сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)
Комната наполняется вздохами и еле различимыми мычаниями от накативших точек кипения и так продолжается до самого утра. Грех, который не искупить за что такие грешники, постигая рай на земле — попадают в ад.
Утро для обоих наступает с того, что Мадара лёжа напротив Грейс, едва ли она прикрыта одеялом на узкой кровати практически вплотную рядом с ним согревается только его теплом, а ещё солнцем, которое проникает, казалось, через плотно зашторенные окна. И он вспоминает, что у него ещё есть дела. И придётся её оставить на какое-то время одну.
Его девочка хмурится да теперь она его. Учихе нравится это осознание. На сердце растекается бальзам, что излечивает его от старых ран и воспоминаний, что уносит его во что-то прекрасное и далекое отсюда.
— Хм, ты проснулся? — Заспанным голосом и всё ещё уставшим, потому что свою секс-презентацию они закончили пару часов назад. Оба отключившись до первых лучей солнца.
— Ты светишь ярче солнца, как тут уснуть.
— Ха, ничего себе. Комплименты уровня отношения для чайников.
— Дай, мне побыть хоть немного сентиментальным, это правда так.
— А, я могу сказать, что ты меня уморил, сколько же в тебе сил в твоём то возрасте. — Двигается она к нему обнимая его за руку, а другая поглаживает её по голове. Это расслабляет и из-за этого снова тянет на сон. А у них есть дела, а времени не так и много. Мадаре нужно быть через пару часов на встрече, а Грейс лучше тоже пораньше встать, но чувствует Учиха у неё этого не получится и правда кувыркались они как-то очень безудержно.
— Это же хорошо, расслабляться надо уметь в любом возрасте. — В довольной полуулыбке расходится Мадара откидываясь на подушку, ложась ровно все ещё не прекращая поглаживать Грейс по голове. Если он так сейчас пошутил, то не смешно у Коррадо мало того, что нет сил так и тело всё болит из-за многочисленных следов этого чудовища.
Он помнит про их планы, как и про то, что это скоро все закончится. Они сами закончатся друг у друга.
— Хорошо ты прав. — Соглашается еле слышно Коррадо и проваливается снова в сон, прижимаясь к плечу и телу мужчины так близко будто это правильно и все между ними без отвратительной морали — идеально.
Мадара прикрыв глаза понимается, что ему то как раз не до сна.
Первое от чего просыпается Грейс от приятного запаха еды, что гуляет по всему номеру. Она разлепляет глаза наверняка у неё вся щека смята и выглядит она сейчас нисколько не соблазнительно, как в типичных мелодрамах, когда девушка просыпается с идеальной укладкой или сама мисс невинность. Не эта девушка всем своим недовольным видом демонстрирует, то, как не любит утро, пускай и позднее. Хотя за скромным номером уже перевалило за двенадцать часов дня.
— После встречи, сходил до ближайшей забегаловки они там делают свою пиццу, взял тебе свою, съел, мне понравилось. Ну из напитков купил минералку без газов, но охлажденную. Так что давай в душ, ешь и поедем куда ты там хотел.
Мадара говорит так будто это она не с ним всю ночь любовью занималась, а он не изменял своей жене, не она придавала многолетнюю дружбу со Скай. Но да мужчина прав, она должна была собраться ещё до его приезда, хорошо, что они никуда не опаздывают.
— Ладно, хорошо. — Зевая и с большой неохотой девушка, если можно, будто бы стекает с кровати вся обмотанная в простыню. Нет она не стесняется, но расхаживать просто голой это не самое любимое занятие. В кровати под одеялом после душа или во время секса, пожалуйста, но просто так ходить по дому или ещё где-то это дезертирство. Её не так воспитали, впрочем, в воспитании не было и того, что спать с чужими мужьями это нормально. Но Грейс выбрала одну из зол.
— Иди-иди. — Усмехнувшись причитал Учиха, наблюдавший как она чуть не споткнулась о простыню.
После принятия душа и того, как Коррадо перекусила при чем вышло весьма плотно. Покинув номер мотеля девушка заглянула ещё продуктовый в надежде отыскать чего-то сладкого купила печенье, закусила ещё ими вверяя мужчину тем что без сладкого её и без того несильные нейроны не заработают. На этот раз в салоне корвета стояла тишина. Муж Ноны отчетливо помнил, о чем его попросила подруга его падчерицы вчера, с которой он провёл целую ночь и не выпускал её просьбы из головы. Как тот самый благоверный муж, что пошёл бы на край света по просьбе своей жены. Но тут была другая ситуация, более изощренная и непонятная для обоих.
