![](/files/books/160/oblozhka-knigi-luminos-378410.jpg)
Текст книги "Льуминос"
Автор книги: Сергей Волихромов
Жанр:
Прочие приключения
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)
Сергей Волихромов
Льуминос
Часть I.
Алина
В 2003 году мы с друзьями в одном из популярных ночных клубов открыли казино. Не так давно мы были в этом бизнесе, но опыт уже небольшой в этом деле имелся, это было уже наше второе игорное заведение. С первым – хоть его и нелегко было открывать из-за бумажной волокиты, лицензий и прочего – у нас больших проблем не возникало. Тем более с первых дней оно начало работать в плюс и давало неплохую прибыль.
Затем мы решили расширить свой бизнес и запустили ещё одно казино. Наши знакомые открыли тогда новый, ночной клуб и на выгодных условиях предложили нам открыться у них в клубе. Изначально я был против такой затеи и не хотел в ней участвовать. Слишком много факторов, которые могли свести на нет все наши усилия, было против нас. Но возможности выйти тогда из бизнеса и не участвовать в новом проекте у меня не было. Вернее, она была, но тогда бы мне пришлось отказаться от долевого участия в первом нашем игровом заведении, которое давало в то время неплохую прибыль.
Я высказал друзьям свои опасения по этому поводу, но слушать тогда меня никто не захотел.
Занимаясь открытием нового казино, я был почти уверен, что бизнес этот будет провальным. Для меня вопрос состоял только в одном: насколько провальным. Прогорим мы на нем много или очень много.
Казино открылось – всё было красиво, торжественно, помпезно. Мы пригласили ВИП-персон, раздали бесплатные фишки – игра закрутилась.
Сам ночной клуб находился на территории обанкротившегося завода, уже несколько лет пустующего. Это было огромное помещение с двадцатиметровыми потолками и с какими-то немыслимыми металлоконструкциями внутри. Здание разделили на два уровня. На первом этаже расположился бар с огромным танцполом, а на втором – наше казино и лаундж-пространство.
Я стоял, опершись о перила, и смотрел со второго этажа на танцпол. Настроение мое, не смотря на всеобщее веселье вокруг, по понятным причинам, было не очень. С того места, где я находился, всё было видно как на ладони. Это место было своего рода смотровой площадкой.
Возле меня проходила железная лестница, идущая вниз прямо к танцполу. Хотя людей было очень много и по этой лестнице двигался постоянный поток человеческой массы в приподнятом настроении, вдалеке я заметил красивую молодую девушку, поднимающуюся по ступенькам. Когда она приблизилась ко мне почти вплотную, я заметил её безумно красивые слегка раскосые голубые глаза. Столпотворение было неимоверное, но когда она проходила мимо, практически вплотную ко мне, я ощутил то ли толчок, то ли укол в солнечное сплетение. Это было настолько явно, отчетливо и необычно, что у меня на какое-то время даже перехватило дыхание.
Хотя в моей жизни, на тот момент, случалось уже много всякого, разного и необычного, такое я ощущал впервые. Это не было обычным сексуальным влечением или возбуждение, это было что-то другое – будоражащее, необъяснимое и в каком-то смысле мистическое.
Сначала я стоял как вкопанный, приходил в себя, потом по инерции, хвостиком поплелся за ней. Обычно я старался в таких делах не медлить, поэтому решил сразу с ней и познакомиться.
Я начал мямлить что-то по поводу её красивых глаз и нашего казино, пытаясь провести логическую линию между этими двумя объектами, но быстро потерялся в словах и только стоял и кивал головой.
Она меня внимательно выслушала, мило улыбнулась и сказала:
– Извините, но я здесь работаю, а не отдыхаю, и сейчас сильно занята.
После чего развернулась и ушла. Я был, конечно, разочарован, но решил не отступать и ещё раз попробовать с ней познакомиться.
