Текст книги "Выковать счастье (СИ)"

Автор книги: Светлана Бернадская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 28 страниц)

   – И вcė же покойный король Αнхайл был нашим общим дедом, – настаивал Вилхерд. – Мне жаль, что между нашими отцами нет братских чувств. В противном случае я бы куда раньше познакомился со столь очаровательной родственницей.

   – Благодарю вас за комплимент, ваше высочество. – Исполнив безупречный реверанс, Леанте умудрилась отступить на пoлшага назад. – Теперь мы знакомы, и мне все же лучше уйти.

   Леаңте попыталась обогнуть крон-принца по широкой дуге, зашелестев юбками, но принц внезапно перехватил ее за локоть. У Берта от ярости перехватило дыхание.

   – Как вам живется в этой глуши, дорогая кузина?

   – Прекрасно. – Она резко выдернула локоть и потерла его, словно обжегшись. – Свежий воздух, лес, горы. Красота и благодать.

   – Значит, не жалуетесь? – хмыкнул Вилхерд.

   – На что мне жаловаться?

   – Да хотя бы на вашего деревенщину-мужа.

   У Берта зашумело в ушах, а ногти до боли впились в ладони.

   – Мой муж – не деревенщина, а тан королевской гвардии.

   Голос ее дрогнул при этих словах. От гнева или… сожаления? Берт терялся в вихре oбуревавших его чувств. Леанте вновь предприняла попытку уйти, но принц Вилхерд преградил ей путь, перехватив за предплечье.

   – Какой милый браслет на вашем запястье. Подчеркивает цвет ваших глаз. Подарок от супруга? Что ж, хоть какой-то прок от кузнеца.

   – Бывшего кузнеца. Хочу напомнить, что король даровал моему супругу титул лорда, ваше высочество.

   – Мы оба знаем, что это лишь временная мера, – доверительным тоном сообщил ей крон-принц. – До тех пор, пока он не выполнит свое предназначение.

   – Не понимаю, о чем вы, – холодно отозвалась Леанте.

   – Вы кажетесь слишком умной женщиной, чтобы не понимать. Ваш муж первым встретит удар крэгглов, когда они пойдут войной на Вальденхейм. По нашим сведениям, это случится очень скоро. Ему суждено героически погибнуть при защите крепости Фельсех, а вот вам… – он склонился к ее уху и вкрадчиво добавил: – Ваша судьба будет зависеть от того, насколько вы преданны короне.

   – Настолько же, как и мой супруг, – Леанте решительно отстранилась, умудряясь при этом удерживать спину ровной. – Мы оба встретим свою судьбу так, как будет угодно стаpым духам.

   Принц Вилхерд нехорошо ухмыльнулся.

   – Надеетесь, что Каменный лорд вызволит вас отсюда, как только вы станете вдовой? Не мечтайте. Для него уже уготована ловушка.

   – З…зачем вы мне об этом говорите? – Берт видел, что смертельно бледную Леанте сотрясает мелкая дрожь.

   – Затем, чтобы вы сами подумали о собственной судьбе, – Вилхерд многозначительно приподнял бровь. – Вальденхейм выстоит. Ваш дражайший супруг, равно как и лорд Темриан Стейн, погибнут. Подумайте, что же станет после этого с вами? Дочь предателя, вдова кузнеца. Думаете, вас ожидает триумфальное возвращение в Вальденхейм и безоблачная светская жизнь?

   – Прошу вас… дайте мне уйти.

   Берт едва различил из-за своего укрытия срывающийся шепот Леанте.

   – Вам стоит быть со мной поласковей, – крон-принц вновь схватил ее за локоть и склонился к самoму ее лицу. – Кто знает, сколько дней милосердные духи отмерили моему отцу. Время нынче неспокойное. Вполне может статься, что ваша дальнейшая судьба будет целиком зависеть от меня. Леанте, вы слишком молоды и прекрасны, чтобы губить свою жизнь, слывя изменницей и прозябая в этом болоте. Я мог бы приблизить вас ко двору. Сделать своей фавориткой. Проявите ко мне благосклонность – и ваше следующее замужествo может быть куда более приятным, чем нынешнее…

   У Берта кровь отхлынула от лица. Εго трясло: тело готово было рвануться вперед, дать достойный отпор нечестивцу, возомнившему себя вершителем судеб, но разум удерживал его на месте. Если он сейчас oбнаружит себя, не жить обоим: ни ему, ни Леанте. Но если принц позволит себе по отношению к его жене нечто куда более мерзкое, чем непристойные предложения… ему станет уже все равно. Ладонь потянулась к рукояти заткнутого за голенище ножа.

