355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Светлана Бестужева-Лада » Турецкие страсти » Текст книги (страница 2)
Турецкие страсти
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 04:07

Текст книги "Турецкие страсти"


Автор книги: Светлана Бестужева-Лада



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Был прекрасный октябрьский день, самое настоящее бабье лето. По этому поводу я достала совсем было убранный на зиму костюм бледно-сиреневого цвета, с умопомрачительно короткой юбкой. Согласна, что неудачные ноги нужно прятать, но мои нижние конечности к этой категории не относятся, растут не от ушей, а откуда положено и большинству людей со вкусом обычно нравятся. К тому же я хорошо знала: правильно поданной внешностью в делах можно добиться куда большего, чем правильно подобранными словами. Если, конечно, иметь эти самые дела с мужчинами.

Когда секретарша ввела меня в кабинет к рекламному начальнику, я испытала хоть и слабый, но шок: помимо начальника Сергея, с которым мы уже были знакомы, в кабинете находился еще один мужик, да какой! Он стоял спиной к окну, поэтому лицо я поначалу не разглядела, но поняла, что товарища Бог ни ростом, ни фигурой не обидел. Даже на высоченных каблуках я едва доставала ему до плеча, а по ширине в оконный проем он только-только вписывался. Стивен Сигал местного разлива!

–А вот и Виктория! – как-то уж слишком обрадовался Сергей. – Нам как раз этой дамы не хватало!

–В смысле "виктории -победы" или конкретно меня? – уточнила я.

Не люблю недомолвок. Все должно быть ясно. Если Сереженька затеял игру в каламбуры, зайду в другой раз, а если просто мне обрадовался, то дело вполне даже может устроиться ко взаимному удовольствию. Вот тогда действительно будет виктория, в смысле победа.

–Во всех смыслах! – развеял мои опасения Сергей. – Контракт с вашим агентством готов, я подписал, дело за вами. Образчики продукции секретарша уже упаковала, они вас в приемной дожидаются. Ну, а мои лично пожелания: чтобы все женщины в нашей косметике выглядели так, как вы. И лично от меня – комиссионные. Первую кампанию вы провели просто блистательно, а премии, по-моему, так и не дождались.

–Восстанавливаете справедливость? – иронически спросила я.

–Можно сказать и так, – покладисто согласился Сергей. – Кладите конвертик в сумочку и перейдем к более приятным делам. Хочу вас познакомить со своим другом. Олег батькович, вот тебе и обещанная Виктория.

Вышеназванный Олег сделал два шага от подоконника ко мне и... облобызал мою руку по всем давным-давно забытым правилам хорошего тона, от чего я несколько даже опешила. Бизнес – не Версаль, у нас такие номера показывают редко.

–Ты обещал мне очаровательную женщину, – низким голосом произнес Олег, оторвавшись от моей трепещущей длани, – а пришла потрясающе красивая девушка.

Тут я обрела на какое-то время потерянный дар речи:

–Позвольте, что значит – обещал? Я, между прочим, не из агентства "Модель-эскорт" пришла, а несколько из другой фирмы.

–Вика, дорогая! – засуетился Сергей, поняв, что ляпнул. – Я же не в том плане обещал, что... а в плане, что обещал... то есть сказал...

–Позволь, я объясню, – тихо, но довольно властно вмешался Олег. – Я тут не по делам, мы с Сергеем – старые друзья, вот я и заглянул на огонек. По пути из Питера в Екатеринбург. Хотели с Сергеем тихо посидеть, а он говорит:"Подожди немного, придет очаровательная женщина, все сразу и отметим".

–Что – все? – решила я внести последние уточнения.

–Нашу встречу и ваш контракт, – улыбнулся Олег и эта улыбка решила дело.

Нечасто мне приходится встречать мужиков с такой фактурой и таким обаянием. Честно говоря, очень редко, а если совсем честно – первый раз в жизни. Был еще один, очень обаятельный, но там фактура подкачала. Впрочем, это совсем другая история и в очень прошедшем времени.

