Текст книги "А в воздухе кружил снег (СИ)"

Автор книги: Светлана Шавлюк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

– Я так соскучилась, – улыбаясь, прижималась к груди мужчины.

– И я, очень, – он чмокнул меня в нос, – Вереней, я так устал за эти недели, что желания гулять нет. Пошли, посидим где-нибудь.

– Пойдём, – с готовностью откликнулась я. Мне было не важно, как мы проведем этот день, главное, что вместе.

Мы забрели в какую-то маленькую тихую таверну, где и просидели весь день, обнимаясь и разговаривая. Время подходило к вечеру, и мне было пора возвращаться в академию, а так не хотелось.

– Вереней, не уходи, – он с надеждой посмотрел на меня, когда я заикнулась о возвращении. – Я на самом деле очень соскучился и не хочу тебя отпускать. Останься со мной. Обещаю, что не позволю себе ничего предосудительного. Просто останься сегодня со мной.

Я долго молчала. Внутри велась нешуточная борьба. Сердце учащённо стучало и шептало: "Оставайся. Ты ведь сама этого хочешь. Бояться нечего". А разум строгим голосом говорил: "Нельзя! Он взрослый мужчина. У вас временный роман. Не смей".

– Веренея, если ты не хочешь, я не буду настаивать, – тихо сказал он.

– Хочу, – выдохнула я. – Хорошо, я останусь, – робко улыбнулась ему.

– Обещаю, что буду вести себя прилично, – он счастливо улыбнулся и совсем неприлично меня поцеловал.

Ночевал он в столичном гостевом доме, когда проводил выходные вместе со мной. Я это знала, поэтому сюрпризом для меня это не стало. Он снимал обычный номер со спальней, гостиной и ванной. Мы расположились в гостиной. Он заказал вина и фруктов.

– Это чтобы ты немного расслабилась. Я вижу, как тебе неловко, – улыбнулся он, разливая рубиновую жидкость.

Чувствовала я себя очень неловко. И очень неуверенно. Даже ладони вспотели от волнения. Даже простая ночёвка с мужчиной заставляла дрожать от переживаний.

– Не волнуйся, – он передал мне бокал, – я просто хочу проснуться с тобой. Мне не хватало тебя. За тебя, из-за которой я потерял покой, – он стукнул своим бокалом по моему.

Я выпила бокал практически залпом, надеясь, что это поможет расслабиться.

– Больше не налью, – он усмехнулся, – а то ты переберёшь, ещё приставать начнёшь, а я уже обещал.

И зачем я на это согласилась? Лучше бы в академию пошла. Столько волнений. Он вышел из гостиной, а вернулся с рубашкой и полотенцем.

– Это тебе. Думаю, ночную сорочку ты с собой не носишь на всякий случай, а моя рубашка будет как раз подходящей. Иди в душ первая.

– Спасибо, – улыбнувшись, забрала вещи, прошмыгнула в спальню, а потом в ванную. Ополоснулась быстро. Рубашка Будимира оказалась просто огромной и скрывала даже колени. Но я всё равно чувствовала себя неловко.

– Ты такая милая, когда краснеешь, – улыбнулся он, сидя в кресле в гостиной.

Я уселась напротив, поджав ноги под себя. Несмотря на своё обещание, Будимир снова наполнил мой бокал и начал расспрашивать меня о братьях. Благодаря этому разговору, а может и благодаря вину, я смогла расслабиться.

Спать легли заполночь. Я скромно устроилась на краю, но была сграбастана драконом и прижата спиной к его груди.

– Сладких снов, – поцеловал он меня в макушку.

– Спокойной ночи, – тихо ответила я.

Уснуть оказалось сложно. Прислушивалась к спокойному дыханию мужчины. Его никакие волнения не тревожили, поэтому уже через несколько минут дыхание дракона стало глубоким и размеренным. Меня сон сморил спустя не меньше часа.

