![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nepobedimye-376678.jpg)
Текст книги "Непобедимые"
Автор книги: Сергей Макаров
Жанр:
Прочие детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Итак, в тот вечер народу было немало. Так что Харитонов нисколько не удивился, когда к его столику подошел незнакомый толстяк с большой кружкой пива в руке и вежливо попросил разрешения «уронить кости». Олег, глядя на комплекцию гостя, больше приличествующую плюшевому медведю, чем «костям», разрешил. Тот уселся, представился Иваром. И как-то незаметно между ним и Олегом завязался ни к чему не обязывающий разговор.
Все началось с того, что оба они болели за один клуб. А закончилось тем, что именно Ивар вывел Олега на человека, который очень хотел купить новейшую систему наведения баллистических ракет. И самое интересное, что Харитонов мог предоставить ему эту покупку. И собирался это сделать без особых угрызений совести.
Все было чрезвычайно просто: в «конторе» у Олега платили паршивую зарплату. Это началось сразу после того, как Советский Союз приказал долго жить. То есть денег и раньше было не слишком много, но это как-то компенсировалось льготной квартирой, очередью на автомобиль, постоянным распределением «дефицитов» и прочими житейскими удобствами. Кончился Союз – иссяк и этот жиденький ручеек житейских благ. И начался затяжной период хреновой жизни.
Первое время Олег утешал себя тем, что надо держать себя в руках и понимать, что, когда государство едва сводит концы с концами, нет ни малейшей надежды на высокие заработные платы для простых инженеров.
Но время шло, денег не прибавлялось, и становилось все труднее доказывать себе, что патриотизм и благо Родины есть наивысшие приоритеты. Родина, казалось, прочно и насовсем забыла скромных тружеников оборонной отрасли. Вокруг мало-помалу заканчивалась разруха, страна становилась на нормальные рельсы, но заработные платы у инженеров научно-производственного объединения «Малахит», в котором работал Харитонов, оставались нищенскими. И не предвиделось ровным счетом никакого просвета.
Харитонов всегда был общительным человеком. Однажды он начал жаловаться Ивару на свое нелегкое бытие. Ивар оказался на редкость благодарным слушателем, и мало-помалу Олег стал испытывать к нему дружескую привязанность. А толстяк, который никогда не упускал возможности посочувствовать Харитонову, однажды спросил:
– Олег, хочешь хорошую подработку? Только честно предупреждаю: она может тебе не понравиться по морально-этическим соображениям!
– Какие к чертовой матери моральные соображения? – отмахнулся Харитонов. – Ты же не собираешься меня в киллеры вербовать?
Ивар улыбнулся во все тридцать два зуба.
– Нет, какие глупости ты говоришь! Никого убивать не надо. Мы же с тобой цивилизованные люди, правильно? Так вот, говорю как один цивилизованный человек другому: убийством ты много денег никогда не заработаешь. Есть другие методы.
Убивать людей Харитонову не хотелось. Прочие способы зарабатывания денег не казались ему унизительными. И он с удовольствием взял от Ивара маленькую бумажку с записанным на ней электронным адресом. Адрес был ничем не примечательным – обычное имя пользователя и очень рядовой почтовый сервер, из тех, на которых держат свои электронные почтовые ящики десятки миллионов людей.
Ивар дал ему несколько советов: например, никогда не использовать для связи с этим человеком домашний компьютер – посещать только интернет-кафе, по возможности не приходя в одно и то же место два раза подряд. Ну и само собой, следовать указаниям человека, с которым теперь Харитонов должен держать связь. Тот будет для Олега и работодателем, и источником стабильного дохода.
– Ты, главное, свяжись с ним – и сам все увидишь! – подмигнул Ивар.
После этого Ивар уехал в долгосрочную командировку на Кипр, а Харитонов задумался, стоит ли ввязываться в затею, которую вот так запросто предложил ему приятель. Все-таки не очень понятно, что именно ему предлагают. Впрочем, сомневался Олег недолго, буквально до того момента, как через три дня после разговора с Иваром у него окончательно сломалась сантехника в ванной. Денег на новую не было, даже на самую скверную. И эта бытовая неурядица убедила Харитонова в том, что связаться надо.
