![](/files/books/160/oblozhka-knigi-deystvitelnost-ne-sovpadenie.-chast-3.-na-obochine-i-ne-piknik.-chast-4.-postroit-i-tam-i-gde-i-kogda-378076.jpg)
Текст книги "Действительность не совпадение. Часть 3. На обочине и не пикник. Часть 4. Построить…, и там, и где, и когда…"
Автор книги: Сергей Стребков
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Сергей Стребков
Часть III. На обочине и не пикник
Часть IV. Построить…, и там, и где, и когда…
«Действительность не совпадение»
завершает ранее начатую тему в книге
«Не надо стоять рядом с зеркалом»
![](i_001.jpg)
ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ
ПЕРВИЧНОЙ ПРОФСОЮЗНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ
ООО «РН-ТУАПСИНСКИЙ НПЗ»
ОБЩЕРОССИЙСКОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО СОЮЗА РАБОТНИКОВ НЕФТЯНОЙ,
ГАЗОВОЙ ОТРАСЛЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ И СТРОИТЕЛЬСТВА
Часть III. На обочине, и не пикник
Глава 1
Утро началось уже буднично. Я улыбался, основательно плененный Настенькой, и рассматривал пути извлечения себя любимого из хитросплетения ее рук и ног. Правая коленка прелестницы почти упиралась мне в подбородок, руками была заключена в захват моя рука. Голова ее была спрятана в причудливой чалме вороха локонов, которые отблескивали искрами утреннего света, пробивающегося сквозь снежинки, что лениво опускались за окном.
Вам это надо – читать о почти невозможном подвиге выскальзывания из этого плена, да еще и с задачей не разбудить?
Буквально за доли секунд я пробрался в ванную, привел себя в порядок, не дыша оделся, набросил гарнитуру и прошмыгнул за дверь.
На ресепшене меня одарили улыбками. Я вышел на улицу, где шел ослепительно – белый снег, и морозный воздух добавлял падающим снежинкам красоты.
Ну что же, утро чудесное – самое время посплетничать с РИН.
– РИН, доброе утро! Что по 3D, э – э–э… по голограммам? – задал я вопрос, оставляя следы на припорошенной снегом дорожке. Мельком глянул на машину… Как бы объяснить сие любопытным? Снежинки вроде касались корпуса, но по какой-топричине аккуратно сползали, не задерживаясь на поверхности, – вокруг машины уже образовывался заметный, совершенно необъяснимый снежный валик. В остальном…
– Доброго! – как-то неуверенно произнесла РИН и пропала в легком шуме проезжающих по улице автомобилей.
– РИН, ты где? – удивился я ее исчезновению.
– Со мной первый раз поздоровались… – с какой-то растерянностью в голосе отозвалась она.
– Это потом, что с 3D? – повторил вопрос, не понимая сути сказанного ей.
– Достань «Samsung». Включи, положи на ладонь экраном вверх.
Почти на автомате проделал указанное с телефоном. Передо мной, в воздухе возникла еще спящая Настенька… В воздухе!!!
Не знаю, где конкретно в моем мозге среагировал рецептор, не позволивший уронить телефон. Я, видимо, даже произнес что-токолоритное вслух, застыв на месте.
– Возможно! – голос РИН был довольным. – Сейчас переведу на проектное представление.
Передо мной в воздухе замелькали образы свалки, ее разрезы, роботы, машины, площадки, замысловатые конструкции сортировщиков, линейка производства жидких материалов. Самой красивой и насыщенной была иллюстрация работы комбайнов, буквально грызущих основание свалки.
– Можешь рукой перемещать, увеличивать или уточнять точку фокусировки рассматриваемого узла, управлять графиками. Подправила мультитач «Acer», который обеспечивает полный контроль рабочей поверхности и увеличивает эффективность.
Вы встречали человека, стоящего неподвижно под падающим снегом с протянутой рукой, над которой висят объемные цветные объекты? И я не встречал.
– РИН, как выключить? – задал я самый умный вопрос, пришедший в голову.
