Текст книги "Резидент"
Автор книги: Сергей Шведов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
7
Земля. Черноземная область. Город Кацапов. Информация к размышлению
В пронырливости Загоруйко Виссарион Дмитриевич Пацаков не сомневался, но в этот раз Емельян превзошел сам себя! Конечно, прослушка кандидата в губернаторы господина Жигановского – уголовно наказуемое деяние, но у нас, слава Богу, не Америка какая-нибудь, и уолтергейты нам не грозят... Секретарь Миша в ответ на эти слова Емельяна Загоруйко хихикнул, а Виссарион Дмитриевич улыбнулся, что, впрочем, не помешало ему строго спросить у Миши:
– Как у тебя дела обстоят с внедрением агентов?
– Лучше, чем ожидалось, Виссарион Дмитриевич! – бодро отозвался секретарь.– Коля Бабкин будет играть одного из разбойников в фильме сумасшедшего Мышкина. А Ксюха – это моя сестра, я вам о ней рассказывал, Виссарион Дмитриевич,– проходит пробы на роль несчастной Зульфии, жертвы сексуальных домогательств колдуна и чародея Кукуя. Я даже сценарий читал: нечто совершенно чудовищное – в смысле бездарности... По слухам, писал сценарий шофер Жигановского Василий – так что удивляться не приходится...
Разговор происходил все в том же загородном доме Пацакова. Самому Виссариону Дмитриевичу эта резиденция давно уже надоела – хуже горькой редьки! Хотелось вернуться в рабочий кабинет, к повседневной рутине, к пятиминуткам, растягивающимся порой до обеда, к разносам нерадивых подчиненных, после которых гул шел по всей области... Конечно, работа иной раз надоедает – хочется отдохнуть и расслабиться... Но, как говорится, все познается в сравнении...
Пацаков выборы и раньше терпеть не мог, считая их пустой тратой времени, а нынешние по своему идиотизму грозили побить все мыслимые и немыслимые рекорды!.. Принес же черт этого столичного хмыря Жигановского в тишайшую Черноземную область!..
Виссарион Дмитриевич крякнул от огорчения, отпил кофе из чашечки и повернулся к Загоруйко:
– Ну, выкладывай, Емельян Иванович, свою информацию.
Загоруйко неожиданно засмущался до покраснения лысины, чего с ним раньше практически никогда не случалось:
– Тут такое дело, Виссарион Дмитриевич... Запись получилась абсолютно чистой, но сам разговор – какая-то дикая ахинея!.. Такое впечатление, что Венедикт просто-напросто сошел с ума! Я думал, там какая хитрость или иносказание – предложил прослушать запись московскому аналитику, которого мы привлекли на время выборов. Естественно, фамилий не называл. Так этот хлыщ на меня обиделся! Он, видишь ли, решил, что я над ним издеваюсь! Как будто мне больше заняться нечем...
Прослушав запись разговора между Венедиктом Жигановским и продюсером идиотского фильма Мышкиным, Пацаков пришел к выводу, что столичный аналитик абсолютно прав. Самое время было делать запрос в областную, а потом и в центральную избирательную комиссию по поводу психического здоровья кандидата в губернаторы Венедикта Владимировича Жигановского. Решающим аргументом в предстоящих разбирательствах могла бы стать эта запись, но, к сожалению, добыли ее не совсем законным путем!..
– А может, это эзопов язык? – сказал секретарь Миша.– Ну, скажем, они предполагали, что их в гостинице будут подслушивать, и заранее договорились запудрить нам мозги?
– Не лишено... – согласился Загоруйко.– Если этот Мышкин – агент ЦРУ или какой-нибудь другой тайной организации, обладающей огромными материальными средствами, то ему для маскировки очень выгодно прикидываться инопланетянином. В инопланетян все равно никто не поверит. В то же ФСБ с такой информацией лучше не соваться – засмеют.
– А если наш Мышкин на Бен Ладена работает – даром что рыжий? – озарило вдруг Мишу.– А? Посадят своего человека в Черноземье – и путь на Москву открыт!
– Жигановский не станет связываться с террористами... – неуверенно возразил Загоруйко.– Он же не сумасшедший.