Спала крепко и без снов, поэтому, когда утром меня разбудили лёгкие поцелуи, не сразу поняла, где нахожусь. Ошалело распахнула глаза и увидела яркие огненные омуты, искрящиеся счастьем.

– Доброе утро, моя маленькая ведьмочка, – прошептал он и сжал меня в крепких объятиях.

– Задушишь, – пискнула я. – Доброе утро, – сказала ему, когда он ослабил хватку.

– Ты даже не представляешь, насколько. Я бы сказал, что самое счастливое, – с его лица не сползала улыбка.

– Может быть, – неопределённо ответила я. Хотя в душе было очень приятно слышать такие слова.

– Точно тебе говорю. Нет счастливее дракона, чем тот, что внезапно обнаруживает свою пару, – он чмокнул меня в нос. До меня не сразу дошёл смысл сказанных им слов.

– Что? – потрясённо выдохнула, когда поняла, что произошло.

– Да, Веренейка, ты моя. Моя. И это потрясающее чувство. Чувство связи с той, кому отданы душа и сердце, – он снова прижал меня к себе, а я не могла поверить в это чудо.

Хлопала глазами и не могла произнести ни слова. Он… Он мой. И больше не будет мыслей о том, что он вдруг исчезнет, уйдёт. Нет, теперь он всегда будет рядом. Всегда. От нахлынувших чувств перехватило дыхание. Хотелось то ли плакать от счастья, то ли смеяться. А Будимир снова покрывал моё лицо поцелуями. Лёгкими, невесомыми, нежными, согревающими душу.

– Теперь, даже если ты захочешь, я тебя не отпущу, – он прошептал эти слова мне в губы.

– Никогда не захочу. Я могла об этом только мечтать, – прошептала в ответ, не сумев сдержать улыбки.

– Моя маленькая ведьмочка, – выдохнул он и прильнул к моим губам в чувственном поцелуе.

Мы весь день провели в постели. Даже завтракали, обедали и ужинали. Он не выпускал меня из своих объятий ни на секунду. Даже кушала, сидя на коленях у него. Он бесконечно шептал, как счастлив, как обрадуются его родители, что он обрёл пару, как сложно ему было расставаться со мной раньше, и как теперь это станет совсем невыносимо. Мы дарили друг другу поцелуи, наполненные счастьем, нежностью и, наверное, даже любовью. Душа стремилась в облака от счастья. Стало так уютно и легко рядом с ним, когда перестали тревожить мысли о расставании. Я была, наверное, самой счастливой в мире. Думала о том, как и мои родители будут рады за меня, как расскажу о случившемся братьям и девчонкам. Хотелось поделиться своим счастьем со всем миром. Словесно, потому что своё огненноглазое счастье я теперь не отдам никому и ни за что. Он мой. Навсегда.

Вечером он проводил меня до академии. У ворот долго не отпускал меня, а я не хотела уходить. Хотелось остаться с ним ещё хотя бы на денёк, а потом ещё и ещё. Но мне нужно было учиться, а ему – работать. Снег, падающий с неба, создавал волшебную, уютную и романтическую атмосферу. Снежинки падали на лицо и ресницы, а мой дракон сцеловывал капельки с лица, заставляя меня улыбаться. Сердце щемило от нежности.

– Два с половиной года, – прошептал он, – это будет невыносимо.

Не сразу поняла, что он говорил об учёбе. Да, два с половиной года нам придётся жить вдалеке друг от друга, встречаясь по выходным. Невыносимо, как и сказал он.

– Я буду скучать, – поднялась на носочки и поцеловала его. – Мне пора.

– Пора, – он нахмурился. – Я буду ждать следующей встречи, – он отпустил меня.

Я вошла на территорию академии и много раз оборачивалась, глядя на тёмный силуэт среди белых снежинок.

Когда подходила к общежитию, в руки мне упал конверт. Открыла его, поднимаясь по лестнице.