РИН, с нотками веселости в голосе, аккуратно подсказывала порядок операций. Глядя на выключенный экран, не спеша засунул телефон в карман и, развернувшись, направился в отель.
– РИН, мне нужна подборка в таком же виде по общей площади земельного фонда, с разбивкой по состоянию почв. Расположение промышленных, бытовых полигонов, хранилищ, в том числе медицинских. Все выработанные карьеры на этой же территории.
На входе отряхнул от снега кроссовки и куртку и направился в номер мимо приветливых девчонок на ресепшене.
Настя, удивившая прической и собранностью, хлопотала у столика. Она улыбнулась мне и позвала завтракать. Я подошел к ней, обнял и поцеловал, после чего плюхнулся в кресло. Завтрак прошел под шутки, а вот кофе был прерван неожиданным телефонным звонком. Поднеся трубку к уху, я услышал:
– Здравствуйте, Валерий Павлович. Вас беспокоит Панов Семен Евгеньевич.
На экране открытого ноута появились строчки: «Панов Семен Евгеньевич, подполковник, Управление перспективных межвидовых исследований и специальных проектов МО».
– И вам доброго! Чем обязан Министерству обороны в вашем лице?
В ответ удовлетворенно хохотнули.
– А мне не поверили. Тем проще. Вы же понимаете, что ваше послание имеет именно ту целостность, которая вызывает многие вопросы? Уполномочен известить, что сегодня в девятнадцать часов ровно проводится совещание с вашим участием. Материалы уже посмотрели, нужно будет прояснить нюансы. Вы с Анастасией будете?
Теперь улыбнулся я: ну а чего, ребята заслуживают уважения.
– Даже втроем, третий участник точно вам понравится.
– Договорились. Сейчас, э – э–э… у вас там плюс два часа… Тем лучше, вас будет ожидать машина у отеля через тридцать минут, отвезут прямо к самолету. По прилету – встретят, и к нам на Знаменку. Еще созвонимся.
Настя стояла с чашкой в руке, так и не пошевелившись за все время разговора.
– И что это сейчас было? – с удивлением спросила она, прихлопнув ресницами выползающее любопытство.
– Собираемся. РИН, что с «FLY»?
– Готов к демонстрации, Петр с ребятами уже на подстраховке, – оповестила РИН.
– Весь периметр и комплексные системы безопасности возьмут под контроль, подсистемы тоже. Интегрированная система завязана на искусственный интеллект с человекоподобными скиллами для чат – ботов на нейросетях кем-тоиз наших переработанной архитектуры «Transformer»… Не проблема.
Собрали все необходимое в дорогу. Проверил наличность в купюрах – хм, надо будет снять. Настя без обсуждений засунула меня в костюм, остальное сложила в свой замечательный рюкзак.
Костюм, туфли, прическа, наброшенная шубка – вот кто объяснит, почему женщины предпочитают всему этому набедренную повязку? С удовольствием привлек красавицу к себе, заглянул в глаза, коснулся губами. Вышли из номера – и тут же прихватило ощущение, что наш с Настей мир перевернулся. На ресепшене оплатил дополнительное проживание под восторженно – обалдевшие взгляды девчонок, которые не стесняясь ели глазами Настеньку, как бы застенчиво рассматривающую ногти на правой руке.
У выхода ждал новый сюрприз – абсолютно черная машина. Вышел водитель и, открыв заднюю дверь, спросил:
– Куда-тоеще надо будет заехать?
– К банкомату Сбербанка.
Уселись, машина плавно развернулась, – ну что же, отправляемся в новую реальность.
Москва встретила как обычно – слякотью. Успели заехать перекусить. Водитель был в форме, номера МО позволяли беспрепятственно проскакивать пробки. На Знаменке, 19 мы были через десять минут. Подъехали ко входу, тут же раздался звонок
– Валерий Павлович, вижу, вы уже здесь. Вас проводят.
– Да, конечно, – произнес я в ответ.
