Текст книги "Я тебя люблю, и я тебя тоже нет"

Автор книги: Соня Адлер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

АНЯ…

если ты меня в игнор ну не делай этого, пожалуйста вот как хочешь к этому отнесись – главное, пойми, что я все откровенно говорю – мне очень трудно будет сейчас жить, если ты меня кинешь

Да я ж понимаю – ну чего это ты должна? Ты ничего мне не должна! ((((но плакать опять хочется… не оставляй, аня!!!! Вот увидишь! НУ МОЖЕТ ПРАВДА – ЭТО ТЫ МНЕ ПОМОЖЕШЬ, НУ ПОЖАЛУЙСТА!!!!!!!!

Да зачем это тебе сдалось?? ? Я и мои дурости??? Да? У тебя своя жизнь АНЯ! я бы для тебя все сделала, все, что смогла бы! Не за что-то! Просто так! Потому что ты – человек! Я сейчас ничего не могу тебе дать, в смысле помочь, наверное… но если я вы карабкаюсь из своей пофигистской жизни, если эт можно жизнью назвать, я ВСЕ – для тебя! Тебе это не нужно? (( не отталкивай – это от чистого СЕРДЦА…

АНЯ… АНЯ я принимаю все твои условия…. ВСЕ!

ВСЕ! Только не оставляй мою жизнь без тебя! АНЯ!

Я ждала ответа, как дождя после засухи. Увидев письмо в ящике, я, с благодарностью ей за ответ, загрузила его – но…

From: «anima»<*** @mail. ru>

То: «Ирина к ***» k – ira@mail. ru

ты из той категории людей, которым дай палец – а они всю руку в итоге откусят…. а посему, девочка, не маленькая ты и не беспомощная чтобы в жизни своей разобраться…. при этом не вешаясь ни на кого так что пожалуйста, оставь меня в покое

Мат!

БРЫЗГИ ЧАТА

Я была в отчаянии. Избавить свои мысли от Чуды я не могла – ее образ прочно занял не только мой мозг, но и сердце, и это причиняло невыносимую боль. И дело было не в том, что я потерпела поражение в игре человеческих отношений. Я даже не смогла бы назвать это влюбленностью… или увлечением… Я просто не могла дальше жить без присутствия в моей жизни Чуды.

Из-за безумного погружения в виртуал я даже не заметила, как наступила весна. Приближался день рождения. Мой и ЕЕ. И как же это было нелепо, что меня безоговорочно отшили в самый его канун.

К тому же этот день выпадал на воскресенье, так что никаких надежд использовать его, как робкий шаг к налаживанию хоть каких-то отношений – в выходной день ее не будет в чате, и домашнего телефона у нее нет… А срываться из Кырска в Москву было сейчас не только нереальным, но и бессмысленным.

Я могла только фантазировать, как она там б дет отмечать свою днюху, мне же, похоже, светит встретить этот знаменательный день в гордом одиночестве. Все мои близкие друзья давно уже покинули Кырск, разъехавшись во все части света; родственников и многочисленных случайных приятелей видеть желания никакого не было. Да и Кирку с ее «женой» или без – тоже. А выслушивать настойчивые родительские пожелания счастья в личной жизни и ума в моей бестолковой голове было уж совсем тоскливо.

Словом, за день до дня рождения я даже не представляла, с кем и где я этот самый день проведу.

В субботу с утра я устроила дома небольшую стирку, а потом началась маета.

Мой мозг, заполненный Чудовищем, не желал всасывать ничего иного, а в родительских стенах становилось тесно, и меня выдавило из дома и по тащило по городу.

Я текла по улицам, безвольно ныряя в круговороты гуляющей толпы, и не было тех берегов, куда бы меня прибило…

Я много выкурила, и мне захотелось пить. Только я задалась вопросом, в какой ближайшей забегаловке мне утолить жажду, как поняла, что подводное течение моего сознания вынесло меня пря мо в «бухту» инет-кафе. Хех…

В зале почти никого не было. Я взяла в баре бутылку воды и села за свободный комп.

Ну, и куда будем плыть?.. И загрузила злополучный чат.

Назвала себя «щепкой» и, нажав на вход, встретилась со своим виртуальным отображением на мониторе. В чате не было никого, кроме моего, в печальном одиночестве зависшего, ника.

В реале жизнь прикольнее – вспомнила я письмо Чили. Ну, да… только не у меня… Я принялась нехотя перелистывать другие сайты, время от времени заглядывая в чат – вовсе не из желания встретить очередного виртуального призрака, а просто – по инерции – вроде совершаю какие-то действия, но цели никакой.

