![](/files/books/160/oblozhka-knigi-saliha-sultan.-borba-za-zhizn-si-372420.jpg)
Текст книги "Салиха Султан. Борьба за жизнь (СИ)"
Автор книги: Стелла Валентэ
Жанр:
Короткие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)
====== Желание под бой курантов. ======
POV Автор.
«31 декабря 2019 года»
– Не могу поверить, что твои предки на новогодние праздники свалили к родственникам, а тебя не взяли, – ставя салат на стол, сказала Анна. Девушка примерно метр шестьдесят пять, короткие русые волосы, достаточно худая, но со всеми нужными прелестями на месте. Анне восемнадцать.
– Я сама не захотела, мне предлагали, но я решила остаться здесь,– ответила Вика, открывая коробку с пиццей, стоящей на кухне. – Я очень рада, что ты смогла приехать и составить мне компанию. Жаль только, Лена не смогла, – Вика занесла пиццу в зал и поставила на праздничный стол. Виктория была выше своей подруги – метр семьдесят, среднего телосложения (не худая и не толстая), волосы были темные чуть ниже ребер. Ей тоже восемнадцать.
– Ну не забывай, что у Лены уже личная жизнь на всю устраивается. Это мы с тобой как одинокие волки, пьем в новый год перед теликом.
– Ну, если бы не этот козел Дима, что бросил меня за неделю до праздника, то и я бы праздновала без тебя.
– Ой, не напоминай, – Аня поставила на стол бутылку с шампанским. – Уже полдвенадцатого, пора садиться.
– Точно, вроде все,– сказала Вика, пробегая глазами по столу. Картошка фри, две пиццы, фруктовая тарелка, суши и бутылка шампанского. – Давай садиться,– стол был небольшим, поэтому Вика и Аня сели друг напротив друга.
– И что мы сегодня смотрим? – спросила подруга с русыми волосами.
– Странный вопрос, – вторая взяла пульт и с ехидной улыбкой повернулась к Ане. – Только ты, я и Великолепный Век.
– Ты по какому кругу смотришь этот сериал? – девушка включила телевизор, и настроив флэшку, подключенную к нему, нашла нужную серию.
– Не знаю. Сбилась со счета.
– Ладно, давай уже посмотрим до боя курантов.
– Ну, давай.
Пока девушки ели пиццу и суши, по телевизору шел четвертый сезон. Они смотрели сериал, и словно сами переживали то, что происходит с любимыми персонажами. Они даже не заметили, как время приблизилось к полночи.
– Я бы не хотела там оказаться,– произнесла Аня, после чего уловила на себе удивленный взгляд подруги.
– Ф шмышле? – Вика говорила с набитым ртом.
– Ну, ты только представь, тебе повезет, если тебя выдадут замуж и отправят куда подальше. Ну, а будучи фавориткой – твоя жизнь автоматически в опасности. А служанки?
Они лишь пешки в интригах своих султанш. Вспомни всех, кто верой и правдой служил своей госпоже, и что с ними случилось?
– А я бы…. – пережевав еду, сказала Вика. – С удовольствием бы попала туда. Яркие наряды, украшения, любовь султана или шехзаде, жизнь во дворце. А если получить статус? Круто же.
– Не круто, Вика. Ты только вспомни, какие права имели женщины в те времена, в той стране? Их вовсе не жаловали, и могли казнить по первом же преступлении.
– Как только я начала смотреть этот сериал, я прочла столько информации о гареме и султанской семье, что в датах помню, кто и когда родился, а так же кто и когда, а главное, почему умер. И я почти пять лет учу турецкий. Родители пообещали, что мы этим летом поедим в Стамбул на месяц.
– Классно, но даже лучшие источники точно не могут знать, от чего умерли некоторые исторические персонажи.
– И это верно, – настенные часы бесшумно пробивали последние десять ударов в этом году. – Как бы я хотела… – Вика закрыла глаза. – Оказаться там и стать госпожой.
«1544 год. Невольничий рынок»
POV Виктория.
