Текст книги "Плывем за монстрами! (СИ)"

Автор книги: Сергей Харченко

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

Надо справиться… Я должен справиться с этой болью и помочь питомцам!

В прошлой жизни я научился купировать её. И этот навык, как никогда, пригодился мне в данный момент.

Во время предельной концентрации боль затихла, ушла на второй план. И теперь я дал команду змейке атаковать щупальце, сжимающее Регину. Затем – освободить Кузьму. Астральная питомица отреагировала моментально.

Клац! Клац! И отделённые щупальца упали передо мной, выпуская питомцев из смертельного захвата. Кузьма, ковыляя, отполз ко мне и вправил себе два сустава. Черепашка вырвалась, а затем получила от меня команду влить почти всю ману в змейку.

Такого я ещё не видел, и восторг теплом разлился по моей груди. Какая же она мощная!

Змея увеличилась до огромных размеров, до уровня Моргла, закрутилась в кольца, а потом распрямилась как пружина, бросаясь в сторону гиганта.

Моргл попытался перехватить змею, но поздно. Она уже вонзила свои огромные челюсти в большой глаз монстра, вырывая его.

Здоровенное существо заревело словно тысяча пятнистых зубров. А затем попыталось нащупать своего врага.

Но змею было не остановить. Секунда – и Моргл оказался закрученным в её кольца, которые сделали всего одно движение. Змейка сжала кольца и затем отпустила то, что осталось от грозного монстра. Сгусток субстанции с бесполезными отростками опустился на дно. И Кузьма за несколько секунд начал остервенело разрывать на части то, что ещё недавно было Морглом.

Ну что ж, теперь пора закрывать разлом. Я приблизился к краю воронки, заглянул внутрь. Мурашки пробежали по моему телу. Через развороченный разлом пыталось пробраться гигантское существо, похожее на огромную сколопендру. Вот уже показалась голова. Монстр защёлкал жвалами в мою сторону.

Поздно, тварина. Ты не попадёшь в этот мир!

Я вытянул руку с нейтрализатором в сторону беснующейся твари. Активировал усилитель. Нажал на спусковой механизм.

В-ВУ-У-УМ-М-М! – выплеснулась из артефакта энергия и ударила в разлом, моментально стягивая его. Голову монстра просто срезало краями затянувшегося разлома.

Всё… Я справился… Какое-то время я просто наблюдал за тем, что осталось от мощного разлома. А затем на меня нахлынуло чувство гордости. Я справился! Я успел сделать это.

Кузя с Региной очутились рядом, змейка исчезла. От ящероидов остались лишь фрагменты тел.

А через пару секунд мне в глаза ударил сноп света. Батискаф. Вот она и спасательная экспедиция. Благо, что находящиеся внутри батискафа не увидели самой битвы, а только кучу пузырей, всплывающих наверх.

Через пару минут я очутился вместе с питомцами внутри спасательного устройства.

– Серёжа, – маман, рыдая, сжала меня в крепких объятьях. – Больше так никогда, никогда не делай. Слышишь⁈

– У меня не было выбора, – ответил я.

– Он всё-таки выбрался! – услышал я Колю. Он тоже был внутри и сидел в кресле управления. – Это твои питомцы сделали с ним такое⁈

– Да, – улыбнулся я. – Я же говорил – мои питомцы круче, чем вам кажется.

– Охре-неть… – бормотал Коля, наводя прожектор на останки морского чудовища. – А что с разломом?

– Я закрыл его, можете не переживать, – выдохнул я.

– Да ты ж наш герой, – запищала маман, снова прижимая меня к себе.

Э, женщина, потише! Будет очень обидно. Выжил во время схватки с Морглом, но погиб в объятиях радующейся матушки. Ха-ха!

– Сынок, дай и я тебя обниму, – отозвался батя. Он был просто ошеломлён. И видно, как переживания уступили место отцовским чувствам.

Он приобнял меня и тихо спросил на ухо:

– Его убила змейка?

Я кивнул, и батя засверкал глазами от восхищения.

Огляделся вокруг. Небольшая коробка, сюда больше никто и не влезет. Вот, трое человек и я с питомцами. Блин, как селёдки в бочке, конечно.

Затем я заметил ещё один батискаф, который сел на дно. Из него принялись выходить, окружённые куполами маги, одетые в знакомую униформу.

