Текст книги "Путь в никуда (СИ)"

Автор книги: Sleepy Xoma

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

С каждым словом этот тип нравился мне всё меньше и меньше. На Земле он бы точно катался на электросамокате или даже БМВ, пидор гнойный!

Иоганн же не повёл и бровью. Совершенно спокойно спросил:

– А вдруг деревенские гонцы встретят ещё один отряд, находящиеся на небольшом удалении от населённого пункта?

Геральт из Хренивии явно тянул время, и я не понимал зачем. То ли готовил что-то убойное, то ли удовлетворял любопытство, то ли что-то ещё. Как ни странно, но и лысый урод был не прочь перекинуться парой слов.

– Я же не глухой, знаю как шумит большой отряд. И, повторюсь, у них сейчас дела поважнее есть. Нет, конечно, когда гонец доскачет до столицы… – он ухмыльнулся, – Если доскачет. Да. Так вот, если он доскачет, сюда сразу же отправят серьёзных ребят – проверить, как они это называют, потенциального вражеского разведчика. Вот только когда это будет. И будет ли?

Намёк на то, что парни, отправленные старостой, не добрались до цели, был вполне очевиден, но меня заинтересовало другое. А он-то откуда всё это знает? В Дамхейне, вроде как, 5G-вышек нет, да и смартфонов с установленными Телеграммом и Ватсапом я что-то не наблюдал. Уж не имеет ли наш новый друг прямое или косвенное отношение к вышеназванным проблемам?

Не мне одному пришла в голову сия достойная мысль. Во взгляде Иоганна промелькнула задумчивость.

– Два вопроса, прежде чем мы начнём, – Иоганн демонстративно достал меч, и я наконец-то сумел узнать, как наш Геральт из Хренивии извлекает здоровенный полутаророчник из-за спины.

Стоило ему коснуться рукояти, как обычные на вид ножны буквально разошлись в стороны, позволяя безо всякого сопротивления выхватить оружие. А что, круто, стильно, я бы даже сказал, пафосно.

Что ни говори, а охотник умел производить впечатление.

Колдун тоже проникся.

– Какие? – поинтересовался он уже не таким наглым тоном.

– Зачем было насиловать и убивать девочку?

Друг зверей осклабился. Мерзко, глумливо, злобно.

– А чтобы поняли, что я не шучу. Ну и нравятся мне малолетки. Ответил? Задавай второй, пока я добрый.

Он уже похоронил нас, сомнений в этом не было. А ещё я отлично понимал что будет с деревней, если мы не справимся. Этот урод не успокоится, нет. Он придёт и возьмёт своё, поубивав свидетелей, после чего растворится в лесах, а значит, его нужно валить.

– Последний вопрос? – голосом Иоганна можно было замораживать пельмени. – Откуда ты знаешь, что в Сиафе творится неладное?

– А вот это уже не ваше дело, – колдун поднялся и вытянул вперед посох, указывая на охотника. – Убить.

И звери рванули на нас.

Иоганн не колебался ни секунды. Он метнулся в сторону колдуна, только не завопив «Леероооой Джеенкииииинс!», преодолел разделяющее их расстояние столь стремительно, что я едва успел уследить, и нанес мощный рубящий удар.

Увы, но один из двух мишек подставил лапу, и меч, с легкостью отключивший мне регенерацию, завяз, не перерубил конечность, а лишь чиркнул по ней, но Иоганн не растерялся: он извернулся и выстрелил в мага из арбалета. Болт врезался в возникшую вокруг колдуна защиту и взорвался, раскидав по сторонам пару мелких монстров. Иоганн без раздумий отбросил разряженный арбалет, уклонился от лапы второго медведя и потянулся к поясу.

И в этот самый момент мне стало как-то не до него.

– Держим их, Александр! – закричала Шень Сюин, первой врубаясь в толпу обезумевшего зверья.

Она вертелась точно безумный вентилятор, щедро орошая землю кровью, и мне не осталось ничего другого как присоединиться к начавшемуся безумию.

Первого волка я ткнул копьем в пасть, тот уклонился, и я, недолго думая, влепил ему в рожу Стрелу Древних, заранее подвешенную в готовом состоянии. Перекинул копье в левую руку и приласкал сразу несколько тварей молниями из волшебного протеза, схватил оружие обратно и в эффектном выпаде поразил злобного зайца-мутанта, явно нацелившегося на мою шею.

