Текст книги "Крошка-месть (сборник)"

Автор книги: Светлана Алешина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 13

– Не банда, – поправила я ее. – Какая же у нас получается банда из таких субтильных девиц во главе с пожилым дяденькой-интеллигентом?

– А вот такое новаторское бандитское формирование, – не сдавалась Лиза. – Ну, не в этом дело! Дальше-то что было, тебя не интересует?

– Почему? Очень даже интересует!

– Тогда слушай. При мне они, конечно, свои темные делишки не обсуждали. Я в этой компании понравилась только Асе. Дина эта тоже все время посматривала на меня с подозрением, а вид у нее, Сашка! Прямо сама проницательность. Мне даже жутко было под ее взглядом, честное слово! Просвечивает тебя насквозь, как лазером! «Меня зовут Диной». С таким спокойным видом она это произнесла, а сама все меня сверлит своими восточными мудрыми глазами. Я представилась, не забыв, конечно, соврать, что я – социальный работник. Она удивленно приподняла бровки и спрашивает Асю, зачем ей понадобился этот самый работник. Неужели ей не хватает подруг и отца? Ведь они ей все принесут, если нужно, и сделают… Ася сразу засмущалась и ответила, что дело не в этом. Просто ей интересны новые люди, ей скучно, она живет в замкнутом мире, и так далее… Дина выслушала ее и ничего не ответила. Она вообще почему-то предпочитала все время, пока я там была, молчать. Будто она что-то почувствовала, понимаешь? Я даже испугалась, что у меня проскользнула в речах правда или я стала никудышной актрисой!

– А жаль! – вырвалось у меня.

– Мне тоже было жаль. Тем более что ничего выяснить благодаря их странным манерам мне не удалось, кроме одного… В какой-то момент Арбузов отправился заварить чаю, Динара ушла вместе с ним – конечно, чтобы обсудить свои коварные планы, а я, естественно, сделала вид, будто мне срочно надо в туалет, и попыталась подло подслушать их задушевную беседу… Мне не удалось ничего услышать, они перешли на шепот: видимо, все-таки догадались, что я не зря торчу в туалете!

– Все может быть, – вздохнула я.

Ох, прояснилось бы все хоть чуточку!

Но пока мне казалось, что мы с Лизой бродим по лабиринту, а рядом бродят почти невидимые тени, и они делают все возможное, чтобы помешать нам отыскать выход. Тени были похожи на всех участников этой темной истории, но определить, кому менее всего хочется, чтобы мы нашли ответы на наши вопросы, было невозможно.

Скорее всего они все этого не хотели – как ни парадоксально это звучит!

«Алекс».

– Не может быть, чтобы этот невнятный «Алекс» не засветился, – подумала я вслух.

– И что из этого следует?

– А то, что, пожалуй, стоит еще немного помучить Ванцова, – объяснила я. – Возможно, там промелькнут знакомые нам имена.

– Например, все имена и промелькнут, – рассмеялась Лиза. – Легче нам от этого не станет!

– Ну, попытаться все-таки стоит!

– Попытайся, может быть, ты в чем-то права. Но я сомневаюсь. Одна надежда – на твоего друга с кассетами!

– Это как раз даст нам не так много, как хотелось бы, – ответила я. – Разве что узнаем, как выглядит настоящая, крутая порнуха! Или увидим знакомые лица…

– Все, – хмыкнула Лиза. – Вот будет умора, если мы там увидим ВСЕ знакомые лица!

Я набрала номер Лешки.

Долгие гудки начинали уже действовать на нервы.

– И почему все-таки в фильмах куда быстрее дозваниваются до полиции? – пробурчала я, уже готовясь повесить трубку. – У нас это просто полный нонсенс – их никогда нет на месте!

– Так ведь то ж родная милиция, – рассмеялась Лиза. – И к тому же ты звонишь не по «02», а «гражданину начальнику Ванцову»! Он может быть на «плэнере».

В трубке неожиданно раздался щелчок. Телефон наконец-то ответил голосом запыхавшегося Ванцова.

– Лешка? – спросила я. – Ты что, бегал по лестнице в тщетной попытке сбросить лишние килограммы?