Зайдя в ближайшее интернет-кафе, Олег написал короткое письмо о том, что, дескать, есть такой человек – Ивар Зеллерс, он посоветовал обратиться по данному адресу за некоей работой. Письмо Харитонов отправлял, чувствуя помимо воли легкую дрожь в поджилках, как будто он только что всерьез вознамерился заключить сделку с дьяволом!
Ответ пришел буквально назавтра. Некий человек, представившийся Анатолием, сообщал, что очень рад письму Олега и думает, что у них может наладиться плодотворное сотрудничество. Суть работы сводилась к тому, что Олег должен будет за неплохое вознаграждение помогать добывать некоторую информацию, которая считается закрытой. Попросту говоря, речь идет о банальном промышленном шпионаже.
Само по себе слово «шпионаж» могло бы напугать Харитонова, но к нему прилагался очень цивилизованный эпитет «промышленный», и Олег успокоился. Промышленный шпионаж не сочетался в его голове с разного рода неприятностями, которыми был якобы насыщен обычный военный шпионаж. В общем, Харитонов спросил, что он может предложить своему новому работодателю. Пришло письмо, в котором сообщалось, что Анатолий подумает и отпишется.
Ждать на этот раз пришлось три дня. Потом Анатолий прислал заказ на весьма несложную, довольно распространенную документацию, которой сам Харитонов то и дело пользовался. За эти документы, которые лежали спокойно на полке в каждой лаборатории, ему обещали заплатить пять тысяч долларов. Треть суммы предлагалась авансом на анонимный кошелек в платежной системе «Webmoney». Олег быстренько завел себе аккаунт, написал номер своего кошелька – и уже через несколько минут был счастливым обладателем более тысячи шестисот баксов.
Мыслей о том, чтобы «кинуть» Анатолия, в голове у Олега не возникало. Он сложил два и два и понял, что раз уж таинственный работодатель так легко и быстро назначил ему цель, то можно ручаться, что в НПИ «Малахит» есть еще кто-то. И кто знает, что за пакость можно ожидать, если обманешь человека, заплатившего тебе деньги?
Через три дня Олег пересылал отсканированные документы, а через четыре – считал деньги. Теперь у него хватало не только на хорошую сантехнику, но и еще на бытовые нужды. Так он думал, пока прикидывал, на что и как можно потратить заработанные средства.
И тут оказалось, что деньги, которые ты заработал таким образом, – это отнюдь не то же самое, что заработок из родного НПИ. Оказывается, что средства, которые пришли к тебе в руки без особого напряжения, будут спускаться точно так же. Вот, например, как сейчас: сантехнику-то Олег купил, а вот остальные планы осуществить не успел. Деньги таинственным образом канули в никуда буквально в течение одних выходных, потраченные на хороший ужин в дорогом ресторане и платиновую блондинку Вику, с которой Харитонов познакомился там же. Вика, хоть и была во всех отношениях приятной особой, по части финансовой представляла собой форменный насос. Что там для нее те три с небольшим тысячи, которыми располагал простой инженер Олег Харитонов. Так, на один зубок!
Потом было еще несколько работ от Анатолия. Не слишком регулярных, оплачиваемых по-разному. Но Олег исполнял их со всем возможным рвением, испытывая даже некоторое болезненное удовольствие от того, что он так лихо водит за нос всех окружающих.
И наконец, однажды наступил своего рода бенефис, когда от Анатолия пришло письмо с заказом на похищение системы наведения для баллистической ракеты «Бирюза-2» со всей сопутствующей документацией в придачу.
