Текст книги "Чертовка (СИ)"

Автор книги: Сима Гольдман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Часть 2. Глава 1

Свэл стоял спиной к огромному резному окну и долго не сводил с меня взгляд, о чем – то рассуждая.

– Чего ты добиваешься?

– Ничего особенного, просто прошу Вас восстановить меня на курсе.

Ректор Межрассовой Магической Академии Валериан Свэл был явно раздражен и был готов взорваться в любую минуту. Мне оставалось только в показном смирении опустить голову.

– Это невозможно, ты пропустила месяц! Ты понимаешь? Месяц!

– Господин ректор, прошу Вас, я же вернулась. Дар под контролем. Но мне нужно еще многому научиться! Вы же не хотите… чтобы я бестолково бегала по мирам.

Немного угрозы не помешает.

Он нервно прошел и сел в величественное кожаное кресло за столом из красного дерева, взял в руки перо, начал крутить его в руках, думая о чем – то. А я очень надеялась, что о том, как меня принять обратно. Конечно, ему захочется поторговаться.

– Штользерман будет против.

– Он мне не указ!

– Он наследник!

– Но не Император!

Наш спор постепенно заходил в тупик. Таракашки в моей голове нервно плясали.

Мужчина в очередной раз бросил на меня тяжелый взгляд.

Я видела как в нем происходит борьба, все "за" и "против", чаша весов и тому подобное.

Ну же, давай…

– Так и быть, – сдался он. – До конца месяца ищешь и находишь лекции, зубришь их и сдаешь преподавателям. Чтобы к концу месяца ни одного хвоста не осталось, поняла?

Да, спасибо! Ура!

Но перед ректором предстала моя смиренная игра.

– Благодарю Вас, господин Свэл.

Выскочила я быстро из кабинета. Нечего ему давать время, чтобы передумать.

Расправив плечи и подняв голову и гордо начала свое шествие в свою прежнюю комнату.

Зашла я с широкой улыбкой, которая в миг слетела с лица.

Наши с рыжулей кровати были сдвинуты вместе и на них вальяжно развалившись, лежал Тео. Улыбка сползла и с его лица.

– Ты тут как?

– Как и все! Через дверь! – рявкнула я. – Какого черта тут происходит?!

– Мы думали ты того… – начал он, – замуж выходишь.

– За кого?!

– За брата. – оторопел парень.

– К черту того напыщенного индюка, я учиться пришла, осваивать дар, искать ответы на миллион вопросов, но никак не выходить замуж за первого встречного – поперечного, коим этот самоуверенный тип является. Да я только жить начала. Понятно? – не дожидаясь его ответа, правильно мне он ни к чему, я продолжила, набрав в легкие побольше воздуха. – Я – купаться! Когда вернусь, чтобы тут было все как раньше, понятно?!

Теодор оторопело кивнул. Думаю, не так часто третьего в очереди претендента на трон строят как школяра.

Наскоро ополоснувшись под душем, я вернулась в комнату, там было пусто и ничего не поменялось. Ну, все, допрыгались. Сегодня нарва в плохом настроении.

Тащить кровать на своем горбу было не сподручно, поэтому я просто села на нее, схватилась руками за деревяшку изголовья, и переместилась в какой – то Богом забытый чулан, после чего вернулась назад.

Встречали меня любимый ректор и друг, стоящий за руку с Олорией.

Спелись, значит.

Валериан Свэл в очередной раз потер виски от усталости.

– Ты куда все дела?

– Я оглянулась, и оказалось, что комната вся пустая. Да, нехорошо получилось. Хотела всего– то немного проучить их, а вышло вон как… Беда-беда…

– Чтобы к утру здесь все было как прежде, я надеюсь, всем все понятно? – ректор испытующе посмотрел на нашу веселую компанию. Аврора, друзья тебе помогут со всем справиться, напоминаю, до колокола!

– Ректор Свэл, я то тут причем. Это девчачья комната, раз Аврора навела беспорядок, так пусть и возвращает на свои места.

– Как ты верно заметил, Теодор, эта комната отдана девушкам и я не понимаю искренне, что ты тут забыл. А по сему, помогать придется, понятно?

Тео понуро кивнул.

Ректор деловито удалился. А его приходил тогда – не ясно.

– Какого черта ты творишь? – начал возмущаться друг.