— Мы практически уже прибыли к месту назначения, но пока ещё едем, спрошу: как спалось? Все нормально?
О чем это он? Боится, что перетрахал?
— Да. — Смазано и через «не хочу» был произнесён данный ответ.
Нет, что-то подсказывало Мадара не законченной извращенец, он заприметил её недовольное состояние ещё рано днём. Сейчас он видел её состояние, она уже не выражало такого негатива и после этого, как Грейс пришла в себя, они поехали.
— Послушай я…
— Да поняла я, что выгляжу так себе. Готова сорваться или же сижу надумываю чего плохого о тебе или вообще ещё чего похуже. Ты беспокоишься вижу, давай я расскажу тебе, как схожу к бабушке на могилу в начале там выговорюсь, а к тебе приду надеюсь уже с чистой головой. Спасибо. — Кротко пояснила она.
Сколько ей потребовалось, чтобы понять его? Учиха поражён, в приятном смысле, такого не было с ним давно. Когда, у него как у молодого парня дух захватывает от человека, сидевшего сейчас рядом с ним, что она может продемонстрировать такие качества.
Мужчина только своим умиротворительным и понимающим видом показал, что понял и они как раз подъехали к кладбищу. Грейс знала куда надо идти, и чтобы не терять время решила отправиться навестить могилу бабушки.
— Я постараюсь недолго, хорошо? Подождёшь?
— Конечно, не оставлю я же тебя одну здесь.
— Спасибо. Тут красиво очень много плачущий ивы, и хвойные деревья очень высокие, как в лесу. Поэтому это конечно не лучшее место для прогулок, но все же ты можешь осмотреться. Тут есть очень красивые памятники и даже семейные склепы. Но, а мне вон туда. — Девушка показывает через Учиху куда-то в район большой берёзы, удивительно из всего разнообразия деревьев она тут стоит одна. Такая же величественная и красивая, но совсем чужая. Коррадо говорила, что её бабушка похоронена отдельно от семьи, да и ещё в другом штате. Какое-то удивительное совпадение. Но, возможно, стоит и правда оглядеться может это не одно такое дерево.
— Хорошо, я не тороплю. Только будь осторожна, взяла телефон?
Девушка вертит смартфоном в руке. Мило, если он правда о ней волнуется, как о той, кто ему нравится.
— Я пошла.
Грейс выпрыгивает из машины уже чувствуя себя немного получше психологически. Направляясь, к могиле бабушки, где проведёт более часа и поведает о том, что сейчас происходит в её жизни. О чем она жалеет больше всего и о чем не жалеет вовсе. Этот диалог останется между ней и её давно похороненной родственницей. Вроде бы говорят без толку разговаривать с плиткой, но Коррадо бы поспорила. Сегодня ей стало легче намного легче. Теперь можно двигаться дальше сожаления остались позади, точнее какая-то их иллюзия. Наконец она осознала, что стала жить для себя и только для себя. Лицемерно может быть, зато правдиво по отношению к самой себе.
Мадара стоял, облокотившись на капот корвета запрокинув голову к небу, кажется, над ним была раскидистая яблоня, что отцвела. Его мысли посещали тонна сожаления: то он творит, что они оба творят? Может здесь сегодня на кладбище он фантомно похоронит свои прошлые предубеждения. И что-то для себя лично сможет решить? Ха. Верилось в это с трудом. Так бы точно сказал его брат. Брат которого нет. Брат с которым всегда было легче и проще. Потому что он был таким… Каким Мадаре никогда не стать. И никто не в силах остановить что сейчас с ним происходит, и что будет дальше. Учиха рассчитывал только на то, что сегодня проведёт очередной день с Грейс Коррадо в дали ото всех проблем в дали от его семейных обязательств и клятв.
— Чего задумался? — Спросила внезапно откуда не возьмись подошедшая девушка.
Мужчина поначалу опешил, зачем так подкрадываться? Но потом осознал, что удивляться нечего кругом земля и трава, а она стоит перед ним, и с облегчением в глазах интересуется. Да, это точно облегчение, ради которого она сюда и приехала.
