Текст книги "Мастер-класс для диверсанта"

Автор книги: Сергей Москвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

31
Противостояние
28.Х, четверг, 10.00

Не зря турецкая разведка ценила своего агента в Моздоке. Сергей Осипов не впал в ярость, когда после взрыва увидел Чернышова живым и здоровым, не потерял контроль над собой и подошел к Чернышову, хотя опасность разоблачения была велика, как никогда. Осипов сохранил самообладание и сумел так провести разговор с Чернышовым, что тот ничего не заподозрил. Осипов испугался, но не впал в отчаяние. «Если первая попытка покушения не удалась, ее надо повторить», – решил он.

Вчера вечером в военном городке Чернышов разыскал его. Потом они вместе обзванивали лиц, ответственных за охранные мероприятия на аэродроме и железнодорожном вокзале Моздока, предупреждая их о возможном нападении диверсантов. Осипов еще раз убедился, что Чернышов его нисколько не подозревает. «Тем более полковника нужно ликвидировать как можно быстрее, пока у него еще не появились подозрения» – эта мысль все время пульсировала в мозгу Осипова.

Большую часть ночи Осипов потратил на то, чтобы придумать новый план ликвидации полковника. Вечером Чернышов сообщил, что сегодня снова собирается отправиться в город с офицерами своей оперативной группы. Это облегчало задачу Осипову, и к утру план нового покушения на Чернышова у него был готов. Теперь следовало ознакомить с этим планом прибывших в Моздок диверсантов. «Что ж, если московские оперативники собираются в город, то и представителю военной контрразведки также не следует оставаться в части», – решил Осипов. В первой половине дня с военной базы в Моздок уходило много машин. На одной из них и уехал в город майор Осипов, опередив группу Чернышова примерно на час.

* * *

– Вы отправляетесь на железнодорожный вокзал, – объявил Ветрову и Муромцеву Чернышов по прибытии в Моздок. – Встретитесь с комендантом, проверите, как осуществляются охранные мероприятия. Но главное, меня интересует, не уязвима ли железнодорожная станция для диверсионных акций. Постарайтесь выяснить, существуют ли способы проникновения диверсантов на станцию, а также составьте список объектов, наиболее привлекательных для проведения крупномасштабной диверсии.

Чернышов сделал паузу, проверяя, достаточно ли понятно для его сотрудников новое задание. Выслушав начальника, Олег Муромцев остался внешне спокоен, зато Артем Ветров сморщил нос и сказал:

– Это же сколько работы, Павел Андреевич!

– Это вам задание на целый день, – уточнил Чернышов. – Встречаемся в девять вечера на том месте, откуда уходит автобус в часть. Помните, откуда вчера уезжали?

– Помним, – ответил Ветров.

Друзья направились на остановку, откуда отходил автобус, следующий до железнодорожного вокзала.

Для себя Павел Чернышов в этот день наметил другие задачи. Сегодня в Моздок должны были прибыть передвижные посты радиоперехвата и пеленгации, выделенные Управлением ФСБ по Ставропольскому краю. Собственные средства радиоперехвата Управления ФСБ Северной Осетии уже были переданы объединенной группировке федеральных сил. Чернышов намеревался лично участвовать в расстановке постов радиоперехвата по городу, чтобы их общая зона охвата оказалась максимальной. Но перед этим Чернышов собирался заехать в городской отдел ФСБ, чтобы ознакомиться с результатами экспертиз, проведенных на месте взрыва машины военной контрразведки.

* * *

Во время обеда в чебуречной Акопа было тесно. В узком пространстве обеденного зала пробирающиеся к раздаче посетители постоянно толкали тех, кто уже стоял за столиками. Люди, получившие порцию чебуреков, бродили по залу в поисках свободного места.

