Текст книги "Великие аферы XX века. Том 2"

Автор книги: Сергей Голубицкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Далее докладчик долго и нудно рисует арифметические схемы, которые в конце концов сводятся к тому, что читатель уже знает: сколько людей нужно отспонсорить, чтобы добраться до ранга Директа в доле и его надежного дохода в 2 100 долларов ежемесячно. Через каждое предложение докладчик напоминает аудитории про их «мечту», тем самым осуществляя психологическую привязку этой мечты к описываемому «бизнесу». Под занавес торжественным голосом чуть ли не под барабанную дробь произносится магическая фраза: «Эту потрясающую возможность обрести финансовую свободу и воплотить свою мечту жизни предоставляет нам корпорация «Амвей».

Аудитория все еще пребывает под дурманом микста своей мечты и мудреной арифметики, поэтому сразу не разбегается. В этот момент докладчик переходит ко второй, самой тайной и самой сокровенной части «бизнеса» – «системе образования» (еducational systеm). Будущие дистрибьюторы узнают, что сотни и тысячи миллионеров, которых породила амвеевская дистрибуция, постоянно и щедро делятся своим неисчерпаемым жизненным опытом с новичками. Это «Святое Предание» культа «Амвея» широко тиражируется на многочисленных аудио– и видеокассетах, а также в книгах, журналах, лекциях, семинарах и собраниях. И все это бесценное богатство находится в распоряжении каждого IBO, твердо решившего «выстроить серьезный бизнес».

Тайное знание

Очутившись в «счастливой семье», свежеиспеченные IBO начинают из кожи лезть вон, чтобы как следует образоваться. По той простой причине, что быстро разгадывают главную тайну культа «Амвея»: гораздо проще и выгодней не продавать товары, а строить пирамиду и делать деньги на вербовке новых дистрибьюторов.

Помимо «делового набора», они приобретают за те же 200 долларов добровольно-принудительный toolbox – «набор инструментов». Высокопоставленные жрецы «Амвея» не устают повторять: «Инструменты – дело абсолютно добровольное. Точно так же, как доброволен успех».

«Набор инструментов» включает в себя 6–8 аудиокассет, 15 бланков «Плана» – главного вербовочного документа, содержащего общее описание принципов действия, арифметических схем и структуры «Бизнеса», две книжки, прославляющие «Амвей», а также подборку маркетинговой и психологической литературы типа легендарной книжки Дейла Карнеги о технике бизнес-домогательства.

С этого момента судьба рядового амвеевца раскручивается по проторенной дорожке: поскольку «правильный» дистрибьютор обязан, помимо посещения семинаров, ежемесячно заказывать товаров на 200 долларов, то, идя по пути наименьшего сопротивления, он сам и потребляет все эти шампуни, витамины и чистящие концентраты, а все свои силы и свободное время отдает созданию «нижестоящей линии» в надежде дослужиться хотя бы до Директа. Очень скоро это устремление превращается в идею-фикс: человек не может ни о чем разговаривать, кроме «Бизнеса», его общение даже с друзьями и родственниками практически всегда сводится к обсуждению амвеевских перспектив и подсознательным попыткам всучить «План» даже жене и детям. Если друзья и близкие не проявляют должного интереса к этим темам, происходит полное отторжение: амвеевец рвет старые связи, разводится и находит утешение в своей новой «семье» одурманенных единомышленников.

Интересно, что, по расчетам независимых экспертов, всего трем процентам дистрибьюторов удается подняться до уровня Директа в доле. Остальные не только не зарабатывают мало-мальски приличных денег, но и спускают на культ «Амвея» все свои сбережения. Самая большая статья расходов – ежеквартальный съезд под названием «Мероприятие» (function). На него допускаются только члены секты, то есть официальные лицензированные дистрибьюторы. Стоимость билета от 400 до 500 долларов, не считая проживания в гостинице и питания. Обычно Function продолжается три дня – с пятницы вечером до воскресенья – и представляет собой классический сатанинский шабаш: все выступления совершаются под оглушающий аккомпанемент специальных амвеевских рок-ансамблей, которые сознательно не дают аудитории сосредоточиться. При этом докладчики (как правило, не ниже уровня Изумрудов и Алмазов) заваливают публику сложными расчетами и маркетинговыми схемами. Все это действо переваливает далеко за полночь и прерывается только на общее истероидное хоровое пение гимна «Амвея» «Nothin's gonna stop thе rhino». В субботу в 9 часов утра все начинается по новой. К воскресенью сознание служителей культа «Амвея» оказывается идеально промытым и заточенным только на одно деяние: «Иди и продавай План – только так ты добьешься воплощения своей мечты!»