В общем, Сергей быстро свернул дела, меня подхватили под локоток и сопроводили к машине. Коробки с рекламными образцами было решено отправить в наше агентство, все равно я с таким количеством багажа в метро вряд ли бы влезла. Меня же подвели к новехонькой иномарке, за рулем которой уже сидел какой-то тип в кожаной куртке, надо полагать, шофер.

–Как тебе тарантасик? – спросил Сергей у Олега. – Сто тонн отдал и не жалею.

–Ровно половину ты отдал за ненужные навороты, – довольно равнодушно отозвался Олег. – У меня предыдущая марка, я доволен.

Нет, никогда мальчики не станут мужчинами! Никогда. Просто с возрастом их игрушки становятся все больше и дороже. Ну, иномарка, кажется "ауди", не больно я в этом разбираюсь. А эти еще марки сравнивают.

–А вы на машине, Виктория? – повернулся ко мне Олег.

Я покачала головой:

–Станция метро – в пяти минутах ходьбы от моего дома. Ни пробки, ни проблемы резины, ни вопросы бензина меня не волнуют.

–Значит, домой я вас провожу. Если позволите, конечно. Давненько я в метро не катался.

–Ты что, старик, офонарел? – вскинулся Сергей. – Вызову вам дежурную тачку, домчат, куда надо. Это же надо додуматься – после кабака – в метро. Да вас и не пустят!

Это, надо полагать, был намек на то, что напьемся мы там в тапок. Ну, это вряд ли, хотя от пары рюмочек чего-нибудь легкого я бы не отказалась. И от дежурной машины отказываться не собираюсь: возможно, для Олега метро большая экзотика, а для меня – суровые трудовые будни, которым не помешает легкое вкрапление праздника.

Сергей сел рядом с шофером, а мы с Олегом чинно расселись сзади на абсолютно пионерском расстоянии. Краем глаза я пыталась рассмотреть своего соседа, но никаких видимых дефектов во внешности не обнаружила. Он действительно здорово смахивал на Сигала, только вместо "хвостика" носил чуть менее экзотическую прическу "ежик". Так что мое сравнительно молодое и абсолютно на данный момент свободное сердечко затрепетало...

К концу же нашего как бы делового обеда я вообще была покорена. Олег оказался умным и – большая редкость! – остроумным собеседником, но и слушать умел неплохо. Вот этим искусством я, кстати, тоже владела, так что говорил, в основном, Сергей. Говорил и пил, пил и говорил, в результате чего через два часа мы погрузили его на прежнее место в машину, а бразды правления взял в свои руки Олег, который предложил шоферу такой маршрут: сначала он подбрасывает нас к офису Сергея и дальше мы решаем транспортную проблему сами, а он везет шефа домой. Работник из Сергея уже был никакой.

И как-то само собой получилось, что Олег, вообще пивший за столом только минеральную воду, повез домой меня на дежурной машине, наотрез отказавшись от услуг шофера. Свою пару рюмок я, конечно, выпила, но себя, как говорится, соблюдала и была только чуть более разговорчивой, чем обычно. К моему дому мы подъехали уже почти друзьями, хотя и продолжали церемонно "выкать". И слава богу, терпеть не могу эту современную манеру переходить на "ты" со второй минуты знакомства.

–А вы обратную-то дорогу найдете? – сообразила я поинтересоваться, когда машина свернула в мои Богом забытые выселки. – Тут повороты нужно считать, иначе заблудитесь, все дома одинаковые.

–Разберемся, – усмехнулся Олег. – Я уже большой мальчик, как-нибудь найду дорогу к дому.

–Это точно, – согласилась я. – Мальчик большой. Даже очень.

–А вам нравятся маленькие мужчины?

Хороший вопрос. Такой я даже себе никогда не задавала. Как-то не приходило в голову измерять противоположный пол погонными метрами. Или квадратными.

–При моем росте мужчина вряд ли может показаться маленьким, попыталась я увильнуть от прямого ответа.

