Текст книги "Запечатленные"

Автор книги: Шелли Крейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 14

Утром я проснулась отдохнувшей и чувствовала себя превосходно. Мне не понадобилось ни потягиваться, ни тереть глаза, ни валяться в постели. Я была готова к новому дню. Вчерашний дневной сон с Калебом был хорош, но он не шел ни в какое сравнение с целой ночью вдвоем.

Калеб тоже выглядел бодрее некуда.

Мы встали вместе. Он натянул джинсы поверх пижамных штанов и набросил рубашку. Будь у меня кнопка замедленной съемки, я непременно нажала бы ее, когда Калеб надевал футболку. Закусив губу, я наблюдала за ним из-за дверцы шкафа. Он прочел мои мысли, улыбнулся и покачал головой. Затем поцеловал меня и велел держать себя в руках, иначе он не уйдет никогда. В ответ я хихикнула.

Калеб поднял раму, перекинул ногу через подоконник и обернулся. Не знаю, кому из нас пришлось труднее на сей раз. Наверное, не выдержали оба. Я схватила его за рубашку, а он порывисто заключил мое лицо в ладони. Мы пообещали друг другу, что все будет хорошо и что вечером мы увидимся. Потом Калеб снова меня поцеловал, поспешно выскочил из окна и слетел вниз по водосточной трубе. Мое тело тут же заныло, заявляя о том, что прикосновение Калеба мне понадобится гораздо раньше, чем я думала.

Я смотрела ему в след. Махнув на прощание, Калеб скрылся из виду. Я пошла отпирать дверь и одеваться. На работе я ношу специальную форму: платьице с карманами и фартучек. На груди табличка «Горошинка». Платье коротковато, но по замыслу владельцев кафе под него полагается надевать белые легинсы. Вместе смотрится довольно мило, хотя без легинсов выглядишь словно распутная официантка из какого-нибудь сомнительного бара.

Я оделась и посмотрела на часы. Почти десять! Калеб ушел в девять. Отец никогда не встает рано, на работу ему к одиннадцати. Так что все выходит как нельзя лучше! Раньше я работала вечерами, но после окончания школы моя смена передвинулась на утро.

Я спустилась в кухню позавтракать и обнаружила на столе свою кружку-термос с кофе, в который папа добавил сливки со вкусом французской ванили. Он не делал ничего подобного со времени маминого ухода.

Папа вернулся на кухню, мы поболтали о работе, о расписании наших смен и планах на ужин. А потом он взял газету! С того эпизода он не прочел ни одной… Теперь, когда все потихоньку налаживалось, я решила называть уход мамы «эпизодом».

Я гордилась, что мне удалось вытащить отца из болота депрессии, пусть и случайно. Его можно понять: дочка встретила нового парня, чем не повод прийти в себя? Мне это было чудно, и все же я очень радовалась.

В завершение совсем обычного утра я чмокнула папу в щеку и поблагодарила за кофе. На прощание он назвал меня своей крошкой, и у меня глаза защипало от слез… Вот теперь он действительно стал прежним! Некоторые девочки не любят, когда их папы нежничают, но после всего случившегося мне этого очень не хватало. Это не пустой звук, и то, что папа не называл меня так с прошлого лета, а сейчас вернулся к прежним привычкам, означало одно: с ним произошло нечто серьезное. Долгое время его не было рядом, а теперь он снова со мной!

И вот я отправилась на работу. Утренняя прогулка длиной в пять кварталов оказалась теплой, но не жаркой. Я встретила школьных знакомых, которые выходили из кафетерия, радостно хихикая и держась за руки.

– Привет, Мэгги! – поздоровалась одна. Кажется, ее звали Лесли.

– Привет, – ответила я на ходу.

– Куда поедешь летом?

Они увязались следом за мной. Обе учились на класс младше, который я проскочила, потому что окончила школу экстерном.

– Ну, пока работаю. Через пару месяцев собираюсь в колледж.

– И где будешь учиться? Отправишься во Флориду вслед за Чедом?

– Не-а.

– Правда?! – удивилась она. – А куда?

– Может, в Теннесси.

Если бы Калеб меня слышал! Он улыбнулся бы от уха до уха.

– Да ну? А почему не во Флориду? Тебе наверняка удалось бы вернуть Чеда.

