Текст книги "Золотой шар"

Автор книги: Сергей Извольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Эй, Жирик, ты че, снимаешь? – удивился второй, разворачиваясь, – я увидел, как переступают ботинки по полу.

– Снимаю н-на, – подтвердил тот, и решетка кровати скрипнула прямо у моей головы.

– Я те че, актер порно, что ли? – удивился тот, который Вику держал.

– Эй, Купол, ну давай без порно пока н-на, – гундосно протянул Жирик, – давай, давай, раздень ее н-на! Дай я пофотаю хотя бы, такая цаца!

– Эй, шалашовка? – повернулся к Вике Купол. – Ты слышала, че те старший сказал?

Девушка не отреагировала – сжавшись в углу, она тихо сползала по стене, беззвучно рыдая в истерике.

– Не слышала, ц-ц-ц-ц-ц, – мелко поцокал Жирик, вставая с кровати, и быстрым шагом пошел к Вике.

Когда я чуть продвинулся вперед, подо мной неожиданно громко скрипнула половица. От этого звука у меня внутри все от страха узлом завязалось, но бандиты скрипа не услышали. Заняты были.

– Сюда смотри! – резко крикнул один из бандитов девушке. Поднять глаза Вика не смогла – лицо ее исказила гримаса страха, и, чуть подвывая, она еле сдерживалась, чтобы не зарыдать в голос. Уходя от взгляда наклонившегося бугая, девушка склонила голову, но сразу раздался сочный шлепок пощечины.

– В глаза смотри! – рявкнул один из бандитов и закатил Вике еще одну хлесткую оплеуху. По той же самой щеке, которая и после первого удара была ярко-красной. Девушка вскрикнула, голова ее дернулась от удара и бессильно опала вниз, ударившись о стену. Очень четко даже отсюда мне было видно, как к ее мокрому от слез лицу спутанной паутиной прилипли разметавшиеся волосы.

– Э, Купол, сфоткай меня н-на! – оттянул бугая за плечо и передал ему Жирик телефон, подходя к Вике. Одну руку он запустил в ее густые волосы, рванув за затылок и приподнимая, а во второй его руке, опущенной, я увидел обрез. Два ствола укороченного ружья покачивались на уровне щиколотки Жирика.

– Давай улыбнись н-на! – не обращая внимания на всхлипы, привлек к себе девушку он. – Улыбнись, я сказал! – Обрез дернулся, выходя из поля моего зрения, и раздался глухой стук удара. Будто колотушкой по столу кто приложил. Но стола рядом не было, как и колотушки.

Вика уже не выдержала, болезненно вскрикнула и разрыдалась в голос. Я зажмурился, сильнее сжимая в руке рукоять ножа.

– Улыбнись н-на! – Еще один глухой звук удара, сопровождаемый невольным возгласом боли.

– Ух ты, ни хрена себе! – послышался удивленный возглас: – Слышь, шалава, ты че краской зубы красила н-на? Вставь ей! – вдруг голос изменил тональность.

– Э-э, я тоже не хочу на телефон ее драть…

– Не, ствол ей вставь! – прервал обернувшегося Жирика второй. – Давай-давай, пусть ртом поработает!

– Идея н-на! – тут же обернулся Жирик и, дернув за волосы Вику, приставил дуло обреза ей к губам. – Рот открой!

Девушка вскрикнула только, но тут Жирик надавил, и мне показалось, что я даже скрежет эмали зубов услышал.

– Давай н-на! – с хорошо слышной в голосе дрожью возбуждения закричал бандит, и тут же раздался сдавленный кашель. – Работай, работай! – приговаривал урод, все надавливая на ружье.

Лицо Вики искривило гримасой боли, девушка сдавленно стонала и пыталась отпрянуть от Жирика, одной рукой ее за волосы державшего, а второй пытавшегося пропихнуть ствол ружья как можно глубже.

– Два ствола в рот брала когда-нибудь? – мерзко хмыкнул Купол, подходя ближе и наклоняясь, продолжая снимать. Телефон с работающей камерой он поднес едва ли не к самому лицу девушки.