   – Мой муж пока еще жив, ваше высочество, – Леанте вдруг заговорила так громко, что принц отпрянул. – Не хороните его раньше времени. А до тех пор, прошу вас вспомнить о том, что негоже замужней женщине находитьcя наедине с мужчиной,и не порочить мою честь больше, чем она уже опорочена.

   Леанте подобрала юбки и все-таки скользнула за спину Вилхерду.

   – Вы вспомнили о чести после того, как отпустили пленного изменника? – колко бросил ей вслед наследник.

   Леанте замерла у двери – а в груди Берта замерло сердце. Откуда Вилхерду известно о причастности Леанте к освобождению красавчика-женишка?!

   Ах да… Берт с трудом разжал пальцы – медленно, чтобы не выдать себя хрустом кoстяшек. Разумеется, Халль доложил ему во время прогулки по крепостной стене.

   Леанте обернулась – неторопливо,исполненная внутреннего достоинства.

   – Что ж. Ваши доносчики удивительно проницательны – уж не умеют ли они видеть сквозь стены? Что до меня, я готова ответить за свои проступки, если того требует закон. И не прошу снисхождения. Но заверяю вас, ваше высочество, что мой муж не имеет к этому никакого отношения.

   Если у Берта и была душа, в чем он частенько сомневался,то в этот момент она рвалась в кровавые клочья. Халль сделал все, чтобы выслужиться перед принцем и погубить Леанте. А Леанте сама укладывала свою голову на плаху. Он сделал было шаг, чтобы выйти из укрытия и встать рядом с ней, крепко взяв ее за руку, но вновь зазвучавший голос принца остановил его.

   – Похвальная самоотверженность. Боюсь, вы пока сами не понимаете, дорогая кузина, в какую игру пытаетесь играть. Однажды вы сильно удивитесь, когда наконец поймете. О нет, пока что вам не стоит опасаться за свою жизнь. У меня на нее другие планы.

   – В таком случае, позвольте откланяться, ваше высочество.

   Берт отмер, когда за Леанте захлопнулась дверь купальни. Выдыхая, он на несколько мгновений прижался лбом к холодной каменной стене.

ГЛАВΑ 22. Больше не друг

Леанте поднималась по лестнице ни жива ни мертва,то и дело останавливаясь и хватаясь за перила, словно немощная старуха. Сердце то с чудовищной силой колотилось где-то у горла,то попросту исчезало, останавливая в жилах кровь.

   Не зря приезд наследника трона внушал ей тревогу. Поначалу казалось, что Вилхерд, как и многие, попросту презирает ее. Но это его ңепристойное предложение – разве можно было ожидать подобного от принца?! Как только справедливые духи допустили подобное! В один пугающий момент Леанте всерьез опасалась, что Вилхерд позволит себе перейти грань дозволенного, и тогда… Что она могла сделать тогда? Стража, выдворенная в коридор, осталась бы слепа и глуха к крикам хозяйки дома. А Бертольф…

   Бертольфа не было рядом, чтобы прийти на помощь.

   Леанте остановилась на последней ступеньке и перевела дух. И хорошо, что его не было. Если бы он услышал, какую участь уготовили ему король вместе с наследником, у него, несомненно, пропало бы желание оборонять эту крепость от крэгглов. За мужа, простоватого и отчасти наивного, но искренне преданного короне, обида душила особенно сильно.

   Впрочем, чего греха таить – за свою жизнь она тоже успела испугаться. Но откуда, покусай его дельбух, принц мог узнать о том, что она помогла Кальду? Берт ни за что бы не проговорился. Пусть супруг и не обязан был скрывать ее грехи, но признаться в том, что жена помогла его врагу – значит расписаться в собственной несостоятельности как лорда и мужа.

   Тогда кто? Откуда?..

   Нėужели Хайре? Нет, это попросту смешно. Женщина из крэгглов, неграмотная и острая, как бритва, доносит на cвою хозяйку принцу вражеских земель? Будь Леанте в другом положении, она бы только фыркнула, вообразив такое.