В очередной раз раскрыв страницу чата, я вдруг обнаружила, что не одна. На «дереве» списка появился некто Brizgi. И я вспомнила треп с Греком об этом нике. Девушка из Красноярска? Хм… Я быстро прошвырнулась взглядом по немногим присутствующим в кафике. Оглянулась назад. И сразу увидела знакомый сайт на мониторе.

Она сидела ко мне спиной. Худенькая, явно невысокого роста – она показалась мне совсем девочкой… Черный облегающий свитер, джинсы… Короткое светлое каре… Я улыбнулась, обрадовавшись предстоящему небольшому развлечению.

щепка: Brizgi, привет)))

Brizgi: щепка, привет) как дела?)

щепка: Brizgi, какие дела седня – маета одна… а у вас как?)

Brizgi: щепка, да погода неклевая совсем(

Почему-то мне совсем не пришло в голову, что она первая могла засечь меня, и предвкушала розыгрыш на подкинутой ею теме погоды.

щепка: Brizgi, ну пачему – я мне кажется хорошая погода у нас седня)) солнышко светит)))

Brizgi: щепка, солнышко то светит… а я все равно мерзну((

Что-то она… или тормозная какая… не клюет на мои намеки – продолжала не въезжать я.

щепка: Brizgi, ну так нефиг в инете сидеть)))) шли бы на волю – под солнышко))))

Brizgi: щепка, а што это вы меня гоните?)

щепка: Brizgi, не… что вы))) не гоню)… я напротив познакомиться с вами намерена))))

Brizgi: щепка, хм…. а я не против, кста!)

щепка: Brizgi, в виртуале будем знакомиться? *)))) – продолжала неуклюже намекать я

Brizgi: щепка, да как вам удобно))))

Я стала слегка раздражаться от нескладывающейся игры. Надоело!

щепка: Brizgi, нелепо как то в виртуале – когда я – прямо за вашей спиной нахожусь)…. неужели не видете?)

Brizgi: щепка, так мне для этого обернуться надо!)

щепка: Brizgi, так обернитесь)

И мы обернулись.

– Привет! – Улыбнулась я ей.

– Привет! – Ответила она тем же.

Мы обе смутились. Я предложила, кивнув на комп:

– Может, продолжим?

Она в той же смущенности слегка дернула плечами:

– Ну, продолжим!

И мы дружно вернулись фэйсами к своим мониторам.

щепка: Brizgi, мне про тебя один чел из этого чата говорил))

Brizgi: щепка, какой чел?)

щепка: Brizgi, Грек какой-то. я его не знаю совсем…) ты давно в этом чате?)

Brizgi: щепка, да уже год!)

щепка: Brizgi, ого! а я с февраля…. странно что мы с тобой не встречались))) а ты ЧУДО знаешь?..)

Brizgi:>: щепка, ну ник такой помню…. но тесно мы не общались)

Я не понимала пока, что мне надо от этой девочки, но то, что она заполнит мою сегодняшнюю пустоту – это точно!

щепка: Brizgi, понятно… а ты в каком районе кырска обитаешь?) если не секрет)

Brizgi: щепка, я в Светлогорске живу)

«Это в 40 минутах от Кырска».

щепка: Brizgi, а учишься здесь?) что – ездишь каждый день???

Brizgi: щепка, да я на заочном)

щепка: Brizgi, понятно) а на кого учишься?)

Brizgi: щепка, турменеджмент)

щепка: Brizgi, долго еще учиться?)

Brizgi: щепка, два года….

щепка: Brizgi, а сколько тебе лет?)

Brizgi: щепка, 21

щепка: Brizgi, а мне завтра 32 брякнет! (

Brizgi: : щепка, поздравляю!)))

щепка: Brizgi, да рано еще поздравлять) вот приходи завтра – поздравишь)))

Brizgi: щепка, приглашаете?)

щепка: Brizgi, канешно)… придешь?)

Brizgi: щепка, какие вопросы!) а куда? и во сколько?)

щепка: Brizgi, сможешь позвонить мне завтра часика в 3?) там договоримся)))) пиши тел – 2*****

– Господа! – Услышала я вдруг за спиной отчаянный вопль. – Одолжите девушке ручку, пожалуйста!

Я обернулась. Она вскочила, умоляюще оглядывая публику в зале. Я была ближе всех и протянула ей свою ручку – она взяла, и мы столкнулись улыбками.

– Спасибо! – Записав номер, она вернула мне ручку, и мы снова ушли в виртуал. Но мне он уже надоел.

