Текст книги "Перспектива. Заметки об учебных произведениях молодых художников"
Автор книги: Сергей Курганов
Жанр:
Критика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Как мне кажется, в афише к презентации творчества молодого поэта и музыканта Сергея Губанова Саша Веденеева создала новый шедевр и заодно – новый шаг в освоении «Веденеевской перспективы» – особого художественного пространства, придуманного Сашей.
Только большой художник смог бы столь бесстрашно и дерзко изобразить на плакате своего друга и подписать: «Нас двое». Так делал художник Родченко, изобразивший по просьбе Маяковского на обложке книги фотографию Лилии Брик.
Только большой художник смог бы обнять чёрно-белое, холодное, напоминающее череп изображение тёплыми, горячими, огненными руками.
А где же знаменитая криволинейная Веденеев-ская перспектива?
Погодите, граждане, будет и она.
Попробуйте принять позу художника, совместив свои руки зрителя с руками, которые огнём горят на картине! Удобно? Больно? Очень больно! Позвоночник искривлён, а надо держаться, надо держать вертикаль Другого. За счёт того, что искривляешься сам.
Это замечательное новое изобретение Саши – по картине мы можем узнать позу и настроение художника, испытать его боль. Наши руки горят вместе с руками художника (одна из кистей сгорает до кости), мы чувствуем, как несладко отстаивать прямость и вертикаль Другого.
Искусствоведы говорят – да это повтор «Двух мачо»!
А ведь неправда!
В «Двух мачо» свет исходил, как обычно, из талии (органа лёгкого дыхания) героини, героиня была за холстом. Напыщенные мачо, такие, какими они хотели себя видеть, создавались этим светом. Свет источался, нежно обливая создаваемые фигуры, и весь расходовался на них. «Живите, мальчики, а я, да что там я…»
В «Нас двое» их действительно – двое. Фактура и освещение героя не имеет никакого касательства к автору. Герой бледен и освещён сам по себе. Источником тепла и света на картине становятся горящие и обнимающие героя руки автора. Чтобы герой был прям и чёрно-бел, эти руки должны выгореть до кости.
Слева и справа – стихи героя. Новый герой говорит – «Я мужчина. Я – поэт», его лицо открыто (и мы видим потрясающе удачный Сашкин портрет взамен изображения безликих героев. Но у тех и, правда, не было ни лица, ни имени, они всё стремились съёжиться, застыть в позе эмбриона и скрыть своё лицо. И всё лепетали – не поэт, не поэт, не поэт.).
В ответ на слова «Я мужчина. Я поэт», конечно, захотелось сказать – «Я женщина. Я художник».
И благодарные зрители поздравляют художника с удачей.
6. Петров-ВодкинВот что пишет предшественник художницы Веденеевой в криволинейной перспективе Петров-Водкин[2]2
2. К. С. Петров-Водкин. Хлыновск. Пространство Эвклида. Самаркандия. 2-е изд. Л., Искусство, 1982. c. 270–271
[Закрыть]:
«…На севере синел Фёдоровский Бугор: туда, за синюю стену, пробиться надо мне! Иначе изневолюсь я в гуще моих близких, и, может случиться, с сердечником в обхвате подымутся и мои руки на отцов и братьев – от тоски, от безвыхода и от водки.
Я бросился наземь. Моменты перемен положения нашего тела очень часто меняют психическое наше состояние. Об этом свидетельствуют жесты больших волнений, к которым прибегают люди…»
«…В детстве я много качался на качелях, кувыркался на трапециях, прыгал через значительные препятствия и с довольно большой высоты, но, очевидно, в ту пору мне не удавалось координировать моё движение с происходящим вне меня в пейзаже и в архитектуре: изменение горизонтов и смещение предметов не затронуло тогда моего внимания Но теперь, здесь на холме, когда падал я наземь, предо мной мелькнуло совершенно новое впечатление от пейзажа, какого я ещё никогда, кажется, не получал. Решив, что впечатление, вероятно, случайно, я попробовал снова проделать это же движение падения к земле. Впечатление оставалось действительным: я увидел землю как планету. Обрадованный новым космическим открытием, я стал повторять опыт боковыми движениями головы и варьировать приёмы. Очертя глазами весь горизонт, воспринимая его целиком, я оказался на отрезке шара, причём шара полого, с обратной вогнутостью, – я очутился как бы в чаше, накрытой трехчетвертьшарием небесного свода. Неожиданная, совершенно новая сферичность обняла меня на этом затоновском холме. Самое головокружительное по захвату было то, что земля оказалась не горизонтальной, и Волга держалась, не разливаясь на отвесных округлостях её массива, и я сам не лежал, а как бы висел на земной стене».