Чуть не забыл упомянуть: за каждое выступление на семинаре и Мероприятии Директ получает по тысяче долларов, а Алмаз – по пять. Не удивительно, что в доходах высокопоставленных жрецов культа «Амвея» продажи товаров из каталога компании составляют не более 10 процентов[20]20
  Эти данные стали известны после нескольких судебных процессов, на которых Федеральная налоговая служба обнародовала выписки о доходах ряда амвеевских Алмазов.


[Закрыть]. Основные же деньги приходят от «инструментов»: продаж «наборов» всей нижестоящей линией, записей аудио– и видеокассет, издания дидактических материалов и книг, лекций и выступлений на семинарах.

Ваал

Остается уяснить последний вопрос: каким образом корпорация «Амвей» добивается продаж на уровне миллиардов долларов, если ее товары практически не продаются на стороне? Думаю, читатель и сам догадался: львиную долю оборота обеспечивает многомиллионная армия дистрибьюторов, которая ежемесячно отоваривается неликвидным ширпотребом, а затем заваливает им кладовки своих домов. В конце концов, Цель Жизни заключается не в освежителе рта, витаминах и «экологически чистом мыле», а в «Плане», который нужно толкнуть на сторону во что бы то ни стало!

Глава 22. Тонкое ощущение Гражданской войны

Компания «Эмулекс» (биржевой символ ЕLX) – разработчик, производитель и дистрибьютор сетевых адаптеров и концентраторов для высокоскоростных оптоволоконных каналов связи. На протяжении лет этак пяти «Эмулекс» является неоспоримым лидером на данном высокотехнологичном секторе рынка. Более 70 % мировых производителей серверного оборудования устанавливают сетевые карты «Эмулекса». Относительно недавно «Эмулекс» поглотил своего основного конкурента «Джиганет» и ушел в окончательный отрыв.

Немного хиромантии

Говорят, что жизнь человека легко прочитывается (долго ли умеючи!) по линиям руки и по звездам. У фирм и корпораций тоже есть свои ладони, звезды и карты – исторические графики биржевых котировок. За этими графиками скрывается гораздо больше фактографического материала, чем за движением планет по астрологическим картам, однако случаются и свои маленькие тайны, способные дать сто очков вперед любому толкованию «сходящейся квадратуры между натальным Марсом и транзитным Ураном»[21]21
  Одна из типичных ситуаций предсказательной астрологии, которая, между прочим, не предвещает клиенту ничего хорошего.


[Закрыть]. Давайте взглянем на полную историю «Эмулекса» в картинках.

Довольно поучительная судьба, хотя, во многом, и общая почти для всех американских высокотехнологичных компаний. Итак, уподобимся на мгновение Пифии, возьмем в руки карту судьбы «Эмулекса» и прочитаем ее: «С момента основания более 20 лет назад, компания вела спокойную жизнь, не омраченную никакими неожиданностями. Акции ее стоили самую малость, однако радовали стабильностью и отсутствием пертурбаций. Обратите внимание на всплеск линии объема торгов (нижний график) в районе 1987 года. Этот момент соответствует трагическим событиям, связанным с одним из самых страшных потрясений американской экономики – Черным Понедельником 19 октября 1987 года».