Я подхватил Анастасию под руку и направился за сопровождающим. Проехав на паре лифтов и побродив по переходам, попали в приемную. Навстречу поднялся крепкого телосложения, слегка седоватый мужчина, совершенно не соответствующий образу подполковника моего времени.
– Семен Евгеньевич. Рад познакомиться.
– Анастасия.
Он мягко пожал ее протянутую руку, затем мою.
– Валерий Павлович, нам отведено пятнадцать минут, справимся? – с легким волнением спросил подполковник.
Оглядев находящихся в приемной, совсем не майоров, я слегка напрягся.
Весьма привлекательная девушка, сидевшая за столом, грудным голосом пригласила нашу троицу в кабинет. Открыла нам дверь. После доклада Семена Евгеньевича, прошли к столу министра, обменялись приветствиями и замерли в ожидании. Пока подполковник на компе хозяина кабинета группировал информацию, коротко поясняя суть, нас внимательно поверх очков рассматривал мужчина, хорошо знакомый по фотографиям и новостям.
Подполковник, не дожидаясь завершения манипуляций, совершенно неожиданно произнес:
– Товарищ министр обороны, разрешите представить информацию в более доступном формате.
Произнес и густо сглотнул под улыбку министра.
– Давайте. Удивляйте, – прозвучало спокойно и доброжелательно.
Настенька, слегка побледневшая, с тревогой взглянула на меня. Ободряюще улыбнувшись, я подошел к краю приставного столика и положил на него включенный «FLY». Через секунду возникла голограмма и повисла между всеми нами. Я почти физически ощутил, как вздрогнули все оппоненты. Попросил Семена Евгеньевича поучаствовать в процессе, так как он был знаком с проектом. Голос комментирующей РИН удивил присутствующих еще сильнее. Происходящее захватило всех. Апофеозом стала появившаяся голограмма РИН. Тут уже «выпали» все. Настя совсем натурально, как и все женщины, напряглась, сверкнув глазами в мою сторону. Я непроизвольно рассмеялся, и меня поддержали остальные.
Завершилось вечернее шоу утверждением проекта. Министр дал добро – попросил подполковника к утру подготовить приказы и все необходимые распоряжения. Хозяин кабинета заметно теплее попрощался с нами. Уже на выходе я услышал:
– Валерий Павлович, вам по остальным проектам нужно будет поговорить с одним человеком, который окажет всю необходимую помощь и содействие. Ему уже дано указание. Он ждет вас. – Посмотрел на настенный календарь, встал из – за стола, подошел и маркером обвел двадцать седьмое число. – Всего доброго!
Кивнув, я вышел к ожидавшим меня Настеньке и Семену Евгеньевичу. Анастасия повисла на моей шее, совершенно не обращая внимания на присутствующих.
– Как мне было страшно, не передать, – прошептала мне в ухо.
Мы пробыли в кабинете более получаса и, если судить по заинтересованным взглядам, явно озадачили звездное сообщество в приемной.
Подполковник, довольный тем, как все прошло, уверенно направился к лифту. На этаже, у кабинета, мы встретили поджидавшего нас мужчину. Видя, как подобрался Семен Евгеньевич, я понял: это по нашу душу. Мужчина приветливо улыбнулся, поздоровался и представился: «Михаил». Вот только почему-топроскочил холодок, и я ощутил будто спинным мозгом… Глаза, его глаза однозначно подсказывали: убьет, не успеешь и боли почувствовать.
Прошли в кабинет. Началась рутина согласований, уточнений. Подполковнику надо отдать должное – ни одна мелочь не была забыта. График работ был чуть подкорректирован, добавился дополнительный день. Финансовая сторона поразила своей простотой и прозрачностью. Все адресаты получения заявленных материалов были установлены. Поступление средств – финансовое управление министерства.
Ну-с, судя по окончательному итогу, добавились полтора дня форы от назначенной министром даты.
Михаил все время внимательно слушал, попутно отмечая что-тов блокноте.
