Текст книги "Подземный город гномов (СИ)"
Автор книги: Светлана Нарватова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)
А что еще оставалось? Огневки практически закончились. Если Джетта не придумает ничего нового, им придется здесь сидеть, пока свечение не разрастется до конца галереи. Авось, к тому времени нога Паладина заживет, и они сумеют преодолеть «нору» с имеющимися амулетами. Пусик сидел на краешке одеяла, поджав колени, глядел в темноту и молился. А затем сон сморил и его.
Он проснулся от голоса Джетты. Темная что-то негромко отвечала Паладину.
– Вы там о чем? – поинтересовался Дамиан.
– Сельмо спрашивает, как я себя чувствую.
– И как ты себя чувствуешь?
– Отлично! – бодро отрапортовала Темная. – Единственное, чего мне не хватает для полноты счастья – это поесть.
Аппетит у нее действительно был зверский, по-другому не скажешь. Пусик с удивлением наблюдал, с каким энтузиазмом она уминает сушеное мясо и сухари, запивая это дело из фляжки. Даже во взгляде Кошмарика проглядывало собачье уважение.
– Джи, а ты, случаем, не того?.. Не беременна? – спросил он.
Девушка закашлялась, поперхнувшись водой.
– Больной, что ли? – наконец спросила она, подняв к нему покрасневшее от недостатка воздуха лицо.
– Ну, мало ли... Знаешь, противозачаточные заклинания не всегда срабатывают.
– Да я уже забыла, когда... – тут Джетта замолкла и переключилась на еду.
Дамиан почувствовал, как внезапно развеялось почти осязаемое напряжение, исходившее от дель Пьёро. Все сделали вид, что ничего не слышали. Пусик протянул руку к мясу. Откусил. Пережевал. Соленая подметка.
– Как тебе удалось меня вытащить? – наконец нарушил тишину Паладин.
– Это Сфера, – проглотив, ответила магичка. – Я остановила время.
– В ней столько Силы? – непроизвольно вырвалось у Дамиана.
– Да не в Силе дело! – воскликнула Темная, и глаза у нее загорелись. – Будь я хоть в самом мощном Узле и в одиночку, я бы никогда не смогла такого сделать. Это не моя специализация. Неужели непонятно?
Аквилеро в вопросах магии был не силен, поэтому, да, ему было непонятно. И, судя по заинтересованному взгляду, Паладину – тоже.
– Как я и ожидала, эльф соврал, – стала пояснять новоявленная магичка. – Точнее, не всё сказал. Суть Сферы Трансформации заключается не столько в том, что она – источник Силы, сколько в том, что она делает доступным любое магическое направление. Вообще. Вы представляете, что это значит?! Вы даже себе не представляете.
– А немагам она тоже дает Силу? – стало любопытно Дамиану.
– Не знаю, – ответила Джетта, подумав. Потом потянулась к своему мешку, вынула мефриловый шар, подержала его в руках, будто раздумывая, и неохотой протянула.
Аквилеро взял его, покрутил, пару раз подбросил, отчего Джетта слегка побледнела, но ничего не почувствовал. Совсем. К нему потянул руку Сельмо. Темная следила за перемещениями Сферы тревожным взглядом. Паладин тоже не проникся и вернул артефакт девушке. Та быстро упрятала его на место и вернулась к еде. Куда в барышню лезет?
– Она поможет нам пройти галерею? – наконец нарушил молчание Сельмо. – Огневок практически не осталось.
– Можешь выкинуть свои огневки, – хмыкнула Джетта. – Кстати, что у тебя с ногой?
– Ничего серьезного, растяжение, – отмахнулся Паладин. Геро-ой!
– Дай сюда, – магичка свернула тряпицу с остатками еды и потянула замотанную конечность к себе.
– Ты не вырубишься? – испуганно отдернул стопу блондин.
– Нет. Это я по глупости. Не подумав. Хватила из резерва.
– А теперь? Ты же говорила, что здесь нет линий Силы, – напомнил дель Пьёро.
– А теперь – есть ее источник. – Джетта указала головой в сторону Лика и вновь уложила ногу пострадавшего себе на колени. – Только ты, наверное, знаешь, что ускоренное исцеление довольно болезненно. Потерпишь?
