Текст книги "Развод. (Не) лишний вес (СИ)"

Автор книги: Сия Белая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Денис снова повернулся к Полине и Светке. Он окинул Светку внимательным, оценивающим взглядом и коротко кивнул:

– Подруга? Молодец, что не бросила её. Но в твоей тесной панельке Полине сейчас не место. Ей нужен абсолютный покой, свежий воздух, загородная тишина и правильное медицинское наблюдение. Полина, ты едешь со мной. У меня есть охраняемый загородный гостевой дом в сосновом бору. Там никого нет, кроме прислуги и повара. Будешь отдыхать, восстанавливать силы и думать... о своем здоровье. Возражения не принимаются.

Полина посмотрела на Светку. Подруга безумно, неистово закивала головой, безмолвно шепча губами: «Соглашайся, дура, он же бог! Он тебя из этого ада вытаскивает!» .

Полина перевела взгляд на Дениса Старка. Этот мужчина пугал её своей безграничной властью, но в его глазах, направленных на её аппетитные, пышные формы, не было ни капли брезгливости – только чистая, первобытная мужская страсть и желание обладать ею. Защищать её. А внутри Полины росла маленькая, хрупкая жизнь. Ради своего будущего ребенка она должна была быть сильной и принять эту руку помощи.

– Хорошо, – тихо, но уверенно ответила Полина, расправляя плечи и впервые за эти дни улыбнувшись. – Я поеду с вами, Денис. Спасибо.

Старк довольно, хищно улыбнулся. Он обнял её за талию, властно прижимая её мягкое, аппетитное бедро к своему железному торсу, и повел к выходу. Полина шла, не оборачиваясь. Прошлое было сожжено. Впереди её ждала новая, совершенно незнакомая, но чертовски интригующая жизнь.

Глава 3. Сладкий плен в сосновом бору

Загородное поместье Дениса Старка больше напоминало закрытый пятизвездочный курорт, чем частные владения. Огромный дом из темного бруса и панорамного стекла идеально вписывался в вековой сосновый бор. Воздух здесь был настолько чистым и густым от хвои, что у Полины поначалу кружилась голова.

Её поселили в просторном двухэтажном гостевом флигеле. Здесь было всё: огромная спальня с кроватью размера «king-size», собственная терраса с видом на озеро и, к изумлению Полины, просторная кухня, укомплектованная по последнему слову техники. Её новенькие итальянские печи и кондитерские миксеры, бережно перевезенные людьми Дениса, уже стояли на полированных гранитных столешницах.

Прошла неделя. Полина постепенно привыкала к новой реальности. Каждое утро начиналось с того, что горничная приносила ей завтрак, составленный личным диетологом Дениса: свежие ягоды, фермерский творог, легкие омлеты. Никаких жестких диет или изнуряющих тренировок, которых Полина так боялась после обморока. Напротив, Денис строго-настрого запретил ей худеть.

Вечерами Старк приезжал сам. Он не давил на неё, не требовал ничего взамен за свою щедрость, но его присутствие заполняло собой всё пространство. Когда этот огромный, уверенный в себе мужчина садился в кресло у камина, лениво потягивая виски и наблюдая за тем, как Полина хлопочет у кондитерского стола, в воздухе буквально трещало электричество.

В эту пятницу Полина решила отблагодарить хозяина дома. Она приготовила свой фирменный десерт – нежнейшее черничное суфле на миндальном бисквите без сахара, адаптированное под спортивный рацион Дениса.

Раздался негромкий стук в дверь, и на пороге появился Старк. Сегодня он был без пиджака, в черной шелковой рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами и закатаными до локтей рукавами, обнажающими мощные, покрытые татуировками предплечья.

– М-м-м, какой аромат, – низким, бархатным голосом произнес Денис, проходя на кухню. Его серые глаза мгновенно отыскали Полину.

На ней был простой домашний трикотажный костюм нежно-пудрового цвета. Мягкая ткань облегала её округлые бедра и высокую, налившуюся из-за беременности грудь. Полина заметно расцвела за эту неделю: на щеках появился здоровый румянец, а в глазах вместо испуга зажглась мягкая, теплая глубина.

– Я приготовила для вас десерт, Денис, – Полина смущенно улыбнулась, подавая ему изящную креманку. – Надеюсь, вашему диетологу это понравится.