– Больно надо! – разозлилась я и вздохнула. – Прости. Послушай, тебя Лесли зовут? – Она кивнула. – Мы с Чедом уже год как расстались, и я не собираюсь к нему возвращаться.

– Ах, как жаль! Вы были такой милой парочкой!

К счастью, мы дошли до кафе «Жаровня». Я с натянутой улыбкой повернулась к девочкам.

– Мне пора на работу. Приятно было поболтать.

– Нам тоже. Пока!

Они пошли дальше. Я толкнула вращающуюся дверь и проскользнула внутрь. Будто сто лет здесь не была! Меня тут же окутал привычный аромат жареной картошки.

– Привет, – прокричал Большой Джон, перекрывая шкворчание гриля. – Едва успела вовремя! Думаешь, раз такая умная и окончила школу, теперь можешь приходить когда вздумается? А?

Я уперла руки в бока и сердито на него посмотрела.

– Иди сюда, прелестная девчушка, и обними своего старого босса! – усмехнулся он.

Я рассмеялась и бросилась за стойку. Большой Джон вышел из-за гриля, приподнял меня, крепко стиснув в объятиях, и осторожно опустил на пол.

– Ах! – Ко мне подлетела Умница, жена босса и старшая официантка. К груди она прижимала блокнот для заказов, в волосах торчал карандаш. – Как же наша малышка выросла!

Я обняла и ее тоже.

– Ладно вам! Подумаешь, событие! Ну окончила школу, ничего особенного.

– Еще какое событие! – воскликнул Большой Джон и достал из-под кассового аппарата маленькую коробочку. – Держи, Горошинка, это тебе сюрприз. Жаль, мы не смогли прийти на церемонию, сама знаешь, гриль никогда не остывает!

– Ох, ну зачем вы! – улыбнулась я и взяла коробочку.

Умница и вторая официантка, Эна-Бена, подошли посмотреть, как я ее открою. Я ахнула, увидев серебряный браслет, на который крепятся подвески. На нем уже сияла крошечная звездочка. Внизу лежала открытка: «Жаль, что ты не можешь остаться с нами навсегда! Куда бы жизнь тебя ни занесла, сияй там как звезда! С любовью, персонал «Жаровни».

По щекам мигом хлынули слезы. Умница пылко меня обняла.

– Ах ты, моя милая! – проворковала она.

– Спасибо, ребята! – всхлипнула я. – Для меня это очень много значит!

– Всегда пожалуйста. Вроде пустячок, а приятно, – сказал Большой Джон, похлопал меня по спине и вернулся к грилю. – Как отец?

Я отстранилась от Умницы, вытерла слезу и угодила в объятия Эны-Бены.

– Ну, он… Не знаю. Мне кажется, он очнулся от спячки и стал почти прежним.

– Неужели?! – обрадовалась Эна. – Милочка, это же замечательно!

– Ага.

Я оглядела их всех. Думаю, вы понимаете, за что Большой Джон получил свое прозвище. Он мужчина крупный, а зовут его… ну, тут все ясно. Он владелец кафе и самый лучший босс на свете! Ему лет сорок пять, высоченный, массивный. Жену его на самом деле зовут Алиса, но мы называем ее Умница. Чтобы отвадить особо назойливых посетителей, Большой Джон всем дал прозвища. Думаю, ему нравится атмосфера, которую они создают. Так вот, ей около тридцати, у нее чудесный характер, а сама она очень стройная, но не тощая. Белокурые волосы всегда собраны в конский хвост.

Оба относятся ко мне как к родной дочери. Поскольку работать в кафе я начала сразу после того, как оба моих родителя покинули семейный корабль, то с начальством мне крупно повезло.

Здесь есть еще несколько официанток (Эна-Бена, Шутки-Плохи, Красуля) и второй повар, Складный. Больше мне нигде не приходилось работать, поэтому я не знаю, как обстоят дела в других местах, но судя по жалобам моих знакомых, мне здорово повезло.

Мы вечно смеемся и подтруниваем друг над другом. Повара споро жарят гамбургеры, блинчики и яичницу. Посетители обожают смотреть на их представления, особенно в часы наплыва клиентов. Повара выкрикивают наши прозвища вместе с заказами, мы снуем туда-сюда под орущее на всю катушку кантри. К нам приходят не только из-за еды, но и из-за атмосферы заведения.

На двери звякнул колокольчик, сообщая о посетителе, и мы поспешно разошлись по своим местам. Я ополоснула в умывальнике пылающее лицо, схватила блокнот и приступила к работе.