– Ликвидаторы… – прокомментировал Коля, поднимая батискаф наверх. – Проверят, правильно ли закрыт разлом и накинут дополнительную защиту. Ну а мы отправляемся наверх, – затем он обернулся ко мне, – Там за тебя так переживают старички, что к ним пришлось лекарей приставить.

– Всё нормально. Мы справились, – довольно улыбнулся я.

Цель достигнута. То, что ещё недавно казалось сложным – сделано. И теперь я ощущал внутри лёгкую пустоту. Но в то же время, конечно же, ликовал.

– Наташ, дыши, как при погружении, – обратился батя к побледневшей маман. – Повторяй за мной…

Папа Ваня задышал, и маман – тоже. Бледность начала исчезать с её лица.

– Я маленьким был… – начал Коля. – Отец закрыл меня в маленькой кладовке за то, что я малину у соседа воровал. Говорит – посиди тут, подумай. А было душно, и сидел я так полдня. Затем у меня начался приступ клаустрофобии… Ну вроде такого, что у вас.

– И как вы с ним справились? – округлила глаза маман, делая глоток воды из бутылки.

– Да никак, – ухмыльнулся Коля. – Испугался страшно. Батя вытащил меня, трясущегося, и тут же вызвал лекаря… А когда я подрос – пошёл служить на флот. И вдруг на учениях случился взрыв, напоролись на мину. Мы потонули быстро, и я оказался в каюте, которая быстро наполнялась водой.

– Случился приступ, – подметил я.

– Да, ну я вот так и начал дышать. Пришёл в норму, вытащил пятерых сослуживцев, и ещё какого-то князя, который был на судне. Этот князь оказался троюродным братом императора, – засмеялся Коля. – Вот так я справился со своим страхом и получил первое повышение…

– Отличная история, – оценил батя. – И поступок – геройский.

– Я иначе и не мог поступить, – пожал плечами Коля.

А этот мужик, оказывается, кремень. Мы очень с ним похожи. Никогда не останавливаемся и вперёд идём до победного.

Коля принялся с кем-то переговариваться. Затем активировал специальное поле. И батискаф оказался напротив энерго-тоннеля. Нас затянуло внутрь.

Нам рукоплескали. Точнее, мне. А я довольный вышагивал с питомцами, принимая поздравления от военных и обслуживающего персонала линкора.

Я чувствовал триумф, принимал поздравления, слегка кивая в ответ. Да, очень близко к моменту возвышения в прошлом мире. Там меня, правда, встречали на площади и народу побольше было. Но какая разница. Атмосфера меня радовала, и все овации предназначались мне.

– Товарищ капитан, – подбежал к нам один из военных, козыряя Николаю. – Только что группа зачистки доложила, что разлом закрыт идеально. Также ни одного монстра не обнаружено. Вся основная работа была проделана до них. На всякий случай поставили несколько печатей.

– Ну красавец, что сказать! – воскликнул Коля и подхватил меня, сажая на плечо. – Ещё раз ура спасителю!

УР-Р-РА! УР-Р-РА! УР-Р-РА! – прогремело в воздухе.

После того как радость от победы улеглась, капитан линкора доложил императору, что аномалия со скрытым разломом ликвидирована. На что Романов пообещал за это всех приставить к награде.

Пора возвращаться домой. Линкор сделал крутой разворот и не спеша направился к берегу.

Я же после того, как рассказал историю закрытия разлома и убийства Моргла родителям и старичкам и ответив на бесконечные вопросы, вернулся к своей карте.

В общем, решил рассказать о своей сложной схеме. Расстелил рулон на полу, возле которого собрались взрослые.

– Это карта, на которой отмечены все прорывы на территории Российской Империи, – объяснил я.

– Не совсем понимаю, – ответил Иннокентий Павлович. – Зачем их надо было фиксировать?

И я вкратце рассказал о том, как пришёл к этому. Конечно, упустил момент с опытом из прошлой жизни.

– … И теперь я могу предсказывать прорыв, конечно же, только ближайший, – закончил я рассказ.

Воцарилась тишина.

– Потрясающе, – ответил Евграфий Романович, разглядывая мои отметки. – Так всё подробно описано… И где будет следующий прорыв?