18 июня, вечер

Морозова Алла, бывший пионерский лагерь «Орленок»

Все еще морщась, Алла согнулась в три погибели, боясь пошевелиться, чтобы резкая боль не вернулась. В тот момент, когда двое бандитов начали уже недвусмысленно приставать к Вике, она попробовала их остановить словом, но почти сразу же сильный удар отбросил ее к стене. После этого Алла, не в силах больше воспринимать происходящее, захватывая воздух как выброшенная на берег рыба, с минуту пыталась восстановить дыхание. А потом лежала, боясь шевельнуться и морщась от боли. Подняться даже на колени у нее не получалось – руки у всех пленных были связаны за спиной, и сил подняться после удара пока не хватало.

Никто из заложников ей не помог – все присутствующие в комнате жались по стенкам в испуге, стараясь не смотреть на своих охранников, двое из которых продолжали Вику донимать липкими комментариями. Сейчас один из них уже пустил в ход руки, и все пленники старательно отводили глаза в сторону. На лежащую Аллу, впрочем, которая была не в силах оторвать лицо от грязных досок, тоже никто старался не смотреть. А дальше всех забился Саша, который в первую ночь на базе отдыха по пьяни пытался ей в любви признаваться, а после все ходил следом несчастной отвергнутой тенью.

Алла, постепенно приходя в чувство, помогая себе ногами, передвинулась к стене и приняла сидячее положение. Дыхание понемногу восстановилось, и она уже воспринимала окружающий мир до такой степени, что услышала какие-то крики с улицы. Девушка напряглась, вслушиваясь, но криков больше слышно не было, зато хлестнуло грохотом выстрела.

Донимавшие Вику двое бандитов выбежали на улицу, и в домике остался только один охранник. Напряженный, он быстро подбежал к окну, но, глянув на улицу, сразу же расслабился и вернулся на свое место. Положив ружье на колени, бандит уселся в углу комнаты, лениво осматривая присутствующих.

Через несколько минут дверь открылась, и в помещение буквально зашвырнули приметного парня, которого Алла помнила, – неформал с пирсингом на лице и эксцентричной прической. Вот только почти все его украшения сейчас были сняты, да и рваные джинсы и футболку с вызывающим рисунком заменил костюм полувоенный, не такой, кстати, как у всей группы. Похожий был еще на том левом парне, которого по прибытии в Новосибирск к группе прицепили. Только вот того не видно нигде. «Может, сумел скрыться, помощь позовет?» – мелькнула отчаянной надеждой мысль.

Связав руки новому пленному, появившаяся троица и остававшийся охранник перекинулись парой фраз, отойдя в свой угол. Двое, посовещавшись и мерзко похрюкав смехом, подхватили под руки пытавшуюся было воспротивиться Вику, почти вынеся ее из комнаты. Чувствуя, как по щекам катятся бессильные слезы, Алла слышала с улицы сдавленные протесты девушки. Просить, чтобы Вику не трогали, она больше не пробовала – в животе до сих пор крутило памятью дикой боли от удара.

Оставшиеся двое, периодически оглядывая заложников, никто из которых по-прежнему не смел взгляд поднять, тихо и быстро о чем-то переговорили, после чего один бандит вдруг потянулся и полез за пазуху.

– Жека, дунем? – разворачивая пакет, спросил он.

Тот не ответил, только лишь оглянулся воровато. Первый бандит в это время достал еще и кусок фольги, расправил его и высыпал туда немного порошка бурого цвета.

Названный Жекой между тем достал зажигалку и поднес пламя к фольге снизу. Инициатор приема наркотиков был уже наготове – свернутой в трубочку купюрой он быстро и сноровисто вдыхал дым, поднимающийся от фольги. Вдохнув, бандит вдруг зажмурился и откинул голову назад, расслабляясь, негромко стукнувшись затылком в стену. Этот звук почти совпал с глухим звуком удара ногой – лежавший у стены тот самый неформал, в момент, когда первый бандит закрыл глаза, вдруг мягко поднялся, за несколько быстрых шагов пересек комнату и, зайдя со спины Жеке, с размаху ударил его промеж ног. Тот, взвизгнув сдавленно, кулем завалился на пол, а первый бандит, даже не успев как следует посмаковать приход от наркотика, открыл глаза на тревожные звуки. И тут же раздался живой хруст – шагнувший к нему Алексей вдруг рыбкой прыгнул вперед и головой боднул ошарашенного бандита, ломая ему нос.