"Ты где потерялась, зараза ведьмовская! Вернешься, убью. Дана". Ой, сейчас меня будут убивать. Сама недавно ругала Данку за пропажу, а туда же. Со своими волнениями, а потом и внезапно свалившимся счастьем, совсем забыла предупредить подругу, чтобы она не волновалась. В комнату входила, втянув голову в плечи.

– Вот она, нарисовалась, не сотрёшь! – прозвучал злой голос подруги.

– Извини, – пискнула я, мельком глянув на подругу. Она не выглядела разозлённой, значит, можно выдохнуть.

– Ты где, блин, пропадала два дня? Я уже решила, что если ты не ответишь на письмо, к стражам пойду. Лидка сегодня вернулась, а мы тебя найти не можем.

– Лидка? Вернулась? – воскликнула я. – Где?

– У себя. Очень, кстати, расстроилась, что тебя не увидела.

Я скинула пальто, и больше не тратя времени, рванула в комнату подруги. Без стука ввалилась в комнату Лидки и Таськи.

– Лида, – воскликнула, увидев сидящую на постели подругу с книгой. Рванула к ней и крепко обняла. На глазах выступили слёзы. Взяла её лицо в ладони и внимательно осмотрела. Лида выглядела вполне здоровой и полной сил. Расцеловала её в щёки и снова обняла.

– Прости меня, – всхлипнув, сказала ей. – Прости, это всё из-за меня.

– Веренейка, – она сжала меня в объятиях, – не говори глупостей. Ты ни в чём не виновата. Прекрати плакать, а то я сейчас сама разревусь. Всё уже хорошо. Девчонки всё рассказали. Я здорова. Всё хорошо. Руслана, говорят, магии лишили, а вас всех допрашивали?

– Ага, один раз. Стражи всю академию допрашивали. А этот подлец отправился в какое-то захолустье наказание отрабатывать, – ответила ей, наконец отпустив подругу из своих объятий. В комнате собрались уже все девчонки. Они тоже тайком утирали слёзы.

– У тебя-то как дела? Где пропадала эти дни? – Лидка хитро улыбнулась. И я поняла, что с ней на самом деле всё в порядке. Вернулась прежняя Лида.

– Ой, девочки, – дыхание перехватило от нахлынувших чувств. – Лидка, спасибо тебе, что тогда посоветовала попробовать. Я такая счастливая.

– Рассказывай, – приказала Данка, усаживаясь на соседнюю кровать. – Что было, где ночь провели? Как он?

– Данка, вечно ты не в том направлении думаешь, – отмахнулась от намёков подруги. – Мы ночевали в его номере. Просто спали, но утро… Утро было самым прекрасным. Девчонки, помните, я рассказывала, что связь у них образовывается во сне? – все дружно кивнули.

– Да, ладно? – вытаращила на меня глаза Дана, которая сразу поняла, к чему я вела.

– Да, девчонки, я его пара. Пара, представляете?! – воскликнула я, не сумев сдержать эмоций.

– Вот это да, – протянули девчонки и бросились меня обнимать и поздравлять с таким счастьем и удачей.

