Текст книги "Танцуй! (СИ)"

Автор книги: Сергей Вишневский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 10

Бренд поднял взгляд на огромный каменный столб, у которого тот тренировался уже несколько недель, и задумчиво взглянул на свои руки.

Темный росчерк, который он довел до автоматизма, был очень полезен, но сейчас он столкнулся с проблемой защиты. Да, он поднимал ее быстро, да, она была ровной и четкой, но проверить, как она себя ведет в бою, у него не получалось.

Понимая, что скала ему сдачи дать не может, парень вздохнул и почесал голову. Мысли о противниках привели его к разбойникам или достаточно наглым и самоуверенным северянам, но в этот момент за спиной раздались шаги.

– Грот! – крикнул парень, заметив геоманта. – Грот, мне нужна твоя помощь!

Парень хмуро глянул на Бренда и нехотя подошел.

– Что случилось?

– Мне надо щит потренировать. Можешь в него каменюкой какой-нибудь покидать?

Грот вскинул брови и уточнил:

– Просто кинуть камнем?

– Я сложных щитов еще не учил. Только ученический. Прямого воздействия силы он не держит, – пожал плечами парень.

Грот молча повернулся и, создав плетение, активировал голема, созданного из большого валуна. Он молча взглянул на Бренда, а тот, быстро сообразив, поднял защиту.

БУДУМ!

Первый же бросок голема показал, что парень переоценил свои силы и задрожал от напряжения. Бренд нахмурился и взглянул на голема, который взял второй камень и приготовился для броска.

БУДУМ!

Бренд едва смог удержать защиту и хотел было позвать, но Грот спокойно удалился, оставив парня наедине с големом.

БУДУМ!

– ГРОТ! – заорал во все горло парень, понимая, чем сейчас все может закончится. – ГРОТ!

БУДУМ!

Мальчишка перепуганно начал озираться, а в момент, когда голем замахивался, он попытался увернуться.

БУДУМ!

Удар прошел по касательной и от этого слегка смягчился.

– ГРОТ! – снова заорал парень, но тут заметил довольную мину Роуля, который наблюдал за ним со стороны.

– Учитель, я…

– Ты упертый мальчик, – кивнул упырь. – Ты справишься.

– А если он меня убьет? – возмутился Бренд.

БУДУМ!

– Не беда! В посмертном существовании много плюсов! В туалет ходить не надо, есть, да и спать тоже! – махнул рукой учитель.

Бренд взглянул на голема, который поднял очередной булыжник.

– Я еще не учил другие защиты, – пожаловался парень в панике. – А эта защита…

– Не так отточена, как твой темный росчерк, – произнес учитель и развернулся. – Не отчаивайся! Все дело в практике!

БУДУМ!

С этими словами учитель махнул рукой на прощанье, а Бренд сквозь зубы произнес:

– Да ты издеваешься, полоумный упырь!

БУДУМ!

Парень заметил, как дрожит защита и, облизнув губы, принялся лихорадочно думать. Голем взял в руки очередной камень, а Бренд, сам того не осознавая, на автомате создал плетение темного росчерка и отправил его в голема.

Удар был слабым, но это замедлило голема и слегка пошатнуло. Поняв, что противника можно уничтожить, Бренд выдал еще несколько росчерков и свалил его на землю. Когда тот с трудом принялся подниматься, парень хотел было уже продолжить, но внезапно замер от мысли.

– Если я могу тебя в любой момент уничтожить, то…

Бренд скинул щит и создал новый, стараясь уплотнить нити и сжать узел максимально плотно.

– Ну, давай еще разок…

***

Габо шел, подволакивая правую ногу.

Лицо его было красным и опухшим от гематом. Нос был явно переломан, а левый глаз затянуло огромной гематомой. Руки были в ссадинах и порезах, а на правой руке не хватало большого пальца.

Мужчина шел по улицам Вивека, оставляя за собой кровавый след, но при этом ни разу не издал ни слова. Он молча прошел до больницу темной целительницы и с грохотом ввалился в большой просторный зал.

– Уважаемый Габо? – удивленно уставилась на него очередная «должница» ведьмы.

Виртуоз молча сделал два шага внутрь помещения и рухнул лицом вперед.