С яростным воплем слева образовалась Морвин, которая остервенело пинала сразу двух волков Судий, превращая их тела в хорошо отбитые шницели. У девочки не было техники, она до безумия боялась, даже зажмурилась от страха, но свежеиспеченная искажённая и не думала останавливаться, нанося удар за ударом.

Зазевавшись, я открыл бок, чем тотчас же воспользовалась хреновина, похожая на лису, из которой безумный хирург сделал лисическую многоножку. Длинная, точно такса, растянутая на дыбе, с четырьмя парами лап, строенным хвостом и очень зубастой пастью.

– Ах ты ж! – выругался я, отбросив копье и со всего размаху залепив твари кулаком по башке. Череп животины лопнул, вот только она и не подумала разжать челюсти, напротив, впилась из последних сил и, как будто этого мало, обвилась вокруг меня, лишая подвижности.

Сразу три волка поменяли маршрут, намереваясь, по-видимому, закончить начатое товаркой, и я принялся лихорадочно кастовать Длань Мертвых.

В этот самый миг справа появилась Ананда. Она двигалась неестественно быстро, а в налитых кровью глазах девушки застыли ярость и жажда убивать. А потому не защищенная никакими доспехами южанка принялась охаживать волчар железом, делая это с такой силой, что даже мне стало страшно.

Впрочем, ненадолго – кое-как отцепив клятую лисическую многоножку, я устремился на помощь Иоганну, которому, несмотря на немеряную крутизну, приходилось солоно.

Два медведя, кажется, были неслабо так изменены. То ли магией, то ли силами варпа… Пардон, мира Судий. Так или иначе, но шкуры их по плотности могли соперничать с хорошими стальными доспехами, и даже магический клинок Иоганна брал те с трудом.

Впрочем, он, наверное, справился бы с медведями, если бы не маг, хреначащий из посоха старыми добрыми огненными шарами. Да, маленькими, да, не слишком взрывоопасными, зато многочисленными и самонаводящимися.

Защита Иоганна начал помаленьку истончаться, а сам он перешел в глухую оборону.

Даже странно. Может, не так этот Геральт из Хренивии и крут, как я боялся?

Времени на размышления не осталось. Я поравнялся с одним из медведей и со всего размаха вонзил тому в бок копье.

Оно вошло по середину древка, вошло хорошо, явно по направлению к сердцу. Но тварь почему-то и не подумала дохнуть – вместо этого на со всего размаха приголубила меня, заставив отлететь на несколько метров и приложиться спиной к дереву.

– Почему у вас столько искажённых?! – заорал вдруг наш враг. – Откуда? Кто вы такие?

Ага, вот прям щас я тебе всё и расскажу, глиномес недоделанный!

Я с трудом поднялся на ноги и спустил на приближающегося мишку Длань мертвых.

Контроль в очередной раз сработал, и я угостил тварь Стрелой Древних. Одной, а потом и второй.

– Сзади! – закричала Морвин, и я, не раздумывая, активировал хлыст, на развороте рубанув им наискось.

Заяц-мутант разделился на две аккуратные половинки, а вот на удивление тихо подкравшийся волк отделался лишь алой полосой поперек хари.

Слабоват дамаг с нового скилла? Ну да ничего, базовым добавлю!

Я тотчас же отпустил плеть и одну за другой отправил в волка сразу три порции молний, после чего незамедлительно развернулся и бросился к трупу медведя – доставать копье.

Мне наперерез устремились сразу четыре волка и тут над головой раздалось яростное:

– Пи-и-и!!!

Чуча, каким-то неведомым образом сумевший удержаться на макушке, решил сказать своё веское хомячье слово. И было оно, кроме шуток, впечатляющим.

Все твари в радиусе пары метров вокруг меня вдруг упали, не подавая признаков жизни, а из их ушей, носов, пастей и глаз полилась кровь. Этот мохнатый имперский псайкер попросту вскипятил мозги опасным чудовищам! Судя по всему, ллинг не рискнул атаковать мага, боясь, видимо, в очередной раз нарваться на ментальную защиту, зато решил отыграться на его подчиненных.