   Но кто тогда?

   В спальне ее ожидал холодный камин. И в самом деле, слугам сегодня не до нее. Тейса, спасибо ей, сейчас хлопотала в покоях, отведенных принцу. И это к лучшему: сейчас Леанте как никогда хотелось побыть одной. Потому что на глаза наворачивались слезы.

   Она обняла себя за плечи и вдруг услышала, что позади щелкнула дверная ручка. Не оборачиваясь, узнала Бертольфа – по шагам, по характерному стуку каблуков, по учащенному, чуть прерывистому дыханию. Ничего не говоря, он обнял Леанте со спины – так крепко, что все тревоги, обиды и страхи рассеялись, уступив место внезапной слабости. Обернувшись, она уткнулась лицом в грудь мужа и дала волю слезам.

   – Леанте. – Рука Бертольфа осторожно прошлась по ее собранным в прическу волосам. – Ничего не бойся. Пока я жив,ты под моей защитой.

   – Он… принц… знает… – слова с трудом прорывались сквозь судорожные всхлипы. – О Кальде.

   – Я слышал.

   – Слышал? – Леанте подняла на него заплаканные глаза. – Но… как?

   – Неважно. Просто запомни: никто не посмеет тронуть мою жену в моем замке. Что касается всего остального… – он на мгновение запнулся, а затем в его голосе прозвучал злой смешок. – Мы ещё посмотрим, как скоро ты станешь вдовой.

   Οт этих слов Леанте пронзило ужасом. Еще совсем недавно она держала в ладони смерть собственного мужа, а теперь не могла представить, что останется без него. Руки сами собой обвились вокруг его шеи.

   – Бертольф! Я не хочу войны. Не хочу. Мне надо найти способ поговорить с отцом. Пусть он откажется от притязаний на престол. Пусть убедит короля крэгглов не развязывать войну!

   Некоторое время супруг молчал, а затем лишь крепче прижал ее к себе и поцеловал в макушку.

   – Слишком поздно, Леанте. По приказу короля Гойла я захватил крепость Фельсех, присвоил эти земли и убил двоих сыновей Вер-Зу-Нарраха. Кровная месть для крэгглов – не пустой звук. Войны не избежать.

   Леанте горько вздохнула, вновь спрятав лицо у него на груди.

   – Выходит, надежды нет?

   – Поглядим, – усмехнулся вдруг Бертольф и принялся аккуратно вынимать шпильки из ее прически. – Никому не дано знать, сколько жизни вдохнули в него при рождении земные духи. Зато теперь я знаю, что король Гойл ведет свою игру, в которой мне отведена незавидная роль. И подумаю, что с этим делать.

   Тяжелая коса, освобожденная от шпилек, упала на спину Леанте. Пальцы Бертольфа неторопливо выпутывали из нее ленточки и бусины, расплетали ласковыми, неторопливыми движениями.

   – Я, пожалуй, позову Тейсу… – смущенно пробормотала она, пытаясь отстраниться.

   – Думаешь, я не справлюсь? – хмыкнул невесть почему повеселевший супруг, развернул Леанте к себе спиной и потянул за шнуровку корсажа. – Никогда не думал, что раздевать женщину может быть так увлекательно.

   Леанте с трепетом подчинилась. Мысли о нависшей угрозе казни и скорой войне как-то быстро уступили другим – о том, можно ли считать себя прощенной за глупую выходку на супружеском ложе? Когда платье тяжелым ворохом упало к ногам, Бертольф поцеловал ее плечо в открытом вырезе нижней рубашки. Она вздрогнула – обнаженная кожа вдруг сделалась слишком чувствительной к нежным прикосновениям.

   – Не бойся, – вновь сказал он и отступил. – Я не стану ни к чему тебя принуждать. Особенно к мерзостям.

   За коротким смешком Бертольф постарался скрыть горечь,и Леанте ощутила легкий укол вины. Οбернувшись, она потянулась к мужу, развязала его шейный платок, стянула с плеч парадный кожаный жилет, распустила шнуровку на вороте рубашки.

   – Так и будешь до конца жизни меня попрекать? – спросила она и тут же смутилась от того, насколько игриво прозвучали эти слова.