– Но ведь быть агентом неведомого нам Высшего Совета он согласился! – кивнул на магнитофон Миша.– Коготок увяз – всей птичке пропасть!
Виссарион Дмитриевич задумался. Террористы там или нет, но совершенно ясно, что Венедикт Жигановский связался с могущественной организацией – то ли масонов, то ли экстрасенсов,– у которой есть свои виды на Россию вообще и на Черноземную область в частности... В какой-то момент Пацаков даже почувствовал себя последним бастионом на пути подозрительных и злобных сил не только в масштабах Российской Федерации, но и, так сказать, в планетарном масштабе!.. Однако, пораскинув мозгами, он пришел к выводу, что мания величия до добра не доведет и что к ситуации следует подходить трезво. Мало ли авантюристов с большими деньгами болтается как по миру, так и по стране?.. Прежде чем звонить в набатный колокол, нужно попристальней присмотреться и к юному Мышкину, и к его окружению.
– Поговори-ка ты, Емельян Иванович, с Сиротиным... Псих-то он, конечно, законченный, но, возможно, в его шизофрении тебе удастся выловить нечто полезное для нас. Ну, например, ограничиваются ли связи Мышкина только Россией, или он имеет выходы в международные сферы? Если последнее подтвердится, придется подключать ФСБ – ну, хотя бы на областном уровне.
– Понял, Виссарион Дмитриевич! – с готовностью кивнул головой Загоруйко.– Мы эту банду экстрасенсов выведем на чистую воду – можешь не сомневаться!
Оптимизм Емельяна Ивановича Загоруйко произрастал не на пустом месте. За его плечами был почти двадцатипятилетний опыт административной работы, причем часто в таких форсмажорных обстоятельствах, которые забугорным разведкам и не снились! Не говоря уж о террористах, тем более масонах... Дабы обезопасить себя от возможных эксцессов со стороны больного человека, не обладавший богатырскими статями Загоруйко прихватил с собой Мишку Севостьянова – прибегать к услугам охранников при выполнении столь деликатной миссии он посчитал неразумным.
Сиротин прятался на конспиративной квартире, выделенной ему областной администрацией для поправки пошатнувшегося здоровья, и по донесениям присматривавшей за ним агентуры вел себя тихо, хотя и пил горькую практически беспробудно.
Загоруйко на кнопку звонка давил с трепетом. Он вообще боялся психов, хотя твердо вроде бы знал, что подобного рода заболевания ни воздушно-капельным, ни половым путем не передаются... Но не даром же наши мудрые предки утверждали, что береженого бог бережет! Миша Севостьянов надежно страховал вице-губернатора с тыла, готовый в любой момент обеспечить шефу почетное и безопасное отступление... Однако открывший дверь Сиротин был вполне вменяем и даже относительно трезв. Во всяком случае, на ногах держался твердо и с кулаками на гостя бросаться не стал. Емельян Иванович вздохнул с облегчением и переступил порог квартиры.
– А я уж испугался, что Венедикт меня выследил!– обрадованно сообщил Сиротин.– Но раз такое дело, Емельян,– с тебя бутылка!
– Ты погоди с бутылкой,– осадил финансиста Загоруйко, обследуя глазами прихожую.– Дело слишком серьезное!
– Да уж, серьезнее не придумаешь... – неожиданно захохотал Сиротин.– А у меня ведь гость, Емельян!
– Откуда? – удивился Загоруйко.
– Оттуда! – звучно и бодро икнул Сиротин.
Гость «оттуда» не произвел, однако, на Емельяна Ивановича особого впечатления – тем более что был он, пожалуй, еще пьянее Евграфа. Скорее всего, либо очередной псих, страдающий белой горячкой, либо просто сосед, забредший к Сиротину залить горькой тоску и одиночество. Одет гость был в спортивный костюм фирмы «Адидас» и шлепанцы на босу ногу.
– Найк... – представил его Евграф.– Маг и чародей, причем черный. Вообще-то он старый послушник ордена Золотого Скорпиона, но совсем недавно его перевербовал его высочество принц Алекс Оливийский– родной брат нашего князя Мышкина. По этому поводу мы и пьем.
– Зря ты так, Евграф... – благородно рыгнул человек, названный магом и чародеем, с определенными трудностями цепляя колбасу вилкой.– Может, людям это совсем не интересно...