– Пи! – яростно сообщил ллинг.

– Ну ты даешь! – восхитился я, подскочив к трупу медведя.

Вот только больше ничего сделать не успел.

– Утомили! – гаркнул друг зверей, и что-то изменилось.

Я, серьезно, совсем не понял что именно он колданул: вот слева от нас деревья затрещали, раздался рев – и буквально пару секунд спустя на поляну выскочил здоровенный волчара.

Похоже, маг приберегал свой главный козырь напоследок, не решаясь сразу же применить его. Но мне хотя бы теперь ясно, почему этот охеревший в атаке урод творил такую дичь. Кого ему, окруженному армадой здоровенных и злобных зверей, бояться?

Я собрался уже было рвануться к волку, благо, опыт взаимодействия с подобными тварюшками имел, пускай и не самый приятный, но неожиданно к веселью присоединилась няша-стесняша.

Все те напряженные пару минут рубилова мы так плотно были заняты уничтожением друг друга, что не обращали внимания на бесовку. А Ганья, меж тем, не без интереса наблюдала за нами всеми, прислонившись к деревцу. Только поп-корна не хватало, ну, для полноты картины.

И вот, когда здоровенный волчара явил себя миру, наша краснеющая по поводу и без Кокосовая Коза неожиданно помчалась к нему.

Кажется, офигели все, даже мутировавшие белки, пытавшиеся добраться до вёрткой Ананды.

Ганья на бегу скинула плащ и начала преображаться. Она раздалась вширь, руки бесовки удлинились, точно у гориллы, а когти – я видел это даже отсюда – вытянулись, превратившись в нечто вроде кинжалов. Сапоги отправились вслед за плащом и – таки да – у нее оказались копытца.

Бесовка открыла рот. Нет, не так. Она раззявила пасть и заорала, и в этом вопле не было ничего, кроме голой животной ярости и голода.

Ганья прыгнула и врезалась в волка. Она повисла на его голове, хлеща монстра по глазам, затем перекувырнулась и со всего размаха впечаталась тому в лоб. Ещё раз! Ещё! И ещё!

Тварь рухнула, разведя лапы в стороны, а Ганья, повторив свой леденящий кровь вопль, ударила еще раз, в основание шеи, ломая монстру хребет.

Волк жалобно взвизгнул, да вот только милосердия в нашей новой знакомой больше не осталось. Она оседлала его и принялась со всей силы бить по затылку. Зверь Судий сучил лапами, дергался в агонии, но ничто не могло помочь ему.

Даже мне поплохело от увиденного, от той необузданной ярости, с которой скромная тихоня бросилась в бой. Маг же на миг потерял дар речи.

В это самое время Илэр решил выйти из инвиза. Он появился в десяти шагах позади от лысого, прицелился и хладнокровно нажал на спусковой крючок.

Ружья боли отличались достаточно высокой скорострельностью. Не автоматной, но уж всяко лучше, чем у мосинки, из которой мне довелось пострелять по волкам в июне.

Увы, но защита колдуна оказалась сделана на совесть: половина обоймы бесславно разбилась о возникшую за его спиной полусферу.

Вот интересно даже. Он, вроде как, повелевает животными. А откуда эта штуковина, да ещё такая сильная? Я помню скупщика краденого, которого прикопал в Саоле, тот возводил вокруг себя огненный барьер, а этот хрен чем защищается? Впрочем, времени на рефлексию не оставалось.

Убийце сильно не понравилось, что к нему за спину забрался стелс-пихот.

Он резко развернулся и вскинул посох, отправив в сторону парнишки рой маленьких огненных шариков. С поразительным проворством Илэр сменил позицию, да вот только увернуться от всех самонаводящихся снарядов не сумел – сразу три магических стрелы пробили его навылет, заставив страшно заорать и упасть ничком.

– Илэр! – я не понял, когда выдернул копье и почему уже бегу к гребаному насильнику.

Осознавал лишь одно – сейчас этот урод сдохнет и никакие барьеры его не спасут.

И в этот самый миг справа точно разразилась буря. Иоганн, всё это время вяло отбивавшийся от медведя, неожиданно взмахнул мечом, и тварь развалилась на две аккуратные половинки.