– Александра, ты иногда шутишь не по делу, – обиделся он. – Я, к твоему сведению, работаю. Показать тебе, сколько у нас дел? Весь шкаф – под завязку! Так что, если меня нет на месте, это вовсе не значит, что я валяюсь на диване в собственной квартире перед телевизором.

Я начала оправдываться. Правда, я зря так сказала! Но ведь это была шутка!

– Ладно, проехали… Выкладывай, что там у тебя снова!

– Послушай, Леш, меня интересует одна щекотливая проблема…

– А именно?

– Именно некая такая тусовка гениальных личностей под названием «Алекс».

Он замолчал.

Молчал он довольно долго, настороженно и с некоторым значением, из чего я заключила, что он об этой фирме наслышан весьма неплохо.

– Почему ты ими заинтересовалась? Или это секрет?

– Нет, это у тебя, похоже, от меня секреты, – огрызнулась я. – Потому что ты не удосужился поведать мне об этой гоп-компании. Или ты не знал, что убиенные Прохоров и Каллистратов име-ли непосредственное отношение к означенному «Алексу»?

Он снова помолчал, а потом пробурчал, что с этим «Алексом» все не так ясно, как хотелось бы.

– Ну, так мог бы мне рассказать туманно, – не отставала я. – Ведь с девочками твоими мне надо поговорить? А если они тоже имели к этому отношение?

О том, что нам с Лизой стали известны тесные контакты между означенными особами, я умолчала. Раз со мной делятся не всеми секретами, то и я тоже буду вредной.

– Об «Алексе» я по телефону разговаривать не могу, – отрезал Ванцов. – Это такая история, что двумя словами не отделаешься!

– Мне подъехать? – не сдавалась я.

– Нет, не стоит. Я через час буду в ваших краях. Зайду, поговорим.

Он бросил трубку.

Я даже не успела пошутить, что за час я успею проверить наличие «жучков», выгнать всех нежелательных свидетелей – то есть Ларчика, Лизу, Дарью и «призрака», и благодаря моим целенаправленным усилиям нам удастся сохранить полнейщую конфиденциальность и секретность.

Ах да, еще я не забуду нацепить черные очки и приляпать в петлицу алую розу.

– Ну, и как переговоры? – поинтересовалась Лиза.

– Переговоры состоятся через час. Какая-то величайшая тайна с этим «Алексом». Даже нельзя поговорить по телефону. Весь народ, похоже, об этом долбаном «Алексе» знает, кроме нас с тобой, а Ванцов напускает туману!

– Значит, народ знает далеко не все, – пожала плечами Лиза. – Потому как Ванцов зря не станет корчить из себя Джеймса Бонда.

Доля правды в ее словах была.

– Надо же, чем дальше, тем больше чудес. Мне стало ужасно интересно, что это за «Алекс» и с чем его едят, – заметила я. – И зовут его прямо как меня! Может, вообще это блудилище назвали в мою честь?

– Да не приведи господи! – отмахнулась от моей идеи Лиза. – Лучше бы в чью-нибудь другую…

– Например, в ванцовскую честь, – возмечтала я. – Он тоже Алекс. Или…

Я вспомнила смешного горбуна с печальными и циничными глазами.

Или – в честь Алексея Дынды?

Господи, ну что у меня за манера нагромождать кучу фантазий, воспользовавшись каким-то совершенно неправдоподобным фактом?

При чем тут несчастный парень?

Я нахмурилась, разозлившись на себя.

– И почему замолчала наша доблестная сыщица? – спросила меня Лиза.

– Доблестной сыщице в голову пришли глупые мысли, – призналась я.

– Может быть, не такие уж и глупые?

– Нет, ужасно глупые.

На пороге кухни появился Лариков и спросил:

– Детки, почему вы абонировали это славное местечко на такой долгий срок? Мне даже стало казаться, что вы останетесь тут навечно и я никогда не смогу выпить чаю.

– Да пей свой чай, если тебе больше нечем себя занять, – резко ответила Лиза. – Весь мир прямо сосредоточился для тебя в этом тусклом чае!

– Почему тусклом? – спросил Лариков, внимательно разглядывая содержимое чашки. – Вроде бы хороший чай. «Английский завтрак».

– Это не чай тусклый, – прошипела Лиза, сверкая очами. – Это ты тусклый.