щепка: Brizgi, слуш, а ты куришь?

Brizgi: щепка, курю)

щепка: Brizgi, может покурим тогда?)))

Brizgi: щепка, курить вредно!. ну покурим)

Встав из-за компа и, почему-то не оглядываясь, я первая пошла к выходу из зала. Остановившись на ступеньке лестницы фойе, я обернулась к двери зала и стала ждать ее появления. Мне показалось, что она почему-то задержалась. Может, не поняла? Наконец она вышла, и я впервые полностью раз глядела ее «с фасада».

В проеме двери нарисовалась девушка пастельных тонов. Моих любимых. И я внутренне вздрогнул а.

Светлые короткие волосы, светлое, без косметики, лицо и большие серо-мраморные глаза, без резких границ длинных, но неярких ресниц. Она действительно была невысокого роста, хрупкая, и движения резковатые от напряжения – как подросток. Она подошла, и я протянула зажигалку к ее сигарете. И сигарета, и зажигалка дрожали. Она пришла, я тоже и, удивляясь тому, что нервничаю, выпалила: Ирина!

– Очень приятно! Анна! – Ответила она на таком же высоком градусе.

– Ну, наконец-то познакомились, – бросила я следом неловкую реплику, изумляясь услышанному имени.

Мы сделали несколько затяжек в молчании, смущённо улыбаясь друг другу. Она все время кидала меня острые взгляды, но, сталкиваясь с моим, «убегала» в сторону. Я подумала, что не понимаю, почему должна ждать до завтра. Выпускать эту рыбку мне уже не хотелось.

– Аня, а сегодня у тебя какие планы?

– Да никаких особо планов… – она присела на корточки, как-то по-пацански куря сигарету, и вообще ее поведение демонстрировало раскованность, за которую она явно пыталась спрятать волнение.

– Так может, бросим этот инет и прошвырнёмся куда-нибудь вместе?..

Мне показалось, она испугалась.

– Куда?

– Ну, не знаю… просто прогуляемся, поговорим… может, посидеть зайдем в кафешку.

– Ааа… нет, сегодня не могу, – неуверенно протянула она, снова уводя взгляд. – Я тут жду знакомых… мы договорились встретиться сегодня…

– Жаль…

Тут от ветра хлопнула, закрывшись, входная дверь. Дверное полотно было подперто какой-то палкой – чтобы проветривать обкуриваемое фойе, – и эта палка с грохотом упала. Аня подскочила и, сбежав по ступенькам вниз, стала налаживать «механизм», уж слишком добросовестно отдавшись этому делу. Я дождалась, когда она вернется, и решила повторить попытку уговорить ее на сегодняшний реал со мной.

– Аня, а у тебя надолго с ними дела? Может, позже договоримся где-нибудь встретиться?

– Ой, я не знаю… правда, извини?

– Ну, смотри… тогда, как договорились – завтра? Жду твоего звонка? – Как можно равнодушнее сказала я, пытаясь скрыть досаду и даже, похоже, обиду.

– Конечно!

– Окей… А что ты пьешь?

– Да что наливают.

– Водку пьешь?

– Пью.

– Ну, хорошо, – я докурила. – Ты вернешься в инет?

– Нет уже, я закроюсь пойду, – она тоже «затоптала» свой окурок о край напольной пепельницы.

– А я еще повишу, наверное…

Я вернулась за комп и сделала вид, что полностью поглощена виртуалом, и девушки для меня сейчас уже больше не существует. Краем глаза я отслеживала, как она закрывала сайты, расплачивалась, и тут в зал вошла пестрая компания. Они шумно поприветствовались с моей новой знакомой и стали очень оживленно разговаривать. Что-то я почувствовала себя неуютно, и мне захотелось уйти.

Стараясь быть небрежно-спокойной, я тоже закрылась, расплатилась и двинулась к выходу, при ближаясь к компании. Не останавливаясь, я бросила ей с вежливой улыбкой:

– Пока!

Без упоминания о завтра.

– Пока…

Мне показалось, она растерялась.

Вынырнув в реал, я спустилась на набережную.

А завтра мне уже тридцать два-а-а… И чего мы имеем?

… Ну, живем пока, и то – ладно. Погода, вон, какая клевая сегодня! Весна… солнце.

Весной я почему-то всегда вспоминала свое детство. И двор дома, откуда меня увезли в одиннадцать лет в другой город.