– Сейчас узнаем, – задумчиво пробормотал я, начиная рассчитывать место следующего разлома.

В этот раз у меня получилось определить место прорыва довольно быстро. Через десять минут я поставил жирную точку на Красной площади.

– Вот здесь, – ответил я, удивлённо посмотрев на все критерии. Меня смутило время. Я впервые сталкивался с тем, что аномалии шли одна за другой, с минимальным отрывом по времени. – Красная площадь, через двадцать восемь минут.

– Это просто что-то невероятное, – артефактор был так поражён, что даже осип от волнения. Да и умник не мог подобрать слов.

Он вытаращился на меня, сняв очки.

– Серёжа, ты просто гений. Если это правда – а повода в тебе сомневаться у меня нет – то надо срочно сообщить эту новость императору.

– Коля не поверит, а только через него пока можно связаться с его величеством, – отметил я. – У нас же телефоны все конфисковали на время, забыли?

– Мы выступим гарантами твоих слов, – сжал губы умник. – Я просто впервые вижу такую подробную схему. Это надо точно изучить.

– Изучим, после того как сообщим, – ответил Евграфий Романович. – Ведь можно обойтись без жертв. Представляете, сколько народу обычно гуляет на Красной площади? А сегодня ещё и выходной… Я уж не говорю про туристов!

– Серёжа, мы уже вызвали Николая, – ответила маман, и тут же скрипнула на металлических петлях дверь. В каюту зашёл взмыленный Коля.

– Что за срочная информация, на грани жизни и смерти? – он осмотрел нас.

– Сообщите императору, что через двадцать пять минут будет прорыв на Красной площади, – ответил я.

Коля помолчал, затем прыснул со смеху.

– Это важно, Николай, – добавил я. – Информация стопроцентная.

– Ну да, прорыв на Красной площади… А почему сразу не в покоях императора? – выдавил Коля. – Это же розыгрыш, да?

– Нет, мы подтверждаем, – насупился умник.

– Только вот не надо на меня так смотреть, – строго ответил Коля. – Я то свяжусь. Но кому потом прилетит, если это неправда? Мне, конечно.

Он замолчал, затем покосился на карту, присел возле неё.

– Это Серёжа составил… он гений… просто гений! – воскликнул Иннокентий Павлович.

– Ладно, гений, если что я скажу, что ты меня вынудил связаться, – пробурчал Коля.

Чуть позже информация поступила во дворец императора. А когда до прорыва оставалось менее пяти минут, с нами связался по видеосвязи Романов.

Он был удивлён и в тоже время очень сильно нервничал.

– Я нахожусь в очень непростой ситуации, – ответил Романов. – Если это окажется неправдой – я выставлю себя паникёром. А это уже слабость монарха. Поэтому мне нужно знать, откуда вы взяли эту информацию.

Родители только хотели объяснить, но тут я решил включиться в разговор. Времени не было объяснять.

– Ваше величество, поверьте мне. Схема сложная, и по телефону я вам ее никак не расскажу, скоро ученые предоставят вам все нужные сведения, – сказал я. – И я скажу место следующего прорыва.

Император откинулся в кресле и шумно выдохнул:

– Мне это, наверное, снится… Ну, хорошо, конец связи. Ждём…

Через пять минут по радио начался экстренный выпуск новостей. Диктор сообщил, что заблаговременно ликвидирован опаснейший прорыв на Красной площади. В связи с чем удалось избежать многих жертв среди мирного населения.

Следом в класс, где мы собрались, залетел Коля.

– Я не верю в это! Как ты это сделал⁈ – закричал он.

– У меня своя методика, очень сложная, – пожал я плечами. – Вот и получилось.

Не буду я ему объяснять, сколько времени потратил на то, чтобы понять все взаимосвязи и собрать их в единое целое.

Следом с нами тут же связался император. Он был обрадован хорошим новостям.

– Ты меня удивил, Сергей Смирнов! – воскликнул Романов. – Никогда бы не подумал, что буду слушать семилетнего мальчика больше, чем своих советников. Но ты оправдал моё доверие. Обязательно пообщаемся во дворце, когда вернётесь в столицу… Ты уже определил место следующего прорыва?

– Это занимает какое-то время, – объяснил я. – Сейчас и займусь.

– Давай, удачи, – одобрительно кивнул император. – И мне сразу же сообщите.