Здесь пришлось потрудиться по-настоящему: система охранялась гораздо лучше, чем несчастные технические документы, которые до сих пор таскал Харитонов. Олег замирал от страха, когда вспоминал, как подменял модель на стенде на примерно так же выглядевшую систему наведения прошлого поколения, как тихонько проносил в НПИ флешку с программным обеспечением, которое должно было замаскировать подмену, выдавая данные, которые соответствуют данным с новой системы. Кстати, флешка появилась у него вполне шпионским образом – была брошена кем-то в почтовый ящик.
Пока Олег выносил систему через проходную в специально оборудованном потайном отделении в своем рюкзачке, он думал, что ничего более жуткого и представить нельзя. Но вот оказалось, что очень даже можно, – достаточно просто сидеть дома на диване и ожидать того, кто должен принести ему деньги за заказ.
В голове, если честно, плясало всякое. Например, вспоминалось, как в разного рода шпионских приключенческих фильмах и книгах происходит вместо передачи денег такое неприятное событие, как ликвидация исполнителя. Логично в общем и целом, потому что два миллиона долларов – это очень серьезные деньги, кто бы ни собирался их платить и за что. Ну разве не соблазнительно прихлопнуть его, как назойливую муху, забрать со стола этот маленький пластиковый чемоданчик – и все? При этом так все инсценировать, чтобы напоминало несчастный случай. Мало ли у людей, которые запросто могут вывалить два миллиона зеленых, возможностей к подобному решению ситуации?
Харитонов подумал, что совершенно не позаботился о страховке. Ну вот отковырять пару микросхем, например. Или просто утаить часть документов. И использовать их как средство сберечь собственную шкуру. Ладно, что уж теперь-то убиваться, если раньше в голову ничего подобного не пришло! Ну и потом, вполне возможно, что он просто накручивает себя. «Малахит» сейчас занимается многими интересными разработками. И он, Олег Харитонов, имеет вполне серьезный допуск, который может впредь пригодиться его работодателям. Неужели они будут настолько расточительными, чтобы вот так запросто пустить его в расход?
В дверь позвонили, и Харитонов понял, что сейчас получит ответ на все свои вопросы. Он осторожно прошел, почти что прокрался через прихожую и заглянул в глазок. На площадке стояла девушка. Как-то сразу полегчало: казалось, что уж девчонка-то менее опасна, чем мужчина.
Олег открыл дверь. Теперь гостью можно было разглядеть как следует. Она была довольно высокой, телосложения скорее крепкого – этакий эталон красоты по-древнегречески, с широкими бедрами и большой грудью. Стрижка у девушки была короткая и волосы выглядели очень жесткими. Лицо, впрочем, было миловидное и открытое. А улыбка так и вовсе очаровательная.
– Привет. Вы Олег Харитонов? – спросила девушка.
– Да, я, – Олег почувствовал, что говорит хрипло. Пришлось откашливаться, что вызвало со стороны гостьи ироничную усмешку.
– Меня зовут Алла. Я пришла от Анатолия. У вас все готово?
– Да, проходите. Оно. он, предмет в гостиной. На столе лежит.
Девушка подарила Харитонову очаровательную улыбку и прошла в квартиру. Олег шел следом, чувствуя, что страх его, кажется, отпустил окончательно. Девушка не казалась ему страшной, и он был даже благодарен Анатолию, что тот прислал к нему не здоровенного бритоголового мужика, а симпатичную девушку.
– Вот, на столе лежит, – сказал Харитонов.
Девушка кивнула, подошла к коробке и открыла ее. На темном пластике лежала синяя печатная плата с несколькими короткими кабелями, заканчивающимися причудливыми штекерами. Девушка сбросила с плеча рюкзак, вытащила из него прибор, больше всего напоминающий бухгалтерский калькулятор с большим экраном, и присоединила к нему плату за два крайних кабеля. По дисплею побежали цифры. Девушка пристально следила за ними, потом кивнула и отключила свой прибор.
– Кажется, все правильно, – сказала она.
– Хорошо. А как насчет денег? – тихо спросил Харитонов. – Я свою часть работы сделал.
Девушка вытащила из кармана сотовый телефон, раскрыла его и стала набирать номер.
– Эй, ты что делаешь? – спросил Харитонов настороженно.