– Ага, вы еще и злые, – мрачно констатировал наш несчастный босс.

– Мы не злые, – поспешила разуверить его я. – Мы просто обремененные рассуждениями.

– И по какому поводу?

Мы с Лизой переглянулись.

– Слушай, Ларчик, ты ничего не слышал о дебильной подпольной киностудии с названием «Алекс»? – осторожно спросила я, не надеясь получить положительный ответ.

– Как? – переспросил Ларчик. – «Алекс»?

– Не слышал, – разочарованно протянула я.

– Ну, отчего так сразу не слышал? Просто пытаюсь понять, почему мои «небесные ласточки» вдруг заинтересовались подобной продукцией, – меланхолично ответил Ларчик. – Я бы не рекомендовал их фильмы для вашего просмотра ни в коем случае!

Наша реакция была моментальной.

– Ларчик, солнышко, ты с чем хочешь чай? – ласково до приторности проворковала доселе гневливая Лиза.

– Как это – с чем?

– Ну, с вареньем, с медом или с сахаром?

– Со всем, – еще не веря в собственное счастье, сказал Лариков.

– А тосты? – вступила я, обворожительно улыбаясь. – Тебе сделать парочку тостов?

– Можешь сделать и пяточек, – вконец растерялся Лариков. – А нельзя ли поинтересоваться, почему вы вдруг стали такими милыми и душевными?

– Ах, Ларчик, женщины такие непоследовательные особы! – возвела очи к небесам Лиза. – Просто вдруг до нас дошло, как ты нам дорог! Какой ты милый, умный и добрый…

– Или вас потрясло, что я знаю нечто о безумно интересующем вас «Алексе», – фыркнул Ларчик. – Вы можете не стараться. Я знаю об этом не так уж много! Вам проще было бы поговорить с Ванцовым – поскольку это он все пытался сразиться с «ветряными мельницами». Но так и не смог ухватить эту гадину за хвост…

– Ну, о том, кто снимался в фильмах и кто их снимал, знает каждая собака, – протянула я.

– Ну нет, радость моя! – рассмеялся Ларчик. – Снимались там люди разные, и не для всех эти съемки окончились хорошо… Но вот человек, который наживается на этих чудненьких киношках, – вот кого никому еще не удалось прищучить! И мне кажется, не удастся никогда!

– Почему? – воскликнули мы в один голос.

– Потому что эта личность отличается не только изощренной фантазией и умением обводить всех вокруг пальца, – вздохнул Ларчик. – Связи. У владельца «Алекса» есть очаровательная способность растворяться в воздухе! К нему, моя дорогуша, и подступиться-то невозможно! В ту памятную облаву мы прикрыли много порностудий, но все они занимались детскими игрушками по сравнению с «Алексом», а вот самого «Алекса»… След простыл. Каллистратов снимался на многих студиях, так что нам пришлось удовлетвориться его словами, что он даже не помнит, где и когда. Деньги, Саша! Всех можно понять, как бы мерзко это ни было! Тогда его пришлось отпустить, и он какое-то время занимался только танцем… Так что «Алекса» поймать не удалось. Известно мне не так уж много, так что зря вы так напрягались с этим вашим чаем и тостами.

– Мы бескорыстно! – запротестовала я.

– Ага, как же… А то я не знаю моих милых девочек!

Он отпил чаю и посмотрел на нас насмешливо.

– Одну историю – вот все, что вам удастся из меня выжать! И то – постольку-поскольку эта история случилась еще тогда, когда я работал, как Ванцов, за «большое пионерское спасибо» и наивно верил в то, что мое начальство так же уважает закон, как глупенькие оперативники. Сразу оговорюсь – история мерзкая и страшная. Посему слабонервных просим удалиться…

Мы с Лизой были какими угодно, но не слабонервными. Поэтому обе преспокойненько остались на месте, ожидая лариковского рассказа.

* * *

– Случилось это восемь лет назад. Тогда мы не слыхали ни о каком «Алексе». То есть иногда откуда-то выплывали слухи или кто-то рассказывал, что видел нечто такое, что словами не описать… Конечно, «отдел нравственности» пытался что-то найти, но и им временами казалось, что это лишь слухи или за всем этим стоит призрак… В конце концов все занялись своими делами. Забыли про этого призрачного «Алекса» почти совсем. Накрыли несколько подпольных киностудий и успокоились. Да и продукция этой странной киностудии как-то пропала. Перестала выплывать на рынке…

– А что за продукция?