– Госпожа Тук! – тут же спохватилась женщина. – Госпожа Тук!

Она метнулась к мужчине, но не успела его повернуть на бок, как появилась ведьма. Быстро оглядев пострадавшего виртуоза, она взглянула на выскочивших помощников.

– Его в большую чистую, – скомандовала она. – Кровяной, костный и большой набор укрепляющий несите.

Мужчины тут же засуетились. Габо подхватили и уложили на носилки, парочка помощников метнулась на склад, а сама ведьма, скинув с плеч плащ, отправилась в комнату на первом этаже, окрашенную в белый цвет. Через несколько секунд туда же принесли несколько больших ящиков с цветовыми метками и тело Габо.

– На стол, – скомандовала Тук и, как только его уложили, активировала рунную вязь на нем.

– Где… – прохрипел Габо, приходя в себя, и сглотнул ком в горле.

– На этот раз ты дошел до меня, – произнесла ведьма, уже смешивая порошки для зелья в небольшой ступке. – Прогресс радует, но расход материалов превысил все разумные пределы.

Ведьма поставила на столик ступку и взяла из нее щепотку. Отодвинув веко мужчина, она сыпанула туда порошка. Габо тут же выгнулся, но руны не дали ему пошевелить ни рукой, ни ногой.

– За что ты сегодня угодил мастеру под горячую руку?

– Я его достал, – прохрипел виртуоз после того, как прошла боль. – Сосок на правой груди срезал.

– Ты ведь понимаешь, что он просто не привык к женскому телу? – уточнила Тук.

– Это… это его проблемы, – прошипел Габо, стараясь не дергаться, пока Тук срезала с него рубаху.

– Как бы там ни было, я не собираюсь дальше оплачивать твое обучение из своего кармана, – пожала плечами Тук. – Я решила прекратить это безумие.

– Я все равно буду учиться.

– Я не сомневаюсь, но тратить на тебя дорогие порошки и мази я больше не собираюсь, – произнесла ведьма и принялась наносить на раны специальную мазь, затягивающую кожу на глазах. – Мы недавно разбирали с учителем возможности и пределы тела, и я нашла для себя очень интересный вариант.

– О чем ты?

– Я начну изменения твоего тела. Я сделаю из тебя крайне живучего человека, способного на невероятные вещи. А учитывая то, что у тебя есть источник силы, должно получиться что-то… особенное, – улыбнувшись, произнесла девушка. – Согласие твое, конечно, не обязательно.

– Если поможет – делай, – сглотнул Габо и закусил губу от шипящего синего варева, которое Тук вылила на лицо.

– Я передам мастеру, что завтра и послезавтра ты не придешь на занятия, – втирая шипящую мазь в лицо, произнесла Тук.

– Два дня… он меня потом сгнобит.

– Трое суток и одна ночь, – покачала головой ведьма. – Быстрее не получится физически. Рун слишком много, а мне их тебе еще под кожу вводить.

– Я на первом уроке чуть не помер, – процедил Габо. – Так он на дерьмо исходил из-за тела старой бабки. А что будет, когда я на два дня пропаду?

– Перетерпишь…

– Когда начнешь? – хриплым голосом спросил мужчина, ощущая, как боль от лица отступает.

– Сейчас, – произнесла Тук, достав из набора серебряную нить и кривую иглу.

Она не задумываясь и не примеряясь воткнула под кожу иглу, но не стала ее дальше вводить. Метровая нить, словно живая, тут же метнулась вдоль иглы и проникла под кожу.

Габо выгнуло дугой, он захрипел и сжал зубы так, что раздался скрежет, но Тук это не волновало. Она вытащила иглу и принялась заправлять уже черную нить.

– Да, прости, не предупредила… – произнесла она, занимаясь своим делом. – Будет очень больно…

***

– Мы старались, – с улыбкой произнесла Юлиана.

Девушка стояла, гордо подняв подбородок. Рядом с ней стояла не менее гордая Самира.

– Это не то что я хотел бы видеть, но… – Рус пожал плечами и произнес: – А почему бы и нет?

За время отсутствия Руса, девушки умудрились выстроить приличный торговый район в городе, который располагался за стенами.

– Когда вы успели это все сделать? – задумчиво произнес парень.