Я вернулся в каюту, окружил себя питомцами, расстелив карту на полу. Родители отправились в сторону магазинчиков. Раз мы скоро сойдём с линкора, может какие сувенирчики прикупить на память. Это была идея маман, на что бате было проще согласиться, чем доказывать, что магнитики на холодильник нафиг нам не нужны.

Ко мне в каюту попросились старички, затем Коля и ещё несколькими военными. Все принялись заворожённо наблюдать, как я вычерчивал кривые, отмечал пересечения, выводил общие закономерности, а потом искал финальную точку.

В общем, когда я обвёл точку на карте и прописал время, торжественно объявил:

– Дамы и господа! Чёрное море, десять километров от нас на юго-восток. Через пять с лишним часов. На этот раз небольшой прорыв.

– Да как он это делает? Кто-нибудь, что-нибудь понял? – оглядел собравшихся один из командиров.

– Федь, это не для твоего совсем негибкого ума, – хохотнул ещё один военный.

– Да ты и сам нихрена не понял, – оскалился Федя.

– Что тут за собрание? – спросил батя, появляясь с маман.

– Ваш сын предсказал только что ещё один прорыв, – с плохо скрываемым удивлением отозвался Коля. – Пойду доложу наверх. И… кажется мы плывём обратно, в море.

Капитан линкора сфотографировал отмеченное мной место на карте и покинул каюту, вместе с остальными военными.

– Эх, – всплеснула руками маман, – А я уже настроилась. Так хочется домашней еды.

– Здесь тоже неплохо кормят, – отозвался я.

– Я согласен с Серёгой, – ответил батя, помогая мне свернуть карту Российской Империи.

А затем я почувствовал, как линкор начал поворачивать.

Чуть позже мы посетили ресторан, и я начал ловить на себе разные взгляды. Да, на меня стали буквально все обращать внимание.

И я понял, что всё верно. Как я и думал. Всё больше людей меня воспринимали серьёзно. Особенно после того, как закрыли аномалию на Красной площади. Но были и те, кто думал, что это всё хрень чистой воды. И просто насмешливо или подозрительно смотрели в мою сторону.

В назначенное время, когда мы оказались у аномалии, мы собрали команду. Я, Коля в качестве рулевого и стрелка, а также Иннокентий Павлович, который буквально напросился. И ликвидатор, который проверит закрытие и поставит печать. Вот же перестраховщики!

Спустили на воду батискаф и начали погружение. В этот раз родители оставили меня без своего присмотра. Я убедил их, что ничего страшного в этой аномалии точно не будет. Я закрою её раньше обычного.

Конечно, я взял с собой Регину. Была у меня одна интересная мысль…

Когда мы опустились на морское дно, я накинул водяной купол и вышел, выпуская Регину.

Через пару минут мы оказались у того самого места, где скоро откроется разлом.

Я достал нейтрализатор, активируя его, затем разместил палец на спусковом механизме. Так… Если я надумал приручить ещё одного монстра, то надо как-то умудриться, чтобы Коля не задел его. Он же пушки навёл в сторону будущего разлома. Ну что ж, выход есть. Я сформировал перед батискафом почти непрозрачную водяную стенку. Хрен у вас получится что-то увидеть.

Вот раскрылся купол аномалии, совсем небольшой. А внутри появился разлом, из которого высунулась акулья голова, и хищно щёлкнула зубами. Красавчик! Через пару секунд существо вылезло из разлома полностью. Похожее на ящероида, но с акульей головой и здоровенными зубами.

Я ликвидировал разлом, не давая возможности следующему монстру вылезти наружу. А затем вместе с разломом исчезла и аномалия. Следом взял у Регины энергию, сплетая связующую нить и приручая существо.

Всё получилось идеально. А по пути я решил оставить нового питомца за бортом. Познакомлю пока так, а то инфаркт хватит Иннокентия Павловича, а Коля, чего доброго, палить начнёт из своего пистолета, который висел на поясе.

Когда я вернулся, Коля тут же задал вполне логичный вопрос:

– И что же это было? Ты что-то скрываешь от нас?

Капитан линкора недоверчиво покосился на меня.

– Я приручил монстра, – ответил я.

– Приручил? Монстра? – Коля удивлённо уставился на меня.