Когда Кирилл Сайдаков вошел в чебуречную, от людской толчеи у него зарябило в глазах. Сайдакову не понравился тяжелый дух – смесь запаха жареных пирогов с запахом человеческого пота. Высокие гонорары, получаемые Сайдаковым за труд наемного убийцы, позволяли ему бывать в самых дорогих европейских ресторанах. Он стал настоящим знатоком итальянской и французской кухни. Поэтому посещение привокзальной чебуречной не могло у него вызвать ничего, кроме тошноты. Сайдаков брезгливо поморщился. В иных обстоятельствах он бы за километр обошел подобное заведение, но подошло время очередной встречи с турецким связным, и Степан Мордасов направил Сайдакова к Акопу. Сам Мордасов уже приходил в чебуречную, поэтому решил второй раз не рисковать. Кроме командира диверсионной группы, Акоп знал в лицо только Сайдакова, поэтому Мордасов направил к связному именно его.

– Вы здесь будете кушать или возьмете с собой? – спросил Акоп у Сайдакова, когда тот подошел к раздаче.

– С собой, – тут же ответил Сайдаков, который думал только о том, как бы быстрее оказаться вне этого пропахшего пирогами и потом помещения.

Получив от Акопа бумажный пакет, Сайдаков быстро расплатился и вышел на улицу. Он раскрыл полученный от Акопа бумажный пакет. В пакете, кроме двух чебуреков, лежала пачка дешевых сигарет. Он переложил пачку к себе в карман и направился прочь от автовокзала. Проходя мимо урны, Сайдаков выбросил туда пакет с чебуреками, к которым он даже не притронулся. Зайдя в какой-то проулок, оглянулся по сторонам, затем вытащил сигареты и разорвал обертку. Между двумя рядами сигарет Сайдаков увидел аккуратно засунутый лист белой бумаги. Он еще раз оглянулся по сторонам и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, вытащил сложенный в несколько раз лист обычной белой бумаги с отпечатанным на одной стороне текстом. Ниже стояла короткая приписка от руки. «Стандартная бумага для копировального аппарата, текст отпечатан на лазерном принтере, приписка сделана шариковой ручкой, судя по всему, второпях», – сообразил Сайдаков и начал читать. Закончив чтение, диверсант несколько удивился. Он сразу понял, что отпечатанный текст сочинял агент с военной базы, а приписку шариковой ручкой сделал уже турецкий связной. Агент предлагал план нового покушения на московского полковника. Связной ничего не предлагал, зато требовал немедленной встречи с командиром диверсантов. Впрочем, делать выводы и принимать окончательное решение предстояло командиру группы. Поэтому Сайдаков не стал обременять себя размышлениями, а просто спрятал полученный от Акопа листок с распечаткой к себе в карман, намереваясь как можно быстрее показать его Степану Мордасову.

32
Выкуп
28.Х, четверг, 20.30

Лоб не ожидал неприятностей со стороны Акопа. Он знал, что люди, которых можно легко запугать, не способны к сопротивлению. А в том, что им удалось запугать владельца чебуречной, Лоб не сомневался. Как не сомневался и в том, что сегодня вечером Акоп принесет деньги за свою аппаратуру. Днем Лоб навел справки и выяснил, что за четыреста «зеленых» можно приобрести очень приличную систему. Это немного удивляло. Лоб никак не мог понять, какой смысл Акопу выкладывать тысячу долларов за похищенную у него аппаратуру, если за гораздо меньшие деньги можно приобрести новую. Однако Лоб не стал забивать себе голову этим вопросом. К тому же Лоб еще не решил, стоит возвращать Акопу аппаратуру после получения денег или нет. Первым делом следовало получить с Акопа деньги.