– Гномы, – пожала плечами девушка. – За золото эти ребята готовы на многое.

– За золото они действительно могут сделать очень многое, только вот откуда оно у вас?

– Перцы, – пояснила Самира. – Перцы и корица.

– Вы совладали с теми агрессивными перцами? – удивился Рус.

– Нет. Мы просто приноровились их выращивать.

– Это как? – удивленно спросил Рус, прекрасно помня, как красные стручки размахивали мелкими щепками и грозили его прирезать.

– Пойдем, мы тебя покажем, – довольно кивнула Самира.

Рус отправился вслед за девушкой, попутно спросив Юлиану:

– Как малыши?

– Отлично. Растут. Они еще не говорят, но мне хотелось бы знать, что им говорить, когда они спросят: «Где папа?».

Рус вздохнул и не стал кривить душой:

– Говори как есть. Ничего не утаивай, – Рус молча прошел несколько шагов и добавил: – Я дам тебе артефакт, чтобы ты могла дать мне знак. Я буду приходить на торжества и день рождения.

– Не ожидала от тебя такого, – задумчиво произнесла девушка. – Я думала, ты от них отречешься.

– Почему?

– Наследование титула и прочие проблемы, связанные с властью…

– Я не правитель, – покачал головой Рус. – И не дай бог, чтобы я с этим когда-нибудь связался. Я городской маг Вивека.

В этот момент Самира обернулась и произнесла с обвинительными нотками:

– И даже не подумал проверить своих детей на наличие дара.

– А вы еще не…

– Мы ждали, что ты это сделаешь сам, – пожала плечами Юлиана.

Рус задумчиво кивнул, понимая, что откровенно пропустил этот момент и забросил баронства.

– Я займусь этим сегодня же, – стараясь не показывать свой стыд, произнес Рус. – Как дела с соседями?

– Мы стали новым центром притяжения сил. Торговля сейчас в основном происходит у нас. Мы поступили правильно, перестав продавать свои специи на чужих рынках. Теперь мы продаем их только по аукциону на нашей ярмарке. Благодаря тому, что мы сделали очень низкие налоги для ремесленников, у нас получилось создать рынок ремесленных товаров. Совсем недавно появилась парочка серьезных ремесленников со слабым даром. Легендарных артефактов они не делают, но мелкий ширпотреб умеют. – деловито заявила Юлиана.

– Еще один плюс к нашему рынку, – кивнула Самира.

В этот момент они подошли к двери, у которой стояло пара гвардейцев, на броне которых Рус заметил руны. Присмотревшись, он понял, что это не его работа.

– Вы еще и артефактную броню покупаете?

– То, что ты нам оставил, уже закончилось, – пожала плечами Юлиана. – Это гномья работа.

– Я стесняюсь спросить, сколько вы на это потратили и откуда деньги?

– Деньги за этими дверями, – кивнула Самира и, кивнув охране, открыла дверь.

Они вошли в небольшую комнатку со столом. На противоположной двери так же располагалась дверь, на которой Рус обнаружил руны, сплетенные в защиту от прослушки.

– А зачем?.. – хотел было спросить Рус.

– Затычки для ушей, – протянула ему Юлиана беруши из пеньковой нити.

– Зачем?

– Просто заткни уши. Там все поймешь, – пояснила Самира.

Рус сделал, как было велено, и, несмотря на наличие в ушах огромных, вздрогнул после того, как дверь открылась.

– СУКИ, ВСЕХ ПОРЕЖУ!

– А-А-А-А! ЗА ЧТО-О-О-О-О?!!

Рус оказался на пороге высокой галереи, в которой происходили неоднозначные действия.

На ближайшем столе лежало бревно с искаженным от боли лицом. Оно орало во всю глотку и орало:

– ПУСТИТЕ СУКИ Я БОЛЬШЕ ТАК НЕ БУДУ!

В это время двое работяг, вооружившись стамесками мерно и спокойно спускали с него кору, которая и была корицей. При этом корни дерева были замотаны в тряпку, а крона заботливо острижена под афро.

– Я помню, что корица – это кора дерева, но… – начал было Рус.

– Да, мы приспособили твои грядки и вырастили небольшую рощу корицы, – кивнула Самира. – Все бы ничего, но эта корица почему-то постоянно поет отвратным голосом.