– А ты какого черта ведешь себя в моей в том числе комнате как хозяин? Ишь, кот выискался! – прилетела ответочка от меня.

– Друзья, давайте не ссориться, а поищем выход вместе. – решила миротворцем выступить Олория.

Рыжуля всегда мне нравилась. Завитки ее гривы задорно подпрыгивали при каждом движении.

Тео фыркнул. Я показала язык.

– А что она?

– А что он?!

Она устало закатила глаза.

– Нам нужно выдохнуть и успокоиться. Ави, что ты помнишь о месте, где оставила мебель?

– Это темное, мрачное помещение с витражным огромным окном, там много паутины…

– Да у нас тут почти каждое помещение такое, если не используется! – вскричал взбешенный Теодор.

– Ави, – девушка коснулась моего локтя и закипавшее до селе во мне раздражение начало утихать постепенно. – Что еще помнишь?

– Мебель, много старого хлама… И картины… как будто живые… И зеркало! Точно, зеркало, оно огромное с отсвечивающими камнями, тоже все в паутине. Резное. – я обрадовалась.

А друг кажется не очень.

– Какого черта ты туда поперлась?!

– Куда?! – синхронно с Олорией подали голос.

– На преподавательский чердак. – ответил Тео. – Мы с парнями в прошлом году таскали туда старую мебель, Свэл закупал новую, и вот там я видел огромное резное зеркало с изумрудами в оправе.

Мы призадумались. Но выбора особого не было.

– Нужно идти. – сказала уверенно я.

– Конечно, это ж так просто… – сарказм из Тео так и прет.

Но Олория нежно взяла его за руку и погладила. Наверное и на него подействовали ее расслабляющие чары, что он успокоился, прошел к двери и жестом пригласил нас следовать за ним.

Глава 2

– Ну вот, мы и пришли.

Тео указал на небольшую боковую дверь у преподавательского общежития.

– Ты говорил о чердаке, верно? – решила уточнить я.

– Верно, эта дверь и ведет на чердак преподавательского корпуса.

Я не была знатоком, поэтому спорить не стала, а лишь пожала плечами и открыла дверь.

Встретила нас лестница, ведущая на верх – в темноту.

Трусить было некогда – время неумолимо тикало, а злой ректор меня не прельщал, поэтому я быстро начала подниматься по ступеньками, успевшим зарасти паутиной, попутно сдувая ее с себя. Позади бодро шагали друзья.

– Ну вот, мы и на месте, – рапортовала я, упершись в дверь.

– Подожди, торопыга, я не помню как она открывается, – он призадумался, – кажется, нам ее открывал кто – то из преподавателей.

– Что же теперь делать? – подала голос Олория.

– Снимать трусы и бегать. – Я не могла не съязвить, но поймав удивленные взгляды, пояснила, – Есть такая фраза у нас, широко распространена в узких кругах.

На меня смотрело две пары ошарашенных глаз. Да уж, и кто тянул за язык, спрашивается.

– Делать и вправду нечего, хотя ты сейчас ближе к цели, попробуй переместиться туда и забрать нашу мебель.

Рыжуля была оптимисткой.

– Ну, давайте представим, вот я туда перемещусь, – они кивнули, – вот найду нашу мебель, – опять кивок, – вот я с ней перемещаюсь во двор, – кивок, – а переть кто со двора все это барахло будет?!

Друзья приуныли, признавая мою правоту.

– А в комнату ты не сможешь ее отправить?

– Не факт, тут рандомно работает дар, чаще всего весьма специфически.

– Нужна помощь, – заключил Тео и зашагал в сторону улицы, уводя за руку Олорию.

Но я сдаваться так просто не желала, конечно сомнительная затея, но чем черт не шутит. Смогла же как то сюда притащить, значит должна (теоретически) и отсюда вытащить, поэтому стоит попробовать.

Сфокусировав взгляд и вообразив пространство за дверью, и начав представлять перемещение, как потихоньку мое тело и сознание растворяется здесь и оказывается в желаемом месте.

Не известно, сколько прошло времени прежде, чем я окончательно психанула и пнула ногой эту чертову дверь, и уже начала спускаться на выход, как услышала скрип. Как – будто, кто – то наступил на половицу. Обернувшись, я открыла рот от удивления. Дверь была открыта.

Возвращаться было страшновато, но где наша не пропадала.