Открыв глаза, я увидела вовсе незнакомую мне картину. Я сидела словно на небольшой сцене, которая находилась почти посредине какого-то рынка. Рядом со мной сидели несколько девушек, которые выглядели, словно их до этого неплохо так жизнь потрепала. По этой сцене ходил какой-то мужчина – смуглая кожа, не нашей национальности, толстый, с бородой и в странной одежде. Каждый раз, когда он проходил мимо нас и обратно, что-то крича на непонятном языке (скорее всего турецком, так, как я иногда могла понять, что он говорит). И от него далеко несло потом и тухлой рыбой. Я осмотрела себя, на сколько это было возможно и увидела, что на мне надето ободранное лохмотья, ноги босые, кожа грязная, словно в саже, а волосы растрепанные. Сначала я подумала, что мне все это снится, но ущипнув себя, я поняла, что это не так. Место это было похоже на невольничий рынок, но это быть просто не может. Хотя, может я вчера так напилась, что не помню, как уехала куда-то и попала на реконструкцию? Хотя, бред. Я встала с пола, чтобы спросить у этого странного человека, где я и что происходит.
– Простите, но где я? – он посмотрел на меня своими большими карими глазами так, что я чуть не обоср… испугалась я короче.
– Иди на место!!! – это я поняла. Мужчина взял меня за руку и сильно толкнул в сторону, где сидела.
– Ты охренел?! – я подошла к нему. – Я на тебя в суд подам! – неожиданно для меня, этот человек поднял руку и влепил мне пощечину. Моя левая щека загорелась и сдержать слезы я не могла.
– Эй, не бей красавиц! – крикнул какой-то мужчина, подошедший к сцене. Возле него было несколько стражников. – Ты же только товар портишь, – эти слова я поняла очень хорошо.
– А что? Есть желание…. – последнее слово я вовсе не поняла.
– Да. …. возьму. – я снова понимала через слово. Это явно турецкий язык.
– Тогда с тебя…. ахче.
– Хорошо,– эти стражники подошли к нам и начали строить в ряд. Меня поставили четвертой и последней. Я видела, как они связывают девушкам руки и делают с их словно живую цепь. Когда очередь дошла до меня, я начала медленно отходить назад, пытаясь свалить от этих психов, но, в конце концов, я почувствовала позади себя кого-то, кто перегородил мне путь. Повернувшись, увидела того самого человека, который кажется, купил нас.
– Далеко собралась? – он взял меня за плечо и начал крепко сжимать. – Теперь ты моя собственность, так что будь послушной,– он положил руку на мою грудь.
– Убери свои лапы, извращенец, – я убрала его руку, но тот быстро взял мои волосы и потянул назад.
– Такие непокорные мне нравятся. Но не заставляй меня делать тебе больно, – он повернул меня и все еще держа за волосы притащил к другим девушкам. Было такое ощущение, такая боль, словно эти волосы у меня в мозгу растут. Он отпустил меня лишь тогда, когда его охранник или его слуга связал и меня. – Пойдем.
POV Автор.
«Санджак Маниса»
Шехзаде Селим завтракал вместе со своей фавориткой Нурбану. Они смеялись, разговаривали, и вспоминали о приезде Хюррем Султан.
– Как твое самочувствие? – спросил, Селим, положив руку на уже большой живот женщины.
– Все хорошо, только последние дни детки сильно толкаются, скучно им, надоело, – девушка засмеялась.
– Дай Аллах, через месяц ты родишь здоровых детей мне.
– Шехзаде, – утвердительно сказала Нурбану.
– А может султанш?
– Нет, шехзаде рожу. Много шехзаде у тебя будет.
– Ну, дай Аллах,– В двери постучали, и после разрешения войти, в покои зашла служанка Нурбану.
– Шехзаде, – девушка поклонилась.
– Что такое, Акиде? – спросила Нурбану.
– Шехзаде Мурад сильно плачет. Не можем успокоить.
– Позовите лекаря, – сказал шехзаде.
– Уже позвали.
Селим, встал с подушки и подал руку помощи Нурбану. Но как только она встала, наклонилась чуть вперед, скривившись от боли. Фаворитка положила руку на живот.
– Ай!!! Ай!!!
– Что? Что такое?! – спросил Селим.
– Началось! Аааа!
– Зовите еще лекаря! Живо!!!
Шли часы, дни, недели. Вика уже и поверила в то, что это не сон. По разговорам этого человека, что купил ее и его слуг, было ясно, что это Османская Империя. Сначала в голове Виктории было непринятие. Конечно, ну кто поверит, что загадав желание под бой курантов, ты попадешь на пятьсот лет назад? Но теперь, у нее лишь одно желание – вернуться обратно, теперь уже в две тысячи двадцатый год.