Жизнь продолжалась, казино работало, ночной клуб расцветал, в том числе благодаря нашему казино, а наши экономические дела, как я и предполагал ранее, становились всё хуже и хуже. Через месяц работы наши убытки уже составляли около двухсот тысяч долларов. Нужно было срочно решать – рисковать и работать дальше в надежде, что казино вот-вот начнет давать прибыль, что, кстати, часто и бывает, или останавливаться и подсчитывать свои убытки от этого безнадежного предприятия.
Я, наверное, больше, чем другие, понимал, что слишком много факторов тогда играло против нас. Шансов что-то изменить у нас не особо-то и было. Рисковать и работать дальше – означало влезть в еще большие минуса, к тому же была немалая вероятность, при таком раскладе, полностью обанкротиться.
Во время всей этой чехарды, в которой всё шло не так, как надо, я всё же не терял надежды познакомиться с той голубоглазой девушкой, которая так неожиданно, бесцеремонно и в каком то смысле даже вероломно взбудоражила меня своими чарами. Я решил навести о ней справки у хозяина ночного клуба, но он практически ничего о ней не знал. Было известно лишь то, что она студентка и учится на втором курсе университета, зовут её Алина, и работает она у них совсем недавно.
Как-то я увидел, что после работы, примерно в час ночи ее увозит домой такси. На следующий день, дождавшись, когда она будет выходить из ночного клуба, выбрав подходящий момент, я подъехал на своей машине к самому входу, чуть не задавив при этом охранников. Я вышел и начал нести какую-то чепуху, типа «Девушка, карета подана» и всякую ерунду такого плана, но она лишь рассмеялась, посмотрела на меня, как на клоуна, села в такси и уехала.
Честно говоря, я не был обделен женским вниманием, тем более в этом ночном клубе. Я привык, что представительницы женского пола охотно шли на контакт, особенно узнав, что являюсь одним из владельцев казино, но тут я снова получил от ворот поворот. Я был обескуражен и чувства какой-то странной неудовлетворенности, досады и грусти не покидали меня.
Казино закрылось. Мы вернули ещё какую-то часть своих денег, продав игровые столы, мебель и оборудование, но большую часть мы, конечно, потеряли. Вскоре у нас в стране вообще запретили работу казино, и на этом наш игровой бизнес закончился.
Я сидел в своей машине на светофоре, он показывал красный свет. Передо мной по пешеходному переходу проходила беременная девушка. Я пригляделся и узнал её. Это была та несговорчивая молодая особа из ночного клуба. Я посмотрел на неё с грустью и подумал: «Да, как жаль». Все это время, где-то в глубине души, меня не покидали надежды, что когда-нибудь ещё ее встречу. Тогда она неожиданно уволилась из ночного клуба и я потерял с ней какую-либо связь.
Она перешла дорогу, я тронулся и поехал. Проехав несколько километров, что-то меня дернуло – я развернулся прямо посреди дороги, явно нарушая правила, и двинулся обратно. Свернув на ту улицу, по которой она шла, я догнал её и, открыв окно, помахал ей рукой:
– Алина, привет! Узнаешь меня? Это я – твой вечный поклонник!
Она остановилась, внимательно посмотрела на меня, явно не сразу узнав, и улыбнулась:
– Здравствуйте. Наверное… узнаю.
– Ты куда идешь? – спросил я, расплываясь в улыбке. – В институт, на учебу?
Рядом находилось несколько высших учебных заведений, которые находились бок о бок друг с другом, образовывая студенческий городок, состоящий из многочисленных учебных корпусов и общежитий.
– В университет, – слегка растерянно ответила она. – Но не на учебу… мне нужно в деканат, я сейчас оформляю академотпуск.
– О, какое совпадение! – соврал я. – Я тоже туда еду, садись, подвезу.
Она какое-то время стояла, внимательно меня разглядывая, явно обдумывая все «за и против» моего предложения. После небольшой паузы она сказала:
– Хорошо, подвезите, если вы, конечно, действительно едете туда же.