Я не хотела уезжать. Помню огромную и гулкую от пустоты квартиру, откуда уже были вывезены почти все вещи, и остались только две родительские койки. Я упала на одну из них и, вцепившись в голую панцирную сетку, истерично орала, что никуда отсюда не поеду. Пусть они уезжают, если хотят, а я остаюсь! Я совершенно тогда была убеждена в правильности и окончательности моего выбора – я остаюсь. Но мое решение никто не принял всерьез.

Через год родители вернулись в Кырск, но уже в другой район, и с тех пор я никогда не видела своего двора детства.

А что если завтра?.. Прямо с утра?

Точно! Так и сделаю. Ведь это мой день и праздник – мой, личный, интимный, можно сказать… И если я никого не хочу видеть в этот день, а побыть сама с собой – это мое право! Решено – никаких родственников, никаких приятелей, и родители, если не поймут меня, – их траблы… А вечером, вечером, может быть… я вспомнила про Брызгу… Позвонит?

Назавтра с утра был дождь. Я провалялась до полудня – вставать и что-то делать не хотелось. Поздравления от родителей я принимала в постели, как тяжелобольная. С кухни тянулись вкусные запахи, но меня они не соблазняли.

К обеду дождь закончился. Я покинула постель и вяло стала собираться.

– Когда ты вернешься? – Заметила мама мои действия.

– Не знаю. Вы меня не ждите, я не хочу никакого праздничного стола и никого не приглашала.

– А как же мы?

– Мама! Я могу провести свой день рождения так, как – я! – хочу?

– Ночевать не придешь?

– Не знаю я… Не ждите вы меня.

И чтобы не продолжать объяснения, я быстро вытряхнулась из квартиры. Наверное, обиделись…

Я купила водки и скромной закуски – только чтобы не упиться – и притопала на службу. Дежурил сторож Сашка. Он валялся у себя в комнатушке и смотрел телевизор. Едва оторвавшись от него, он кивнул на мое приветствие, и я выпала из зоны его внимания. До ожидаемого звонка было больше часа. Мне хотелось выпить, и я вновь заглянула в дежурку.

– Сашка, а у меня сегодня день рождения.

Сашка суетливо приподнялся со скрипучего дивана и растерянно-вежливо протянул:

– Да нууу?.. Поздравляю!

– Не хочешь выпить со мной?

– Ну-у, не знаю… – Сашка недоуменно смотрел на меня.

– Да немного… просто за мое здоровье.

– Конечно!

Мы выпили, а потом уселись за компьютерные игрушки. Я все время посматривала на часы. Приближалось три, и я почему-то начинала нервничать.

Ой, вряд ли она позвонит. Чего ради? Какая-то незнакомая баба позвала ее неожиданно на днюху… Может, и не поверила, что это правда?

– Сашка, я вчера совсем незнакомого человека пригласила на день рождения. Как ты думаешь, придет?..

Оторвавшись от игры, Сашка смущенно пожал плечами:

– Ну-у, не знаю… придет, наверное.

– Это девушка. Договорились, что она позвонит мне сюда в три часа.

– А-а-а… – Сашка бросил взгляд на часы. – Еще десять минут. – А потом с любопытством воззрил ся на меня.

– Хорошо… ну подожду. – Я взяла сигарету, вышла в коридор и стала нервно курить. Сашка вышел следом и тоже закурил. Я посмотрела на него:

– Ты это… Саш, извини, когда она придет… мы тебя бросим. Ну, в смысле, чтобы ее не смущать… мы вдвоем с ней посидим… ага?

– Да, конечно! – Поспешно ответил он. Мы замолчали, поглощенные процессом курения. Сашка первый вернулся к компу, а я зажгла вторую сигарету. Стрелка была почти на цифре 3.

Я вернулась в комнату.

– Сашка, давай еще по одной – по последней.

– Ну-у, давай…

Я разлила и посмотрела на часы. Стрелка перешла за тройку.

– Хех, не звонит…

Сашка смотрел на меня все с той же легкой удивленной улыбкой.

– Давай, за звонок?

– Ну, давай.

Он выпил. Я тормознула. «Не позвонит. « Мне стало резко жаль себя. Я поднесла рюмку к губам, и тут прозвонил телефон. Я поставила рюмку и схватила трубу.

– Да?

– Ирину можно?.. – Какой у нее низкий голос по телефону для такой хрупкой внешности…

– Это я!

– Привет!.. – Слышно было, что она чувствует какую-то неловкость.

– Привет! А я уже думала, что не позвонишь!..

– Не… как можно… я же сказала, что позвоню. С днем рождения, кстати!

– Спасибо! Я рада… Ну… так что – приедешь?