Пусть у читателя не возникают несостоятельные аналогии с отечественным Черным Вторником (12 октября 1994 года), когда наше правительство умышленно обвалило валютный рынок, чтобы в очередной раз залатать дыры своей патологической некомпетентности. Курс на ММВБ упал за один день на 21,5 % – с 3 926 до 3 081 рубля за доллар. Я хорошо помню, как лукавые вожди делали круглые глаза перед журналистами и валили вину то на Центробанк, то на коммерческие банки, то на «антигосударственный заговор», эдакий путч №… (который там по счету?). Непосредственные исполнители этого фарса понуро позировали перед камерами в ожидании «заслуженной кары». Нужно ли говорить, что никто наказан не был: в самом деле, не наказывать же самого себя? Обыватели, многократно обворованные и тем закаленные, это событие вообще не заметили – какой там Черный Вторник на фоне павловской реформы и гайдаро-чубайсовой экспроприации?

Нет, что ни говори, а заокеанский Черный Понедельник был всамделишным – трейдеры сыпались из окон Нью-йоркской Фондовой биржи, как семечки из прохудившегося мешка. Вошли в моду анекдоты типа:

– Я бы хотел срочно поговорить со своим брокером мистером Спенсером!

– Сэр, я сожалею, но мистер Спенсер скончался. Может быть, я могу вам помочь?

Сколько еще случилось самоубийств по всей стране в тот злополучный день – предстоит уточнить истории, но денег потеряли не меряно. Давайте теперь наведем микроскоп на график «Эмулекса» и посмотрим, как вела себя компания в те трагические дни:

Как видите, печальная чаша не миновала замечательного производителя оптоволоконных сетевых адаптеров: акции ее обрушились вместе со всеми, однако затем поднялись обратно. Впрочем, я не о том. Лучше взгляните на стоимость акций «Эмулекса» (вертикальная ось У): 90 центов, 45 центов, снова 90 центов. Что за наваждение? Неужели ценные бумаги расходились по таким смехотворным ценам?

Нет, конечно. Дело в том, что самые главные события в жизни «Эмулекса» случились в конце 90-х годов, когда акции компании в одночасье выросли в цене в 200 раз! Чтобы удержаться в разумных стоимостных пределах, приходилось постоянно проводить так называемое дробление цены (split), вот поэтому сегодня и кажется, что 19 лет кряду акции «Эмулекса» расходились по бросовой цене.

Период с 1999 по весну 2000 года явился звездным часом всей американской «новой экономики». На небосводе взошли тысячи безымянных «дот-комов» (dot.coms), компаний, чей бизнес был напрямую связан с Интернетом. Не остались в стороне и солидные «цеховики», вроде нашего «Эмулекса» или легендарной «Сиско», обеспечивающих «железную» составляющую Интернета. Капитализация этих монстров мгновенно превысила десятки миллиардов долларов.

Увы, через год все вернулось на круги своя: мыльный «Интернет-пузырь» с треском лопнул, и мутный поток «дот-комов» унес за собой в сточную канаву многие достойные компании. Ничего не поделаешь, c’еst la viе.

Все описанное выше нам очень пригодится для понимания последующего сюжета, хотя само по себе никак не тянет на сенсационность. Конечно, трагические взлеты и падения «Эмулекса» в 1999 и 2000 годах впечатляют, но в них нет ничего оригинального: акции компании страдали вместе с остальными – ведь на рубеже веков вся экономика уходила в затяжное пике. Впрочем, раз уж я заговорил об «Эмулексе», читатель наверняка почуял: дело нечистое! Ну, что ж: угадали.

Однако для того, чтобы прочитать на карте судьбы «Эмулекса» это «нечистое дело», нам придется дать волю интуиции, опыту и особой зоркости. Взгляните на небольшой участок графика примерно посередине 2000 года (чуть-чуть ближе ко второй половине). На первый взгляд, ничего примечательного. На второй – тоже ничего. И даже на третий. Между тем за внешне неприметным рисунком скрывается событие абсолютно невероятное. Смотрите: график пронизывает одна-единственная вертикальная линия, которая растягивается от 65 до почти 20 долларов. А теперь вдумайтесь: в течение одного-единственного дня[22]22
  Приведенный график называется «дневным», поскольку каждая вертикальная линия соответствует одной торговой сессии.