– У меня вопрос, – совершенно буднично произнес он, дождавшись финала. – Как и кем будет осуществляться контроль происходящих процессов? Кто будет обеспечивать безопасность всей цепочки проводимых работ? Вы же понимаете, привлечение посторонней структуры к совершенно закрытым работам вызовет нездоровый интерес. Мы пресечем возможные попытки активного участия со стороны структур власти, силовиков и криминала. Как защитим айти – составляющую? С вами тоже ясно: придется привыкнуть к новым реалиям. Охраны не будет только в вашей комнате. Вся мобильная связь и личное общение – исключительно через закрытые каналы связи.
И замолчал, снисходительно ожидая нашей реакции. А вот и зря. Настя – почти на грани фола, как бы нивелируя сказанное Михаилом, – закинула руки за голову и потянулась. Подполковник и Михаил уставились на проказницу, впрочем, не сильно удивившись. Попались! Моментально приняв позу царицы на троне и сверкнув изумрудными глазами, она заговорила:
– Исходя из оценки системы контроля безопасности здания, не соглашусь с предложением.
Михаил попробовал оспорить заявление красавицы не терпящим возражений тоном:
– Из опыта обеспечения подобных и более серьезных проектов – эти меры оправданы.
Как там говорил конь Юлий в мультфильме «Алёша Попович и Тугарин Змей», закрывая копытами голову?..
– РИН, свяжись с Петром, выведи на настенный экран, – почти рыкнула Анастасия, обернувшись подобием Горгоны с гневным румянцем на щеках.
Картины открытые открытых ртов, сопровождавшейся моим похрюкиванием, было более чем достаточно для перехвата инициативы. На экране появился взъерошенный Петр и съежившиеся парни. Коварная девчонка с элегантной и манерной улыбкой гейши попросила уже более спокойно:
– Петр, предоставь оценку всего спектра информации с минуты поступления файлов проекта на компьютер подполковника.
Петр поминутно описывал всю цепочку нездорового интереса к нам, попутно указывая структуры и заинтересованных лиц, типы систем и программные комплексы. Отдельно остановился на временном отрезке после нашего выхода из кабинета министра. Дословно пересказал запросы, улетевшие от присутствующих в приемной звездных персонажей. Информация была столь объемной и горячей по степени важности, что Михаил и Семен Евгеньевич начали потеть.
– Э – э–э… Можно эту инфу мне передать? – смущенно произнес растерянный Михаил, потирая шею.
Вишенку на торт подбросила РИН.
– Вся видеоаналитика подправлена. – Уже основательно вспотевшие мужчины наблюдали выход из кабинета министра неузнаваемых посетителей. – На всем пути следования от города до вашего кабинета – схожие изменения. – Не дав присутствующим передохнуть, перешла к самому, как оказалось, неприятному: – Есть проблема: Петр с ребятами обнаружили вот такой девайс на линии информационной кабельной сети системы безопасности.
Над приставным столиком появился голографический скелет здания Министерства обороны с линиями кабельной сети. На первом этаже, в помещении коммутационного узла мигала красная точка. Подполковник подскочил к голограмме и, не обращая внимания на присутствующих, замысловато матерясь, буквально разорвал ее руками, чтобы добраться до изображения проводов и кабелей с установленной на них коробочкой. Судя по лицам Михаила и Семена Евгеньевича, это было из разряда сверхъестественного. Михаил ринулся к столу подполковника и, подняв трубку телефона, выпалил:
– Код красный, прошу принять.
Получив пакет информации на «FLY» и короткую инструкцию по использованию, он буквально вылетел из кабинета.
В помещении повисла тишина. Подполковник промокнул салфетками выступившую испарину, смущенно глянул на нас, потом на экран с застывшими лицами Петра и компании.
– Я так понимаю, ваши подопечные тоже присоединяются к проекту, – сказал он утвердительно и продолжил: – Почему именно переработка? Ваши возможности, сдается мне, выше обозначенного!