На место встречи грабители прибыли за час до назначенного времени. В заброшенном доме опять ошивалась парочка бомжей, но те убрались восвояси, едва завидев Лба со своей компанией. Проверив дом и убедившись, что там больше никого нет, бандиты приготовились ждать. Чтобы скоротать время, Гангрена и Ржа уселись играть в карты. Лоб от игры сначала отказался, но вскоре присоединился к ним. Мебели в доме уже не осталось. Грабителям пришлось сидеть на каких-то картонных коробках, стащенных сюда все теми же бомжами. Столом для карточной игры им служил поставленный на бок деревянный ящик. Рядом с ящиком Лоб положил обрез охотничьего ружья, заряженный патронами с самодельной картечью. Кроме обреза, у грабителей имелись два складных ножа и финка. По мнению Лба, трех ножей было достаточно, чтобы нагнать страха на зачуханного чебуречника. Обрез он прихватил на случай, если бы Акоп вздумал явиться не один. Хотя сам Лоб и отвергал такую возможность. «Что этот хлюпик может выкинуть? Прибежит на полусогнутых и деньги с собой притащит. И какого черта мы приперлись так рано?» – злился Лоб, то и дело посматривая на часы. Игра у него шла плохо, и от этого Лоб злился еще больше.

Минут за десять до назначенного Акопу времени Лоб бросил карты и стал смотреть в окно. Рассмотреть, что делается снаружи, было невозможно, так как на улице совсем не было освещения. Внутри дома было еще темнее. Хорошо, что Гангрена захватил с собой огарок свечи. Ее огонь позволял хоть что-то видеть вокруг и даже вести незатейливую карточную игру. У бандитов при себе имелась пара электрических фонариков, но Лоб запретил ими пользоваться, чтобы понапрасну не садить батарейки. Фонарики еще могли пригодиться при пересчете принесенных Акопом денег.

Прошло несколько минут с момента назначенной встречи. Лоб уже решил, что Акоп передумал и денег, на которые они так рассчитывали, им не видать. Но как раз в этот момент он разглядел человеческую фигуру, двигающуюся по направлению к дому. В темноте Лоб не мог рассмотреть лица человека, но по росту и его комплекции догадался, что это именно Акоп.

– Идет! – радостно крикнул Лоб приятелям.

Те сразу же прекратили игру и повернулись к входной двери. На ступеньках крыльца уже слышались шаги.

* * *

Пересилив страх, Акоп потянул на себя дверную ручку и сразу же зажмурился от направленного в лицо луча карманного фонарика.

– Ну проходи, не стесняйся, – услышал он уже знакомый голос, принадлежащий главарю вчерашних грабителей.

Акопу снова пришлось сделать над собой усилие, чтобы войти внутрь. Теперь фонарик уже не светил ему прямо в глаза, и Акоп сумел оглядеться по сторонам. Кроме него, в комнате находилось еще трое. Акоп сразу узнал вчерашних грабителей, которые нагнали на него столько страху. Сегодня Акопу было еще страшнее. Вчера он находился в своей квартире, а сегодня в заброшенном доме, на окраине города. Дом больше походил на склеп, чем на жилье человека, пусть даже бывшее. «Могут зарезать прямо здесь», – с ужасом подумал Акоп. Чтобы такого не случилось, Акоп придумал одну хитрость, но сейчас совсем не был уверен, что она сработает.

– Принес? – спросил главарь грабителей.

Как и вчера, он не стал разводить пустых разговоров, а сразу перешел к делу.

– Аппаратура при вас? – в свою очередь спросил у грабителей Акоп. – Покажите, я должен ее видеть.

Ему опять пришлось заставлять себя произнести эти слова. Турецкий связной страшно боялся, что главарь бандитов ударит его, не ответив на вопрос. Но на этот раз Акоп опасался напрасно. Лоб только усмехнулся и лучом своего фонаря показал на стоящую в углу хозяйственную сумку. Эта была та самая сумка, которую грабители забрали у него на квартире, предварительно погрузив в нее аппаратуру спутниковой связи. По очертаниям сумки Акоп догадался, что оба блока аппаратуры находятся внутри. Турок облегченно вздохнул. Аппаратура была здесь, вместе с грабителями. У Акопа осталась только одна проблема – как выйти из дома живым.

– Деньги при тебе? – снова осведомился главарь грабителей.