– СУ-У-У-УКИ-И-И-И! – продолжало орать дерево.

– А что с перцем? – спросил Рус.

– С ними, как ни странно, проще, – пожала плечами Юлиана и поправила беруши в руках. – Пойдем.

Пройдя через галерею, они вышли в небольшой парник, где парень с удивлением обнаружил целую плантацию перцев. На каждом кусте висело по пять-шесть штук и что самое интересное, каждый был завязан в плотный облегающий мешочек.

– Че вылупился, сука? – тут же завелся ближайший перчик. – Развяжи меня, тварь! Развяжи, или я тебе глаз стручком выколю!

Руз заметил, что остальные молчат, но когда присмотрелся, то понял – рот у большинства был замотан тканью, поэтому они могли только мычать.

– Мы тебя достанем, ублюдок, слышишь?!! Я лично затыкаю тебя щепкой до смерти!

Рус взглянул на Самиру.

– Я как-то не догадался до такого подхода, – удивленно произнес Рус.

– Я прекрасно помню, на что были похожи твои рукиэ после десятка таких перцев, – кивнула Юлиана. – Наш подход безопаснее и более гуманный.

– К тому же перцы копят злобу и после такого роста особо острые, – пожал плечами Юлиана.

Рус вздохнул и помассировал виски.

– Это все похоже на небольшой филиал ада, про который все время талдычат светлые, – произнес Рус и внезапно почувствовал ледяное дыхание за спиной.

Не успел он обернуться, как услышал шепот над самым ухом.

– Здра-а-а-а-асть!

– Мертвых поднимать не буду, – тут же отрезал Рус. – Дерьмо греть тоже.

– И не надо, – тут же отстранился Роуль. – Я-то по учительски помочь тебе хотел, но если ты не желаешь…

Рус обернулся, взглянув на учителя, поджал губы и спросил:

– Что происходит?

– Ничего. Тебе же не интересно, – отмахнулся Роуль и развернулся, делая вид, что собирается уходить.

– Роуль, – с нажимом произнес Рус. – Что происходит?

– Ничего страшного, подумаешь, за тобой выслали элитный отряд инквизиции, – пожал плечами упырь.

– За мной? Элитный отряд инквизиции? – уточнил ученик.

– Ну, как отряд, – пожал плечами Роуль. – Парочка магов света, штуки три артефакта, пару сотен паладинов и… Возможно притащат еще и Магдалену…

– Кого? – нахмурился Рус.

– Странная женщина с маниакальной тягой к силе и привычкой громко кричать во время секса, – развел руками упырь. – Не притворяйся! Ты ее уже встречал!

– А про секс вы откуда знаете? – влезла в разговор Юлиана.

– Представь себе, было время, когда выяснил эмпирическим путем, – фыркнул Роуль.

– Вы спали с пресвятой Магдаленой? – вскинула брови Самира. – Она же непорочная дева и…

– И громко кричит во время секса, – фыркнул учитель и взглянул на ученика.

– Это та светлая сущность? – уточнил Рус.

– Когда я ее последний раз видел, она была еще сущностью. Да, довольно сильной, но уже тогда она впитывала слишком много света и потеряла последние точки возврата.

– Точки чего?

– Демоны бездны, ты не читал трудов по божественной теории Хойсо?

– Вообще-то нет. Он мне не дает ничего по этой теме и говорит, что я слишком слаб для этого.

– В принципе правильно делает, но теорию можно было дать, – вздохнул Роуль. – Суть в том, что стать стихийной сущностью трудно, но еще труднее удержаться в этом спектре. Постепенно тьма тебя пропитывает, и тебе нужно одергивать себя назад.

– А что будет, когда тебя полностью заполнит стихия? – уточнил Рус.

– Ты станешь божественной сущностью, – пожал плечами упырь. – А после этого дороги назад уже не будет.

– О чем вы?

– Любой бог рано или поздно, как бы он не старался, растворяется в стихии. У бога не такая уж и длинная жизнь, как многим кажется. Тысяча лет – это максимум, про который я слышал. Обычно боги забывают свои имена через пять сотен лет. Говорить они перестают через семь.

Рус удивленно почесал подбородок и спросил:

– А что за точки?