Девушка отвлеклась от своего занятия и посмотрела на него исподлобья. В серых глазах таилась насмешка. Она спросила:
– А чего ты волнуешься? Ты что, думаешь, я буду таскать с собой такую кучу денег, не зная, что меня тут ждет? Не мандражируй, парень, сейчас прибудет твой гонорар.
Олег развел руками, демонстрируя свое безоговорочное согласие. А что он, в самом деле, еще мог поделать? Заявить, что не отдаст ей систему, потому что денег нет?
Девушка дозвонилась и сказала в телефон:
– У нас все путем, поднимайся.
Не прошло и пяти минут, как в дверь позвонили снова. Алла лучезарно улыбнулась и сказала, что откроет сама. И буквально через пару минут перед Олегом появился тип как раз такого облика, которого Харитонов опасался, – квадратный, очень коротко стриженный, с лопатообразными волосатыми ладонями. Правда, в контраст с этим бугай носил аккуратные небольшие очки в золоченой оправе. Интеллигентности они ему, конечно, не добавляли, но выглядели эффектно.
Детина вопросительно глянул на Аллу. Та кивнула. Сняв с плеча большую спортивную сумку, детина сказал:
– Деньги здесь. Как договаривались – два миллиона долларов. Все как в аптеке. Если не лень – пересчитай.
И он громко расстегнул молнию. Харитонов осторожно заглянул внутрь.
Говорят, что деньги не пахнут. Но на самом деле у банкнот есть неповторимый аромат хорошей бумаги, типографской краски и металла. В сумме они дают запах удовольствий и власти. Самый приятный коктейль из всех, какие только могут быть на свете.
В сумке лежали пачки стодолларовых купюр. Много пачек в банковской упаковке. Десять тысяч долларов в каждой. То есть пачек было двести. Сама мысль о том, что это надо пересчитывать, приводила в трепет, и отнюдь не восторженный. Эти двое – Алла и ее спутник – явно не настроены были ждать несколько часов. Просто для очистки совести Олег взял три пачки из разных частей сумки и пробежал их пальцами, убеждаясь, что это не «куклы». Потом улыбнулся и сказал:
– Все в порядке.
Алла подошла к нему, заглянула в глаза и сказала:
– Ты хорошо поработал. Прими совет от Анатолия: просто отдохни. В отпуск съезди, куда-нибудь в экзотическую страну. Только не увлекайся пока – тебе не полагается иметь такое количество денег, чтобы на Мальдивах отдыхать. Не обижайся, но пока что ограничься Турцией. Потом придумаешь, как легализовать свои средства, и будет тебе счастье.
– А скажите, почему так? Почему вы заплатили наличными, а не как обычно?
Алла рассмеялась.
– А как ты думаешь? Насколько реально – сохранить в тайне от спецслужб перевод такой крупной суммы? Наличные – они штука хлопотная, зато не слишком-то заметная. Извини, придется самому подумать, как прятать этот капитал.
– А. Анатолий мне еще работу даст? – робко спросил Харитонов.
Алла и громила рассмеялись. Олег поежился.
– Какое рвение! Ты просто ударник производства, – усмехнулся верзила.
– Не спеши, – сказала девушка. – После такой серьезной добычи желательно сделать небольшой перерыв. Чтобы не светиться. Отдыхай, Олег.
Она помахала рукой, и Харитонов остался наедине со своим новообретенным богатством.
Глава 3
Утро начиналось замечательно. Алексей Степанович Кузнецов проснулся, как обычно, в семь тридцать, прошлепал в ванную и с наслаждением отмокал под душем, напевая под нос веселую бессмысленную мелодию. Выбрался, посмотрелся в зеркало, порадовался тому, что выглядит он сегодня – хоть прямо сейчас на обложку какого-нибудь журнала, посвященного богатым и успешным людям. И можно даже не одеваться! Он потрясающе выглядел для своих пятидесяти трех лет. А все благодаря деньгам. Говорят, что не в них счастье? Очень возможно, но эти маленькие хрустящие бумажки – прекрасный способ этого счастья достигнуть. И наверное, самый надежный.