Широко открыв глаза, Алла наблюдала, как следом неформал нанес еще несколько ударов ногой вдогонку падающему телу, а после шагнул вперед и резко опустил ногу сверху на шею сначала одному, потом второму. После раздавшегося треска, будто от сухой ветки в лесу, Аллу передернуло всем телом.

– Наркотики до добра не доводят, – негромко произнес Алексей и вдруг сел на пол, изогнулся, негромко ругаясь, а после напрягся и неожиданно извернулся, так что связанные руки оказались у него впереди. Быстро покрутив запястьями, растягивая намотанный скотч, он вскоре высвободил руки и, подобрав оружие одного из бандитов, часто оглядываясь на дверь, принялся торопливо освобождать остальных пленников.

Когда почти все были свободны, неожиданно, так что Алла вздрогнула, неподалеку грянул выстрел. Все замерли, даже Алексей, но, когда через несколько секунд затрещало автоматной очередью, он бросился к окну.

18 июня, вечер

Нилов Вадим, бывший пионерский лагерь «Орленок»

Вот он, момент, понимал я, пытаясь обуздать страх. Оба ко мне спиной и очень увлечены происходящим, склонившись над стонущей девушкой. Чуть приподнявшись на руках, буквально вынес тело в сторону и, упираясь кулаками в пол, поднялся на ноги. Несколько быстрых шагов – и я уже оказался рядом с бандитами.

Отведя руку с ножом назад, насколько можно, сделав последний скользящий шаг, схватил за ворот снимающего Купола, а в следующее мгновение ударил ножом ему в шею, под ухо. Лезвие в плоть вошло легко, будто в масло, – настолько сильным был удар, но тут же кончик ножа ткнулся в ключицу, и я сам дрогнул от ощущения удара железа в кость.

Сразу выдернул нож из раны, с омерзением почувствовав на руке горячий фонтан крови. Жирик, услышавший возню и сдавленный выдох, резко выдернул обрез изо рта Вики и уже разворачивался. Мелькнуло, моя рука сама рванулась вперед, и нож вонзился ему в бок. Вдруг раздался грохот, такой, что даже с потолка что-то сыпануло и уши напрочь заложило. Лишь только через несколько мгновений, не в силах остановиться и один за другим нанося удары ножом, я понял, что Жирик из обреза выстрелил.

«Из обреза выстрелил!» – эхом повторившись в сознании, моментально отрезвила меня вернувшаяся мысль, заставив оторваться от кромсания все еще дергавшегося в конвульсиях тела. Отпрыгнув от упавшего кулем бандита, глухо стукнувшегося лицом в пол, я развернулся к Вике. Она сейчас расширенными глазами смотрела на меня, лицо бледное как бумага, за исключением тех мест, где кровоподтеки наливаются. Из разбитой губы струйка алой крови стекала.

Вдруг позади резко рвануло, и будто часть стены исчезла. Это Паша, на эмоциях окно открывая, его вместе с рамой вытащил. Я тут же бросился к Вике и, схватив ее за руку, потянул за собой. Из окна мы просто выпали, и девушку подхватил Паша, а после мы все вместе бегом устремились в сторону рощи.

– Стоять! – донеслось с противоположной стороны. Но будто сквозь вату – в ушах все еще звенело немилосердно от недавнего грохота.

Мы останавливаться даже не подумали, и сразу нам вслед ударило автоматной очередью. Свистнуло совсем рядом, над головами, и я не выдержал, рухнул на землю как подкошенный. Паша не остановился, так и продолжал бежать, таща за собой Вику. Я, ощущая себя будто в толще воды, поражаясь тому, как медленно получается двигаться, попытался подняться, одновременно оглядываясь назад.

Снова мелькнула дульная вспышка на темном фоне одного из домиков, но тут же рванулась вверх, и автомат будто поперхнулся, замолкнув. Рядом просвистело, и я вновь машинально согнулся в три погибели, пытаясь от пуль спрятаться, вжавшись в землю. Кинув взгляд на Пашу, увидел, что он залег у одного из деревьев, прикрывая Вику. Сам же я чуть приподнялся, наблюдая. И подспудно ожидая новых выстрелов в нашу сторону.

