Текст книги "Белоснежка. Мы под запретом (СИ)"

Автор книги: Слава Ленская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 16

Глава 16

Алик

Полгода назад

До этого дня меня мало что могло заинтересовать, если это не было связано с IT-технологиями, разработками программ или веб-дизайном. Я даже ни разу не заглядывался на девчонок. Смотрел, конечно, но особого интереса не испытывал. Братья надо мной подшучивали, но мне было плевать.

Даже друзей среди ровесников у меня не было. Все они думали о какой-то дури. А те, с кем общался, поступили в вузы и разъехались кто куда. Поэтому общаться в реальной жизни мне было не с кем. Вся моя жизнь была по ту сторону монитора. Я интересовался учебой, и сутками пропадал в своей комнате, оборудованной по последнему слову техники. После того, как я установил там третий компьютер, отец решил, что спальню нужно переносить. В итоге мне отвели еще одну комнату в доме. Зря, конечно, ведь я там совсем не появлялся. Работал и спал в своей прежней спальне, занимался тоже там.

Вытащить меня на школьный бал-маскарад было практически невозможно. Заставить выйти на сцену еще более неосуществимо. Но мой младший брат не зря славился покорителем женских сердец. Он обладал даром убеждения. Не знаю, как ему это удалось, но я попал на эту вечеринку. Скучал, расположившись в нише у сцены. Панировал после выступления сразу свалить домой и заняться исправлением кода в баге моего приложения.

Из этого укромного места я наблюдал за теми, кто входил в зал. Иногда Стэф подходил ко мне и развлекал, оценивая костюмы вновь прибывших.

– О, а эта на твердую троечку! – оценил он какую-то Мальвину.

– А вот Алиса на десятку потянет, – пробормотал я, обратив внимание на яркий необычный костюм, оба брата внимательно посмотрели в сторону девчонки.

Я же перевел взгляд на ее подружек. Одна из них была одета в платье Белоснежки и держала в руке огромное красное яблоко. В момент, когда я посмотрел на ее лицо, девчонка широко улыбнулась.

Я же в это момент нахмурился. Она была в маске, которая не давала рассмотреть ее лицо. Почему-то меня это бесило. Хотя, на остальных я так не реагировал. Не пытался разгадать кто скрывался под какой маской, в отличие о Стэфа.

– А Белоснежка? – вырвалось у меня.

– Ну, скажем так, на четверочку, – пробормотал брат, потирая подбородок.

– И кто она? Ты ее знаешь? – не терпелось мне разгадать загадку.

– Хм, нет. Ну, или не могу понять, – он пожал плечами и потерял интерес к девчонкам, переключив внимание к другим вошедшим. Я же весь вечер не мог отвести от нее глаз. Стройная, высокая, большие глаза, цвета, который я в неярком свете рассмотреть не мог, но очень хотел.

Вечер вдруг перестал быть таким уж скучным. Я занялся тем, что неустанно наблюдал за хрупкой фигуркой в длинном платье. Ее темные слегка вьющиеся волосы притягивали взгляд. Хотелось запустить в них руку, ощутить их шелковистую текстуру.

– Пошли! Наша очередь выступать, – позвал меня Стэф, отвлекая от увлекательного занятия.

«Вот оно! Сейчас Белоснежка будет смотреть на сцену, возможно, даже на меня», – подумал и не возмущаясь поднялся на сцену, заняв место за клавишами.

Когда-то, еще в начальной школе, мама запихала всех нас в музыкальную школу.

– Для общего развития, – аргументировала она свой выбор.

Мы действительно не стали возмущаться против музыкалки, при условии, что остальные увлечения нам позволят выбирать самим. Мама без лишних слов согласилась. С тех пор Дамиан стал заниматься плаванием, я программированием, а Стэф практиковался в актерском мастерстве, не забывая перепробовать почти все спортивные секции, ни на одной надолго не зацикливаясь.

В итоге он остановился на легкой атлетике, объясняя, что для общего физического развития этого вполне достаточно, а командные виды спорта не для него. Еще бы! Ни одна команда его долго не выдерживала, ведь он все внимание фанаток перетягивал на себя. В итоге всем было плевать, кто капитан, кто центровой игрок. Болельщицы скандировали только одно имя, вместо названия команды.

Так что ж. Мама оказалась права, занятия в музыкальной школе нам все же пригодились. Все глаза присутствующих в зале были обращены к сцене. А меня интересовала только одна девушка, которая почему-то вместо того, чтобы смотреть на меня, пялилась в экран телефона и хмурила лоб. В то время, когда две ее подруги с открытыми ртами смотрели на сцену, а если быть точным, пожирали глазами моих братьев.