Она села в машину и мы поехали. До института было рукой подать, и через несколько минут мы были уже на месте. Я понимал, что мне уже ничего не светит, поэтому не напрягался, и мы просто беседовали. Она была очень радостной и буквально светилась от счастья. Сказала, что через несколько месяцев у неё будет ребенок, а сейчас готовится к свадьбе, которая состоится через неделю. Мы с ней поговорили еще немного на всякие тривиальные темы и попрощались. Когда она уже выходила из машины, я ей предложил:
– Если хочешь, запиши мой номер телефона… на всякий случай.
– На какой всякий случай? – улыбчиво поинтересовалась она.
– Жизнь непредсказуема, всякое в жизни бывает.
– Ну хорошо, давай запишу, – согласилась она и записала мой номер, как мне показалось, только из вежливости.
С какой-то необъяснимой грустью я завел машину и уехал. Какое-то время я ещё думал об этой встрече, надеясь, что она мне позвонит, не понимая, правда, какие для этого могли быть причины и зачем это нужно мне, но она так и не позвонила.
Я сидел на летней площадке студенческого кафе «Классик». Мы с друзьями практически каждый день там собирались в обеденное время. Многие дневные встречи мы обычно назначали не в офисе, а в этом уютном кафе. Это было моё любимое место в городе. Оно находилось в студенческом городке, и там всегда было полно симпатичных и улыбчивых студенток, прогуливающих свои пары. И вообще, хотя мы с друзьями уже давно закончили учёбу, здесь мы ощущали себя вечными студентами. Была ранняя весна. Светило яркое солнце, но всё ещё было прохладно, и люди ходили в куртках. Я взял свой стул и вышел с летней площадки кафе, примостившись на солнце. В нескольких метрах от меня проходила дорожка, по которой студенты толпами сновали туда-сюда. Я сидел, подставив лицо солнцу, и принимал солнечные ванны. Вдруг я услышал, что меня кто-то позвал:
– Серёжа, привет!
Я открыл глаза и увидел молодую красивую девушку в солнцезащитных очках. Пока я наводил резкость, она сняла очки, и я её узнал – это была Алина.
– Так неожиданно… Привет Алина! Ты из универа идешь, с учебы?
– Нет, – она покачала головой, – я сейчас в академотпуске. Ходила в деканат, чтобы решить свои незаконченные дела.
Я очень рад был её видеть и весь расплылся от счастья. Удивительно, но мне показалось, что она тоже рада была меня видеть. Мало того, она сказала, что давно меня уже искала и хотела со мной встретиться – у нее был ко мне разговор.
Честно говоря, я был очень удивлен такому повороту событий. Я так долго добивался знакомства с ней, и ничего не получалось, а тут вдруг она меня сама ищет.
– Да, – обрадовался я, – с удовольствием с тобой встречусь. А почему ты меня по телефону не набрала?
– Я не записала твой номер тогда, и, честно говоря, сильно об этом потом пожалела, – призналась она.
– Хорошо, оставь мне свой номер, я вечером тебе позвоню, и договоримся о встрече. Только смотри, опять меня не обмани. А муж твой, кстати, против не будет?
– Мужа у меня уже нет, я с ним развелась, – удивила меня она.
– Ничего себе, какая ты быстрая! Не успела замуж выйти, и уже развелась. Наверное, и полгода не прошло после нашей последней встречи.
Она рассмеялась:
– Ты ведь сам говорил, что жизнь непредсказуема и всякое может произойти.
Мы попрощались, а на следующий день я ей позвонил.
Мы договорились встретиться в старой части города на проспекте Металлургов. Когда я подъехал, Алина была уже на месте. Было видно, что она тщательно готовилась к этой встрече, даже сделала себе чудную прическу. Я её забрал, и мы поехали в ресторан. Это было очень приличное заведение с потрясающей кухней. Мы уселись поудобнее – я специально выбрал место подальше от других посетителей, чтобы никто не мешал и мы смогли спокойно поговорить.
– Ты меня, действительно, разыскивала? – спросил я у Алины, когда мы уже расположились.
– Да, действительно. Можно даже сказать, перевернула весь город, чтобы тебя найти. А нашла, как видишь, совершенно случайно.