У домиков темным росчерком мелькнула фигура, и кто-то быстро заглянул в то окно, из которого мы только что выпрыгнули.

– Вадик! – раздался негромкий голос через несколько секунд.

– Лёха? – удивился я, чуть привстав.

– Лёха, Лёха, – появился тот рядом, будто из воздуха материализовавшись, – все живы? Никого не зацепило?

Не отвечая, я поднялся и подбежал к Паше и Вике. Здоровяк тоже встал, настороженно осматриваясь, а девушка сидела, прижавшись спиной к дереву, и беззвучно плакала, поджав колени.

– В порядке? – наклонился я к ней, и Вика, не смотря на меня, мелко и часто закивала. – Не зацепило, – развернулся я к Лехе.

– Здесь ждите, – быстро произнес Велик и показал на домики, – сейчас остальных выведу, уходить надо. Их пятеро было, сейчас остальные должны подойти.

Сказал и легко побежал в сторону домиков. Только сейчас я заметил в его руке пистолет.

– Все хорошо, не плачь, – быстро присел я рядом с Викой, легонько погладив ее по щеке, – теперь все хорошо будет. – Хотел приобнять ее, потянулся правой рукой, но только тут вспомнил, что она вся в крови. – Сейчас, подожди минутку, – еще раз успокаивающе провел рукой по плечу девушки. – Паша, пять сек, посмотри! – Глянув на здоровяка, я поднялся и побежал в сторону домиков. С ходу запрыгнул в окно, которое Паша вместе с рамой выдернул, и подошел к бандитам. Получивший удар в шею Купол лежал ничком, в неестественной позе, под его головой растеклась огромная и липкая на вид лужа густой крови. Жирик лежал на боку, рядом с ним валялся переломленный обрез ружья.

– Ай!!! – от неожиданности выдохнул я, когда столкнулся с бандитом взглядом. Он был еще жив – ничего себе, я ему раз пять точно нож в бок воткнул. При мысли об этом у меня противно потянуло руку по кончикам пальцев до самого плеча воспоминанием от скрежета клинка по ребрам.

Подойдя к еще живому бандиту, я без затей ударил его ногой в лицо, отбросив немного. Не от недостатка гуманизма, боязно просто – а ну как кинется сейчас на меня?

Жирик откатился, и по полу вдруг как горохом сыпануло – из его кармана по полу покатились бочкообразные ружейные патроны. Пластиковые, самых разных цветов – синие, красные, черные и даже прозрачные. Штук двадцать навскидку.

Я поднял переломленный обрез, и тот неожиданно разделился на две части – ствол и приклад, каждая из которых болталась на ремне. Попытался их соединить – не получилось. Недолго думая, собрал по карманам все патроны, схватил болтающиеся на ремне части ружья в охапку и выскочил на улицу. Задержался лишь на мгновение – захватил с собой еще и полупустую упаковку с минералкой.

Тут же справа мелькнуло, и, увидев направленное на меня оружие, я почувствовал, как в животе все вниз ухнуло моментом. Но это был Лёха – он почти сразу опустил пистолет и обернулся к веренице подгоняемых им людей. За спиной Велика, кстати, уже автомат висел.

– Давайте, давайте, – замахал Лёха руками, – шевелитесь!

– Сваливаем отсюда? – подбежал я к нему.

– Да, сейчас сюда еще должны подойти, – кивнул Велик и вдруг кинул в меня моим рюкзаком. – Чуть ли не с минуты на минуту, я слышал, они это обсуждали. Быстрей! Быстрей …ть! – вдруг рявкнул он на нескольких отставших, которые только к общей группе подходили.

Закинув рюкзак на плечо, я подбежал к Вике. Она уже стояла на ногах, а рядом с ней находилась золотоволосая девушка с черными бровями. Как ее зовут, не вспомнить. А, Алла ее зовут, точно.

– В порядке? – задал я глупый вопрос Вике.

Та лишь скривилась, но после кивнула, сморщившись и трогая губы. Больно ей наверняка сейчас сильно, хорошо хоть все зубы на месте. Наверное.

– Пойдем-пойдем, – негромко проговорил я и, приобняв девушку, повел ее в ту сторону, куда Лёха суетливо всех направлял. Ага, в ту сторону, куда мы с Русланом утром уходили. С покойным нынче Русланом.