– Ну почему же? – прокашлялся сбитый с толку Загоруйко, присаживаясь по приглашению хозяина к столу.– Очень даже интересно.
Психи закусывали по-походному – то бишь хлебом и колбасой. Кроме немудреной снеди на столе стояли три пустых бутылки водки и одна, заполненная на две трети. После такой дозы, да еще принятой на старые дрожжи, можно вообразить себя кем угодно – даже черным магом!
Надо сказать, что Емельян Иванович не был по части магии совсем уж профаном. Случился в его жизни момент, когда от полной безысходности он даже бегал к гадалке, которая махом сняла с него порчу и напророчила скорую свадьбу. Женатый по двадцатому году Загоруйко впал было по этому поводу в растерянность, но, как вскоре выяснилось, ведьма болтала не зря. После сеанса магии у Емельяна Ивановича открылись глаза на секретаршу Оленьку. Дальше последовали стремительный развод с чудовищным скандалом и новый брак, который не то чтобы сделал вице-губернатора счастливым, но, безусловно, внес свежую струю в его несколько увядшую сексуальную жизнь...
Правда, инопланетный маг и чародей Найк сильно проигрывал по чисто внешним параметрам земной ведьме Ефросинье Камнепадской. Невзрачный, в общем, человечишка... Таких бомжующих магов у нас, с позволения сказать, пруд пруди у любой пивнушки!
– Хана Земле приходит, Емельян! – Сиротин всхлипнул и уронил слезу в наполненную до краев рюмку.– Ну, за то, чтобы наш уход был безболезненным!
– Куда уход? – не понял Загоруйко, осушая для успокоения растревоженных встречей с неадекватными людьми нервов рюмку до дна.
– Как куда? На тот свет, конечно!.. Сагкхи идут по нашу душу, Емельян! Вот, черный маг не даст соврать!.. А Сагкхи – это, брат, похуже чертей будут!.. Словом, лучше в аду гореть, чем в Черной плазме!..
О Сагкхах Загоруйко ничего раньше не слышал. О Черной плазме – тем более. А потому мрачных пророчеств Евграфа Сиротина не испугался... Возможно, храбрости ему добавила водка. Хотя в чертей Емельян Иванович вообще не верил – разве что в зеленых, которые всенепременно явятся к столичному финансисту, если он и дальше будет принимать горькую в таких количествах.
– Ты мне лучше, Евграф, объясни, что за человек, которого Жигановский с Мышкиным называют Кощеем Бессмертным? Он не из президентской, случаем, администрации? У вас ведь в столице сплошные псевдонимы – нам тут в провинции порой трудно разобраться кто из ху?
– Этот Кощей – такое ху, что без бутылки не поймешь! – вздохнул Сиротин.– Ну, еще по рюмашке, мужики,– за нечистую силу, что идет нам на смену. Чтоб ей ни дна ни покрышки!
Может, Загоруйко и не следовало пить... С другой стороны, неловко было не поддержать компанию... Емельян Иванович подмигнул напряженно сидевшему напротив Мишке, чтобы включил магнитофон: разговор вступал в решающую фазу, и его следовало сохранить для истории.
– Это тот самый Кощей Бессмертный, о котором ты в сказках читал, Емельян. Самый что ни на есть натуральный. Без подделки.
– Я так полагаю,– вступил в разговор скромно доселе молчавший чародей Найк,– что средний сынок Алекса Седьмого ищет дорогу гельфов. А ее ворота, скорее всего, находятся в Кощеевом царстве. Вы в курсе, уважаемый Емельян, что король Парры Алекс Седьмой изменил историю Земли?
– Да-да... – не стал перечить психопату Загоруйко.– Доходила до меня такая информация.
– А ведь прежде это никому не удавалось... – покачал головой чародей.– Никому!..
Ну, это, положим, не совсем так... Емельян Иванович даже хмыкнул про себя: только на его памяти если не историю Земли, то историю России изменяли уже раз пять. Каждый новый генсек или президент переписывал ее на свой лад. И ничего – живем!.. Надо полагать, и в прежние времена властители не стесняли себя в обращении с фактами... А тут какой-то Алекс Седьмой со своими претензиями!..