«…Тогда я, конечно, не учёл величины открытия, только испытал большую радость и успокоенность за мою судьбу перед огромностью развернувшегося предо мною мира.
После этого масштаба среди людей показалось мне простым и нетрудным наладить жизнь».
Получается, что «падение» есть некое изменённое состояние сознания (ИСС), которое может быть вызвано музыкой, литературой (стихи Губермана о падении-наслаждении), рисованием (перспектива Петрова-Водкина, Веденеевская перспектива), это падение-наслаждение связано с полётом (чреватым падением), искривлением горизонта, появлением «земшарности» мировосприятия, ощущением тяготения как искривления (падения, ср. у Эйнштейна в ото). Это воспринимается (скажем, Петровым-Водкиным) как «отрыв», «драйв», как радикальное расширение восприятия, и этот «отрыв» можно ощутить и при наслаждении рок– или панк-музыкой, и в процессе рисования, если он связан с изобретением криволинейной перспективы (перспективы падения) и в горах, и на крыше (поэтому её так любят подростки).
Похоже устроено шаманство, высокая поэзия (ранний Маяковский), кино (Эйзенштейн). Это связано с инициацией, ускоренным взрослением, ускоренным «падением» подростка во взрослую жизнь. И такое падение имеет глубокий культурный смысл. Это – «культурное взросление». Не зря к рок-музыке и «агрессивному рисованию» (ломающему обыденное представление о перспективе) так тянутся наиболее быстро взрослеющие подростки 13–15 лет.
7. Изменённые состояния сознания[3]33. Изменённые состояния сознания и культура. Хрестоматия. Автор-составитель О. В. Гордеева. СПб, 2009, 336 с.
[Закрыть]
Методологической основой ИССледования ИСС в российской и украинской психологии выступает культурно-историческая концепция Л. С. Выготского.
Первый вид ИСС – высшие, культурно обусловленные ИСС. Культура обусловливает и иногда жёстко задаёт набор ИСС и способы вхождения в ИСС.
Второй вид ИСС – низшие, натуральные состояния сознания. Они случайны, хаотичны, характеризуются отсутствием структуры психической жизни и наступают из-за дезорганизации обычного состояния сознания.
Низшие ИСС связаны с отсутствием культурного и индивидуального опыта. В высших ИСС, даже если это состояние переживается впервые, опыт всегда есть – он обеспечен культурой.
Эрика Бургиньон установила связь между типом распространённого в обществе транса и особенностями социализации.
Трансы с галлюцинациями (шаманский транс) встречаются в простых группах охотников. Эти трансы – часть ритуала инициации. Транс вызывается нанесением ритуальных ран и применением галлюциногенов. Транс облегчает человеку, пережившему ИСС и получившему опыт общения с духами-покровителями, перейти к положению мужчины, вырванному из защищающей его ситуации подростка.
Трансы одержимости встречаются в более сложных обществах и нужны для того, чтобы девушка, покидая семью, чтобы жить у мужа, научилась повиновению.
Юноши испытывают давление, заставляющее их быть независимыми во враждебной среде (охота, война, секс). Девушки испытывают напряжение с конфликтами со свекровью, другими жёнами или от необходимости рано рожать детей.
Одобряемый обществом транс помогает юношам и девушкам совладать со стрессом и пройти обряд инициации.
Марлин Добкин де Риос отмечает, что галлюциногены распространены в обществах с недоразвитой социальной структурой, где отсутствует социальная иерархия, а в религии распространён шаманизм, причём каждый член общества может вступить в непосредственный контакт со сверхъестественным, а посредники между человеком и богом отсутствуют.
Носителем должной и общественно признанной структуры ИСС выступает музыка, сопровождающая ритуал, в ходе которого его участники впадают в ИСС.
Ла Барр отметил, что американцы потому знают больше галлюциногенов, чем европейцы, что в Америке распространён шаманизм, в центре которого личность шамана и переживание экстатического ИСС, который давно исчез в Европе.