–Но если вас так волнует судьба провинциала в Москве, давайте я вам позвоню, когда доберусь до гостиницы. Если, конечно, номер телефона дадите.

–Могу даже на чашку кофе перед этим пригласить, – расхрабрилась я.

Нравился он мне с каждой минутой все больше. Прелесть момента отравляло только то, что в Москве человек проездом, посему наше знакомство просто обречено на нулевой результат. С другой стороны... Нельзя же иметь все сразу: чтобы такой мэн, да местный.

Нет, я не собиралась ничего такого... Не в первую же встречу, действительно! Но перспектива совершенно одинокого вечера почему-то не вдохновляла.

–Пожалуй, хорошая идея. Даже очень хорошая: еще какое-то время провести в компании с красивой и умной женщиной.

Как говорится, вы будете смеяться, но мы действительно провели неплохие пару часов за кофе и разговорами. Олег оказался неплохим рассказчиком, развлекал меня рассказами о северной столице, своих деловых партнерах и непростых с ними, партнерами, отношениями. К концу его визита я была практически в курсе строительного бизнеса, в том числе, и того, что, где и из чего выгоднее строить, с кем лучше дела не иметь по определению.

–Вы удивительная женщина, Виктория, – сказал вдруг Олег, прервав повесть об очередном недострое. – Вот моя жена этим абсолютно не интересуется. Ей совершенно безразлично, чем я занимаюсь, лишь бы деньги в доме были.

Я несколько скисла. Существование жены в общем-то предполагалось, и не это вызвало мою печаль. Грустно стало от того, что жена традиционно что-то недопонимала или не понимала вообще. Таких историй я наслушалась столько, что могла бы уже составить антологию в двух томах, а включать туда Олега не хотелось. Не хотелось, но, судя по всему, приходилось. Точнее, придется. Так что это даже очень хорошо, что – не москвич. Иначе сагу о жене мне предстояло бы слушать с завидной регулярностью.

–Простите, Вика, но мне пора, – вдруг встрепенулся Олег. – Я и так много времени у вас отнял. Телефон-то дадите?

И он снова мне безумно понравился. Настолько понравился, что я несколько часов не могла заснуть, предаваясь не слишком девичьим грезам. Одного не могла понять: почему, блин, он не остался? Или при ближайшем рассмотрении я ему перестала нравиться? Или мысль о жене охладила – вдруг он из породы верных мужей? Редко, но случается.

Нет, он оказался из другой породы. Через день мне принесли роскошный букет цветов, просто позвонили в дверь и передали корзину с умопомрачительными розами. А еще через день в электронной почте обнаружилось сообщение с неизвестным мне обратным адресом. Я прочитала послание и окончательно тронулась умом. Говорилось там примерно следующее:

"Милая Вика! Простите, что так быстро убежал, но мне слишком хотелось остаться, а я не мог оказаться в Ваших глазах эдаким залетным Дон Жуаном. Вы очень красивая и невероятно привлекательная женщина. Через неделю я снова буду в Москве, кофе угостите?"

Думаю, легко догадаться, что я написала ему в ответ.

Он приехал. С цветами, огромных размеров коробкой конфет и флаконом дорогущих духов. Кофе я его угостила. Остальное читайте в переводных дамских романах: там такие сцены описывают со вкусом и смаком страниц эдак пять. Я же в бессилии отказываюсь от такого соперничества.

Классно, в общем, все было. А потом стали намечаться некоторые проблемы. Не в первую встречу и не во вторую, а где-то с третьей. Когда разговор опять почему-то коснулся его законной жены. Звали ее Анной, была она лет на десять моложе Олега, естественно, она чего-то там недопонимала, само собой разумеется, самостоятельно не то чтобы жить – дышать не умела, и уж конечно всякие сравнения со мной исключались по определению. В смысле я была лучше. Только мне от этого лучше не стало.