– Да. Но только половина, – поспешил добавить Акоп. – Я еще не успел собрать всю сумму. Но обещаю вам, что к завтрашнему дню у меня будет вся сумма полностью.

В этом и состояла хитрость Акопа. Он надеялся, что, желая получить вторую половину денег, бандиты не будут его убивать прямо сейчас, если даже они задумали это.

– Гм... – Главарь грабителей недовольно нахмурился.

Лоб опустил руку в карман и вытащил оттуда свой складной нож. Он нарочито медленно раскрыл его перед глазами у Акопа. Тот в ужасе упал на колени и, хватая грабителя за брюки, запричитал:

– Клянусь вам, я достану всю сумму! Мне уже обещали. Завтра к обеду я достану остальные пятьсот долларов. Поверьте мне!

Лоб брезгливо оттолкнул Акопа ногой.

– Давай деньги, которые принес, а завтра, к пяти часам, принесешь сюда остальные. Тогда и получишь свою аппаратуру, – объявил он Акопу.

Вычистив лезвием ножа грязь у себя под ногтем большого пальца, Лоб снова убрал нож в карман.

Акоп тем временем вытащил из-за пазухи газетный сверток и передал его грабителю, который стоял к нему ближе всех. Таковым оказался Гангрена. Лоб тут же вырвал сверток из рук Гангрены и торопливо разорвал газетную обертку. От одного вида денег Лоб сразу успокоился. Раздражение и злость, которые он испытывал до прихода Акопа, мгновенно улетучились. Сейчас бандита интересовали только деньги в его руках. Взгляды Ржи и Гангрены тоже были прикованы к пачке долларов в руках главаря. На какое-то время грабители забыли про Акопа. Тот воспользовался моментом и начал пятиться к двери.

– Э, не так быстро! – бросил Лоб Акопу, заметив его движение.

Акоп в ужасе замер. А Лоб тут же потерял к нему интерес и начал пересчитывать деньги. Купюры были разного достоинства. Лоб сбился со счета и начал снова. Акоп тоже следил за его движениями. Он дважды пересчитал деньги, прежде чем отправиться на встречу с грабителями. Но сейчас Акоп боялся, вдруг он ошибся, вдруг денег в пачке окажется меньше, и грабители его за это жестоко накажут.

– Ты еще здесь? – насмешливо спросил у него главарь грабителей, закончив считать. – А я уж думал, ты побежал искать недостающую сумму. Давай чеши и запомни – завтра к пяти.

* * *

Кончик тлеющей сигареты в темноте виден на несколько сотен метров, а дом, в котором, по сведениям Акопа, обосновались трое грабителей, похитивших у него аппаратуру спутниковой связи, находился всего в тридцати. Поэтому Георгий Псарев курил, тщательно прикрывая сигарету рукой. За его плечом притаился Леонид Чагин. Вот уже двадцать минут диверсанты наблюдали за домом, в котором скрылся турецкий связной. Через окно Псарев видел, что внутри дома мелькает луч карманного фонарика. Несколько раз он видел в окне силуэт человека, но понять, кто это, так и не смог. К дому диверсанты пришли вместе с Акопом и сейчас ждали его возвращения. Они умели ждать, поэтому стояли молча, не шевелясь. Только Псарев неторопливо курил, каждый раз во время затяжек прикрывая огонек сигареты своей широкой ладонью.

Вот дверь заброшенного дома распахнулась, и на крыльцо выскочил Акоп. И тут же внутри дома раздался пронзительный свист. Под этот свист Акоп сбежал с крыльца и бросился к поджидавшим его диверсантам. От волнения и пережитого страха он не заметил их и пробежал бы мимо, если бы Псарев не перехватил Акопа и не прижал к себе.

– Сколько их? – быстро спросил Псарев, глядя в испуганные глаза турецкого связного.

– Трое, все там.

– Аппаратура?

– В хозяйственной сумке. Сумка стоит в дальнем правом углу, если смотреть со стороны входной двери.

