Текст книги "Операция «Карибская рыбалка»"

Автор книги: Сергей Зверев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 18

Борт американского гидроплана, территориальные воды Кубы

Пилот выглядел неважно. Он стер с лица кровь, но это не особенно помогло принять обычный вид. Мохаммед хотел было даже переодеть в его одежду одного из своих людей. Но приплывший из ниоткуда кубинец, критически оглядев его с головы до пяток, удовлетворенно хмыкнул и заявил, что так даже правдоподобнее – самолет ведь потерпел аварийную посадку. И пилоту пришлось теперь стоять на поплавке гидроплана. Нестерпимо болели сломанные ребра, мешая нормальному дыханию. В спину упирался жесткий и холодный ствол пистолета, который держал Мохаммед, переодетый в форму американского морского пехотинца. Сам Хуан скрылся в кабине пилотов вместе с пожилым арабом, который должен был за ним присматривать.

Запустив двигатели, он направил гидроплан в сторону русского сухогруза. Послушно швыряя лопастями потоки воздуха, самолет неуклюже закивал носом и заскользил поплавками по волнам. Развалившись в кресле первого пилота, кубинец опустил солнцезащитные шторки, чтобы русские не смогли разглядеть его в бинокль и узнать. Араб расположился в другом кресле с пистолетом в руках. Меняя обороты двигателей, Хуан подкорректировал курс самолета и мельком глянул на рацию. Маленькая коробочка в который раз за день ожила и по-английски опять запрашивала экипаж гидроплана. Заметив его взгляд, араб прищурился, его и без того морщинистое лицо стало похожим на переспелое яблоко. Он приподнял пистолет и направил его в сторону кубинца.

– Не вздумай ответить!

Послушно пожав плечами, Хуан поднял перед собой раскрытые ладони, словно отталкивая назойливую рацию. Не дождавшись ответа, коробочка умолкла. Но почти тут же пронзительно пискнула и уже по-испански, знакомым Хуану голосом Родригеса произнесла:

– Раненая птица, ответь Дельфину! Как идет рыбалка, малыш?

Услышав что-то новое на незнакомом ему языке, араб напрягся.

– Что сказал этот неверный?

Хуан сделал испуганные глаза и нервно сглотнул слюну, на араба это подействовало – он тоже забеспокоился.

– Кубинцы сказали, что если мы сейчас не ответим, то самолет немедленно уничтожат! Они не шутят!

Араб суетливо оглянулся на дверь. Доложить командиру он не мог, тот стоял вместе с пилотом на поплавке гидроплана, а самолет уже подходил к судну. И больше не отвечать на запросы было опасно. Кубинцам ведь до лампочки, есть у них заложники или нет, самолет-то американский! Поколебавшись, он дернул стволом по направлению к рации.

– Ответь ему!

Хуан с наигранным испугом схватил микрофон и нажал кнопку передачи:

– Дельфин! Это Птичка! Рыбалка идет успешно, скоро поймаем самую большую рыбу!

– Удачи, Птичка!

Рация снова выключилась. Араб по-прежнему с испугом смотрел на кубинца. Тот театрально вытер пот со лба и расслабленно плюхнулся обратно в кресло.

– Я сказал им, что у нас все в порядке и что мы выйдем на связь позже, – сказал он первое, что пришло в голову. – Так мы сможем выиграть время.

Выглянув сквозь щели в шторке, он вырубил двигатели. Гидроплан по инерции продолжал двигаться к накренившемуся сухогрузу.

Болезненный тычок пистолетом под лопатку заставил пилота выполнить требование стоявшего позади араба. Превозмогая боль в ребрах, он стал махать рукой. Кричать было еще больнее, но пришлось делать и это.

– Я офицер береговой охраны Соединенных Штатов! Мы терпим бедствие! У нас есть раненые! Разрешите подняться на борт!

На судне их уже заметили. Подхватив автоматы, Полундра и капитан подошли к фальшборту. Посоветовав Мишину укрыться за металлическим ящиком, Сергей приготовил оружие к стрельбе и опустил автомат к поясу. С приближающегося самолета было видно только верхнюю часть туловища, и человек этот казался безоружным. А поднять автомат и открыть огонь, в случае чего, займет доли секунды. Гидроплан, который держал курс явно в их сторону, судя по бортовым знакам, принадлежал береговой охране США. Оригинальный способ передвижения для летательного аппарата – ползком по открытому морю! На его поплавке, теперь уже хорошо различимые, стояли двое американцев. Пилот в комбинезоне и морской пехотинец в темно-зеленом тропическом камуфляже. Полундра решил подпустить их поближе, чтобы лучше рассмотреть.

