неудобно, щёки её полыхают от смущения, что приходится мне задавать подобные вопросы.

Но отца у меня нет, он скоропостижно скончался от непонятной болезни и это приходится делать матушке. Больше некому.

Она волнуется и я понимаю её. Я хочу поскорее закончить этот неприятный разговор.

– Матушка, не переживайте! Я не болен, со мной всё в порядке, – чуть ли не заикаясь произношу эти слова и сам краснею.

– Несколько женщин приходили и заявляли, что они беременны от Жюльена, – продолжает настаивать маман.

– Я очень рад за брата, – честно говорю матушке.

– Но он не наследный принц, ты это понимаешь? У него может быть множество детей от разных женщин, но они не являются наследными принцами. Только твои дети смогут заменить тебя на троне!

– Матушка, у вас всё? – ласково спрашиваю её и хочу, чтобы она поскорее ушла. – Мне нужно работать!

– Хочу предупредить тебя, Филипп! Через несколько дней во дворце состоится бал на котором ты выберешь себе невесту! Если это не сделаешь ты, то выберу я! Будь добр явиться на бал и не придумывай никаких отговорок по отлову иномирянок, я это не приму! Я всё равно выберу тебе невесту и тебе придётся жениться на ней. Хочешь ты или не хочешь, но будет так, как я сказала! Пора прекратить все эти сплетни, – серьёзно произнесла эти слова.

– Хорошо. Я буду присутствовать на балу рядом с вами, матушка, – соглашаюсь, чтобы она поверила и скорее ушла.

– Кстати, может тебе будет интересно, – королева сделала небольшую паузу. – Жюльен на балу представит свою невесту. Он решил жениться и меня это радует.

– Матушка, вы случайно не знаете имя невесты? – встрепенулся я на полном серьёзе.

Значит Жюльен не блефовал говоря о Золине!

– Что с тобой, Филипп? Ты побледнел! – взволнованно спросила королева.

– Вам показалось, матушка! Со мной всё в порядке, может немного переутомился, – уговариваю маман, а внутри уже бушует ураган и я боюсь взорваться.

– Жюльен только сказал, что его невеста юная леди. Он меня с ней ещё не знакомил, поэтому её имя мне пока неизвестно, – радостно проговорила родительница.

– Жаааль! – задумчиво произношу и сжимаю кулаки.

– Было бы замечательно сыграть две свадьбы одновременно, – добавляет она улыбаясь. – Отец за вас был бы горд и рад, – и она промокает платочком уголки глаз.

После этих слов я уже почти не слушаю матушку, вскакиваю с места и, как загнанный в клетку зверь, меряю шагами кабинет.

– Филипп! Ты сегодня какой-то странный. У тебя что-то случилось? – вновь озадаченно интересуется матушка и пристально смотрит на меня.

Я присаживаюсь за стол, чтобы избежать лишних вопросов.

– Я рад за брата и ваша новость очень взволновала меня, матушка! Наконец-то, Жюльен остепенится и перестанет портить девушек, – поддерживаю радостное настроение маман.

Мы улыбаемся друг другу и матушка встаёт с дивана. Я облегчённо выдыхаю, наконец-то, останусь один.

Тоже встаю из-за стола, чтобы проводить родительницу до двери.

– Кстати, чуть не забыла! – благодушно хихикает королева. – Наш закоренелый холостяк Святозар Нельский наконец-то, тоже решил жениться и на балу представит свою невесту.

Он сам мне сегодня об этом рассказал.

Ты не должен пропустить такой торжественный момент! Теперь у меня всё, – она обняла меня, чмокнула в щёчку, развернулась и вышла из кабинета.

После этих слов я замер и стоял как вкопанный, не мог сдвинуться с места. Я обтекал от новостей.

– Дьявол! Значит они говорили на полном серьёзе! – озарило меня и я заскрипел зубами, желваки заходили по скулам и я нервно сжал кулаки.

У меня есть несколько дней, чтобы присмотреться к Золине и сделать ей предложение на балу, опередив соперников.

Вызываю срочно секретаря.

