Текст книги "Не смотри назад"

Автор книги: Светлана Казакова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

ГЛАВА 15

– Сначала тебе нужно позавтракать, – голосом строгого родителя произнес Киллиан Ристон, и в столовую тут же прошмыгнула Илна. Горничная выглядела бледной и нервно теребила фартук. Али заподозрила, что та подслушивала под дверью, и девушка простодушно подтвердила догадку, выдав себя.

– Ох, а если убийца маньяк и бедняжка – не последняя жертва? А к шахтам ближе всего особняк! Я как раз недавно читала…

– Не говори глупостей, – одернул ее хозяин дома. – И брось почитывать бульварные романчики! Принеси завтрак, да поскорее.

– Слушаюсь! – Илна попятилась к двери. – Простите, я не хотела…

– Я заходила на кухню, но никого там не нашла, – сказала ей Алита. – Хотела поблагодарить тебя за поссет. Очень вкусно получилось.

– Не за что! Повариха отпросилась до обеда, а я развешивала белье на заднем дворе. Кстати, ваше тоже могу постирать.

– Нет нужды, сама справлюсь, скажи только, где взять утюг и крахмал.

Али замолчала, осознав, что это не самая подходящая тема для обсуждения в присутствии мужчин. Их такое не должно касаться. Ристон небось думает, что белые и хрустящие, как свежевыпавший снег, рубашки сами собой в его шкафу появляются.

Когда Илна скрылась за дверью, альд Нодор бросил взгляд на новую подчиненную.

– Вы уверены, что хотите туда пойти? Тело девушки уже убрали, но дух там мрачный. Даже я, не маг, почуял.

– Конечно, хочу! Скажите, а как именно… как ее убили? И не надругались ли над ней перед этим… или после? – Алита сглотнула поднявшуюся к горлу едкую желчь. Она принимала участие в расследовании убийств и раньше, но ни одну из жертв не видела при жизни, а нынешний случай оказался совершенно другим. Хотела спросить насчет некроманта, но напомнила себе, что они и в столице-то наперечет, к тому же избалованы высокими гонорарами. Едва ли кто-то из них согласился бы поехать в провинцию, чтобы помочь в расследовании.

– Ее задушили, – пробормотал собеседник, так сильно сжав свой уже изрядно потрепанный платок, что побелели костяшки пальцев. – Но одежда целая и без следов крови, да и непохоже, чтобы девушка сопротивлялась. Я послал за доктором Глоу. Тот ведь в столице учился, где и жил прежде, а там, говорят, мертвецов в специальных местах показывают. Должен соображать побольше прочих наших врачей, – добавил он со вздохом. – До сих пор в голове не укладывается. Я ведь не первый год знаком с альдом Лекутом, и мне – мне лично! – пришлось говорить этому человеку, что его дочь никогда не вернется домой целой и невредимой.

Али отвела глаза. Она знала о нелегкой ноше, возложенной на работников Службы Правопорядка. Быть вестниками несчастья, приносить безутешным людям горе, сообщая им о том, что с их близкими произошло что-то плохое. Привыкнуть к такому невозможно, и даже не в первый раз необходимость произносить печальные фразы накладывает на человека незримый, но яркий отпечаток. Именно поэтому ей и показалось знакомым поведение начальника еще до того, как она услышала его слова. К тому же говорить с Ристоном ему, похоже, не только тяжело после случившегося, но и весьма неловко. Не каждый день приносишь градоправителю новость о том, что его младший кузен, еще студент, обвиняется в убийстве.

– Постойте, а где сейчас сам Томиан? – задала резонный вопрос Алита. – Вы его уже арестовали? Что он говорит?

– Мы пока не нашли парня, – признался альд Нодор. – Тот самый приятель, что мается похмельем, утверждает, будто с вечера его не видел. Лошади молодого человека в городской конюшне тоже нет. Разве не подозрительное обстоятельство? Если он невиновен, зачем ему скрываться?

– Услышал, что его разыскивают, и испугался? – предположила она. Перед внутренним взором появилось смуглое улыбчивое лицо Томиана. Мог ли он сотворить такое с влюбленной в него девушкой?

– Все может быть, – согласился собеседник. – Но его это ничуть не обеляет, а совсем наоборот. Вы уж простите, альд Ристон.

Киллиан ничего не ответил. Казалось, словно он ушел в себя, полностью погрузившись в свои мысли. Али невольно вспомнила сон, в котором его глаза принимали выражение, еще ни разу не виденное ею в реальности. Там мужчина выглядел моложе, точно сбросил с себя груз тех забот о городе, семействе и владениях, что ему приходилось нести изо дня в день. Или просто позабыл о нем.