– Темпо, темпо! – вдруг услышал я сдавленный голос Лёхи и уже сам услышал звук моторов неподалеку. – Ну быстрей, инвалиды!

– Что? – не расслышал я вопрос, заданный тихим голосом.

– Ты откуда взялся? – переспросила меня Вика, морщась от каждого шага.

Нестройная колонна в это время уже втянулась в лес, и мы шагали среди серого марева, в котором сумерки уже вот-вот были готовы ночной теменью смениться.

Я выдохнул, хмыкнув. Ну вот откуда я взялся? Стыдно сказать даже.

– Да вот, – пожал я плечами, не поясняя. Не говорить же, что из-под кровати вылез.

– Вовремя, – снова болезненно поморщилась Вика и вдруг сплюнула кровью. – Спасибо, – добавила она и тягуче сплюнула еще раз.

Отвечать я ничего не стал, лишь только сжал немного плечо девушки ободряюще. Позади послышалось размеренное сиплое дыхание и грузные шаги. Ясно, Паша догнал. Недолго думая, всучил ему те несколько бутылок воды, которые с собой нес, – мне и так болтающиеся части обреза мешали сильно. Вскоре, минут после пятнадцати ходьбы, шли уже не гурьбой, а цепочкой друг за другом, лишь только Велик курсировал вдоль бредущих в неизвестность людей, периодически ободряя, а изредка и подгоняя.

В ночном лесу плечом к плечу идти было неудобно, поэтому я пропустил немного пришедшую в себя Вику вперед, шагая следом за ней. Она же, в свою очередь, шла за Аллой, чья светленькая головка была хорошо видна в темноте.

Двигаясь таким образом, снял с плеча ремень с частями обреза и пытался его соединить. Не получалось. Вроде нащупал небольшую железку, которая должна была в специальный паз заходить, но ствол с прикладом совмещаться категорически не хотел. Минут через десять мороки я уже матерился вполголоса, пытаясь унять раздражение. Хорошо мимо Велик как раз проходил – увидев, что я что-то держу перед собой, он подошел, понял причину моих мучений и, взяв у меня обрез, быстро соединил обе части, отдав мне ружье.

– А как? – невольно вырвалось у меня.

– После покажу, – махнул рукой Лёха и тут же усвистал в конец колонны. Оттуда почти сразу раздались утомленные голоса, и после Велик снова пробежался вдоль вереницы людей, сообщая всем, что сейчас будет привал.

Действительно, стоило нам только выйти на небольшую полянку, как Лёха скомандовал остановку. Многие, как я заметил, повалились на землю там, где стояли. «Это что за физподготовка?» – мелькнула у меня мысль. Всего около часа прошли в приличном темпе, а кто-то уже с ног валится. Тут я, кстати, похвалил себя за сообразительность – не зря воду взял, очень она кстати оказалась.

– Итак, господа, внимание! – заговорил Лёха, отойдя на несколько шагов от остальной группы. – Как вы догадались, мы только что вырвались из плена организованной бандгруппы, желавшей взять нас в заложники. Но расслаблять булки рано – вполне возможно, бандиты сейчас идут по нашим следам, поэтому разлеживаться сейчас не будем – десять минут перекур и снова встаем. Примерный план, чтобы вы понимали, – сейчас удалиться как можно дальше от места лагеря, чтобы нас не обнаружили. А завтра днем мы по-любому встретим ооновский патруль и сразу же попадем обратно в цивилизацию. Это всем ясно? Прекрасно, – кивнул Велик, когда ни одного вопроса не послышалось. – Можете покурить, через десять минут двигаемся дальше, – добавил он и, поправив на плече ремень автомата, шагнул в нашу сторону.

Странный он парень, кстати, глянул я на него исподлобья, помогая Вике усесться у дерева. Вроде неформал какой-то, иногда поражающий нестандартным ходом своих мыслей, а с оружием сноровисто обращается. Но спрашивать его об этом я пока не стал – успеется. Когда в безопасности окажемся.

– Лёха, как ты его соединил? – протянул я обрез ему сразу же, как только он подошел.