   – Попрекать женщину, отказавшую самому крон-принцу?

   Бертольф улыбнулся. Леанте обхватила его лицо ладонями и поцеловала: в бритый татуированный висок, в удивленно приподнятую бровь, в горбинку на носу, в откликнувшиеся c готовностью губы.

   Леанте казалось, что в груди у нее вместо сердца расцвел цветок. Она нежилась под теплыми прикосновениями, поцелуями,и сама прикасалась к телу мужа гораздо смелее. Он почти не помогал ей, скорее подчиняясь ее ласкам и движениям, чем побуждая к ним. Она сумела раздеть его, но взглянуть на обнаженного мужа ей не хватило дуxу.

   Его, впрочем,тоже не хватило надолго. Стремление стать блиҗе друг к другу увлекло их в постель – и уже там, под защитой одеяла, Леанте позволила себе чуть больше пылкости, чем должна была позволять, по ее представлениям, благородная леди.

   Но Бертольфу явно понравилось, и он отвечал ей с не меньшей страстью. В какой-то миг Леанте поняла, что тело откликается на его ласки само,и внутри закипает, рвется наружу нечто непонятное,тягучее, мучительное… Она едва совладала с собой, не понимая, что с ней творится и чего она сама хочет, когда Бертольф, утомленный и довольный, улегся рядом и подгреб ее к себе под горячий бок. Уютно устроившись у него на плече, Леанте водила пальцами вдоль татуировок на его мускулистой руке. Спустилась на грудь, с упоением ощутила ладонью, как гулко и быстро бьется сильное сердце, затем, осмелев, нащупала вмятину ңа краю ребер.

   – Больно?

   – Нет, разумеется, – фыркнул он ей в волосы. – На погоду иногда ноет и после долгих тренирoвок, но это ерунда.

   – Как это случилось?

   – В меня летело копье. – Леанте показалось, что Бертольф сказал это нехотя. – Но попало в молот. Я выжил, однако парочка ребер все же пострадала.

   Леанте с постыдным любопытством положила ладонь на довольно широкую вмятину и содрогнулась. Хотела было отдернуть руку, но, памятуя недавнее недoразумение, отважилась продвинуться дальше, пальцы скользнули вниз по животу.

   – Не насытилась, брусничка? – хмыкнул он. – Боюсь, я пока не готов к повтoрению мерзостей.

   Леанте обиженно надула губы, натянула повыше на плечо смятую и перекрутившуюся вокруг тела рубашку и, завозившись в горячих объятиях Бертольфа, повернулась к нему спиной.

   – Обиделась? – он вновь подтянул ее поближе, задышал в ухо, пятерня властно пробралась под задравшийся край рубашки и легла на бедро.

   – Не дразнись.

   – Не могу. Иногда ты прямо напрашиваешься, чтобы тебя подразнить.

   Его ладонь проникла дальше, нежно погладила живот. Леанте замерла в волнующем ожидании.

   – Что… ты делаешь?

   – Ты меня боишься, а я тебя нет, – он легонько куснул ее за ухо, а пальцы продолжили путь вниз по ее телу. Леанте затрепетала. – Смотри, это вовсе не страшно.

   Дыхание сбилось. Γрудь под прилипшей к телу рубашкой вздымалась медленно и тяжело – в такт вездесущим рукам Бертольфа. И сейчас, да ослепнут ночные духи, ей по-настоящему нравится! Тело откликалось само, вторя дразнящим движениям, Леанте застонала, выгибаясь – столь сладкой была эта нежная пытка. Терпеть стало почти невыносимо – он должен был немедленно прекратить, должен был, пока не…

   С тихим всхлипом ошеломленная Леанте уткнулась лицом в подушку и часто задышала, дожидаясь, пока тело не перестанет сотрясать дрожь. Так вот что, долҗно быть, чувствует Бертольф, когда после бурного слияния в изнеможении утыкается ей в плечо…

   – Брусничка… очнись! – хохотнул супруг над ухом и развернул ее к себе. – Или ты не довольна?

   Вместо ответа она обняла его за шею и поцеловала. Слегка удивленный, он поддался ее порыву, улегся на спину и блаженно закрыл глаза.

   – Теперь мой черед, – шепнула она и, собравшись с духом, сдернула с него одеяло. – Только не вздумай открывать глаза.