Мгновение – и вот он уже стоял перед магом, обогнав меня. Еще миг – и защита друга зверей разлетелась на куски, а сам он оказался насажен на лезвие, точно поросёнок на вертел.

Маг с удивлением и даже какой-то обидой посмотрел на охотника, из его рта потекла кровь, он явно попытался что-то колдануть. И в этот самый миг мое копье ударило его точно в глаз, пробив голову навылет и отправив мразь на тот свет.

Оставшиеся в живых звери как по команде взвыли и с остервенением вгрызлись в наш отряд, явно намереваясь отомстить за гибель хозяина. Похоже, урод зачаровал своих тварюшек на посмертную ярость, ну, чтобы быть отмщённым в случае чего.

К Илэру мы подскочили почти одновременно.

Паренек стонал, но выглядел бодро, в прорехах его рубашки можно было наблюдать зарастающие дыры. Ну да, он же искажённый, как и я. Никак не привыкну.

– Всё нормально, – слабо улыбнулся мальчишка, – вроде, не помер.

Я облегченно выдохнул и покосился на Иоганна. На лице этого кошмарного монстра застыло выражение нешуточного испуга. Он действительно волновался за парня, и потому…

И потому на миг сбросил маску. Этот хрен даже не старался, нет, он смотрел что мы можем в бою, оценивал, прикидывал, учил.

Осознание истинной мощи Геральта из Хренивии вызвало неприятный холодок, пробежавшийся по спине. Впрочем…

Благодаря сегодняшней драке я понял какое заклинание буду осваивать.

– Давай лапу, – я подал руку Илэру и тот с искренней радостью принял ее, поднимаясь.

Кажется, паренёк на полном серьезе начинает считать меня чем-то вроде наставника или какого-нибудь там духовного ментора, а то и, не дай Бог-Император, отцом.

– Как я зашел к нему за спину! – Илэр улыбался во весь рот. – Видели?

– Круто было, – согласился я. – Жаль, что у этого урода нашлась защита кормы. Иоганн, что это вообще было такое? Почему оно выдержало половину обоймы?

Мы с Илэром синхронно посмотрели на охотника, и тот мрачно скривил губы.

Да, я с каждой неделей, проведенной в Дамхейне, веду себя все мерзотней. Вот сейчас, к примеру, прикрываюсь ребенком, чтобы добыть сведения. «И чо?» – как говорят в нашей культурной столице. Жить захочешь – ещё не так раскорячишься.

– Вот это, – охотник ткнул носком сапога посох покойника. – Многосоставной сложный артефакт. Подпитка от хозяина и внешних источников энергии, аккумулятор, думаю, на пару килодэвинов. Работа мастера, наверняка – именная.

– В смысле, после смерти владельца перестает работать? – уточнил я.

– Угу.

– Он же должен стоить золотом по весу, – присвистнул Илэр.

– Если не дороже.

– Вы хотите сказать, что этот мародер-лоликонщик – тайный миллионер? – с недоверием посмотрел я на безголовое тело. – А чего тогда не купил своей своре пожрать? Зачем было кошмарить селян?

– Думаю, ему просто это нравилось или он считал, что богатеет лишь тот, кто всё забирает силой, – пожал плечами Иоганн, присев над трупом. – Или что-то ещё. Сейчас посмотрим, может быть, у него найдётся что-нибудь любопытное.

– Ух ты, как здорово! – раздался девичий визг позади.

Я резко обернулся и с трудом сдержал улыбку. Морвин прыгала вокруг пунцовой Ганьи, вернувшейся уже к своему обычному виду – надо же копытца у нее превратились в ступни – и пытавшейся от стыда провалиться сквозь землю.

– А как вы это сделали, госпожа? А вы дерево так сломать сможете? А стену? А у всех бесов такие силы есть? А что вы умеете ещё? А расскажите…

– Морвин, милая моя, оставь нашу знакомую в покое, ага, – к ней подошла, пошатываясь, Ананда. – Ох, моя голова…

Рядом с южанкой материализовалась Шень Сюин с небольшой фляжкой, которую китаянка и протянула подруге. Чародейка приложилась к ней, сделав несколько глубоких глотков. Отстранилась с облегченным вдохом.