Судя по побледневшим скулам Паладина, выступившей на лбу испарине и стиснутым зубам, предупреждение было постфактум и носило скорее характер извинения за причиненные неудобства. Вскоре лицо блондина расслабилось.
– Вот и всё, – заявила Темная, встряхивая руками. – Теперь можно собираться.
Вещи сложили в минуту.
– Бежим на счет «три», – предупредила она. – Раз... – Джетта вытянула руки. – Два... – От ее ладоней вспыхнул огонь, разрастаясь сплошной стеной во всю ширину галереи. – Три! – Магическое пламя понеслось. Трое людей бросились за ним, будто играли в салочки. Обратный путь занял раза в три меньше времени. Огонь расступился, пропуская путников в "нору". Вперед Темная послала огненный шар. Теперь она двигалась последней, чтобы замкнуть завесу пламени позади. Зал с тремя коридорами и лестницей наверх. Выбрались!
Когда они поднялись на второй уровень, Паладин не сдержал стона облегчения. Он наклонился, уперся ладонями в колени и отдышался. Пробежка далась ему нелегко. Лодыжка была самой серьезной проблемой, и хотя Джетта изрядно ее подлечила, травма – особенно в конце – давала о себе знать. Но и остальное тело ломило немилосердно. Постоянно ныло запястье, вокруг которого черно-багровой лентой обвился след от веревки, спасшей ему жизнь. Рывок там, в провале, потянул плечо. Про синяки и многочисленные ушибы Сельмо вообще старался не думать. А стоило ему вспомнить, где бы он мог оказаться, если бы не чудо, он чувствовал себя прямо новорожденным.
Пусик выпустил Кошмарика, которого ему пришлось тащить. Пёс был не в восторге от идеи бежать за огнем, он предпочел бы удрать в противоположную сторону. Телохранитель поднял с земли стул, валявшийся там с разбора завала над лестницей. Дамиан предложил присесть девушке, но та отрицательно покачала головой. Ее щеки полыхали румянцем, глаза горели огнем. Несмотря на учащенное дыхание, она совсем не выглядела уставшей. Дамиан опустился на сидение и с грохотом рухнул на пол. Стул, который на вид мог выдержать пару Паладинов, сложился под ним, как маргаритка на закате. Вид у Пусика был таким потешно-потерянным, что Сельмо рассмеялся, дожимая и без того ноющий пресс. Следом прыснула Темная. К ним присоединился Аквилеро. Все трое хохотали до коликов в животе, до слез, пока не сползли на землю. Вокруг скакал и гавкал пёс, который не понимал, в чем дело, но тоже хотел поучаствовать в общем веселье. Напряжение последних двух дней постепенно отпускало.
– Как пойдем? – спросил Аквилеро, утирая слезы тыльной стороной ладони. От грязи под глазами образовались темные полосы, вызвавшие новый взрыв смеха.
– Предлагаю, как шли. – Джетта подняла руку, голосуя. – Так ближе, дорога проверенная.
– А выход? – полюбопытствовал Паладин.
– Взорвем к огровой матери, – внесла предложение Темная.
– Ну да, тут-то мы еще ничего не попортили, – фыркнул Дамиан.
Темная показала останки стула под ним, и все трое опять рассмеялись.
– Ладно, – успокоившись, сказал Паладин, – я – за.
Он поднял руку. Третья рука, принадлежащая Пусику, тоже поднялась. Кошмарик сел и пару раз гавкнул.
– А твоего мнения никто не спрашивал, – указал ему место Сельмо.
Собака махнула хвостом и склонила на бок голову.
– Ну что, на выход? – поинтересовался дель Пёро у остальных.
Возражений не было. Сельмо шел первым, над ним плыл светлячок, подвешенный Джеттой. Ориентироваться по крестикам было просто. Но, как выяснилось, они были излишней предосторожность. Кошмарик споро бежал впереди, видимо, находя дорогу по своим меткам, между делом их обновляя. Несколько раз он притормаживал, чтобы поставить уши и прислушаться. А один – чтобы заскочить в какую-то подворотню.
– Ну и где ты застрял, огрова скотина? – услышал дель Пьёро позади недовольный голос Джетты.