В этот вечер весь мой мир перевернулся. Я решил во что бы то ни стало добиться внимания этой девушки. Только сперва нужно было выяснить кто она такая.

Уже полгода я одолевал отца, требуя разрешить мне перейти на домашнее обучение. Но в этот момент отказался от такой мысли. Теперь меня магнитом тянуло в школу. И, хотя на уроках я спал в спортзале, точнее в подсобке, на переменах старался выйти и искать глазами ту самую.

Выяснить кем была моя Белоснежка не составило труда. Дамиан стал встречаться с Ариной, и сама девчонка и ее подруги оказались в центре внимания. Мне осталось только сложить дважды два и понять, что эта троица те самые, кого я искал.

И все же моя цель ускользала от меня. Белоснежка даже не смотрела в мою сторону. А я терял надежду и периодически терпение. Только, кого это волновало? Если я был невидимкой для той, что занимала все мои мысли.

Тот день, когда ее заперли в подсобке, я не забуду никогда. Такая удача могла мне только сниться. Ведь тогда она пришла ко мне сама.

Мое удивление просто не передать словами, настолько я был шокирован, увидев ее в своем тайном месте. Спросонья даже не сразу понял, что видел ее наяву. Первой мыслью было, что Белоснежка мне приснилась. И лишь, услышав ее крики, понял, что это не так. Слишком сильно отличалась действительность от образа, которое мне рисовало воображение.

Моя нежная, дружелюбная, прилежная Белоснежка оказалась запертой в подсобке. С чего бы вдруг? Неужели такую девочку могли не любить? Неужели у этого хрупкого создания могли быть враги? Тем более такие жестокие. Которым я был обязан подпортить жизнь. Отомстить за беззащитную Белоснежку было делом чести.

Я старался держать скучающее и совсем непринужденное выражение лица. Максимально старался не попасться никак нельзя было допустить, чтобы она раскусила, насколько сильно я был рад в этот момент. И кто бы мог подумать, как было сложно держать покерфейс и при этом всеми силами стараться разговорить девчонку и обсудить с ней все на свете. Мое желание заговорить ее до рассвета было почти непреодолимым.

– Ну, тебя здесь тоже, получается, закрыли. Вряд ли мои одноклассники были в курсе, что здесь отдыхает сам Алексис Демидас. Иначе, они бы не посмели, – произнесла моя Белоснежка, печально вздыхая.

Она знала мое имя. Значит не такой уж я и прозрачный. Девчонка не думала, прежде чем это сказать. Да и в момент, когда она только заметила меня, в глазах промелькнуло узнавание.

– У тебя же есть с собой телефон? Можешь кому-нибудь позвонить, сказать, чтобы нас выпустили? – воскликнула она, когда в симпатичной головке родилась какая-то гениальная идея.

Я видел это по выражению ее лица. И очень не хотел расстраивать, но так быстро расставаться я хотел еще меньше. Поэтому поглубже подтолкнул мобильник в карман и порадовался, что привык перед сном ставить на беззвучный режим, чтобы никто не мешал мне. В конце концов, в этом месте я искал только одиночества и тишины.

– Не-а, – равнодушно ответил, ухмыляясь в душе.

На лице девчонки отразилось разочарование. Но лучше так, чем потерять единственный шанс провести с ней побольше времени.

Я наслаждался каждой минутой, проведенной вместе. Каждым словом, которое она произносила, обращаясь ко мне. Это был чистый кайф. В тот момент, казалось, что мне большего и не надо.

Оказалось – показалось!

Когда Морошкин пришел и выпустил нас, я понял, что мне мало. Катастрофически!

Белоснежка убежала домой, а мне предстоял невеселый разговор с директором, который мы вели почти каждый день. Это была такая наша маленькая традиция, где я постоянно прятался ото всех, а он меня находил и отчитывал, если я не успевал свалить до конца уроков.

– Демидас, когда это прекратится? По-твоему, в мои обязанности входит быть у тебя на побегушках? – возмущался он, проводив взглядом девчонку и вернув внимание ко мне.

Обычно он был в курсе моих прогулов и, если я задерживался после уроков, шел меня выгонять из школы. По камерам он давно вычислил все мои тайные места, так что быстро определял мое местоположение.