Они шли почти неделю. Под дождем, под жарким жгучим солнцем, ночью девушки спали на тележке, а днем, снова босые шли по камням или траве. Путь длился до тех пор, пока перед ними не предстал достаточно большой двухэтажный дом. Навстречу путникам из дома вышла женщина, примерно сорока лет.
– Мехмед-ага, – обратилась она, подойдя к мужчине. Ему на вид лет пятьдесят. Высокий, хорошего телосложения с седыми волосами и бородой, на носу большая родимка, которая сразу же бросается в глаза.
– Бала-хатун,– он положил руки на лицо женщины и улыбнулся. – Как ты? Как ты здесь одна?
– Все хорошо, но я была не одна. Дочка приезжала.
– Арзу здесь?
– Она уехала вчера утром. За ней муж приехал.
– Понятно. Ну, ничего, скоро мы сможем их проведать, – он отошел чуть в сторону, показывая рабынь. – Смотри, что я тебе привез. Я все еще не могу понять, зачем ты решила выдать замуж служанок, но все же, не гоже дому оставаться на твоих плечах.
– Они так юны, – Бала подошла к одной, затем ко второй и третей. Вика же стояла, чуть пряча взгляд.
– Откорми их, пусть приведут себя в порядок, и побыстрее приступают к делам, – мужчина отправился в дом. – И да! – он окликнул жену, чтобы та повернулась. – Научи их нашим правилам и пусть знают самые нужные слова.
– Конечно,– женщина подошла к Виктории и подставив ладонь к подбородку, приподняла голову девушки. – Бедные мои.
====== Насилие – верёвка для жертвы. ======
POV
Вика.
Как только мы вошли в дом человека, что купил нас, в глаза первым же делом бросилась уютная обстановка. Видно было, что хозяйка там хорошая. Эта женщина , Бала-хатун, накормила нас, отправила нас в хамам , что находился в их доме, помогла привести себя в порядок. Когда я сидела на деревянной лавке в одном лишь полотенце и смывала с себя грязь пути, на миг мне показалось, что на нас кто-то смотрит. Дверь была приоткрыта, и я увидела, а может мне и показалось, что там кто-то стоял. Но хозяйка дома закрыла дверь, увидев, что я туда смотрю.
Нам выдали длинные ночные рубашки и платья, которые нужно будет надеть завтра. Нас привели в небольшую комнату, в которой стояло лишь три кровати и один сундук. Бала положила наши платья туда.
– Трое из вас будут пока спать на кроватях, – она подошла ко мне. – А тебе я постелила на полу. Это ненадолго. Отдохните. Завтра вас ждет тяжелый день.
«Пять дней спустя»
За эти дни я уже окончательно привыкла к тому, где нахожусь. Сдружилась с девушками. Оказалось, что они из Болгарии – Василька, Тереза и Смила. На третий день нашего пребывания в этом доме Смилу отдали прислуживать дочери Мехмеда-аги и Балы-хатун. И нам дали новые имена; мое имя теперь Кадэр, Висилька – Ясемин, а Тереза – Периде.
Нас учили турецкому языку, манерам поведения, как прислуживать. У нас были даже… дежурства. Одна на кухне помогает хозяйке, другая убирает в доме, третья смотрит за хозяйством -куры и утки, небольшой огород. И так по очереди. Наиболее мне не нравились те дни, когда нужно было работать по дому, и когда Мехмед-ага был дома. Как я поняла ,он торговец, продает на рынке украшения. И да, оказалось, что сейчас тысяча пятьсот сорок четвертый год, я в Османской Империи, а точнее на землях санджака Манисы. Если я не ошибаюсь, то сейчас правит Султан Сулейман, его хасеки – Хюррем Султан. Есть еще шехзаде Мустафа, Селим, Баязид и Джихангир. А так же Михримах Султан. И именно Селим сейчас правит здесь. Но все это слишком далеко для меня. Я живу в доме, на окраине леса.
– Кадэр, – ко мне подошла Ясемин, что как раз дежурила на кухне, и протянула поднос с тарелками лукума, стаканом и кувшином, почти доверху заполненным шербетом, – Отнеси в кабинет Мехмеда-аги, – я дрожащими руками взяла этот поднос. По правде говоря, этот человек пугал меня. Он вел себя странно, пытался ко мне прикоснуться, смотрел так, словно сейчас набросится. Этот человек был страшен мне. Он нормально себя вел лишь с Балой хатун. Ясемин подошла со мной к двери в кабинет Мехмеда-аги и остановилась там. Мы все его побаивались. Собравшись с силами, Ясемин постучала в дверь, на что ответом было:
– Входи! – я так посмотрела на подругу, что мне хотелось попросить у нее поменяться местами, но она открыла мне дверь. Когда я вошла внутрь, она же ее и закрыла.