Колин Уорд показал, как культура определяет степень сознательного контроля за поведением во время транса и формы научения вхождения новичка в ИСС.
Артур Дейкман назвал два способа организации сознания:
1. «Действие» – состояние при управлении миром и достижении личных целей, предполагает усилие и стремление. Здесь ИСС невозможны.
2. «Принятие» – состояние, направленное на принятие и восприятие мира, на то, чтобы ничего не менять в нём, ничем не манипулировать. Только здесь возможны ИСС.
Арнольд Людвиг разработал классическую теорию функций ИСС. ИСС бывают полезными и вредными для человека. Полезные ИСС имеют три функции:
1. Психотерапевтическая – помощь в улучшении здоровья и самочувствия (храмовый сон, религиозный экстаз, транс шаманов, медитация, культурное употребление алкоголя или наркотиков)
2. Получение нового опыта и новых знаний, достижение озарения в вопросах, касающихся себя и отношений с миром, людьми, источник вдохновения для художников, поэтов, учёных, приобщение к культуре, к новым смыслам.
3. Социальная. ИСС обеспечивают групповую сплочённость, облегчают общение, служат групповыми идентификаторами (алкоголь, марихуана), включаются в ритуал инициации – облегчая вхождение юноши (девушки) в более взрослую социальную группу, снимают конфликты между требованием общества и желанием человека.
Марлин Добкин де Риос изучала использование галлюциногенов в качестве средства обучения. При этом расширяется знание о врагах – оно переводится с подсознательного уровня на уровень осознания, повышаются шансы на выживание во враждебном окружении.
Есть связь между ритуальным употреблением галлюциногенов и театральным действием. Механизмом осуществления терапевтического действия ИСС является катарсис – выход подавленных травматических переживаний во время ритуала.
Итак, ИСС возникают при примитивизации общественных отношений, когда разрушена иерархия (анархическая ситуация). Падение в изменённое состояние сознания социально обусловлено и по форме вхождения в «падение», и по содержанию. Это падение осуществляется в форме контакта с шаманом и сопровождается ритуальной музыкой.
Смысл падения – быстрое и мучительное взросление (инициация), в ходе которого возникает стресс. Это стресс быстрого взросления и облегчает ИСС (транс)
Падение осуществляют группой – возникает групповая сплочённость и совместный опыт переживания падения в ИСС.
В ходе падения испытывается наслаждение приобщения к новым знаниям (о мире и о себе), к новым состояниям и тайнам.
Падение в ИСС может быть связано с ощущением творческого подъёма (падение равно подъёму), вдохновения (особенно у художников, поэтов, учёных)
Музыкально организованное падение в ИСС напоминает театр. В ходе театрализованного ритуала-транса происходит катарсис – очищение страстей, травматических переживаний быстрого взросления подростка.
Во всём этом с лёгкостью узнаётся:
1. туризм, в котором осуществляется инициация, быстрое, катастрофическое взросление, связанное с острым стрессом;
2. рок-тусовки;
3. агрессивное рисование, связанное с ломкой привычных форм перспективы;
4. собственное сочинение агрессивной музыки и стихов и их исполнение (в роли шамана выступаешь ты сам);
5. образование и жизнь сверх-сплочённых «лидирующих групп-звёзд» (подростковых группировок) с отчётливо выраженным лидером (вождём-шаманом), который раньше всех испытывает катастрофическое взросление и стресс, первый переживает «падение-наслаждение» и ИСС, а затем ведёт к нему других (или рассказывает о нём другим);
6. театральные формы общения, околотеатральные тусовки, в том числе и театрализация жизни подростковой группировки.
Педагогическая альтернатива изменённым состояниям сознания (трансам):
1. Настоящий (нормальный) туризм. Туризм как спорт, как краеведение, как изучение истории и археологии, как овладение спортивным ориентированием. Туризм как проверка себя. Туризм Визбора-Высоцкого против тусовочного «туризма» – «туризма», направленного на катастрофическое взросление, слишком раннее приобщение к взрослым сообществам на равных и связанное с ним ощущение стресса (который и преодолевается с помощью ИСС).
2. Настоящие творческие встречи с учёными, серьёзными поэтами, философами – вместо тусовок с рок-«звёздами».