Глава 6. Одно счастье для двоих

Будимир Базилевский

В один миг моя жизнь перевернулась. Я уже давно не мальчик, прошёл возраст мимолётных влюблённостей, краткосрочных романов и сумасшествия от красивых девушек. Но появилась она. Её звонкий смех ворвался в моё сердце ещё тогда, когда я её не увидел. А уж когда увидел её ямочки на раскрасневшихся от мороза щеках, ослепительную улыбку, длинную тёмную косу, хрупкую фигурку и несвойственные юности холодные карие глаза взрослого, рассудительного человека… Вадим сразу заметил мою заинтересованность. От него трудно было что-то скрыть, мы вместе выросли и знали друг друга, как облупленные. Он и подтолкнул меня к тому, чтобы я познакомился с ведьмой. Уговаривать долго не пришлось, поэтому уже через несколько минут после её появления, я кружил с ней в танце по залу. Но что я говорил… Со мной происходило что-то невероятное, мысли разбегались, и я говорил какие-то глупости. Но и этого оказалось достаточно, чтобы глаза ведьмочки зажглись, ожили. Я видел, как она волнуется, как смущается и не может скрыть свою заинтересованность. Поэтому решил, что нам просто необходимо продолжить наше общение, и пригласил её на свидание. Давно я не был на свиданиях, но сейчас у меня был заслуженный отпуск, и я мог себе это позволить. Она согласилась, но почему-то нехотя. Это было странно и заставляло задуматься о причинах такого поведения, но уже на свидании всё встало на свои места. Предубеждения. Ей мешали предубеждения о моей расе и страх. Её искренность восхищала, ведь не каждый осмелится говорить правду, когда она не очень приятна. Эта ведьма интересовала меня всё больше, теперь уже не просто как образ, а как человек. Она была интересна, открыта, но очень напряжена. Это напряжение витало в воздухе постоянно и мешало общению. Я ей нравился, это сложно было не заметить, но на мой вопрос о следующей встрече она не дала точного ответа. Что-то в груди кольнуло при одной мысли, что я не увижу её вновь. И это тоже было в новинку. Невероятная девушка заставляла думать о себе постоянно. Не выдержав, на следующий день встретился со Змеем Горынычем.

– День добрый, Змей Горыныч, – присев к нему за стол, поприветствовал его.

– Привет, мой друг. Давай сразу к делу, – как и всегда главный дракон не тянул с разговором.

– Мне нужно попасть на академический бал, – без предисловий сказал я. Мне по роду службы приходилось часто общаться с Горынычем, и сейчас я был уверен, что он не откажет мне.

– Зачем? – в его глазах зажглось любопытство. Не со многими он был таким, как со мной. Наше общение уже давно стало неформальным.

– Девушка, – просто ответил я. – Особенная девушка, и мне нужно с ней встретиться.

– Ах, раз девушка, то будешь моим сопровождающим, Малахитница будет не против, – легко согласился он, хитро на меня поглядывая.

– Спасибо, – кивнул я и отправился за подарком для ведьмочки. Ей хотелось подарить что-то особенное, и идея возникла сразу, как только вспомнил её холодные глаза. Пришлось оставить немаленькую сумму ювелиру и артефактору за срочную работу, но к назначенному времени я оказался в академии. Постоянно оглядывал зал в поисках Веренеи, но не находил. На глаза попадались её подруги, но той, что была мне нужна, нигде не было. А потом бал превратился во что-то непонятное. Откуда-то из толпы стали раздаваться крики. К столу, за которым сидел Совет, подбежала бледная подруга Веренеи и повела Малахитницу с Ягой вглубь зала. Внутри кольнуло неприятное предчувствие. Пошёл следом за девушками, но это оказалось не так-то просто. Когда оказался в центре толпы, увидел её. Она стояла спиной, но не узнать её было невозможно. Роскошная, сверкающая, затмевающая всех. Тёмные волосы, собранные в высокую причёску, оттеняли белую кожу шеи. Но её плечи были опущены, а от парня, которого уводили из зала, раздавались оскорбления. Оскорбления в её адрес. Подошёл к ней и положил руку на плечо. Она резко развернулась, а когда вскинула взгляд на меня, её глаза вспыхнули радостью, а потом радость внезапно сменилась тоской и болью. Она рассказала, что произошло, отчего я пообещал себе, что лично прослежу за тем, чтобы этому оборотню жизнь сладкой больше никогда не казалась. Веренея, несмотря на сверкающий образ, весь вечер была подавленной и потухшей. Я всячески пытался развлекать её, но этого было недостаточно. Она захотела уйти, тогда я пошёл на отчаянный шаг. Понял, что либо сейчас отпущу её и больше никогда не увижу, либо сделаю так, что она не сможет отказаться от встреч со мной. Повёл её в место, где во времена учёбы мы с Вадимом часто отсиживались, прогуливая занятия. Об этом балкончике знали немногие, поэтому я был уверен, что там нас не побеспокоят. Проходя мимо стола, за которым сидел Горыныч, увидел, как он хитро улыбается, провожая нашу пару взглядом. Завёл Веренею на балкончик и накинул на её плечи свой камзол. Мне холод был нипочём, меня согревала огненная кровь. Притянул её к себе и обнял, согревая. Она на секунду замерла, как и моё сердце, если оттолкнёт, то мне придётся уйти. Но она не оттолкнула, расслабилась и положила свои холодные руки поверх моих. Накрыл её ладони своими, даря тепло.