– Канешно! Куда только, скажи.

– Ты где сейчас? В Красноярске?

– Ну да. В «Порте».

– Знаешь, где улица Горького?

Сашка по-тихому слинял к себе в дежурку. Я объяснила, куда ей ехать.

– Через сколько ты, примерно, доедешь?

– Ну, минут через двадцать.

– Ок! Я встречу.

Я заметалась. Зеркало – импровизированный «праздничный стол» – окно… Часы. Прошло меньше десяти минут. Так… сигареты?

Я покурила у окна, глядя на часы.

Почти пятнадцать минут. Зеркало – окно – стол – окно… сигарета. Я вышла на улицу и стала кружить перед входом. Может, пробки? Я вернулась в здание.

Зеркало – надела очки с диоптриями зачем-то – окно и сигарета. Часы – двадцать минут!

Я снова вышла. Еще одна сигарета. Я не успела докурить – она вынырнула из-за угла и, сразу увидев меня, распахнула руки, улыбаясь. В левой руке была темно-красная роза.

Увидев розу, я почему-то растерялась. Она подошла.

– С днем рождения! – И протянула розу.

– Спасибо! Как неожиданно…

– Почему? – Удивилась она.

– Спасибо, что пришла. Идем? – Я потянула дверь и пропустила ее вперед.

– Осторожнее только. Здесь темно и рельеф сложный.

Мы зашли в комнату. Я взяла у нее куртку. Она осталась в свитере и в светлых джинсах. Другие, чем вчера.

– Вот здесь я обитаю. Практически все время, – я сняла свои дурацкие очки.

– На работе живешь?

– Почти. Садись, куда тебе удобнее, а я пока найду что-нибудь под розу.

Она послушно сидела, пока я суетилась, отыскав какую-ту бутылку под цветок и наливая воду. Поставила «вазу» и села сама.

– Ну, что? Выпьем? За знакомство сначала – давай?

– Ну, давай за знакомство, – смущенно улыбнулась она.

Я стала разливать:

– Говори, когда остановиться.

– Достаточно! Грамм тридцать…

– Ну, давай!

Мы чокнулись. Я осторожно пронаблюдала за ней. Ну, водку она пьет без смущения – хорошо, наш человек!

– Угощайся, это все тебе, я почти не закусываю…

– Угощаюсь!

Она вела себя довольно спокойно, совсем не нервничала. Интересно, почему она все же согласилась прийти? К незнакомой странной тетке. Я закурила. Она оставила ветчину и полезла в свой рюкзак. Улыбаясь, кинула на столик пачку сигарет. Это был Winston, суперлегкий, на который я перешла после знакомства с Чудой.

– Ой! а я и не заметила – ты куришь такие же сигареты?

– Да я случайно их вчера купила. Я не курю вообще-то… – И закурила.

– Давай по второй? Теперь уже за меня! Скажи мне что-нибудь, – я разлила.

Она взяла неуверенно рюмку:

– Не умею я тосты говорить… За твой день рождения.

– Спасибо, – я улыбнулась и выпила.

Последующие тосты произносила я сама. Наливала часто, и она не отставала от меня. Однако – пить ла малява! Она слушала мой треп и вежливо отвечала на какие-то незначительные вопросы – об учебе, о родителях, о друзьях, об интернете, о музыке…

А я уже слегка захмелела. Меня мучило неудовлетворенное любопытство – традиционные у девушки сексуальные интересы или нет? В ее правом ухе я заметила серебряное колечко. У меня было тоже – только в левом, – прошлым летом мне его вставила Кирка. Вообще-то, выглядит она как дайк… Но это может ничего и не значить… Хотя я обычно не ошибаюсь…

Я решила идти напролом, как всегда:

– Аня, а девушками ты не интересуешься? – И взяла ее под прицел своего взгляда, с интересом ожидая реакции на вопрос.

– Кхм… интересный вопрос, – она явно замялась, но на лице – никаких эмоций.

– Или давай так. У тебя интим был? С девушкой.

Она потянулась за сигаретой:

– Не было…

– Неинтересно? Не хочешь?

Она прикурила:

– Хм… Ну, почему… хочу.

– А что мешает?

– Не знаю, не там хожу, видимо.

– Так у тебя никого нет?

– Нет….

– Ну, считай, что теперь пришла, куда надо.

– Угум, – она постучала сигаретой о пепельницу, не глядя на меня.

– А ты влюблялась?

– Да нет… не влюблялась, вроде.

– Ка-а-ак?