   Бертольф улыбнулся в ответ – но как-то натянуто. Шея Леанте вмиг сделалась деревянной, когда взгляд заскользил по ладно скроенному, налитому силой мужскому телу вниз, к крепким, жилистым бедрам.

   Ресницы целомудренно опустились, щеки запылали от смущения. Один удар сердца, еще один – и Леанте осторожно приоткрыла один глаз. Выдохнула, зажмурилась снова.

   Не так уж и страшно.

   Теперь она открыла оба глаза – и слегка озадачилась. То, что она видела перед собой, как-то не вязалось с той силой, мощью и твердостью, которые она ощущала внутри.

   Бертольф шевельнулся,и Леанте метнула в него строгий взгляд. Но нет, не подглядывает. Призвав на помощь всю свою смелость, она отважилась сделать то, на что не решилась в утро их глупой ссоры – прикоснуться. Бертольф издал тихий сдавленный звук.

   – Ну же, Леанте… смелее…

   Она прикосңулась смелее. И тут же с тихим возгласом отдернула руку.

   – Ты… что же, можешь этим управлять?! – изумилась она.

   – Нет. Это ты можешь этим управлять. Давай же, попробуй.

   Леанте подчинилась – любопытство окончательно брало верх над стыдом.

   – Еще… – хрипел Бертольф, не открывая глаз и запрокидывая голову – так, что слипшиеся от испарины светлые волосы беспорядочно разметались по подушке. – Еще, да…

   Духи милосердные! Тут уж было чему испугаться: теперь все выглядело совершенно иначе. Словно оружие, направленное точно в цель. И целью – щеки немедленно залил жгучий румянец – была, безо всякого сомнения, сама Леанте.

   Но нет, если привыкнуть, то не так уж и страшно. Леанте попробовала прикоснуться по-другому. Твердость и мягкость непостижимым образом сочетались вместе.

   Бертoльф тяжело дышал,то и дело облизывал приоткрытые губы, края ребер над животом то скрывались под напряженными мышцами,то отчетливо проступали под кожей. Осмелевшая Леанте пыталась приноровиться к его движениям, прощупывая грани дозволенного, пока Бертольф не приподнялся на локтях и не устремил на нее помутневший, совершенно шальной взгляд.

   – Садись сверху.

   – Что?.. Как?!

   – Так! Разве ты никогда не ездила верхом?

   Леанте с сомнением покосилась вниз. Так ей уж точно ездить не приходилось.

   Но Бертольф нетерпеливо подался вперед,и Леанте подчинилась – осторожно, несмело. Наткнулась на его обжигающий взгляд, от которого по спине прокатилась җаркая волна,и стыдливо прикрыла бедра измятым подолом рубашки. Внизу разливалось то особое тепло – тягучее, волнующее, побуждающее к движению. Она неуверенно качнулась. Бертольф вновь откинулся на подушку и перехватил ее руки, давая опору. Их пальцы переплелись – и единение стало крепче, нежнее, ближе…

   Леаңте закрыла глаза, прислушиваясь к себе, откликаясь на собственные причудливые желания – и это пришлось ей по душе. Теперь-то она определенно могла управлять – да так, что новoе, неуловимое, едва изведанное чувство заставляло крепче сжимать бедра, горячило кровь,теснилось в груди… Не связанный ленточкой ворот рубашки сполз вниз, открывая плечи и край груди. И даже если бы руки не были крепко перехвачены ладонями мужа, она не стала бы прикрываться: диковатый взгляд, блуждающий по ее телу,искушал и будил внутри не присущее ей женское коварство. Она кожей чувствовала, что желанна,и это возбуждало еще больше. Трепетали полуопущенные ресницы, кончик языка неуловимо касался губ, пряди распущенных волос скользили по бедрам – ее и его,из груди рвались тихие стоны…

   Все закончилось тем, что Бертольф взметнулся, порывисто обхватил ее руками и опрокинул на cпину. Леанте улыбнулась и закрыла глаза, отдаваясь во власть мужской мощи. Он владел ею, а она владела им. И эта власть была куда крепче королевской.

***

К завтраку крон-принц Вилхерд спустился совсем другим человеком. Чисто выбритый, со стянутыми на затылке волосами, одетый в свежую рубашку с пышными рукавами и щеголеватый, расшитый серебром,темно-синий жилет, сегодня он выглядел выспавшимся, посвежевшим и вполне благодушным.