Как только я вошла, то ранее открытая дверь моментально захлопнулась, оставив меня наедине с полумраком.

Сквозь грязное чердачное окно была видна луна – значит давно я тут мучаюсь. Поздний вечер накрыл Межрассовую Академию Магии. Времени оставалось все меньше и меньше на то, чтобы вернуть мебель на родину, поэтому собравшись с духом и произнеся боевой клич, тараканы в моей голове начали соображать, как это сделать.

Как только я не изгалялось, а предметы быта все никак не желали обратно в комнату.

Решив осмотреться, стало заметно, что сюда решили спихнуть чью – то старую мебель. Здесь была огромнейшая кровать, прям как у Альберта дома, Ворох ненужных вещей, пара стульев, помимо наших с Олорией, столик – трюмо, пара комодов, огромный шкаф и буфет со склянками и чашками.

С противоположной стороны от окна, у самой двери стояло большущее зеркало, с накинутой, чуть покосившейся белой (не очень чистой) простынью.

Было ощущение, что это чья – то комната, просто здесь давно никто не живет. Все было даже расставлено вполне приемлемо и удобно для жизни.

Странно, ведь Теодор говорил, что сюда притащили всю ненужную преподавательскую мебель. Тогда где же она?

– Да, ладно, ну пожалуйста! Свэл меня выгонит, если вы, деревяшки, спартанские не вернетесь на место, да и Рыжули не на чем спать будет. Тео меня загрызет… Пожалуйста – взмолилась я к бездушным вещам и вспомнила свой первый день в Академии.

Улыбнуло.

Краем глаза, я заметила, как блеснуло зеленое свечение и я плюхнулась с родименькой кроватки на пол, потому как та – испарилась.

Сначала захотелось разозлиться, но все – таки это мерцание и любопытство пересилили меня и я, неуклюже встав, подошла к зеркалу.

Большое, в мой рост, красивое, резное, старинное с манящими вставками изумрудов. Оно так и просилось прикоснуться, а удержаться не было сил. Я протянула руку и слегка дотронулась пальцем до поверхности.

Свет мой, зеркальце! скажи да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее? – вспомнилась строчка из Пушкина.

Серебряная гладь пошла рябью.

А мне зеркальце в ответ:

– Ты на какой ответ рассчитываешь?

– Едрить – колотить, ты говорящее?!

Кажется, мой вопль должно было быть слышно на другом конце Элта.

– Какой кошмар, ты из какого леса, чучело, выползла, что "говорящих" зеркал не встречала?

Я отшатнулась и плюхнулась на мягкое место, потихоньку начала отползать от этого дива – дивного, галюна в резной раме по направлению к выходу.

– Погоди, дуреха, не шугайся, я нормальный.

– Ты аномальный! – выкрикнула я.

Сердце билось как бешеное, Это было за гранью понимания.

– Чего энто ты обзываешься? Я ж с тобой по человечески тут распинаюсь. Ты постучала – я открыл, ты попросила рухлядь свою в комнату отправить – я отправил, чем не довольна? Я стараюсь тут, стараюсь гостье угодить, как радушный хозяин, а ты… а ты…

– Ага, засранка не благодарная, – поддакнула я.

– Вот, молодец, хорошо придумала.

Тут было над чем поразмыслить. Стук в груди понемногу утихал, это давало надежду на здравое рассуждение.

Чему, собственно, удивляться? Ведь я вообще в параллельном мире, что в принципе не мыслимо трезвому человеку.

– А можно я попозже загляну? – нужно было в комнату вернуться, чтобы порядок навести до прихода Свэла.

– Беги, торопыга, заглядывай на огонек.

И я побежала думать.

Глава 3

Добежав до двери, я услышала очень громкую ругань. Заходить резко перехотелось, но надо было.

Аккуратно протиснувшись, я обомлела от увиденного. Все предметы нашего быта стояли друг на друге: кровати одна на второй, комоды – один на втором, шкафы плошмя на полу, вот уж удружил резной товарищ. Капец, хотя, чего я хотела, чтобы все аккуратно было расставлено по местам?

– И где эту бестию черти носят? – вопрошал Тео.

– Она же не специально, как смогла, у нее очень не стабильный дар, ты же знаешь, нужно время его отточить, тем более, хорошо, что мебель вообще нашлась и нам не пришлось ее нести через весь двор и тащить на этаж. – миротворец Олория, как всегда молодец, старалась унять горячего Теодора.