– Интересно! И где же ты меня искала? – Меня буквально распирало от любопытства.
– Везде. Везде, где только можно. Я разговаривала с девочками из клуба, которые тогда работали со мной. Они ведь общались с твоими друзьями, с крупье из вашего казино. Ещё с какими-то людьми, которые слоняются в городе по всем злачным местам, но никто тебя не знал. Мне удалось найти только телефон твоего брата Димы, он оказался более популярным в этом городе, чем ты.
– Да, Димка, уж точно более популярный, – подтвердил я. – И что, ты ему звонила?
– Да, позвонила, сказала, что меня зовут Алина, и попросила номер твоего телефона.
– И что, он тебе не дал его?
– Нет, конечно! Предложил, чтобы я оставила свой номер, а он тебе обязательно передаст.
Да, я помнил, как Димка ко мне однажды подошёл и сказал, что меня ищет какая-то девушка, имя её он конечно не помнил. Я переписал тогда у него номер, но звонить по чему-то не стал. Вероятно, просто забыл.
– Ладно, Алина, это всё в прошлом, главное, что ты меня нашла. Рассказывай: как твои дела?
Она внимательно смотрела на меня и молчала. Пауза длилась достаточно долго, даже стало немного не по себе.
– Трудно сказать, – не спеша произнесла она. – С одной стороны, плохо, с другой – очень хорошо. Я ведь тебя нашла!
Теперь уже, ее глаза всматривались куда-то вдаль. У меня возникло странное тревожное ощущение.
– Давай, выкладывай! Почему плохо? Что стряслось? – поинтересовался я.
– Мне сказали, что я скоро умру, – ответила она очень спокойно.
– Да ладно, перестань, кто тебе сказал такую чепуху?
– Врачи, а если точнее – нейрохирурги.
– Расскажи, что случилось, – попросил я, стараясь не выдавать своего волнения.
– Знаешь, после той последней встречи, когда ты меня подвёз к институту, со мной стало происходить что-то странное: я начала про тебя много думать, без видимых на то причин. И когда мы ехали с будущим мужем в ЗАГС, я была уже на сто процентов уверена, что жить с ним не буду. А когда я родила, через несколько месяцев после свадьбы, самым большим желанием было показать моего ребенка не своему мужу, а тебе. Всё это я никак не могла себе объяснить. Нельзя сказать, что это любовь с первого взгляда, это что-то другое, не поддающееся пониманию. Это было просто дикое и ни с чем не сравнимое желание увидеть тебя снова. Даже вернее будет сказать, не желание, а жизненная необходимость.
Я её внимательно слушал и не перебивал. Хотя я и любил обычно в разговор вставлять разные шуточки, здесь я понимал – это будет неуместно.
– Со мной ещё с детства происходили странные вещи, – продолжила она. – Иногда я теряла ориентацию в пространстве и не понимала, кто я и где нахожусь. А иногда ощущала, как какая-то сила, подобная ветру, очень жёстко и вероломно заходила в меня – вовнутрь, так, что кровь в моих венах, казалось, закипала от сильного жара внутри. Это очень жуткие и страшные ощущения, я их очень боялась. Мне всегда казалось, что в меня входит какое-то другое существо. Когда я была беременной, эти случаи участились, а к ним ещё прибавились головные боли. После родов это усилилось ещё больше. Муж был свидетелем того, что со мной происходит, и я видела, как он боялся ещё больше, чем я.
Как-то мы с ним пошли в больницу к неврологу, и тот посоветовал сдать все анализы и сделать МРТ головного мозга. Когда пришли результаты, врач – это была женщина – сухо сказала: «У вас обнаружена опухоль головного мозга, и вам срочно нужно обратиться к нейрохирургу. Вряд ли кто-то в этом городе будет достаточно компетентен в этом вопросе, ваш случай достаточно сложный, поэтому я бы посоветовала лучше ехать в Киев. Там нейрохирурги опытнее, да и медицина на более высоком уровне».