– Ваш лукум и щербет, – поклонилась я.
– Поставь сюда, – он указал на место, освободившееся на столе. Каждый вечер он
закрывался в своем кабинете, пил шербет, ел лукум и считал заработанные за день деньги. Прибыль у него была неплоха, как я уже заметила, но во все времена были жмоты. Как и он.
– Кадэр,– мужчина встал с стула и обойдя стол, подошел ко мне. – Как тебе у нас? Нравится? – он убрал локон, что постоянно настырно вылезал из моих собранных волос.
– Нравится. Вы и Бала хатун очень добры к нам, – женщина объяснила, что нужно просто отвечать склонив голову, чтобы не нарываться. Как мне были противны его касания по моей щеке.
– А ты знаешь...– мужчина взял меня своими крепкими и старыми руками за оба предплечья и резким движением, повернул меня лицом к столу и наклонил. Не нужно быть гением, чтобы понять, что он хочет сделать, – Как нужно отблагодарить? – Мехмед-ага пытался поднять подол моего платья.
– Убери свои руки!!! – я пыталась бороться, но он прижал меня к столу обеими руками. Он был так близко ко мне, что даже через юбку и штаны можно было почувствовать его... желание, – Не трогай меня!!! – я дотянулась рукой к тарелке с лукумом и ,схватив ее правой ногой со всей силы, ударила его по коленям мужчины. Он отошел немного, ослабив свою звериную хватку.
Повернувшись, я со всей силы заехала ему в висок. Удар был не сильным, он не потерял сознание, но в итоге ударил меня по щеке. Его удар был таким сильным, что я, чуть присев, наступила на подол своего платья и упала. Он подошел ко мне и, крепко взяв за пучок моих волос, потянул назад, а второй рукой сжал уголки моих губ.
– Да как ты смеешь. – его взгляд был диким, как у зверя. Он снова замахнулся, и я ,уже готовясь к боли, закрыла глаза, но его оставила Бала хатун.
– Ага, прошу, не надо! – женщина упала на колени возле меня, держась руками за руку мужа,– Она юна и глупа. Я ей все расскажу. Научу. Помилуй, – после мольбы женщины он таки меня отпустил.
– Учи их лучше, женщина.
– Конечно,– Бала хатун встала с пола и помогла встать мне. Она забрала меня из комнаты.
– И приведи сюда кого-то, пусть приберет.
– Сейчас.
Я сидела на своей кровати, пока женщина обрабатывала мне порез на щеке от кольца. Да, у меня был парень. И не один. Но серьезные отношения только с Димой. И я уже собиралась… как там говорится? Стать только его в Новогоднюю ночь, но этот мудак бросил меня. И как же вовремя. Если бы как раз после этого, то мне было бы намного хуже.
– Бедная.
– Бала хатун, почему Вы живете с ним? Он ведь зверь, а не человек.
– Тихо, ты. Не зверь он.
– Он меня только что силой хотел взять.
– Не волнуйся. Это не повторится больше. Я тебя в обиду не дам.
– Но как можно быть уверенным в этом? А вдруг он и на Вас руку поднимет.
– Мехмед здоровый мужчина. У нас было трое детей, но оспа забрала сыновей, оставив лишь дочь. После их смерти мой муж больше не смог смотреть на меня… как на женщину. Он уважает меня и никогда не навредит.
– А мы? Я, Ясемин, Периде?
– Он здоровый мужчина, который хочет сына. Он не навредит вам, ему лишь нужно…
– Все ясно, – я убрала руку женщины, – С этим нужно что-то делать.
– Вы с этим ничего не сделаете.
POV Автор.
«Санджак Маниса»
– Селим, – Нурбану, поправляла кафтан на шехзаде, – Нужно ли ехать на охоту именно сейчас? У меня душа не на месте.
– Да что ты, – он положил свои руки на руки женщины, – я вернусь через несколько дней. Ничего не случится, – он наклонил голову и поцеловал Нурбану в лоб, – Я хочу напоследок навестить Мурада и дочерей.