– Она кинула на меня взгляд:

– Да… так, как-то…

– Слуш, а мальчики у тебя были?

– Был, – она усмехнулась. – Один раз.

– Один раз – был? Или один мальчик?

– Один мальчик и один раз, – она улыбнулась.

– И что?

– Да ничего…

– Не то?

Она пожала плечами. Я решила принять эту пантомиму за ответ и снова налила.

– Ну, ладно. Давай по последней. За нас, за девушек!

– Давай, – она затушила недокуренную сигаре ту и все так же храбро выпила.

Я почти не закусывала, и меня неслабо развезло. Она сидела напротив, на стуле с колесами для передвижений по кабинету без отрыва задницы от производства. Вытянув ногу, я зацепила носком и потащила стул с девушкой к себе.

Она тихо ойкнула, машинально схватившись рукой за сиденье, чтобы не потерять равновесие, и покорно подъехала… только зрачки чуть расширились.

Когда стул уперся в мое кресло, я убрала ногу и, наклонившись к девушке, медленно провела руками по ее телу снизу вверх, пока у меня под ладонями не оказались два нежных бугорка.

Она молчала и даже не двигалась. И как будто ждала.

Я отстранилась и принялась стягивать с нее свитер, а она подняла руки, чтобы помочь мне. Под свитером был тонкий топик, который я тоже вознамерилась отправить следом за свитером. Она все так же умилительно помогала мне. Лифчика не было. У нее была очень нежная кожа и пахла, как у ребенка. И сама она выглядела такой беззащитной с обнаженной маленькой грудью и худенькими плечами. Я снова наклонилась и осторожно взяла и выпустила губами ее сосок. Она чуть вздрогнула.

– Не замерзнешь?

– Не… – она все так же почти не двигалась. Я быстро содрала с себя все, что было выше пояса. Невежливо залепив своей одеждой «морду» принтера, я обхватила девушку руками и, потянув к себе, сильно прижала ее тело к своему. Неожиданно она резко задышала.

Меня удивляло, как она себя вела. Как примерная ученица за первой партой в школьном классе. Она пыталась угадать каждое мое движение и желание и старательно выполнить каждое мое «задание».

Заниматься этим на катающихся стульях было, конечно, весело, но не очень удобно. Я кинула на пол штору, на которой летом принимала солнечные ванны во дворике нашей конторы. Было хотя и жестко, но возможности явно расширились. Мне, правда, на удивление самой себе, хватило разума удержаться в этих походных условиях от вторжения в самую интимную часть ее тела. Но вот от вторжения, может быть, в самую нежную часть ее души девушку никто не спас. Как я поняла много позже…

Ей пора было возвращаться домой. Но мы про должали валяться на шторине, и я, довольная, курила.

– Ань, а ты ожидала, что это будет?

– Ну… разве можно быть уверенным…

– Почему ты мне сразу «ответила»?

– А что?.. Не надо было?

– Надо! – Засмеялась я.

– Ну, вот.

– Нет, погоди, а вчера, когда ты меня увидела – то, что?

– В смысле?

– Ну, я была несколько настойчивой, наверное…

– Это точно!

– Что – испугалась?

– Ну… не испугалась… но, как-то…

– А я тебе нравлюсь?

Она улыбнулась:

– Была бы я здесь, если бы не нравилась!

– А как я тебе нравлюсь? Ну, как женщина или…

– Ну, не как мужчина, это точно! – Она мягко засмеялась.

– А в какой момент ты на меня внимание обратила? После того как курить… или в чате, или когда ты в кафик пришла? Ты же первая меня увидела? Млин – тормоз я!

– Тормоз, – она снова улыбнулась. – Раньше.

– В смысле – раньше?

– Да я тебя не раз в этом кафике видела.

– Ка-а-ак?

Она промолчала.

– Мли-и-ин! А я не помню тебя… Я, когда в чате – ничего не замечаю вокруг. А почему не подошла? Хотела? Или нет?

– Хотела.

– Так чего?..

– Я первая не могу. Стеснительная я девушка.

– Ну, ты даешь… И что, так и не подошла бы?

– Наверное, нет. Не знаю…

– И-и-история…

Ей было совсем пора. Мы по-солдатски быстро убрались и покинули поле любви, оставив за собой разруху в комнате.

Спала я сладко.

В понедельник, притопав на службу к полудню, я пинками заставила себя убрать следы вчерашнего пиршества и уселась перед кульманом, тупо глядя на лист. И захотелось позвонить Чуде. Просто захотелось. Наверное, снова бросит трубку.

Но она не бросила.