Он обернулся. Магичка запустила в подворотню светлячок и так и замерла – с поднятой рукой. Паладину это не понравилось. Он вынул меч и медленно двинулся к Джетте. С другой стороны к ней приближался Дамиан с оружием в обеих руках, но Сельмо успел чуть раньше. Он заглянул из-за плеча девушки. Тусклый светлячок освещал площадь. Практически в центре на задних лапах стоял Кошмарик, безуспешно пытаясь дотянуться до подхвостья лысого, отдаленно напоминающего собаку, монстра, раза в два, а то и в три крупнее озабоченного кобеля. Монстр определенно был женского пола и снисходительно поглядывал на неуклюжего ухажера. В полумраке глаза твари поблескивали зеленым.
– Уходим, – прошевелил губами Сельмо и потянул Джетту за собой.
– А он? – Темная качнула головой в сторону пса.
– Его уже ничто не спасет. Уходим.
Паладин повернулся, чтобы продолжить путь и замер. Спереди светились такие же зеленые глаза еще трех приближавшихся монстров. Он бросил взгляд в противоположную сторону. Там Аквилеро выставил мечи навстречу нескольким таким же бесшерстным противникам. Да у них тут целая собачья свадьба! А тут такой свадебный обед из трех блюд с компотом. Маршировавшие по коридору твари были покрупнее самочки. Сельмо прикинул: если такой поднимется на задние лапы, то будет ростом с Аквилеро. А то и выше. Монстры не собирались останавливаться. Ближайший пёсомонстр с хриплым рыком бросился на людей. Ему вторило рычание других членов своры. Паладин инстинктивно отступил, выталкивая спиной Джетту на площадь. Оттуда послышался оглушительный визг. Сельмо оглянулся и увидел окровавленную тушку Кошмарика с перегрызенным горлом. Джи прикрывала рукою рот, сдерживая крик. Монстрица ощерилась на новоприбывших, что оказались неуместной преградой между ней и поклонниками. Светлый отдернул девушку к стене и встал впереди, прикрывая ее своей спиной и оружием. Пусик разместился у стены с другой стороны от входа, принимая на меч первую жертву.
Джетта словно вымерзла изнутри. Казалось бы – приблудный пес. Глупый, страшный и трусоватый. Но он был единственным в Джеттиной жизни безоглядно преданным ей существом. Существом, которое доверилось ей. Пусть по глупости. Может, именно поэтому Темная чувствовала за него двойную ответственность. И она не смогла его защитить. Вокруг кипела драка, но ее псы не трогали, видимо, потому что она была абсолютно неподвижна. А она никак не могла выйти из этого состояния и всё смотрела на останки Кошмарика. Вдруг ей показалось, что он дернулся. Какие глупости! С разодранной глоткой не живут. Но да, собака несколько раз дернула лапами. Потом ее туловище стало стремительно разбухать, словно его кто-то надувал изнутри. Шкура полезла с него кусками. Затем стала пухнуть голова, и челюсть с чмоком вытянулась вперед. Затем, одна за другой, стали удлиняться лапы. Через несколько минут на месте трупика Кошмарика лежал полноценный Кошмар. Он поднял голову, затем легко вскочил с бока на лапы, отряхнулся, сбрасывая с себя ошметья ненужной шерсти, и огляделся. Прямо по курсу у него была спина ни о чем не подозревавшего Пусика. Вот о чем кричала Джетта в видении. Пёсомонстр припал на передние лапы, чтобы броситься на опасного чужака, размахивающего железной палкой, но вдруг повернул голову в сторону бывшей хозяйки. В кладбищенски-зеленых глазах мелькнуло узнавание, и Кошмар приветственно махнул хвостом. А затем вновь перевел взгляд на обидчика своры.
Прости, Кошмарик. Раз уж кто-то из нас должен не вернуться, то пусть это будешь только ты, подумала Джетта. Она мысленно нащупала Сферу в мешке за спиной – та словно сама тянулась навстречу. А затем просунула невидимую руку в тело монстра, обрывая его сомнительной ценности жизнь нежити. Вытерла слезы и быстро добила оставшихся псов тем же стремительным способом. Последней она придушила сучку. Не из мести. Просто потому что надо.