После второй рюмки Загоруйко обрел уверенность и перестал бояться не только королей и кощеев, но и сидящих с ним за одним столом психов.
– Так вы говорите, что Никита Мышкин родной сынок короля Парры Алекса Седьмого?.. А не подскажете нам, уважаемый Найк, где это королевство находится?
– Подскажу... В созвездии Волопаса.
– А с масонами он связан?.. Проходила у нас такая информация.
– При чем здесь масоны, Емельян? – удивился Сиротин.– Здесь же межпланетный заговор против прогрессивного и цивилизованного человечества! Вот, Найк – свидетель. Он хоть и черный маг, но разговор-то идет о Сагкхах, которые запросто накидают и вашим, и нашим. Я бы сам пошел в ФСБ, да ведь меня непременно направят оттуда в психушку.
Между прочим, и поделом!.. Загоруйко начал терять терпение. Да кто бы его не потерял, беседуя со свихнувшимися людьми? Попробуйте из их бреда извлечь хоть одну трезвую мысль!.. Виссариону легко давать задания, а каково человеку в здравом уме и твердой памяти выслушивать подобную ахинею?!
– ФСБ нужны факты! – на всякий случай возбухнул Загоруйко.– Факты преступной деятельности вышеназванных лиц... А у вас пока что одни голословные утверждения... Быть сыном Алекса Седьмого – пусть даже и короля Парры – еще не преступление!
– Да, с такой доказательной базой у нас под статью никогда не подведешь! – охотно подтвердил Сиротин.– Но согласись, Емельян: опасность-то велика!
– А я и не спорю... Тем более что и инопланетные товарищи, насколько я понял, тоже сильно обеспокоены... А поскольку беда у нас общая, давайте сотрудничать!..
После третьей рюмки Загоруйко пришла в голову блестящая мысль: натравить психов на Венедикта Жигановского!.. В конце концов, если эти двое считают, что лидер Партии солидарного прогресса связался с нечистой силой, то почему бы не использовать их рвение в целях дискредитации претендента на пост главы Черноземной области в глазах как специальных служб, так и Кремля?.. Ведь якшается Жигановский явно с подозрительными людьми! Того же Кощея Бессмертного взять!.. Наверняка – главарь какой-нибудь мафиозной банды, в целях конспирации принявший устрашающий псевдоним!..
– Вы собираетесь нас завербовать? – пристально глянул в глаза Емельяну псих, называвший себя магом и чародеем.
– В определенном смысле... – осторожно ответил Загоруйко.
– Я готово подписать договор.
– Зачем же сразу подпись? У нас, знаете ли, без бюрократии. Я вам на слово верю, уважаемый господин Найк, тем более что рекомендует вас мой хороший знакомый Евграф Виленович Сиротин – почтенный во всех отношениях человек... Вы ведь родом из созвездия Волопаса?
– Нет... – покачал головой псих.– Я родился на Одеоне в созвездии Амариско. Это Темный круг.
– Тем более! – развел руками Загоруйко.– Зачем же разводить бюрократию там, где можно договориться полюбовно? Вы – нам поможете, мы – вам! Совместными усилиями всех и одолеем!
– Ну, за дружбу! – поднял очередную рюмку Сиротин.– И за службу! Как гуманоидным расам, так и негуманоидным!.. За союз людей и монстров! Ради жизни и вселенского прогресса!
Сиротина повело. Последняя доза оказалась непосильной для его организма. Он, пожалуй, грохнулся бы на пол, но, к счастью, Миша успел его подхватить и с помощью Емельяна Ивановича переправить на диван.
– Вы ему пить не давайте... – попросил Загоруйко чародея Найка.– Как бы он во хмелю чего-нибудь не натворил!
Найк, также бывший в изрядном подпитии, с готовностью кивнул головой...
Самое время было закругляться с визитом, и Емельян, который тоже чувствовал себя весьма отягощенным, любезно раскланялся с придурком из созвездия Амариско. У Загоруйко появилась твердая уверенность, что если эти двое шизофреников окончательно не сопьются, то крови Вене Жигановскому они попортят изрядно! По крайней мере навсегда отобьют тому охоту связываться с масонами и морочить голову занятым серьезными проблемами людям... И кто только придумал эти выборы? Как будто и без них не ясно, что лучшего губернатора, чем Виссарион Пацаков, для Черноземной области просто не найти!