– Эсмахан, Шах и Гевгерхан тебя почти не видели.
– Ничего. По возвращению я буду проводить с вами все свободное время, – шехзаде вышел из покоев, а женщина поклонилась ему.
– Джанфеда, – к ней подошла калфа, – У меня душа не на месте. Боюсь, как бы беды никакой не случилось, во время отсутствия шехзаде.
– Не волнуйтесь. Что может случиться?
POV Вика.
Среди ночи я проснулась от того, что мне приснился страшный сон. Мне снова казалось, что холодные сморщенные руки касаются моих щиколоток. Я словно опять пережила тот ужас. В горле все пересохло. Ял встала с кровати и заметила, что постель Периде пустая. Я удивилась, но мало ли, может ей тоже нужно. Направляясь на кухню, я услышала странные звуки доносящиеся с того же кабинета. Прислушавшись, стало ясно, что этими звуками были стоны. Случилось то, чего я боялась.
– Что ты делаешь? – спросила Бала-хатун, что вышла из кухни.
– Там… – я указала на кабинет. После чего прозвучал последний стон вперемешку с писком. – Периде?
– Возвращайся в свою комнату. Бегом, – женщина завела меня обратно в комнату и закрыла дверь. Я села на свою кровать и просидела так около пяти минут. Мысли были лишь об одном – надо бежать. Всем нам. Услышав шаги за дверью, я быстро залезла под одеяло и сделала вид, что сплю. Бала-хатун привела Периде и посадила ее на кровать.
– Молчи,– шепотом сказала женщина, – Дай Аллах забеременеешь и сына родишь. Тогда все кончится.
Она ушла, а Периде залезла под одеяло и начала плакать.
– Периде, – я понимала, что помочь ей не могу, но хотя бы успокою,– Периде.
– Не трогай меня. Это все из-за тебя. Ты даже не представляешь, что он со мной только-то делал.
– Я? При чем тут я?
– Если бы ты сегодня не отказала ему, он бы меня не тронул.
– Тронул. Рано или поздно, но и к тебе, и к Ясемин добрался бы он. Я виновата, да. Но этот зверь не остановится, – я подошла к Ясемин и разбудила ее,– Нам нужно бежать. Завтра, он на целый день уезжает на рынок. Может у дочери останется с ночевкой. Это наш шанс.
– Не выйдет. Куда нам бежать? – спросила Ясемин.
– Куда угодно. Хуже чем здесь, быть не может. Решено? Убежим?
– Я согласна,– сказала Ясемин.
– Посмотрим, – ответила Периде и снова повернулась ко мне спиной.
Почти до самого утра я не спала, планируя побег из этого ада. Но все же сон победил меня.
– Кадэр. Кадэр, – меня разбудила Ясемин.
– Что такое?
– Периде снова нет. Когда она встала я это услышала и проснулась. Она сказала, что пить захотела, но уже полчаса нет ее,– я села, пытаясь быстрее проснуться. – Ты проверяла?
– Нет, мне страшно.
Я встав на ноги и взяв в руку подсвечник, направилась на поиски Периде. Подруга пошла со мной. Мы проверили кабинет. Там был разгром, но девушки не было. Потом мы решили зайти на кухню. Лучше бы мы сделали это раньше.
– А-а-а-а!!! – увиденная картина напугала меня. Упустив подсвечник, я сжала руки в кулаки, приложив их к груди. Ясемин же в истерике упала на колени.
– Периде!!! – я не смогла сдержаться, увидев, что подруга висела на кухне с затянутой веревкой на шее.
====== Выжить после боли. ======
POV Вика.
Моя бабушка всегда говорила, что если идет сильный дождь, значит, небеса плачут, потеряв чистую и невинную душу. Только сейчас я поняла ,насколько, эти слова правдивы. Мы стояли под сильным, но теплым дождем возле свежей могилы. Там даже не было надгробной плиты, ничего, просто насыпь свежей земли. Мехмед-ага отправился на рынок вместе со своими работниками, оставив лишь Касыма-агу нас охранять. Бала-хатун же, как ни в чем не бывало, сидела в своей комнате и вышивала. Ага стоял в нескольких метрах от нас. Я видела, что Ясемин хочет мне что-то сказать.
– Не сейчас,– остановила я ее, как только та открыла рот,-Пойдем, нужно переодеться и приступать к делам,– мы развернулись от могилы и отправились в дом. Ага, не отставая, шел за нами до самого порога. Только зайдя в свою комнату, мы смогли поговорить.