Велик взял у меня ружье и показал рычажок сверху, идущий параллельно стволу прямо у основания приклада.

– Вот так нажимаешь и переламываешь, – показал он, – а чтобы вернуть в исходное, опять нажимаешь.

– Блин, – покачал я головой, кляня себя за недогадливость.

Поиграв немного с обрезом, понял принцип действия – ружье было курковое, с двумя спусками. Вычурное, кстати, до того как стволы наполовину спилили, – длинный изящный приклад, темный металл с причудливой вязью. Но даже и сейчас остатки шарма сохранились.

– Патроны есть? – поинтересовался Лёха, который не присел – так и стоял рядом, настороженно осматриваясь по сторонам.

– Да, набрал немного, – кивнул я, зарядив ружье и положив его рядом.

– Алексей, – раздался рядом негромкий голос. Я присмотрелся – дружище мой с капитанской бородкой подошел. На груди его, кстати едва ли не у единственного в группе, беджик все еще висел. «Анатолий Борисович Гашников, блогер-путешественник». Кроме беджика, у блогера-путешественника еще и ружье за плечом висело. То самое, которое до этого у Руслана было и которое после с его тела бандит забрал. – Алексей, я, как руководитель группы, считаю, что нам надо обсудить сложившееся…

– Обязательно, – кивнул Велик, – но потом. Эгей, господа! – негромко произнес он, оборачиваясь и осматривая расположившихся на отдых блогеров. – Поднимаемся – время.

– Алексей, вы меня слышали? – не унимался путешественник.

– Конечно, слышал, – кивнул Велик, – я же не глухой. Сказал же, обязательно это с тобой обсудим, но потом.

– С вами! – нахмурился Гашников. – И вообще, меня зовут Анатолий Борисович, и я, помнится, неоднократно об этом говорил.

– Прелестно, – хлопнул его по плечу Лёха, – погнали уже.

Недовольный руководитель группы еще что-то бухтел, но Велик уже внимания не обращал.

Когда поднимался, поморщился – усталость давала о себе знать. И так целый день пешим порядком сколько километров накрутили, не говоря уже о тех спринтах, когда от ооновцев уходили, еще и сколько пройти предстоит. Но виду не показывал – рядом Вика была, которой хуже наверняка, да и субтильная девушка Алла. А парня, кстати, который на нее преданным взглядом все смотрел не так давно, рядом не видно отчего-то. Мельком заметил его пару раз, но близко он не подходил. Отшила, наконец?

С ахами и охами, перемежаемыми негромкими ругательствами, наша группа снова пошагала вперед. Но, к всеобщему облегчению, лес вскоре закончился, и мы пошли по полю, а там и вовсе на дорогу вышли. Когда прошли еще километра три, Лёха повел всех правее от дороги.

По ощущениям, мы были уже неподалеку от Зоны, и я догадывался, куда нас Лёха ведет, – сядем неподалеку от периметра и будем патрулей ждать. А в сторону он забирает, чтобы случайно на бандитов не нарваться. Странно, кстати, – почему они Руслана убили, а Леху в живых бандит оставил, когда тот подтвердил, что турист?

– Давайте, мальчишки и девчонки, – раздался вдруг голос Велика, – еще немного совсем – и можно будет лечь и расслабиться!

Будто заряд бодрости слова вдохнули – ускорившая шаг наша вереница свернула с накатанной дороги, и, взбодрившись, все пошагали по высокой траве. Неожиданно я почувствовал себя неуютно на мгновение, будто в невесомости. Не понимая, в чем дело, чуть приостановился, и снова меня догнало это ощущение – словно земля под ногами слегка вибрирует. Судя по тому, что многие сбавили шаг, не я один обратил на это внимание.

– Это что за фигня? – пробормотал негромко, но больше ничего странного не происходило.

Миновав один из холмов, поднялись на следующий. Здесь, на пологой вершине, расположился покосившийся домик, рядом возвышалась металлическая антенна.

– Приметное место, – кивнул мне оказавшийся рядом Лёха, – вон видишь, следы накатаны? Патрули сюда часто заезжают, по ходу.

Сам домик, судя по всему, оказался давно брошенной метеостанцией. Рядом началась некоторая суета – коммандос в песчаном камуфляже, державшийся тихо всю дорогу, полез внутрь разведывать, несколько человек подошли следом к двери.