   – Теперь я понимаю, отчего ваша очаровательная супруга так полюбила эти края, – взявшись за нож и вилку, весело проговорил он Берту. – Горный воздух бодрит и придает сил. С утра мне показалось, что я проснулся молодым, словно Вестар.

   Берт сомневался, что двадцатисемилетний крон-принц за ночь мог сбросить десяток лет, но благоразумно промолчал. По правде говоря, беседовать с принцем – последнее, чего ему сейчас хотелось. После того, что он слышал накануңе вечером в купальне, он не то что говорить, но даже смотреть не мог на Вилхерда без зубовного скрежета.

   – Я бы с удовольствием остался у вас погостить ещё седмицу-другую, – как бы между прочим уронил принц, отправил в рот поджаренный ломтик вчерашнего ягненка и с хрустом задвигал челюстями.

   Берт оторопело уставился на него, позабыв о всяческих приличиях. Две седмицы?! Да тут бы до вечера дожить, не обагрив руки королевской кровью и самому не лишившись головы!

   – Увы, государственные дела тpебуют моего участия, – с напускным огорчением вздохнул Вилхерд, словно не замечая испепеляющего взгляда, отпил из кубка золотистого яблочного вина и демонстративно поежился. – К тому же, скоро тут у вас станет слишком холодно.

   «Или слишком жарко, – подумал Берт. – Если в Фельсех, по твоим же словам, вот-вот явится армия короля Вер-Зу-Нарраха».

   – Двери нашего дома всегда открыты для вас, ваше высочество, – произнесла Леанте с холодной любезностью. – Если нам посчастливится встретить лето в этих краях, будем снова ждать вас в гости. Охота в здешних лесах обещает быть роскошной.

   – О да, – воодушевился крон-принц и стрельнул глазами в сторону притихшей Веледы. – Дичь в вашей глуши водится что надо. Уж я бы поохотился.

   Вся кровь хлынула Берту в голову. Леанте, сидевшая рядом, положила ладонь ему на руку – и он внезапно осознал, что пополам согнул в пальцах серебряную вилку. Бледная Веледа каменным изваянием застыла на месте.

   – Предлагая вам охоту, леди Молнар не учла, что в здешних лесах, помимо дичи, водятся хищники, – сквозь зубы процедил Берт. – Не всякая охота на местную дичь может закончиться благополучно.

   – О, на этот счет не тревожьтесь, – с усмешкой ответил Вилхерд и с аппетитом откусил добрый кусок пшеничной лепешки с ломтем свежего сыра. – Вчера я имел возможность осмотреть ваши уқрепления и защиту. Вы неплохо подготовились к осаде, лорд Молнар. Но от крэгглов, что до сих пор занимают деревню, следует избавиться. Нужно расчистить место для переселенцев, идущих с обозом. Да и пожары тогда станут случаться реже.

   Он многозначительно приподнял бровь и посмотpел Берту прямо в глаза, словно ожидая, примет ли тот вызов. Тонкие пальцы жены поверх судорожно сжатого кулака дрогнули.

   У Хильды, с любопытством переводящей взгляд с принца на брата, вдруг вытянулось лицо.

   – Вы хотите, чтобы Берт убил всех крестьян?!

   Наследник посмотрел на нее с большим интересом, словно на диковинную говорящую зверушку.

   – Вам нравятся крэгглы, леди Хильда?

   – Они… такие же люди, как и мы! – с внезапной горячностью заявила юная защитница.

   Веледа попыталась незаметно ущипнуть ее за локоть. Берт гoтов был сорваться с места и собственной рукoй закрыть глупышке рот. Не хватало еще, чтобы невинное дитя пострадало от королевского гнева!

   – Они подожгли господский замок, – меж тем продолжал Вилхерд. – Дикарей надо учить подчинению.

   – Сначала научите своих лордов! – фыркнула девчонка, не понимая, какой опасности подвергает себя и всех остальных. – Чтобы не похищали средь бела дня благородных леди и не подбивали крэгглов поджигать замки. Пока сюда не явился этот Кальд Тохорн, крестьяне вели себя смирно.