Емельян Иванович спустился по лестнице с третьего этажа, вышел на улицу и минут пять усиленно вдыхал свежий воздух – относительно свежий, конечно... Этого вполне хватило, чтобы восстановить поколебавшееся равновесие. Садясь в машину, он обернулся к призадумавшемуся Мише:
– Что ты обо всем этом скажешь?
– Заговор! – твердо рубанул Миша.– Возможно даже международный!.. Попомните мои слова, Емельян Иванович: и Сиротина, и Найка запрограммировали экстрасенсы!.. Но вы совершенно замечательно натравили их на Жигановского. Пусть теперь расхлебывает заваренную собою же самим кашу!
Сидевший за рулем Загоруйко чертыхнулся, угодив передним колесом в большую выбоину и едва не потеряв при этом управления... Вот ведь дороги, прости господи!.. А сколько раз трясли Тряпичникова на пятиминутках! Да с него все – как с гуся вода!.. Результат – едва не ухайдакал вице-губернатора! Врезался бы сейчас Емельян Иванович во встречный КамАЗ – и закончились бы на том все его заботы на грешной земле... Одно дело – дать дуба стараниями таинственных Сагкхов, и совсем другое – сгинуть по вине старого знакомого, которого давно бы надо гнать с должности в шею, да все как-то руки не доходят... И Кудлакова следует поторопить: что ж он с отоплением тянет? Нарыл канав по всему городу – ни пройти ни проехать!.. Надо сказать Виссариону: подведет нас Кудлаков под монастырь самым бесстыдным образом в самый канун выборов, когда каждый голос на счету будет!.. Вот ведь кадры! Ни на кого нельзя положиться! Прямо хоть инопланетян приглашай в город Кацапов – может, хоть они наведут здесь порядок?!
– Прессу надо на Жигановского натравить... Нашу – само собой, но и столичную – обязательно!
– Я разговаривал с Атасовым... – охотно откликнулся Миша.– У него на Венедикта зуб. Может, вы с ним побеседуете, Емельян Иванович? Так будет солиднее. Все-таки вице-губернатор просит...
– Просить ни о чем не будем! – строго возразил Загоруйко.– Просто сориентируем людей в нужном направлении...
Атасов поселился в той же гостинице, что и Жигановский. В номер к журналисту Загоруйко подниматься не стал – решил подождать в ресторане, расположенном на первом этаже. Пока Миша приглашал столичного телемена, 3агоруйко успел заказать обед, поскольку изрядно проголодался: скудная закусь на сиротинском столе не могла, конечно, удовлетворить его аппетит.
На рыжего молодого человека Емельян Иванович обратил внимание не сразу, занятый насыщением собственного желудка. Лишь освоившись в ресторанной атмосфере и присмотревшись повнимательней к соседям, сообразил, что неожиданно для себя оказался в окружении заговорщиков. К счастью, отсутствовал Жигановский и некому было подсказать этим людям, что лысый дядька, сидящий у окна,– не кто иной, как правая рука губернатора Пацакова, небезызвестный в городе Емельян Загоруйко по прозвищу Колобок... Емельян Иванович, не будь дурак, навострил уши – благо, его оппоненты, не заботясь о конспирации, говорили довольно громко.
– ...Старика я уломал! – сообщил бородатому мужчине интеллигентной наружности и преклонных лет человек, по всем приметам и бывший тем самым Мышкиным, о котором столько говорили в последнее время.– Правда, аренда замка и выход на Звездную дорогу влетели в копеечку – сто миллионов баксов! Зато массовка обошлась совсем дешево – каких-то десять миллионов.
– Кощей – известный выжига! – вздохнул бородатый интеллигент и метнул в сторону Загоруйко настороженный взгляд.– Хоть я под его началом не первый год служу, но из песни слова не выкинешь... Ухо с Его Бессмертием следует держать востро!