Нам принесли заказ.
– Не спеши рассказывать, – остановил я её, – давай перекусим, и ты как раз успокоишься.
– Я спокойна, – улыбчиво сказала она. – Но перекусить, конечно, надо. Тем более нам столько всего вкусного принесли.
Мы приступили к обеду. Я ел и поглядывал на Алину. Конечно, я был немного шокирован её рассказом и решил помалкивать и никак пока не комментировать услышанное. Алина, в свою очередь, действительно была очень спокойной и никак не походила на человека, убитого горем по той причине, что дни её сочтены. Она даже отпускала какие-то шутки во время еды. Но мне было не до веселья.
– И что сказали в Киеве? – попросил я её продолжить свою историю, когда мы поели.
– В Киев я поехала со своим отцом. Муж мой был так расстроен происходящим, что у него, как он сказал, началась жуткая депрессия. Я ему предложила: «Оставайся дома с малым, а я съезжу с отцом. И не переживай ты так – всё будет хорошо». Хотя, конечно, понимала, что ничего хорошего ждать не приходится.
Потом Алина вкратце рассказала о своих бесконечных похождениях по врачам в Киеве, которые, в принципе, были едины в своем мнении. Они объяснили, что обнаруженная у неё опухоль хотя и была небольших размеров, находилась в очень опасном месте. Если говорить понятным, а не медицинским языком – возле этого образования проходило много жизненно важных артерий, отвечающих за органы зрения, дыхания и прочее. А так как любая опухоль – злокачественная или доброкачественная – имеет тенденцию к росту, рано или поздно она начнет расти или прорастать в эти артерии, тем самым отключая их жизнедеятельность. Но самое плохое в этой ситуации было то, что это образование находилось в неоперабельном месте. Внутри головного мозга. К нему очень сложно подступиться, чтобы попытаться удалить. И, как она сказала, риск не проснуться после операции или получить какие-то серьёзные последствия был слишком велик.
– Последний дядечка, – сказала Алина, имея в виду какого-то профессора нейрохирургии, – оказался самым добрым. Он объяснил в мельчайших подробностях, как постепенно будут отказывать органы и какая мучительная смерть меня может ждать. По его мнению, жить мне, скорее всего, осталось полгода, максимум год.
– И когда это он тебе сказал? – глухим голосом спросил я.
– Наверное, месяц назад, может, чуть больше.
Алина замолчала, налила себе в чашку травяной чай, откинула голову на спинку дивана и направила свой расфокусированный взгляд куда-то вверх. Я тоже молчал.
– Я тебя начала искать раньше всего этого, когда ещё не знала о своем диагнозе, – продолжила она. – И когда я приехала из Киева, решила покончить с этими поисками. Подумала, что уже нет никакого смысла… И тут неожиданно встретила тебя.
Опять возникла пауза. Я не знал, что сказать. Она перевела взгляд на меня, широко улыбнулась и произнесла:
– Знаешь, у меня есть четкая уверенность, что я не умру. По крайней мере, в ближайшее время. Бывают же в мире всякие случаи волшебного исцеления, когда уже не было никаких шансов и… Наверняка есть какие-то варианты. Может, у тебя будут какие-то предложения? – подмигнув, спросила она.
Я было попытался что-то ответить по этому поводу, но она резко перебила:
– Давай поменяем тему и поговорим о чем-нибудь другом.
И мы поменяли тему. Я немного пришёл в себя и закрутил пластинку. С чем, с чем, а с коммуникабельностью и умением поддержать разговор у меня никогда не было проблем.
– Я знаю, поговорим про университет, – предложил я.
Я тоже учился в том же университете, где училась она, да ещё и на том же факультете, который, правда, сейчас носил другое название. Я ведь начинал учиться ещё в другой стране, которая называлась СССР.
Мы вышли из ресторана и пошли в сторону моей машины.
Я опустил окна и не спешил отъезжать. Ресторан находился на территории заповедника в сосновом лесу. Здесь был потрясающе чистый воздух, никак не сравнимый со смогом индустриального города, в котором мы жили.