Обещанные совместные выходы в свет прекратились, едва начавшись. У Олега решительно не было на это времени, да и в столице он появлялся хоть и нередко, но лишь по случаю командировок. То ли он был патологическим трудоголиком, то ли просто неплохо устроился со мной, я так и не могла понять. Да и не терплю, если честно, допрашивать мужчин на предмет "где был, с кем был, когда мы снова увидимся?" Был, где надо, с кем надо, увидимся, когда время будет – известное дело.

Любовником он оказался потрясающим, а все остальное имело значение постольку поскольку: замуж я все равно в обозримом будущем не собиралась ни за него, ни за кого бы то ни было. Слава Богу, сейчас тридцатилетнюю женщину не записывают в разряд старых дев и не считают ущербной. И не виновата я в том, что жизнь складывалась как-то по-дурацки: мужчины, за которых я теоретически хотела бы выйти замуж, мне предложений не делали, а за тех, которые такие предложения делали, я бы вышла только под общим глубоким наркозом с условием, что весь период совместной жизни в нем и останусь. Можете считать меня слишком разборчивой, но я с вами не соглашусь.

Зеркало пока предлагало мне довольно привлекательную картину: светлая шатенка с серыми глазами, ростом ниже среднего, а фигурой, наоборот, классом выше. И на лицо можно было смотреть, не вздрагивая, даже с раннего утра. Даже в услугах дантиста я пока не нуждалась, и в салонах красоты завсегдатаем пока не стала. В последние же два года все так удачно сложилось, что мне стала нравиться не только моя работа, но и те деньги, которые за нее платили. Более того, мне нравилась даже квартира, в которой я жила, поэтому представить в ней кого-то еще постоянного я не могла. Равно как не могла серьезно думать о том, чтобы все эти любовно обихоженные квадратные метры бросить и к кому-то переехать. Хотя, кстати, в таких вариантах недостатка не было, желающих принять меня к себе на постой, сдавая при этом мою квартиру находилось не меньше трех в квартал. Я же стойко держалась принципа: мухи – отдельно, котлеты – отдельно, квартирный вопрос не следует путать с любовью, а любовь – с браком. Которым хорошее дело, как известно, не назовут.

Справедливости ради должна сказать, что при всех несомненных достоинствах Олега, кое-что меня начало в наших с ним отношениях напрягать. Например, замечательная манера исчезать на неопределенное время после прекрасной совместной ночи. Во сколько бы мы с ним ни угомонились накануне, в семь утра звонил будильник, Олег срывался с кровати и, наскоро проглотив чашку кофе, мчался по своим многочисленным делам. После этого я могла дня через три получить письмо по электронной почте с несколькими приятными словами, а могла две-три недели пребывать в абсолютной неизвестности, пока опять же не получала "извещение о прибытии". В такой-то день, таким-то рейсом, либо прямо ко мне, либо сначала на совещание.

Не могу сказать, чтобы такая форма отношений приводила меня в восторг. Во-первых, я влюбилась, и как всякая влюбленная женщина жаждала более частого общения, хоть в каком виде. То есть, с моей точки зрения, можно было бы хотя бы иногда звонить. Но робкие намеки на это успеха не имели, равно как и более определенные высказанные пожелания. Через несколько месяцев я усвоила, что в устах моего любовника слово "нет" означает окончательный, не подлежащий обсуждению приговор. Пойти со мной к подруге на день рождения? Нет. Выбраться в театр на нашумевшую пьесу? Нет. Не срываться с утра пораньше, а хотя бы проститься утром по-человечески – нет, нет, и еще раз нет. То есть для человека существовало только два мнения: его и неправильное. Мне оставалось два варианта: послать его ко всем чертям и найти кого-то менее экстравагантного или принять правила игры. И я уже совсем было склонилась к первому, приготовившись придушить свою влюбленность, как получила предложение, от которого не могла (да и не хотела) отказаться. Две недели на берегу Средиземного моря. Вдвоем. Без всяких дел и будильников. И для меня – совершенно бесплатно.