– С днем рождения, Аня!

– Спасибо.

И тема закрыта.

– Как дела? – Как, словно пытаюсь удержать призрачную ниточку, слабо связывающую меня с ней.

– Хорошо. – Утвердительная такая интонация, но спокойно.

– Правда? Я рада.

Она молчит. Никакого проявления интереса ко мне, конечно. Но ждет. Молча.

– Ань… в конце лета я в Москве буду… Может, все же увидимся?..

– Не увидимся. – Так же спокойно и твердо.

– Не хочешь?..

– У меня планы меняются.

– Как меняются?

– Уезжаю я.

– Из Москвы?? – Да.

– Куда? В Киев?..

– В Киев.

Где-то в глубине грудной клетки стало гулко, как в пустой бочке. Не хочу!

– Ты сегодня будешь в чате?

– Не знаю. У меня работы вал. Всю неделю. С понедельника я в отпуск иду. А потом, вообще, увольняюсь.

«Не-е-ет!!!»

– Аня… Так и – все?..

– Что – все?

– Уезжаешь?? ? – Угу.

– Понятно…

Боже, какая ерунда!! Вот так вот терять то, что и не приобретено даже…

Вот сейчас… трубка прижмет рычаг… и не схватить ее за руку и не удержать! Уедет, и будет жить своей жизнью. Как и жила – без меня. Ей оно НЕ надо. А мне – надо! Почему-то… Но что я могу сделать??

– Аня…

– Ну что? – Ей уже стал надоедать этот бессмысленный телефонный разговор.

– Я люблю тебя.

Молчание.

– А что мне делать?? – Отчаялась я.

– Жить.

– Я без тебя не могу.

– Ир, не говори чепуху! Ладно, все – пока – мне работать надо.

– Хорошо…

– Пока!

– Пока… И. гудки.

«Почему такая боль?? Зачем она?» До того нестерпимо! что хочется вырвать этот жгучий сгусток боли вместе с душой.

Зачем?.. чтобы что-то понять? Что? Один умный мальчик мне сказал – надо уметь умирать метафизически, чтобы не умереть физически. Надо быть готовым умереть – так, чтобы возродиться. Но – зачем? Я не хочу новой жизни – без нее. Мне необходимо! – чтобы в моей жизни она была! Это слабость?..

Я набрала светлогорский номер.

– Да. – Мужской голос, наверное, отец.

– Добрый день, я могу услышать Аню?

– Сейчас.

– Я слышу, как он зовет ее.

– Алло, – ее низкий голос. Красивый.

– Привет. Это Ира.

– Привет!

– Анька, она уезжает!

– Кто?

– Чуда… – зачем я ей это говорю?

Она сделала паузу.

– Куда?

– Из Москвы. В другую страну, вообще. Анька! Я ее теряю!

Молчит.

– Ладно, Ань… – я вздохнула, – извини, гружу тебя… Ты сегодня приедешь?

– Сегодня вряд ли…

– Жаль… Почему? – Только теперь я обратила внимание на дохлые интонации в ее голосе, – как самочувствие?..

– Ниже плинтуса.

– Да ты что? Паршиво, что ли?

– Да, помираю просто. Нельзя мне пить.

– Ну, млин! Надо было мне не водку брать… да?

– Да мне вообще пить нельзя.

– В смысле?

– Да – в смысле – нельзя! Больные мы.

Вот это новости!

– Так зачем же ты пила? Почему не сказала??

Молчит.

– Анька… ну ты даешь.

Молчит.

– Сумасшедшая… И что ты теперь?

– Ну, что… буду жить, если не помру.

– Не помирай!

– Ага… Я завтра приеду.

– Приедешь?

– Приеду.

– Завтра тебе лучше будет?.. А хочешь, я приеду?

– Хочу.

Я вспомнила про вечерний инет с Чудой. Которого не должно быть, но от этого трудно отказаться.

– Хорошо. Давай так. Я тебе еще вечером перезвоню. Если у меня ничего экстремального к этому времени не случится – я приеду. Хорошо?

– А что экстремального может случиться?

– Ну, я не знаю. Ань… Мало ли какие дела вдруг. Я позвоню еще!

– Позвони.

– Анька…

– Что?

– Хочу видеть тебя.

Вот как…

– Я тоже.

Вечером я перезвонила. К концу дня ко мне на службу пришла моя подруга, одноклассница, и притаранила пива. Отказаться от такой расслабухи я не могла. Потом я смоталась в киоск за добавкой.