– Никого не покусали? – спросила она у мужчин. Кажется, ее голос прозвучал даже слишком спокойно.
Светлые тяжело дышали. И так подранный после сокровищницы плащ Сельмо теперь годился разве что макароны сливать. Пусикова франтоватая накидка с претензией на утонченность после псового побоища могла претендовать только на свалку, куда явно и направится при первой же возможности. Но сами мужчины были целы. Джетта придирчиво осмотрела обоих – ни одной свежей царапины. Наконец Темная выдохнула.
– Давайте уже выйдем отсюда, – попросила она.
Она очень, очень хотела, чтобы это Подземелье с его ужасами наконец закончилось.
Сельмо оценил внезапно проснувшуюся заботливость Джетты. Было приятно ощущать себя защитником. Защитником нормальной девушки, растерявшейся перед лицом опасности. Особенно теперь, когда в распоряжении у Джи была Сфера, и Паладин чувствовал себя практически бесполезным придатком. И даже когда Темная потребовала сжечь плащи, чтобы «не дай Боги, не притащить наверх заразу», он не стал сопротивляться. Женщины иногда имеют право на блажь. И иногда им стоит потакать. Тем боле, что Джи этого требовала и была явно не в том состоянии, когда с девушкой можно спорить. Пусик не разделял готовности Паладина пойти ей навстречу. Он цеплялся за свой драный плащ, будто это была королевская мантия. Спор возник по пути к Площади Писающего Гномика. Да, без плаща идти будет холодно, но, во-первых, уже недолго; а во-вторых, у Паладина было ощущение, что его тело потеряло чувствительность. Холод, боль, усталость – всё это осталось где-то в другой жизни. Сейчас он жил только одним всепоглощающим стремлением – выйти из Подземелья. А Аквилеро чего-то трепыхался.
– Почему ты хочешь сжечь нашу одежду? – настаивал он.
– Потому что не хочу, чтобы по Коразон эль Груто бегали бескожие псы-монстры размером с теленка, – огрызнулась Джетта.
– А какая связь?
– Не знаю, – недовольно буркнула Джетта. – Но это не помешало стать Кошмарику одним из них.
Сельмо затормозил, и Темная влетела в него, выставив вперед руки.
– В смысле? – спросил он.
– Вы что, не видели? – удивилась Джи.
– Знаешь, пока ты стояла, разинув рот, мы рубили этих тварей, а не по сторонам пялились, – упрекнул между делом Пусик, и дель Пьёро подумал, что ни один из них после Подземелья уже не будет таким, каким был раньше.
Воровка-магичка открыла было рот, чтобы возразить, но промолчала. Спустя полминуты она всё-таки продолжила:
– Тогда вам остается только поверить, что так оно и было.
– А тебе не причудилось? – поинтересовался Дамиан.
– Ты еще скажи, что у меня галлюцинации начались!
Назревала ссора. Все были на пределе.
– Дамиан, – Ансельмо старался говорить как можно спокойнее, – ты готов взять на себя ответственность за последующий кошмар, если Джетта права, и они выйдут в мир?
Пусик махнул рукой:
– А, делайте, что хотите!
Минут через десять они вышли на знакомую площадь, которую раньше приняли за зал. Джетта скинула с себя теплую накидку, швырнула ее в центр пространства и, направив на нее руку, запалила огонь. В нос ударила вонь горящей шерсти. Темная выставила вперед раскрытые ладони и сделала движение, будто строила башенку без песка. Запах исчез. Аквилеро бросил в костер плащ, вынул свою «хлопушку» и протянул руку напарнику. Паладин отдал пару своих. Пусик полез к люку закладывать артефакты. Сельмо добавил к костру свою одежду и отошел к стене.
– Вот и всё, – утешающее произнес он. – Осталось совсем чуть-чуть. Выйдем отсюда, отнесем Сферу…
Паладин хотел сказать, что потом они заберут свои амулеты и на этом их миссия будет закончена, но Джетта прервала его:
– Я не хочу ее отдавать, – и, упреждая возражения, продолжила: – Теперь я сама смогу найти наши артефакты.
– Джи, дело даже не в наших артефактах, – попытался объяснить Паладин. – Дело в том, что мы – не гномы. Люди войну с эльфами не переживут.