Ну, и что мне оставалось делать? Естественно, я стала внутренне перестраиваться, влюбленность уже не душила, а как бы даже наоборот холила и лелеяла, готовилась к этой поездке, как к свадебному путешествию. В результате сижу одна на веранде роскошных апартаментов, пью джин с тоником и пытаюсь приспособиться к ситуации. Но сколько бы я ее ни крутила во все стороны, пытаясь оценить во всех ракурсах, вывод получался один и тот же: нельзя иметь все сразу. Если бы мы сидели здесь вдвоем (или уже не сидели бы, а занимались чем-то другим), то это было бы уж слишком хорошо. И надо надеяться на то, что вдвоем мы будем хотя бы несколько дней – это в лучшем для меня варианте. Вполне возможно, что Олег не сможет приехать вообще, и я возвращусь домой бронзовая от загара, чудно отдохнувшая и злая, как собака Баскервилей. Плюс неизвестно откуда возникший загадочный пакет. Что еще за номера?

В конце концов я решила, что, как героиня "Унесенных ветром" вполне могу подумать обо всем этом завтра, если уж совсем нечем будет заняться. А сейчас нужно испробовать душ и все-таки поспать. Утро вечера всегда бывает мудренее, да и совсем уже близкая встреча с морем приятно согревала душу. Последний раз я купалась в соленых волнах родимого Черного моря лет эдак десять тому назад. С тех пор море мне часто снилось, но в этих снах я обязательно забывала купальник или в последний момент вместо морской стихии попадала в какие-то дурацкие ситуации. А теперь сон, кажется, вот-вот сбудется, и купальников у меня с собой аж три комплекта, и море никуда не денется – вон оно тихонечко набегает на берег в каких-то ста метрах от меня.

Я забралась в широкую постель и, кажется, уснула до того, как окончательно закрыла глаза. День все-таки был довольно утомительным, не говоря уже про испытание зоной турбулентности.

Глава 2.

Байяна руссо.

Обычно на новом месте я практически не сплю. Но на таком королевском ложе мне еще оказываться не приходилось. Тут бы даже принцесса с ее горошиной ничего бы не почувствовала, кроме комфорта и желания спать, спать, спать... Я бы проспала до полудня, но помешало соседство пресловутой стройки. Так что я проснулась часов в девять и даже не сразу поняла, где нахожусь. А потом сразу все вспомнила и даже подскочила.

Я же на море! Буквально в двух шагах от него. А собиралась совершить первый заплыв с рассветом. Увы, суждены нам благие порывы! Прежде, чем отдаться на волю волн, следовало сделать массу скучных, но нужных дел. Прежде всего, обменять деньги, а заодно и обновить кредитную карточку. Пакет этот клятый получить. Вряд ли это займет мало времени. Да и позавтракать перед этим не мешает, хотя бы кофе выпить.

Выйдя на кухню, я обнаружила, что там и кофеварка имеется. Но это уже было слишком, тем более, что новой техники я побаиваюсь. Растворимый кофе меня вполне устраивал. А завтракать буду на балконе, то есть на террасе, когда еще доведется вкушать утренний кофе с рогаликом на таком пленере.

Да, вид с террасы был, конечно, фантастическим. То, что ночью казалось скоплением огоньков, оказалось причалом с двумя десятком самых разнообразных яхт. Некоторые, сильно напоминавшие старинные турецкие феллуки, уже выходили в открытое море. А пляж! Я-то подсознательно готовилась к традиционной "бочке с сельдью", почему, собственно, и собиралась искупаться пораньше. Но яркие лежаки были еще почти все пустыми, возле них крутилось только несколько смуглых, полуобнаженных парней, которые устанавливали над лежаками огромные зонты. Интересно, сколько стоит вход в этот рай и пребывание в нем?

Возвращаясь в спальню, чтобы одеться, я обнаружила, что под входной дверью лежит белый конверт. Интересно, это еще что такое? Неужели мой вчерашний попутчик настолько романтичен, что с утра пораньше шлет мне нежное послание? До чего же обманчива бывает внешность! Меньше всего Алексей напоминал галантного кавалера.