Хорошо, тепло на улице и от земли холодом не тянет. В домик мы не полезли – поманив Вику за собой, я повел ее за угол. Расстелив на земле туристический коврик, достал спальник, устраивая спальное место, рядом копался Паша. В заброшенном домике слышалась многоголосая беседа, периодически раздавались возбужденные голоса, но я не вслушивался. Все тело тянуло усталостью, хотелось завалиться прямо на мягкую траву и поспать.

Все молчали – ни Паша, сидевший у стены домика, привалившись к ней, ни Вика, устраивающаяся в моем спальнике, ничего не говорили. Да и я желанием побеседовать не горел – слишком уж ярко в памяти стояли картины произошедшего недавно. Особенно то, как нож безостановочно в живое тело втыкал.

– Вадик! – Словно из ниоткуда передо мной Лёха материализовался.

– А? – дернул я подбородком вопросительно.

– Я сейчас на том холме, который ближе к дороге, засяду, – произнес Велик негромко, – ты здесь посматривай. Хотя я Толика зарядил, но ты тоже приглядывай.

– Толика? – не понял я.

– Анатолия Борисовича, – хмыкнул Велик в ответ и поднялся, – ладно, пошел я.

– Лёха, погоди, – дернулся я за ним следом, – постой. Слушай, а ты… – замялся я, когда он обернулся, – а ты… кто вообще?

– Я? – широко улыбнулся он, сверкнув в темноте улыбкой: – Я Лёха.

Кхм, ну да. Какой вопрос, такой ответ – поморщился я, устраиваясь рядом с Викой. Но Велика потом еще расспрошу – очень уж он стал вести себя нетипично для себя такого, каким я его знал. Да и бандитов он там вырубил в домике, причем со связанными руками, как Алла недавно обмолвилась.

В голове царил сумбур, и, даже когда присел, прислонившись спиной к стене, расслабиться не получалось – весь в мысли был погружен. Почувствовав прикосновение к руке, вздрогнул и едва в воздух не взвился от неожиданности. Но хорошо, сдержался – скосив взгляд вниз, увидел, что это просто Вика мою руку своей накрыла.

– Иди сюда, – позвала она, чуть приподнимая край незастегнутого спальника.

– Не, – шепнул я, покачав головой, приподняв лежащий рядом обрез, – мало ли что. Вдруг… ну сама понимаешь.

Вика понимала – прикрыла глаза немного, что кивок заменило. Я к ней придвинулся почти вплотную, легонько по плечам поглаживая.

– Мне так страшно было, – совсем тихо произнесла она, – уже думала, что все.

– Мне тоже страшно было, – поежился я, вспоминая как под кроватью лежал.

– Это кто был, как ты думаешь? – неожиданно спросила она.

– Как кто? – удивился я, и пожал плечами. – Бандиты какие-то.

– Нет, понятно, что бандиты, – даже приподнялась на локте Вика, – но что им нужно было?

«Действительно, а что им нужно было?» – спросил я сам себя. Но не то что четкого ответа дать не смог, а даже и предположить не получалось, о чем Вике и сказал.

– Они сопровождающих застрелили, а нас не тронули, – уголок рта у девушки дрогнул, когда она это сказала, видно, снова в воспоминаниях те моменты пережила.

– Расскажи, что произошло, – попросил я Вику – сам-то не знал, что случилось, я видел только, как Руслана незнакомец убил.

Девушка в паре слов рассказала о том, что произошло, когда группа в лагерь вернулась.

– А… афигеть, – вовремя исправился, чтобы что покрепче не ввернуть. – Значит, двоих водителей, двоих сталкеров и гида за здорово живешь они убили, без особых душевных терзаний, – негромко протянул я, озвучивая мысли вслух, – а возможно, и еще одного человека, если третьего водителя вспоминать, который со сломанной машиной остался…

– Не со сломанной, – покачала головой Вика и добавила, когда на мой вопросительный взгляд натолкнулась, – она типа сломалась, чтобы вы с Лёхой на экскурсию не поехали.

– Ничего себе, – неприятно поразился я, – ты откуда знаешь?

– Мне водитель сказал в машине, на которой мы возвращались, – поморщилась Вика, еще больше приподнимаясь.