– Да если на нашей стороне будет Сфера… – запальчиво начала Темная.
– То Империя превратится в продолжение Степи. Ты забыла рассказ эльфа?
– Он мог и соврать!
– Мог. Но я предлагаю не проверять.
– Я. Ее. Не. Отдам.
Джетта встала перед ним и посмотрела прямо в глаза. И тут Паладин испугался. Ему стало так страшно, как не было даже тогда, когда он падал в яму. Во взгляде Джетты полыхал фанатичный огонь. Не она обладала Сферой. Сфера поработила ее. Пока, наверное, еще не до конца, но оставался всего один шаг. Перед глазами Сельмо вдруг встали картины гномов с такими же вот фанатично горящими глазами, которым однажды стало доступно всё. Абсолютно всё. Всемогущество, пожирающее душу изнутри. Та самая зараза, что уничтожала всё, до чего могла дотянуться. Дель Пьёро бы не удивился, если именно здесь, в подземелье, и родились Черные Боги. Или пришли сюда из других миров. А сейчас этой болезнью всемогущества заразилась Джетта. И для того, чтобы удержать проклятый артефакт, она пойдет на всё. Например, промоет им мозги как неразумным существам, не способным понять величия ее благородных замыслов.
Именно в этот момент раздался «бум!» и Темная полетела прямо в руки Паладина. За ней стоял Пусик с увесистой палкой в руке. Сельмо проверил пульс – Джи была жива, но без сознания.
– Спасибо, – выговорил он. – Я бы не смог.
– Для того и существуют друзья, – криво усмехнулся Аквилеро. – Давай жми на боковую улицу. Через минуту вдарит – мало не покажется.
Сельмо взял на руки Темную и побежал в укрытие. Но сначала вынул огрову Сферу из ее заплечного мешка.
* * * * *
Игроки склонились над доской. Гулкий взрыв распугал летучих мышей, и теперь они носились, как сумасшедшие, под сводами Привратника. Ударная волна снесла отныне бесполезное изваяние гномика, справляющего нужду. Из дыры, пошатываясь, выбрался Наемник с Темной Странницей на плечах. За ним, слегка прихрамывая, поднялся блондин, нагруженный вещевыми мешками. Они сверились с картой и целеустремленно, не отвлекаясь на визг дезориентированных рукокрылых, направились к выходу. Шли, не разбирая дороги, лишь поглядывая в карте направление. В какой-то момент они поменялись – Светлый Странник принял девушку на руки, отдав поклажу напарнику. Добравшись до забитого выхода, мужчина вернул бесчувственную ношу телохранителю, разбежался и плечом врезался в преграду. Со второго раза доски дали трещину, и Странник пинком довел дело до конца – в образовавшееся отверстие можно было протиснуться и с девушкой на руках. Фигуранты покинули пещеру, даже не оглянувшись. Летучие мыши успокоились и вернулись на свой насест, недовольно поскрипывая. В установившейся тишине стало слышно капанье воды. Простоявшая несколько веков стрелка часов сдвинулась с места.
– Им удалось... – не веря, произнес Игрок Темными. – Представляешь, им удалось!
– А ты еще был недоволен выбором фигурантов, – не без самодовольства ответил Игрок Светлыми.
– Был неправ. Настоящая проблема была не в фигурантах, а в противнике.
– Да уж, с противником нам редкостно не повезло...
– Особенно мне, – согласился Игрок Темными, в точности копируя интонации собеседника.
– Да ладно ты, всё же кончилось хорошо. Артефакты практически у них в руках, осталось добраться до Целей – и они свободны и богаты.
– А до этого они находились в заключении и прозябали в нищете. К тому же, сдается мне, добраться до Цели будет не так легко, как кажется, – продолжил Игрок, смещая фигуру своего Наемника на доске. – А тебе бы я настоятельно советовал сократить поголовье разбойников в окрестностях, а то, учитывая тен...
– Без сопливых разберемся, – оборвал его соперник, снимая битую фигуру, и они оба уставились на доску.
– Это два хода! – возмутился Игрок Темными самоуправством неведомого противника.
– Почему, – пожал плечами тот, кто играл Светлыми. – Это он так рубит.