– Кажется, я вовремя, – пришлось подать признаки жизни и перестать прикидываться частью незамеченного интерьера.

Тео хмуро хмыкнул и отвернулся, рыжуля – улыбнулась.

– Я смотрю у вас работа идет полным ходом.

В дверях показался ректор. Мы дружно обернулись на него.

Его синий костюм идеально сочетался с цветом глаз и я засмотрелась на какой – то момент. Он, заметив это лишь поджал губы.

Да что ж такое? Чем я всем не угодила?

– Да, разбираемся понемногу, ректор Свэл, – отрапортовал Теодор.

– Молодцы, ребята. Рих, не забудьте покинуть комнату до полуночи и ночевать у себя в спальне. И в преть, попрошу не нарушать дисциплину, столь вальяжно разгуливая по этажу первокурсников. – он пристально посмотрел на меня, – занятия завтра по расписанию, поэтому побыстрее здесь.

Он щелкнул пальцами и мебель испарилась вовсе, а затем еще щелчок и она стоит на прежних местах.

Мы стояли и хлопали глазами. Как – то на сегодня многовато чудес.

– Доброй ночи, студенты.

– Доброй ночи, ректор. – в один голос пропела наша дружная компания.

Как только за ним закрылась дверь, мы выдохнули так же дружно.

– Пошла купаться, – объявила я.

Достала из, прихваченной дома, сумки любимую розовую шелковую пижаму и покинула апартаменты.

Уже у входа в душевую, мне вспомнилось как еще совсем недавно тут произошла потасовка. Как избивали Кая и незадачливого Милза – Милли. Как погиб здесь, нетерпимый к однополым отношениям, боевой товарищ, который так сильно ошибся, не распознав девчонку.

Грусть накрыла меня с головой. Так стало не хватать теплых объятий Альберта, его губ и нежного шепота.

Тряхнув головой и отогнав мрачные мысли прочь, я отправилась принимать душ.

В комнате никто не ждал моего скорого возвращения, а до полуночи еще было время, поэтому было принято решение вернуться к зеркальному товарищу.

Дверь была заперта, как в прошлый раз, поэтому я постучала. Она с легким скрипом открылась.

– Привет, – поздоровалась я с Зеркалом.

Оно пошло волнами на поверхности, исказив убранство комнаты.

– Вернулась? Не ожидал такого от девчонки.

– Мне уйти? – я скептически на него посмотрела.

Говорило зеркало от мужского рода, а по сему, логично, что оно мальчик – мужчина – дед… По голосу не ясно, мужик, одним словом.

– Не руби с плеча, красавишна. Скучно тут одному живому стоять.

– Живому?

– Одухотворенному, если уж придираться к словам.

– Это как?

– Да, просто, седай, расскажу.

Я уселась с ногами, в своем розовом чистом одеянии, на пыльную постель.

– Вещай.

– Розовое делает тебя похожей на поросенка. – не удержался "мужик" от замечания. – В этом здании в давнии времена, жил да был Зохар Дан Сильтан Сарини, позже он женился на милой магичке-нарве Эмилии Сарн и вместе они родили детишек. Было немыслимо отпрыск правящего рода и его Хранительница! Со скрипом, но общественность приняла сей факт, не наследник же, поэтому допустили. – он сделал многозначительную паузу, чтобы я прочувствовала трагизм ситуации, – Дык вот, решили они основать Школу Магии. Были и другие, для богатых и влиятельных, но одаренные дети рождались и в бедных семьях. Магия, она, не смотрит сколько у тебя денег и на сколько твоя семья влиятельна и знатна, она проявляется в тех, чей дух с рождения силен, выбирая избранных. Конечно, дети бедняков раньше не обучались и чаще всего сходили с ума, от дара. Эмилия была доброй женщиной и не могла смотреть на то, что творится вокруг, а остальным не было и дела до несчастных и с ее настояния школа для них была основана.

Я вклинилась в его паузу.

– Была школа, не академия?