Емельян Иванович сделал вид, что целиком поглощен десертом. Сам же в эту минуту мучительно соображал: какой-такой замок в славном городе Кацапове можно арендовать за сто миллионов долларов?.. Сумма умопомрачительная! Да за такие деньги здесь целый район купить можно, вкупе с администрацией!.. Может, Рыжий просто шутит?
– ...Разоришься ты, Никита... – вздохнул кучерявый темноволосый мужчина, похожий на артиста, сидевший слева от бородатого интеллигента.– Сто миллионов – за замок, построенный тысячу лет назад... А срок аренды – всего месяц! Вдруг мы не уложимся?
– Не в ту сторону ты загнул, Саша,– возразил бородатый.– Какая тысяча лет? Десять тысяч – по самым скромным подсчетам!.. Замок-то еще при Кощеевом дедушке построен, а кем был тот дедушка – никто теперь и не скажет... Может, циклопом даже... Я ведь к Кощею не сразу пристал – долгое время на особицу жил. Так что многие тайны о прошлом Его Бессмертия мне неведомы.
– Ерунда! – бодро махнул рукой Рыжий.– Сто миллионов – не деньги! В крайнем случае потрясем Нью-Йоркскую или Лондонскую биржи!
– Мало тебе упавшего доллара, так ты еще фунт стерлингов хочешь обрушить?! – ахнула сидевшая рядом с Рыжим черноволосая девушка.– Прямо не Мышкин, а какой-то Сорос!..
У Емельяна Ивановича вспотела лысина. От одних натуральных психов он попал к другим. Те – какими-то Сагкхами пугали; эти – крушением международной финансовой системы грозят... И неизвестно еще, что страшнее! Фунт стерлингов он собрался обрушить!.. Чего доброго, и на евро покусится! А Загоруйко, слегка разочаровавшись в долларе, как раз в евровалюту свои немалые сбережения перевел!..
Да что же это делается на белом свете?! Какой-то мальчишка в самом центре Кацапова жонглирует миллионами, того и гляди – скупит всю местную недвижимость!.. А ведь прав Мишка – заговор! Приберут к рукам собственность, посадят губернатором Жигановского, а местной элите куда деваться? На панель?! Вот тебе и экстрасенсы!.. Какие там террористы? Натуральные же масоны! Бен Ладен бы до такого не додумался!!
– ...Нужна устойчивая связь с Кощеевым царством! – продолжил как ни в чем не бывало Рыжий.– Накладно с аппаратурой-то через силовой барьер туда-сюда шастать!
– Пробьем коридор... – отозвался бородатый интеллигент.– Как в квартире у Капитолины. Из гостиницы– прямо в замок Кощея Бессмертного. И все дела!
– Класс! – воскликнул Рыжий.– Это ты, Степан Степанович, здорово придумал!.. А из Кощеева замка – прямой выход на дорогу гельфов! До планеты Аргамасадор каких-то полчаса пешего пути!
– Ой, что-то боязно мне! – воскликнул кучерявый артист.– Там, в Кощеевом царстве, сомнительные личности проживают. Ты уж извини, Степаныч, на грубом слове.
– Не бойся, Саша! – бодро отозвался интеллигент с бородкой.– Наша нечисть – не хуже вашей. Ну, проскочит пара-другая оборотней, погуляют в ресторане на честно украденные деньги – для вашего мира убыток невелик... Меня другое смущает: Васька требует драконов, а того не понимает, что объездить такого зверюгу – не «мерседес» купить!
– С драконами хлебнем горя... – согласился Рыжий.– Но и без них нельзя, Степаныч. Реализм требует жертв!
– Сожрет дракон нашего Рваного Билла – будет тебе жертва. Весь фильм придется переснимать заново. Запредельные расходы!
– За ценой не постоим! – осадил Рыжий Степана Степановича.– Что у нас с жертвой сексуальных домогательств?
– Утвердили Ксению Севостьянову,– отозвался кучерявый артист.– Колдуну и чародею Кукую она понравилась.
– Раскатал губенку Сеня! – хихикнул бородатый Степан Степанович.– Девица ему быстро последние волосья повыщипывает!.. Как хочешь, Никита, но чародей из него паршивенький получается! Который уж день с ним бьюсь – замучил! Ну что может быть проще, чем превратить водку в минеральную воду? Ан нет! У него все время получается вино! Да что там вино – натуральное пойло! Крепленый портвейн в тридцать градусов!! Караваев не даст соврать.