3. Нормальное рисование – с нелицеприятным обсуждением слабых рисунков, нормальная искусствоведческая критика, выставки, рецензии, деловые обсуждения картин, нормальная культурная атмосфера вокруг художников – вместо превращения художника в шамана, «священную корову», которого нельзя критиковать, которого можно только хвалить и называть Большим Талантом.
4. Нормальное музицирование совместно с большими музыкантами и под их руководством (или советуясь с ними), связанное с нелицеприятной музыковедческой критикой.
5. Демократизм – против фаворитизма, выделения «звёздных групп», поддерживания «принципа вождя» у подростков, склонных к авторитарному поведению по отношению к группе.
6. Самодеятельный театр – как альтернатива околотеатральных тусовок.
Психологическая альтернатива современным концепциям ИССО. В. Гордеева знает только два вида ИСС.
«Первый вид ИСС – высшие, культурно обусловленные ИСС. Культура обусловливает и иногда жёстко задаёт набор ИСС и способы вхождения в ИСС.
Второй вид ИСС – низшие, натуральные состояния сознания. Они случайны, хаотичны, характеризуются отсутствием структуры психической жизни и наступают из-за дезорганизации обычного состояния сознания.
Низшие ИСС связаны с отсутствием культурного и индивидуального опыта. В высших ИСС, даже если это состояние переживается впервые, опыт всегда есть – он обеспечен культурой».
Как нам кажется, при описании первого вида ИСС О. В. Гордеева не различает психологических орудий, связанных с приспособлением индивида к цивилизации и овладением своим поведением с помощью высших психических функций, направленных по преимуществу на цивилизационные механизмы поведения, и – психологических орудий, связанных с вхождением в культуру – в «мир впервые» (В. С. Библер).
Если при описании ситуаций овладения поведением при вхождении в цивилизацию и целесообразно говорить о ритуале инициации и связанной с ним травмой, стрессом и освобождающим трансом (ИСС), то при анализе творческого сознания, обретаемого человеком в ситуации построения культуры (в том различении и противопоставлении культуры и цивилизации, которое вводит В. С. Библер), категории ритуала, стресса и транса уже не работают. Здесь кажется необходимым, вслед за Выготским и Библером, говорить о внутренней речи как психологической основе построения произведений и об авторском произведении как форме вхождения в культуру (в «мир впервые»). Эти творческие формы построения сознания, характерные для «человека культуры» (в отличие от «человека цивилизации», «человека ритуала»,»человека тусовки» и пр.) коренным образом переопределяют само понимание ИСС, заставляют говорить уже не о стрессе и трансе – а о включении диалогического мышления в челнок «сознание-мышление-сознание»), в частности, мышления художника (см. рефлексии Петрова-Водкина).
Попытка обойтись без диалогического мышления, попытка оставаться лишь в плоскости мятущегося сознания художника, растущего «как трава» и не знающего теоретической «болтовни», неизбежно приводит к редукции культуры – к цивилизации, культурного диалогического (опирающегося на мышление) общения – к ритуально-тусовочной форме коммуникации. Человек культуры редуцируется до человека тусни, нуждающегося в трансе и ИСС, помощи алкоголя, лёгких наркотиков, агрессивного музицирования, агрессивного рисования и других цивилизационных «костылей» сознания – хищных вещей прошлого века.
О механизмах инициации хочется поспорить с Проппом, Леви-Строссом и другими специалистами. Считается, что ритуал инициации есть естественно-исторический механизм взросления людей. И в этом смысле – нормальный, прогрессивный процесс.
Я в своих работах последних лет («Живые и мёртвые» и др.) развиваю другую точку зрения. Мне кажется, что ритуал инициации есть глубоко антикультурный процесс, альтернатива нормальному взрослению – с сохранением ценностей предшествующего возраста. Ритуал инициации есть жестокий контрпродуктивный процесс. Ритуал инициации – это капитуляция общества перед трудностями взросления его членов.