Кузнецов любил деньги, и поэтому они любили его. Капитал компании «Энергогаз», президентом которой Алексей Степанович являлся последние семь лет, прирастал не по дням, а по часам, а вместе с ним увеличивалось и личное благосостояние Кузнецова.
Этому не стал помехой даже мировой кризис. Люди могли меньше зарабатывать, ограничивать себя во всем, но тепло и электричество нужны им всегда, и, значит, энергетические ресурсы постоянно будут пользоваться спросом. Занимаясь торговлей российским газом с Западной Европой, Кузнецов мог быть уверен в том, что его завтрашний день обеспечен прочно и надежно.
Хотя, конечно, его личная бочка меда никак не могла обойтись без ложки дегтя. Украина устроила газовый скандал, это снизило активы «Энергогаза», причинило убытки, но Алексей Степанович правил своим кораблем железной рукой, и шторм вполне закономерно остался за спиной. На данный момент Украина была поставлена на место не только в ближайшей, но и в предстоящей перспективе – вовсю шло строительство двух ниток газопровода в обход Украины, обнаглевшей настолько, чтобы осмелиться закрутить вентили и перекрыть поступление газа в Европу. Первая нитка строилась по дну Черного моря в Румынию, а вторая – через Балтику в Германию. Это были своего рода фронтовые дороги, которые в дальнейшем должны были обеспечить надежность позиций «Энергогаза».
Кузнецов оделся и пошел на кухню, где его уже ждал легкий диетический завтрак. Прислуга работала, как всегда, на самом высоком уровне – Алексей Степанович ее просто-напросто не замечал. Усевшись за стол, он налил себе высокий стакан овощного сока и выпил его, слегка поморщившись. Возраст все-таки напоминал о себе, и организм функционировал уже не так хорошо, как несколько лет назад. Приходилось делать маленькие уступки.
Кузнецов приканчивал первый тост, когда ожил его телефон. Конечно, аппарат издавал не пронзительный писк дешевого аппарата и даже не звучал музыкой, характерной для телефонов среднего класса. Алексей Степанович был счастливым обладателем эксклюзивного телефонного аппарата «Vertu», музыку для которого пишут специальные композиторы. Так что мобильник не раздражал ничем, кроме самого факта столь раннего звонка. Ведь это могло означать только одно: произошло что-то серьезное. Настолько, что работники «Энергогаза» решили сообщить о нем своему начальнику на целых полтора часа раньше, чем он обычно появлялся на работе.
– Кузнецов слушает, – сказал Алексей Степанович.
– Доброе утро. Это Григорович.
На связь с ним вышел руководитель структурного подразделения, занимавшегося строительством и эксплуатацией газопроводов.
– И тебе того же, Артур. Что у нас за ЧП? – Кузнецов сразу же взял быка за рога.
– Южная нитка, Алексей. Проблемы у нас на Южной нитке. Китайцы! сегодня отозвали своих рабочих.
Кузнецов отложил тост, на который уже нацелился было зубами.
– Что значит «китайцы отозвали»?
Китайская компания «Фучжоу билдинг» была главным подрядчиком на строительстве Южной нитки газопровода на Западную Европу. Работа была очень сложной, требовала серьезной техники, и данная фирма все это имела. Когда «Энергогаз» объявил тендер на проведение работ, китайцы легко его выиграли. Они были настоящими профессионалами, располагали отличными техническими ресурсами для проведения подводного строительства и требовали самую низкую оплату за свой труд.
С китайцами не было никаких проблем с самого начала. Они вкалывали в три смены, не боялись ни погоды, ни задержек с заработной платой, ни вообще чего бы то ни было. Трубопровод рос, нитка на карте становилась все длинней, и казалось, так будет всегда. И вдруг как гром среди ясного неба – китайцы отказываются работать! В нарушение тендера! У них там что, новая революция произошла?