Вот самолет заглушил двигатели, и стали слышны оклики американцев. Пилот кричит, что они терпят бедствие. Это, конечно, многое объясняет: и потрепанный вид махавших руками людей, и неуклюжее движение крылатой машины. Странно только, что к ним на помощь не пришел катер береговой охраны, маячивший на горизонте, то появляющийся, то пропадающий из вида. Но над этим некогда задумываться. На гидроплане была рация – вот что важно! Можно выйти на связь с посольством. Это был шанс.

– На борт подниметесь вы один, – начал переговоры Полундра, обращаясь к пилоту. Червячок сомнения зародился-таки в его душе. Что-то странное было в поведении летчика. Может, при аварии пострадал сильно?

Мохаммед пристально рассматривал палубу сухогруза, отмечая в уме возможные огневые точки противника. Отпускать пленного янки к русским он, естественно, не собирался. Ткнув для убедительности еще раз в спину, он зашипел ему на ухо, не разжимая губ:

– Скажи, если им нужна рация, пусть спускаются сюда.

Летчик поморщился от боли, осторожно набрал в легкие воздуха и, стараясь беречь поврежденную грудную клетку, обратился к Полундре:

– У вас сломалась рация? Вы не отвечали на наши запросы! Если вам нужна связь, спускайтесь сюда!

Мишин, до этого внимательно слушавший переговоры, пригнувшись, перебежал поближе к Сергею. Присев на корточки, он прислонился спиной к фальшборту, сжимая в руках «АКС». Ткнув Полундру коленом, чтобы привлечь внимание, он горячо зашептал:

– У них есть рация! Давай я пойду туда и свяжусь с нашими в Гаване!

– А если это ловушка? – так же шепотом, не шевеля губами, спросил Полундра.

– Маловероятно, это же американский самолет! Даже если это так – все равно надо попытаться! Другой возможности может не подвернуться. Сам же говорил, что скоро будут кубинские гости!

– А почему ты?

– По кочану! Если пойдешь ты, то кто останется охранять груз? Я сроду в руках этой штуки не держал, – он потряс автоматом.

Сергей колебался. Отпускать Мишина одного неизвестно куда было опасно. Но и оставлять капитана на палубе, учитывая его невысокий, прямо скажем, боевой потенциал, – не менее рискованно.

– Нечего тут думать! – снова пихнул его в колено Мишин. – Хоть какой-нибудь от меня прок будет!

– Хорошо! Сейчас мы к вам спустимся! – крикнул пилоту Сергей и не торопясь скрылся из вида.

Закряхтели шлюпбалки, спуская на воду надувную лодку. Шлепнувшись на воду, она закачалась и попыталась самостоятельно отплыть, но натянувшийся фалинь не дал ей такой возможности. Путаясь в веревочном трапе, в лодку спустился капитан российского судна. Заводить двигатель он не стал и направился к самолету, по-молодецки налегая на пластиковые весла. Расстояние было небольшим, ветра почти не было, поэтому лодка довольно быстро добралась до самолета.

Не сводя глаз с приоткрытого входного люка гидроплана, Полундра держал палец на спусковом крючке. Что-то ему подсказывало, что затея эта не самая лучшая. Но теперь уже поздно было что-либо менять. Он пронаблюдал, как американский морской пехотинец помог капитану пришвартоваться и перейти на поплавок, и все вместе они скрылись в кабине. Что происходит там, Сергею разглядеть уже было не под силу, – мало того что стекла отсвечивали яркими солнечными бликами, так они еще и были закрыты изнутри теневыми шторками.

Пройдя, пригнувшись, через низкий входной люк, капитан очутился в тесной кабине пилотов. Слева сидел человек в темно-синем гидрокостюме, состоящем из тонких резиновых шорт и рубашки с короткими рукавами. Рядом с ним, на месте второго пилота, находился не менее странный тип. Мишин еще никогда не видел, чтобы американскими самолетами управлял давно не бритый араб преклонного возраста, одетый в мешковато сидящий, явно не по росту, летный комбинезон. Человек слева обернулся, радушно улыбаясь:

– Рад снова видеть вас, кэп, – произнес он на чистом русском языке.

Капитан не без труда узнал в этом моложавом подтянутом парне сутулого болезненного помощника лоцмана. Видя, что произвел на Мишина должный эффект, тот улыбнулся еще шире.