Денис взял ложку из её рук, его пальцы нарочно скользнули по её ладони, высекая искры томительного жара под кожей Полины. Он попробовал суфле, зажмурился от удовольствия и покачал головой.

– Поля, это преступно вкусно, – выдохнул он, делая шаг ближе к ней. – Ты волшебница. Твой бывший муж действительно клинический идиот, раз променял такое сокровище на сухую вешалку.

Полина опустила глаза, почувствовав, как к горлу снова подступает тень прошлой обиды.

– Он звонил сегодня, – тихо призналась она. – Кричал в трубку, требовал встрече. Сказал, что если я не вернусь и не подпишу отказ от раздела его фирмы, он испортит мне жизнь. Он до сих пор думает, что я прячусь у Светки и рыдаю в подушку.

Лицо Дениса мгновенно потемнело. Его челюсть сжалась, а в глазах вспыхнул опасный, хищный огонь. Он поставил десерт на стол и подошел к Полине вплотную, лишая её возможности отступить. От него пахло дорогим табаком, кедром и чистым мужским адреналином.

– Он больше пальцем тебя не тронет, маленькая моя, – глухо произнес Денис, опуская свои огромные, горячие ладони на её талию. Мягкая ткань костюма подалась под его пальцами, и Полина невольно вздохнула от контраста между его жесткой силой и невероятной нежностью. – Пусть только попробует сунуться. Мои юристы уже готовят такие иски по разделу имущества, что твой Артурчик останется без порток. А ты... ты заслуживаешь лучшего.

Денис медленно, не отводя горящего взгляда от её пухлых, приоткрытых губ, скользнул ладонями ниже, очерчивая крутые, аппетитные изгибы её бедер. Полина вздрогнула, внутри всё завязалось в тугой, сладкий узел. Мужчины никогда не смотрели на неё с таким первобытным, голодным вожделением. Артур всегда требовал от нее соответствовать каким-то стандартам, а Денис... Денис брал её ладонями так, словно она была величайшей драгоценностью в мире.

– Денис... подождите... – прошептала она, упираясь ладошками в его каменную грудь. – Вы ведь знаете... я беременна. Ребенок от него. Это... это неправильно. Зачем я вам? У меня лишний вес, я разбита...

– Заткнись, – нежно, но властно перебил её Старк.

Он притянул её к себе еще ближе, так что её пышная грудь смялась о его крепкий торс. Полина отчетливо почувствовала, как под тканью его брюк быстро и тяжело пульсирует его собственное, сильное желание.

– Твои формы сводят меня с ума, Поля, – прохрипел Денис, запуская пальцы в её густые каштановые волосы. – Ты сочная, мягкая, настоящая женщина. Я мечтал о такой всю жизнь, среди этих силиконовых кукол. И мне плевать, чей это ребенок. Теперь он мой. И ты моя. Запомни это.

Прежде чем Полина успела осознать его слова, Денис накрыл её губы своими – требовательным, глубоким и невероятно горячим поцелуем. Полина тихо ахнула, открываясь ему навстречу. Его язык властно ворвался в её рот, сплетаясь с её собственным, пробуя на вкус черничное суфле и чистую, первобытную страсть.

Её руки сами собой взлетели вверх, обхватывая его за шею, пальцы запутались в его коротких жестких волосах. Денис застонал, его ладони подхватили её под аппетитные ягодицы, с легкостью приподнимая Полину и усаживая её прямо на край гранитной столешницы среди кондитерских форм.

Его поцелуи спустились ниже, обжигая её шею, ключицы. Рука Дениса скользнула под трикотажный топ, накрывая ладонью её потяжелевшую, невероятно чувствительную грудь. Полина выгнулась в его руках, шумно и часто дыша, полностью растворяясь в этом сладком, запретном плену. Она поняла, что пропала. Этот мужчина забирал её душу, стирая всё её прошлое одним лишь прикосновением.

На следующее утро Полина проснулась в своей постели одна, но на прикроватной тумбочке её ждал роскошный букет белоснежных роз, от которых исходил тонкий, едва уловимый аромат, и строгая папка из дорогой черной кожи.