– Веренея, прости за мою наглость и навязчивость, – осторожно начал я, боясь спугнуть этот волшебный момент и подбирая слова для её убеждения, но ничего в голову не шло, поэтому решил говорить то, что чувствую. – Я обещал тебе время для размышлений, но, проснувшись сегодня утром, понял, что безумно хочу увидеть тебя, – она затихла и, кажется, даже перестала дышать. – Настолько сильно, что не могу сопротивляться этому желанию. Возможно, ты не хотела меня видеть, но я здесь, – не понимал, как она реагирует на мои слова, поэтому развернул её, чтобы видеть глаза и взял лицо в свои ладони. – Ты моё наваждение. Увидев однажды, я не могу выбросить тебя из своих мыслей. Это непосильно для меня. Даже твои слова о моей расе во время нашей встречи произвели на меня неизгладимое впечатление. Я, как мальчишка, боюсь получить твой отказ. Боюсь, что ты исчезнешь. И сегодня понял, что каким бы ни было твоё решение, я буду искать новой встречи с тобой. Новой возможности увидеть тебя.

Она слушала меня, широко распахнув тёмные глаза. В них плескалось сомнение, перемешанное с радостью. Она молчала, глядя на меня. А я решил сделать то, что возможно отпугнет её, а возможно, поможет принять решение, которое позволит нам сблизиться. И я поцеловал её. Аккуратно, нежно, а когда она потянулась мне навстречу, я возликовал в душе.

И всё получилось, она не оттолкнула меня, и все выходные дни мы провели вместе. Лишь дважды она не была рядом. И эти дни тянулись бесконечно долго.

– Да ты, дружище, влюбился, однако, – в один из таких дней сказал Вадим, когда мы сидели в таверне.

– Не знаю, – честно ответил ему, – она другая. Не такая, как остальные. Забавная, искренняя, невероятно красивая и очаровательна в своей простоте. И знаешь, что подкупает?

– Что? – улыбнулся друг, отпивая из кружки медовуху.

– Она ни разу не намекнула на какие-то обязательства. Ты же сам знаешь, стоит только связаться с какой-нибудь девушкой, а особенно, если это дракайна, они стремятся проверить, не являются ли парой, чтобы женить нас на себе. Веренея же даже не говорит об этом. Она просто наслаждается временем, которое мы проводим вместе. Я не мальчик, поэтому уверен, что она не пользуется мной, да и если бы я не настоял, вообще отказалась бы от встреч.

– А ты-то чего хочешь от этих встреч? – задал Вадим наверное самый сложный вопрос. – Скоро отпуск закончится, тебе придётся уехать, и что вы будете делать?

– Я хочу видеть её, обнимать, целовать и защищать. Она внешне кажется очень сильной, но в душе очень ранимая. Очень нежная и хрупкая. Я не хочу её оставлять здесь. Была бы моя воля, забрал с собой, но это невозможно. Значит, буду переноситься к ней на выходные.

– А если, пока ты будешь работать, она найдёт себе другого ухажёра? Того, кто будет рядом.

Представил себе такое развитие событий, и волна гнева поднялась внутри. Сжал челюсти и выдохнул сквозь зубы.

– Отпущу, – коротко сказал я, – но я уверен, что она не поступит так подло. Не станет крутить роман за моей спиной.