– Тогда «кар».
ХОД ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТЫЙ,
в котором читатель, наконец, знакомится с Айшей, а Чиро узнает, что с ним произошло.
Темные: N g3
(Темный Наемник перемещается на поле g3)
Светлые: r h3
(Светлый разбойник бьет Темного разбойника на поле h3)
Чужие: (Ч)Di3. (С)ri3 = (Ч)ri3
(Чужой Дракон рубит светлого разбойника на поле i3. Светлый разбойник i3 меняет цвет.)
Убедившись, что его не преследуют, Чиро остановил коня и вынул карту. Окружение не радовало. Не факт, что ему удастся просочиться мимо второй банды. Те могут не церемониться. Сначала пристрелят, а потом уже, посмертно, будут выяснять: маг он, не маг... Тягаться с посереневевшим вдруг драконом Слон даже думать не пытался. С драконом он мог справиться, только если тот был в человечьем обличии и сильном подпитии. Во всяком случае, Гешшара ему как-то раз удалось приструнить. Но для этого нужно было, как минимум, напоить вражески настроенного ящера и уговорить его поменять ипостась. В общем, единственный доступный путь для Темного был туда, где зеленел дракон одной с ним масти. Вдоволь наобщавшись с крылатыми за период выздоровления, Чиро проникся к ним искренней симпатией. На полеты она по-прежнему не распространялась, но лететь Темный, хвала Богам, никуда не собирался. Он просто хотел передохнуть в безопасности и, по возможности, без приключений. В конце концов, они же могут и не встретиться. Сольется дракон с окружающим ландшафтом, и пропылит наемник мимо, ни о чем не подозревая. В таком вот радужном настроении Чиро направлялся в знакомую деревеньку на перепутье торговых путей. Однако чем ближе он был к цели, тем ближе становился значок, обозначавший ящера. Оставив лошадь в конюшне постоялого двора, Слон еще раз сверился с картой и лишний раз убедился: драконы тоже предпочитают отдыхать по-людски.
Темный вошел в трактир и огляделся. В общем зале было малолюдно. Поток торговцев после осенних ярмарок поубавился. За одним из столиков сидела компания из трех хорошо одетых мужчин. Один, выглядевший побогаче, наверное, был аристократом. Двое – охрана или прихлебатели из тех, кто чином поменьше. Тут драконом не пахнет. За другим столом смазливой внешности мужик, по виду воин, клеил рыжеволосую дивчину. Девушка тоже была одета по-походному, и поскольку сопровождающих не наблюдалось, являлась или наемницей, или магичкой, или коллегой Джетты. До наемницы она слегка не дотягивала мускулатурой, а между магичкой и воровкой было мало разницы. Особенно если посмотреть на его напарницу. Чиро имел печальный опыт общения с магичками, и более богатый, но столь же безрадостный опыт знакомств с воровками, так что составлять конкуренцию воину не спешил. Даже если этот воин – дракон. Пусть сам на своих ошибках учится. Самые большие надежды Слон возлагал на еще одного гостя, сидевшего в углу зала, – мощного, сурового, со шрамом на лице. Его волосы на висках были выбриты, а на затылке собраны в длинную косу на манер кочевников. Правда, двое из двух его знакомых драконов выбрали для человеческой ипостаси внешность красавчиков, но это же еще не гарантия, что так ведут себя все. Темный заказал для себя ужин и застолбил комнату на ночь, оплатив сверх запрошенной суммы – здешний хозяин входил в положение и пару раз брал с него за постой просто смешные деньги. Добро должно возвращаться сторицей. Когда он вновь обратил свой взор к гостям, в зале произошли изменения. Смазливый воин раскланялся с рыжей и направился в угол, к волосатому. Что ж, дракон мог уже и отужинать, и спать где-нибудь спокойно. Или неспокойно. Или не спать. Мало ли, может рыжая тут с подружкой. А то и местная с голодухи сгодится.
Тем временем рыжая поднялась со своего места, перекинула через плечо походную сумку, взяла бокал и тарелку и направилась к столику Слона. Нет, она была весьма ничего. Особенно в части своих выдающихся достоинств. Личико было нежное, тонкокожее, как у всех рыжих. Жаль только нынче Слон был не настроен искать приключений на хобот. А девица, похоже, наоборот.