Кузнецов так и спросил у Григоровича. Тот немного помялся, а потом сообщил:
– Вчера какая-то ерунда случилась в Китае. Какая-то российская ракета разнесла их город. Узкоглазые взбеленились, короче, и прервали с нами сотрудничество. Причем – категорически. Представляешь, Алексей, они даже перечислили нам неустойку. И наотрез отказались от какого бы то ни было сотрудничества.
– А при чем какая-то ракета к нашему газопроводу? – возмутился Кузнецов.
– Да черт его знает, Алексей. Я так понимаю, что мы же не нарочно по ним выстрелили. Но все равно руководство заявило, что есть непосредственное распоряжение Ху Дзиньтао о прекращении сотрудничества с Российской Федерацией в большей части отраслей, за исключением самых важных.
– А наша отрасль, значит, важной не считается? – удивился Кузнецов.
– Я так понимаю, что не считается, – вздохнул Григорович.
– Понятно, в общем. Не было печали, так черти накачали. Ну, а скажи на милость, что мы теперь вообще можем поделать? У нас, между прочим, обязательства перед партнерами.
– Да я все понимаю, – почти простонал Артур. – Вот потому тебе и звоню, что надо как-то решать проблему. Я уже поднимаю все наши связи, но сам понимаешь – надо, чтобы ты тоже задействовал свои рычаги. А то ведь узкоглазые нам так нагадили, что просто хоть стой, хоть падай. Они уже демонтируют технику, собираются все вывозить, ты представляешь, чем это нам грозит?
– Я пока ничего не представляю, – огрызнулся Кузнецов. – Давай вот что сделаем. Я сейчас быстренько соберусь и приеду. А ты мне пока что обеспечь все материалы на строительство.
– Есть какие-то идеи, как это разрулить? – спросил Артур.
– У меня всегда должны быть какие-то идеи, – вздохнул Кузнецов. – Иначе компания долго не проживет.
Он нажал на кнопку отбоя, отложил телефон в сторону и снова принялся за завтрак. Какие бы неприятности ни происходили, все равно нужно держать себя в руках и в рабочей форме. А о какой работе может идти речь, когда желудок требует пищи?
Значит, вот так все повернулось. Как в книге у советского классика: пришла беда, откуда не ждали. И самое неприятное, что беда по закону подлости пришла как раз тогда, когда нужно было, чтобы все шло максимально ровно. Конечно, компания переживет, но сейчас, в условиях всемирного кризиса, это станет очень тяжелым ударом. Настолько тяжелым, что от него придется оправляться годами.
Итак, строительство Южной нитки остановилось. Значит, газ, который должен был идти в Румынию напрямую по дну Черного моря, некоторое время будет и дальше двигаться через Украину. Слишком продолжительное время, не то, на которое рассчитывало руководство «Энергогаза». И стоит только правительству «самостийных» лишний раз включить свой режим, как они снова могут прикрутить вентили.
Кузнецов пожевал нижнюю губу. Затем отложил в сторону свой дорогой мобильный телефон, неторопливо прошелся до кабинета и принес оттуда другой аппарат – обыкновенное детище финского телефоностроения, обыкновенную, ничем не примечательную «Нокию». Это был специальный мобильник, на котором стоял скремблер, серьезно затрудняющий прослушивание тем, кто решил бы это попробовать. Впрочем, Äлексей Степанович был совершенно уверен в том, что этот номер нигде не засвечен. О его существовании знало человек пять, считая и работников службы безопасности.
Иметь по нескольку телефонных аппаратов – это насущная потребность каждого человека с таким общественным статусом, как Кузнецов.
Первый телефон – это публично, его номер значится даже на сайте компании. Теоретически на него может позвонить каждый. Практически – в аппарате, на который назначен этот номер, включена функция фильтрации звонков. Строго говоря, с него звонящему никто и никогда не ответит, будет просто подан сигнал «занято». Два раза в день номера проверяются службой безопасности. Потом на стол к Алексею Степановичу ложится список всех, кто набирал его «публичный» телефон. Кому-то он, вполне возможно, и перезвонит. Хотя, если честно, подобное событие случалось очень редко.