– Что-то мне подсказывает, что не отпустишь. Оплетёшь её связью драконьей и не отдашь никому. Я давно тебя знаю. Это сейчас ты с женщинами не связываешься, а во времена обучения мы с тобой кутили, будь здоров. Но таких чувств у тебя никто не вызывал, – верно подметил он.

– Если она окажется моей парой, я буду бесконечно счастлив. Но это маловероятно. Редко ведьма становится избранницей дракона.

– Редко. Но и такое бывает.

Его слова зажгли во мне надежду на чудо. "А вдруг, она та самая, что предназначена мне судьбой?" – думал я, и в душе разливалось тепло от этих мыслей, но проверить это будет сложно. Веренея не та девушка, которая с лёгкостью согласится провести ночь со мной, даже на простую ночёвку придётся заманивать её. Но не сейчас, не время.

Удобный случай представился, спустя месяц. На работе настала пора отчётов, и я не смог вырваться к ней на очередные выходные. Время в разлуке длилось мучительно долго, и с каждым днём меня тянуло к ней всё сильнее. Хотелось всё бросить и перенестись к ней. Но наступил новый год, и нужно было сдавать все дела по прошлому году в архив. А для этого требовались мои подписи. И я впервые возненавидел свою работу. Подчинённые боялись попадаться мне на глаза, потому что я был не в настроении.

– Будимир, в конце концов, прекрати рычать на драконов, – как-то в один из дней рыкнул на меня Вадим. Он тоже был моим подчинённым, но долгая дружба позволяла ему рычать на начальника. – Ты же озверел совсем. Ты посмотри, ребята же по струнке уже ходят.

– Зато в этом году все отчеты сдаются уже в положенном состоянии, а не как в прошлом году, когда я отправлял их переделывать по несколько раз, – проворчал я, но не признать правоту друга не мог.

– Конечно, они тебе вариант неправильный принесут, а ты загрызёшь за такую ошибку. Ты не в себе.

– Хватит, – выдохнул я. – Я понял. Был неправ. Постараюсь быть сдержаннее. Осталось два дня до выходных, и я отправлюсь к ней.

– Околдовала ведьма, – хмыкнул друг и быстро ретировался из моего кабинета, когда получил мой гневный взгляд.

Выходные, наконец, настали. Ранним утром я перенёсся в столицу, снял номер в одном из гостевых домов и отправился к фонтану, чтобы ждать свою ведьмочку. Она появилась в назначенное время. Её глаза зажглись, улыбка вспыхнула на лице, когда она увидела меня. Это было невероятным ощущением. Понял, что не я один сходил с ума эти две недели. Веренея бежала ко мне, улыбаясь. И от этой улыбки становилось тепло. Поймал её в объятия и расцеловал. Хотелось сжать её до хруста костей и никогда больше не отпускать. Я так по ней скучал.

Глубоко вдохнул, наслаждаясь её запахом. От неё всегда пахло луговыми цветами, лесной свежестью. На сердце стало так легко. Она рядом. Доверчиво прижимается к моей груди. И с этой лёгкостью навалилась невероятная усталость от суматошных рабочих дней. Я все эти дни думал о ней, и эти мысли прибавляли мне сил, а сейчас они покинули меня. Хотелось найти какой-нибудь тихий уютный уголок и провести этот день в тишине с Веренеей. Она согласилась на моё предложение пойти в таверну. Ей, по-моему, вообще было всё равно куда идти. Она светилась от счастья, согревая меня своей улыбкой. Но день закончился так быстро, что я не успел насладиться встречей с ней, как нужно было расставаться. Слова сами слетели с языка.

– Вереней, не уходи. Я на самом деле очень соскучился и не хочу тебя отпускать. Останься со мной, – и только сейчас осознал, что сказал. Нет, не пожалел. Испугался, что она неправильно поймёт моё предложение. А её отношение к интимной стороне жизни я знал прекрасно. Она очень чётко выразила своё мнение по этому поводу, поэтому нужно было быстро уверить её в отсутствии каких-либо намёков. – Обещаю, что не позволю себе ничего предосудительного. Просто останься сегодня со мной.