– Вы хотели выйти в эфир? Выйдете. Только скажете то, что я вам прикажу.

Глава 19

Корабль береговой охраны США

В аквариуме из прозрачного пластика, стоявшем в кают-компании, мелькали хищные тени небольших зубастых рыбок. Эдвард Ларнер с умилением погладил гладкую стенку тыльной стороной пальцев. Рыбки испуганно шарахнулись в разные стороны.

– Ну что же вы, глупенькие, – бормотал он себе под нос. – Я же вас специально на прогулку вывез, чтобы море увидели! А вы боитесь! Ах вы, мои маленькие, проголодались, да? Сейчас дядюшка Эд вас накормит, погодите.

В его руках появилась тушка морского окуня, специально предназначенная для кормежки. Стоило ей опуститься в воду, как она тут же была атакована маленькими хищниками. Выдирая клочья мяса острыми зубами, они проглатывали их и снова набрасывались на свою добычу. Скоро от тушки остались одни лохмотья. Не наевшиеся рыбешки, раззадоренные внезапно закончившимся пиром, стали безжалостно набрасываться друг на друга.

– Вот так-то, мои хорошие! – ласково улыбнулся Ларнер и отправился из каюты наверх, где его ждали доктор Бэнкс и Диего Родригес.

Те и сами лишь недавно вышли на палубу катера. Доктор, как всегда, занялся своими «учениками». А Родригес стал любоваться морем, время от времени прикладывая к глазам бинокль.

В бассейне, стоявшем на юте, разыгрались дельфины. Они устали от долгого нахождения в замкнутом резиновом кольце. Их сильные и ловкие тела требовали простора и свободы. А как только они увидели рядом с бассейном своего обожаемого доктора Бэнкса, их нетерпению и вовсе не стало предела. Шумно расплескивая воду, они кругами носились по бассейну. То и дело выскакивали из воды почти целиком, опирались на бортик своим светлым брюхом, рискуя вывалиться на палубу, и верещали на своем дельфиньем языке.

Бэнкс уже покормил их и теперь просто играл со своими подопечными. Транквилизаторы, которыми он успокаивал дельфинов на время пути, уже закончили свое действие. Новой дозы он не давал, так как в любой момент могли понадобиться их услуги. По словам Ларнера, недалек был тот час, когда результаты нелегких трудов доктора Бэнкса и других ученых наконец принесут реальную пользу государству. Но от этого не было легче.

Поглаживая лоснящиеся на солнце бока животных, он с тайной грустью заглядывал в умные глаза, словно прося прощения за людскую жестокость. Ведь послушным Тому и Джерри никто не рассказал, какая опасность ждала их при исполнении воли хозяев. А ничего не подозревающие дельфины искренне радовались общению. Раскрывая длинные пасти, усыпанные острыми ровными зубами, они звонко свистели и трещали, словно напоминая о своем желании поскорее оказаться на свободе.

Родригес, напротив, находился в прекрасном настроении. Десять минут назад он закончил сеанс связи со своим лучшим агентом – Суаресом. Судя по всему, тому пока удается действовать согласно их общему плану. Он благополучно добрался до дрейфующего гидроплана. Добрался незамеченным, так как специально для этого Диего приготовил ему акваланг. Удалось ему и остаться в живых, забравшись на захваченный террористами самолет. Как уж он там договаривался с арабскими экстремистами – оставалось только догадываться, но, видимо, уболтал их и теперь направлялся прямиком к русскому сухогрузу.

Диего с наслаждением вдыхал морской ветерок, держась за край фальшборта. Это ему нравилось больше всего – быть в центре событий, но не особенно светиться самому. Не в том возрасте уже находился глава кубинского отдела ЦРУ. Свое этой службе он отдал сполна. Потому теперь заслуженно мог наблюдать за работой более молодых. Была у него, конечно, возможность полностью отойти от оперативной деятельности. Стать, к примеру, инструктором или читать лекции начинающим агентам. Но годы, проведенные в напряженной борьбе за выживание, оставили неизгладимый след в самой его сущности. Привычка ходить по острию лезвия, действовать на грани фола не отпускала.

Он даже пробовал вообще отойти от дел, для чего уезжал в отпуск, учился серфингу, катался на горных лыжах. Но ничего не могло заменить того волнующего чувства, которое возникало, когда он один держал под контролем ситуацию и мог полностью доверять только себе. Именно по этой причине он сейчас не попивал чаек в Вашингтоне, а находился здесь, на борту американского военного корабля, служившего мобильным штабом совместной операции. Ветерок трепал его ядовито-желтую футболку с широким горлом. Он любил надевать свободную одежду, хотя с его комплекцией подобрать ее было нелегко. Зато удавалось скрыть неизбежные признаки возраста в виде все больше и больше выделяющегося брюшка.