– Уф-ф-ф, каждый раз такое.

А и ладно, пусть наш мистер Бревно в Сраке копается с трупом, поболтаю-ка я пока что со штатным партийным алхимиком.

Я одними глазами показал Илэру следить за охотником и пошёл к нашим девушкам.

– Ананда, вот уж не ожидал увидеть тебя посреди рукопашки. Это что вообще было?

Южанка, растиравшая виски, посмотрела на меня с утомлением во взгляде.

– Боевой стимулятор. Не самый мощный, но для хрупкой и ранимой девушки вроде меня, значит, в самый раз.

– Это ты-то хрупкая? Двумя боевыми молотами орудовать. Где вообще научилась.

– Эх, – вздохнула Ананда. – Я, вот, с отличием окончила университет и перед этим, значит, проходила практику в корпусе Детей Амока. Там… подружилась с одной бойкой девчонкой, ну, та, значит, за пару месяцев немного поднатаскала в благом деле проламывания черепушек, ага.

– Детей Амока?

Она хлопнула себя по лбу.

– Всё время забываю, что ты не местный. Сюин в первый год тоже постоянно переспрашивала.

– Угу, ну так что?

Ананда посуровела.

– Не стоит тебе знать об этом, поверь, ничего хорошего там не было и нет. Но если услышишь, что в окрестностях бродит Дитя Амока, дам один простой совет: беги. Даже Сюин сможет выстоять в бою максимум с отделением этих воинов. Тебя же прихлопнет и одиночка.

– Я посмотрю, тут куда ни плюнь, так монстр на монстре и мутантом погоняет. Как вы вообще не отбили ещё весь материк у всяческой хтони, если от крутых парней и девчонок не продохнуть?

– Противники, увы, еще сильнее, ага. Вон, посмотри на нашу скромницу, – она указала в сторону Ганьи, которую Морвин таки взяла в оборот и отвела в сторонку, что-то яростно выспрашивая у стесняшки.

– Ну да, её боевой стиль впечатляет, не скрою.

– Она – юная бесовка, да ещё и рожденная в Дамхейне, а значит, по определению слабее истинных – тех, кто был призван пару сотен лет назад. Причем слабее – тотально, без единого шанса в противостоянии.

– Ух ёпт.

– Вот и я о чем, – грустно улыбнулась южанка. – Древние открыли двери, которые следовало держать на замке, а мы все теперь расплачиваемся за их беспечность.

Она оглядела поле боя и задумчиво прикусила губу.

– Слушай, а разве ты не должен сейчас вырезать сердца и готовить мясо для себя и подопечных?

Я хлопнул себя по лбу.

– А, блин! Забыл.

– Всё потому, что остолоп ты, – над нами материализовался вездесущий Айш-нор, – о чём я говорил уже не раз.

– И я тебя люблю, – вздохнул я и, прислонив копье к дереву, извлек нож. – Ананда, найдется какая-нибудь плотная холщовая сумка? Тут придется попотеть.

Глава 7

Я не ошибся. Разделка добычи заняла добрых два часа, и это при том, что нам решили помочь вообще все. Даже Ганья. Бесовка, надо отдать ей должное, вообще отменно орудовала ножом. Разведчица, как-никак.

Илэр, кстати, попытался разговорить её, а заодно и выспросить всякое насчет трансформации, но подчиненная Патрика вновь замкнулась в себе, и нам пришлось довольствоваться лишь короткой лекцией Иоганна, который пояснил в своей нудной манере, что все бесы владеют двумя видами врождённой магии: во-первых, они могут принимать человекоподобный вид, скрывая неестественную силу и скорость, во-вторых, повелевают любой техникой, способны сливаться с ней в единое целое. Не скованный чарами призывателей бес, к примеру, при желании может управлять даже сложной машинерией вроде автомобиля или танка: рулить, менять передачи, врубать, блин, поворотники, если они на танке, конечно, есть.

Но местным нафиг не впёрлись разумные механизмы, а потому волю сородичей Ганьи сковывали сложной магией и заставляли служить, не используя даже десятой части своих возможностей. Ну да, вроде, техномаг в Городе Бомжей говорила что-то насчет крайне низкого КПД прямого преобразования магии в электричество или что-то в этом духе.