– Мы назвали их точками, потому что называть это одним словом не получится. Это… это такие вещи, которые вызывают эмоции. Хойсо очень умный… черт. Когда он был человеком, он был не менее умный, но… он очень ограничен в мышлении. Он может посчитать что угодно, но он не может собрать девушке букет. Если ты ему дашь формулу стандартного букета и количества роз и ромашек, он справится, но самостоятельно понять красиво это или нет… Это, мягко говоря, не его конек.

– Я заметил, но причем тут…

– Хойсо очень любит женщин. Всегда любил, но всегда был обделен их вниманием. Именно это стало его точкой. То, что вызывает в нем бурю эмоций. Ты вообще в курсе, что он не совсем черт?

– Я читал выдержку из Некрономикона. Хойсо – это…

– Замаскированный сатир, – кивнул упырь. – Женщины и половые связи с ними – это его точка, которая держит его не хуже зачарованных цепей гномов.

– Погодите, тогда ваша точка…

– Их несколько. Не такие сильные, но благодаря им я прекрасно держусь, – признался Роуль.

– Еда, кровь и танцы? – предположил ученик.

– Ты забыл безумие во время полнолуния, – кивнул Роуль. – И кстати – это самая важная точка. Она сильнее всех меня удерживает благодаря тому, что я выплескиваю неимоверное количество тьмы и хаоса.

– Получается вы… – Рус по-другому взглянул на учителя. – Вы просто стараетесь не раствориться в стихии? Все это для этого?

– Ну, если отмести то, что жрать твои эклеры неимоверно вкусно, жрать людей крайне интересно, а танец – это просто эстетически приятно… Даже несмотря на то, что от него умирают в кровавых муках.

– Вы сделали точками то, что вам было приятно и… Вы продолжаете их делать, так? Вы же не ели сладкое до того_ как мы встретились?

– Мед я ел, – мотнул головой Роуль. – Но твои пирожные – это другое. Даже Хойсо сделал на них точку.

Рус удивленно обернулся на девушек.

– Проклятье перевало Укто творит тысячи лет безумные поступки по всему миру только потому… что ему это нравится.

– И что? – развел руками упырь. – Что в этом такого? Ты вот наделал детей с двумя женщинами, при том что постоянно спишь с другой. И при этом еще собираешься сделать ребенка третьей.

– Что? Какой третьей? – нахмурился Рус и взглянул на женщин.

– Тут такое дело… – начала Самира и указала на штандарт, висящий на высоком шесте. На нем был трехглавый орел. – К нам присоединилось еще одно баронство, после того как умер барон и оставил все своей жене…

– Та-а-а-а-к! – протянул Рус. – И вы решили…

– Мы показывали ее Тук, она сказала, что детей у нее не было из-за мужа. Он был бесплодный. Розалия полностью здорова! – подхватила Юлиана.

– Тук знает, а я нет?!! – возмутился Рус.

– Тук знает, а ты нет!!! – ткнул в него пальцем Роуль. – Кстати, а если к вам присоединятся еще четыре баронства, то на гербе у вас будет семиголовый орел! Что-то он мне напоминает…

– Хватит! Я! В этом не участвую! – заявил парень. – Когда вы вообще успели это провернуть? Какого черта я узнаю это последним?

– Может потому, что ты… тупенький? – ехидно заметил Роуль. – Мы с тобой уже говорили о Магдалене, говорили о наших точках…

– Вы не называли их точками!

– Не цепляйся к мелочам, – язвительно заметил учитель. – Просто признай, что ты тупой!

Только сейчас Рус заметил, что в руках учителя находится белоснежный ночной колпак Хойсо.

– Зачем вам колпак? – хмуро спросил Рус и указал на руку учителя.

– Знаешь, в жизни мне попадалось не так много женщин, верещащих во время постельных утех как обезумевшие сирены, – пряча за спину колпак, произнес Роуль. – Вот я и подумал, почему бы еще раз не…

Рус взглянул на учителя, глубоко вздохнул и спросил:

– Это вы подстроили этот особый отряд инквизиции?