Сгорая от любопытства и легкого волнения, она присела на край кровати и открыла её. Внутри лежали официальные, заверенные нотариусом документы на право собственности. Зарегистрированное юридическое лицо: ООО «Полина Старк». И договор долгосрочной аренды на двухэтажное старинное здание в самом центре города под открытие авторской кондитерской студии «Сладкий рай». Все расходы по капитальному ремонту, дизайну и закупке недостающего оборудования Денис уже полностью взял на себя.

На отдельном листке его размашистым, истинно мужским почерком было написано:

«У каждой королевы должно быть свое королевство. Вечером заеду, поедем смотреть помещение. Ничего не бойся, сочная моя. Твой Д.»

Полина прижала листок к груди, чувствуя, как по щекам текут сладкие слезы счастья. Мужчина, которого она знала всего неделю, сделал для неё больше, чем законный муж за пять лет брака. Но её радость прервал резкий, настойчивый звонок мобильного телефона. Номер был незнакомый. Полина нахмурилась и приняла вызов.

– Алло? – ответила она.

– Полина? – раздался в трубке шипящий, сочащийся ядом и злобой голос Кристины. – Слушай меня сюда, жирная корова. Ты думаешь, нашла себе покровителя Старка, прыгнула к нему в постель своими складками и поймала бога за бороду? Артур из-за твоих зубастых юристов рвет и метает, они заблокировали счета его фирмы!

– Мне плевать на Артура и его счета, Кристина, – ледяным тоном ответила Полина, хотя внутри всё сжалось от отвращения. – Пусть общается с моими адвокатами.

– Ах ты дрянь! – сорвалась на визг секретарша. – Думаешь, Старк тебя защитит? Да он поиграет с твоим жирным телом неделю-другую ради экзотики и вышвырнет на помойку! Если ты сейчас же не заставишь своих ищеек отозвать иски по разделу имущества, я устрою тебе ад. У меня есть связи в местных пабликах и прессе. Я солью туда всю историю о том, как успешный бизнесмен Артур выгнал тебя из дома как засаленную кухарку, и как ты, нищая и брошенная толстушка, приползла на коленях к Старку и теперь отрабатываешь долги на его кухне! Мы уничтожим твою репутацию, ты в этом городе ни одного пирожка больше не продашь!

Полина сжала телефон так крепко, что побелели пальцы. Еще неделю назад эти слова размазали бы её по полу. Но сейчас, чувствуя за спиной незримую, мощную поддержку Дениса, и зная, что внутри нее тихонько зарождается новая, хрупкая жизнь, которую она обязана защитить, Полина ощутила, как в груди разливается холодная, яростная уверенность.

– Послушай меня внимательно, Кристина, – тихо, но с такой убийственной силой произнесла Полина, что девица на том конце провода подавилась собственным воздухом. – Сливай в прессу всё, что твоей куцей голове угодно. Но запомни: если хоть одна грязная статья появится в сети, Денис Старк лично позаботится о том, чтобы твой Артурчик остался без штанов, без бизнеса и без гроша в кармане. А ты отправишься искать новую работу на панель, где тебе самое место. Больше не звони мне.

Она сбросила вызов и заблокировала номер. Сердце бешено колотилось, но это был не страх. Это был азарт. Полина улыбнулась своему отражению в зеркале. Она больше не была беззащитной жертвой. Она была готова бороться за свое счастье.

Глава 4. Эффект бумеранга

Прошел ровно месяц с того дня, как жизнь Полины раскололась в дребезги на дубовом столе в офисе «ГрадСтроя», и собралась заново в роскошном сосновом бору поместья Дениса Старка. Для Полины это время пролетело как один бесконечный, наполненный сумасшедшим ритмом день. Она больше не плакала по ночам. У неё просто не оставалось на это ни времени, ни сил, ни желания. Вся её жизнь теперь была соткана из ароматов свежей ванили, дорогого бельгийского шоколада, терпкого парфюма Дениса и удивительных, пугающих и одновременно прекрасных изменений в её собственном теле.