– Я покажу, но только обещай не стрелять, – ответил я. – И передай на корабль, чтобы его случайно не задели.

– Ну давай, показывай своего монстра, – хмыкнул Коля.

Я убрал водную пелену, и в стекло уставилась акулья морда.

– Да чтоб тебя! – Коля упал с кресла, выхватывая пистолет.

– Спокойно, – ответил я. – Это мой новый питомец, я ж говорил.

– Ого, ты умеешь приручать⁈ – выкрикнул Коля, и спрятал пистолет. – Я слышал о тебе, но подумал, что преувеличивают. Вот это да! И сложно было?

– Не очень, – улыбнулся я.

– Это же… уникальное явление! – воскликнул Иннокентий Павлович, подскакивая к стеклу. Умник принялся изучать моего нового питомца, а тот внимательно смотрел на умника.

– Хорошо, – скривился Коля, пряча пистолет. – Сейчас передам.

– Очень редкий вид, – продолжал умник. – Подвид акулообразных, но мозг у них развит невероятно.

– Пусть только попробует шевельнуться этот невероятный. И я ему мозги вышибу, – нахмурился Коля, соединяясь с линкором. – Не доверяю я акулам.

«Шеф, этот человек заблуждается. Я не акула, и даже ближе к человеку мыслящему, чем он думает», – отозвался у меня в голове подростковый голосок.

«Привет, дружок. Добро пожаловать», – поздоровался я с ним.

«Привет, хозяин. Но может быть и пока… если он выстрелит… Я очень слаб, мне нужно ещё маны, чтобы окрепнуть», – ответил акулообразный.

«Держи, дружище», – я отправил ему половину того, что у меня было. И заметил, как глаза акулообразного заискрились.

«Назову тебя Акулычем. Отличное имя», – сказал я питомцу.

«А что, мне нравится», – ответил питомец и оскалился.

– Это чего он? – вскрикнул пожилой ликвидатор, уже в водолазном костюме. – Он меня не сожрёт, если выйду? Надо проверить разлом.

– Не переживайте, я его контролирую. Он вас не тронет, – успокоил я мужичка.

Пока тот проверял закрытый мной разлом и ставил печать, Коля уже чуть ли не кричал матом, объясняя, что я приручил монстра, и он будет плыть за нами. Приказ не стрелять. Это строго запрещено. А кто ослушается, тому он глаз на жопу натянет.

Чуть позже, мы продолжили подъём на поверхность.

– Взгляд жуткий, конечно, – ответил Коля, посматривая в стекло. – Он будто меня сожрать хочет…

– Это вам кажется, – ответил умник. – Они – не совсем акулы, и на суше трансформируются в гуманоидов, очень приближённых к человеческой расе. Очень.

Я решил на всякий случай проверить змейкой обстановку наверху. Мы почти поднялись, и сюрпризов мне не нужно.

Змейка разведала обстановку. Все орудия неактивны. Всё спокойно. А на палубе нас встречала большая делегация. На этот раз все хотели посмотреть на приручённого монстра.

В этот раз мы оставили батискаф внизу и поднялись по очереди на лифтовой платформе. Сначала – Коля, с ликвидатором, затем Иннокентий Павлович. Они подготовили всех дополнительно.

Ну а потом я с Акулычем. Существо встало на хвост, переходя на платформу. А затем тот начал трансформировать в… человеческие ноги… Ну почти, только кожа слегка сизая, чешуйчатая.

Очень медленно он превращался в человекообразное существо. Видимо, это его первая трансформация.

Мы уже поднялись на борт, когда у Акулыча появились руки. Но голова всё ещё была акульей.

Толпа загудела, кто-то вскрикнул. В целом ожидаемо.

А затем змейка засекла движение на правой башне. Какой-то идиот с испуга случайно нажал не на ту кнопку?

Башня повернулась и выпалила в сторону Акулыча три снаряда одновременно.

Да вы издеваетесь, что ли⁈

Глава 6

Конечно, я бы не остановил эти снаряды. Они уже летят, и, судя по траектории, на их пути только Акулыч и… море.

Решение пришло быстро, и оно было достаточно простым. Рэмбо сорвался с локатора, на котором до этого тихонько себе дремал. Но мой ментальный крик изрядно взбодрил его.