[Закрыть] стоимость акций буквально ополовинилась, а затем – и это самое поразительное! – полностью восстановилась. Если б «Эмулекс» просто взял и обвалился с концами, то и разговора не было бы. Здесь же получается, что после того, как компанию буквально срубили автоматной очередью, пришел добрый волшебник и вколол страдалице адреналин длинной иглой да прямо в сердце.

Что ж, наша интуиция не подвела: вот как выглядят события 25 августа 2000 года на детальном графике:

Для усиления впечатления добавлю маленький, но эффектный штрих: уже после описываемых событий, в декабре 2000 года, прошло очередное дробление цены, так что на самом деле 25 августа все стоило ровно в два раза дороже. В момент открытия торгов рано утром акции «Эмулекса» стоили аж 113 долларов за штуку. А уже через 45 минут они упали в цене до 45 долларов! Молниеносный обвал на 68 пунктов – чудеса, да и только.

Что же случилось тем знойным августовским днем, когда большинство биржевых спекулянтов по традиции жарилось под палящим солнышком на Багамских островах вдали от дымящихся трейдинговых терминалов и торговых площадок?

Тот самый день

Была пятница. На бирже этот день – расслабленный: еще восемь часов, и наступит долгожданный уик-энд. Торги по акциям «Эмулекса» начались спокойно, хотя бомбу подложили заблаговременно. Ровно в 9:30 утра, вместе с гонгом, оповещающим о начале торгов на Нью-йоркской Фондовой бирже, на сервере Intеrnеt Wirе, информационного агентства, занимающегося распространением официальных корпоративных пресс-релизов, появилось сообщение. Краткое, но со вкусом: «Компания «Эмулекс» заявляет о пересмотре ранее анонсированных отчетов о прибыли. Федеральная комиссия по ценным бумагам и биржам начинает расследование в связи с порочными методами ведения бухгалтерской отчетности компании. Пол Фолино уходит в отставку с поста генерального директора».

Чтобы читатель мог ярче представить себе значение такого вот пресс-релиза, позволю аналогию: в мире финансов каждое из трех вышеуказанных событий (пересмотр отчетов о прибыли, расследование Федеральной комиссии и уход в отставку генерального директора) равноценен взрыву атомной электростанции. В любом случае восстановление после такого удара если и возможно в принципе, то только на протяжении долгих лет.

Далее события развивались по столь необычному и захватывающему сценарию, что лучше усовершенствовать нашу оккультную технику. Воспользуемся самым детальным – поминутным – графиком котировок «Эмулекса» в тот злополучный день:

Итак, мы видим, что на протяжении 45 минут (приблизительно до 10:15 утра) с момента выхода «атомного пресс-релиза» с акциями «Эмулекса» ничего особенного не происходило. Они тихонько дрейфовали вниз, повинуясь общему негативному настроению рынка. Затем в течение 10 минут на фоне феноменального роста объема торгов (см. нижний график) цена акций «Эмулекса» рухнула до 45 долларов.

Именно в эту минуту – в 10:15 – сообщение Intеrnеt Wirе было растиражировано крупнейшими информационным агентствами: Dow Jonеs Nеwswirеs, CBS MarkеtWatch и ThеStrееt.com. Поскольку каждый чих этих грандов ежесекундно отслеживают десятки миллионов инвесторов по всему миру, последовала незамедлительная реакция: бумаги «Эмулекса» не продавали, а просто сбрасывали в дикой панике по любой доступной цене без разбора. Через пятнадцать минут, в 10:30, компания «похудела» ровно на 2 миллиарда 200 миллионов долларов (!) – именно настолько уменьшилась ее рыночная капитализация. Ровно в 10 часов 28 минут сердце страдалицы не выдержало и остановилось – о чем свидетельствует безжизненная горизонтальная линия на два с половиной часа, протянувшаяся на кардиограмме. С такими ситуациями читатель хорошо знаком по многочисленным фильмам: больному приставляют к груди дефибриллятор, страшный электрический разряд, еще один… увы, заунывный писк кардиографа оповещает о полном отсутствии пульса – бедняга преставился.