– Нет, но идея про Магдалену была моя, – примиряюще поднял руки Роуль. – Что? Надо иногда совмещать приятное с полезным! Светлые тебе, Магдалена мне! Но если очень хочешь, мы можем поменяться…

Глава 11

– М-м-м-м? – мужчина в серой рясе поднял взгляд от тарелки и спросил: – В каком смысле?

Циперон задумчиво взглянул в небольшое окно и спросил:

– Какова ваша цель?

– Мы тебе не подотчетны. Нам держать ответ только перед императором, – отрезал мужчина и опрокинул последние капли похлебки себе в рот. Затем он отломил кусок хлеба и принялся вытирать со стенок миски. – Ты видел проклятье перевала Укто, знаешь на что оно способно. К тому же ты встречался с учеником этого проклятья. Мы ждем от тебя информацию.

– Информацию, – эхом повторил Циперон. – Ученик этого проклятья имеет стихию огня… И обучен он по старой имперской технике узлов.

– Мастер? Грандмастер? – уточнил сидевший напротив него клирик.

– К нему нельзя применять наши мерки. Он в них просто не проходит.

– Что за чушь? Он может создать заклинание уровня «локальный прорыв»?

– Может, – кивнул Циперон.

– Грандмастер, – пожал плечами сидевший рядом паладин. – Что тут сложного?

– Маги старой империи могли в любой момент слиться со стихией и уйти от прямого боя или просто сбежать, – начал Циперон. – Сохранились записи об их прямом взаимодействии со стихией и способностью вмешиваться через свою стихию в другие.

– Время старых магов прошло, – покачал головой клирик. – Парень где-то нахватался книжек по старым техникам и пытается их повторить. Это понятно…

Циперон открыл было рот, но быстро его закрыл, припомнив слова императора о тайне. Информацию о том, что проклятье перевала Укто – отрекшийся наследник старой династии, раскрывать нельзя было под печатью клятвы.

– Это очень опасные соперники, и учитель может в любой момент заявиться для спасения ученика, – предупредил инквизитор.

– Будем иметь в виду, – кивнул паладин. – Еще какая-то информация?

Циперон оглядел сидевших перед ним и покачал головой. Для себя он их уже давно похоронил, но нарушить клятву он не мог.

– Если увидите учителя – бегите. Задержите его любыми способами и бегите. Эта сила за гранью человеческих прогнозов.

– Он ведь всего лишь темная сущность, – спокойно произнес паладин. – Не нагоняй страха. Мы и не такое видели.

– Кое-чего вы точно не видели, – хмуро произнес Циперон. – Проклятье перевала Укто… Оно…

– Какая стихия у проклятья? – прервал раздумья клирик.

– Тьма.

Мужчина кивнул и подпер руками подбородком.

– Что еще можешь рассказать про него?

– Он быстр. Когда ему это нужно, он просто чудовищно быстр. Он все делает с каким-то своим извращеным чувством прекрасного. У него свой юмор, не имеющий ничего общего с реальностью и…

– Тьма ему затуманила разум, – кивнул собеседник. – Такие, как он, часто находят прекрасное в кровавой бане. Мне доводилось видеть, как некроманты делали украшения на стенах из трупов детей. Видимо находили в этом что-то особо прекрасное.

– Он не такой, – мотнул головой Циперон. – Он… не лучше и не хуже. Я бы сказал, что он другой.

– Не льстись его разговорами. Не верь словам его. Смотри только на дела его. – Процитировал основное писание для инквизиторов паладин.

– Я смотрю на дела его и вижу, что в тьмы в нем меньше, чем в имперской знати, – произнес Циперон и поймал внимательные взгляды от собеседников. – Он обучает магов. Собрал их вокруг себя и построил в горах темную цитадель. Он учит их не искусству боя, а ремеслам. Я слышал разговоры их и четко понимаю, что он готовит их к самостоятельной жизни на благо города. Я видел, как он устроил кровавую баню, но это было лишь единожды, на юго востоке империи. Он вырезал целое племя Маронов.

– А ты уверен, что сделал он это именно ради благих намерений? – спросил Циперона клирик. – Уверен, что это не показушность или план для того, чтобы погрузить все вокруг себя во тьму?

– Уверен, – кивнул помощник главы инквизиции. – Жаль, что так сложилось. Мне кажется, что мы должны не уничтожать проклятье, а его поглотить. Со всеми его навыками и знаниями. Он должен стать точкой возрождения древних техник.