Илна вернулась в столовую с подносом, споро расставила все на столе и тут же исчезла, очевидно, не желая напоминать хозяину о своих попытках поделиться собственной версией произошедшего. Поскольку за столом не было Джайны, Алите пришлось взять на себя роль хозяйки. Приподняв тяжелый кофейник, она разлила по чашкам крепкий напиток с дразнящим обоняние ароматом и спросила, сколько положить сахара. Альд Нодор попросил три кусочка. Киллиан Ристон в ответ лишь мотнул головой и сделал большой глоток, не обращая внимания на поднимающийся над чашкой густой пар.

Али долго размешивала сахарные крупинки, пока они не растворились полностью, однако сладкого вкуса почти не почувствовала. Во рту ощущалась странная горечь. Девушка с трудом заставила себя съесть бутерброд с прохладным свежим сливочным маслом, но больше не сумела проглотить ни кусочка. Еще в академии Алита заметила, что некоторые люди от волнения и тоски бездумно поглощают пищу, а другие совершенно теряют аппетит. Она относилась ко второй категории.

После завтрака, во время которого никто из сидящих за столом не проронил ни слова, они покинули особняк и сели в довольно скромную карету альда Нодора. Али даже шляпу не захватила, но сейчас приличия ее заботили мало. Равнодушная к человеческим невзгодам и радостям природа, не ведая о постигшей жителей Бранстейна беде, щедро одаривала людей теплом и светом. О ночном ненастье напоминала лишь мокрая земля, которая стремительно высыхала под жарким солнцем. Морские волны походили на ласковых овечек, беззаботно играющих у берега.

Шахта оказалась не слишком далеко. По дороге Киллиан успел коротко рассказать, что в настоящее время выработка ведется на других, а эту закрыли уже несколько лет назад, потому что она перестала приносить прибыль. С тех пор время от времени приходилось гонять из нее детей и туристов, но, поскольку опасности обрушения не имелось, на их визиты смотрели сквозь пальцы.

– Если Карин Лекут кто-то назначил там свидание… – размышлял вслух альд Нодор. – Если допустить, что назначил, то как она туда добралась? Неужели пешком? Впрочем, почему нет? Или ей предложили прогуляться поблизости, а затем пошел дождь, и они выбрали пустующую шахту, так похожую на уютную пещеру, в качестве укрытия.

– Боюсь, после сегодняшнего дня это место уже никому в городе не покажется уютным, – ответил ему Ристон и устало потер лоб. Должно быть, волновался за кузена. Алита попыталась пробудить в себе сочувствие к Киллиану, но какая-то часть ее души оказалась категорически против, точно считала, что поделом ему. Не уберег жену и ребенка, а теперь вот тревожится из-за смерти юной горожанки. А если Томиану предъявят обвинение…

– Альд Нодор! – решительно позвала начальника Али, чтобы обратить на себя его внимание. – Я должна вам кое-что сказать. Я видела Карин Лекут вчера вечером. Сразу после того, как вышла из конторы. Вернее, мы видели, – добавила она, бросив взгляд на сидящего напротив Ристона.

– Она приходила познакомиться? – уточнил альд Нодор.

– Нет, мы встречались раньше, в поезде. Вместе с ней и ее семьей ехали в Бранстейн. – Алита запнулась, вспоминая, каким радостным нетерпением была переполнена Карин, как звенел ее смех, как она описывала наряды, которые ей уже никогда не суждено надеть. – Они пригласили меня к себе еще до всех остальных.

– И вы рассказали им, кто вы, во время долгой дороги?

– Нет, я сообщила лишь о том, что собираюсь работать в Службе Правопорядка.

– Значит, о Ристонах вы совсем не говорили?

– Говорили, – твердо ответила начальнику Али. – Ничего плохого мои новые знакомые о них не сказали, – добавила она, холодно взглянув на Киллиана. – Однако я сделала вывод, что Томиан очень нравился Карин.

– Как и доброй половине городских девиц, если не каждой, – саркастически отозвался Ристон. – Что не секрет ни для кого. В общем, ничего нового.

– Постойте! – снова вступил в беседу альд Нодор. – Вы сказали, что вчера вечером видели Карин Лекут. В одиночестве?

– С гувернанткой! – хором ответили Алита и Киллиан, после чего хмуро переглянулись и замолчали.