Второй номер – это нормальный рабочий аппарат. Он замкнут на внутреннюю АТС «Энергогаза», и, если на него звонят, поднимает секретарша. Это нормальный рубеж обороны у любого высокого начальника. Через симпатичную и умную Лизу пробьются только те, чье дело действительно важное.
Третий аппарат – это тот самый «Vertu», на который несколько минут назад звонил Григорович. Это номер для самых близких соратников. Можно, конечно, сказать «друзей», но это не совсем точное определение. Кузнецов давно уже находился в таком положении, когда понятие «дружба» упраздняется самой жизнью.
С недавних пор у Алексея Степановича появился и четвертый телефон. В его книжке был всего один номер.
Кузнецов поднес трубку к уху. Несколько коротких гудков – и на другом конце линии ответил очень знакомый голос.
– Все идет по плану, – сказал Алексей Степанович. – Вы готовы продолжать? Хорошо, тогда я свяжусь с вами в ближайшее время – возможно, даже сегодня.
* * *
Работа встретила Кузнецова суетой и напряжением. Ему показалось, что это напряжение заметно еще на подступах к зданию. Серебристая башня «Энергогаза», построенная японским архитектором-модернистом, сегодня казалась тусклой и даже перекосившейся. Алексей Степанович зажмурился и провел рукой по лицу, отгоняя наваждение. Более ярким небоскреб не стал, но теперь винить в этом можно было разве что пасмурное утро, а никак не китайцев, прекративших работу над Южной ниткой.
«Бентли» генерального директора «Энергогаза», сопровождаемый тремя автомобилями охраны, подрулил к шлагбауму, ведущему на территорию вокруг здания. Красно-белая планка поднялась, пропуская почетного гостя. Охранник в военной форме без опознавательных знаков все-таки взял под козырек – очевидно, сказывалось армейское прошлое. Кузнецов не удержался от снисходительной улыбки – эти люди так верили в собственную значимость, что было даже как-то приятно.
Автомобили охраны – все, кроме одного, свернули в сторону перед въездом на подземную стоянку. Передовой джип – тяжелый лакированный «ниссан» – отправился перед «бентли». Прежде чем Кузнецов выйдет из своего автомобиля, охрана должна оказаться снаружи. Вообще, чистая формальность. Безопасность внутри «Серебряной башни» была выше, чем в Кремле. И это отнюдь не хвастовство – служба безопасности Алексея Степановича стоила ему огромных денег, но отрабатывала каждый рубль, затраченный на свое содержание.
Кузнецов вышел через регламентные три минуты после охранников. К этому моменту в гараже уже никого не было. То есть охрана никуда не девалась, но у Алексея Степановича был маленький пунктик относительно любой обслуги: она должна быть незаметной. Это касалось и охраны в здании «Энергогаза».
Григорович встретил Алексея Степановича прямо на выходе из гаража. Кузнецов протянул ему руку, здороваясь.
– Ну, если уж ты меня так встречаешь, то, значит, дела совсем плохи! – воскликнул Кузнецов.
Артур покачал головой и ответил:
– Дела как сажа бела! Чертовы узкоглазые, надо же было так нас подставить!
– Не нервничай, главное, – покачал головой Кузнецов. – Когда начинаешь нервничать, обязательно делаешь какие-нибудь косяки. А нам сейчас это непозволительно.
– Ну можно подумать, ты сейчас спокоен, как гранитный валун, – поддел начальника Артур.
Кузнецов развел руками.
– Я постарался все свои нервы по дороге растерять. Потому что сейчас у нас с тобой работа. Не расскажешь подробней, что произошло?