– И прихода темных, – кивнул паладин. – Забыл ты, Циперон, как в гражданской войне полыхала вся империя. Забыл, что творили темные…

– Темные совершали по настоящему ужасные поступки, – кивнул парень. – Не знаю вашего доступа к историческим хроникам, но и светлые были не лучше. Стихийники тянули на себя, тьма на себя, а так же свет. Дело было не в стихии. Дело было в том, что люди были полны ненависти и алчного порыва захватить власть. Обычных же людей никто не жалел. Воевали не стихии. Воевали люди и кланы. Просто свет победил.

– Свет победил, – кивнул клирик. – А сейчас ты хочешь возродить тьму?

– Я хочу возродить былую мощь империи, – качнул головой парень. – Стихия тут совершенно ни причем. Осмотрите внимательно нашу высшую знать. Во многих больше тьмы, чем в самом грязном и мерзком гримуаре некромантов.

Клирик глубоко вздохнул, отложил в сторону кусок хлеба и с горечью произнес:

– Я надеялся на конструктивный диалог, а вышла дурно пахнущая история, – произнес он и вытер руки специальным полотенцем, лежавшим рядом. – Что же, раз вам больше нечего сказать о проклятье перевала Укто и его ученике Русе, то дальше мы будем действовать самостоятельно.

Собеседники поднялись из-за стола, показывая, что разговор окончен.

– Я помолюсь о вас, – произнес парень на прощанье.

– Вы так верите в силу проклятья перевала Укто? – хмыкнул клирик.

– Простите меня, но я не верю в вашу силу, – покачал головой мужчина. – Мне жаль, но это правда.

Мужчина хмыкнул, показав прощальные два пальца у раскрытой ладони, и развернулся. Он отправился в сторону выхода из зала таверны, на ходу пробормотав:

– Это мы еще посмотрим…

***

– Итак, – вздохнула мертвая старуха. – Ты все же не сбежал. А я был уверен, что сбежишь, как тот трусливый засранец.

– Не ты ко мне пришел, а я к тебе. С чего ради мне от тебя бегать? – покачал головой Габо.

Поднятый мертвец обвел рукой зал и с хрипотцой спросил:

– Выбирай, каким железом будешь унижен сегодня.

Габо не стал торопиться и спросил:

– Почему у вас нет имени?

– Что за чушь? – фыркнул мертвец. – У меня есть имя.

– Тогда почему я до сих пор его ни разу не слышал? Даже Роуль не произносил его.

– Я не позволяю произносить свое имя бездарностям, – хмыкнула мертвая женщина. – Сможешь доказать мне, что ты не бездарность, и я…

Тут призванная сущность прищурилась и внимательно оглядела своего ученика.

– Что эта ведьма сделала с тобой?

– Подлатала и сделала так, чтобы я сам мог регенерировать благодаря своей силе. Мое лечение обходиться слишком дорого, – пояснил ученик и добавил: – А еще научила пользоваться силой, распределяя ее в теле.

Габо взял длинный меч, больше похожий на двуручник, и взглянул на щит.

– Вот оно что, – кивнул живой труп. – Давай посмотрим, насколько более сильным слабаком ты стал…

Только мертвец дохрипел свои слова, как Габо обернулся смазанной тенью и метнулся к учителю. Первый удар прошелся по голове и мертвец едва успел присесть, чтобы увернуться от него, заплатив за это скальпом, который снял затупленный метал.

Восставший мертвец тут же перекатился в сторону стойки с оружием. Схватив подвернувшуюся под руку саблю, он отразил следующий удар. Несмотря на то, что он оказался чудовищной силы и заставил учителя кувыркнуться назад, чтобы погасить силу удара, особого вреда ему он не нанес.

– Неплохо, – прохрипел учитель и сплюнул комок кровина пол, чтобы прочистить горло. – … Для косорукого кретина очень даже неплохо.

Габо снова метнулся в сторону противника и нанес сразу серию ударов на безумной скорости, но ни один из них не достал до мертвой плоти. Нежить продолжала защищаться, оставась на прежней скорости.