И, что было для него еще более важным, появлялась возможность прятать его любимый и неизменный пистолет «вальтер ППК». Это был его старый друг. Вместе они прошли огонь и воду. Таким пользовался даже суперагент всех времен и народов Джеймс Бонд, хотя в последних своих похождениях он и поменял его на более современную модель. А Диего не изменил своему верному товарищу. И сейчас он с непременным удовлетворением чувствовал на поясе небольшую кожаную кобуру. И это чувство магическим образом действовало на него как мощное успокоительное.

За его спиной раздались неторопливые шаги. Так неспешно бродить по кораблю мог себе позволить только технологический гений из АНБ, который считал себя здесь главным. Родригес улыбнулся, представив себе выражение лица этого типа, после того как тот услышит заготовленную им заранее фразу. Дождавшись, пока Ларнер поравняется с ним, он прокашлялся, привлекая к себе внимание. Что поделать, любил он театральные эффекты. И, не оборачиваясь к собеседнику, заявил как ни в чем не бывало:

– Все идет как нельзя лучше. Скоро талибы будут на борту сухогруза. Но и тогда ваши цирковые дельфины не понадобятся. Я уверен, мой агент справится без них.

Наслаждаясь собственным превосходством, Диего медленно развернул свое грузное тело и встал, опираясь на леер локтями согнутых рук. Ларнер остановился напротив и смерил его уничтожающим взглядом. Этот самодовольный тип ему уже порядком надоел. Мало того что он постоянно путал все планы, так еще и ежеминутно издевался. А Ларнер никому такой дерзости не прощал. Изобразив ледяное равнодушие, он бросил:

– Все это хорошо, но как вы собираетесь потом ликвидировать сухогруз с талибами, которые получат в свои грязные лапы ракетную установку?

Диего предвидел этот вопрос. Склонив крупную голову набок, он с нескрываемой иронией принялся за объяснения:

– Полуграмотные талибы, а также иракские арабы, которых на гидроплане большинство, не умеют обращаться с электроникой, и никто не удивится, что при попытке развернуть комплекс ПВО произойдет взрыв, – он, уже не таясь, нагло улыбался своему коллеге. – Так что с вашими зверушками вы только зря теряли время.

Ларнер с деланым равнодушием пожал плечами. Крыть было нечем. По крайней мере пока. План был действительно хорош. Если этому хваленому агенту Суаресу удастся провернуть все, как задумал Родригес, останется только аплодировать их ловкости. Но и в таком идеальном замысле были слабые места. Слишком много неизвестных имела эта задачка.

Как отреагируют русские на попытку захватить судно, невозможно было предугадать. Да и такие ли дураки эти террористы, какими их хотелось бы представить? Так что его зверушки вполне могли еще оказать неоценимую услугу, исправив ситуацию в случае провала церэушников. Поэтому рано еще радоваться, мистер Родригес.

Продолжая успокаивать себя подобными мыслями, Ларнер побрел к бассейну с резвившимися дельфинами. Операцией все еще целиком и полностью руководил один Родригес, ставя его, Ларнера, в известность обо всех подробностях в самый последний момент. Это надо признать, как бы ни было обидно. Оставалось упиваться своим информационным и технологическим превосходством.

Бэнкс вопросительно смотрел на приближающегося Ларнера. Только что услышанное вселило в ученого надежду, что его детищам не надо будет рисковать своими шкурами. Он, конечно, всегда знал, что рано или поздно Тому и Джерри придется отрабатывать вложенные в них деньги налогоплательщиков. Но желательно позже, чем раньше. А еще лучше – вообще никогда.

– Они готовы? – Ларнер прошел на ют, немного сторонясь емкости с игривыми животными. Ему не улыбалось ходить мокрым, как уже неоднократно случалось ранее. Тем более он только что надел новенькие кремовые льняные брюки спортивного покроя, купленные им за баснословные деньги в одном из бутиков Нью-Йорка, и такую же стильную рубашку.

– Естественно, – приподнял брови Бэнкс. – Мои малыши не подведут.