Я придвинулся уже вплотную к ней и приобнял за плечи.

– И кто это замутил?

– Этот, – после короткой паузы глянула на меня Вика, – гид, Валера.

– Во мудак, а, – беззлобно произнес я.

Некоторое время посидели с ней в молчании, просто обнимаясь. Разговоры за хлипкой стенкой домика вроде утихли – кто там спать залег, кто на улицу вышел, прямо в траве завалился. Как хорошо, что дождя не было и не предвидится.

Постепенно Вику сморил сон, да и я клевал носом. Паша, сидящий неподалеку, уже откровенно храпел, пришлось его даже пихнуть пару раз. Прикладом ему в плечо тыкал, чтобы не вставать и Вику не тревожить. На некоторое время помогало, а потом я заснул. И даже совсем не парился по поводу приглядывать за бородатым Толиком – формальный глава группы бдил, расхаживая вокруг домика с дробовиком наперевес. Ну и пусть бдит, решил я, уже проваливаясь в сон.

19 июня, очень раннее утро

Нилов Вадим, территория близ Зоны Посещения

Что-то было неправильно вокруг. Даже не открывая глаз, я это почувствовал.

Проснулся только что, но, еще не вынырнув из состояния полудремы, пытался ухватить и понять, что же за отголоски странных ощущений меня разбудили. Такое чувство, что на центрифуге прокрутили, только вот тошнота к горлу не подкатывает.

– Эй, а это что за хрень? – раздался громкий голос из домика, хорошо слышимый даже через стену.

– Э-э! Эй!!! Что за… – Взвизгнув паническими нотками, голос прервался.

Я быстро, но аккуратно поднялся, так чтобы Вику не потревожить. Но девушка уже сама проснулась, ошалевшими со сна глазами глянув на меня. Кивнув ей успокаивающе, я заметил, что сквозь загар на ее скуле четко виден наливающийся фиолетовым синяк и несколько кровоподтеков рядом.

– Ааа!!! – вдруг раздался чей-то нечеловеческий крик, и следом почти сразу же в домике все взорвалось истошным визгом.

Совершенно не понял как, но я уже подбежал к двери с ружьем в руках. Когда его схватить успел только? И тут же отшатнулся, едва не откинутый в сторону, – из проема будто пробка из бутылки вылетели несколько человек. Летевший первым коммандос на пороге споткнулся, а еще двое выбежавшие за ним покатились по земле. Кричали не они – кричал кто-то внутри. Истошно кричал, будто его живьем сжигали. Хотя и один из тех, кто выбрался из домика, тоже подвывать начал, покатившись по земле.

Я заглянул внутрь и едва не отпрянул от неожиданности. Открывшееся зрелище поражало своей нереальностью – полутемное помещение было будто подсвечено снизу зеленоватым мерцанием дыма, клубящегося в местами просевших досках перекрытий пола. Пугающий свет был будто разлит по полу причудливым узором и на первый взгляд казался не особо опасным. Но лишь на первый взгляд – в комнате лежало несколько обездвиженных фигур, а еще кто-то катался в дальнем углу, не переставая выть на одной ноте.

Я коротко оглянулся – кричали по-прежнему и позади меня. Двое, в том числе и бородатый «капитан» Толик, склонились опасливо над парнем, который держался за ногу и голосил бессвязно от боли. Кто-то, отбежав, смотрел на дом издалека в ужасе, кто-то, наоборот, подходил ближе ко мне.

– Не подходи! – крикнул я, столкнувшись взглядом с Викой, которая уже рядом была. Увидев, что девушка кивнула и остановилась, я снова развернулся в сторону дверного проема.

– Помогите! – Теперь явственно крик раздался – нечеловеческий вой внутри еще не стих, но уже захлебывался – лежащий на полу парень заходился в судорогах. И… пытался скрыться от облизывающего его зеленоватого холодного пламени.

То, что холодного, сомнений не вызывало – я почему-то знал это, всматриваясь в мерцание зеленоватых язычков, поднимающихся сквозь щели в рассохшихся и гнилых досках. Подвала у дома не было, но доски пола были настелены на несколько балок, в промежутке между которыми и плескалось на глубине студенистое пламя.