– Кадэр, я согласна, – шепотом сказала девушка,– Давай сбежим. Я боюсь.
– Сбежим обязательно. Я сегодня на кухне дежурю, насобираю немного еды в путь. Неизвестно, сколько пройдет времени.
– А мне что? Что делать?
– Когда будешь убирать, возьми ключ от кабинета Мехмеда-аги, что лежит в вазе на окне их комнаты.
– Зачем?
– Он закрывает кабинет, но не закрывает сундук. Возьми несколько мешочков золота и принеси сюда. Я найду куда их спрятать. Когда он кинется пропаже, нас здесь уже не будет. Сбежим.
– Ты ведь меня не оставишь?
– Нет. Не оставлю. Вместе сбежим.
– Тогда я все сделаю, – Ясемин крепко обняла меня, – Я пошла.
– Хорошо.Удачи.
На протяжение всего дня я стояла на кухне, готовив завтрак, обед и ужин. Я выпекала их национальные блюда о которых раньше даже не слышала. Тем временем, я взяла небольшой мешочек, в который откладывая то хлеб, то немного мяса, яблоки, булочки. Этого должно было хватить на несколько дней пути, а там мы что-нибудь придумаем.
– Все, – на кухню зашла Бала хатун,– Хватит. Вечер наступил. Иди спать.
– Я еще не убралась. Вот уберу свое место, тогда и пойду.
– Не задерживайся только. Ясемин уже в комнате, – женщина развернулась, чтобы уйти, но я остановила ее.
– Бала-хатун! – она повернулась. – А Мехмед-ага сегодня вернется?
– Нет. Сказал, что у дочки останется ночевать. Не бойся. Можешь спать спокойно,– женщина улыбнулась мне и ушла. Еще немного побыв на кухне, я зашла в свою комнату. Ясемин лежала под одеялом.
– Ясемин,– прошептала я. – Спишь?
– Нет. – так же шепотом ответила она, открывая глаза. – Я готова. Когда уйдем?
– Немного подождем. Пусть все уснут. А пока свяжем простыни.
– Зачем?
– Ты же не думала, что через дверь пойдем? Там Касым-ага стоит, поймает нас еще.
– Так что же делать?
– Через окно полезем,– я закрыла дверь в нашу комнату на замок. – Иначе никак.
– Я боюсь.
– Забудь о страхе, подумай о жизни.
Мы стянули все простыни, что у нас были. Нам хватило троих. Один конец я привязала к кровати, а второй, открыв окно и проверив, что никого нет, спустила на улицу.
– Я полезу первая,– мы поделили между собой по мешочку еды и по два мешочка с золотом каждой. Оказавшись на сырой земле, я словно вдохнула свободу, но, к сожалению, тревога не отступала. Стоя снизу, я ждала, пока Ясемин слезет. Она делала это очень медленно, явно боясь всего происходящего.
– Ну, же, – мое терпение было на исходе,– Быстрее, – наконец-то девушка тоже оказалась на земле, возле меня, – Побежали,– приподняв подолы наших платьев, мы начали бежать.
Непроглядные рощи, ветки деревьев и кустов то и дело, что цеплялись за наши платья, волосы, царапали лица и руки. Благо, что дождя не было, но болото таки осталось. В этой темноте я даже не заметила, как мы вышли на дорогу. Теперь луна освещала нам путь.
– Кадэр!!! – Ясемин позвала меня где-то сзади. Повернувшись, я увидела, что она попала то ли в болото, то ли в сыпучие пески (я же не знаю, что у них есть или нет), но она застряла там по самые колени. На миг, я даже подумала о том, чтобы оставить ее там, но нет. Передумала, – Помоги!!!
– Сейчас! – я подбежала к девушке и, взяв ее за руки начала тянуть на себя, пытаясь вытащить. Но тщетно все, не получалось. Она соскальзывала.
– Вам помочь? – этот голос. Этот голос за спиной был знаком. Он пугал меня еще более пугал взгляд Ясемин, – И куда же вы собрались,– я отпустив подругу, резко повернулась к мужчине. Почему? Почему нам так не везет.
POV
Автор.
– Бросьте их в подвал! – приказал Мехмед-ага, после того, как он вместе с слугами поймали беглянок и вернули в дом,– Я разберусь с ними позже.