– Больно ты трудные задания даешь, Степаныч,– пожурил бородатого артист.– Может, наоборот попробовать?
– Наоборот – каждый дурак сумеет: надо только дрожжей добавить да аппарат для перегонки смастерить. Первачок получится – первый сорт!.. Но я, брат, технической магией не занимаюсь. У меня – квалификация, понял?!
– А у Сени Курицына – условный рефлекс... – вздохнул артист.– Не поднимается у него рука, Степаныч, можешь ты, в конце концов, понять мятущуюся русскую душу?
– Могу,– смилостивился бородатый.– Но водка – водкой, а работа – работой... Я сам артист, Саша, но меру знаю. Пьяным сроду на большую дорогу не выходил! Ни один, понимаешь, купец, ни один боярин не сможет меня упрекнуть в том, что я на него перегаром дыхнул! Брал исключительно художественным свистом!..
Загоруйко, слыша такое, сам едва не присвистнул, в испуге зажав себе даже рот рукой. Ну и интеллигент с бородкой!.. Вор-рецидивист со стажем – вот кто этот Степан Степанович!.. А ведь Емельян сразу заподозрил, что здесь нечисто... Что тут явно мафией попахивает... Коридор собираются пробивать... Уж не до Регионального ли банка, расположенного неподалеку от гостиницы «Центральная»?!
От неожиданно пришедшей в голову догадки Емельян Иванович едва не подпрыгнул на стуле... А мафиози, между тем, как ни в чем не бывало продолжали свой разговор:
– Ты своих ведьм, Степаныч, из столицы вызвал?
– А как же!.. Правда, пришлось им разрывать контракты со злачными заведениями. Неустойки, Никита, на большую сумму тянут. Кто мне убытки возместит?
– Пусть Венедикт и возмещает! – возмутилась темноволосая красавица.– У него – избирательный фонд! В конце концов, ведьмы на него работать будут, соблазняя местную элиту!
– Я поговорю с Жигановским... – сказал Рыжий.– Пусть платит профессионалкам по высшему разряду!..
Мафия закончила обед и покинула ресторан. Загоруйко сидел, как громом пораженный... Это же нашествие! Самое настоящее нашествие темных сил на беззащитный город!.. Надо немедленно подключать милицию! Да что там милицию – ФСБ! А еще лучше – сразу прокурора!.. Профессионалок они сюда нагонят... Ну, это, брат, шалишь! Мы хоть и провинциалы, но этого добра у нас самих хватает!.. В расстроенных чувствах Загоруйко даже хлопнул рюмку коньяка – и тут же пожалел об этом: стратегические вопросы следует решать на трезвую голову...
Подошедшие Миша с Атасовым отвлекли Емельяна Ивановича от мрачных мыслей. Эдуард был на взводе, но, кажется, не по причине потребления горячительного, которым он, однако, не пренебрегал, а исключительно в силу внешних обстоятельств, сложившихся для него почти трагически.
– Этот чертов миллиардер, этот проклятый идиот и экстрасенс переманил у меня Ползунова! – ударился в крик журналист, едва присев к столу.– Ему, видите ли, оператор понадобился!.. Вот ведь подонки, прости господи,– что этот Рыжий, что Веня!.. Нет, я Ползунова не сужу! Если бы мне предложили контракт на миллион долларов, я бы тоже не устоял!.. Но каково мне без оператора!
– Сочувствую, Эдуард... – мягко сказал Емельян Иванович, наливая расстроенному журналисту в рюмку коньяк.
– И откуда у человека такие деньги?! – Атасов хлопнул напиток, не поморщившись.– Мышкин ими буквально сорит! Он Вене Жигановскому полтора миллиарда подарил! Можешь представить себе, Загоруйко, этакую прорву?! У Вени от того дара крыша, видимо, поехала, раз он не в Париж двинул, а в Кацапов!..
