Текст книги "Тупик, или Праздник Святого Габриэля"

Автор книги: Сергей Михайлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

– Но ведь виновные должны быть наказаны! – горячо возразил Питер.

– Они будут наказаны, – твёрдо ответил профессор.

– Тогда я ваш! – воскликнул Питер, сверкая глазами.

– А я – твой, Питер!

Договор был скреплён крепким рукопожатием.

– Теперь перейдём к конкретным делам, – сказал профессор. – Это большая удача, что ты работаешь у Крафта. Завтра я заеду к вам в контору и попрошу твоего шефа поручить тебе ведение дел по учреждению Фонда Защиты. Я думаю, он не будет против. Тогда ты сможешь, Питер, встречаться со мной в любое время дня, а это, согласись, немаловажно. Далее, по поводу Хамберга. Хамберг дал тебе недельный срок на раздумья. Что ж, это срок немалый, за неделю мы должны сделать все дела и к следующей среде предать огласке готовящуюся авантюру военного министерства. Я постараюсь подготовить материалы для прессы и телевидения, и тогда мы сможем начать открытую борьбу с милитаристски настроенными кругами правительства. Иначе они придут к власти, и военная диктатура в стране обеспечена. А этого допустить мы никак не можем… И ещё, Питер, будь осторожен, сейчас от них можно ожидать всего. Не поддавайся на провокации, не лезь на рожон, пытайся выиграть время. В крайнем случае пускай в ход свою способность. Я и сам бы с удовольствием на неё посмотрел, но сейчас уже поздно….

– Как – поздно? – вскочил Питер; он только сейчас вспомнил о встрече с Лилиан.

На часах было без четверти восемь. А ровно в восемь в буковой аллее его будет ждать Лилиан.

– Я пропал! – в отчаянии прошептал Питер. – Теперь мне уже нипочём не успеть! Простите, профессор, мне надо бежать. Ведь Лилиан…

– На какой час назначена встреча? – деловито спросил профессор.

– На восемь.

– Быстро в машину! В восемь не обещаю, а минут десять девятого будешь на месте. Ну, быстрее!

Питера уговаривать не пришлось.

– Спасибо, дорогой профессор! – бросил он на бегу.

Ни юноше, ни умудрённому опытом профессору даже в голову не пришло, что стоит лишь Питеру захотеть, и он успеет на любую встречу, в любом месте и в любое время – воспользуйся он только своей уникальной способностью вмешиваться в обычный ход времени. Но ни тот, ни другой даже не вспомнили об этом.

Машина стрелой неслась по Городу. Вот, наконец, и городской парк. Маленький «форд» резко затормозил.

– Профессор, пойдёмте со мной, я вас познакомлю с моей Лилиан, – сказал Питер, выскакивая из машины.

– С удовольствием! – ответил профессор Магнус, на минуту было заколебавшись.

Лилиан уже ждала. В глазах её стояли слёзы и немой укор.

– Лилиан! – воскликнул Питер, подбегая к ней, но профессор опередил его.

– Простите моего юного друга, дорогая Лилиан – разрешите, я вас буду так называть, – но это я во всём виноват, – сказал профессор Магнус с обворожительной улыбкой. – Это я его задержал.

Девушка удивлённо переводила взгляд с одного мужчины на другого.

– Лилиан, это профессор Магнус, мой друг, – сказал Питер, с нежностью глядя на девушку.

Долговязая фигура профессора изогнулась в поклоне.

– Не сердитесь на нас, милая девушка. Наш друг вам всё объяснит. А мне пора. Не смею вас больше задерживать. До встречи, Питер. Завтра я заеду к вам в контору.

С этими словами профессор растаял в темноте.

– Питер, что случилось? – с тревогой спросила Лилиан, когда молодые люди остались наедине. – Я так испугалась за тебя! Ведь ты никогда не опаздывал. Кто этот человек? И что у тебя с головой?