– Прошу, не надо!!! – в слезах, в истерике кричала Ясемин. Кадэр же понимала, что их ждут большие проблемы. Девушек бросили в холодный сырой подвал где их соседями были крысы и жуки.
Они просидели там почти неподвижно, молча несколько часов, пока не увидели сквозь маленькую щель наверху свет. Взошло солнце, а значит муки их близки. В дверном замке потемнела щель. Солнечные лучи больше не пробивались внутрь, а значит, в нем ключ. Щелчок, и дверь открылась. Глаза девушек уже настолько привыкли к темноте, что большое количество света просто ослепляло их. Пока Ясемин и Кадэр закрыли глаза, аги вошли в подвал и ,грубо взяв их за предплечья, потащили к выходу, не давая тем даже на ноги встать.
Оказавшись на улице, и вдохнув свежий воздух их глаза начали привыкать к этому едкому свету.
– И так,– голос хозяина дома звучал очень громко, – Вы посмели не просто сбежать из моего дома, но прихватить с собой мои деньги,– он говорил на удивление спокойно, – Кто это сделал!!!? – его резкий крик испугал беглянок. Но в ответ он не услышал ничего, – Кто из вас подстрекает?! – снова тишина.
– Что же, – он подошел к Ясемин и взяв за волосы, потянул их назад, делая девушке больно, – Тогда накажу обеих. Обе получите за то, что не умеете ценить добро.
– Добро? – возмутилась Кадэр. – Добром разве можно назвать насилие? Разве Вас можно назвать добрым человеком?
– Так ты такая смелая, – он бросил Ясемин назад и начал медленно подходить к другой – Наверняка это именно ты подговорила эту несчастную бежать.
– Я. Я и что? – он взял Кадэр за горло и начал сильно сжимать.
– Люблю дерзких и их укрощение,– отпустив девушку, ага кивнул своим слугам и те потащили ее к столбу, который все это время будоражил мысли служанок, которые лишь могли догадываться для чего он там стоит. Аги привязали руки Кадер так, чтобы та не могла от усталости стать на колени.
Мехмед-ага подошел к Ясемин и подняв ее на ноги, указал на подругу.
– Смотри, она получит то, что заслужила. И получит это вдвойне, за вас обеих,– он отойдя от Ясемин, достал кинжал с драгоценными камнями и, проведя им по спине привязанной рабыни, одним движением, порезал платье, оголив спину Виктории. За всем этим из окна наблюдала Бала-хатун, – Жаль такую нежную спинку,– мужчина провел своими потными, теплыми пальцами по спине, от чего Вике было еще более неприятно. Но точкой кипения, от которой хотелось просто сквозь землю провалиться стали его прикосновения, что плавно меняли свое место, двигаясь в сторону ее груди. Но, слава Богу, мужчина остановился. Касым-ага протянул господину плеть.
– Прошу, не надо, – Ясемин упала на колени, моля не делать того, что он задумал.
– Нет. После этого, она станет покладистей,– взмах черной кожаной плетью, и ее конец уже рассекает воздух, а с ним и спину Кадэр.
– А!!! – от боли девушка отбросила голову назад. Снова удар, – А!!! – ее голос стал тоньше и громче. Снова удар. И снова, и снова,– на ее спине уже виднелось шесть кровавых ран, что словно порезы от когтей дикого зверя, протягивались через всю спину.
– Моли, чтобы я простил тебя,– на миг перестав бить девушку, с жаждой власти произнес Мехмед-ага.
– Иди глубоко и надолго, – сейчас гордость Кадэр сыграла не в ее пользу,– А!!! – даже аги, что видели в этом доме разное, не могли спокойно наблюдать за происходящим.
Особенно, отворачиваясь, чувствовал свою вину Юсуф-ага. Парень уже давненько имел чувства к этой девушке, но боялся с ней даже заговорить.
Остановив свои истязания, Мехмед-ага отдал плеть обратно Касыму, а сам, обойдя столб, подошел к Кадэр.
– Бедная. Больно наверно. – он взял ее щеки одной рукой и крепко сжимая, поднял вверх голову. Вика была бледна, на щеках засохшие слезы, а глаза все еще мокрые и напухшие.
– Снимите ее! – как только Юсуф отвязал Кадэр, та сразу упала ему на руки. Лицо аги было последним, что она увидела перед тем, как потеряла сознание.