– Что ж, выходит, девушка каким-то образом умудрилась сбежать от надзора. Увы, допросить гувернантку я пока не могу. Женщина пребывает в полубессознательном состоянии и накачана успокоительными каплями. Похоже, до смерти напугана тем, что ее могут счесть отчасти виноватой в случившемся. Я ее понимаю, – пробормотал глава местной Службы Правопорядка, и Али снова подумалось, что на своем посту ему нечасто приходилось сталкиваться с насильственными смертями. О столичных его коллегах такого не скажешь. В подведомственных им районах порой происходили по-настоящему жуткие вещи.

– Совсем близко подъехать не получится, придется немного пройтись, – сообщил Киллиан Ристон.

Они вышли из кареты. Под палящими лучами солнца отсутствие шляпки быстро напомнило о себе, но Алита не жаловалась. К тому же сама дорога, уже успевшая подсохнуть после дождя, оказалась вполне ровной, без ухабов. Когда-то работники возили по ней грузы с шахты, но сейчас сюда достаточно редко наведывались люди, особенно в плохую погоду. Чем убийца и воспользовался.

– Вот и шахта, – утомленно проговорил альд Нодор. – Я сегодня уже во второй раз сюда прихожу. Надеюсь, последний.

Довольно широкий вход в шахту действительно походил на путь в загадочную пещеру. Али сделала шаг, преодолевая границу между весенней жарой и почти зимней прохладой, что безраздельно властвовала под невысокими сводами. Чтобы войти, Киллиану пришлось пригнуться.

– Вот здесь ее и нашли, – произнес за ее спиной начальник. – Лежала вон там, где обведено мелом. Со сложенными на груди руками.

– Так, словно ее приготовили к похоронам? – уточнил Ристон.

– Не совсем. Перед погребением глаза всегда прикрывают, а у нее оказались открыты. Я сразу заметил.

– Вы видели у нее на шее следы пальцев? – спросила Алита.

– Нет. Думаю, ее душили в перчатках. Но, может, медик лучше рассмотрит.

Промелькнуло воспоминание о приснившемся ночью. Киллиан Ристон стягивает перчатку из черной кожи. Не грубую, как у работяг, а дорогую, сшитую точно по руке.

Али сказала себе, что то являлось всего лишь сном. Однако зерна сомнения уже были посеяны в душе, и навязчивая мысль ни в какую не желала отступать. Могло ли все происходить наяву?

Но если допустить, что ей не приснилось, то и остальное тоже становилось реальностью. Балкон. Капли дождя на губах. Прикосновение твердой ладони. Ночной разговор, больше похожий на флирт. Что она наделала?!

ГЛАВА 16

«Только не сейчас, – стиснув зубы, подумала Алита. – Поразмыслю об этом немного позже». Она покосилась на Киллиана Ристона, вновь выглядевшего респектабельным человеком, и осмотрелась.

Насчет мрачного духа альд Нодор не преувеличил. То не являлось неприятным запахом, нет, ощущаемое здесь относилось к совершенно другому уровню восприятия, названия которому еще не успели придумать. Незримое казалось разлитым в воздухе, впитавшимся в камень стен, в низко нависавший потолок. Оно давило на виски, пылью оседало на складках одежды, вместе с воздухом проникало в легкие. Нечто страшное и безжалостное, чего уже никогда отсюда не вытравить.

– Что там дальше? – спросила Али, глядя в темную, точно распахнутый зев какого-то гигантского существа, глубину шахты. – Вы не обыскивали? Никаких улик?

– Поскольку тело найдено здесь, не думаю, что они ходили туда, – ответил альд Нодор. – Хотя, конечно, неплохо бы прочесать там все с факелами. Но у меня не слишком много людей в штате…

– Я отправлю своих, – произнес Киллиан. – Скажу Аэдану, чтобы отрядил нескольких опытных шахтеров. Впрочем, заблудиться здесь сложно.

– Как скажете. Мы тут с краю ничего подозрительного не нашли, – вздохнул собеседник. – Никаких следов.

– Следовательно, у вас нет ничего против Томиана, кроме заявления некоего свидетеля, – подытожил Ристон.

– А также его весьма странного отсутствия. Вы точно уверены в том, что ваш кузен не возвращался домой ночью или утром? Особняк довольно велик.

– Я уверен. – Голосом градоправителя можно было бы заморозить все окружающее, и без того окутанное холодом. – Я не укрываю его в доме и не намерен этого делать, когда он вернется.