– Отправили приглашение на бал семейству Каламар? – на нервняке интересуюсь у него.

– Ваше величество! Это семейство сегодня пользуется успехом. Генерал Нельский лично отвозил пригласительный билет.

Меня обдало жаром и я вскочил с места.

– Ты верно шутишь? – рычу на молодого арноида и хватаю его за ворот рубашки. – Кто от его имени приходил за пригласительным?

– Никак нет, я не шучу! Генерал Святозар Нельский лично приходил за ним, – обескураженно отвечает арноид.

– Рррр! – гневно рычу, отталкиваю секретаря и бью кулаком по столу. – Свободен! – ревность выжигает всё изнутри. – Значит генерал не шутил! Он правда намерен жениться на Золине и не врал про любовь с первого взгляда!

– Принц Жюльен тоже приходил за пригласительным билетом для семейства Каламар, – как бы между прочим, добавляет секретарь, останавливаясь у двери.

Неужели мой брат действительно собрался остепениться и захотел жениться на Золине? – эта мысль взорвала мой и без того напряжённый мозг.

Что делать? Как поступить? Похитить её или спрятать? Добиться взаимности и потом жениться?

Я видел, что не понравился девушке.

В этом я мог признаться только сам себе. В её присутствии я вёл себя как последний идиот, устроил никому не нужную проверку, но это теперь не меняет сути дела.

Я должен найти разумный выход!

Глава 10.

Ольга.

Ужин прошёл в принципе нормально, в спокойной обстановке без придирок и выяснения отношений. Никто ко мне не цеплялся и меня это радовало. Сёстры между собой тоже ничего не выясняли. Маман была в добром здравии и прекрасном настроении.

Мне хотелось уже отдохнуть, осмыслить сюрпризы мужчин и подумать, как их обойти стороной без особого напряжения и нервов, а также без катастрофических последствий.

– Ужин был очень вкусным! Спасибо, хозяюшки! – я поблагодарила за еду и стала вставать из-за стола.

Матушка с сёстрами удивлённо посмотрели на меня.

– Что не так, Паулис? – ментально спрашиваю паука.

– Здесь так не говорят и не встают вперёд старших! – ментально возмущённо прошипел паук. – Лучше молчи и не вставай первой из-за стола.

Я плюхнулась обратно и смеясь проговорила:

– Я от этих неожиданных сюрпризов совсем голову потеряла. Интересно кто это придумал так надо мной посмеяться? – обиженным голосом произношу эти слова и окидываю взглядом родственников.

– Да, Золина! Я понимаю тебя. Сама до сих пор не могу отойти от шока, – сочувствует маман и даже пытается мне улыбнуться.

– Не обращай внимание, Золюшка, – успокаивает Иванна. – Пусть нам будет хуже, – заливисто смеётся. – Торт был вкусным, а фрукты потом попробуем. Я лично наелась и больше ничего не хочу.

– Эти сюрпризы мне очень понравились, – захихикала Эстер. – Я лично не откажусь, если их будут приносить каждый день.

Я облегчённо выдыхаю...

Слава богу не спалилась и удалось нормально замять мой промах.

– Вот выйдут сестрицы замуж за принцев, вот тогда мы по-настоящему заживём! – мечтательно произносит родительница и с любовью смотрит на Эстер.

Эстер улыбается матери и гордо вскидывает подбородок.

– Как надоело считать копейки, – жалобно произносит маман. – Дворец и поместье приходят в запустение. Эдмонт умер и всё начало рушиться, – обречённо вздыхает она. – А если девочки станут королевами, то принцы обязаны поддерживать усадьбу и замок в надлежащем виде. И тебе тогда, дочка, не нужно будет работать. Как я мечтаю об этом!

– Ваши слова, маменька, да Богам в уши! Молитесь за нас и тогда всё будет хорошо! Богиня Пресвятая Заступница нас возьмёт под свою защиту, – умоляюще просит Эстер.

– Я итак каждый день молюсь за вас и прошу милости, – тяжко вздыхает родительница и встаёт из-за стола..

Когда маман с сестрицами встали, я тоже быстро вскочила.