– Верно, хотя бы начальное образование и понимании дать, чтобы могли применять свои знания дома, в быту, а может кто и пробился бы выше. Цель была именно в безопасности общества. Просто стрпашно видеть обезумевших детей и подростков, которые запросто могли ненароком сжечь деревню, посевы, убить семью… Зохар был за безопасность, а Эми за сострадание, но пути достижения цели были общими. Их надо было учить. С годами учеников было все больше. Со всей Элтарской Империи свозили детей, кого – то с самой колыбели, как только огонек магии проскальзывал, кого – то постарше. Среди них были безобидные лекари, а были и опасные стихийники. ИТолько представь, в семье, где нет магии рождается малютка, а в глазах огонь и с первым писком сжигает повитуху.

Мурашки пробежали по коже.

– Ужасно. Бедные родители, которым приходило отказываться от детей.

– Это во благо было. Надеялись. Кого – то можно было спасти, кого – то нет. Дар, бывало слишком силен был и малютка вырастала и становилась опасной, очень опасной и кровожадной. – тяжелый вздох. – Их холили и лелеяли, воспитывая в любви и строгости, все было прекрасно до поры до времени. Почти все воспитанники возвращались домой и помогали родителям. Деревенские, в основном, стихийники помогали родителям в полях с урожаем. Все было прекрасно и Империя процветала.

– Как же ты тут…

– Не торопи события. – шикнуло зеркало и пошло возмущенной рябью. – На чем это я… Ах, да… Те ученики, которые не желали в семьи возвращаться, то оставались и их далее более плодотворно доучивали и они помогали с младшими. – он выдержал паузу. – Однажды, один из учеников вышел из под контроля и наслал бурю на школу, Эмилия боролась, стараясь угомонить разбушевавшуюся стихию и ученика. Она, погибла, Зохар был безутешен, стараясь возродить любимую, но у него ничего не вышло, как ты понимаешь. Из – за грани никто не возвращается.

Повисла гнетущая тишина. Каждый из нас думал о своем, погружаясь в воспоминания.

Я размышляла о том, что вновь слышу знакомые фамилии: Сарн и Сарини. Но радость свою и интерес пока решила попридержать до поры до времени.

– А что было потом? – уточнила я, побуждая продолжить рассказ.

– А дальше? Дальше Зохар сам начал сходить понемногу с ума. Это было не заметно, потому что постепенно. Спустя время, его старший сын, заметил не ладное и пробовал решить вопрос с отцом, но в конце концов, старик свихнулся и умер. Так думали все, но на самом деле, он проводил эксперименты по воссоединению с любимой. Один из экспериментов сработал, но не так как ожидалось. Вместо того, чтобы призвать ее дух, он стал духом сам, а чертово зеркало, что было напротив кровати всосало его душу, вместо того, чтобы отпустить за Грань.

Любопытно.

– Рада познакомиться, Зохар Дан Сильтан Сарини.

– Не боишься сумасшедшего старика?

– Не боюсь.

– А теперь, внимание вопрос: кто ты такая, что пробудила меня?!

Глава 4

Интересно, сказать ему правду или как бы соврать?

– Да, так. Учусь я здесь.

– Понятное дело, что не просто так ошиваешься, но повторюсь, кто ты и как ты это сделала?

– А что, абы кто тебя не пробудил бы?

– Не знаю, я спал давно, никто меня не тревожил, а в этом году прям почувствовал, что нужно возвращаться…

Я призадумалась. Тут две его наследницы (это, конечно, грубо говоря, ведь род его жены): я из рода Сарнов и Олория Сарн. Эк, как ж его накроет, если Марк сюда придет. Он – то Сарини, причем наследный.

– Не переживай, зеркальный дед, нормально всё. Я странная безбашенная портальщица, всего рассказать не успеваю, – сказала я поглядывая на древние напольные часы, которые показывали, что до полуночи оставалось совсем немного времени, – обязательно загляну еще раз и расскажу поподробнее о себе, а сейчас мне пора в комнату, засидела…

Хлоп и я плюхнулась в свою кровать. Молоток дедуля, спасибо за быстрый трансфер.

Подняв глаза, я встретилась взглядами с ошарашенными друзьями с открытыми ртами в весьма интересной позе в постели. К играм они не перешли, но явно планировали.

– Други, – решила, что если не начну нападение, то позже придется отбиваться от упреков самой – а вы ничего не перепутали? Комната не принадлежит вам всецело, здесь и другие обитают.

– Тебя долго не было, – пролепетала рыжуля.

– Я поняла, что вы очень переживали, но не знала, что прям до такой степени, – пришлось обвести руками в сердечко их постель.

– Язва, – упрекнул Тео.