– А как ты все-таки развелась с мужем? – поинтересовался я.
– Очень просто. Когда я приехала из Киева, его дома как раз не оказалось. Артурчик – это мой сын – был в это время у его родителей. Я собрала свои немногочисленные вещи, заехала к ним домой, забрала малого – и ушла.
– И куда ты ушла? – спросил я.
– В никуда.
– То есть как в никуда?
– Я вернулась к своим родителям, которые меня совсем не ждали. Матери было и так несладко. Проблемный брат, отец… который как раз пил в то время, а тут ещё дочка с опухолью в голове и с малолетним ребенком пожаловала в их маленькую квартиру… Но всё равно, конечно, они меня хорошо приняли – с заботой и любовью.
Я достал из бардачка книгу, дал Алине и попросил открыть на какой-нибудь странице. Это был сборник стихов латиноамериканских поэтов. Старая потрепанная книга ещё 80-х годов, я когда-то купил её на блошином рынке. Я обожал многие стихи из этой книги, но никогда не читал её полностью. Открывал от случая к случаю и получал наслаждение от какого-нибудь случайно и удачно найденного стихотворения. Бывало попадались стихи, которые мне не нравились, а иногда находились – настоящие шедевры поэзии. Кроме того, этот сборник был для меня своего рода «книгой Таро», как гадальные карты. Часто, когда мне нужно было принять какое-то решение, и я не был точно уверен в правильности выбора, я вслепую открывал книгу на любой странице и на основании прочитанного стихотворения принимал решение. Я искал своего рода знаки, которые могли бы дать правильное направление.
Алина взяла книгу, что-то в неё прошептала и открыла.
Стих, который был на этой странице, никогда раньше мне не попадался, хотя сборник этот был у меня уже много лет. Это был стих Пабло Гевары и назывался он «В ночи». Мы вместе прочитали его:
Когда я объединяюсь с теми, у кого нет
иного огня, кроме воображаемого,
иного холода, кроме отчаяния,
там, где отдыхает мой слух
и куда также может прийти разрушение,
там – в глубине – возникаешь ты,
и словно звучит скрипка
С лазурными и розовыми струнами,
что приводит к рассвету.
Я тот, кто ощущает
как колеблется человеческое здание, —
оно больше иссечено, чем обласкано
прошлым, наполненным стенаниями, —
я тот, кто чувствует
в твоих влюблённых глазах
рождение Матери,
я ощущаю, как качается наша комната,
Я предчувствую твой приход,
моя лучшая музыка,
и сквозь взметнувшийся воздух и почву
входит в меня земная гармония.
Мы спим? Нет, мы не спим? Мы плывем?
Чистота будет насмерть стоять
против коварства,
нас двое, а значит – ни один не умрет.
Я знал без тени сомнения, что сделаю всё возможное, чтобы ей помочь. Тем более, мне было, что ей предложить.
Начало
Шёл 92 год. Советский союз распался, и на картах мира начали появляться новые, ранее мало кому известные государства. Встретил я эти большие перемены, когда мне исполнилось двадцать лет. Можно сказать, что жизнь только начиналась. Я поступил в университет, спортивная карьера, которой я посвятил всё своё детство и юность, шла к завершению. И теперь я даже на запах ощущал перспективу новых безграничных возможностей и свободы.
Хотя в той новой стране, в которой я оказался, царил полный экономический и социальный коллапс и каждый пытался выживать, как может, общее настроение, витающее среди людей, было радостным, народ предвосхищал счастливое будущее. Тоталитарная система рухнула со своей дурацкой идеологией и наконец было покончено с постоянным зомбированием по поводу нашего героического прошлого, настоящего и будущего. Я даже помню о чем мечтал в детстве. Больше всего на свете я мечтал героически погибнуть. Даже представлял свои похороны, на которых рыдают не только мои одноклассники, но и вся школа, включая директора, классную руководительницу и учителя по физкультуре.