* * *

Миновала обеденная суматоха, потом часы ужина, и моя смена закончилась. Время промелькнуло незаметно. К своему удивлению, я совсем не устала. Наверное, благодаря хорошему сну с Калебом, подумала я и украдкой улыбнулась. И все же у меня ныли ноги и спина. Перед самым уходом заболела голова. Я схватила сумочку и выбежала на улицу в предвкушении встречи с Калебом.

Я быстро дошла до дома, открыла дверь и бросила сумочку на столик в прихожей. В кухне папа возился с ужином.

– Привет, пап! Что стряпаешь?

– Эх, – с несчастным видом вздохнул отец, приподнял крышку и сморщил нос. – Хотел приготовить ризотто, но оказалось, что рис варить не так уж просто.

Я подавила смешок.

– Хочешь горячих сандвичей с сыром?

– Похоже, придется. Кулинар из меня никудышный. Без вас с матерью я бы пропал.

– Папа, ну что ты! – Я обняла его, и он похлопал меня по руке. – Я тоже тот еще повар. Мы обязательно что-нибудь придумаем, а пока сандвичи вполне сойдут.

– Ты всегда обо мне заботишься, – ласково сказал отец.

– Мне нетрудно!

Я открыла холодильник и достала продукты. Когда я обернулась, отец уже ушел. Я сделала сандвичи и позвала его ужинать. Он спустился, поблагодарил меня, но ел молча. Закончив, помыл свою тарелку и взял мою, чтобы тоже сполоснуть. Потом улыбнулся, поцеловал меня в лоб и пожелал доброй ночи.

– Сладких снов!

– И тебе тоже, пап!

Я поднялась наверх, изнемогая от ломоты в ногах и спине. Голова пульсировала от боли, поэтому я приняла ледяной душ, не забыв снять свой новый браслет и положить на раковину. Оставалось дождаться Калеба, который исцелит меня одним прикосновением.

Он появился в открытом окне почти сразу, как я уселась в кресло. Я бросилась навстречу, Калеб подхватил меня и крепко обнял, оторвав от пола. Едва я потерлась лицом об его шею, как вся боль ушла, и я застонала от облегчения. Калеб усмехнулся.

– Я тоже соскучился, – прошептал он, взял мое лицо в ладони и притянул к себе.

Губы его были ищущие, но нежные. Теплая волна прокатилась по лицу и спустилась вниз по шее. Наконец я нехотя отодвинулась, чувствуя холод утраты.

– Пожалуйста, давай поскорее ляжем, – взмолилась я.

– Давай, – решительно ответил Калеб, будто это была его идея.

На этот раз он скинул джинсы и остался в боксерах и футболке. Я молча сравнивала его с Чедом, перво-наперво поставив защитную стену, чтобы он не догадался, о чем я думаю. У Чеда ноги тощие и волосатые, у Калеба – стройные, загорелые, растительность не особо густая. Бедра у них тоже очень разные. Все, что у Калеба мускулистое и загорелое, то у Чеда щуплое и волосатое. Какая приятная перемена!

Я включила маленький телевизор, что стоял на комоде, поставила «Робин Гуда» с Расселом Кроу, и мы наконец легли. Я буквально бросилась Калебу на грудь. Он обнял меня, прижал к себе и вздохнул, перебирая мои волосы и водя пальцами по руке.

– Тебе нравится Робин Гуд? – спросил он.

– Обожаю все фильмы про него, даже «Мужчины в трико»!

– Неужели! – рассмеялся он. – Странное увлечение для девушки.

– Я и сама странная! – вздохнула я.

– Ничего подобного! Ты – другая, причем в хорошем смысле.

Я улыбнулась и прильнула к нему.

– Как все прошло у вас с отцом?

– Хорошо. Мы собрались с родственниками, чтобы выяснить, что затевает Маркус.

Я кивнула.

Калеб вздохнул и признался:

– День без тебя был невыносимо долгий!

– Да уж, мне тоже пришлось несладко, – согласилась я, гадая, было ли ему так же плохо, как и мне. – Завтра я тоже работаю.

– У-у, – протянул он. – Когда у тебя смена?

– Как сегодня, – вздохнула я.

– Мы определенно проверяем себя на прочность! – усмехнулся Калеб. – Давай сходим после работы в кино или еще куда-нибудь? Если хочешь, конечно.

– Давай! – зевнула я, ощущая полный покой и безмятежность после долгих часов мучений.

– Вот и отлично. Засыпай, Мэгги! – ласково приказал он.

– Спасибо, что спишь со мной. Сегодня с утра я чувствовала себя такой отдохнувшей!

Калеб поцеловал меня в лоб.

– Мое место – рядом с тобой.

Я уснула прежде, чем он договорил фразу до конца.

* * *

Следующее утро было почти таким же, как вчерашнее. Зная, что мы не увидимся до самого вечера, я едва смогла расстаться с Калебом. При одной мысли о разлуке мое тело отчаянно протестовало. Калеб поцеловал меня на прощание, и я с трудом справилась с болью. Он отстранился, я обвила его руками за шею, не в силах отпустить. Калеб тяжело вздохнул, но ему надо было уходить, а мне собираться на работу. Я отпрянула и облизнула губы, словно желая запомнить его вкус.

– Уже скучаю! – хрипло проговорил он.

– Жду не дождусь вечера!

– Я тоже. Удачного рабочего дня!

Я кивнула. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы я смогла расстаться с ним и начать собираться. Калеб исчез в окне.

Перед тем как спуститься, я надела браслет и пошла пить кофе. Судя по мерному гулу стиральной машинки, отец был в подвале. Я покачала головой и улыбнулась.

Я добралась до кафе и тут же включилась в работу. Часы мелькали с невиданной скоростью, и вот я уже закончила. Ноги болели, голова опять раскалывалась. Я стосковалась по Калебу до дрожи в пальцах и считала минуты до нашей встречи.

Проверив телефон, я обнаружила сообщение.

«Мне очень-очень-очень жаль! Пойти в кино не получится. Надо помочь отцу в одном важном деле. Приду позже и заберусь прямо в окошко, если ты позволишь, моя Джульетта!».

Сердце так и упало. Я помахала ребятам, вышла через крутящуюся дверь и устало опустилась на скамейку. Идти домой не хотелось.

Хоть я и расстроилась, однако понимала, что на мне свет клином не сошелся, у Калеба есть и другие дела. Как и у меня. Ведь я сама провела целый день на работе! Я набрала эсэмэску:

«Ничего страшного! Забирайся в окошко в любое время, мой Ромео! Мечтаю о встрече!»

Я откинулась назад, чувствуя, как тоска по Калебу постепенно захватывает все мои мысли. Я очень устала, по спине поползли судороги. Несмотря на боль, я не переставала изумляться тому, как наши тела тонко реагируют друг на друга.

Пришло еще одно сообщение:

«Ты – ангел! Обещаю загладить вину! С нетерпением жду встречи! Приду после десяти и принесу вкусняшек:)».

Я поднялась, сунула телефон в сумку и едва не сбила с ног Кайла.

– Привет! – сказал он, пытаясь поддержать меня за руку.

– Привет, – ответила я, аккуратно высвобождаясь. – Я как раз собралась уходить.

– Знаю. Надеялся перехватить тебя по пути домой.

Я недоуменно посмотрела на Кайла.

– Калеб велел за тобой присматривать, – заявил он.

Я тут же догадалась, что это вранье.

– Ладно, никто меня не посылал. Я узнал, что Калеб занят, вот и решил составить тебе компанию.

– Откуда ты знаешь, что мы не вместе?

– Он уехал с моим отцом. Сегодня все наши мужчины, включая Калеба, встречаются и займутся твоей проблемой.

– Моей проблемой? – взвизгнула я.

– Ну да. Судя по всему, они собрались проникнуть на территорию Уотсонов и разузнать про эхо-сны.

– Уотсон – это фамилия Маркуса?

– Ага.

И тогда до меня дошло.

– Погоди-ка! Они собираются тайком пробраться к ним домой?

– Да.

– Значит, сейчас Калеб находится на территории врага, который обладает бог знает какими способностями?!

– Ну, в общем…

– И ты ничуть не беспокоишься? – спросила я, сбитая с толку его невозмутимым тоном.

– Меня это не касается! – выпалил Кайл. – По крайней мере, так мне сказали, когда я попросился с ними. На эти встречи допускают только тех, кто обретет силу, так что мне велели не суетиться.

– Калеб же еще не обрел силу!

– Нет, но скоро это произойдет. – Кайл в сердцах пнул скамейку.

Меня замутило. Калеб еще не обрел своих способностей и все же отправился на территорию врагов, которые владеют бог знает какими навыками… И все из-за меня! Точнее, из-за угроз какого-то парня! Даже представить страшно, что может случиться с Калебом и его родными. Руки задрожали, так сильно хотелось набрать его номер, однако делать этого не стоило. Я живо представила, как Калеб с родственниками подкрадывается к какому-нибудь Уотсону – и тут звонок мобильника выдает их врагу.

– В любом случае, раз Калеб тебя продинамил, я решил прийти на выручку, – сказал Кайл и подмигнул. – Вы же сегодня в кино собирались…

– Лучше не надо, – тихо проговорила я.

– Почему? Из-за того, что я в тебя влюблен? – брякнул он, и я едва не поперхнулась.

– Да. – Я попятилась. – Мне пора домой.

– Мэгз, обещаю тебе об этом не напоминать! Что толку? Не могу же я увести тебя у Калеба! Ведь мы друзья, правда?

– Да, но… – Я вздохнула. – По-моему, Калеб не одобрит такую дружбу.

– Не ему решать, с кем тебе дружить! Или он тебе не доверяет? – ехидно поинтересовался Кайл.

– Не мне, а себе, – отрезала я.

Он поморщился.

– Ладно тебе, Мэгз! Я никогда тебя не обижу. – Он отступил еще на шаг. – Если не хочешь немного развеяться, я просто провожу тебя и отправлюсь домой. И все-таки подумай. Обещаю вести себя как друг и держать дистанцию в шаг. Честное слово!

Кайл по-ангельски кротко улыбнулся, и я не смогла сдержать смешок.

– Знаешь, я не хочу смущать ни тебя, ни себя. Ты был хорошим другом, мне тебя не хватает, однако ничего большего между нами никогда не будет. Я люблю…

Я умолкла, заметив, как Кайл в ужасе вытаращился на меня, сообразив, что я хотела сказать о своей любви к Калебу, но быстро взял себя в руки.

– Калеба я никогда не предам! – поспешно сказала я.

– Понял-понял. И я тоже. Ведь он был моим лучшим другом! – Кайл грустно покачал головой. – Мы проводили вместе все выходные, все каникулы. – Он поджал губы. – Я тоже его не предам!

– Ладно, давай куда-нибудь сходим, – улыбнулась я. – Только сначала я переоденусь.

– Необязательно идти в кино, можем прогуляться в парке. На качелях покатаемся!

Я рассмеялась. Когда мы с Чедом были вместе, то общались всей большой компанией и по вечерам часто ходили в парк. Там есть пара детских площадок, мост через озеро, огромные дубы. Отличное место для игры в прятки с фонариками.

Я кивнула.

Кайл усмехнулся и отвесил шутливый поклон, уступая мне дорогу. Мы дошли до парка. По пути Кайл рассказал мне о собраниях, на которые стал ходить Калеб. Они назывались Встречи посвященных. Каждый мужчина клана, получивший силу, должен посещать их ежемесячно. Даты встреч постоянно менялись для защиты семей от враждебных кланов. Обычно на встречах обсуждали дела компании, учебу, семейные проблемы и мероприятия, меры безопасности. А сегодня там обсуждают меня! Мне стало не по себе.

Я волновалась за Калеба и прислушивалась к нему изо всех сил. Если с ним что-нибудь случится… Я застонала. Кайл вздохнул.

– Не думай о нем. Мы же договорились!

– Ну, ты же сам говоришь, что из-за меня он подвергает себя опасности. Я не могу иначе реагировать.

– Про опасность речи не было. Я упомянул, что он участвует в тайной вылазке. – Кайл посмотрел на меня и улыбнулся. – Калеб тебе ничего не сказал?

– О чем? – недоуменно воскликнула я. Как он может улыбаться в такой опасный момент?

Кайл хихикнул.

– Калеб – такой скромняга! Клан Джейкобсонов очень знаменит – еще бы, самый могущественный клан за всю историю Асов. Когда мы обретаем силу, то получаем самые полезные способности, в отличие от других кланов. Нас все боятся!

– Что-то Маркус не испугался ни тебя, ни меня, – пробормотала я.