Четкие и конкретные вопросы Псарева быстро привели Акопа в чувство. Он начал отвечать так же четко и конкретно.

– Оружие?

– Я видел только складной нож у главаря и ружейный обрез, – вспомнил Акоп.

Псарев кивнул. Он узнал самое главное. Выяснять остальное уже не было времени. Надо было спешить, так как после получения денег грабители могли покинуть свое убежище.

– Идем, – приказал Чагину Псарев и, обернувшись к Акопу, добавил: – Жди нас здесь.

Диверсанты бесшумно пересекли улицу и оказались возле дома, где до них уже побывал Акоп.

* * *

Незапертая входная дверь распахнулась настежь. Для тройки грабителей это оказалось совершенно неожиданным, потому что никто из них на этот раз не слышал ни шагов приближающихся людей, ни скрипа ступенек крыльца. Лоб первым среагировал на скрип распахнувшейся двери. В дверном проеме стоял незнакомый человек с большим пистолетом в руке. За его спиной Лоб увидел еще одного незнакомца. Главарь грабителей не стал разглядывать, есть ли у второго визитера оружие, а, подхватив с пола свой обрез, бросился в сторону. Примеру своего главаря последовал и Ржа. И только Гангрена замешкался от страха. И короткая очередь из пистолета Георгия Псарева прикончила его. Из троих грабителей Гангрена оказался ближе всех к входной двери. Выстрелы отбросили тело бандита назад да еще развернули в полете. Он упал лицом вниз, опрокинув деревянный ящик, за которым всего полчаса назад вместе со Ржой и Лбом беззаботно играл в карты. Устранив живую преграду, диверсанты ворвались в помещение.

Лоб имел все основания гордиться своей реакцией. Он отточил ее еще в молодости во время уличных драк. Реакция не раз выручала Лба и впоследствии. Во время отсидки благодаря ей Лоб сумел сохранить свою жизнь, когда за мгновение до того, как топор другого «отмороженного» зэка должен был обрушиться ему на голову, успел нырнуть в сторону и воткнуть заточку противнику в бок. Но Георгия Псарева он не опередил. Ворвавшись в помещение, Псарев взял на прицел самого опасного противника. Таковым оказался главарь грабителей, вооруженный обрезом. Лоб еще не успел развернуть ствол в сторону двери, а диверсант уже нажал на спуск. Мощный «АПС» дернулся в руке Псарева, выпуская порцию свинца. Лоб вскрикнул от чудовищной боли, пронзившей его правую руку. Чагин, в которого целился Лоб, присоединился к своему командиру. Пули из пистолета Чагина разорвали грабителю живот, а Псарев добил его двумя выстрелами в голову.

В отличие от Лба Ржа и не думал сопротивляться. Едва заметив в дверном проеме человека с пистолетом, он сразу сообразил, что спастись от него можно только бегством. Поэтому, забыв про Лба и Гангрену, забыв даже про принесенные Акопом деньги, Ржа бросился к окну. Стекла в окне давно не было, вместо него к раме кто-то приладил вырезанный из коробки кусок картона. Вместе с картоном и подгнившей рамой Ржа вывалился наружу. Он тут же вскочил на ноги и бросился прочь. Прямо за домом начинался пустырь, который пересекал глубокий и длинный овраг. «Только бы добраться до оврага, только бы добраться», – одна мысль билась в голове у Ржи. Если он успеет добежать до оврага, то ночью там его не сможет отыскать даже целый взвод. Ржа несся изо всех сил. Никогда в жизни Ржа так быстро не бегал. Но даже самому быстрому бегуну в мире не дано опередить пулю. Стреляя в главаря, боковым зрением Чагин уловил, как третий грабитель прыгнул в окно. Расправившись со Лбом, Чагин метнулся к окну. Последний из оставшихся в живых грабителей сломя голову мчался по пустырю. Он бежал строго по прямой, что сводило задачу стрелка к выполнению элементарно простого упражнения. Чагин без труда совместил красный зайчик целеуказателя с левой лопаткой убегающего человека и, удерживая тяжелый пистолет двумя руками, плавно нажал на спуск.