– Привет, – сказала она, усаживаясь на противоположную лавку у стола. – Я – Айша, а тебя как зовут?
– Чиро Хонрадо, наемник. А ты, Айша, магичка? – ткнул Слон наугад. Если она воровка, то ни за что не признается. Но по реакции на ответ и дальнейшему поведению можно будет определить, кто она на самом деле.
– Молодец. Проницательный. А если ты такой умный, какого огра тогда припер свою котомку в людное место? – рыжая улыбалась, будто кокетничала, а не отчитывала.
– И чем тебе моя котомка не понравилась? – с теми же интонациями полюбопытствовал Чиро.
– Чем она мне не понравилась, как раз понятно. Непонятно, как ты жив до сих пор.
Неужто и впрямь магичка?
– Может, я твой коллега, просто хорошо маскируюсь?
– Не, маг из тебя, как из слона гаремная танцовщица, – уверено заявила рыжая с экзотическим именем Айша, и Чиро хрюкнул удачному сравнению. – Аура у тебя определенно необычная для нормального человека. Я бы даже сказала, что это аура ненормального человека. Но магии в тебе ни на грош.
– А если я тебе скажу, что это приманка для дракона? – проникновенно заявил Чиро, взяв руку незнакомки в свои ладони.
– Охотник за драконами? – фыркнула магичка, и Чиро показалось, будто ее лицо озарилось отблесками огня, хотя камин находился за ее спиной. Может, стихийница?
– У меня настолько нездоровая аура? – уточнил Темный.
– А зачем тогда их приманивать?
– Привет передать.
– Я так сразу и подумала, что ты с приветом...
Теперь фыркнул Чиро. Он потянул руку обратно, по привычке одергивая рукав, чтобы скрыть знак.
– Так что намерен делать с драконом-то? – более серьезно спросила девушка, проследив взглядом за его жестом.
– Да ничего. Пошутил я. Где я, а где дракон?
– Вот дракон. – Рыжая задрала свой рукав так, чтобы было видно запястье. – А от кого привет?
– От Гешшара, – от неожиданности признался Чиро.
– Что за мода такая пошла?! – скривилась драконша, отвернувшись в сторону, и недовольно покачала головой. – Каждый встречный норовит передать привет от Гешшара.
– Мы действительно приятели, можешь сама у него спросить.
– Облезет он...
– А вы что, правда, как змеи, кожу меняете?
– Нет, это я так, образно.
– Подожди, – дошло до Темного, – ты видела наших? Ну, девушка и двое парней. Как они?
– Ничего. Особенно девушка. А эти... С-с-светлые, – очень по-драконьи прошипела собеседница, вложив в интонации всё свое пренебрежение.
– Да ладно, для Светлых они вполне нормальные. Особенно Пусик.
– Оба они хороши, – презрительно буркнула собеседница, и Слон решил тему не развивать.
– Ты не знаешь, случайно, куда они делись? – задал он более животрепещущий вопрос.
– Когда я их видела в последний раз, собирались в Коразон эль Груто.
– Это я знаю, а потом?
– А потом – суп с котом. Мне не докладывали. А что?
– Да пропали они... – поделился своим горем Чиро.
– Ничего, люди взрослые, чувствуется, бывалые. Как пропали, так и найдутся.
– Так они совсем пропали.
– Прямо совсем-совсем? – с недоверчивым сарказмом полюбопытствовала Айша.
– Прямо совсем-совсем, – твердо повторил Чиро и развернул перед собеседницей карту. – Вот это мы с тобой, – он ткнул пальцем в два темно-зеленых символа, – вот это, – провел пальцем до угла, меняя масштаб карты, – Коразон эль Груто. А их нет.
Внезапно возле города замигали три слабые точки, одна темно-зеленая, две светлых, и через секунду они уже светились ровным светом.
– Что это? – удивилась Айша.
– Понятия не имею, но пару дней их совсем не было.
– Нет, я про это, – рыжая ткнула пальцем в карту.
– А, это... Это – не знаю. Какая-то магическая немагическая штука, которая показывает расположение Избранных. И Черных.