Адреса на конверте не было – естественно! – а внутри оказался небольшой, сложенный вдвое листок. Развернув его, я прочитала одну-единственную содержавшуюся там фразу:

"Вам лучше отсюда уехать".

Ничего себе, теплый прием! Кому это, интересно, я успела помешать своим пребыванием здесь? И откуда мне предлагали уехать – из данной конкретной квартиры или из страны вообще? Обратного адреса тоже, естественно, не было, да и само письмо было исполнено чуть ли не типографским способом.

Больше всего это походило на не слишком умный розыгрыш. Но кому могло понадобиться шутить со мной такие шутки? Да еще так вежливо, на "вы". Насколько мне было известно, угрожают обычно более энергичными фразами. Предупреждают? О чем, черт побери?! И кому известно о моем пребывании здесь? Двум людям: Олегу и Алексею. Олег далеко, да и зачем ему от меня сейчас избавляться? Вряд ли он в последний момент решил заменить меня кем-то более привлекательным. Да и вчерашний разговор по телефону ничего такого в себе не содержал, скорее, наоборот.

Алексей? Проснулся и передумал приглашать меня вечером в ресторан? Так мог бы просто не прийти – и все, зачем такие сложности, как конверт под дверью? Его ведь кто-то должен был еще и доставить по назначению. Эх, надо было вчера у него хотя бы номер мобильника взять. А то даже посоветоваться не с кем.

Чтобы обдумать как следует это происшествие, мне понадобилась еще одна чашка кофе с сигаретой, а на улице тем временем становилось все шумнее и... жарче. В спальне с кондиционером жара не ощущалась, но на террасе температура явно приближалась к сорока градусам в тени. Еще немного – и я попаду в самое пекло, да не на пляже, а на городских улицах. Оно мне надо? Ладно, в крайнем случае меня убьют, по крайней мере, не в промозглом и заплеванном московском подъезде, а среди роскошной южной природы.

Слегка успокоенная этой мыслью, я стала собираться на выход, что само по себе было не простой задачей. По такой жаре разумнее всего было бы надеть шорты и маечку, но я не была уверена, приняты ли здесь такие вольности. Все-таки мусульманская страна, хоть и Турция. Надо было хотя бы осмотреться для начала, чтобы сразу не влететь в международный скандал. Хватит с меня подметных писем.

В результате я отправилась "в свет" в юбке, разрезанной на несколько полотнищ так, что ногам было вольготно и прохладно, и довольно откровенном топике, а помимо всего этого великолепия водрузила на голову огромную соломенную шляпу, которая заодно еще и плечи прикрывала. Свою способность мгновенно обгорать я знала и к этому вовсе не стремилась. С руками-то ничего не будет, а плечи и так называемую "область декольте" нужно было поберечь. Так что шляпа одновременно играла роль зонта от солнца и, как показало дальнейшее, очень неплохо с этой ролью справлялась.

Оставалось решить еще одну задачу: на каком языке объясняться. Не очень-то я верила в то, что местные жители через одного шпарят по-русски. Блиц-изучение русско-турецкого разговорника обогатило меня десятком слов типа "спасибо" и "пожалуйста", а в остальном я полагалась на язык международного общения – английский.

При дневном свете Кемер оказался крохотным городишком, который за полчаса можно было пройти из конца в конец в любом направлении. Зато удивительно чистым: было похоже на то, что с утра пораньше все тротуары и мостовые вымыли шампунем. Позже я узнала, что примерно так тут и поступают: дожди в Кемере – огромная редкость, и вообще это – искусственно созданный рай, где еще лет двадцать тому назад был абсолютно пустой берег с чахлыми кустиками и кривыми сосенками. Теперь вдоль улиц росли всякие пальмы, в том числе и банановые, а цветов было столько, что глаза разбегались.

И домики: небольшие, недавно отстроенные, в два-три этажа с затейливыми балкончиками и почти непременным бассейном перед домом или сбоку. Как оказалось, это тоже были отели: крохотные, на пять-десять человек, но со всеми атрибутами первоклассной гостиницы.