— Да, так. Странное это ощущение покоя на душе, которое испытываешь, находясь на кладбище. Вроде жив, а вроде и нет. Как невесомость в космосе, я никогда там не был. Но судя по описаниям я явно ощущаю себя именно так. Как между миров. — Все ещё сложа руки на груди смотрит на неё, не разрывая их взглядов.
— Согласна. — Встает она рядом с ним прислоняясь к капоту автомобиля.
— Ну как навестила родственницу?
— Да. — Выдыхает Грейс.
— А, глаза красные, можешь не говорить ничего. Вижу, тебе Коррадо стало легче. — Так непривычно слышать от него свою фамилию будто бы теперь это по-настоящему означает, она свой человек. Которого он неизвестно за что уважает.
— Ага, я при жизни редко виделась с ней. — Даёт короткий комментарий девушка.
Раз начался момент откровений Мадара решается спросить дальше.
— Прочему? Из-за того, что она жила здесь в Айдахо?
— Нет. Отец мне не разрешал с ней общаться, у них были разные взгляды на все включая и моё воспитание. Он говорил, что бабушка деревенщина. Ничего не смыслит в жизни, возможно он имел право таить обиду на неё, он что рос в бедности и с отцом алкашом. Но дело не в этом. Я была тоже на неё зла. Отец хорошо мне тогда привил нелюбовь к рабочему стаду, у которого нет чувства собственного «я». И я тоже считала бабушку не знаю какой… недостойной моего общения. Она казалась мне такой простушкой. Её глаза были такими добрыми, она никогда не кричала на меня, когда должна была злиться. Знаю, что мама бы точно отругала или другая бабушка с дедушкой, но не она. Бабушка по линии отца всегда мне покупала самый дешевый шоколад, когда мы навещали её и я оставалась, это было редко, но бывало. И меня дико бесило, что я должна этим угощаться. Когда другая моя бабушка кормила меня более дорогим шоколадом, и мне он нравился больше. Там ещё упаковка была такая разноцветная смешная. Хах. И я устраивала по этому поводу драмы. А повзрослев поняла, что это мой самый любимый шоколад. Как бы это не преувеличенно и слащаво не звучало. — Голос девушки дрожит, мужчина понимает почему, знает как эта любовь недопониманий ломает после смерти близкого человека, когда так много было несказанно тогда. — Я перед ней очень виновата. Я её практически не знала. А она из всей моей чокнутой псевдо-правильной семейки была самым светлым, но несчастным человеком. Ей не повезло в молодости получить хорошее образование, её рано выдали замуж она родила моего отца. Но так не пожила для себя. И внучка оказалась той ещё гадиной. Может потому видя романы с тобой Мадара, это обо мне и говорит я плохой человек. Пока что только так я могу с ней видеться. Очень хочу с её встретить там, когда умру не важно, что будет за той параллелью. Хочу, чтобы она там была. И может тогда обрету человеческий покой. Может она научит меня быть хорошим человеком обрести ту мораль, которую я потеряла. В семье, которая, казалось бы, хотела врасти во мне её. — Смотрит она в пустоту кладбища одиноких плит и давно иссохших букетов близких, что их сюда приносят.
— Большая часть родителей на этой планете ломает своим собственным отпрыскам жизнь. Я не пытаюсь сказать, что ты не одна и чего жалеть. Просто мы такой вот социальный продукт их продолжения. Я более чем уверен твоя бабушка была лучше их, и знала тебя настоящую. И, да, не думай так рано, что хочешь с ней увидеться скорей. Посмотри на мир вокруг с тобой стоит человек, который тоже портачит. — Легонько толкнул Учиха, чтобы приободрить рядом стоящую девушку.
— Спасибо тебе, отчим моей подруги, Скай. — Сейчас их общение и правда больше похоже, как на отчима её близкой подруги, которую он любезно решил свозить на кладбище бабушки.
— Я тоже потерял близкого человека. Его доверие. Однажды я не поддержал брата перед нашим отцом. Да, у меня был брат. — Будто сам себе внушает Мадара. Кажется, и правда брат у него был так давно в жизни, что сейчас спустя время ощущение, что будто его и не было.
— У тебя был родной брат? — тут же оживляется Грейс.
— Да. И, он погиб.
— Как? Если, не хочешь, не рассказывай.