– Простите, маменька! Мне необходимо отлучиться по нужде. Можно я потом вымою посуду? – спрашиваю родительницу.

– Иди, Золина, отдыхай! Мы сами с девочками справимся, – неожиданно доброжелательно произносит маман и я от удивления чуть ли не теряю дар речи.

Что произошло с этой женщиной? Почему вдруг такие перемены? Что она задумала?

– Девочки! Вы заметили, как сегодня с самого утра изменилась Золька? – маман тихо говорит сестрицам, когда я подхожу к двери, выходя из столовой.

Я притормаживаю, чтобы подслушать их разговор и быть в курсе их переговоров. Быстро прячусь за стенкой. Мне всё слышно, но им меня не видно.

– Да, я заметила, – отвечает Эстер. – Такая гордая и уверенная стала! С чего бы такие изменения? – недоумённо спрашивает маман.

– Вот и я думаю о том же, – растерянно – задумчиво произносит родительница и на мгновение замолкает.

– А мне она такой больше нравится! – высказывает своё мнение Иванна. – А то всё время после смерти папеньки ходила с опущенной головой. Пора уже возвращаться к нормальной жизни.

– Да что ты в нормальной жизни понимаешь? – шикнула на неё маман. – Вы присмотритесь к ней получше. Может и правда генерал решил к Зольке подкатить и она согласилась? – предполагает родительница. – Уж слишком она стала независимой, словно чувствует твёрдую почву под ногами и надёжную опору и защиту! Боком бы нам не вышла её самоуверенность!

– Почему? – недоумённо спрашивает Иванна.

– Потому что если вы не выйдете замуж за принцев, а она выйдет замуж за генерала, то мы останемся нищими, голыми и босыми. И все вместе пойдём просить милостыню к храму.

– Всё так критично? – изумлённо интересуется Эстер.

– Конечно. Золька перестанет работать и давать нам деньги! Разве это тебе непонятно? – маман недовольно шипит на сестрицу. – А мы же с вами ничего не умеем делать! – обречённо шепчет родительница.

– Маменька! Золюшка не такая! Она нас в беде не бросит! – заступается за меня Иванна.

– Заклинаю вас, особенно тебя, Эстер! Ни в коем случае не ссортесь с Золькой! Мы от неё сейчас полностью зависимы. Вам это ясно?

– Яснее ясного, маменька! А я – то думаю, с какой стати вы стали называть её дочкой? – с сарказмом проговорила Эстер и тихо засмеялась. – А ларчик просто открывался! Это меркантильный денежный интерес! У вас же всё просто, маменька! Вы предсказуемы, как открытая книга. Хитрый и точный расчёт, плюс скрытая выгода. Не так ли?

– Хватит подслушивать, пойдём! – недовольно шепчет мне Паулис.

Я на цыпочках начинаю идти дальше и слышу последнее предложение сказанное родительницей.

– Так я же для вас стараюсь, глупые!

– Одно очевидно – ни маман, ни Эстер не причастны к смерти Золюшки. Об Иванне я вообще молчу, – ментально убеждает меня Паулис.

– А кто же тогда? – растерянно спрашиваю мохнатика.

– Будем разбираться. Но этот кто-то реально существует. Возможно он ещё здесь, – решительно говорит Паулис, нагоняя на меня панику.

– Хватит меня пугать! – недовольно отвечаю пауку и чувствую как липкий холодный пот ползёт по спине. – Где я буду спать? Мне что, снова в башню идти? – с ужасом спрашиваю его.

Представляю себя на кровати покойницы и руки сразу покрываются мурашками страха, и я начинаю дрожать.

– Нет, Золюшка, успокойся. В башне от этого монстра не спрячешься! – уверенно произносит мохнатик. – Сегодня я буду тебя охранять. А ты придумай какой-то оберег от нападения врагов, завтра сплети его и зачаруй. Вот тогда, он тебя точно не тронет.

– Почему сегодня о нём ничего не сказал? – гневно шиплю на паука.

– Когда? У тебя было на это время? Ты итак была на грани обморока.

Да он прав, сегодня был очень трудный день. Я соглашаюсь с Паулисом и киваю головой.