Обидненько.

– От развратника слышу! – не осталась в долгу.

– Друзья, давайте спать, – миротворец снова в деле.

– Я не буду спать при нем, Лори, – возмущенно засопела я.

– Тео, доброй ночи, – улыбнулась подруга.

– Доброй, – он запечатлел нежный поцелуй на ее виске и покинул комнату.

Наблюдая эту сцену, мне стало немного грустно. Мое сердце йухало в присутствии Альберта, но гордость не позволяла идти к нему. Позвал замуж, молодец – то какой, а я ведь только жить начала, а он сразу в бытовуху и семейность… Стало совсем печально.

Олория тихо подошла, пока занятая своими мыслями головешка, думала, и обняла меня. Легкий оттенок обуревавших грустинок еще оставалась, но стало на много спокойнее и уютнее. Теперь понимаю, почему Тео так за нее держится.

– Не переживай, мы с тобой, просто Теодор очень за тебя переживал. Ты исчезла так внезапно, мы считали, что ты погибла. Он места себе не находил, а потом ты возвращаешься спустя время как ни в чем не бывало. Лесс Штользерман, конечно, успокоил его, что ты приходила, что все в порядке, но Тео обидело, что ты к нему не пришла, не сказала нам ничего, а опять сбежала.

Посмотрев на ситуацию с этой стороны стало немного понятно, почему друг такая заноза. Сама виновата. Ведь не убыло бы с меня прийти, обнять друзей и успокоить их переживания, но нет, я была взведена словами Альберта и была слепа.

– Прости меня. – шмыгнула носом в сорочку подруги.

– Ты нас тоже прости, не плачь, сейчас мы снова рядом и всегда придем на выручку, просто Тео нужно немного времени, чтобы отойти. Он места себе не находил, как и я. Мы же родная кровь и должны держаться вместе, что бы ни случилось.

Она, успокаивающе, гладила меня по спине, а я никак не могла унять слез.

Окончательно выплакавшись, мир стал более радужным, а с плеч будто бы гора свалилась.

– Ты знаешь? – шмыгнула носом.

– Как не знать? Родная кровь всегда родню чует. – улыбнулась Олория.

– Тогда, мне нужно тебе кое – что рассказать.

Рассказать пришлось обо всем, что касалось моего открытия с зеркалом и его повествованием об истории Академии, так же о том, что мы родственницы его покойной жены, которую он безмерно любил и хотел воскресить.

– Вот так история, – изумилась подруга.

– Вот и я о том же.

– Чудо то какое. Я никогда не слышала о самой истории появления нашей обители, но я помню рассказы отца о чокнутом пра – пра, который тихо умер от тоски в своей комнатушке. Так же, говаривали о том что он был весьма и весьма сильным магом. Управлял стихией духа. Мог возвращать души в тело. Просто бррр…

– Но душу нашей пра – пра вернуть не смог…

Мы грустно переглянулись.

Нам было жаль сумасшедшего старика, жаль нашу родственницу, что умерла.

В ночной тишине, когда мы позже лежали по своим кроватям и мирно засыпали, мне внезапно пришла в голову странная мысль, если Зохар живет в зеркале и даже будучи мертвым достаточно силен, то не может ли он перемещаться по всем зеркалам, чтобы подсматривать и подслушивать.

Это моментально взбодрило, я прокралась в душевую и тихо – тихо позвала:

– Зохар, Зохар, приди ко мне… – блин, что там говорят при обрядах?! – Приди ко мне, дух Зохара Сарини, приди, появись.

Зеркало пошло рябью.

– Чего тебя, сумасшедшая?

– Ура, получилось! – взвизгнула я от радости.

– Получилось? Ты ку-ку совсем? Я просто гулял по Академии, проверял все ли хорошо, а тут слышу тебя, дуру неуемную, думаю, дай загляну, а то совсем поплыла голова от стресса ученических будней.

Стало обидно. Это я – то кукукнутая?

– Дедуль, подскажи, а ты по всем зеркалам шастаешь или только по Академным?

– Не знаю. Я только тут хожу, по всей Академии, а дальше не пробовал, – повисла тишина, видно Зохар призадумался. – Так, детеныш, пойду подумаю и потренируюсь. Мало ли, это ж такие возможности…

А дальше поверхность немного завибрировала и стало ясно, что он ушел. Видимо, покорять просторы Элта.