Артур стал рассказывать. По большому счету, он не добавил ничего существенного к тому, что уже сказал по телефону. Китайцы получили указания сегодня, в пять тридцать по Москве. И показали, что с дисциплиной у них все более чем замечательно. Не прошло и десяти минут, как весь личный состав работников «Фучжоу билдинг» был уже на ногах и приступил к сворачиванию оборудования. Одновременно пришли документы из центрального офиса компании в Пекине. Там говорилось, что в связи с инцидентом в городе Дакхаса сотрудничество с Россией прекращается немедленно.
– Значит, теперь у них там идет демонтаж оборудования? – уточнил Кузнецов.
– К сожалению, да. Это, считай, еще неделю мы там ничего делать не можем. С другой стороны, мы при любом раскладе сейчас ничего не можем. Надо объявлять новый срочный тендер, искать работников, которые возьмутся за подряд.
– Сколько у нас под рукой компаний, которые могут подключиться к вопросу? – спросил Кузнецов.
– Я знаю пять-шесть, – вздохнул Григорович. – Ты же понимаешь, что вот так запросто включиться в масштабный проект мало кто может. В придачу надо будет еще разбираться, что там китаезы настроили перед тем, как свалить.
– Ну, ты уже так сильно на них не гони, – усмехнулся Кузнецов. – Им партия приказала – они ушли, хотя, конечно, хочется выругаться от души.
Они поднялись в кабинет Кузнецова – громадное помещение, занимавшее треть верхнего этажа башни. Мебели здесь было не очень много, так что создавалось ощущение невероятного простора. Алексей Степанович сел за стол, включил компьютер и сказал:
– Надо связаться с немцами. А то как бы и они в знак протеста не решили, что Балтийская нитка может подождать.
Григорович вскинул брови:
– А немцам-то уже чего волноваться? На них никто ракет не ронял. Хотя, конечно, была нарушена демократия, нанесен ущерб другому государству, и, конечно же, во всем виноваты российские гады, которые только спят и видят, как бы напакостить всему миру. Слушай, можно подумать, китайцы там, в своем Тибете, меньше куролесят? С какого года у них там оккупация? С пятидесятых где-то? И народу они поубивали там нисколько не меньше, чем.
– Ну, они никогда не убивали столько людей одним махом, – невесело усмехнулся Кузнецов. – А может, попробовать с китайцами пообщаться? Может, что-то получится наладить?
– Руководство «Фучжоу билдинг» на общение с нами не настроено. Они сказали, что контакты неуместны до того времени, пока не будет каким-то образом разрешен этот кризис. В общем, Алексей, нас вежливо послали.
– Украинцы будут счастливы, – проворчал Алексей Степанович. – Они теперь опять могут оседлать трубу и активно портить нам жизнь. Блин, как не вовремя мы эту ракету испытали!
Год еще только начинался, и в памяти был совсем свеж тот конфликт, который разразился у «Энергогаза» с Украиной. Гордая и самостоятельная сопредельная страна решила, что ниже ее достоинства платить за топливо по ценам, приближающимся к рыночным. Трудно сказать, что там случилось внутри страны, но итог был налицо – Украина беспардонно начала отнимать газ из магистральной трубы, идущей на Европу. Россия в ответ на это полностью перекрыла вентили со своей стороны.
Это было сложное и критическое решение. Европа нуждалась в российском топливе, и, когда труба прекратила подавать туда газ, дело запахло серьезным политическим кризисом. Кузнецову тогда показалось, что он прожил за один день целую неделю.
Но кризис все-таки был разрешен.
И вот сейчас – пожалуйста!
– В правительстве надо, чтобы шевелились, – проворчал Алексей Степанович. – Ты, Артур, заставь работать наших людей в Думе. Пусть наконец-то напрягутся и дело хорошее сделают, а не принимают законы относительно комендантского часа для детей! Пусть как-то пролоббируют вопрос о том, что с Китаем надо договориться, причем в кратчайшие сроки. Он все-таки наш стратегический восточный сосед, так что не надо рассусоливать и делать вид, что ничего не произошло! Политики для того и нужны, чтобы решать подобного рода проблемы. Именно за это им от нас деньги и капают, а не за красивые глаза, как может показаться отдельным, особо одаренным представителям!