– Сейчас займёшься медитацией для раскрытия энергетических каналов. Тебе необходимо в ближайшее время погасить болевой эффект. Я сейчас буду заниматься с тобой.

– Хорошо, я согласна, – одобряю слова мохнатика.

Хотя я бы сейчас с удовольствием приняла душ, расспросила бы Паулиса об этой планете и острове Презрения, а потом бы осмотрелась в этой комнате. Мне нужно собрать больше информации о том, где я нахожусь, чтобы хоть в чём-то быстрее разобраться.

– Кстати, я ничего интересного не смог прочитать в мыслях Эстер. Она кроме посещения бала и обольщения принца Филиппа больше ни о чём не думает, – иронично добавляет мой осведомитель.

В этот момент в дверь постучали.

– Золина, к тебе можно? – слышу за дверью голос Эстер.

– Легка на помине, – шепчу Паулису.

– Можно, заходи! – приглашаю сестрицу.

– Ты ещё не спишь? – открывая дверь, спрашивает она и беспокойно озирается по сторонам.

– Нет, я тебя жду, – отвечаю ей и мне интересно, что же такого она мне хочет сообщить и почему так напряжена.

Эстер плотно закрывает за собой дверь, чтобы никто не вошёл и начинает говорить шёпотом, чтобы никто не подслушал.

Мне становится вдвойне интересней.

Эстер хочет рассказать мне какую-то тайну, не иначе.

– Золюшка! – она взволнованно начинает шептать и замирает.

Оборачивается на дверь, на цыпочках подбегает к ней и резко распахивает её.

За дверями никого нет и она облегчённо выдыхает.

Я её не тороплю. Эстер сама должна начать говорить, я лишь спокойно смотрю на неё и надеваю радушную маску на лицо.

– Золюшка! Умоляю тебя! Только ты сможешь мне помочь! – обречённо шепчет сестрица и снова испуганно оборачивается на дверь.

– Не волнуйся, Эстер! Если я смогу тебе чем-то помочь, то я обязательно это сделаю, – уверенно отвечаю ей и присаживаюсь на диван.

Жестом приглашаю её последовать моему примеру.

Она подходит ближе ко мне, присаживается на диван рядом со мной и берёт мою ладонь в свои ледяные ладони. Мне становится холодно и неприятно от её прикосновения. Я стараюсь аккуратно незаметно вытащить руку из захвата и поправляю этой рукой волосы, выбившиеся из причёски.

Эстер начинает дрожать и её состояние передаётся мне.

Я взволнованно смотрю на неё и руками обнимаю себя, скрещивая их на груди.

Эстер очень взволнованна и напряжена. Она не замечает что со мной что-то не то происходит. Вскакивает с дивана, снова подбегает к двери и распахивает её.

За дверью никого нет ...

– Эстер! Что случилось? Ты кого-то боишься? – стараюсь спокойно спросить её.

– Я не знаю, как тебе об этом сказать, – Эстер начинает смущённо говорить и её голос дрожит.

– Давай пока отложим эту тему. Я понимаю, что ты ещё не готова к разговору, – хочу хоть на время успокоить девушку и задать ей волнующий меня вопрос.

– Ты любимица маменьки и поэтому знаешь обо всём, – начинаю доброжелательно говорить. – Скорее всего первых детей любят больше, чем последующих, – пытаюсь в её глазах оправдать маменьку.

Эстер после моих слов немного успокаивается и гордо вскидывает подбородок.

– Ты права, Золина. Но не только поэтому маменька любит меня больше, чем вас с Иванной, – неожиданно заявляет она и смотрит на меня с превосходством.

Стараюсь подавить шоковое состояние и делаю непроницаемое лицо.

– А что есть другая причина? – удивлённо спрашиваю Эстер и надеюсь услышать правду. – Вот меня маменька не любит совсем и я не понимаю почему? – растроенно говорю ей, пытаясь у девушки вызвать сочувствие или жалость. Хочу вывести Эстер на эмоции. – Может ты мне об этом расскажешь, сестрица? – умоляющим голосом прошу её.