Искусство, культура никогда не вырастает из ритуала инициации, а во все времена является его альтернативой. Фигура сказочника альтернативна фигуре инициатора. Трагический катарсис, возникающий, как приведение общества в сознание (античная трагедия), не вырастает из ритуального обряда очищения, а является альтернативой ему. Культура есть форма преодоления ритуальных форм жизни. Прежде всего – культура есть враг обряда инициации и обряда очищения. Там, где трагический катарсис примитивизируется и подменяется катарсисом ритуальным, там, где художественная форма (например, волшебная сказка) подменяется ритуалом инициации – там культура свёртывается и общество фашизируется. Наиболее яркий пример – деятельность Лени Рифеншталь в фильмах «Триумф воли» и ленте, посвящённой Олимпиаде, кино подменяется ритуалом, прямо и грубо вторгающимся в сознание зрителя и изменяющим это сознание. На этом построен и гитлерюгенд. Все культурные формы жизни молодёжи (литература, кино, театр, музыка, живопись, туризм, военная подготовка, спорт) подчиняются ритуалу инициации – катастрофическому взрослению, изменяющему сознание подростка.
Ещё один пример. Странный в художественном отношении и искажающий историю ссср фильм «Стиляги». Этот фильм, как мне кажется, не говорит правду о том времени, когда уже зарождалась «оттепель», когда в каждой школе, в каждом институте, в каждом театре зарождались культурные процессы, приведшие к образованию «Современника» и «Таганки», песням Галича, Высоцкого, Окуджавы, Визбора, клубов самодеятельной песни в Московском пединституте и не только, началу творчества братьев Стругацких, началу советской космонавтики и ядерной энергетики (Королёв-Гагарин-Курчатов), началу осмысления Великой Отечественной войны в поэзии и прозе (Коган, Кульчицкий, Слуцкий, Самойлов, Окуджава, Василь Быков, Бек и многие-многие другие), началу советской философии (фронтовики Ильенков, Арсеньев, Библер и многие другие переосмысливали наследие Гегеля, Маркса, Ленина, отдирали от него сталинские наслоения, создавали блистательные философские теории), к началу нового расцвета советской психологии (ученики Выготского, Рубинштейн и др.).
Всё это создавалось отнюдь не гламурно-ту-совочными сынками и дочками работников мида и детьми членов цк – «стилягами» (стиляг презирали все, и, прежде всего, стиляг презирала творческая интеллигенция). Сообщества молодёжи, в которых выросли Таганка и Современник, Высоцкий и Галич, Гагарин и герои фильма «Девять дней одного года» в фильме не показаны – их как бы не было. Они не нужны автору фильма.
Цель автора фильма – доказать, что продуктивной, творческой деятельности в культуре не бывает.
Цель «Стиляг» – доказать настоящей интеллигенции, что её нет, что есть только драйв, «падение-наслаждение», власть над людьми, выпендрёж под гитарку, агрессивное рисование, самореклама и секс (тоже не как секс-любовь, а как форма власти над другим человеком, форма унижения его). Презрение к настоящей культуре, науке, искусству и насаждение «своего», крайне примитивного мышления, мировоззрения, – речи.
Все мы люди. И псевдокультура драйва («падения-наслаждения»), псевдокультура «Стиляг» (не имеющих никакого отношения ни к джазу американскому, ни к джазу Леонида Утёсова, ни к песням тех замечательных музыкантов из совсем другой эпохи, которых режИССёр «Стиляг» заставил озвучивать сцены фильма), – вползает в наши души, травмирует всех нас, ломает и искривляет перспективу нашей жизни. На нас напрямую действуют новоявленные шаманы. Шаманы и шаманши взламывают наши души, навязывают нам желания, ищут в нас поддержки. Кто же не дрогнет? Кто не попадётся на крючок драйва? Так всё красиво. Молодо. Пахуче. Нежно. Эротично. Смело. Громко. Гитарка-панки-костры-атлеты-красотки. Драйв, драйв, драйв!!! Быстрее взрослеем! Быстрее осваиваем хищные вещи прошлого века!!! Громче, гитара! Агрессивнее, афиша! А кто не с нами – того заклюём!!! Собака лает! Перегрызём собаке горлянку! Караван, вперёд!!!
Куда? В никуда, в бездну бессмыслицы, потери себя, потери подлинного творчества, потери нормальных отношений со взрослыми-специалистами, в бездну анархического своеволия, раннего взросления, катастрофического отказа от детства.
Зачем?
Не спрашивай, занудная серость!!! Драйв самоценен! Караван, вперёд!!!