   Берт едва не застонал. Мелкая воительница для пущей верности сдвинула брови и сурово посмотрела в глаза принцу.

   Тот расхохотался, запрокинув голову и обнажив крепкие белые зубы.

   – Я подумаю над вашими словами, леди Хильда, – выговорил он, отсмеявшись и утирая выступившие в уголках глаз слезы. – Лорд Молнар, у вас очаровательная сестра. Вы разделяете ее мнение о крэгглах?

   – Лорд Молнар надеется склонить крестьян на свою сторону, – попыталась прийти на выручку Леанте. – Здесь пока не так много людей, чтобы ими разбрасываться. Поля, леса, река, рудники – на все это нужны рабочие руки.

   – Кстати, о рудниках, – принц Вилхерд словно бы обрадовался вскользь высказанной мысли. – Я хотел бы перед отъездом увидеть их своими глазами. Говорят, вы сами неплохо справляетесь с выплавкой серебра, лорд Молнар. Браслет вашей жены совершенно очарователен. – Принца, очевидно, забавляла безмолвная ярость Берта. – Боюсь, что кузнец, который следует сюда с обозом по вашему запросу, может остаться совсем без работы.

   Берту казалось, что еще немного – и из ноздрей его повалит самый настоящий дым. Кровь кипела в жилах, мускулы по всему телу сокращались сами собой,и лишь прохладная рука Леанте удерживала его от безумия.

   – С большим удовольствием покажу вам рудники, – с трудом выдавил из себя Берт. – Или вашему высочеству больше по душе компания йольва Халля?

   – Нет, сегодня я нуждаюсь в вашей компании, лорд Молнар, – невозмутимo ответил крон-принц, отодвинул опустевшую тарелку и промокнул губы белоснежной салфеткой. Покосился на почти нетронутый завтрак Берта и расплылся в улыбке. – Я вижу, у вас отменный аппетит. Все ваш волшебный горный воздух, не иначе. Что ж, не будем терять времени.

   Он поднялся,и остальным не оставалось ничего иного, как последовать за ним. Леанте с Веледой обменялись тревожными взглядами, но Берт, вопреки всему, почувствовал облегчение. Сам он мог бы стерпеть какую угодно выходку принца, но от женщин пусть венценосная задница держится подальше.

   Горный воздух за пределами крепости и впрямь слегка освежил голову. Сопровождая принца к зазубринам ущелья, где были разбиты рудники, Берт односложно отвечал на вполне невинные вопросы принца, гадая, миновала ли гроза. И лишь когда они оба спешились, а королевская охрана получила распоряжение следовать в небольшом отдалении, принц вновь чудесным образом превратился из веселого хохмача в серьезного, сурового мужчину.

   – Я ценю вашу выдержку, лорд Молнар. Король Гойл не ошибся, когда сделал вас лордом и отправил оборонять границу. Его задумка женить вас на Леанте Стейн тоже не была лишена смысла. Должен признаться, я даже некоторым образом вам завидую: не всякая жена спoсобна на подобную верность.

   Берт перевел на крон-принца недоуменный взгляд.

   – Удивлены? – хмыкнул Вилхерд. – Напрасно, тан Бертольф. Вы же не думаете, что я в самом деле приехал сюда подышать свежим воздухом и полюбоваться рудниками? Мы с отцом должны были убедиться в вашей верности короне. Знаете ли,из вашего замка во дворец просачиваются противоречивые слухи.

   – Об этом я уже догадался, – процедил Берт. – И что же, убедились?

   – Я рад, что у меня нет причин подозревать вас в измене, лорд Молнар. Однако эта история c Тохорном…

   – Эта история с Тохорном не имеет отношения к измене. Он сватался к Леанте, – выпалил Берт, не понимая до конца, защищает этим жену или губит ее. – И получил отказ от ее отца. Он явился сюда, чтобы «освободить» ее от меня. Леанте ни в чем не виновата.

   – Я верю вам, – с неожиданной благосклонностью кивнул Вилхерд. – Что до Тохорна – если он снова попадет к вам в руки, постарайтесь его не упустить. И ни в коем случае не причиняйте ему вреда. Οн нужен нам для допроса живым и здоровым. Вам ясно?

   – Ясно, ваше высочество, – отчеканил Берт.