– Что? Удивлен? – расхохотался мертвец. – Тебя же как книгу читать можно. Ни одного двусмысленного движения, ни одной достойной связки. Ты прям как топор. Большой топор для колки дров… Да, я так и буду тебя называть! Колун! Большей тупости среди оружия я не знаю.

Габо отступил на несколько шагов и принялся обходить мертвеца по кругу.

– Не важно с какой стороны ты нападешь. Не имеет значения, как ты будешь бить. И скорость тебе никак не поможет. Ты предсказуем, как батрак, всю жизнь пашущий землю.

Габо обошел круг и снова встал напротив учителя, лицом к лицу.

– В пахоте земли нет ничего зазорного, – произнес он и снова перехватил меч поудобнее.

– Так же как и в пастухах, в гончарах и кузнецах, – кивнул мужчина. – Но они хотя бы мясо растят, куют или вообще копаются в глине. Они в этом мастера, а ты держишь в руках оружие. Твое дело теперь война и твои горшки – это просто грязь, твой метал – это кривые прутки, а…

Габо не стал слушать дальше и метнулся вперед, снова бросаясь в бой. Удары сыпались один за другим, но теперь восставшая старуха принялась отвечать, оставляя ссадины и синяки на теле ученика. Бой продолжался целых три минуты, за которые учитель умудрился рассечь бровь и сломать несколько ребер ученику.

В последний момент Габо сделал широкий замах, а затем размазался в ударе. Мертвая старуха легко заблокировала этот удар, но стоило мужчине пронестись мимо противника, как он выставил ногу вперед для резкого поворота.

ХРЯК!

Голеностопный сустав хрустнул от безумного напряжения, но Габо в один миг смог изменить направление движения на обратное. Выставив локоть, он со всей силы влетел им в голову учителя, отправляя его в полет. Не дав ему даже приземлиться, ученик бросился к нему и влепил в грудь коленом, отбрасывая его еще назад, а затем, перехватив меч, ударил в область шеи, отделяя тупой железкой голову от тела.

– КХА! – вырвалось из горла Габо, когда он остановился, и боль дошла до мозга.

Перенапряжение сухожилий, хрустнувшие кости голеностопа и безумное напряжение почти трех секунд, которые длился последний этап схватки, заставили его покачнуться от усталости. Боль затмила глаза, но мужчина быстро взял себя в руки и смог дохромать до головы учителя.

– Кузнец я дерьмовый, – произнес он сквозь зубы. – Да и гончар из меня не лучше.

Он поднял голову и уставился на лицо мертвой старухи.

– Если ты думаешь, что я признаю твое мастерство – хрен тебе по всей морде, – произнес учитель. – Ход был хороший, но если бы ты изначально притворялся идиотом, я бы порадовался. А так я увидел только проблеск разума на уровне навозной мухи. Ты не безнадежен.

– Вот как? – изобразил удивление Габо, глядя на противника одним глазом. Второй заливала кровь, текущая из брови. – Простите, но чья голова у меня в руках?

– В руках у тебя голова старой бабки, – произнесла давно умершая женщина.

В этот момент тело за спиной Габо поднялось и подошло сзади.

– Так кто из нас… – хотел было произнести мужчина, но тут получил удар в пах.

Тело, стоявшее сзади, как следует размахнулось ногой и влепило по достоинству Габо, заставив выронить голову и упасть на колени.

– Меня зовут Хуко. – произнес учитель. – Как восстановишься – приходи начнем.

Габо уперся рукой в землю и с трудом выдохнул через зубы.

– Что было до этого?

– Проверка намерений, – пояснил он. – И попроси у ведьмы отвар из «Серебристого сталелитейника». Без него ты не справишься.

Мертвец отошел с головой в руках в сторону, присел на скамейку у стены, водрузил голову на место и едва слышно прошептал:

– Если этот придурок опять руки с ногами поменяет, я его точно грохну…

***

Рус смотрел на приближающуюся телегу и пытался понять, что его тревожит в ней.

Да, он знал, что в ней передвигается отряд инквизиции, посланный за ним, но что-то в этом было не так. С виду обычная телега вызывала внутри него необъяснимое волнение.

Понимая, что с противниками надо разделаться как можно быстрее, он поднял руку и собрался выпустить мощное, многокомпонентное копье света, но что-то его остановило.