Но Эстер непробиваема и лишена напрочь сочувствующих эмоций!

– Это не моя тайна! – словно очнувшись, резко отвечает мне. – Я не могу тебе её рассказать, – категорично говорит эти слова и снова оглядывается по сторонам.

– Дожимай её! Пусть расскажет. Шантажируй её, действуй заклинаниями, делай всё что сможешь... Эстер всё знает, – ментально требует Паулис.

Я и сама понимаю, что другого случая может не предвидеться.

Только Эстер замыкается в себе, молчит и исподлобья смотрит на меня.

Наступает напряжённая тишина и нужно срочно что-то предпринимать.

– Падай скорее в обморок! – ментально советует Паулис.

– Зачем? – не понимаю его. – Что ты придумал?

– Делай, что сказал! Некогда объяснять! – приказывает мохнатик и больно дёргает за волосы.

Я ойкаю, хватаюсь за голову, накрываю рукой паука, чтобы не свалился. Картинно закатываю глаза и, как мешок, падаю на бок.

– Пусть они за тебя испугаются. Эстер останется рядом с тобой. Она не сделала того, что задумала. Я тебя буду страховать. Убери сейчас же руку с моей головы, – нервно командует Паулис и я сразу убираю руку.

Эстер вскакивает с дивана и бежит к двери.

– Маменька! Маменька! – распахивая двери, обеспокоенно закричала Эстер. – Золине стало плохо! Нужно вызвать лекаря.

– Три монетку, пока никто не видит! – напоминает паук и я подчиняюсь.

– Что случилось? – спрашивает родительница, подбегая к Эстер.

– Я не знаю что с ней. Золина закатила глаза и потеряла сознание, – она объясняет маменьке причину моего обморока. – Вызывайте скорее лекаря. Вдруг с ней что-то серьёзное?

– Эстер! Что ты паникуешь? – маман жестом останавливает поток взволнованных слов сестрицы. – Ничего с ней не случится, – уверенно произносит родительница,

– Ни один мускул не дрогнул на её лице, – ментально шепчет мне паук и недовольно хмыкает.

– Давай вместе переложим её на кровать. Наверно, вечером она переела, вот и стало ей плохо! – сокрушается маман. – Ты видела сколько она съела за ужином?

– Я не приглядывалась, не совала нос в чужую тарелку! – отмахивается от неё Эстер. – Мне всё равно кто сколько съел!

– Раньше она столько не ела!

– Маменька, вы к Золине несправедливы.

– Что? Ты собираешься меня учить? – задохнувшись от негодования воскликнула маман. – Да как ты смеешь? Мы это с тобой уже сто раз обсуждали, – шумно от злости задышала родительница.

– Я всегда была на вашей стороне, но сейчас не буду вас поддерживать, – категорично заявила Эстер.

– Это ещё почему? – взвизгнула маман и надула губы. – От Зольки опылилась? Хочешь стать независимой, как она? Вначале научись хоть что-то делать, а потом качай права.

– Как я могу от неё опылиться? Вы о чём? У меня преобладают только ваши гены. А Золя тоже ваша плоть и кровь, только ей больше доброты, порядочности и магии досталось от папеньки, – не унимается Эстер и убеждённо спорит с маман.

– Лучше давай поднимать эту притворщицу! Нечего демагогию разводить, – родительница шикнула на неожиданно взбунтовавшуюся любимую дочь.

Матушка подхватила меня за подмышки, а Эстер взяла за ноги и они потащили меня к кровати.

– О, Боги! Какая же она лёгкая?! – удивлённо воскликнула Эстер. – Словно пушинка! А вы, маменька, придираетесь к ней! Говорите, что она много ест.

– Нечего было рождаться от нелюбимого мужчины, – сквозь зубы прошипела маман и они меня закинули на кровать. – Я не хотела от него детей, но Эдмонт меня обманул и зачал без моего согласия.