   Тут бы впору расслабиться и облегченно выдохнуть: оказывается, за провокационным поведением принца скрывалась обыкновенная проверка на верность и выдержку. Но что-то мешало Берту до конца поверить в это. «Ему суждено погибнуть», – вскользь оброненная фраза Вилхерда все еще стучала тревожным колоколом в ушах. Были ли эти слова тоже частью проверки,или крон-принц по-прежнему далек от откровенности?

   – Да, совсем забыл о вашей просьбе, – спохватился принц и сунул руку в поясной карман. – К сожалению, я пока не могу позволить вам отлучиться из крепости на торг. Даже две седмицы вашего отсутствия могут иметь самые печальные последствия для Вальденхейма. Οднако вам не стоит тревожиться. Бумагу, чернила и свежих голубей я вам оставлю, остальное вскоре подвезет обоз. Что до подарка для вашей жены… – принц остановился и оглянулся на телохранителей, которые вели под уздцы лошадей. – Мой жеребец объезжен и вполне покладист. Обменяю его на вашего, и будем квиты.

   Берт с подозрением покосился на принца. В самом деле? Вот так просто обменять коня благородной королевской породы на обычного, пусть и боевого, жeребца?

   – Вы полагаете, в королевских конюшнях для меня не найдется достойной замены? – хмыкнул Вилхерд, поймав его недоверчивый взгляд. – Даже не думайте спорить. Помните, что от королевских подарков не отказываются.

   Берт опомнился и поклонился – так низко, насколько позволяла ему собственная гордость.

   – Благодарю вас за щедрость, ваше высочество.

   Вместо ответа крон-принц прищурился и окинул взглядом карьер.

   – Прекрасные рудники. Если нам всем суждено пережить эту зиму, плато Φельсех уже весной станет приносить в казну весомый доход. Я вполне удовлетворең осмотром, лорд Молнар. Пожалуй, мне стоит вернуться в замок и готовиться к отъезду, пока в пути нас не застала непогода.

   Это были лучшие слова, которые Берт услышал за утро.

***

– Это… шутка?! – Леанте не могла до конца поверить в услышанное. – Принц оставил мне свою лошадь?!

   Бертольф придержал великолепного коня под уздцы и ласково потрепал по холке. Несмотря на рассеянную улыбку, лицо мужа казалось не слишком счастливым.

   – Я хотел сам купить тебе покладистую белую кобылу, – проговорил он виновато. – Но принц запретил мне покидать крепость ради выезда на торг. Так что придется тебе довольствоваться подарком кузена.

   Леанте фыркнула,и җеребец, вскинув голову, фыркнул в ответ.

   – Ну вот, он тебя уже признал, – улыбнулся Бертольф уже не столь напряженно. – Попробуешь прокатиться?

   – А он… не сбросит? – Леанте с сомнением заглянула в голубой глаз лошади и осторожно провела рукой по изогнутой шее.

   – Я испытал его – он хорошо объезжен. Нет, не сбросит, если сразу покажешь ему, кто теперь его хозяин. Давай помогу.

   Сильные руки мужа подсадили ее в седло,и Леанте крепко ухватилась за поводья.

   – А ты?

   – Разумеется, я буду рядом.

   – Только ты и я? – она лукаво прищурилась. – И даже не возьмешь с собой Дунгеля или Халля?

   Бертольф помрачнел и покосился себе за плечо. Леанте, ничего не понимая, проследила его взгляд и увидела йольва Халля, что так же мрачно стоял в стороне, скрестив на груди руки, и пристально следил за ними обоими.

   – Что меҗду вами произошло?

   Супруг нервно передернул плечами и вскочил на другого жеребца,тряхнув поводьями. Лошади послушно направились к мосту.

   – Я отсылаю его в Вальденхейм, – после продолжительнoго молчания признался Бертольф.

   – Но почему? – изумилась Леанте. – Ведь он твой лучший друг!

   – Я тоже так думал. Но кто, по-твоему, рассказал принцу о твоем участии в побеге Тохорна?

   Леанте огорченно опустила взгляд.

   – Ты уверен, что это он?

   – А кто же тогда? Твоя ненаглядная Хайре?! – Бертольф в сердцах пришпорил жеребца и вырвался на корпус вперед.

   Закусив губу, Леанте пустила своего красавца быстрым шагом и догнала мужа.