Авторская кондитерская студия «Сладкий рай» готовилась к грандиозному открытию. Денис не поскупился на исполнение её мечты. Двухэтажное старинное здание в самом центре города, с лепниной на фасаде и огромными панорамными окнами, за этот месяц превратилось в настоящий дворец вкуса. Дизайнеры, нанятые Старком, беспрекословно слушались каждого указания Полины. Интерьер был выполнен в изысканных, благородных тонах: оттенки пудры, матового золота, глубокого шоколада и нежного крема. На первом этаже расположилась сама кондитерская с роскошными витринами из гнутого стекла, за которыми на ледяных подложках должны были покоиться её шедевры, и уютная кофейная зона с мягкими бархатными креслами. На втором этаже разместилась святая святых – огромная, стерильно чистая кухня-лаборатория, укомплектованная по последнему слову техники, куда уже перевезли все её любимые печи и итальянские миксеры.

Полина расцветала с каждым днем, и это замечали абсолютно все. Беременность, которая протекала на удивление легко благодаря абсолютному покою, заботе Старка, лучшим витаминам и регулярным осмотрам у личного профессора-гинеколога, только добавляла Полине манящей, сочной, истинно женской красоты. Пропала та унылая, забитая домашняя серость, в которую её планомерно вгонял Артур. Кожа Полины словно светилась изнутри нежным фарфоровым блеском, каштановые волосы налились тяжелым глянцем и крупными волнами падали на плечи, а пышная, аппетитная грудь округлилась и приподнялась так, что кружила Денису голову одним своим видом.

Старк буквально бредил ею. Каждая их ночь в огромном доме, скрытом среди сосновых крон, превращалась в изнуряющий, сладкий и невероятно чувственный марафон страсти. Денис, привыкший в своей прошлой жизни к холодным, высокомерным, высушенным вечными диетами моделям, упивался мягкостью, теплом и податливостью тела Полины. Для него она была идеалом. Он мог часами, доводя её до исступления, ласкать её округлые, тяжелые бедра, целовать каждый изгиб её бархатного живота, шепча на ухо хриплые, порочные, истинно мужские комплименты. Полина плавилась в его руках, забывая обо всем на свете, отдавая ему себя до капли. Он брал её властно, сильно, заставляя кричать от наслаждения на шелковых простынях, но в то же время Полина подсознательно чувствовала его трепетную, защищающую осторожность. Денис помнил о её положении. Он ни разу не заикнулся о том, что ребенок зачат от другого человека. Он просто окружил её такой броней безопасности, о которой она не смела и мечтать. И всё же в глубине души Полины иногда шевелился глухой, глупый страх: «А что, если когда малыш родится, Денис посмотрит на него и увидит черты Артура? Сможет ли он искренне любить чужую кровь?» Она гнала эти мысли прочь, но они возвращались, заставляя её сердце сжиматься.

И вот, наконец, наступил день «Х».

Вечер торжественного открытия «Сладкого рая» собрал под крышей кондитерской весь бомонд города. Денис лично позаботился о списке гостей: здесь были известные бизнесмены, крупные инвесторы, популярные блогеры, рестораторы и инфлюенсеры. Зал был заполнен до отказа. Мужчины в дорогих строгих костюмах, женщины в ослепительных вечерних платьях, тихий звон хрустальных бокалов и приглушенный джаз, льющийся из скрытых динамиков. Официанты в безупречной форме непрерывно разносили шампанское и миниатюрные кондитерские шедевры, созданные руками Полины: тарталетки с карамелизированным инжиром, воздушные муссы из маракуйи, кружевные макаронс с начинкой из соленой карамели. Гости были в абсолютном, неподдельном восторге.

Полина стояла в самом центре зала под руку с Денисом, чувствуя себя настоящей королевой этого вечера. На ней было роскошное вечернее платье изумрудного цвета из тяжелого, плотного шелка. Глубокое, смелое декольте выгодно и откровенно подчеркивало её роскошную грудь, а правильный крой платья мягко облегал её аппетитные бедра, скрывая под благородными складками пока еще плоский живот. Денис в элегантном черном смокинге, который делал его фигуру еще более массивной и мужественной, то и дело собственнически прижимал её к своему боку, демонстрируя всему миру – эта женщина принадлежит ему, и любой, кто посмеет косо посмотреть на неё, пожалеет о своем рождении.

В самый разгар вечера, когда Полина смущенно принимала поздравления от известного столичного ресторанного критика, тяжелые стеклянные двери кондитерской с шумом распахнулись, впуская внутрь поток прохладного уличного воздуха и чужеродную, злую энергию.