Он бросил к моим ногам рюкзак. Вздернув бровь, я пронаблюдал за полетом, медленно перевел взгляд с рюкзака к лицу директора. Выразительно на него посмотрел, так, что тот немного занервничал.

– Там ведь мог быть мой ноут, – вкрадчиво произнес я.

– Не смеши меня! Ты с ним не расстаешься ни на минуту, – фыркнул Морошкин, не поверив ни единому моему слову.

По его тону я понял, что слегка заигрался. И несмотря на покровительство отца, мог получить наказание.

– Еще раз такое повторится, и я не посмотрю, что ты Демидас. Твой отец давно дал мне право наказывать любого из вас, – сообщил директор, имея ввиду и моих братьев.

– Зачем же ждать следующего раза, если можно наказать нас уже сейчас? – спросил я, ловя за хвост ускользающий шанс. – Сами подумайте. Мы заперлись тут с девчонкой и занимались непонятно чем! Прямо в школе!

– Кого это нас? – подозрительно уточнил Евгений Борисович, сузив глаза.

– Меня и мою соучастницу, конечно! – я вовсю веселился, даже не пытаясь скрыть довольную ухмылку.

– И что ты предлагаешь?

– Есть тут у меня одна идея!

То, как я в дальнейшем разгромил библиотеку, в которой никакая уборка не требовалась, я бы не хотел вспоминать. Но, оно того стоило.

Но, сперва я разобрался с девчонкой, которая решила, что может тронуть мою Белоснежку. Взломать ее IP и получить доступ ко всем связанным гаджетам не составило труда. Я такое мог проделать с закрытыми газами. Причем сам же написал программу, благодаря которой меня никто и никогда не сможет вычислить.

Эта Изольда пожалела о том, что посмела обидеть мою девочку. После наказания в слезах убежала из школы и больше не вернулась. Я был в курсе, что документы на перевод забирали ее родители. Сама-то она не решилась бы больше показываться на глаза одноклассникам, да и любым учащимся нашей школы. Слишком специфичное видео я залил во все паблики и чаты. Уже после меня ничто не отвлекало от плана по завоеванию самой идеальной девушки на нашей планете.

Каждый день я наблюдал, как менялось отношение Белоснежки ко мне и таял от счастья. Добился!

Глава 17

Есения

«Это конец! Все узнают! Мне же прохода не дадут, будут пальцем показывать. И сто процентов высмеивать, что я слишком высоко замахнулась. На самого Демидаса», – сходила с ума, зациклившись на этой мысли. Только этого мне не хватало для полного счастья. Но все, еще не так страшно. Виталик узнает! И что он мне скажет? Точно не порадуется за сестру.

Вот с кем я ждала беседы с замиранием сердца. Как сделать так, чтобы этого не произошло? Я сломала всю голову, но ничего не смогла придумать.

Оставалось только ждать этого взрыва, волной которого снесет нас обоих. Ох, как же сильно мне не хотелось привлекать к себе это чрезмерное внимание. Только, как не крути, его уже было не избежать.

– Из-за чего ты так переживаешь? – спросил Алик, смотря на мои дрожащие руки.

– Неужели ты не понимаешь? – спросила, недоумевая, как можно быть таким непрошибаемым?

Посмотрела на парня, но он, казалось, был всем доволен. Алик пожал плечами.

– Тебя не беспокоит тот факт, что о нас все узнали? – возмутилась я.

Мы каким-то образом пережили этот день в спокойствии и сидели в кафе, недалеко от моего дома.

– Вообще нет. Это ты не хотела открыто встречаться, я пошел тебе навстречу. Меня все устраивает.

– Предатель! – воскликнула, возмущенно на него посмотрев. – Ты ведь обещал, что мы будем все скрывать!

– Так я никому и не рассказывал. Какие ко мне претензии? – хмыкнул и широко улыбнулся мой парень, который совсем не хотел понимать, что у меня это убивает.

– Но, ты, похоже, рад, что нас раскрыли, – прищурив глаза, сказала я.

– Так и есть. Лично я изначально не хотел ничего скрывать. Это ты считаешь, что я слишком плох, чтобы представить меня своим друзьям и родителям, – бросил Алик, вгоняя меня в краску.

И правда, со стороны, возможно, мое поведение именно так и выглядело. Я прикусила губу и виновато посмотрела на Алика.

– Ты правда так думаешь? Или хочешь сейчас вызвать во мне чувство вины? Может жалости? – уточнила я, уже зная ответ наперед.