– Вот это новость? – растерянно ментально шиплю пауку. – Зашибись, я для своей матери нелюбимая дочь! Нечего сказать ... Если родилась не от того мужчины, значит любить не обязательно?! Я в самом начале думала, что я приёмная дочь для маман или падчерица. Оказывается мы с ней были связаны одной пуповиной. В нас текла одна кровь, но это в её понимании не считается.

– Папенька всех нас любил динаково, никого не выделял. А вы, маменька ..., – но матушка перебила Эстер и не дала ей договорить.

– Хватит! С меня довольно. Эта тема закрыта раз и навсегда! Тебе ясно, Эстер?! – назидательным тоном произнесла маман. – Я не желаю больше к ней возвращаться! Никогда, слышишь, никогда не говори со мной на эту тему! – категорично рыкнула маман и стала меня больно хлопать ладонями по щекам.

– Золина, очнись! Открывай глаза, Золина! Хватит притворяться! – моя голова поворачивалась от шлепков из стороны в сторону.

Я прикусила щёки до крови, чтобы не закричать и не выдать себя.

– Маменька, отойдите! Что вы делаете? Вы хотите ей шею сломать? – Эстер с силой оттащила от меня маман.

– Папенька погиб из-за вас! Теперь хотите Золину уничтожить? Вы в своём уме, маменька? – испуганно спрашивала её Эстер.

– Это был его выбор. Эдмонта никто не заставлял так поступать, – иронично усмехнулась и стала выходить из комнаты.

– Он всегда вас любил, несмотря ни на что. Спас от позора, а вы ..., а вы только позволяли себя любить. Как это низко и подло с вашей стороны, маменька! Никакой благодарности, никакого тепла или хотя бы намёка на него, – огорчённо прошептала Эстер и нежно погладила меня по щеке. – Я не хочу, чтобы так было у меня. Я хочу любить и быть любимой.

– Что ты знаешь о любви, доченька?! – обернувшись, с тоской выдохнула маман. – Выйдешь замуж за принца и люби его сколько захочешь! – усмехнулась родительница.

– Но он не любит меня, а я так не хочу!

– Ничего – полюбит, родишь наследника и станешь королевой! Остальное приложится, – мечтательно произнесла эти слова.

– Маменька! Что вы здесь раскричались? Что произошло? – прибежала Иванна на шум.

Она недоумённо переводила взгляд с матушки на Эстер, а потом увидела меня, лежащую с закрытыми глазами и подбежала к кровати.

– Что с Золюшкой? – испуганно закричала она. – Лекаря уже вызвали?

– Нет. Лекарь не нужен, – равнодушно проговорила родительница. – Неси целебную настойку и ароматическую смесь. Я Золине дам понюхать смесь, а потом ей дам настойку и всё пройдёт, – убеждённо произнесла маман.

Девушка бегом отправилась выполнять приказ родительницы.

– Золюшка! Давай, оживай! Кто его знает какой настойкой хотят тебя напоить. Я не хочу рисковать, – потребовал паук.

Я не могла сразу открыть глаза, это выглядело бы неправдоподобно и не соответствовало бы действительности.

Я не успела ещё сообразить, как мне лучше выйти из обморока, чтобы это выглядело более-менее естественно...

В это мгновение прибежала Иванна и маменька сунула мне под нос какую-то вонючую гадость, я вдохнула её и закашляла. Ошарашенно раскрыла слезящиеся глаза и недоумённо окинула взглядом присутствующих.

– Что вы здесь делаете? Что случилось? – с трудом пробормотала сквозь кашель, вытирая ладонью слёзы.

– Хвала тебе, Пресвятая Заступница! Золюшка очнулась! – радостно проговорила Иванна, наклонилась ко мне и чмокнула в щёчку.

– Я же говорила, что лекарь не нужен, – подняв высоко подбородок, спокойно безэмоционально сказала маменька и недовольно взглянула на меня.

В её взгляде читалось, что она поняла моё притворство.

Сколько яда и злости у моей родной псевдоматери? – с ужасом подумала о женщине, которая родила Золюшку. – В голове не укладывается такое отношение. Словно она не её дочь, а так ... пустое место.

– Это у тебя, голубушка, нужно спросить что случилось? От чего ты упала в обморок? – снисходительно спросила меня