В зал уверенной, но слегка дерганой, неровной походкой вошел Артур. За этот месяц он заметно изменился, и далеко не в лучшую сторону. Лицо осунулось, под глазами залегли глубокие темные тени, холеный лоск сменился какой-то нервной, лихорадочной суетой. Суды, инициированные зубастыми адвокатами Старка, и полная блокировка счетов его строительной компании подкосили его бизнес. «ГрадСтрой» медленно, но верно шел к банкротству. Но сегодня Артур был настроен воинственно – алкоголь, который он явно принял для храбрости, туманил его разум, а ущемленное мужское эго требовало реванша. Рядом с ним, втиснутая в слишком узкое, короткое и вульгарное красное платье, шла Кристина. Она испуганно озираясь по сторонам, растеряв всю свою былую офисную спесь при виде такого количества влиятельных людей.

Гости в зале начали удивленно шептаться, музыка по сигналу администратора притихла. Артур, игнорируя неодобрительные взгляды, целенаправленно пошел через толпу прямо к Полине. Его глаза горели злой, ревнивой, удушающей яростью. Он шел сюда с одной целью – растоптать, унизить, увидеть свою бывшую жену заплаканной, несчастной, раздобревшей от горя кухаркой, которая умоляла бы его забрать иски. Но вместо этого перед ним стояла сногсшибательная, сияющая, невероятно сексуальная и уверенная в себе женщина. Она стояла под руку с самым влиятельным и опасным мужчиной города, и от одного её взгляда у Артура перехватило дыхание. Зависть и злоба ядовитой волной захлестнули его горло.

– Полина! – громко, на весь зал произнес Артур, останавливаясь в паре шагов от нее. По залу прошел гул. – Надо же, какая ярмарка тщеславия! Открыла-таки свою придорожную забегаловку? И на чьи деньги, интересно? Нашла себе нового богатого папика, который оплачивает твои глупые капризы, пока мы еще официально не разведены? Посмотрите на неё, господа! Эта святоша изменяет мне с моим прямым конкурентом, пока я строю бизнес и содержу её! Ты обычная воровка, Полина!

В зале повисла гробовая, звенящая тишина. Кристина за спиной Артура злорадно ухмыльнулась, расправляя плечи. Она думала, что этот скандал уничтожит Полину.

Полина почувствовала, как внутри нее поднимается чистая, ледяная волна абсолютного спокойствия. Она посмотрела на Артура – на этого человека, которого она когда-то считала своей вселенной, ради которого жертвовала собой, своими снами и мечтами – и не почувствовала ничего. Ни боли, ни обиды, ни злости. Только легкую, брезгливую жалость. Он казался таким маленьким, ничтожным, смешным в своем дешевом гневе по сравнению с Денисом.

Денис Старк сделал полшага вперед, мгновенно закрывая Полину своим мощным плечом. Его лицо превратилось в каменную, безжалостную маску, а в серых глазах зажегся тот самый леденящий душу, первобытный огонь, который не обещал Артуру ничего, кроме быстрой и мучительной расправы. Прежде чем Денис успел отдать приказ своей охране, Полина мягко, но уверенно положила свою руку на его плечо, останавливая его. Она хотела сделать это сама.

– Не надо, Денис, – тихо, но отчетливо сказала она. Она вышла из-за его спины и сделала шаг навстречу бывшему мужу. Платье из изумрудного шелка зашуршало. Полина смотрела на Артура прямо и гордо. – Я больше не позволю тебе, Артур, произнести ни одного грязного слова в мой адрес. И тем более – в адрес моего тела. Ты назвал меня «жирной корой» и «квашней». Ты выставил меня из дома, потому что мои формы перестали соответствовать твоим извращенным стандартам. Но посмотри вокруг. Весь этот зал, все эти успешные, умные люди сегодня восхищаются тем, что создают мои руки. Мое тело способно на великие вещи. Оно способно дарить радость. И оно способно на гораздо большее, чем твоя ограниченная, эгоистичная душонка когда-либо могла оценить.