Клиническая смерть «Эмулекса» была вызвана остановкой торгов, которая в обязательном порядке случается всякий раз, когда ситуация выходит из-под контроля. Падение котировок с 113 до 45 – тот самый случай.

Пока душа «Эмулекса» тихо отлетала, по бирже шла цепная реакция. Увы, компании давно уже не ходят, подобно чеширскому коту, сами по себе. Они повязаны одной веревочкой, и больше всего – те, что находятся в общем рыночном секторе. Как только «Эмулекс» повалился, за ним дружно потянулись и остальные. Сначала пала дочерняя фирма «Кьюлоджик» (QLogic), которая обрела независимость от прародительницы в 1992 году. Ее акции солидарно рухнули на 32 %. Затем подтянулись и конкуренты: больше всех пострадал «Брокейд» (Brocadе), изготовитель сетевых концентраторов.

Шоковое состояние рынка продолжалось целых полчаса. Затем раздался истошный крик пресс-секретаря «Эмулекса», эхом пронесшийся по всем телеграфным агентствам. Крик был эмоциональным и сводился к традиционному: «Невиноватая я!» Еще через два часа компания подготовила официальное заявление:

«Эмулекс» категорически опровергает фальшивый пресс-релиз

Бизнес остается на рекордно высоком уровне, слухи об отставке генерального директора и пересмотре отчета о прибыли по четвертому кварталу – лживы.

Коста Меза, Калифорния, 25 августа 2000. Корпорация «Эмулекс», крупнейший в мире поставщик оптоволоконных сетевых адаптеров, уведомляет, что группа неизвестных лиц опубликовала и распространила сегодня утром от имени компании подложный пресс-релиз. Пол Фолино, президент и генеральный директор компании, заявляет: «Все негативные факты, указанные в данном пресс-релизе, абсолютно не соответствуют действительности. «Эмулекс» только что завершил независимый аудит по результатам финансового года, о чем мы сообщали 3 августа, поэтому нет ни малейших оснований для какого бы то ни было пересмотра наших достижений. Мы уже вступили в контакт с полномочными федеральными агентствами, которые ведут расследование по фактам подлога. Со своей стороны мы также планируем провести всестороннее расследование инцидента. Мы уверяем акционеров компании, что наш бизнес пребывает на рекордно высоком уровне. Наши фундаментальные показатели, а также моя личная вовлеченность в дела компании сильны как никогда».

Общественность перевела дух. Тодд Кларк, ведущий трейдер одного из крупнейших инвестиционных домов WR Hambrеcht, со знанием дела уверил журналистов: «Теперь наверняка кто-то пойдет в тюрьму!» Уже в первые тридцать минут после возобновления торгов акции «Эмулекса» не только отыграли назад все свои потери, но и выросли аж до 120 долларов.

Суть дела

«Ну и зачем было устраивать весь этот сыр-бор?» – пожмет в недоумении плечами наш не испорченный капитализмом читатель. И будет неправ. Сильно неправ. Эдак на пару-тройку миллионов долларов. А вы как думали: упал и – свободен? Не все так просто. Дело в том, что на падении акций на бирже можно зарабатывать точно так же, как и на их росте. Причем гораздо больше и гораздо быстрее. Не буду вдаваться в дебри теории финансового трейдинга, лишь общими штрихами опишу эту технику.

Предположим, мы надеемся (а еще лучше – знаем), что акции какой-то компании в самое ближайшее время сильно упадут в цене. Для того, чтобы воспользоваться ситуацией, нам нужно подать брокеру заявку, которая называется «короткой продажей» – sеll short. Технически процедура выглядит так: мы как бы одалживаем у брокера акции и продаем их по текущей цене. То есть продаем то, чего у нас пока нет. Затем, если наши прогнозы сбываются и стоимость акции уменьшается, мы покупаем их на рынке и возвращаем долг брокеру. Вот как это выглядит на примере нашего «Эмулекса». Скажем, мы продали «в короткую» акции этой компании накануне обвала. Вечером 24 августа они стоили 113 долларов. Допустим, мы продали 1000 акций, в результате чего нам на счет немедленно поступило 113 тысяч долларов. На следующий день 25 августа «Эмулекс» обваливается, и мы быстренько выкупаем акции на рынке на самом дне по 45 долларов и возвращаем их брокеру. Денежный поток выглядит так:

1. Приход: 113 000 долларов

2. Расход: 45 000 долларов

_________________________________

Кладем в карман: 68 000 долларов

Легко! За один день. Единственное, что нужно для успешного проведения операции: сначала предсказать обвал, а затем точно определить точку максимального падения, чтобы выкупить акции обратно по самой низкой цене. Ясное дело, что добиться такой филигранной точности можно только в том случае, если самому этот обвал и вызвать. Например, каким-то образом сфабриковать и запустить в средства массовой информации ложный пресс-релиз с джентльменским набором ужасов: пересмотр квартального отчета, расследование Федеральной комиссии, уход в отставку генерального директора. В этом случае можно быть уверенным, что очень скоро обман раскроется и акции тут же восстановятся в цене. Поэтому, сразу после падения, можно будет быстро купить акции на самом дне падения. Тем более, что все вокруг пребывают в панике (никто же пока не знает, что пресс-релиз – фальшивка!), потому проблем с покупкой не будет.

Все именно так и случилось с «Эмулексом». Собственно, и у ФБР, и у службы безопасности компании в подлинных причинах появления подрывного пресс-релиза сомнений не было. Просчет был только в одном: читатель помнит, что в официальном заявлении «Эмулекса» было сказано, что вброс информации был совершен «группой злоумышленников». Все оказалось гораздо банальней: аферист действовал в одиночку. Через шесть дней, 31 августа, его и схватили.

Студент

Юноше Марку Симеону Джэкобу было 23 года, и он проживал в солнечной Калифорнии в поселке Эль-Сегундо. Полвека назад «Виноградный штат» слыл столицей Всемирной Фабрики Грез, в середине 90-х – превратился в мировой центр высоких технологий. В знаменитой Силиконовой Долине разместились штаб-квартиры доброй половины всех столпов компьютерной и софтверной индустрии. Ясное дело, что соседство с 19-летними пареньками, скопившими за свою коротенькую жизнь уже не одну сотню миллионов долларов и разруливающими на «Тестароссах», «Дьяблах» и «Каррерах»[23]23
  Автомобили «Феррари Тестаросса», «Ламборгини Дьябло» и «Порше Каррера» – священные символы антрепренерского преуспеяния в Америке.


[Закрыть], воспринимается окружающими аборигенами очень болезненно. Им ведь тоже хочется.

Поэтому как в любом угледобывающем поселке Донбасса все дети мечтают стать шахтерами и забойщиками, так и в калифорнийских общинах подрастающее поколение спит и видит себя программистами и биржевыми трейдерами. Да-да, именно в таком тандеме. Бум Интернета с самого первого дня шел рука об руку с бумом электронного биржевого трейдинга. Помнится, ваш покорный слуга навещал друга-программиста в редмондском офисе компании «Майкрософт» в далеком 1994 году, и больше всего меня тогда поразило не обилие намертво заблокированных дверей с перфокартами, а присутствие биржевых тиккеров на всех мониторах сотрудников. Тиккеры – это такие электронные дорожки, по которым в режиме реального времени бегают котировки ценных бумаг.

Нерушимая дружба новых технологий с биржевым трейдингом имеет и более приземленные причины: финансовое состояние и благополучие 99,9 % всех софтверных и компьютерных компаний состоялось в одночасье именно благодаря биржевым торгам. Да и вся жизнь этих компаний строилась по хорошо накатанной схеме (помните Барри Минкова из первого тома?): «Передовая компания» создается с единственной целью – поскорее пройти процедуру go public и очутиться на бирже. Тогда за считанные месяцы удавалось «поднять» до миллиарда и больше.