– Но я же не намекаю! – попытался оправдаться альд Нодор. – Просто предположил, что тот мог вернуться и спрятаться. Из города на поезде Томиан Ристон точно не уезжал, я проверил, однако, если верхом…

– Вижу, вы развернули большую работу уже с утра, – заметила Али, желая разрядить обстановку.

– Так каждая секундочка на счету! На чем я остановился… Мои ребята здесь обыскали, однако я надеялся, что вы как маги сможете почуять что-то, что мы упустили.

Алита вздохнула. Заброшенная шахта – не жилая комната, наполненная вещами, каждая из которых может нести в себе информацию и дать зацепку. Тут нет ни зеркал, сохранивших отпечатки происходившего, ни предметов, к которым прикасалась бы рука убитой.

Но все же, подчиняясь и надеясь на озарение, Али ненадолго прикрыла глаза, затем широко распахнула их и еще раз осмотрелась, не сходя с места, после чего тщательно обошла освещенное проникающими сюда солнечными лучами пространство. Прикоснулась к шероховатой стене, вытесанной в камне. Исследовала пол в том месте, где провели неровную меловую линию, и нахмурилась, почувствовав отголосок знакомого металлического запаха.

– Здесь пахнет кровью.

– Разве? – удивился альд Нодор. – Но мы не обнаружили ран на теле девушки. Нужно будет спросить у доктора Глоу.

– Может, ее убийца поранился обо что-то? – выдвинула предположение Алита. – Кроме того, вы ведь не… Вы осматривали ее в одежде, верно?

– Разумеется! – воскликнул он, словно изумился тому, что она могла предположить иное. Его круглое лицо раскраснелось. – Но, уж поверьте мне, я могу отличить задушенного человека от зарезанного.

– Не сомневаюсь.

– Дальнейший, более полный осмотр и прочее – обязанность медика, а не моя, – заключил он. Али попыталась отделаться от на миг возникшей перед глазами картины с девушкой, неподвижно лежащей на холодном столе, обнаженной, ничего не чувствующей. И о занесенном над Карин скальпеле.

– Пожалуйста, продолжайте, – сказал начальник, и она в очередной раз поймала себя на мысли, как изменилось его к ней отношение. Только ли из-за Ристонов, в чьем доме ее поселили? – Не буду мешать.

Алита сделала несколько шагов к проходу в глубь шахты, чувствуя, как исходящий оттуда холод щупальцами забирается под платье, бесстыдно касается тела, проникает под кожу. Она вгляделась в темноту и почти побежала вперед, увидев выхваченное лучиком солнца пурпурное пятно. На фоне окружающей серости оно выделялось особенно ярко.

– Я что-то нашла! – Али, наклонившись, осторожно подняла с земли увядший цветок. Он не успел полностью высохнуть, а следовательно, сорван не так уж давно.

– Наперстянка, – сказал Киллиан Ристон, когда она вернулась ближе к выходу, чтобы продемонстрировать спутникам свою находку.

– Знаю. – Уж в целебных-то травах Алита разбиралась, не зря же когда-то мечтала работать в аптеке! – Вопрос в том, что она здесь делает.

– Кто-то принес, – предположил альд Нодор. – Думаете, Карин Лекут? Или тот, кто пришел сюда с ней?

Али молчала, задумавшись. Карин была полна жизни. Ничего удивительного, если ее привлек яркий цветок. Девушка вполне могла бы сорвать его. Но представить его в качестве подарка от мужчины сложно. Это ведь не роза и не другие благоухающие садовые растения, которые обычно преподносят дамам сердца. Если только ничего более подходящего не нашлось, а там, где он проходил, оказались только эти цветочки с едким запахом.

– И кстати, разве наперстянка не является ядом? – поинтересовался начальник, с любопытством изучающий найденное.

– Не совсем, – рассеянно отозвалась Алита, все еще размышляя над своими версиями событий. – Из нее можно изготовить как яд, так и лекарство. Но обычно с такой целью используются листья.

– А ты разве никогда не слышала о том, что в цветах наперстянки могут поселиться души умерших? – спросил Ристон.

– Так думали в древности. Но сейчас… – Али растерянно перевела взгляд с такого невинного на вид цветка в ее ладони на лицо Киллиана. Тот выглядел серьезным. – Вы верите?

– В наших краях издавна не принято вносить такое растение в дом, – ответил он. – Считается, что оно приносит несчастье. Только определенная категория людей может без опаски брать его в руки.

– Маги, – выдохнула она и прочла в ответном взгляде понимание.