Полина сделала глубокий, спокойный вдох. Она знала, что Денис в курсе её беременности с первого дня, но сейчас пришло время поставить окончательную, жирную точку для этого человека из прошлого. Чтобы он никогда, ни при каких обстоятельствах не смел даже думать, что имеет право на её будущую жизнь. Полина медленно, демонстративно положила свою ладонь на свой пока еще плоский живот, окруженный изумрудным шелком, и посмотрела прямо в ошарашенные, расширившиеся от дикого предчувствия глаза Артура.

– Например, мое тело способно выносить и родить новую жизнь, – твердо, так, что её голос разнесся по самым дальним углам притихшего зала, произнесла Полина. – Да, Артур. Я беременна. И этот ребенок, который растет во мне, никогда не узнает твоего имени. Он родится под фамилией Старк. Под защитой настоящего, сильного мужчины, который полюбил меня со всеми моими изгибами, изъянами и округлостями. А ты... ты не получишь от этой жизни больше ничего. Ты банкрот, Артур. Во всех смыслах этого слова. Пошел вон из моей кондитерской.

В зале раздался дружный, громкий, шокированный вздох гостей. Журналисты судорожно начали щелкать затворами камер. Кристина подавилась воздухом, её рот смешно открылся, а лицо покрылось красными пятнами. Артур застыл, словно его на полной скорости сбил грузовик. Вся его алкогольная спесь испарилась в секунду. Он перевел дикий, блуждающий, полный ужаса и непонимания взгляд с лица Полины на её ладонь, покоящуюся на животе. До него, наконец, начал доходить весь масштаб его потери. Он сам, своими руками, выбросил женщину, которая носила его ребенка, растоптал её, а теперь её и его дитя забирает самый опасный и могущественный человек в этом городе.

Денис Старк вздрогнул. Его огромная фигура на секунду окаменела. Он медленно повернул голову к Полине. В его суровых, хищных серых глазах в это мгновение пронеслась целая буря эмоций. Это не был шок от новости – он знал о ребенке. Это был шок от её невероятной, гордой смелости. От того, как громко, прилюдно, перед сотней свидетелей она отреклась от биологического отца своего малыша и назвала его, Дениса, единственным настоящим отцом. В его глазах вспыхнула такая затапливающая, бешеная, первобытная нежность и дикая, торжествующая гордость, что у Полины закружилась голова. Её страхи о том, что он не примет ребенка Артура, растворились без следа. Денис принял его. Окончательно и бесповоротно.

Старк медленно повернулся к побелевшему, дрожащему Артуру. На губах великана появилась хищная, смертоносная улыбка сытого льва, который смотрит на гиену.

– Ты слышал мою женщину, ничтожество? – пророкотал Денис, и от этого звука у Артура подкосились ноги. – Твой «ГрадСтрой» закроется завтра утром. А сейчас – пошел. Вон. Из её жизни. И из её города.

Артур, шатаясь, словно слепой, попятился к выходу, увлекая за собой насмерть перепуганную Кристину, которая спотыкалась на своих огромных каблуках. Двое двухметровых охранников Дениса вежливо, но невероятно жестко подхватили их под локти у самых дверей и буквально вышвырнули на асфальт под презрительный шепот и смех высокосветской толпы.

Денис повернулся к Полине. Не обращая внимания на сотни пар глаз, на направленные объективы камер, на вспышки и начавшиеся в зале оглушительные аплодисменты гостей, он подошел к ней вплотную. Этот огромный, жесткий мужчина, перед которым трепетал весь город, медленно опустился на одно колено прямо на холодный, полированный мраморный пол у её ног.

Он бережно, с каким-то священным, благоговейным трепетом обнял её пышные бедра своими огромными руками и прижался лбом к её животу сквозь изумрудный шелк платья.

– Спасибо тебе, сочная моя... – глухо, сорвавшимся от избытка чувств голосом прошептал Денис, и Полина, опустив взгляд, увидела, как на его жесткой, покрытой щетиной щеке блеснула и покатилась вниз скупая, горячая мужская слеза. – Спасибо за то, что выбрала меня. Я клянусь, я стану для него лучшим отцом на свете. И никто никогда больше не посмеет обидеть мою королеву.

Полина улыбнулась, запуская пальцы в его жесткие волосы, и поняла: её прошлая жизнь, полная унижений и комплексов, окончена. Впереди был только их собственный, сладкий и абсолютно счастливый рай.