И каждый раз, когда охотник упоминал призывателей или бесов, заключенных в механизмы, я видел, как Ганья напрягалась.

В конце лекции я не выдержал.

– Так что, она что-то вроде грем…

Договорить не успел.

Сразу трое: Сюин, Ананда и Иоганн метнулись ко мне и заткнули рот.

– Тихо, – прошептала алхимик. – Никогда. Не говори. Этого слова. Применительно к бесам.

Я недоуменно посмотрел на них.

– М-м-м-м-ф-м?

– Вон, посмотри, – Иоганн указал на нашу скромницу, и я сразу осознал всю мудрость дружеского совета.

Ноздри Ганьи раздувались, в глазах плясало пламя ярости, кулаки были сжаты, а губы сведены в тонкую щёлку.

– Понял? – уточнила китаянка.

– М-м-м-ф-м! – яростно закивал я.

Ладони, затыкающие рот, аккуратно исчезли и я смог вздохнуть.

– А почему такая реакция?

– Понимаешь, Г-слово запрещено в присутствии благородных бесов, – пояснил Иоганн. – У этих двух народов многовековая и непримиримая война, насколько я знаю.

– Ага, а еще бесов можно кормить после двенадцати и купать, яснопонятно. Давайте вернёмся к работе.

И мы вернулись.

Что я скажу. Таких богатых урожаев не собирал даже в окрестностях вольного поселения. Причём ладно количество, фиг с ним – качество, так сказать, продукции поражало.

Покойный явно любил своих зверушек, кормил их, холил и лелеял. Кем кормил – лучше не думать, конечно, но результат радовал. Трофейное мясо было мягким, лишённым жил, даже с жирком. Сердца смотрелись всё так же омерзительно, но тут ничего не поделать.

Их мы разделили по-братски. В смысле, Морвин получила здоровенное сердце трёхтонного волка, мы с Илэром – по медвежьему, ну а всё, что меньше – распределили поровну. И принялись жрать.

Спасибо Айш-нору. Не знаю уж что именно он творил с нашими мозгами и желудками, но ни я, ни дети не блеванули от такого обилия сырого мяса. Даже рвотных позывов не было.

Хотел бы я сказать, что прочие смотрели на сие действо с омерзением, но это было бы ложью. Иоганн явно видел некоторое дерьмо в этой жизни, его сыроедением не напугать. Сюин практиковала каннибализм. Мага, кстати, она принялась хомячить, не отходя от кассы, и, пока мы поглощали сердца, умудрилась обглодать тому обе руки и грудную клетку. Своим мечом китаянка с лёгкостью отрубала ребра и пережёвывала их вместе с истекающими кровью кусками плоти. Не знаю почему не захотела развести костер, но я же не каннибал-гурман, наверное, ей виднее. Ананда, несмотря на относительную молодость, тоже столкнулась со всяким, а потому наши гастрономические экзерсисы не впечатляли её. Ну а Ганья, Айш-нор и Чуча вообще не принадлежали к виду homo sapiens, чтобы смущаться из-за всяческих мелочей.

Хотя, а мы трое, что, люди что ли?

Дискуссионный вопрос, да.

Покончив с кошмарным праздником живота, мы предали останки животных и колдуна огню и кислоте. У Ананды нашлись соответствующие алхимические реагенты, и она сперва растворила изрядную часть скелета чародея, а потом залила кучу, в которую мы сложили тела, чем-то, сильно смахивающим на напалм. Правда, кажется, обладающим зачатками разума.

Эта хрень, определено, пыталась расползтись во все стороны и наша спутница, вытянув вперёд правую руку, удерживала жидкое пламя, а когда оно сожрало останки монстров, сжала пальцы в кулак, и магический огонь потух сам собой.

Дальше – распределили трофеи. Посох уничтожили вместе с трупами – всё равно после смерти хозяина он потерял ценность, а оставлять такую штуку посреди леса не хотелось. Одежду спалили тогда же. А вот кошелёк, богато выглядевший магический жезл, украшения, пару разрядившихся защитных артефактов и прочую годноту забрали с собой. Магические ништяки прихватил Иоганн, деньги, вот неожиданность, кинул мне, сообщив, чтобы потратил на близнецов. Ну, возражать я не стал. Почему бы и нет?