– Целью было оценить возможности созданного Анастасией и ребятами, они заслуживают воочию увидеть результат своего кропотливого труда. Откровенно говоря, я с самого начала был удивлен их выбором. Меня поразило, что они – суть эпохи трендов – сумели отказаться от мгновенного личного обогащения.
Меня прервал Михаил, ворвавшийся в кабинет с грацией носорога.
– Вам надо задержаться. Потребуется время на извлечение устройства. К вам личная просьба – оценить штуковину. Нужно узнать источник интереса, если это возможно, – высказался он рассудительным голосом, в котором улавливались нотки примирения.
Третий акт Марлезонского балета стоил «Оскара». Возвращенный на столик «FLY» явил присутствующим голограмму РИН. Михаил вздрогнул и оперся рукой на спинку стула. На экране застыла четверка парней с вытаращенными глазами.
– К месту установки, после… э – э–э… витиеватой фразы министра, были отправлены три робота. Информация о производителе и адресате скопирована, установлена служба и заинтересованные лица. Через минуту девайс будет здесь. Системы самоуничтожения блокированы и демонтированы для изучения. Прошу снять защитный экран с воздуховода.
РИН указала рукой место работ. Михаил без лишней суеты пододвинул столик к стене, взобрался, достал мультитул, открутил винты и снял решетку. С опаской уставился на мигающего зеленым огоньком робота.
– Не надо бояться, возьмите его руками, он не тяжелый, – РИН пристально следила за процедурой.
Все присутствующие в застывших позах наблюдали за происходящим. Михаил, чей самоконтроль дал заметный сбой, достал поблескивающее металлом изделие, напоминавшее крупного таракана с контейнером на спине. В нем лежал вскрытый девайс и еще два робота меньшего размера.
– Вы можете все это доставить в кабинет министра. Прошу роботов не калечить, необходимую информацию предоставлю. Возьмите «FLY», покажу всю проведенную операцию.
Голограмма пропала. Михаил осторожно снял трубку телефона, пояснил произошедшее, уже с меньшей опаской сгреб роботов и «FLY» и опять испарился за дверью.
– Видимо, день сегодня будет длинный, – произнес уже приходящий в себя Семен Евгеньевич. – Уж простите, вам, – кивнул подполковник на экран, – не предлагаю.
На столе появилась бутылка коньяка. С экрана хохотнули и отключились.
– Вы как знаете, а мне и этого будет мало. – Он нажал клавишу настольного телефона и произнес: – Валентина, кофе, пожалуйста, на троих… Хотя нет, на четверых. – Улыбнулся, достал стаканы, горсть конфет и разлил коньяк.
Стаканы еще были на столе, когда в кабинете шумно возник взъерошенный Михаил. Молча подошел к столу, налил половину стакана и осушил его под наши вопросительные взгляды.
– Ваши близкие родственники и родственники группы Петра переводятся в разряд закрытых специалистов, с грифом, – произнес он и, обернувшись к нам, продолжил: – А вы переходите в разряд лиц особой важности. Меня переводят к вам в прямое подчинение с правом голоса при обсуждении возникающих ситуаций. Семен Евгеньевич со своими службами по вашим запросам обеспечивает весь комплекс разработок, реализации и сопровождения. Финансовая сторона вопроса – открытое финансирование.
Он замолк, рассматривая всех нас. Остальные напоминали людей, рыдающих над телом умершего слона со стрит – арта, есть такое графити: влипли, от слова «совсем». Настенька смотрела на меня испуганными зелеными льдинками, подполковник потирал шею, Михаил скалился. Все почему-тоодновременно посмотрели на меня, и это мне очень не понравилось.
На сегодня, считая и «плюшки», программа была более чем насыщенной. Михаил рассказал, что предпринято по остальным привлекаемым с нашей стороны людям, после чего мы, собрав свои вещи, направились на выход. В коридоре нас ожидали парни Михаила. До лифта шли быстро и другим путем. Без задержек спустились в фойе служебного входа. На улице стояли два совершенно черных минивэна – нас посадили в первый. Михаил захлопнул дверь.