– Сплошной садомазохизм, детки. Вам я бы это смотреть ни за что не позволил!

– Мы бы и спрашивать тебя не стали! – фыркнула презрительно Лиза.

– Сейчас я перестану вам рассказывать, – обиделся Лариков. – Сидите и думайте, что там было дальше.

– Нет уж! – запротестовала я. – Я же тебе ничего не говорила!

– Ну, ладно, – смилостивился Ларчик. – Только ради тебя! Так вот, все началось с девочки. С маленькой девятилетней девочки, которая пропала. Ушла из школы и не пришла домой. Родители девочки прибежали в милицию, девочку стали искать и… нашли. В пяти километрах от Тарасова. Знаешь Вольский тракт? Самое начало, где ТЭЦ?

Я кивнула.

– Ну, так вот. Там такие редкие посадки, чахлые деревца… Нашли ее случайно. Парень, пардон за подробности, захотел облегчиться, вылез из машины и направился прямиком туда. В эти самые посадки. Нашел место, где его никто не должен был, по его расчетам, лицезреть, и… Увидел детскую руку, засыпанную листвой. Бог ты мой, в каком она была состоянии! Но самое интересное – судмедэкспертиза показала, что смерть наступила недавно! То есть отсутствовала девочка неделю, а выходило, что умерла она только что! Естественно, у нас у всех волосы встали дыбом – целую неделю ребенок находился в таких условиях! В руках садиста…

Я поежилась. История действительно жуткая.

– Начали ловить этого маньяка, поскольку были уверены в том, что это маньяк. Одно было понятно сразу – девочка или хорошо знала этого человека, поскольку ушла спокойно, или… Вторая версия была настолько смелой, что в нее поначалу никто не верил. Но высказала ее наша сотрудница, предположив, что девочку увела женщина, причем очень приличная женщина, которая не вызвала в девочке чувства страха и опасения. Подробности наших поисков я опущу. По той же дороге находятся дачи, и именно там этим летом проживала некая Марина Евгеньевна Сапроновская со своей подругой Екатериной Маркеловой. Когда мы начали отрабатывать этот дачный поселок, соседка их по даче пожаловалась, что там происходят оргии, очень эти девушки шумят, а как-то раз она слышала детский плач… Незадолго перед этим к ним вроде бы приехал какой-то парень, очень красивый, по ее словам, только омерзительный, потому что любил шляться по саду голышом… Приехал он на машине – она слышала шум колес. Спросили, какого числа это происходило, вышло – как раз в тот день, когда исчезла Варя Киселева. Естественно, парень этот нас заинтересовал, и мы наведались на эту дачу… Там царила такая тишина, что сразу стало не по себе. Ну, вот тебе загадка на сообразительность, Александрина, что мы там обнаружили?

– Подпольную киностудию, – мрачно сказала я.

– О да… И какую! Там просто камера пыток была в подвале! Находка для инквизиторов…

– А сами хозяйки?

– А это еще интереснее! Сами хозяйки там, представь себе, были тоже. Убитые! Так что ничего нам узнать от них не удалось, фоторобот парня тоже ничего не дал, и получился стандартный «висяк». Пришлось в очередной раз разочароваться в могуществе нашего уголовного розыска…

– А при чем тут «Алекс»?

– Да, возможно, ни при чем. Профиль работы очень похожий. И еще – когда я смотрел одну кассету, мне показалось, что… Декорации там один к одному – подвал дачи Сапроновской! Да, вот еще что. Это тебе от меня в подарок. Марина Сапроновская была неплохо знакома с убиенным Дындой.

– Насколько? – спросила я.

– Она была его любовницей. Во всяком случае, он проходил свидетелем по делу об ее убийстве… Вот так, ласточки мои небесные! Посему я бы вам не рекомендовал ввязываться в это дело, если запахло «криминальным порно»!

– Ну, мы уже вроде как ввязались, – развела руками Лиза. – Теперь лучше придумать, как нам со всем этим развязаться!

Глава 14

Нас прервал звонок в дверь.