Он вытер руки о свои и без этого насквозь пропитанные водой шорты цвета хаки. От них нещадно разило сельдью, которой он угощал своих подопечных. Оставляя на палубе мокрые следы босых ног, он подошел к возившемуся со спутниковым телефоном Ларнеру.

– Простите за назойливость, – нерешительно начал он. – Планы несколько изменились? Или я что-то не так понял?

Глава департамента технической разведки как раз закончил пристраивать в свое правое ухо гарнитуру «hands free» и теперь щелкал кнопками самого аппарата. Закончив с настройкой и прикрепив телефон к поясу, он поднял голову.

– Изменения планов не должны вызывать у вас беспокойства, любезный, – ободряюще усмехнулся он. – Боевые дельфины нам пригодятся. И, поверьте моему опыту, в самом ближайшем времени.

Прогулочной походкой к ним приближался Родригес. Заложив руки за спину и шлепая себе по пяткам кожаными сандалиями, он с упоением насвистывал популярную песенку Кристины Агилеры. Навстречу шагающему мимо бассейна латиноамериканцу из воды высунулись два любопытствующих дельфиньих носа, окатив его при этом тучей мелких брызг. Диего с восхитительным для своего веса проворством отпрыгнул от бортика и со смехом погрозил указательным пальцем хулиганам. Дельфины обиженно фыркнули и скрылись.

Поравнявшись с остальной компанией, беседовавшей на юте, Родригес похлопал по плечу доктора Бэнкса.

– А вы не пробовали с ними в цирке выступать? По-моему, им там самое место. Особенно порадуются детишки!

– Не стоит иронизировать, – биолог поморщился от боли, – ручища у Родригеса была ох какая тяжелая! – Между прочим, первые дельфины у русских были натасканы именно цирковыми дрессировщиками. Им даже присвоили офицерские звания! Я имею в виду циркачей.

Родригес зычно захохотал. Бэнкс и Ларнер непонимающе уставились на него.

– Если вы не верите мне… – обиженно протянул доктор.

– Что вы, что вы! – продолжая смеяться, Диего снова опустил свою лапищу на его плечо. – Я нисколько не сомневаюсь в правдивости ваших слов! Просто теперь мне стало ясно, почему русские не преуспели в этом деле!

– Вот здесь вы прокололись! – не без удовольствия вставил Ларнер. – По мнению экспертов, Советы достигли значительных успехов в этом направлении. У них одна из самых сильных школ по подготовке живых торпед. По крайней мере, была до развала СССР.

– С каких это пор у вас появились пророссийские взгляды?

– Мое отношение к этой стране вам хорошо известно, и оно не изменилось, – упиваясь возможностью уколоть конкурента, Ларнер придал своему голосу наставническую строгость. – Но, несмотря на всю свою неприязнь, я не могу идти против фактов.

Нежданно-негаданно возле них возник один из офицеров корабля. Тактично стоя рядом, он ждал момента перебить оживленный разговор высоких особ. На его лице явно читалось нетерпение.

– Что-то новое? – наконец заметил его Родригес.

– Пройдите, пожалуйста, в рубку. Для вас есть информация, – с чувством исполненного долга и облегчения моряк отступил на шаг и замер, ожидая их последующих действий. Ларнер пожал плечами и первым двинулся вперед. Вслед за ним отправился и Родригес, осмотрев с ног до головы принесшего весть военного и поняв, что из него ничего не вытянешь. В такой же последовательности они и вошли в капитанскую рубку. Находившийся там старший помощник капитана коротко приветствовал их и по-военному четко доложил:

– Мы засекли переговоры кубинского спасательного вертолета с базой. Машина движется к потерпевшему судну. Какие будут указания?

Ларнер испытующе посмотрел на своего партнера.

– Кубинцы могут успеть раньше, чем ваш агент развернет комплекс ПВО.

Латиноамериканец выдержал его взгляд. Он с лукавым видом стоял в проеме двери, потирая свой массивный подбородок.

– Ну и черт с ними, пусть успевают!

Шурша дорогими льняными штанами, представитель АНБ шагнул к своему электронному ящичку, объединяющему в себе все потоки информации. Набрав код, он с удовлетворением отметил, что маяк на русском сухогрузе исправно работает и продолжает указывать местоположение судна.

– Тогда Фидель получит станцию электронного слежения и будет сам прослушивать эфир Флориды вместе с окрестностями. Это вас не беспокоит, я так понимаю?

Родригес заглянул через его плечо. Пристально вглядываясь в электронную карту, на которой мерцали загадочные разноцветные значки, он промурлыкал:

– Выход всегда найдется.