– Иногда мне кажется, что именно так и есть, – признался парень и взглянул на меня с грустью. Я ни разу еще не видела подобного выражения на его лице. Обычно Алик дурачился или был задумчив, улыбался, но никогда не выглядел таким печальным.

– Но, ведь это не так! Ты что! Я просто… просто боюсь реакции брата.

– Ну, что он может сделать? Разозлиться? Расстроиться? Что еще?

– Ты не знаешь, но мы с детства всегда были вместе. Только в последнее время он нашел себе компанию парней и немного отдалился. Для меня важно его мнение. И я не хочу с ним ссориться. Вообще не хочу, – призналась я.

Хотя, на самом деле я не договаривала всю правду. Мне важно было сохранять баланс в отношениях со всеми. С родителями, друзьями, одноклассниками, учителями. Да даже грубый кассир на кассе магазина, который обычно мне улыбается, меня выбивает из колеи.

Итак в последнее время слишком много людей вокруг меня стали чужими. Сперва Арина, которая уехала и долго вообще на связь не выходила. Потом Дашка, решившая, что моя компания слишком проста для нее. Получить еще один удар от близкого человека для меня было уже слишком.

– А со мной? Со мной ты ссориться хочешь? – спросил вдруг Алик, застав меня врасплох.

– С тобой мне еще меньше хочется портить отношения. В последнее время ты стал для меня самым важным человеком в жизни. Как я могу допустить, чтобы мы ссорились?

Алик пересел поближе ко мне и крепко обнял.

– Ты такая милашка у меня, – прошептал он, склонившись ближе и поцеловав в щеку.

– Ты что делаешь? – ахнула я, широко распахнув глаза.

Сразу принялась глазеть по сторонам. Переживала, видел нас кто-то или нет.

И нашла. У двери, словно статуя, застыл Виталик. Его глаза были такими круглыми, что казалось, вот-вот выпадут из орбит. Правда в таком положении он пробыл недолго. Вскоре брат ожил, сперва быстро-быстро заморгал, а потом и сам двинулся в нашу сторону.

– Это что вообще такое? – рыкнул Виталик.

– А в чем проблема? – поднялся Алик и преградил путь брату, который надвигался на меня.

– У меня нет проблем. А вот у тебя сейчас появятся, если не свалишь с пути, – продолжал зло говорить Виталик.

Я же боялась выглянуть из-за спины Алика и посмотреть, насколько разъяренным был брат. Со спины мой парень выглядел слегка внушительнее. Хотя раньше я никогда не обращала внимания на то, насколько широкими плечами обладал парень.

– С чего ты решил, что кто-то здесь станет слушать твои приказы? – хмыкнул Алик, не собираясь ни отступать, ни прекращать спор.

– А тебе вообще кто разрешил со мной заговаривать? – в этот раз нотки ярости прозвучали во фразе брата.

– Мне не нужно твое разрешение, – я видела, как Алик повернул ко мне лицо и подмигнул, а потом, как на его лице расцвела злобная улыбка.

Она скорее была насмешливой, и для брата эта гримаса, словно красная тряпка для быка, была провокацией.

Алик

– Мне не нужно твое разрешение, – произнес я, усмехнувшись. Хотя, на самом деле готов был разорвать этого дебила, наехавшего на мою девочку.

Какое право он имел вообще, если даже родным братом не являлся. Всего лишь двоюродным.

– Я запрещаю тебе с ним общаться, – игнорируя мой выпад, произнес Виталик.

– Виталь, но я… – попыталась что-то ответить Яся. Только запнулась на полуслове и замолчала, когда мы оба на нее посмотрели.

Я осуждающе, потому что не видел смысла отчитываться перед этим недомерком. А он, видимо, потому что безумно меня ненавидел. Что ж, было за что. Хотя, я своей вины в его проблемах не видел. Сам виноват.

Белоснежка опустила глаза и густо покраснела. Ей было стыдно. А вот мне это не нравилось. С чего вдруг она стыдилась наших отношений? С какой стати, должна была оправдываться перед нерадивым братом?

– Вставай, я отведу тебя домой. Поговорим по дороге о том, что ты натворила. Нашла с кем связываться, – недовольно скривившись, высказывал братец моей девушке.

– Она никуда не пойдет. Домой я ее сам провожу, – оттесняя его подальше от нашего столика, я говорил и шагал на парня.

Он пятился, медленно, нехотя. Но все же делала это.

– Ты меня сейчас провоцируешь, – прошипел Виталик, когда отступил на несколько шагов и его капитуляция была слишком явной.