Ржа уже видел край спасительного оврага, когда какая-то сила, придавая ему дополнительное ускорение, ударила в спину. Ржа оторвался от земли и полетел вперед. Он увидел, как овраг стремительно приближается. И тут все померкло у него перед глазами.

– Готов, – объявил Чагин, пряча пистолет в подмышечную кобуру.

– Эти тоже, – добавил Псарев, осмотрев валявшиеся на полу трупы Гангрены и Лба.

Убедившись, что добивать противников не требуется, Псарев прошел в угол, где стояла хозяйственная сумка. Подхватив сумку, он в сопровождении Чагина вышел на улицу.

* * *

Стрельба в заброшенном доме продолжалась меньше минуты. Но и за это время Акоп несколько раз покрывался холодным потом. Он впервые наблюдал за тем, как убивают людей. Только заметив спускающихся с крыльца диверсантов, несущих его хозяйственную сумку, Акоп облегченно вздохнул.

– Все в порядке? Вы их убили? Они мертвы? – засыпал Акоп вопросами диверсантов.

Вместо ответа Псарев поставил перед ним сумку с аппаратурой. Акоп тут же раскрыл сумку, чтобы проверить комплектность и сохранность аппаратуры. Все блоки аппаратуры, включая раздвижную параболическую антенну и соединительные кабели, оказались на месте. Никаких повреждений при внешнем осмотре аппаратуры Акоп тоже не обнаружил. Он еще раз облегченно вздохнул, с благодарностью глядя на диверсантов, вернувших ему аппаратуру для связи с разведцентром.

Согласно плану, который Псарев разрабатывал вместе с Мордасовым, сразу после акции им вместе с Чагиным следовало уходить. Но Псарев видел, что турецкий связной хочет еще что-то сказать, но не решается.

– Что-то еще? – напрямую спросил он у Акопа.

– Деньги, – решился Акоп.

– Не понял, – Псарев сдвинул брови.

– Я говорю – деньги, – постарался объяснить Акоп. – Я же им деньги принес, пятьсот долларов. Надо бы их забрать.

Оба диверсанта с усмешкой переглянулись.

– Тогда вернись и возьми. Они теперь тихие, возражать не будут, – ответил Псарев. – Но это уже без нас. Мы свою работу выполнили, – серьезно закончил он.

Оставив Акопа возле дома с еще не остывшими трупами, диверсанты растворились в темноте.

Они должны были спешить. Сбор возле машины был назначен на девять двадцать. Сегодняшним вечером группа Степана Мордасова прибыла в город в полном составе. Здесь она разделилась. Псарев и его напарник уже выполнили свою задачу, уничтожив грабителей до того, как те успели рассказать кому-либо о странной аппаратуре, похищенной ими на квартире хозяина маленькой чебуречной. А Мордасову и Сайдакову еще только предстояло сделать свою работу.

Двое диверсантов давно скрылись, а Акоп все стоял и смотрел на дом, куда приходил на встречу с грабителями. Там в кармане одного из грабителей остались принесенные им деньги. Но когда Акоп представил, как он будет обыскивать трупы, ему сделалось дурно. Он последний раз взглянул на заброшенный дом, куда приходил на встречу с грабителями, потом поднял с земли сумку со своей аппаратурой и направился прочь. Ни за пятьсот, ни даже за тысячу долларов он бы не заставил себя вернуться обратно. «В конце концов, что такое пятьсот долларов по сравнению с тем гонораром, который я получу за свою работу в Моздоке? – рассудил Акоп. – У меня возникли проблемы, но я справился с ними. Приемопередающая аппаратура снова у меня. Я опять в деле и продолжаю выполнять задание центра. А до завершения задания, судя по всему, остались считаные дни».