— Расскажу. Сразу сделаю ремарку Нона, знает, что он умер сложно объяснить, но с ней всегда кажется так сложно об этом начать говорить, но эта рана не перестаёт ныть. Вот почему сейчас я чувствую лёгкость рядом с тобой и хочу выговориться. Его звали Изуна, красивый, подающий перспективы моей семьи юноша. Только идущий не по правилам сложившиеся по канонам нашей семьи, а можно сказать и клану из века в век. Он должен был поступить в Гарвард, наш отец договорился об этом ещё до того, как он закончил старшую школу. Он был разносторонним человеком, успевал отлично учиться и быть в центре внимания молодежи. В общем всё у него шло как по маслу. Вот только юристом он становится не хотел. Ему всегда нравились животные. И о его давней мечте стать ветеринаром, я знал, а наш отец нет. И, когда пришло время определяться с будущим, он, сжигая все мосты с отцом, ставит крест не только на Гарварде, а вообще заявляет, что поедет в годовой тур с друзьями, после окончания школы. И будет готовиться поступать Йель {?}[Частный исследовательский университет США] на медицинский. Тоже престижно, но для отца это как сменить работу в адвокатуре на ларёк. В общем я был последней надеждой отца, да и на брата тоже горячился, что он так поступает. Юношеский максимализм и все его производные, тогда я думал так. И наговорил ему кучу всякой бредятины. И мы рассорились. Он все же уехал с друзьями в тур по миру, в путешествие. А мы остались без него навсегда. Когда нам позвонили его близкие друзья из Швейцарии и сообщили, что в него врезался лыжник и его не смогли спасти. А мы не могли наказать этого человека, потому что виноват был мой брат, он выехал на запрещённую трассу. И это произошло. Осталось так много недосказанного, между нами. А ведь я его так хотел потом поддержать, говорил об этом с отцом после его отъезда.
— Мадара… Сказать, что мне жаль ничего не сказать. Понимаю тебя. Просто понимаю. — Она берет его за руку, Учиха в ответ аккуратно зажимает.
Он замечает сколько браслетов на её руке. Всё больше понимая какая, она для него странная. Слишком другая из всех, что ему доводилось встречать.
— Да я не напрашивался на пожалейки. — С едва заметной ухмылкой резюмирует он, и обнимает её, утыкаясь губами в её макушку, в ответ она обвивает руками мужской торс.
— Ладно, поехали в наш уютный мотель. Хочу, снова как вчера.
Да Мадара тоже этого хочет. Хочет Грейс без зазрения совести. Это ведь правильно? Проводить время с тем человеком, который с тобой как одно целое, и не только физически, но и мысленно считай, что они жизненно необходимые люди, друг для друга повстречавшие друг друга не в самые лучшие для обоих времена.
— Поехали.
Комнаты наполненная глубокими и порой отчётливыми вздохами вперемешку со стонами можно легко услышать через стены уютного столь небольшого номера мотеля где-то на отшибе Айдахо. Там, где оба странника жизни, что казалось нашли своё предназначения лёжа в одной постели. Занимаясь долго нерасторопно любовью переходя все в более страстные тона.
Мадаре нравилось быть сверху видеть её лицо полузакрытые глаза, о том, как она сжималась не только вокруг него, когда он был внутри и её лицо менялось от неистового наслаждения предвосхищая развязку, а потом снова по новой. Учихе нравилось больше, то, как она двигалась бёдрами ему навстречу сжимала его по бокам обвивая его своими ногами. Шепча еле разборчиво ему на ухо, когда он опускался для очередного сладкого поцелуя, чтобы бы он не останавливался. Продолжал снова и снова до самого утра. Потому что с восходом солнца танцы закончатся настанет их реальность, в ночи которой они от неё стремительно убегают. Прячась в надежде потускнелых фонарей, что никак теперь не освещают путь только звезды, луна и их обнаженные тела.
— Перевернись на живот, обопрись на локти, по-моему, так мы ещё не пробовали.
Попросил он Грейс, пока она все ещё не помогла отойти от долгожданной и такой долгой разрядки. Как уже он хочет по новой. Этот мужчина страстный, красивый по которому хоть учебник по анатомии пиши. Заставляет одним своим восторженным видом тянуться к нему все больше.
— Хорошо, — как в пьяном угаре еле улыбаясь постанывает она и ягодницами упирается ему прямо в пах.
Хочется думать обойдётся без сюрпризов на тот случай если он захочет отодрать её в зад. Она не готова и что ещё главнее она не любительская такого секса.