POV
Вика. Я снова была дома. Мы праздновали Новый год в кругу семьи. Во главе стола сидел папа и как всегда рассказывал свои анекдоты на новогоднюю тематику. Напротив него сидела мама. Она смеялась над этими шутками, даже если слышала их в десятый раз. По левую сторону от мамы сидела я и пыталась рассмешить братьев, которые набили полные рты еды. Ну, а напротив меня сидели мои «малые» – Саша и Паша. Все было хорошо, пока резкая, обжигающая спину боль, не напомнила, что это всего лишь сон.
– Кадэр. Кадэр,– я открыла глаза, увидев над собой в потемках ночи расплывчатые очертания Юсуфа,– Проснись, проснись.
– Что..?
– Я помогу тебе бежать. Ты можешь встать? – он подал мне руку за которую я вцепилась, словно в последний шанс выжить. – Давай,– я с трудом и сильной болью встала с сена.
– Где я?
– В подвале. Бала-хатун нанесла мазь на твои раны и переодела. Тебя снова бросили сюда. Бидан-ага поможет нам, – я встала на ноги, склонившись на агу. – Пойдем, – он вывел меня из подвала.
– Я не пойду без Ясемин,– говорить мне было трудно. Без нее не пойду.
– Я и ей хотел помочь. Но Ясемин не захотела. Отказалась. Боится. Она сказала, что не пойдет.
– Не верю. Она хотела сбежать.
– Сначала ты. Потом за ней вернусь,– он тихо вывел меня за дом, где нас уже ждал Бидан-ага, держа в руках поводья лошади, Они помогли мне сесть, и Юсуф разместился за мной.
– У вас есть час до рассвета. Я не смогу его остановить.
– Спасибо, – сказала я.
– Езжайте.
Мы двинулись с места, лошадь ехала не сильно быстро, ведь от этой тряски, боль в спине было просто адской. Мазь эта может и помогла, но всю боль, конечно, не убрала. Мы доехали до небольшой поляны, и решили немного остановиться. Боль становилась все сильнее и сильнее.
– Куда мы едем? – спросила я, садясь на мягкую траву.
– У меня в соседней провинции есть семья. Поживем немного там, а потом и свой дом построим.
– Почему ты помогаешь мне? Подставляешь свою жизнь опасности.
– Разве ответ не очевиден? – он взглянул на меня и улыбнулся.
– А тебе разве разрешено? Ну… ты разве не…? – я намекала на то, что мы думали, что они евнухи.
– Нет. Я же не во дворце служу. И не у паши.
– А… прости.
Конь громко заржал, становясь на задние ноги, после чего прямо так и упал на землю. У него в теле был нож.
– Нашли,– Юсуф бросил хворост, который собирал и подбежав ко мне, помог встать, – Бежим.
– Я не могу, мне тяжело. Убегай,– в этот момент я вспомнила старые фильмы типо: «бросай меня, спасайся сам», но на этот раз эти слова не были пустыми.
–Тебя я не оставлю.
Мы пробежали очень короткий путь, пока в один момент, стрела не попала в спину Юсуфа. Повернувшись к нему, я увидела, его большие глаза наполнены болью. Он упал на пол, а я вместе с ним. Мне тяжело теперь сдерживать слезы. Он тоже пострадал. Из-за меня, пострадал и Юсуф.
– Беги. – это были его последние слова. Парень закрыл глаза и отпустил мою руку.
Я увидела, как в мою сторону едет Мехмед-ага на лошади, а за ним Касым и Бидан. Они ехали верхом, держа в руках луки. Я не могу понять, почему он просто не отпустит меня. Я встала с земли и начала бежать. Сквозь боль, сквозь слезы, сквозь страх. И вот последнее препятствие – обрыв. Обрыв внизу которого река.
POV Селим.
– Ахмед, – обратился я к сокольничему,– Давай сделаем небольшую остановку. Очень жарко, хочу искупаться.
– Как скажете, шехзаде.
Мы подъехали на лошадях к ровному берегу, возле озера. Пока стражники и слуги готовили палатку для остановки, я решил освежиться немного.
– А ты не хочешь? – спросил я у Ахмеда,– Жарко ведь.
– Разве я могу.
– Можешь, – я снял рубашку,– Если я разрешаю, – подошел к воде, чтобы немного умыться, не сразу же прыгать в воду. Резкое изменение температуры тела может плохо повлиять.