– Что «немагическая», я уже поняла. Подожди, каких «Черных»?
– Да там кто угодно может быть. Я вот с вампиршей пообщался. И зомбями. И дедком с каким-то странным, у которого котомку оттопырил. Ему теперь без надобности...
– Странный ты человек, Чиро, – драконша чуть откинулась назад, сложив руки на груди. – Ничего не знаешь, но таскаешь с собой магические немагические штуки и котомку, полную «черных» артефактов. Это вкратце. Если не заморачиваться твоей «нездоровой» аурой.
– Слушай, а что не так с побрякушками? – Темному этот вопрос не давал покоя с того самого момента, когда его отпустили разбойники.
– Баш на баш. Ты рассказываешь, как они к тебе попали, я их экранирую и рассказываю, что это такое. Где смогу.
– А ты кто по специализации? Ну, помимо иллюзий?
– Ох, что-то Гешшар совсем разучился язык за зубами держать... – вновь скривилась рыжая.
– Да ладно, после того, как мы освободили драконов от бандеровцев... – встал на защиту приятеля Чиро.
– Так ты и та-ам отметился? – прервала его Айша.
– Если честно, не очень. Там в основном Джетта с Сельмо работали. Мы в это время с Пусиком проклятье с Гильярдо снимали.
– Так ты еще и проклятья снимаешь? – девушка опустила голову, прикрыв глаза ладонью, и покачала головой.
– Да это было ненастоящее проклятие, – начал оправдываться Слон.
– То есть разгуляться в полную силу тебе не дали, – рыжая опустила руку и подняла взгляд на собеседника. В ее глазах плескался смех.
Чиро обиделся. Он ей на полном серьезе, а она... Нет, о том, что они освободили приведение и спасли принцессу, он точно рассказывать не будет! Слон честно не собирался. Но рассказал. И про встречу с Гешшаром, и про то, как они развели городского главу Монте-Кримен, и про монастырь, и про нападение зомби, и про Инес, и про Ребекку, и про Рассета, и про полоумного мага. Слова лились из него, как вода из дырявого ведра, и на сердце становилось легче. Пережитые ужасы стали казаться комичными. Гешшар исцелил его тело, и Айша лечила душу. Может, никакой магии она и не прилагала, но кому еще Чиро мог бы рассказать о пережитом? Званием «странный» он бы не отделался. И даже «нездоровый» в его случае было бы непозволительно мягким вариантом. Айша заразительно хохотала, провоцируя у мужиков в зале интерес к себе и зависть к нему.
– Нет, ну как ты лича сделал! – всхлипывала драконша, постукивая по столу кулаком, будто прося пощады. – Как представлю, что бедолага испытывал в тот момент... – она утерла слезы.
– А лич – это что?
– Это Черный Артефактор, очень могущественный. Ты спрашивал про мою специализацию, – она выдохнула и серьезно посмотрела на Чиро. – Я тоже артефактор, хотя и не самый сильный. В мире. – Рыжая подмигнула, и Темный не понял, то ли она пошутила, то ли действительно могла потягаться с лучшими из лучших. – Теперь моя очередь. Хотя также весело, как у тебя, у меня не получится. Среди того, что ты намородерствовал, лежит несколько накопителей, которые называют «ловушками душ». Ты же знаешь, на чем построена магия Черных? Так вот, для того, чтобы поддерживать свое существование, личу нужна была Сила, причем в объемах, превышающих природные источники.
– То есть ему нужны были жертвы?
Айша кивнула.
– Время от времени он обездвиживал случайных путников, тепортировал их в свое логово, а потом проводил ритуал, лишая несчастных жизни. Но "ловушка" срабатывает даже без усилий мага, высасывая жизнь из того, кто окажется рядом. Просто чем сильнее жертва страдает перед смертью, тем полнее становится накопитель.
– Тварь.
– Тварь.
– Так разбойников «ловушками» накрыло?
– Охранками. Уж не знаю, от кого лич стерег это богатство, возможно, от другого какого лича, но защитил он его на славу. Теперь охранки сняты, и накопители могут сработать в любой момент. Тебе-то всё равно, а люди могут пострадать. Оттуда еще какой-то ересью несет, но, не глядя и в куче, я определить не могу.