– Да бросьте! – Альд Нодор пытался бодриться, но не мог скрыть промелькнувшую в глазах тень суеверного страха. – Вы что, запамятовали, в каком веке мы живем? Скоро и магию объявят частью науки. Вот скажите, разве говорят медицинские справочники о свойствах растений также и про связанные с ними приметы? Ведь нет же, да?

Он обращался к Алите, и она утвердительно кивнула. Так и есть, не говорят. Ей пришлось проштудировать немало подобной литературы в академии, когда не на шутку увлеклась созданием лечебных отваров. Составители тех книг отрицали все мистическое, берущее начало в древних традициях народа, отдавая такое на откуп мифологии и решительно утверждая, что, для того чтобы изготавливать настои и экстракты, не обязательно быть магом, необходим лишь пытливый ум. Однако их скептицизм не означал, что не вошедшего в справочные издания не существовало. Особенно в таком месте, как маленький провинциальный Бранстейн, обитатели которого одной ногой шагали к стремительному прогрессу, а второй крепко стояли на твердых, как камень, старинных обычаях и верованиях, впитанных с молоком матери. Сейчас она начинала понимать это все сильнее.

– А ведь Томиан Ристон – тоже маг, – произнес альд Нодор.

Али представила, как молодой человек мимоходом срывает цветок, как протягивает его девушке. Отразилось ли на лице Карин сомнение? Или она предпочитала верить не в стародавние легенды, а в то, что все поступки любимого – непременно к счастью?

– Пока его вина не доказана, – проговорила Алита вслух. – Но наперстянка может считаться уликой. Пожалуйста, не забудьте внести ее в протокол, альд Нодор.

– Вы ничего такого не чувствуете? – спросил собеседник. В его голосе прозвучала надежда. – Прикасалась девушка к цветочку или нет?

Али покачала головой и вздохнула.

– Жаль разочаровывать вас, но ничего. Растения – изначально живые и сохраняют память о чем-либо лишь тогда, когда их еще не сорвали. И в первые мгновения после, – добавила она, вспомнив дело, в котором фигурировала брошенная на грудь убитой молодой альды белая лилия. Ту отыскали практически сразу, и тогда цветок послужил важной зацепкой, которая в итоге и привела к преступнику. Более того, выяснилось, что жертва являлась не единственной.

Если и здесь что-то похожее, то как бы не оказалась права Илна, начитавшаяся дешевых книжонок про кровавые убийства. Али закусила губу, отгоняя эту мысль. От такого недалеко и до массовой паники, которая овладевает небольшими городами куда быстрее и сильнее, нежели крупными. Пожалуй, прав Киллиан, что оборвал горничную. Но каждый язык на цепь не посадишь, и сплетни уже наверняка поползли по Бранстейну, отравляя его идиллию ядом, что поопаснее, чем у той же наперстянки.

– Вы уже поговорили с родителями Карин, альд Нодор, но ее комнату ведь еще не осматривали? – поинтересовалась Алита.

– Да пока нет, а что?

– Позволите мне этим заняться? Думаю, что вы… Что вам будет не по себе от необходимости перебирать девичьи безделушки и предметы гардероба, – сказала она, намекая на то, что любовные записки нередко прячут среди нижнего белья. Об этом время от времени перешептывались девушки в академии. Особенно часто после того, как возвращались с каникул.

– Само собой! – Начальник снова покраснел и потряс крупной головой. – Конечно, вам заняться этим сподручнее. Буду очень благодарен.

Али подумала о новой встрече с семьей Лекут, и в горле будто заворочался колючий комок. Вчера вечером она плакала по сестре и собиралась посетить могилу Роны, а теперь придется идти на похороны Карин. Наверное, ее оденут в белый подвенечный наряд, ведь сшить себе саван, как полагалось при подготовке свадебного приданого, девушка, должно быть, еще не успела.

– Тогда мне хотелось бы заняться этим сегодня. Ведь в подобных ситуациях выходных дней не существует, – горько усмехнулась Алита. – Да и с доктором Глоу тоже надо бы переговорить, – добавила, мысленно перебирая накопившиеся к нему вопросы.

– После обеда, хорошо? Хочу ненадолго наведаться домой – родственники места себе не находят. А затем свожу вас везде в своей карете, – пообещал ей начальник.

– По городу я могу ходить и пешком, – отозвалась она.

– Я тебя отвезу, – вмешался Киллиан Ристон. – Доставлю в Бранстейн после обеда. В такой момент мне необходимо находиться на рабочем месте.

– И то верно, – поддержал его альд Нодор.

– Хорошо, но с врачом и родными Карин Лекут я должна поговорить наедине.