– Едем в Кубинку, там подождем остальных, завтра летим обратно. В гостинице неплохой ресторан, так что вам не будет скучно ожидать остальных, – сказал он, ободряюще улыбнулся и добавил: – Всего час с вами знаком, только вот действительность далека от совпадения.
В Одинцовский район ехать было часа полтора, так что было время поговорить. В салоне мы были втроем. Настенька уткнулась мне в плечо, задумчиво перебирая мои пальцы своими.
Скоропалительность происходящего зашкаливала. Память снова услужливо окунула меня в школьные воспоминания.
Зимой занятия начинались затемно, так нам не лень было прийти в класс пораньше, чтобы вывернуть лампочки под потолком и положить на цоколи мокрую промокашку. Лампочек было десять. Первый урок начинался в восемь, в восемь пятнадцать тухла последняя лампочка, и весь класс благополучно спал полтора урока. Потом… потом вызвали родителей…
За окном пролетали автомобили, почтительно уступая дорогу двум абсолютно черным машинам с номерами МО.
Глава 2
Кубинка. Одно название заставило подобраться. Настя заинтересованно смотрела по сторонам.
– Петр с ребятами уже на территории, осматривают комплексы, – выдала РИН, хохотнув на реакцию вздрогнувшего Михаила, и лаконично подытожила: – В холле мама Анастасии и Виктор Яковлевич.
Машины остановились у гостиницы, над входом в которую висела надпись с ожидаемым названием «Маршал». Михаил открыл дверь, подал Анастасии руку. Следом, собрав все наши вещи, вышел и я.
Оба почти бегом заскочили в двери гостиницы. Оставшись один, я с интересом посмотрел вокруг. Самим мной интересовались крепкие парни, которые старались не светиться, скрываясь в тени машин. Вздохнув, я шагнул за парочкой в двери новой действительности.
В холле картина была поинтереснее. Михаил что-тоговорил стайке девушек, почтительно наклонившихся к нему и изредка бросавших заинтересованные взгляды на семейство Анастасии. На меня посмотрела высокая, яркая блондинка. Под улыбку Михаила она направилась ко мне – вернее, попыталась, так как ее действия мгновенно пресекла Анастасия.
– Дорогой! Иди к нам, мамá просто сгорает от любопытства! – и, надев личину хулиганки, продолжила: – Миша, что же Валерий Павлович-тос авоськами?
В тишине холла громко упала на пол челюсть ничего не подозревавшего Михаила. Анастасия встряхнула волосами, небрежно сбросила шубку на руки остолбеневшего Виктора Яковлевича и направилась ко мне размазывающей конкурентку походкой, моментально заполнив своим сиянием все пространство и сверкая всеми гранями женского таланта. Я лишь успел увидеть обалдевшее выражение лица ее маменьки.
Подхватив под руку, проказница потащила меня к очаровательной паре, все еще находившейся в ступоре. Аккомпанементом происходящему служили смешки пришедшего в себя Михаила.
– Знакомьтесь, это мой Палыч! – почти припечатала меня Анастасия. – Татьяна Игоревна – моя мама, про Виктора Яковлевича я тебе рассказывала.
Передо мной стояла женщина с большой буквы – без лишней косметики яркая, стройная, изящная. Тщательно уложенные волосы, брючный костюм, карие пронизывающие глаза и улыбка, говорящая о мгновенно принятом мировом решении.
– Мне Настенька вас так и описывала, рада познакомиться, – произнесла она бархатным голосом и протянула ухоженную руку.
Я же, со всей галантностью, соответствующей ситуации, осторожно взял пальцы и, наклонившись, приложился губами. В ответ получил благосклонный взгляд уже заинтересовавшейся женщины. Затем вложил ладонь в лапу Виктора Яковлевича и тут же попал в тиски мощи этого огромного человека.
– Рад знакомству, – прогудел мужчина.
К нам подошел улыбающийся Михаил, подсказал куда пройти и сообщил, что, хоть время и позднее, ресторан к нашим услугам.