Емельян Иванович во второй раз уже слышал эту цифру – полтора миллиарда... Первым о щедром подарке заезжего миллиардера скромному российскому политику упомянул Сиротин. Разумеется, Пацаков с Загоруйко списали сумасшедшую сумму на счет болезненного состояния финансиста... Иное дело – Эдик Атасов. Крепчайшая во всей России голова! Такого экстрасенсами не смутишь! Этот если и сдвинется по фазе, то только тогда, когда на Земле нормальных людей уже не останется!..
– У меня к тебе вопрос, Эдуард... – деликатно начал Емельян Иванович.– Ты ведь у нас специалист по нечистой силе?
– Какая у нас на ТВ нечистая сила? – кривенько усмехнулся Атасов.– Обычное шоу, Загоруйко... Ну, химичили помаленьку: спецэффекты там, НЛО разные... Как-то ночью полполя пшеницы выстригли – да не просто так, а кругами! Тут даже Америка нашу работу оценила... На самом же деле – теледребедень!.. А вот их Соловей – в смысле Степан Степанович – это, доложу вам, мастер!.. Я – человек не робкого десятка, Емельян. Ради ценного кадра по-пластунски под пулеметными очередями ползал! Но в тот раз испугался до поросячьего визга! Ведь с меня клешней чуть штаны не сняли!.. Ох, и натурально же все выглядело!
– А откуда взялся этот Рыжий, да еще с такими деньжищами?
– Говорят, он в Швейцарии не то учился, не то лечился. А деньги унаследовал от папы. Был такой тихий мужичок в Москве, но внезапно помер.
– А ты лично с этим папой был знаком? У меня информация появилась от одного шизика, что ваш Рыжий – родной сын короля Парры Алекса Седьмого.
– Ну, ты даешь, Емельян! – коротко хохотнул Атасов.– Я Мышкина Алексея Петровича лично знал! Хотел даже у него интервью взять.
– И этот Мышкин Алексей Петрович действительно умер?
– Сам я на похоронах не был, но точно знаю, что Рыжий унаследовал деньги своего отца совершенно официально. Вроде бы даже Венедикт за него хлопотал.
– А вот известный тебе Сиротин утверждает, что видел Алексея Петровича живым и невредимым в компании молодого человека, очень похожего на вашего Рыжего. И якобы Алексей Петрович даже помог ему вернуться на Землю!
– Откуда вернуться? – не понял Атасов.
– С планеты Арбидон, куда его доставил черный маг Найк, предварительно завербовав в агенты ордена Золотого Скорпиона.
– Бред... – неуверенно хмыкнул Атасов.
– А вот я, представь себе, познакомился сегодня с черным магом Найком, родившимся на планете Одеон в созвездии Амариско, и даже склонил его к сотрудничеству.
– Кончай меня разыгрывать, Емельян! У меня и так голова кругом идет.
– Если у тебя, Эдуард, голова кругом идет – у человека, собаку съевшего на телетрюках,– то можешь себе представить, как на все это реагируют люди, далекие от шоу-бизнеса. Тот же Сиротин, например.
– Евграф просто рехнулся.
– Вероятно, ты прав, Эдуард. Но я до сих пор считал, что каждый по-своему с ума сходит. А тут сидят два психа и дудят в одну дуду! И так у них складно все получается, что просто диву даешься... Миша считает, что этих несчастных то ли закодировали, то ли загипнотизировали. Вот и ты говоришь, что Степан Степанович – иллюзионист, каких поискать.
– Но согласись, Емельян: планета Арбидон – это уж слишком! – неуверенно запротестовал Атасов.
– Не было никакого Арбидона! – горячо заговорил Миша.– Все происходило на Земле! И Мышкин-папа вовсе не умирал, а лишь притворился мертвым! И кино, которое эти люди собираются снимать, не более чем ширма для каких-то темных дел... Эти экстрасенсы очень похожи на банду аферистов высокого класса! Или на тайную организацию, замышляющую то ли переворот, то ли, чего доброго, революцию!
Атасов призадумался. Судя по всему, и у него мелькали кое-какие мысли по поводу своих новых знакомых. Недаром ведь он сидел уже неделю в городе Кацапове, махнув рукой на развеселую столичную жизнь!.. Похоже, журналистский нюх его не подвел: в Черноземье назревала сенсация – возможно даже планетарного масштаба! – способная потрясти основы всего сложившегося с таким скрипом современного миропорядка.