А спустя несколько минут на пороге возник Ванцов собственной персоной, из-за плеча которого выглядывала Дашка.

– Привет, – бросил Ванцов Лизе и Ларикову. – Ну-с, мадмуазель, и почему это вы заинтересовались пороком?

– В смысле? – переспросила я.

– В смысле пресловутым «Алексом», – пояснил Ванцов.

– Ага, они и тебя достали, – обрадовался Ларчик.

– И что ты им поведал?

– Да ничего особенного, – ответил Ларчик. – Только про Варю Киселеву. Не думаю, что я их сильно обогатил сведениями, – ведь еще неизвестно, имела ли вся эта история отношение к «Алексу».

– Скорее всего имела, – вздохнул Ванцов. – Во всяком случае, одна личность точно имеет к этому отношение!

– И какая? – насторожилась я.

– А твоя клиентка, – сообщил Ванцов. – Вернее, не совсем она.

– Тогда кто? Ее муж?

– Ее сын, – отрезал Ванцов. – Алексей Васильевич Дында.

Я почувствовала, как в моей груди что-то оборвалось.

Неужели это все-таки…

Ох, как мне не хотелось в это верить! Было так жаль этого Лешу, и совсем не хотелось вешать на него «порнушных» собак!

– Эй, Сашка, ты что?

– Ничего…

– Нет, ты явно скисла!

– Правда, ребята, все в порядке…

Я достала из пачки сигарету.

– Ну, и как он с ними связан? Рассказывай!

– Он снимался у них. Но разговаривать с ним бесполезно. Ответ один – я их не знаю, мне предложили деньги, деньги мне были нужны, а я к тому же увлекаюсь кинематографом… У него же своя студия, вы не в курсе?

– Да, он говорил, – кивнула я. – Надеюсь, назвали-то студию не в его честь?

– Понятия не имею, Сашка! Но если ему верить, он там был только «несчастной обезьянкой». Каллистратов – тот был звездой всего порнобизнеса, похоже… Потому как его рожу можно увидеть не только в «Алексовой» продукции…

– Так «Алекс» у нас не единственный?

– Нет. Но самый опасный. Если удастся найти этих славных ребят, нам несказанно повезет! Потому что мне кажется, что половина пропавших людей исчезает именно там…

– Что ты хочешь этим сказать? – насторожилась я.

– Ничего не хочу, и если бы ты меня об этом не спросила, я бы вообще предпочел не рассказывать тебе об этих кошмарах, – вздохнул Ванцов. – Просто если тебе сильно «повезет» и ты увидишь их продукцию, ты и сама без труда догадаешься, что я имел в виду.

В комнату заглянула Дашка и поманила меня пальцем.

– Что? – недовольно спросила я, выходя к ней.

Надо же было ей потревожить меня на самом интересном месте!

– Тебя к телефону, – кивнула она на аппарат. – Мужской голос, между прочим. Не похожий на голос Пенса…

Я подняла трубку, уже зная, кто окажется на другом конце провода.

Всем остальным я даю номер мобильника. Этот номер знал только Алексей Васильевич Дында.

* * *

– Добрый день, Сашенька, – проговорил он. – Вы не ждали моего звонка?

– Нет, – призналась я. – Я не ожидала, что вы позвоните мне так скоро…

– Я уже соскучился, – засмеялся он. – Впрочем, вы вправе обвинить меня в назойливости!

– Нет, что вы. Я рада, что вы мне позвонили.

– А вы помните про наш уговор?

– Какой?

– Я обещал показать вам свою киностудию.

– Да, я вспомнила теперь…

– Я хотел пригласить вас завтра… Вы заняты?

Чтобы я упустила такую возможность? Да никогда в жизни!

– Нет. Думаю, завтра я смогу. Это далеко?

– Не очень. Пять километров от Тарасова. Вольский тракт знаете?

По моей коже забегали мурашки.

«Опасность!» – пропел внутренний голос, талантливо подражая сирене.

«Ну и что? – высокомерно отозвалась Саша– охотница. – В первый раз, что ли? Мы с опасностями неразлучны. И не такое в нашей жизни было».

– Саша?

– Да.

– Почему вы молчите?

– Думаю, когда нам встретиться…

Я прикинула, когда я завтра смогу освободиться, поговорив с девочками из арбузовской банды, и сказала:

– Около пяти часов. Вас устроит, Леша?

– Как мягко вы произнесли мое имя, – проговорил он. – Я почувствовал себя маленьким мальчиком…

– А вам хочется быть маленьким мальчиком? – спросила я.

– Иногда, – признался он. – Значит, в пять часов я заеду за вами?

– Лучше встретимся в пять на нейтральной территории, – решила поосторожничать я. – На конечной остановке десятого троллейбуса.

– Хорошо. В пять я буду ждать вас там, – согласился Леша.

Я положила трубку и перевела дыхание.

На ловца прибежал зверь, а что может быть лучше для охотника, чем, тщательно выверив каждый свой шажок, загнать этого зверя, если он опасен, в капкан?

– Особенно после того, как я буду знать, виноват он или не виноват, – пробормотала я, задумчиво разглядывая голую красотку на обложке Дашкиного журнала. Красотка явно пыталась заманить меня в сети порока, показывая всем своим безмятежным видом, как он сладок, этот порок.

Да я сама собираюсь туда, тоскливо подумала я, глядя в глупые глазки красотки. Вот только не знаю, чем для меня этот безумный экскурс закончится… Хотя, насколько можно судить по жизненным коллизиям известных мне людей, окунувшихся в порок, ничем хорошим это закончиться не может…

* * *

За окном начинало темнеть. Ванцов ушел, взяв с меня клятвенное обещание, что завтрашний день я посвящу его барышне Римме. По его словам, безумная девица продолжала упираться, отказываясь говорить с ним по душам. То есть предпочитала оставить свои маленькие тайны при себе…

Мне же надо было еще забежать к моему кассетнику, дабы забрать обещанные творения «Алекса».

Поэтому я начала собираться.

– Я с тобой, – предложила Лиза.

Ничего не оставалось, как согласиться. Кто бы мог устоять под напором Лизиной энергии?

Мы вышли из дома, и тут Лиза внимательно посмотрела на меня и спросила:

– Кто тебе звонил?

– Так, знакомый…

– У тебя такой вид, будто это очень нехороший знакомый тебе звонил, – покачала Лиза головой. – Ты не скрываешь от меня какую-нибудь интересненькую тайну?

– Нет, – соврала я, пытаясь придать глазам невинно-честное выражение.

Лиза недоверчиво хмыкнула.

– Смотри, Сашка! Вляпаешься со своими дурацкими секретами по первое число, – попыталась она изобразить из себя Кассандру.

– Да никуда я не вляпаюсь! – возмутилась я. – Уж кто у нас любит вляпываться, так это ты!

Мы подошли к киоску.

Мой продавец нас уже ждал. Оглянувшись назад, будто опасаясь слежки, он достал две кассеты и протянул их мне.

– Вот. Раздобыл их с трудом, на один день. Так что постарайся посмотреть это быстрее, ага?

– Непременно, – кивнула я. – Вряд ли у меня появится желание любоваться этими шедеврами долго.

– Я тоже так думаю, – рассмеялся продавец. – Успеха тебе, малышка!

Я послала его, как положено, к черту, и мы отправились ко мне домой, дабы сполна «насладиться» творениями пока еще неизвестного порномастера.

* * *

Сразу признаюсь – человек я совершенно равнодушный к подобного вида зрелищам.

Помнится, как-то раз моя подруга Эльвира вознамерилась просветить меня в вопросах секса и притащила посмотреть «Историю О». Мы дождались, когда мама уйдет по своим делам, а потом, предвкушая порочное удовольствие, развалились на диване перед видиком.

Зевать я начала почти сразу. Очень скоро меня одолел сон, и проснулась я от голоса Эльвиры, которая сообщала явившемуся столь не вовремя Пенсу, что – тс-с! Сашу не надо будить, потому что Саша смотрит порнуху.

С тех пор ничего не изменилось, я и не подумала исправиться и очень боялась опростоволоситься подобным образом уже перед Лизой.

Мы устроились в креслах, я включила магнитофон, причем предусмотрительно заварила кофе покрепче.

Пошли первые кадры – заставка студии «Алекс», изображающая до смерти напуганную голую леди в шляпке и в чулках с резинками.

– До чего же пошло и низкопробно, – вздохнула я. – Вот уж действительно – продукция для невежественной черни!

– Да, зрелище не из приятственных, – согласилась со мной Лиза.

Но дальше…

О, дальше нам эта заставка уже казалась диснеевским мультиком!

Ту мерзость, которая ожидала нас потом, и маркиз де Сад нашел бы чересчур грубой и жестокой.

– Боже мой, – выдохнула Лиза, когда на экране появился Каллистратов, лишь слегка прикрытый леопардовой шкурой и в фашистской каске на голове. – Неужели кто-то находит это интересным?

Я пока это особенно интересным не находила. Поскольку смотреть на Каллистратова, занимающегося мастурбацией на наших глазах, было не так уж увлекательно.

Потом в узкую эту комнату втолкнули девушку, и Лиза закричала:

– Сашка, смотри! Это же… Ася?!

* * *

То, что происходило на экране дальше, я не буду описывать – если вам интересно читать про такое, найдите какую-нибудь другую книжицу, благо сейчас про это пишут охотно. Как говорит мой знакомый хипстер, сексуальная революция в нашей стране победила и дошла до абсурдных размеров. Но могу сказать, что на месте Арбузова я бы точно поубивала этих мерзавцев!

После того, как этот жеребец Каллистратов вдоволь наиздевался над бедняжкой Асей, на экране появился…

Ох, нет!

Кажется, это у меня вырвалось вслух независимо от моего желания. Лиза развернулась и уставилась на меня.

– Что? Ты знаешь этого уродца?

Я кивнула.

Ах, Алекс, Алекс, а я-то надеялась, что ты тут ни при чем!

– Это сын моей клиентки, – пояснила я.

– Дынды?! – спросила Лиза.

– Да, – сказала я, закуривая.

Что ж, посмотрим – может быть, я увижу наяву то место, где проходят съемки…

Лиза вдруг вскочила и выбежала. Похоже, ее рвало. Появилась она спустя несколько минут со стаканом воды в руке, ужасно бледная.

– Ты в порядке? – поинтересовалась я.

Она помотала головой.

– Нет, не в порядке! Сил нет смотреть такую гадость!

– Придется, – пожала я плечами. – Раз уж мы хотим выяснить, с чем, собственно, нам предстоит иметь дело!

* * *

– Вот это криминалка, – сказала Лиза, когда кассета кончилась. – А то прошлый раз во время облавы арестовали каких-то респектабельных дам и господ, которые от нечего делать снимали друг друга в жанре ню и потом любовались своими прелестями. Как же они этого чертова «Алекса» не обнаружили? Или просто сами любят посмотреть на досуге? Как ты думаешь, у нас есть еще силы посмотреть очередной шедевр?

– Надо, – сказала я. – Деваться-то все равно некуда!

Она вставила новую кассету.

Снова Каллистратов. Алекс. И – две какие-то распущенные девицы, изображающие из себя ведьм на шабаше. Наверное, Сапроновская с подругой, подумала я. Такие пошлые физиономии – просто шедевры китча!

Звучит музыка – «Призрак оперы».

Опять Ася. Уже измученная, с пустыми глазами…

– Я не могу это смотреть! – взмолилась я. – У меня нервы слишком слабые!

Вскочив, я убежала на кухню.

Лиза вышла за мной, налила мне воды и молча протянула. Меня трясло.

– Послушай, Лиза, – подняла я на нее глаза. – Неужели есть люди, которым нравится это смотреть?

– Если это снимают, значит, это кому-нибудь нужно, – ответила Лиза. – Зато теперь у нас есть «вещдок». Ванцов будет в восторге от такого подарка!

– Знаешь, Лиз, я бы арестовала не только тех, кто это снимает, но и тех, для кого это снимают, – проворчала я. – Не было бы спроса – не родилось бы предложение…

– Я бы тоже, но… У нас свобода и демократия, шери. Помнишь «Убить дракона»? Наша чернь восприняла свободу исключительно по-животному. Пить, жрать, трахаться… Господи, как это мерзко! Бедные дети, которым по чьей-то подленькой прихоти выпало стать мучениками!

– Профанум вульгус, – задумчиво повторила я. – Проклятые профанум. Проклятые вульгус!