– Мы с тобой еще не в силе. Подумай вот о чем. Уже много лет Уотсоны обладают способностью насылать эхо-сны. Это очень могущественный дар, в остальных кланах он не проявлялся никогда. Последним, кто такое умел, был мой прапрапрадедушка. Так вот, они долго владели этим мощным оружием, однако применять его не отваживались. Других средств нападения у них нет, так что к чему напрягаться? Как только ты обретешь силу, они с тобой не станут связываться, поэтому и пытаются навредить именно сейчас. Остальные способности в их клане совершенно безобидны, вроде умения изменять цвета предметов или разговаривать с животными.

Услышав это, я слегка успокоилась, и все же многое осталось непонятным.

– Калеб рассказал мне о способностях своих и твоих родителей, еще я знаю бабушкино умение, а как насчет остальных?

– Ну, один мой дядя способен заглядывать в будущее секунд на пятьдесят, и это очень неплохо.

Я разинула рот от изумления.

– Его жена видит прошлое человека, – продолжил Кайл. – Моя другая тетя распознает любые травы, цветы, деревья и всякие специи и отлично знает, как их использовать. Она мигом назовет средство от лихорадки, потом метнется на кухню и приготовит вкуснейший пирог. Она клевая! А ее муж ускоряет рост растений: прямо на глазах семечко вырастает в огромное дерево. Это невероятно! Когда мы были детьми, то на заднем дворе играли в догонялки с лианами. – Кайл расхохотался. – А еще у меня есть двоюродный брат, который…

Он улыбался, смеялся, очень гордился и любил всех членов своей большой семьи. На примере супружеских пар клана я поняла, как именно способности запечатленных дополняют друг друга. Мне поскорее захотелось узнать, что же сможем мы с Калебом. При мысли о нем руки и ноги заболели сильнее.

Мы дошли до парка и забрались на качели. Я смеялась, глядя, как Кайл пытается взлететь выше меня, будто мы соревновались. Потом мы прошли к мосту. Кайл признался, что с нетерпением ждет начала занятий, и спросил, удалось ли Калебу убедить меня поступать в колледж. Я удивленно на него посмотрела, а Кайл улыбнулся, пожал плечами и сообщил, что прекрасно знает своего кузена.

Предполагалось, что Кайл с Калебом будут вместе снимать жилье, однако теперь все отменялось. Мне стало жаль Кайла, и я уверила его, что еще ничего не решено, да и в любом случае мы будем только рады, если он поселится с нами.

– Поживем – увидим, – с печальной улыбкой ответил Кайл.

Начало накрапывать, и мы направились к выходу. Дождь быстро превратился в настоящий ливень. Кайл снял куртку и держал ее над нами, пока мы бежали домой. Под конец я вымокла до нитки и замерзла так, что пальцы онемели.

– Мэгз, прости! – умоляюще воскликнул Кайл. – Понятия не имел, что пойдет дождь! Погода стояла такая славная…

– Ничего страшного, – пробормотала я, стуча зубами.

Отец распахнул дверь.

– Господи, Мэгги! Да заходи же быстрее! Ты тоже, Кайл.

– Нет, сэр, спасибо! Я побегу домой.

– Давай отвезу.

– Спасибо, не стоит. Я все равно уже вымок.

– Нет, я тебя в такую погоду не отпущу. Входи, а я пока обуюсь и довезу тебя до дома! – безапелляционно заявил папа.

– Да, сэр.

Кайл бывал у меня не раз. В выходные мы с ребятами смотрели фильмы, а на Хеллоуин угощали соседских детей конфетами. Такая вот у нас была традиция, еще с третьего класса. Но в этом году все изменилось.

Папа подтолкнул меня к лестнице.

– Сейчас же прими горячий душ! Вернусь – проверю, – пообещал он и пошел обуваться.

– Ладно. Пока, Кайл! – попрощалась я. – И спасибо.

– За то, что чуть тебя не утопил? – с улыбкой спросил он.

– За заботу и за потраченное время. Мне многое стало ясно, и я очень ценю твою помощь.

Он пожал плечами и усмехнулся:

– Ну, теперь ты одна из нас, поэтому должна знать, во что влипла!

Я тихо рассмеялась, и тут вернулся отец.

– Поехали, Джейкобсон. – Он посмотрел на меня. – Бегом в душ!

– Иду-иду.

Я потащилась наверх, хлюпая мокрой одеждой. Надеюсь, папа придет проверить меня пораньше и не обнаружит Калеба в постели своей дочери.