– Судя по всему, будут еще два борта, транспортники, – произнес он, отведя меня в сторону, и махнул рукой ребятам. – У меня есть пара вопросов. Через часик поговорим?
Я кивнул и вернулся к семейству.
– Ну что же, предлагаю сейчас пройти в комнаты, – сказал я и, посмотрев на искрящуюся обожанием родных Настеньку, добавил: – За ужином поговорим о происходящем.
Все крыло первого этажа было нашим. Тут уже хозяйничали парни Михаила, совсем не мешая прибывшим занимать свои номера.
Не разглядывая обстановку, мы побросали свои вещи в раздевалке. Настя молча достала необходимое и скрылась в ванной. Я, захватив ноут и сигареты, прошел к креслу за столиком, стоящим у окна. Увидел мини – кухню и отправился быстренько сообразить растворимого. Сделав изрядный глоток обжигающего напитка, растормошил РИН.
– РИН, что с моей просьбой по занятым площадям?
– По данным Госкомстата, в накопителях, на полигонах и городской свалке накоплено сто сорок три целых четыре десятых миллиона тонн отходов, которые по площади занимают около полутора тысяч гектаров. – Передо мной развернулась голографическая проекция с подробной информацией по каждому участку. – Общее количество образовавшихся отходов составляет двадцать три миллиона тонн, из них использовано и обезврежено ноль целых одиннадцать сотых миллиона тонн. – РИН, не уставая и не включая эмоциональных ноток в голосе, продолжала: – Среди промышленных предприятий наибольший вклад в образование и накопление отходов вносят: металлургический комбинат – накоплено сто двенадцать миллионов тонн, нефтеперерабатывающий завод – одна целая четыре десятых миллиона тонн, и крупнейший в области машиностроительный завод – ноль целых пятнадцать сотых миллиона тонн. Технологии по обезвреживанию накопленных отходов на объектах размещения отходов применяются только на нефтеперерабатывающем заводе. На территории города имеется семнадцать мест хранения и захоронения отходов: четыре полигона, пять отвалов, шесть накопителей, одно хвостохранилище, одна санкционированная свалка.
Передо мной сменялись объемные, структурированные объекты с геофизическими выкладками почвенных и водоносных слоев.
– РИН, сделай, пожалуйста, раскладку по извлекаемым материалам. Да, и про японцев из девяностых не забудь.
– Когда нужна информация? – прозвучал бесстрастный вопрос.
– Думаю, утром, так что времени у тебя море.
Я взял сигарету, прикурил и подошел к окну, выпуская облако успокаивающего дыма. Тяжелая, почти ощущаемо придавливающая пространство пелена облаков лениво выбирала момент, чтобы хорошенько ополоснуть попавшийся на пути городок.
Совершенно не стесняясь своей наготы, сверкая искорками водяных капелек, из ванной появилась с феном в руке прелестная конкурентка греческих скульптур. Мягко улыбнувшись, взглядом направила меня в ванную.
Стоя под так необходимыми мне сейчас струями воды, я пытался сфокусироваться над постоянно ускользающими мелкими фактами и недоработками. Как там – объективное есть сумма субъективных оценок?.. Чертыхнувшись от бесполезной попытки наморщиться, взялся за бритву.
Выходя, застал картину: раскрасневшаяся Анастасия, одетая в спортивные штаны и готовый лопнуть топик, запускала подушку в сторону кресла, в котором уютно расположилась РИН. Та мгновенно исчезла. Подушка бесславно ткнулась в штору и смачно шлепнулась на пол.
– Убью, гадина! – отбросив с лица упавший локон, прошипела красавица. Мне оставалось только рассмеяться. – Ну а чего она… лезет с советами? – совершенно серьезным и обиженным голосом произнесла Настенька.
Одевшись, мы направились в ресторан. На выходе из комнаты я обернулся и произнес:
– РИН, еще не хватало, чтобы вы подрались… Не делай так, пожалуйста. В ответ услышал недовольное: «Хорошо».
Несуразность происходящего была налицо, и я хмыкнул, догоняя Настю.