Сложно было выживать в то тяжёлое время. Никакие законы не работали, юридические обязательства ничего не значили, и для того чтобы в этом хаосе строилась какая-то государственность, нужны были другие альтернативные подходы к действительности.
Так начинались, как у нас говорят, «лихие девяностые» – время больших перемен и огромных возможностей. Всё происходящее вокруг тогда было очень ярким, жизнеутверждающим, фееричным и довольно опасным. Многие так и не пережили то смутное время. Я, как и многие другие, кто принимал действительность не пассивно, приспосабливаясь к ней, а активно, пытаясь взять судьбу в свои руки, оказался в эпицентре многих ярких событий, происходящих в то время.
Как-то к моим друзьям приехал из Москвы давний приятель Артур. Это был необыкновенный человек и известная в то время личность – очень именитый мастер единоборств. Не один год он провёл, оттачивая мастерство в китайских монастырях, ведя аскетичный и дисциплинированный образ жизни. О нем ходили настоящие легенды. Не знаю, насколько это правда, но рассказывали, что однажды оказавшись на каких-то криминальных разборках, у Артура возник конфликт. Один из присутствующих там достал пистолет и стал стрелять в него практически в упор. Несмотря на то, что они находились в нескольких метрах друг от друга, ни одна пуля не попала в Артура тогда. Артур делал какие-то немыслимые маятникоподобные движения телом во время стрельбы и в итоге – не был даже ранен.
Для меня и моих друзей, которые, как и я, посвятили большую часть своей жизни спорту, в частности единоборствам, все эти истории были безумно интересны и притягательны. Артур для нас был ярким примером подражания.
На одной из встреч – обычно они проходили в спортивном зале, где мы тренировались – продемонстрировав немыслимые возможности владения своим физическим телом, он начал разговор:
– Я надеюсь, вы понимаете: то, что вы здесь увидели, то, что я показал – это результат не только усердных тренировок физического тела. Хотя они тоже очень важны. Самое важное – и это то, чему вас никто не научит в спортзале – это развитие своей энергетической составляющей, то есть энергетического тела. И кстати, в любой серьезной практике, за которой стоят многовековая история, философия и, в большинстве своём, тайные знания, – развитие физического тела имеет далеко не самое важное значение. Мне повезло в своё время встретить учителя в одном из китайских монастырей, и он занялся моим энергетическим телом. Поэтому я хочу, чтобы вы понимали: всё, что я показываю – это результат в первую очередь моих, как это принято сейчас говорить, духовных практик.
Артура было очень интересно слушать. Мне казалось, что в мире нет ничего интереснее тех вещей, о которых он рассказывал. Тем более он сам был воплощением того, чему учил.
– Хотя то, чем я занимаюсь и чего достиг, – продолжил он, – достойно внимания, но есть и более серьезные практики.
– Какие практики? – поинтересовался один из моих друзей.
– Есть знания по сравнению с которыми моё мастерство и мои духовные практики – это детский сад. К сожалению, у меня к ним нет доступа.
– О чём ты говоришь, Артур? – спросил я. – Ты имеешь ввиду какие-то тайные знания.
– Я имею в виду то, о чем писал в своих книгах Карлос Кастанеда. Хотя он много рассказывал о теоретической стороне знания, раскрыл мудрость и философию его пути, о практической стороне знания он умалчивает. Меня лично очень затронули его книги.
Мне показалось, что я увидел в его глазах оттенок какой-то грусти и разочарования.
– Мне очень хотелось учиться тому, о чём шла речь в его книгах, – сказал Артур. – И, конечно же, попытаться достичь той невероятной и значимой цели. Поверьте, эта цель достойна того, чтобы посвятить ей свою жизнь.
Мы сидели и только молча хлопали глазами, ведь все мы первый раз в жизни слышали о каком-то Карлосе Кастанеде.