На шее покойника мы нашли действительно странную штуковину. Простой медальон, никакой вложенной магии, никаких секретов, никаких оккультных символов, если не считать правильную пентаграмму.

На простом медном диске была выбита пятиконечная звезда, внутрь которой оказались вписаны… Серп и, мать его, молот!

То ли наш маньяк любил сводить всё к коммунизму, то ли просто так совпало. В любом случае, никто не сумел опознать символ, но Иоганн обобществил его – чисто на всякий случай. Наш Геральт из Хренивии вообще сильно напрягся из-за происходящего. Сказал нам, что всё это крайне дурно пахнет, а потому следует быть готовыми к крупным неприятностям.

Как будто они не произошли со мной в момент межмирового перехода!

В принципе, если так подумать, это всё не наша проблема, пусть у местных башка болит. Мы свое дело сделали, сейчас вернёмся, узнаем у старосты всё, что хотели, отдохнём и свалим прочь, помахав ручкой, пока-пока, нас тут и не было никогда.

Эти мысли прервала Ананда, которая извлекла приличных размеров бурдюк, жидкостью из которого начала поливать землю. Да, она всё это время пёрла на горбу трёхлитровую банку с синеватой дрянью, которую развела чёрт знает когда. На мой вопрос «нахрена?» алхимичка ответила, что нам стоит замести следы, стереть остатки демонических чар, которыми мы – искажённые – щедро кидались направо и налево.

Через пару дней здесь окажется неслабый отряд, который станет рыть землю носом, а потому лучше подстраховаться.

Я вспомнил как мне на хвост присели гейские паладины и всецело согласился, уточнив, что же это за чудодейственное такое средство, как хорошо оно работает и почему его не использовали после разборок с бандитами неделей раньше. Ананда не слишком весело сообщила, что от паладинов сия жидкость вряд ли поможет – ищейки у них хороши, да и артефакторы тоже. Но с магами попроще сработает. Ну а на последствия драки с жалкой кучкой разбойников даже жалко переводить ценные ингридиенты.

После чего протянула мне бутылку и приказала помогать…

Из леса мы вышли ближе к вечеру. Залитые кровью буквально по уши, уставшие, но довольные. И с башкой мага в качестве трофея. Нормально так погуляли.

Деревня встретила нас страхом и тишиной. Детей не было видно и днём, но сейчас пропали также и женщины со стариками, а на реке, прищурившись, можно было заметить несколько больших лодок, наверняка нагруженных под завязку. Мужчины вообще и хитрожопый староста в частности остались – они встречали нас на околице, вооружённые кто чем мог. И я не скажу, чего в их взглядах читалось больше – страха или решимости.

Сомневаюсь, что квестодатель ожидал увидеть нас, вернувшихся с победой. Скорее всего, потеряв целый отряд королевских бойцов, он не верил в залётную группу наёмников, случайно прибившихся к деревеньке в неудачный час. Думаю, староста рассчитывал просто несколько повысить шансы односельчан. Ведь должны же мы были хотя бы немного сократить зверинец, не так ли?

А потому наше возвращение в полном составе, да ещё на своих двоих, произвело должное впечатление. Я прямо-таки видел как крутятся шестерёнки внутри его черепушки. Как прикидывает он – а не совершил ли ещё большую ошибку, отправив нас на колдуна.

Иоганн поспешил успокоить селян, сообщив что никаких претензий к аборигенам у нас нет, и ситуация как-то сама собой разрядилась. Местные тотчас же забегали, стараясь угодить господам спасителям, организовали ужин, надавав подарков в дорогу. Отказываться от халявы, конечно же, мы не стали.

Но первым делом все отправились в местный аналог бани, сильно смахивающий на русскую, только без берёзовых веников. Отмывшись и переодевшись в сменное, сдали одежду в стирку и отправились ужинать. И снова я не мог без отвращения взглянуть на алкоголь. Впрочем, Иоганн тоже не притрагивался к спиртному, не терял бдительности и, вообще, даже ел он, достав личную ложку. Красивую, серебряную, покрытую тонкой гравировкой… Или же магическими символами, например, от яда.

Похоже, расслабляться Геральт из Хренивии не умел.