Почему Олег не снял номер в такой гостинице, оставалось только гадать. Ладно, приедет – спрошу у него самого. А пока нужно было заниматься собственными делами: без местной валюты я рисковала остаться не только без похода на пляж, но и без обеда.

Как ни странно, финансовую проблему мне удалось решить практически мгновенно: и банкомат нашелся, и сработал правильно, и доллары на лиры мне поменяли за несколько минут, не спрашивая при этом никаких документов. Единственным неудобством оказалось то, что считать приходилось тысячами и сотнями тысяч, примерно как у нас после присноизвестного дефолта. Один доллар стоил что-то около пяти тысяч, столько же – любая порция любого напитка. Вот от этой печки и нужно было плясать.

Пакет на почте тоже выдали без лишних вопросов, паспорт, правда, попросили показать, ну, так это в порядке вещей. Правда, это был не столько пакет, сколько маленькая бандероль, размером в две пачки сигарет. Легкая совсем. И очень тщательно запакована, так что вряд ли мне удастся потихонечку вскрыть, а потом восстановить в первозданном виде. Ладно, подожду пока Олег приедет. Хотя, с другой стороны, посылка адресована мне. Формально. А фактически... Фактически я побаивалась проявить такую инициативу: во вчерашней телефонной инструкции ничего подобного не содержалось.

Возвращаться в дом пока не хотелось, но и прогуливаться при такой температуре было занятием на любителя. Соваться же на пляж в полдень вообще было чистым самоубийством, даже я это понимала. Поэтому я выбрала кафе, где несколько столиков стояли в каком-то подобии сада, и решила опробовать местный сервис.

Что ж, все оказалось на высоте: официант появился практически мгновенно и... осведомился у меня по-русски:

–Что госпожа желает?

Госпожа желала кофе по-турецки и мороженое. Полистав разговорник, я уяснила, что кофе – это "каафе", а вот мороженое – "дондурма". Почему-то это меня страшно развеселило, хотя особых поводов для веселья пока не наблюдалось: как я ни старалась отвлечься, из головы не шло проклятое утреннее письмо. Кто и главное зачем мог его мне написать? Может, дверью ошиблись: на площадке-то еще одна квартира, похоже, обитаемая.

–Как дела? – услышала я мужской незнакомый голос рядом с собой.

Подняв глаза, я обнаружила рядом невысокого смуглого мужчину в белоснежной рубашке и черных брюках. В такую-то жару!

–Спасибо, хорошо, – не скрывая удивления ответила я.

–Кофе вам нравится?

Мне нравился и кофе, и мороженное, не совсем нравился только непонятный субъект. Откуда он взялся и что ему надо?

–Я – администратор этого ресторана, Ахмад, – словно прочитав мои мысли отозвался он.

–Вы прекрасно говорите по-русски, – снова удивилась я.

–А я родился в СССР. Полжизни в Баку прожил..

Ах, ну конечно! Мне кто-то говорил, что с началом перестройки в Турцию просто хлынули граждане этой бывшей союзной республики, а ныне независимого государства. Понятно теперь, почему он на моем родном языке шпарит почти без акцента. И понятно, почему теоретически каждый второй житель Кемера мог сделать то же самое.

–Что вы делаете сегодня вечером? – осведомился он, присаживаясь за столик напротив меня. – Вы одна приехали или с подругой.

Ну, началось! Нет, вот уж это – без меня. Экзотика экзотикой, но нужно и меру знать. Если Алексей пошутил насчет сегодняшнего ресторана, то лучше уж вечером я дома посижу, пусть и одна. Искать приключения в незнакомом городе и чужой стране мне хотелось меньше всего на свете.

–К сожалению, вечер у меня занят, – лучезарно улыбнулась я, обойдя молчанием вопрос о возможной подруге.

–Жаль. А я хотел пригласить вас потанцевать. Может быть, все-таки подумаете? Работа у меня заканчивается в час ночи, а дискотеки в это время только открываются.