– Хорошая моя Лилиан! – прошептал Питер, взяв девушку за руки. – Я тебе всё, всё расскажу! Ты должна это знать.

В этот вечер молодые люди дольше обычного задержались в парке. Питер поведал девушке всё, что знал, включая предложение Хамберга. Теперь между ними не было тайн. Словно тяжкий груз свалился с плеч юноши.

– Бедный, бедный Питер! – шептала Лилиан, потрясённая услышанным. – Как я за тебя боюсь!

Несмотря на сгущавшиеся над молодыми людьми тучи Питер был на седьмом небе от счастья. Она боится за него. За него!

– Я буду осторожен, Лилиан! Но и ты береги себя, очень тебя прошу. Если с тобой что-нибудь случится, я… я умру…

– Питер! – она крепко обняла его и поцеловала в губы. – Мой Питер.

В этот вечер они признались друг другу в любви.

Глава восьмая

На следующий день утром профессора Магнуса внезапно вызвали в полицейский участок. В течение двух долгих часов немолодой инспектор подробно расспрашивал его о вчерашнем инциденте в кафе, потом незаметно перешёл к условиям жизни профессора, его семье, доходах, роде занятий, особенно остановился на недавно полученном наследстве, планах на будущее, знакомствах, а в заключение поинтересовался отношением профессора к политике правительства. Потом его отпустили.

Встретившись с Питером в конторе Крафта, куда он отправился из участка, и всё ему рассказав, профессор мрачно добавил:

– Неспроста всё это, Питер. Они начали охоту. Боюсь, мы можем не успеть.

Весь день Питер Селвин и Александр Магнус провели за составлением необходимой документации для учреждения Фонда Защиты и при активном содействии Крафта, которому профессор посулил изрядное вознаграждение за оперативность, к вечеру продвинулись достаточно далеко.

В пять часов профессор отвёз Питера к себе.

– О делах сегодня больше ни слова, – сказал он, когда они вошли в дом, – посмотрим лучше, на что ты способен. Ты готов, Питер?

– Конечно, – ответил Питер, устало падая в кресло. – Только если позволите, чашечку кофе…

– О чём речь! – произнёс профессор. – Лиза!..

Добрая хозяйка не заставила себя долго ждать. Уже через десять минут две чашечки кофе ароматно дымились на столе.

Потом Питер продемонстрировал профессору свою способность манипулировать временем, замедляя его то в два, то в пять, то в десять раз, и хотя Магнус внутренне был готов к этой демонстрации, тем на менее увиденное произвело на него неизгладимое впечатление.

– А теперь, – сказал Питер, – я остановлю время совсем.

Юноша стоял посреди комнаты и не шевелился.

– Ну? – нетерпеливо произнёс профессор.

И вдруг Питер исчез. Исчез внезапно, словно растворился в воздухе. В ту же минуту в дверь кто-то постучал.

– Нельзя! – испуганно крикнул профессор, шаря взглядом по комнате.

– Мне – можно, – ответил Питер, открывая дверь и широко улыбаясь.

– Питер! – профессор облегчённо вздохнул.

– Конечно, я.

– Как же ты вышел? Я ничего не заметил. И когда?

– Никогда! – юноша хитро сощурился. – Неужели вы не понимаете? Ведь вы должны это знать лучше меня. Для вас – никогда. Для всего мира – никогда. Ведь время стояло, это был один миг, мгновение, точка. А для меня этот миг растянулся на полчаса. Я успел сбегать в газетный киоск на углу, купить, вернее, взять вечернюю газету – вот она – немного прогуляться по улицам Города и вернуться обратно. Вот и всё. А для пущего эффекта я вернулся не на то же самое место, откуда исчез, а в другое, за пределы комнаты.

Питер сказал неправду. Он отсутствовал не полчаса, а больше часа. Помимо газетного киоска Питер побывал ещё на ткацкой фабрике, где на столике Лилиан оставил большую белую розу, прихваченную им по пути в цветочной лавке. Девушка в этот момент неподвижно застыла у окна напротив. Питер поцеловал её и вернулся к профессору.