– Я решил непременно познакомиться с ним, – продолжил он. – У меня много друзей в Америке, в том числе известных и влиятельных. И я подумал, что для меня не будет большого труда это осуществить. Но я ошибался. Много времени я провел в Штатах в поисках встречи с Кастанедой, но так ничего и не вышло. Он был недосягаем. Мне в своё время было легче познакомиться с Брюсом Ли…
Так я в первый раз услышал об этих книгах. Где-то на глубоком уровне меня все это затронуло.
Так как книги Карлоса Кастанеды в то время было достать нереально трудно, я, наверное, так бы обо всём этом и забыл. Но однажды на день рождения мой приятель Сергей Спекторов, который был одним из инициаторов приезда Артура к нам в город, подарил мне книгу «Учение Дона Хуана», за что я ему очень благодарен и всегда буду в долгу перед ним.
Астроцитома
Позвонил я Алине на следующий день после нашей встречи в ресторане.
– Сегодня вечером, когда я за тобой заеду, – сказал я ей, – обязательно возьми с собой снимки и заключения своих обследований. Хочу их показать кое-кому.
Мне было к кому обратиться за советом по поводу Алиныной проблемы, и я с самого утра названивал другу, который был уже компетентен в этом вопросе. Его молодая жена, недавно родившая двоих детей, лежала как раз в это время в больнице со страшным диагнозом – астроцитома головного мозга.
Вся эта история – моего друга Вовы и его жены Наташи – разворачивалась на моих глазах.
После того как она родила второго ребенка, у неё начались проблемы со здоровьем: частые головные боли, резко ухудшилось зрение, нарушилась координация движений. Конечно, услышав об этих симптомах, доктор сразу отправил её на МРТ-обследование головного мозга.
Несмотря на то, что врачи предлагали сразу начать какое-то лечение, Наташа настояла на том, чтобы они попытали счастья и попробовали вылечить страшную болезнь с помощью народной медицины. В течение полугода они ездили по бабкам, экстрасенсам, ясновидящим и всякого рода шарлатанам, которые обещали волшебное исцеление. Потратили на это безнадежное дело огромные деньги, но помочь ей так никто и не смог.
А болезнь тем временем всё больше и больше прогрессировала. Потом, Наташе резко стало хуже, и её полностью парализовало. Она с трудом могла дышать и почти не говорила. И только после этого они решили обратиться к официальной медицине. Так как в Украине медицина была не на высшем уровне, Вова позвонил друзьям в Москву, и те договорились с очень известным профессором нейрохирургии Коноваловым. В то время он был директором Центра нейрохирургии им. Бурденко. Без связей к нему было попасть просто нереально.
Помню, как я заехал к Володе домой, а он как раз собирался отъезжать в Москву с Наташей. Там их уже ждали друзья и должны были встретить на вокзале.
В машине на далекое расстояние ей ехать было нельзя, поэтому Володя заказал купе в СВ-вагоне, чтобы можно было комфортно добраться до Москвы.
Дома у него царили ажиотаж и волнение. Ее мать и сестра стояли в растерянности и плакали. Мы с Вовой сделали из нескольких одеял что-то наподобие носилок, вынесли её, положили в машину и поехали на вокзал.
Жуткое зрелище, которое меня тогда проняло до мозга костей. Молодая красивая девушка, которую я еще несколько месяцев назад видел наслаждающейся жизнью, теперь лежала обездвиженной, завернутой в одеяла и с невероятным ужасом в глазах… Я тогда еще несколько дней приходил в себя от увиденного.
Они удачно добрались до Москвы, встретились с профессором. Тот выделил им молодого лечащего врача, сказав при этом: «Не смотрите, что он такой молодой… Он везучий! У него почти все выживают!».
Вечером мы с Алиной поехали в тот же ресторан, в котором были днём ранее. Она, как я и просил, взяла с собой результаты своих исследований вместе со снимками головного мозга. Среди них я нашёл заключение МРТ. На нескольких страницах описывались все данные: размер новообразования, где оно локализовано, какие перегородки смещены и многое другое, что смог бы понять только узкоспециализированный врач. И в самом конце этого заключения было написано: «Астроцитома?» – с вопросительным знаком.