–Боюсь, что ничего не получится, – максимально вежливо отозвалась я. Мы прилетели только сегодня ночью, вторую бессонную ночь я вряд ли осилю.

–Жаль, – снова повторил он, поднимаясь из-за столика. – Но хотя бы обедать приходите сюда. Что вы любите: рыбу, мясо? Приготовим специально для вас.

–Возможно, как-нибудь, – пробормотала я, начиная понимать, что на самом деле происходит.

Судя по всему, конкуренция тут в сфере "общественного питания" жесточайшая, клиентов нужно отлавливать, а потом холить и лелеять. Но этому администратору со мной не повезло: кофе с мороженным мне хватит часов на несколько, а там и вечер настанет.

–Вот наша карточка. Позвоните – приготовим все, что пожелаете.

–Спасибо, – уже тверже отозвалась я, убирая карточку в сумку. Обязательно. В ближайшее же время. Тогда и потанцуем... заодно.

–В любом случае, кавалер вам не помешает, – довольно прохладно сказал он. – Одинокая женщина беззащитна в любом городе.

Ну, уж тут я гордо встала и удалилась со всем доступным мне достоинством. Хорошенький отпуск, судя по всему, мне предстоит. Скорей бы Олег появился, что ли. Или попробовать отыскать Алексея? Местные кавалеры исключались по определению, мне эта головная боль ни к чему.

Прогулка по городу принесла массу новых впечатлений и только одно конкретное приобретение: я обзавелась татуировкой. Глупо, конечно, но устоять я не могла: прямо на улице мальчик-художник наносил любой рисунок на любую часть тела –по желанию заказчика. По его заверениям на отвратительном, но все же русском языке, продержаться это произведение искусства должно было три недели, после чего потускнеть и слинять. Что ж, как раз то, что надо: вряд ли у меня на работе оценили бы такие штучки по достоинству. Тем более, что выбрала я ни больше, ни меньше, как французскую королевскую лилию, естественно, на левом плече. Если в этом городе есть знатоки, они оценят.

А еще я приобрела купальник, потому что те, которые я привезла с собой, вдруг показались мне скучными и пуританскими. Маленький магазинчик был просто забит этими яркими тряпочками, я долго мерила, откладывала, передумывала, снова мерила. Наконец, угомонилась на чем-то нежно-сиреневом, плавно переходящим в густо лиловый, что закрывало только то, что просто необходимо было закрыть. Олег точно убьет меня, когда увидит в таком облачении.

Вместо обеда я достала из холодильника упаковку каких-то крекеров и устроилась на террасе, куда притащила еще и пару банок пива из холодильника. Ужасно хотелось позвонить моему драгоценному и поделиться впечатлениями, но я прекрасно знала, что делать этого не стоит. Достаточно было того, что он сам мне вчера позвонил: редкий знак внимания, который следовало ценить по достоинству и судьбу понапрасну не искушать.

"Почему же все-таки я откровенно побаиваюсь Олега?" – задалась я вопросом, о которого несколько месяцев нашего романа всячески пыталась уйти. А действительно, почему? Молодой, респектабельный бизнесмен, женатый, конечно, но не бывает же людей без недостатков! Любому другому я бы звонила, не задумываясь, как только бы мне захотелось услышать его голос. И уж ни от кого бы не потерпела таких исчезновений-появлений, которыми меня "радовал" мой возлюбленный. Тогда откуда этот холодок внутри, который появляется каждый раз, когда я пытаюсь проявить самостоятельность и нарушить неписаные правила?

Да, я знала массу подробностей его семейной жизни, знала все его привычки, но... я не знала его самого. Строительный бизнес – это конечно, совершенно замечательно, но Олег мог со вкусом распространяться о чем угодно: о своих непростых отношениях с подчиненными, которые все, как на подбор, оказывались бездельниками и тупицами. Конкурирующие фирмы тоже, с одной стороны, "мышей не ловили", а с другой – так и норовили перебить выгодную сделку. Но детали... их не было, а если и были, то к делу они имели скорее косвенное отношение.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю