Текст книги "Седьмая невеста демона Расхи"
Автор книги: Степанида Воск
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Вольф взревел и бросил мутузить Жоржа, собираясь кинуться на меня.
– Опять тебе мои причиндалы поперек горла встали? Все же убью.
– Мамочки! Жоржик, миленький! Спасай!– завопила я, кинувшись к окну, одним движением сметая в сторону портьеры, собираясь удрать через этот выход, ибо из комнаты через дверь мне было выйти не судьба.– Седьмая погибнет во цвете лет. А я у мамы с папой одна-одинешенька, – и заголосила во весь голос, пока открывала окно. – Учтите, моя смерть будет на вашей совести. Не поминайте лихом.
– Прыгай, детка, – радостно заорал Вольф, улыбаясь звериным оскалом. – Да пребудет с тобой сила. Пусть восторжествует справедливость. Всевышний все же существует, – вопил мужчина.
Рогатый демон с белесой прядью про меж рог принялся надвигаться на меня с угрожающим видом. В его глазах я прочла решимость. Кажется, я была не права, пожелав растащить дерущихся по разные стороны импровизированного ринга. В живых должен был остаться только один. И желательно чтобы этим одним был мой жених.
– Жорж, – пискнула я, естественно, не собираясь никуда прыгать. – Ты моя последняя надежда.
– Нет у тебя никакой надежды. Ты в моей власти, – перед лицом возникли два светящихся каким-то диким исступлением красных глаза. Ничего другого в Вольфе я не видела. Впрочем, как и не видела, что Жорж изо всех сил пытался оттянуть старшего брата от меня, но по всей видимости меченный был слишком зол, а, может быть, чрезмерно рад представившейся возможности расквитаться со мной маленькой и несчастненькой.
Вся моя недолгая жизнь пронеслась перед внутренним взором, потому как упасть с десятого этажа и при этом выжить даже мне полудемонице – полуоборотню было не реально. Летать же я могла с таким же успехом, как и оборачиваться. То есть через пень колоду плохо. Вероятность удачного исхода в геометрической прогрессии приближалась к нулю.
И вот уже на месте окна зиял огромный проем. Это Вольф силой уничтожил стекло. Какая же я была глупая, что подсказала ему способ от меня избавиться.
Будучи на волосок от смерти, мне на память пришло видение, как я маленькая жмусь в уголок, пытаясь отбиться от огромных свирепых псов, пытающихся меня сожрать. Я тогда еще малышкой была и впервые обернулась, а взрослых никого рядом не было, но зато были дикие собаки каким-то случаем пробравшиеся в наш сад и чуть меня не загрызшие. С тех пор у меня и появились проблемы с переходом из одного состояния в другое. О том случае я никому не рассказывала. Вначале, была слишком мала, а потом было слишком стыдно.
И так мне себя жалко стало, что сжалась в комочек, как тогда, в прошлом, и заплакала, принявшись тоненько всхлипывать.
А еще я закрылась руками, чтобы не видеть одного злющего демоняку, что нависал надо мной, желая растереть в порошок.
– Одна. Опять одна. И некому мне помочь. Злые. Злые. Какие же вы злые. Не надо меня кусать. Не надо...
– Больно нужно. Еще отравлюсь,– услышала сквозь собственный плач.
– Зубы острые. Злые. Глаза бешеные нечеловеческие, – раскачивалась я, закрыв себя руками.
– Жорж, о чем это она? Я же не кусаюсь. Забодать могу. Ну это так... Ради красного словца.
– Отойди, прочь. Неужели не видишь, что она в бреду. Я сказал отойди. Дай девочке нормально вздохнуть.
– Какая-то она нервная у тебя. Честное слово. Я не хотел. Я не специально. Просто попугать. Это же весело. Видеть. Она такая непосредственная. Живая.
– Придурок. Ты что с ней сделал? Пугальщик. Она вся дрожит. Я тебя убью. Вот только приведу девочку в чувства.
– Может не надо? Я уже устал под..., – дальше я не расслышала, отключившись.
Меня куда-то волокли, растягивали, гладили, что-то шептали. Для чего? Зачем? Почему? А кто его знает?
– Алле? Мадам Жени. Это Жорж. Не волнуйтесь, все с Лизеттой в порядке. Она немного задержится. Сколько? Недолго. До утра. Может дольше. Да. Хорошая девочка. Я знаю. Под мою ответственность. Да. Знаю. Обязан буду жениться. Да. Да. Так я и не отказываюсь. Нет. Не волнуйтесь. Не надо увеличивать приданное. Достаточно. Не откажусь.
Слова. Слова. Слова. Кто-то шептал. Звал какую-то Лизетту. Интересно, а кто это? А еще ругался. Сам с собой. Всякими плохими словами. Мудак. Придурок. Идиот. Были и еще хуже. Обиднее точно. Те, что низводили обличаемого до уровня амебы, спаренной с тараканом и изнасилованной носорогом через дыхательную систему какого-то беспозвоночного животного.
Разве такие бывают?
Страшные создания.
***
Утро добрым не бывает.
А вот и неправда. Еще как бывает. Мое утро было просто великолепным. Чувствовала себя просто супер. Выспалась, как никогда. Ощущение защищенности сквозило в каждой моей клеточке. Моя аура была спокойна. Давно я не чувствовала ее в столь приподнятом настроении. Надо же. Я потянулась, даже не открывая глаз.
Моя рука въехала во что-то мягкое, а следом раздалось недовольное бурчание.
Я резко открыла глаза и повернула голову в сторону неясного звука. Рядом со мной лежал мой жених.
– Хромоногая самка богомола, – вскричала я, пугая не только себя криком. – Сейчас мама придет. И тогда всем кранты. Тебе уходить пора.
Я толкнула Жоржа в бок, стараясь разбудить.
– Вставай. Срочно. Если Жени появится раньше, чем ты уйдешь, то от тебя останутся одни рожки да ножки, – я не на шутку испугалась за жениха. Мне уже виделось, что мама трансформируется, а прибежавший на шум папа вытаскивает за волосы Жоржа из моей постели, а я ничем не могу помочь, потому как против мамы с папиной поддержкой идти смерти подобно. Ибо это стопроцентное убийство.
– Да что же ты за крикливая такая? Никакого от тебя покоя, – раздалось с другой стороны.
Я резко повернула голову в противоположную от Жоржа сторону и увидела... полуголого Вольфа, заслоняющегося рукой от бьющего в окно солнечного света.
– Какого... ты делаешь в моей постели? – вскричала, судорожно прижимая к себе одеяло, не замечая, что до сих пор облачена в вечернее платье.
– А где мне спать? Если диванчик короткий и у меня на нем шея затекает, – раздалось со стороны Жоржа.
Обернувшись к нему, я вздохнула и постаралась сделать свой голос не таким резким. Грубить жениху совершенно не хотелось, а то еще не правильно поймет и потом доказывай, что я не протухший лук. Мне за него еще замуж выходить надо. А вдруг передумает?
– Я не у тебя спрашивала, – посильнее прижала одеяло к груди, совершенно не думая, что со спины все равно прекрасно видно в чем я одета.
– А у кого? – черные глаза распахнулись и уставились на меня вопросительно.
– У Вольфа,– повела я плечами и вздохнула, ожидая ответа.
– У какого Вольфа? – мужчина взметнулся на постели, чтобы в следующую секунду зарычать, как бешеный лев во время случки.
– Какого хрена ты делаешь в моей кровати? – я вздрогнула и отшатнулась, если бы могла. Жорж никогда со мной не был груб и я подобного не ожидала в свой адрес.
– А я откуда знаю? Я, вообще, сюда не ложилась и как тут оказалась не знаю, – мне хватило ума догадаться, что я не у себя дома, а совершенно в другом месте. Где именно мне еще требовалось выяснить. Позже.
– Да я не тебя спрашиваю, а его, – взревел Жорж, указывая пальцем за мою спину.
Упс. Кажется, и он не знал причину появления братца со мною рядом, да еще в таком фривольном виде, впрочем, и сам женишок не был в смокинге и при бабочке.
– И ты туда же. Чего орать? И почему вам не спится как всем нормальным людям на зорьке? – сквозь стиснутые зубы вопрошал Вольф, желая смежить как можно сильнее веки. Мужчина явно не желал покидать царство Морфея, надеясь урвать еще маленький клочочек счастья в виде нескольких минут блаженного сна. Вот только его мечтам было не суждено сбыться. Тяжелый каток реальности прокатился по его хрупким надеждам, растоптав.
– Что ты делаешь рядом с Лизеттой? – проревел Жорж. И как только не схватил меня в охапку? С него станется. Я не сомневалась.
– Если тебе был диванчик коротким, то мне кресло совсем не в пору оказалось, – пояснил причину, заставившую меченного оказаться с моего одного бока. – Оно, понимаешь ли, совсем кургузое и мне совершенно не по размеру, а другой кровати тут не наблюдалось. Не на пол же мне ложиться. Я же не оборотень, а как никак демон.
Очень мило. Я спала с двумя мужчинами. Не дай всевышний кто узнает и что мне тогда делать? Это же позор. Сто процентное распутство.
А если узнает мама, то не сносить мне моей головушки. И я в очередной раз простилась с жизнью. Хоть заказывай через магазин на диване маленькую гильотину домашнего использования, чтобы сразу и наверняка.
– Мамочка, – вырвалось из меня. Я закусила кулачок, в ужасе смотря перед собой.
– Она в курсе, – сообщил мне Жорж, отчего я замерла соляной статуей.
– Хочешь сказать, что она одобрила мою ночевку с двумя мужчинами? – я была шокирована до глубины души. Как моя мама, моя блюстительница нравов могла позволить мне ночевать с совершенно незнакомыми людьми, ну и пусть что они демоны. Это ничего не меняет. Капец. Мир сошел с ума.
– Нет, конечно. Мы поехали смотреть на шоу ночных мотыльков.
– А почему не сразу на шоу танцующих тушканчиков? – вырвалось у меня прежде, чем я смогла прикусить язык.
Однажды мне Вольга, моя самая что ни на есть лучшая подружка, рассказала о его существовании. А она узнала от своего троюродного брата. Мол, это какое-то скандальное шоу, куда не достать билетов, но толком брат ей ни о чем не рассказывал, заявив, что сестричка еще маленькая, чтобы знать такие вещи. Ей стало известно только лишь то, что на шоу допускаются совершеннолетние представители разных рас и вход туда осуществляется по пригласительным жетонам. На тот момент мы с подружкой не могли похвастаться достижением нужного возраста, а потому приобретение пропусков отложили до лучших времен. Однако идею попасть на закрытый показ так и не оставили.
– Ничего себе, куда твоя невеста уши навострила, – присвистнул Вольф.– А ты точно уверен, что она тебе кого-нибудь не припрет в подоле в первую брачную ночь? – с сомнением произнес меченый.
О чем это он? Что за странные намеки по поводу моей добродетели? Я честная девушка и до свадьбы ни-ни и ни с кем. У меня даже все мягкие игрушки, что допущены спать со мною в одной кровати лишь женского рода. Зайка – Марийка, кошка – Картошка, лиска – Алиска, мышка – Аришка.
Мама меня правильно воспитывала с самого детства, подбирая партнерш для сна. Бегемотик по имени Ашотик имел место дислокации только лишь в игральной комнате, вместе с волчком – Серым бочком и мишкой – Мартышкой. Вернее медведя звали Мартын, но я его всегда звала ласково – Мартином или Мартышкой.
– Уверен, – сказал, как припечатал Жорж. Его авторитет в моих глазах сразу же вырос. Вот это я понимаю – мужчина. А не то что всякие тут старшенькие, вечно во всем сомневающиеся. Небось ему с пеленок в кровать куклу Барби подкладывали, чтобы привыкал сызмальства.
– Вы тут побеседуйте, мальчики, а мне надо … по делам, – взбунтовавшийся мочевой пузырь заявлял о своем присутствии в моем организме и недвусмысленно сигналил о необходимости облегчиться.
Я решила закутаться в одеяло, чтобы не смущать мужчин и шустрым зайчиком запрыгала на попе к изножью кровати, таща за собой то, во что собралась закуклиться. Девушкой я всегда была шустрой, а потому мальчики даже глазом не сумели моргнуть как... оказались не укрыты.
– Эй...
– Ты куда? – понеслось мне вслед.
Я повернулась чтобы узнать, чем вызвано недовольство двух демонов волею судьбы оказавшихся в моей постели, как наткнулась взглядом вначале на один пик, выпирающий из забавных плавок с губкой Бобом, засмущавшись, перевела вздор чуть в сторону и воззрилась на другой пик, оттопыривающий серые боксеры с подписями знаменитостей кинематографа.
И это они скрывают в брюках? Какой кошмар. Я то думала у мужчин нет воображения и они предпочитают однотонное белье, а у них вон как все запущено.
– Офигеть, и как вы с эти только живете? Так же ни одних трусов не напасешься, – не подумав, ляпнула я тыча пальчиком в пространство.– Они же все в дырках будут, если у вас такое каждое утро случается.
Вольф оказался шустрее, все же первенец, как-никак, прокрутился вокруг своей оси и плюхнулся на живот, заметно сморщившись. Неужели что-то прищемил? Надеюсь, не сильно.
А вот Жорж оказался умнее и просто прикрыл свой пик моей подушкой, что еще недавно лежала у меня под головой. Больше я на нее ни в жизнь головой не лягу. Честное слово.
– После твоих комментариев чувствую, что буду избавлен от этой напасти раз и навсегда, а то и от всех остальных, – многозначительно произнес Вольф, загадочно скалясь, словно я должна проникнуть в его мысли и понять о чем это он мне пытается сказать.
– Как хорошо, что я девочка, у меня только одни соски дыбом от холода становятся, да и их в бюстгальтере практически не видно, – задумчиво протянула я, думая о своем, о женском.
В комнате послышался поросячий хрюк и демонский рык. Это Вольф пытался задушить на корню свой смех, в то время как Жорж вгрызался в собственный кулак.
– Тю, – воскликнула я. – Да что же вы за чудики такие? Реагируете как-то странно на обыкновенные слова. Можно подумать я вам про мышь дохлую в холодильнике, повешенной за шею, стала рассказывать или про дохлую жабу, спрятанную в тумбочке.
Я непонимающе посмотрела на мужчин, давящихся непонятно по какому поводу, покачала головой и отправилась туда, куда направлялась.
Сделав свое грязное дело, умывшись, почистив зубы, расчесав волосы и освежившись в целом я решила вернуться в гостиничный номер. У меня неприятно сосало под ложечкой, поскольку я чувствовала, что дома меня ждал разгон от горячо любимой мамочки.
– Так, мальчики, – воскликнула я сразу же с порога. – Вызовите мне такси. Покидаю я вас, – командным тоном сообщила я на радостях, что мое приключение в скором времени закончится.
Мужчины стояли ко мне спиной, будучи уже полностью одетыми, и что-то рассматривали через окно. Внимательно так смотрели. Неужели изучали кристаллическую решетку стекла? С них станется.
– Иди сюда, – позвал меня Жорж и поманил к себе рукой.
Неужели и мне придется постигать тайны начинающих стеклодувов, подумала я, но просьбу тем не менее выполнила, приблизившись к мужчине. Правда, стараясь держаться от Вольфа как можно дальше. Ну не внушал он мне доверия. Как ни крути.
– И что я должна увидеть? – непонимающе произнесла в ответ.
– Ничего не замечаешь? – подал голос Вольф.
– Вижу, что стекло грязное. Запыленное. Давно не мытое. Видимо здесь на мойке окон экономят. А вот тут муха проползла по стеклу. Хотя, нет. Мух. Если судить по экскрементам, оставленным на окне.
Я поскребла пальчиком по стеклу, понюхала и выдала.
– Точно мух, только от мужиков таким не свеженьким пахнет, – сделала я заключение, ожидая похвалы, если не со стороны Вольфа, то со стороны своего жениха.
– Да не туда смотри, дуреха. И хватит уже облизывать стекло. Твоя слюна настолько ядовита, что прожжет дырень в окне размером с кулак, а то и больше, – опрокинул меня с небес на землю поганец Вольф. – Вниз смотри.
Жорж о чем-то внимательно слушал в трубке телефона, а потому внимания на нас практически не обращал.
Я взяла и посмотрела куда мне сказали.
Внизу, возле входа в гостиницу стояло множество машин, какие-то микроавтобусы с тарелками на крыше, толпились какие-то люди. Одни людишки бегали за другими, потом возвращались к выходу, ожидали других, потом история повторялась. Сверкали вспышки.
– Сегодня Рождество? – осторожно спросила я, вспоминая какой сегодня день. – Вроде бы нет. Даже не День всех святых. Не день города это точно, он был всего пару недель назад. Тогда что? По какому поводу сборище?– принялась я гадать, рассматривая открывающуюся панораму.
– Это тебя ждут.
– Не понял. Вернее, не поняла, – я икнула от неожиданности.– С какой стати? Я же не звезда экрана, даже не певица или модель.
Хотя со своими талантами я бы преуспела в любых направлениях.
– Со всех сторон? – спросил Жорж невидимого собеседника. – А черный ход? И в его районе был замечен подозрительный человек? Странно. И кто же нас сдал? Не знаешь? И я не знаю. Хочешь сказать нам отсюда не выбраться? Не очень веселенькая картина. Что ты можешь мне предложить? – мужчина замолчал, поглядывая на меня. – Только это? Ты понимаешь, что добиться разрешения на посадку вертолета на не оборудованную площадку практически нереально? Понимаешь? Вот и отлично. Тебе и карты в руки. У нас инициатива наказуема. Действуй, но вытащи нас отсюда. Я в тебя верю. Все. До связи.
– Ну что там? – деловито поинтересовался Вольф у брата.
Мужчины теперь общались без каких-либо условностей, обид, словно еще недавно не пытались друг друга сравнять с землей, вернее, закатать под землю. Странные все же они создания. Не понимаю я их.
– Игор сказал, что сегодня рано утром во все средства массовой информации более-менее значимые и крупные поступили анонимные звонки, в которых неизвестный, а определить кто это был мужчина или женщина по голосу невозможно, сообщил, что предполагаемая невеста Жоржа Расхи, то есть ты, – мужчина указал на меня, – находится в гостинице в одной комнате не только со своим женихом, но и его, пропавшим на долгое время, братом. Чем они там занимаются неизвестно. Но при должном воображении можно догадаться. И теперь эта новость стала самой громкой сенсацией дня. Эти шакалы, папарацци, учуяв крупную дичь, собрались будто стервятники по всему периметру здания. Они караулят буквально везде, начиная от улицы, как вы видите, и заканчивая лестницами черного хода.
– То есть нам отсюда не выбраться незамеченными? – уточнила я, обхватывая себя руками. – И я стану всеобщим посмешищем, отчего не смогу появиться в приличном обществе.
– Хватит ныть, – резко одернул меня Вольф. – Не все так плохо, как тебе кажется. Есть две задачи: первая – выбраться отсюда так, чтобы нас никто не увидел и вторая, это найти того засранца, что мастерски подставил. Что в первом, что во втором случае задачи вполне решаемые. Думаю, что вопрос времени.
– Я не ною, – плаксиво произнесла я, рисуя в своем воображении страшную картину позора. Мамочка этого не переживет. Это же надо же было так опростоволоситься, чтобы вляпаться в патовую ситуацию. – Неужели нельзя было снять несколько номеров? Чай не бедный, не разорился бы. Я бы деньги отдала, – набросилась я на Вольфа, словно Жорж не принимал участие во всей этой авантюре.
– Умная, да? А что же ты, раз такая умная закатывала нам тут истерики чуть ли не до самого утра? Нянчились с тобой как с маленьким ребенком. То в истерику впадала.... то опять впадала в истерику. Думаешь нам с тобой было легко, когда не знали что делать.
– Надо было меня приласкать, – буркнула я, понимая, что зря на мужчину накинулась.
– Отшлепать тебя надо было, а не приласкать. Уж мы то тебя ласкали, ласкали. Сил нет,– продолжил он жаловаться на жизнь.
– Ах, – округлились мои глаза до размеров шариков для тенниса. – И ты меня ласкал?
– Больно надо. Вон Жорж успокаивал, да по головке гладил, а я все больше компрессы на лоб ставил, да салфетки менял, – пожаловался меченый.
– Какие же вы у меня заботливые, – обняла я мужчин с двух сторон.
– Только не это, – Вольф отшатнулся от меня, как от прокаженной. – Не надо меня трогать. А то от твоих щипков у меня все руки болят. Я на ринге получал меньше увечий, чем с тобою.
Я в недоумении воззрилась на мужчину.
– Что я делала? – уточнила на всякий случай, если вдруг неправильно все поняла. Мне показалось, что ослышалась.
– Щипала меня как гусыня, стоило только оказаться в поле твоей видимости. Ты там у матушки спроси. Точно ты полудемон, а то может быть папаша у тебя был гусаком или индюком, – на полном серьезе поинтересовался у меня Вольф.
– Я не помню, – растерянно произнесла в ответ и прижала руки к щекам, которые сразу же раскраснелись донельзя. На мне можно было яичницу жарить, настолько сильно я стала пунцовой.
– Ясное дело – не помнишь. И часто с тобой такие припадки случаются? – последний вопрос мужчины мне совершенно не понравился. Мне показалось, что он специально решил все разнюхать про меня, чтобы потом использовать данную информацию против меня же.
– Первый раз, – с честными глазами ответила я. – Вы же и довели.
– Жорж, брат мой, вот скажи откуда ты ее выудил? Неужели менее занудной невесты не нашлось? – в каком-то исступлении произнес Вольф, обращаясь к демону, задумавшимся над решением чего-то важного.
Я заметила, что у Жоржа едва шевелятся губы, словно он сам собой ведет диалог, споря и не соглашаясь.
– Непорочные перевелись, – походя ответил мужчина, останавливаясь у небольшого столика, похожего на журнальный, но только выше.
– А для тебя это так принципиально, может быть ну ее, эту непорочность. В женщине это не главное, – мне захотелось возмутиться по поводу заявления Жоржа, но я вовремя прикусила язычок, желая узнать что же ответит мой жених.
– А еще у Лизетты очаровательные ямочки на щеках, – мой жених, как истинный джентльмен ушел от неудобного вопроса в сторону. Я мысленно подняла большой палец вверх, показывая тем самым свое одобрение.
– И только, – разочарованно произнес Вольф, поглядывая вниз, где как муравьи сновали шакалы пера, которым стоит только попасться в лапы – разорвут на части.
– А тебе что? Мало? – не выдержала. Я давно уже поняла, что защищать себя придется в этой жизни самой, а то пока дождешься помощи со стороны, то можно состариться.
– Жорж, у Лизетты склочный характер. Зачем она тебе нужна?– Вольф продолжал допытываться.
– Чтобы ты спросил, – огрызнулся мужчина, ему явно не нравились реплики бросаемые в мой адрес, потому как они ставили под сомнение его, Жоржа, выбор.
– Слушай, – не унимался старший, – а что случилось с первой невестой?– Вольф был въедлив как ржавчина.
– С Иванной что ли? – переспросил меченного брат. Он в это время что-то набирал на смартфоне. Похоже, что шифровался от нас.
– Да. Расскажи. Мне тоже интересно, – решила и я вставить свой грошик. Тема, конечно, интересная, тем более когда ответы готовы сорваться с уст непосредственного участника тех событий.
– А ей дорогу кошка перебежала, – отмахнулся мужчина.
– Что? Прямо так перебежала? – я как-то не верила, что из-за подобного могла расстроиться свадьба.
– Брат, ты что-то не договариваешь, – Вольф откуда-то выудил зеленое яблоко и приготовился его надкусить, но предварительно решил поразглядывать. И откуда он только его взял?
– Так кошка была черной, – мой жених параллельно решал какаю-то задачу, через раз отвлекаясь на нас с Вольфом. Мы были чем-то вроде надоедливых жуков, жужжащих над ухом серьезного мужчины, думающего за нас всех.
– Но это же не повод, – воскликнула я, размышляя о ничтожности повода для отказа для женитьбы.
– Одна может быть и не повод, но вот пятнадцать..., – сработал телефон, сообщая, что Жоржа кто-то желает слышать.
– Да. Я. Ну, что там? Нашел вертолет? Здорово. На всех? Да. Потому и спрашиваю. Знаю, ты такой шутник, что можешь отыскать двухместный, в который мы втроем никак не поместимся. Да я еще помню тех червей, что ты заставлял меня разрезать вдоль ножницами. Да. Я злопамятный. Ага. Такой. Все помню и неважно сколько времени прошло. Такое забыть нельзя. Так что там с вертолетом? Все в порядке. Отлично. Но как ты собираешься провернуть это незаметно. Что, правда? Ты с ума сошел. Я понимаю, это выход, но не такой же. Я тебя боюсь, – засмеялся Жорж, прерывая связь.
– Кого ты так? – Вольф был не меньше меня любознателен, но между нами существовала огромная разница. Он мог спросить у брата как дела, а я нет. Ну, или почти нет.
– Игора. Он решил на соседнем здании развести костер. Мне уже страшно становится, зная какие у меня родственники рядом ходят, – острый взгляд был направлен в мою сторону.
А я, может быть, никому не подсказывала. Может быть, Игор сам додумался до точь-в-точь такой же идеи как и я. Может быть он повторюха-муха, видимо в школе был двоечником и всегда списывал у соседей. Вот и решил, что у меня можно спереть идею.
– Костер?!– я была не на шутку шокирована.
– Ага, чтобы спасатели прилетели, вот они нас под шумок и заберут.
– Весело.
– Не то слово. А другого способа нет? – мне как-то не нравилась идея Игора, слишком она была безумна.
– Можешь пойти через главный вход. Не забудь только глазки подкрасить и изобразить на глазах очки панды, будто ты всю ночь плакала, а не чем зря занималась с мужчинами, – языком Вольфа можно было бриться по утрам.
– Ну, что ты на девочку накинулся? – все же Жорж был мой кумир.– Кончай уже.
– Защитник выискался, – огрызнулся меченый. – Ты лучше бы невест своих лучше сторожил, глядишь, не пришлось бы связываться с этой, – он кивнул в мою сторону.
Тут я уже не выдержала и, скатав между пальцами маленький шарик силы, запустила Вольфу прямо в нос, правда, в самый последний момент мужчина повернул голову и сгусток влетел ему прямо в ухо. Сероглазый взвился на месте, охнул, сузил глаза и … ответил мне тем же. Вот только мужчина не промахнулся, а припечатал как раз между бровей.
Больно мне не было, скорее неприятно и обидно, на то как сразу же мужчина сориентировался удивило и огорчило. Естественно, что оставить все просто так я не могла. Моя душа требовала отмщения. Я тут же создала еще один сгусток силы, стараясь скатать его как можно сильнее и плотнее, чтобы этот шарик уж точно влепить туда, куда планировала мгновение назад. Я старалась, я очень старалась, но чистокровный демон был сильнее и шустрее, как оказалось. И пока я готовилась к следующему броску мне в лоб вновь зарядили снарядом.
– Так не честно, – взвизгнула я. – Ты должен был подождать, – обиженным тоном произнесла, не прерывая своего занятия.
– Вот еще. С какой стати я должен давать тебе фору? – Вольф явно был не намерен уступать.
И откуда только такие противные демоны брались на мою голову?
– Как дети, честное слово, – заворчал Жорж, вчитываясь в текст на своем смартфоне. – Вам не надоело? Может хватит?
– Так тебе, – я, наконец, закончила формировать шарик и что было сил направила его в сторону Вольфа, радуясь, что отплачу меченому той же монетой, что и он мне.
Однако и тут все пошло не так как я запланировала. Этот поганец, судя по всему, имел больший опыт, нежели я, каким-то образом сумел отклонить траекторию движения моего заряда в сторону. В результате чего мой снаряд попал не по месту назначения, а туда, куда я хотела меньше всего. По шее Жоржа.
– Да что вы себе позволяете? – взвился мужчина, зарычав. – Сколько можно? – Жорж принялся тереть место удара рукою. По всей видимости я очень хорошо скатала шарик, отчего удар получился болезненный.
– Упс, – только и смогла вымолвить.
– Это все она, – Вольф начал указывать на меня пальцем, злорадно ухмыляясь и скалясь.– Это она в тебя зарядила. Правда, гадкая девчонка? Не нужна нам такая. Брось ее.