С этой мыслью мы и отправились по комнатам. В моей уже тусовался один нетерпеливый птах.

Решил, о смертный, наконец? Ответь скорее мне, подлец! – с порога произнес демон.

«Решил», – я подумал, что такие вопросы лучше обсуждать мысленно, а то мало ли кто подслушивает.

Каков же выбор, просвети? Что ждет на этом нас пути?

Я вздохнул.

Ну вот, сейчас всё и решится. Если ошибусь – я покойник, Геральт из Хренивии уж позаботится.

«Я не смогу победить его. То есть – вообще никак, без шансов и вариантов. У Иоганна до хрена артефактов, куча оружия, огромный опыт, он быстр как гепард и силен точно слон», – мысленно проговорил я. – «Ты видел как сегодня этот засранец игрался с двумя медведями и колдуном, проверяя на что мы способны. Какое бы заклинание я ни выучил, если оно не убьет его с одного удара, второго шанса у меня попросту не будет, а я сомневаюсь, что сейчас потяну такой «завали их всех» спелл».

Продолжай.

«Раз победить нельзя, остается только один вариант: бежать».

Ворон каркнул. Кажется, мой ответ ему понравился.

И как бежать желаешь ты? Невидимость? Но то – мечты.

«Я знаю. Ты уже что-то говорил про инвиз, если ничего не путаю. Нет, он не поможет, тут можно не сомневаться ни на секунду».

И что ж тогда?

«Хочу стать сильнее и быстрее. Как бесовка. Хочу бежать так, чтобы он не смог догнать меня, быть способным увернуться от атаки, если припрёт. Мне нужно сравняться с ним в скорости или даже превзойти, пусть и ненадолго».

Архидемон некоторое время молча наблюдал за мной, потом перевел взгляд на Чучу, который ради разнообразия забрался не во внутренний карман и не на мою макушку, а развалился между воротником и шеей, грея меня сухим хомячьим теплом.

Ну, предположим, ты сбежишь, при виде Иоганна ведь дрожишь. Но что не даст тебя догнать и на кусочки разорвать?

Вот тут был тонкий момент, в котором я и сам изрядно сомневался.

«Дети его остановят. Я поговорю и попрошу помочь, пообещаю, что позже найду их, заберу. Он не причинит близнецам вреда, да и, говоря начистоту, под боком этого монстра Морвин с Илэром будет лучше. А значит, мне нужно просто выдержать первую атаку Иоганна и, возможно, Сюин, после чего – сбежать от них, сверкая пятками. Стало быть, требуется какая-то аура или что-нибудь, позволяющее временно усилиться. Уверен, что такое есть, я ведь уже не человек, если так подумать. Эта ваша демоническая магия лечит меня при получении любых ран, она усилила мне зрение, обоняние и осязание. Так почему с её помощью нельзя на короткое время выйти за пределы доступного простому смертному? Вон, Морвин голыми руками камни дробит, чем я хуже?»

Закончив этот пламенный монолог, я уставился на контрактора, который согласно кивнул.

Да будет так, ты выбрал путь. Теперь о жалости забудь. С утра в дороге мы вдвоем в ученьи время проведем.

Я выдохнул.

Не знаю, правильно поступаю или нет, не знаю даже сколько смогу находиться в таком усиленном состоянии, может, от силы пару минут или и того меньше. Не знаю как здорово это прибавит мне прыти и реакции, но в выборе своем я уверен.

Посмотрев сегодня на трансформацию Ганьи, на боевые эликсиры Ананды и на мощь Иоганна, я понял, что должен обрести нечто подобное. Должен хотя бы минуту или две не уступать им в скорости, а лучше – превосходить.

Да, детишек жалко, привязался я к ним, но себя еще жальче. Умирать неохота. А раз так, то следует принимать непростые решения. Такова жизнь в этом умирающем мире.

С этими мыслями я и лёг спать, надеясь, что завтра мы получим хоть какие-нибудь полезные известия.

***

Утром за завтраком к нам наконец-то подсел староста. Он выглядел чуть сконфуженным, но и очень довольным одновременно. Как и обещал, мужик рассказал Иоганну с кем можно поболтать в столице, даже пару писем написал. Непрост оказался наш знакомец, ой как непрост.