Она долго молчала. Смотрела мне в глаза и ничего не говорила. Внутри разгорелся пожар от досады. Видимо, моё предложение оказалось ошибкой, за которую меня могут послать. И сейчас, наверняка, она подбирает слова, чтобы закончить наши встречи.

– Веренея, если ты не хочешь, я не буду настаивать, – тихо сказал я, готовясь к худшему.

– Хочу, – выдохнула она. – Хорошо, я останусь, – робко улыбнулась, а я ликовал. Дурак! Чего только не надумал себе за эти секунды.

– Обещаю, что буду вести себя прилично, – вновь повторил и поцеловал самую сладкую в мире девушку. Нежно, благодаря её за согласие. А она доверчиво прильнула ко мне, полностью отдаваясь поцелую.

Мы пришли в номер, и я видел, как она стесняется и волнуется. Но она не должна пожалеть о своём решении. Я отвлекал её беседой и вином. Она приняла душ и переоделась в мою рубашку, которую постоянно оттягивала ниже, умильно краснея. Но мне удалось сделать так, чтобы она успокоилась. Спать легли после полуночи. Она скромно устроилась на краю, но я не для того звал её к себе, чтобы позволить выпустить её из своих объятий, поэтому притянул к себе как можно ближе, и практически мгновенно уснул, вдыхая её запах. Наверное, даже во сне я улыбался.

Проснулся ранним утром как от толчка. Что-то внутри меня было не так. Мой внутренний огонь вёл себя неестественно. Это было странное ощущение. Приятное тепло растекалось по телу. Веренея спала, подложив обе ладони под щёчку. Она была так спокойна и мила, что сердце сжималось от нежности. Но чувство какой-то перемены не оставляло. Прикрыл глаза и сосредоточился на внутреннем огне, чтобы разглядеть его. И разглядел. То, что я увидел, заставило распахнуть глаза и уставиться на спящую девушку. Рядом с моим большим пламенем горел крохотный, еле заметный огонёк. Маленький, но такой тёплый. Связь. Моя пара. Она моя пара. От внезапного озарения закружилась голова, я не мог поверить в своё счастье. Моя маленькая ведьма – моя пара. Этот маленький комочек, который сейчас спал в моих объятиях, предназначен мне. Не смог содержаться и начал целовать её закрытые глаза, губы, нос, щёчку. Хотелось ликовать, и я ликовал, молча, думая о том, как она отреагирует на эту новость. Она проснулась и взглянула на меня сонными глазами. Самыми красивыми глазами на свете.

– Доброе утро, моя маленькая ведьмочка, – прошептал я и прижал её к груди.

– Задушишь, – выдохнула она, и я ослабил объятия. – Доброе утро.

– Ты даже не представляешь, насколько. Я бы сказал, что самое счастливое.

– Может быть, – она улыбнулась.

– Точно тебе говорю. Нет счастливее дракона, чем тот, что внезапно обнаруживает свою пару, – поцеловал её в слегка припухший носик и взглянул, не желая пропустить момент, когда она поймёт сказанное.

– Что? – потрясённо выдохнула она и посмотрела неверящим взглядом, в котором плескалась надежда.

– Да, Веренейка, ты моя. Моя. И это потрясающее чувство. Чувство связи с той, кому отданы душа и сердце, – снова сжал её в объятиях. Улыбка не покидала моего лица. Я был самым счастливым.

– Теперь, даже если ты захочешь, я тебя не отпущу, – сказал я.

– Никогда не захочу. Я могла об этом только мечтать, – и это были самые желанные слова.

– Моя маленькая ведьмочка, – накрыл её губы в поцелуе.

Мог ли я думать о том, что эта девочка станет той, которую я полюблю? Нет, я полюбил её, но не позволял себе признаться в этом. Запрещал даже думать об этом. Ведь она не принадлежала мне. А сейчас… Теперь она моя. Моя навсегда.