– Ну все. Ты меня достал, – с победным криком гоблина, мчащегося за свежим скальпом своего врага, я кинулась на старшего из братьев Расхи. Была бы у меня праща, то я непременно запустила бы ею в сторону ненавистного лица.
Мужчина явно не ожидал от меня подобной дикой выходки, что было мне на руку, потому как эффект неожиданности был на моей стороне и позволил с разбегу сбить с ног меченого. Благо за его спиною находилась широкая кровать, на которой рано утром мы и проснулись. Может быть он что-нибудь и смог мне противопоставить, но женское коварство на то и женское, чтобы выбивать почву из под ступней мужчин. Вот чьи-то ноги и не удержали кое-кого, свалившегося как мешок с картошкой.
Однако на этом моя удача и закончилась. Толкнув всем телом высокого брюнета в торс я не смогла удержать равновесие, в результате чего стала благополучно падать на грудь Вольфа. А он даже руки развел в стороны, видимо, чтобы я не промахнулась. Я же и не смогла этого сделать.
– Аккуратнее, – было лишь произнесено Вольфом, когда лбом стукнулась о его подбородок. – Покалечишься, дуреха.
А дальше было что-то непонятное, словно мою душу схватили за плечи и принялись тащить вперед, прямо на Вольфа, все сильнее и сильнее притягивая к мужчине. И не было сил сопротивляться, а оставалось лишь поддаться неизвестной силе и плыть по течению.
Глупое девичье сердечко взбрыкнуло и поскакало в галоп, собираясь вырваться из груди и обрести свободу. Так близко возле мужчины я еще никогда не была, мамочка за тем следила крайне внимательно. Даже со своим женихом мы общались на приличном расстоянии, как того требовали условности, заведенные в нашем обществе, пропитанном насквозь глупыми нормами приличий. Я несомненно была современная девушка, много чего знала, много чего видела, но вот пробовать все мне не доводилось. В принципе, по этому поводу я сильно и не переживала, понимая, что всему свое время, в глубине души соглашаясь со своей мамулечкой. Она женщина у меня умная, не просто же так с первого взгляда смогла покорить демона, о котором могла лишь мечтать украдкой, а я вся в нее.
– А ты не стой у меня на пути. Зашибу, – с легкой хрипотцой во внезапно севшем голосе произнесла я, поднимая голову и вглядываясь в серые глаза. Мне даже показалось, что они у Вольфа потеплели, став чуточку мягче, не такими холодными и колючими.
– Эй, братишка, а ну-ка отпусти мою невесту, – послышалось со стороны Жоржа, стремительно пересекшего комнату, чтобы помочь мне встать.
Я так неудачно упала, что оказалась прямо между ног у меченого, да вдобавок он меня держал в охапку, будто в коконе. Я слышала как бьется его сильное сердце, так мощно, так уверенно. Никогда бы не подумала, что находясь рядом можно услышать это настолько отчетливо.
– Лизетта, ты такая... непоседливая, – я так поняла, что подобными словами мой жених решил меня отчитать. – А ты не скалься, – это было обращено уже к Вольфу, – а то рога пообломаю. Под корень, – непонятно по какому поводу произнес мужчина, выдергивая меня из объятий брата и прижимая к себе, не сильно, но как-то собственнически.
– Я случайно, – жалобно проблеяла в ответ, заглядывая снизу вверх в глаза Жоржа.
– Больше так не делай, – стальные нотки проскочили в голосе мужчины. От них у меня по позвоночнику побежала стайка мурашек, напуганная разительным контрастом действий и слов. Мне сразу стало как-то немного не по себе, словно я получила выговор в особо серьезной форме.
В миг я увидела перед собой мужчину, который не потерпит вольностей от своей будущей жены. У меня под ложечкой неприятно засосало.
– А мы скоро будем убегать? – невпопад спросила у Жоржа.
Я хотела как можно дальше оказаться от щекотливой ситуации, в которой оказалась.
– Нас уже ждут. Осталось дождаться лишь звуков пожарной сирены, – и словно подтверждая его слова неприятно заорала система оповещения противопожарной сигнализации.