Теперь вернемся к Марку Джэкобу. Как и все его сверстники, Марк крепко сидел на игле биржевых спекуляций, поэтому свободное время проводил не на пошлых свиданиях с прыщавыми девочками, а – за монитором компьютера, судорожно сжимая в одной руке мышку, готовую молниеносным «кликом» отправить заявку брокеру, в другой руке – банку «Курса», мерзкого, но очень популярного пива. В свободное от трейдинга время Джэкоб учился в колледже соседнего городка Эль-Камино, а также подрабатывал в модном интернетовском «стартапе»[24]24
  Start-up – свежевылупившаяся преуспевающая компания.


[Закрыть] Intеrnеt Wirе, занимающемся сбором и распространением корпоративных биржевых новостей. В Intеrnеt Wirе Марк пошел работать не за красивые глаза: он очень надеялся получить доступ к так называемой «инсайдерской» – закрытой – информации, которая помогла бы ему обрести долгожданный еdgе – то самое преимущество в знании горячих новостей и слухов, которое только и позволяет опередить основную массу непосвященных трейдеров и сорвать куш. Но, как назло, еdgе не срастался.

Марк, подобно остальным доморощенным трейдерам, постоянно наступал на одни и те же грабли – страдал «тормозным синдромом». Выражалось это в том, что он открывал и закрывал рыночные позиции с обидным опозданием, поэтому его поезд все время шел в неправильном направлении. Если еще раз взглянуть на график «Эмулекса», можно заметить, что в самом начале 2000 года акции компании чудовищно обвалились с 230 долларов за штуку (с учетом дробления) до 40. После такого крушения опытному трейдеру ничего не остается, как расслабиться и успокоиться: почти всегда наступает затяжной период, когда компания восстанавливает силы после кризиса. Однако Марк Джэкоб почему-то решил, что нужно делать ставку на дальнейшее падение «Эмулекса». Все лето 2000 года он безбожно «коротил» несчастного производителя оптических адаптеров, а тот упорно шел вверх.

Главный удар вышел 17 и 18 августа. Джэкоб в очередной раз продал «в короткую» 3 000 акций по цене 80 долларов за штуку и получил от брокера 240 тысяч долларов. Но вот незадача: вместо того, чтобы упасть, 24 августа «Эмулекс» взял да и вырос аж до 113 долларов! На брокерском счете Джэкоба образовался долг в 99 тысяч. Можно было смело начинать стреляться.

Однако стреляться не хотелось, и Марк принялся судорожно искать выход из положения. Как назло, в голову лезли сплошные глупости про чулки на голове, пистолеты и кассовые аппараты в лавках китайских торговцев. Смысла в этом не было никакого: как всякий технологически ориентированный мальчик, Марк был бздлив и чурался обнаженного криминала. Спасение свалилось как снег на голову – Марк вспомнил одну историческую книжку, которую пару лет назад нашел в кабинете отца и прочитал взахлеб…

Ощущение Гражданской войны

За окном шла Гражданская война. В начале 1864 года казалось, что чаша весов наконец-то склонилась в сторону «конфедератов». Сначала южане потопили юнионистский военный корабль «Хаузатоник» в порту Чарлстон, затем выиграли сражение под Оласти во Флориде, отбили Форт Пиллоу в Теннеси и обратили северян в постыдное бегство под Дженкинс Ферри в Арканзасе. Наступление велось по всему фронту. В марте генерала Гранта назначили командующим объединенных северных армий, и теперь почтенный полководец горел желанием оправдать доверие и рвался дать решительный бой противнику. 8 мая основные силы генералов Гранта и Ли сконцентрировались в районе Спотсильвания Корт Хаус в Вирджинии и увязли в затяжном 10-дневном сражении. Одновременно генералы Шерман и Джонсон мерялись силами под Ресакой в Джорджии. Наступил момент истины.

Ранним утром 18 мая жители Нью-Йорка вместо победной реляции прочли в газетах «Нью-Йорк Уорлд» и «Нью-Йорк Джорнал оф Коммерс» прокламацию президента Линкольна – суровую, как жизнь чернокожих рабов на хлопковых плантациях южан: 26 мая объявляется днем траура и молитв, и – чтоб не расслабляться – новый воинский призыв 400 тысяч солдат в связи с «ситуацией в Вирджинии, катастрофой военной компании Ред Ривер и общим положением дел в стране».