– Поразительно! – восхищался тем временем Магнус. – Знал ведь об этом, знал, но – на бумаге, а чтобы так, воочию увидеть!.. Поразительно!

– Послушай, Питер, – сказал профессор некоторое время спустя, – ты мастерски управляешься со временем, но, по-моему, твои возможности гораздо шире.

– Шире? – удивился Питер.

– Да, шире. Ты не пробовал сжимать время?

Питер задумался. Нет, сжимать он не пробовал, видимо, потому что просто не думал об этом. Но попробовать можно.

– Так дерзай же скорее! – заторопил его профессор.

Питер встал посредине комнаты, отдал мысленный приказ и… Профессор увидел, как юноша плавно поплыл по комнате, еле касаясь ногами пола.

– Великолепно! – радостно потирая руки, произнёс профессор, когда Питер сел в кресло. – У тебя неплохо получается, Питер. Теперь осталась самая важная и, пожалуй, самая трудная часть эксперимента.

– Разве это не всё? – спросил юноша,

– Нет, Питер, это ещё не предел твоих возможностей. По крайней мере, это не должно быть пределом. Слушай меня внимательно. Ты умеешь сжимать и растягивать время, ты умеешь его останавливать, теперь ты должен попробовать повернуть его вспять.

– Вспять?!

– Да, вспять!

Питер в сомнении покачал головой.

– Боюсь, у меня не получится.

– Не паникуй, Питер, получится! – настаивал профессор. – Ну, давай!

Питер нахмурил брови и сосредоточился.

– Я не знаю, как это сделать, – наконец сказал он, беспомощно глядя на Магнуса.

– Сначала останови время, а потом попытайся заставить его течь в обратную сторону. Ну, Питер!..

Питер напрягся и несколько секунд сидел неподвижно.

– Не выходит, – выдохнул он и бессильно опустил руки на колени.

Профессор покачал головой.

– Ладно, не терзай себя, – сказал он. – Не сейчас, так в другой раз. Но знай, Питер, ты можешь это сделать. Можешь! Главное – верить.

– Я постараюсь, – тихо ответил юноша.

В этот вечер Питер летел к своей Лилиан, сгорая от желания поскорее увидеться с любимой девушкой. Какое это всё-таки счастье – любить, но насколько оно полнее, больше, объёмнее, когда и ты любим!.. Весь день, сначала в конторе Крафта, а потом, сидя у профессора Магнуса, Питер не переставал думать о Лилиан. Он представлял себе её маленькую стройную фигурку, бездонные, светящиеся небесным светом глаза, обрамлённые десятком лучистых морщинок, когда она смеялась, её звонкий голос, нежные, ласковые руки, и слова… Слова любви, за которые Питер готов был отдать всю свою жизнь, лишь бы они не смолкали никогда…

Внезапно, при переходе улицы, Питер чуть не столкнулся с резко затормозившим рядом чёрным автомобилем.

– Смотреть надо, – буркнул Питер и хотел было пройти мимо, но тут из автомобиля выскочило трое мужчин, и не успел юноша глазом моргнуть, как его руки оказались ловко скрученными за спиной, а сам он был брошен на заднее сидение автомобиля.

– Это насилие!.. – попытался было протестовать Питер, но рот его тут же был завязан платком, а по бокам юноши возникли два субъекта, крепко схватившие его руки своими железными клешнями. Машина рванула с места и понеслась по вечернему Городу. На переднем сидении, рядом с водителем, сидел гладко выбритый господин в смокинге и тёмных очках.

– Господин Селвин, – произнёс он мягким вкрадчивым голосом, – не стоит так волноваться. Сидите спокойно и слушайте.

Питер замычал и замотал головой, пытаясь вырваться.

– И оставьте эти бессмысленные телодвижения. Эти парни обламывали и не таких воробышков, как вы. Ведите себя смирно.

Питер сдался; он понял, что силой здесь не поможешь.

– Вот и отлично, – продолжал господин в смокинге. – Теперь выслушайте меня… Развяжите его.

Один из субъектов ловко снял платок с лица Питера.

– Что вы от меня хотите? – прохрипел юноша.

– Это единственный вопрос, который я рассчитывал услышать от вас, Селвин, в сложившейся ситуации, – сказал господин в смокинге. – Поздравляю. Итак, что же мы от вас хотим? Совсем немногого. Я буду говорить с вами без обиняков.

Он не спеша достал сигарету, закурил и продолжил:

– Мы представляем здесь политическую разведку. От вас мы хотим только одного – сотрудничества. Нам известна ваша уникальная способность, и мы рассчитываем использовать вас в своих целях, вернее, в целях борьбы за безопасность нашего государства. Это великая цель. Вам предоставляется возможность послужить на благо Родине. Итак…

Питер молчал. Положение, казалось, было безвыходным.

– Итак, вы молчите, – после непродолжительной паузы продолжил господин в смокинге. – Учтите, Селвин, мы не имеем возможности, подобно этому дилетанту Хамбергу, давать вам на размышления неделю или хотя бы день. Ответ вы дадите сейчас, в этой машине. Если он будет положительный, то мы вас высадим у городского парка, где вы можете насладиться встречей с известным вам лицом. В противном же случае вы на встречу не попадёте, – он на минуту замолчал. – В противном случае вы вообще больше никуда не попадёте.

Когда смысл последних слов дошёл до сознания Питера, юноша похолодел от ужаса.

– У вас нет выбора, – усмехнулся представитель политической разведки. – Решайтесь.

Что же делать? Как найти выход из создавшегося положения?.. А если попытаться… Есть выход!

Питер сразу обрёл уверенность в себе. Страх исчез, уступив место какому-то мальчишескому озорству.

– Выбора у меня, действительно, нет, – твёрдо произнёс он, – и хотя вы, господин политический разведчик, или как вас там, утверждаете, что вам хорошо известна моя уникальная способность, вы, видимо, недооцениваете ни её, ни меня.

– Что? – с тревогой спросил господин в смокинге. – Что вы хотите этим сказать?

– А вот сейчас увидите!..

– Кнопф, хлороформ! – крикнул мужчина на переднем сидении, но Кнопф, сидящий справа от Питера, не успел даже пальцем пошевельнуть, как юноша прочитал заклинание.

Стоп, время!..

Все замерло. Питер, с трудом освободившись из цепких пальцев телохранителей, выбрался из автомобиля на мостовую. Лавируя между неподвижно стоящими машинами, он бросился к городскому парку.

Метров за сто до парка он привёл всё в движение. Машины тронулись с места, пешеходы зашагали по своим делам.

Было без двух минут восемь. Сейчас к парку должна подойти Лилиан. Питер знал, что она придёт вовремя: девушка никогда не опаздывала.

Вот она показалась на противоположной стороне улицы. Вот она идёт по пешеходному переходу… В руках у неё Питер увидел белую розу. Ту самую!..

– Лилиан! – крикнул Питер и махнул ей рукой. Она заметила его и помахала в ответ.

Вдруг из-за поворота вывернул чёрный автомобиль и на бешеной скорости понёсся прямо на девушку.

– Лилиан! – в отчаянии заорал Питер.

Девушка обернулась и увидела мчащуюся на неё чёрную смерть. Гримаса ужаса исказила её красивое личико, глаза застыли в немом вопросе, ещё секунда и…

Стоп, время!..

Автомобиль замер в десяти шагах от девушки. Питер бросился к машине. Через лобовое стекло он узнал своих похитителей. Он с силой дёрнул переднюю дверцу автомобиля на себя, скинул руки водителя с руля и начал поворачивать тугой руль вправо. Когда руль достиг своего крайнего положения, юноша захлопнул дверцу, подбежал к застывшей в ужасе Лилиан, загородил её своим телом и, повернувшись лицом к врагу, скомандовал: время, вперёд!..

И снова мир пришёл в движение. Чёрный автомобиль, нёсшийся до этого по прямой, вдруг резко свернул вправо и на всей скорости врезался в глухую стену старого кирпичного дома. Удар был настолько силён, что машина сжалась в гармошку. Раздался жуткий скрежет и лязг сплющиваемого металла, затем сильный взрыв потряс воздух. Пламя взметнулось ввысь, огненные струи бензина и масла веером разлетелись по сторонам. Отброшенные взрывной волной, Питер и Лилиан покатились по мостовой. Юноша вскочил на ноги, помог девушке подняться и потащил её в парк.

– Скорее, Лилиан, скорее!.. – торопил её Питер.

Молодые люди пересекли парк и выбежали на параллельную улицу.

– Такси! – крикнул Питер.

К счастью, такси не заставило себя долго ждать.

Уже сидя в машине, Питер дал адрес профессора Магнуса. И только после этого обратил внимание на Лилиан.

Девушка сидела, прижавшись к нему, и дрожала. Глаза её, полные ужаса и совершенно сухие, смотрели в одну точку, на щеке её была ссадина, кофточка на плече порвалась.

– Ты очень испугалась, Лилиан? – с участием спросил Питер, крепко обнимая её за плечи.

– Что это? – прошептала она побелевшими губами.

– Потом, хорошая моя, потом! – торопливо произнёс юноша, гладя её по волосам. – Ответь лучше, с тобой ничего не случилось?

– Ничего, – ответила она и подняла голубые глаза на Питера. – Я боюсь!

– Не бойся, любимая, я с тобой, – прошептал Питер, и слёзы навернулись на его глаза.

Тут он увидел в её руке сломанную розовую веточку с потрёпанными белыми лепестками. Он наклонился к ней и прошептал в самое ухо:

– Я так люблю тебя, Лилиан!..

Такси благополучно доставило их к дому профессора Магнуса. Попросив таксиста подождать, Питер увлёк девушку в дом.

Не на шутку встревоженный профессор выслушал сбивчивый рассказ Питера и помрачнел.

– Это в корне меняет дело, – сказал профессор. – Охота вышла на новую стадию, и охотники, видимо, решили прибегнуть к крайним средствам. Это плохо, очень плохо.

Профессор стоял посредине комнаты в махровом халате и усиленно тёр лоб своими длинными пальцами.

– Вот что, дети мои, – сказал он решительно, – надо принимать ответные меры, и немедленно. С политической разведкой шутки плохи. Едем!

– Куда? – растерянно спросил Питер; он, как и Лилиан, полностью утратил способность действовать самостоятельно. Видимо, сказался нервный стресс от пережитого.

Профессор Магнус заметил состояние молодые людей.

– Без паники, друзья! – произнёс он, пытаясь придать своему голосу бодрость. – Не всё ещё потеряно, игра только начинается. Но, прежде чем нанести ответный удар, нам необходимо принять меры предосторожности. Им наверняка известно о нас всё, в частности, о наших с тобой встречах, Питер. Поэтому их можно ждать здесь в любую минуту. И самое разумное, что мы сейчас можем предпринять – это покинуть этот дом.

– Куда же мы пойдём? – спросила Лилиан. Бедная девушка едва держалась на ногах.

– Предоставьте это решать мне, – ответил профессор. – Скорее, друзья! Нельзя терять ни секунды!

Двое мужчин и девушка вышли из дома. На пороге профессор остановился, всматриваясь в темноту, уже успевшую спуститься на Город. Зелёный огонёк такси одиноко светил во тьме.

– Такси? – удивился профессор. – Откуда?

– Это наше, – ответил Питер. – Я просил водителя подождать.

– Вот как! А вы, мой дорогой друг, делаете успехи. Я, честно говоря, не ожидал от тебя, Питер, такой предусмотрительности. Поздравляю.

– Жизнь всему научит, – философски заметил юноша и вздохнул.