Мы сидели в сизом дыму, и я сыпала откровениями из последних событий своей непутевой жизни. Танька всегда проявляла какой-то ярый интерес ко всему, что со мной происходило. Я принимала это за особенность ее бабской натуры и охотно удовлетворяла ее любопытство.

Исключительное внимание Танька обратила на упоминание о болезни Брызги. Может, потому что была медиком.

– А что за болезнь?

– Да не знаю. Я не спрашивала.

Танька, пуская дым в потолок, пила меня свои ми карими глазами, ничуть не смущаясь собствен ной беспонтовой любознательностью.

– Ей пить нельзя – это при какой болезни может быть? – поинтересовалась я.

– Ну! При разных. Может, она лечение сейчас принимает – тоже алкоголь нельзя. Ты спроси! А вдруг у нее инфекционное что-нибудь? Ты, что – совсем без головы?

– Да… Ты думаешь…

– Да и вообще! Как можно так бездумно с незнакомым человеком, и сразу – интим?! Сейчас столько заразы! Ты вот не знаешь. Дура ты! – удовлетворенно резюмировала Танька и глотнула из своей бутылки.

– Да ладно тебе. Что бы она мне не сказала, если что?..

– Да ты ее не знаешь совсем! А может, она специально? Эти люди – они же злые, обиженные на всех – для них заразить другого – это удовольствие!

– Перестань, Танька!

– Не перестань! Слушай меня, если сама не соображаешь.

– Все, Танька, хватит! Я не хочу, чтобы ты про нее так говорила!

Танька откинулась на спинку кресла:

– Смотри… Твое здоровье. Может, ты уже и подцепила что-то.

– Ну и плевать! Вылечу.

– Ну, давай. Деньги лишние?

– Ну, все – хватит!.. Ладно, я поговорю с ней.

– Поговори, – Танька хмыкнула. – Потом мне расскажешь, чего она там тебе наплетет.

– Посмотрим… расскажу, если сочту это этичным.

– Ну-ну… – Танька неловко засмеялась и снова принялась за пиво.

А я видела, как испачканы мои мысли.

Под хмелем я потащилась в Сеть. Чуда не пришла.

Брызга позвонила на следующий день. Я домучивала план подвала.

– Привет. – Взволновал меня ее низкий голос.

– Анька! Привет! Ты где?

– Угадай.

– В Кырске?

– Ну да…

– Да ты что!.. – Обрадовалась я. – Как себя чувствуешь-то?

– А никак не чувствую…

– Увидимся?

– А надо?

– Надо!

– Ну, так как мы… встретимся.

– Ты из «Порта» звонишь?

– Да…

– Я могу приехать! Прямо сейчас. Хочешь?

– Хочешь.

– Все – мчусь!

– Ага.

Я ринулась к Машке за ключами. Машка служила секретарем в частной рекламной фирмушке, арендующей у нас помещение под свой офис. Сама Машка была фактурной, даже красивой, девчонкой со взглядом промышляющего охотника. Охотилась она на местных мужиков, в надежде обрести простое бабское счастье, но удача упорно не желала заводить с Машкой дружбу. Себе же квартиру она снимала на деньги очередного кандидата в «жизненную опору», которые менялись с такой скоростью, что это было похоже на балансирование на канате, и вызывало у меня восхищение Машкиным акробатическим искусством.

Ключи Машка дала без лишних вопросов, попросив только освободить территорию к семи вечера.

Каждое мгновение, оттягивающее встречу с Анькой, было мучительным, и я, чуть ли не бросаясь под колеса машин, оккупировала первую же тормознувшую развалюху и через несколько минут была в кафике. Я увидела ее сразу – она, как птенчик, сидела на высоком табурете за стойкой. Уронив подбородок на руки, она безучастно смотрела в глубину бара.

Подлетев к ней, я полуоседлала соседний табурет и прошептала:

– Привет!

Она повернула голову ко мне, и в ее глазах появился свет.

– Драсти, – тихо ответила она низким, чуть хрипловатым голосом.

– Пойдем! – Я соскользнула с табурета, тронув ее за руку; она тоже спрыгнула, и мы вышли из кафика.

До Машкиной квартиры было недалеко, дорога была знакомой, и весь путь я видела только свое счастливо-глупое отражение на ее лице.

Анька, как и в прошлый раз, совершенно не вы давала признаков волнения и, войдя в незнакомую квартиру, стала любезничать с Машкиным котом. Я же, быстро обследовав помещение на предмет его пригодности для любовного свидания, удовлетворенно рухнула в кресло, занявшись наблюдением за Анькиным общением с Маркизом.