– Нет, друг. Не угадал, – я оскалился. – Сейчас ты меня провоцируешь, – прошипел так, чтобы Яся не слышала.

– Да что ты можешь? Без своего ноутбука? – хмыкнул парень и довольно ухмыльнулся, как будто его осенило, что я в данный момент был более чем уязвим.

– Смотрю, ты планируешь проверить, – еще шире ухмыльнувшись, я настроился на самое интересное.

Давно мы с братьями не дрались, хотя еще с год назад Дам заставлял нас со Стэфом вступать с ним в спарринг. Так он держал в форме не только себя, но и нас. Пару раз в неделю меня насильно отрывали от моих любимых компов и загоняли в качалку. Сейчас я делал это сам на автомате. Так разгружал мозг. После зала, войдя в свою святая святых, всегда находил новые идеи. Так что для меня это был не совсем спорт, скорее разгрузка мозга. Ну и поддержание тонуса в организме.

– Да легко, – выплюнул самоуверенно Виталик, а уже через секунду замахнулся, надеясь нанести мне сокрушающий удар.

Только ничего у него не вышло. Я увернулся и на автомате выбросил кулак вперед.

Виталик оказался не таким крепким и быстрым, как мои братья. Поэтому мой отточенный годами удар пришелся ему прямо по переносице. Парень упал, схватившись за лицо и тихо заскулив. Я же присел над ним и внимательно смотрел на его мучения. Наверное, было очень больно, раз у того даже слезы из глаз проступили.

– А знаешь, когда Яся впервые про тебя сказала, я даже не вспомнил кто ты, – заговорил я тихо. Не хотел пугать притихшую Белоснежку и раскрывать, какой на самом деле идиот ее братец. – Но после того, как она раз за разом отказывала мне из-за тебя, я все же решил проверить.

– Вот ты урод! Наверное, каждый день кидаешь на деньги честных людей, раз не запомнил меня, – все еще корчась от доли, но уже поднимаясь на ноги, заговорил Виталик.

– Это ты-то у нас честный? Не ты ли с дружками хотел нас нагреть на бабки? – я уже не казался тем добряком и ничем не интересующимся компьютерным червем. – Конечно, я узнал, что именно тебя во мне бесит. То, что я смог раскрыть твой гениальный план и забанить аккаунты твой и твоих дружков.

– Да знаешь, сколько бабок я тогда потерял? – громким шепотом сквозь зубы цедил этот отморозок. Сам тем временем косился в сторону Есении. Боялся, что девчонка услышит и поймет, кто тут отрицательный герой.

– Мог бы приумножить, если бы не стал нарушать правила, – ответил я.

– Тебя забыл спросить, – фыркнул Виталик и снова двинулся в сторону Яси.

– Пошли домой, – строго сказал он, хмуро глядя на девчонку.

Она поджала губы и покачала головой.

– Хочешь оставаться с ним? Оставайся. Только не плачь потом, когда поймешь, с каким уродом ты связалась, – произнес Виталик и быстро удалился, не забыв протаранить меня плечом.

Яся сидела, опустив глаза. она смотрела в стол и грустно водила по нему пальчиком. Парк раз громко вздохнула. И только потом подняла на меня полные страха и отчаяния глаза.

– Я так испугалась, когда он на тебя замахнулся, – произнесла она, удивляя меня все больше.

Вот уж чего я точно не ждал от своей милой Белоснежки, так это того, что за меня она станет переживать больше, чем за брата.

– Не ожидал, – произнес я подсевшим голосом.

Она взяла в руки мою ладонь и посмотрела на слегка поцарапанные костяшки.

– Чего ты не ожидал? – пробормотала она, ведя пальцами по мелким трещинкам. – Больно?

В ее глаза я увидел заботу, которой лишился уже давно. Она удивляла меня все больше.

– Знаешь, после того, что я услышала, больше не хочу слушать глупости, которые несет Виталик, – произнесла Яся, переводя взгляд на меня. – На самом деле я уже давненько сомневалась в его словах. Ты не можешь быть таким плохим, как он всегда говорил.

– К сожалению, моя милая Белоснежка, я не такой уж и хороший. До положительного героя мне далековато, – решил и я не строить из себя прекрасного принца без страха и упрека.

– Думаю, ты не так плох, каким хочешь казаться.

– Кто знает, – я пожал плечами. Желание рассказывать о своих грехах и отпугивать Ясю у меня не было, поэтому я не торопился ее разубедить.