– Гостиница «Европейская»! – распорядился профессор, когда пассажиры заняли места в машине. Водитель молча кивнул.

– Как – «Европейская»? – удивлённо спросил Питер. – Это же самая дорогая гостиница в Городе!

– Питер, будь другом, помолчи, пожалуйста, – проворчал профессор Магнус. – Если я что-то делаю, значит, так надо. И не задавай глупых и ненужных вопросов.

Питер обиженно прикусил губу. Лилиан, сидевшая рядом с ним на заднем сидении, шепнула ему в самое ухо:

– Питер, положись на профессора Магнуса, он нас спасёт.

Питер пожал плечами.

– Ладно, – буркнул он.

Через двадцать минут пассажиры была доставлены к месту назначения. Расплатившись с водителем, профессор повёл Питера и Лилиан мимо суперсовременного пятидесятиэтажного здания гостиницы к трамвайной остановке. Проехав на трамвае несколько минут, они вышли на какой-то тёмной улице, после чего профессор снова поймал такси и назвал на этот раз один неприметный отель на окраине Города.

– Конспирация, – многозначительно шепнул он Питеру, подняв для убедительности указательный палец, – сейчас для нас важней, чем хороший ужин. Впрочем, я и от ужина бы не отказался.

В гостинице профессор снял номер для «господина Смита с супругой» и, получив ключи, проводил молодых людей в их комнату, достаточно просторную и с необходимым набором удобств.

– Надо заметить, это не «Европейская», – сказал он, критически осматривая помещение. – Ну ничего, разместитесь здесь как-нибудь вдвоём, – профессор хитро прищурился. – Тем более что вы теперь супружеская пара.

Молодые люди смущённо опустили глаза, а Лилиан кроме того залилась краской.

– А мне пора, – продолжал профессор. – Лиза будет волноваться.

– Как, вы не останетесь с нами? – спросил Питер.

– Нет, дети мои, я должен вернуться.

– Но ведь вы сами говорили, профессор, что в вашем доме оставаться опасно, – возразил Питер.

– Вам – нельзя, а мне можно. Не волнуйтесь, друзья, – профессор приблизился к Питеру и Лилиан и положил им руки на плечи, – со мной ничего не случится. Я крепкий орешек!

– О, да! – воскликнул Питер, вспоминая погром в кафе.

– А завтра я к вам наведаюсь, где-нибудь часам к четырём. Шефу же твоему, этому скупердяю Крафту, я с прискорбием сообщу, что ты, Питер, слёг с двухсторонней пневмонией. Да, чуть не забыл…

Профессор достал из кармана бумажник, вынул из него стофунтовую банкноту и положил её на стол.

– Это вам на первое время.

– Мы не возьмём денег, – твёрдо сказал Питер.

– Молодой человек, – строго произнёс профессор, – не говорите чепухи. Сейчас щепетильность неуместна… Ты хочешь меня обидеть, Питер? Или я не друг тебе?

Противоречивые чувства боролись в душе Питера.

– Дорогой профессор, вы мой лучший друг, но…

– Никаких «но», – отрезал профессор Магнус. – И хватит об этом. Всё! Я ушёл.

Профессор стремительно пересёк комнату и уже у самой двери обернулся.

– Очень вас прошу, друзья мои, будьте осторожны. И старайтесь не выходить из номера. А завтра что-нибудь придумаем. Прощайте!

– До завтра, дорогой профессор!

Когда Питер и Лилиан остались одни, девушка не выдержала и заплакала.

– Питер, Питер, что с нами будет? – сквозь слёзы шептала она; в глазах её было столько горя, тоски, страха… и любви, большой бесконечной любви…

– Лилиан, любимая, – ласково произнёс Питер и нежно привлёк её к себе, обнимая за плечи, – успокойся, родная, всё будет хорошо.

– Не будет, – замотала она головой.

– Будет, – твёрдо пообещал юноша. – Я знаю.

Они долго так стояли посреди комнаты, прижавшись друг к другу.