Весело, ничего не скажешь. Выходило, что войне конца края не видать, а северной экономике грозит полный кирдык. По здоровой патриотической традиции, Нью-йоркская фондовая биржа тут же сыграла марш на высокой боевой ноте: акции всех компаний дружненько обвалились. Началась паника.

К 11 часам утра самые дотошные обыватели и коммерсанты обратили внимание на тот факт, что прокламация Линкольна почему-то появилась только в двух газетах. Толпы народа устремились к зданию на углу Уолл-стрит и Уотер-стрит, где размещалась редакция «Джорнал оф Коммерс». На крыльце стояли потные и краснолицые редакторы газеты и с пеной у рта отвечали за базар. Они клялись, что напечатанная ими информация правдива, и в качестве доказательства трясли телеграммой, которую накануне ночью получили из главного телеграфного агентства «Ассошиэйтед Пресс».

И все же очень скоро стало очевидно, что прокламация Линкольна – чистой воды фальшивка. Сначала «Ассошиэйтед Пресс» заявила, что никакой телеграммы не отправляла, затем поступило уведомление из Госдепартамента, подписанное госсекретарем Уильямом Сьюардом, о том, что президент никаких прокламаций не выдавал.

Стали копать. Оказалось, что злополучная телеграмма была доставлена курьером в редакции обеих газет из местного почтового отделения в 3 часа 30 минут ночи. Выбор времени и был главной изюминкой махинации! В этот момент в редакциях случается столь знакомая нашим соотечественникам пересменка, когда все ночные редакторы и литправщики уже разошлась по домам, а ответственным остается единственный человек – выпускающий редактор. Именно выпускающий просматривает экстренные телеграммы и единолично решает, давать новость в номер или не давать. Таким образом, гениальная догадка злоумышленника строилась на знании народной мудрости: «где тонко, там и рвется».

Выпускающие редакторы двух нью-йоркских газет просмотрели телеграмму и удостоверились, что она напечатана на подлинном бланке «Ассошиэйтед Пресс». Учитывая сенсационность сообщения, они тут же дали распоряжение верстке выделить место для утки на первой полосе. Собственно, в самой ситуации не было ничего необычного: газеты часто получали, особенно в военное время, срочные сообщения из Вашингтона именно по ночам – сразу после окончания совещаний в Белом Доме.

Забавно, что телеграмма той же ночью была доставлена и в другие нью-йоркские газеты. Однако, в отличие от «Нью-Йорк Уорлд» и «Нью-Йорк Джорнал оф Коммерс», тамошние выпускающие редакторы решили подстраховаться и перепроверить сообщение. Выяснив, что телеграмма поступила выборочно и не во все редакции, матерые газетчики почувствовали подвох и задержали «утку» до утра.

Как только президент Линкольн узнал о случившемся, он пришел в такую ярость, что тут же забыл о демократических ценностях и распорядился немедленно закрыть обе злосчастные газеты, а их владельцев арестовать. Довольные солдаты ворвались в помещения «Нью-Йорк Уорлд» и «Нью-Йорк Джорнал оф Коммерс», а заодно опечатали и «Индепендент Телеграф Лайн» – те сидели по соседству и к «утке» с прокламацией никакого отношения не имели. Правда, тут коса нашла на камень. Оскорбленная общественность издала такой нечеловечески истошный вопль об удушении свободной прессы, что президент отменил свое решение быстрее скорости звука, хотя полностью отмыться так и не сумел: этот демарш навеки вписался в историю его властвования как самый большой прокол.

Между тем полиция быстро вышла на след злоумышленников. Через три дня был арестован репортер газеты «Бруклин Игл» Фрэнсис Маллисон, непосредственный организатор аферы. Маллисон не страдал героическим комплексом, поэтому тут же сдал зачинщика – Джозефа Хауарда, редактора отдела городских новостей того же издания. Хауарда арестовали в Бруклине. Он был паинькой и во всем тут же признался, после чего отправился на отсидку в Форт Лафайет.