Попугай подлетел к повернувшемуся на звук выстрела Акулычу, который ещё до конца не превратился в человека. И схватил его за плавник, отволакивая в сторону.

Снаряды прошуршали мимо, улетая вдаль, а Коля уже выволакивал за шиворот испуганного вояку. Тот лепетал что-то. Но это уже не наши разборки, поэтому я переключился на нового питомца и встречающих.

Родители, честно сказать, были в полнейшем шоке. Даже батя, обычно радующийся и восхищающийся, был бледным. Что тут особенного – я не понимал. Ещё один монстр в моей армии питомцев.

На маман вообще лица не было. Точнее, оно было, но уж больно какое-то каменное. В широко открытых глазах её читались смешанные эмоции, но там не было ни радости, ни веселья. Ничего, привыкнут.

– Серёга… это то, что я думаю? – выдавил батя.

– Ага, это Акулыч, – представил я монстра родителям. – Акулыч, это мои родители.

– Оч… пррятно, – прошелестел он.

Ого, так он уже и разговаривать может?

«Сложно подстроиться, но вроде получается», – услышал я голосок Акулыча у себя в голове. Затем он печально признался: – «А твои родные человеки меня тоже боятся».

«Они просто не ожидали, что у меня появится такой опасный и крутой питомец», – объяснил я, для его успокоения.

Акулыч уже завершил трансформацию. Обычный с виду подросток, на голову выше меня. Чёрные волосы, худощавое тело, на нём был костюм, который любезно предоставил Коля. Как-то выходить в голом виде к встречающим – не комильфо.

Что его отличало – так это цвет кожи, чуть бледнее естественного и… тёмно-красная радужка глаз. В остальном – и не отличишь от обычного человека.

– Он ещё и разговаривает, – охнула очнувшаяся маман, скривив лицо в подобие улыбки. – Нам тоже очень… очень приятно… Акулыч.

Вперёд выскочил артефактор. Вот уж кто-кто, а Евграфий Романович выражал неприкрытый восторг.

– Это же просто уникально! – воскликнул он, пытаясь подойти вплотную к Акулычу. Но тот его оттолкнул.

– Спокойней, – предупредил я. – Моему питомцу нужен отдых. Он только осваивается, и попрошу его не беспокоить.

Мы с Акулычем прошли через расступившуюся гомонящую толпу.

Я всё больше ловил на себе удивлённых и в том числе испуганных взглядов. Несколько человек вообще держали руки на поясе, где висела кобура. На всякий случай.

Змейка внимательно присматривала за этими товарищами. Если что – она среагирует. Хотя Акулыч быстро адаптируется. Уверен, что уже скоро даже в человеческом обличье он будет сильнее и быстрее любого человека. Скоро, потому что он только адаптировался к новым условиям. Нужно время.

И да – я чувствовал его нарастающую силу через связующую нить. Это лучшее тому доказательство.

Когда мы вернулись в каюту, Акулыч захотел есть. Пришлось заказывать из ресторана доставку. Несколько больших сырых рыбин.

– Ваш заказ, – передал нам тяжёлый пакет паренёк и покосился в сторону облизывающегося Акулыча. Да, он чувствовал аппетитный запах.

– И как он их будет есть? – пробормотала маман, сидя в сторонке за небольшим столиком. – А если он намусорит?

– Интересно, да, – отозвался батя. – Я ставлю на то, что на пол даже чешуйки не упадёт.

– Ну и к чему этот спор? – через силу улыбнулась маман. – Понятно же, что такого не будет.

– Будет, – настаивал батя.

– Ну хорошо, спорим на три кукареку, – заблестела глазками маман.

Я закатил глаза. Как дети, ей богу. Делать им нечего. Сам же я не знал, что получится. Пока что я протягивал пакет Акулычу, а он аккуратно забирал его у меня.

– Много рыба… – довольно ухмыльнулся он, взвешивая пакет

– Приятного аппетита, – ответил батя и включил камеру на телефоне.

Акулыч поднял пакет, а затем связующая нить, которая соединяла меня с ним, вспыхнула. За секунду его череп трансформировался в акулий, появились огромные челюсти. Акулыч распахнул пасть, заглатывая весь пакет, затем через сжатые губы вытащил пакет. И превратился вновь в подростка.

– Ох ты, едрить-колотить! – батя чуть телефон не выронил и обратился к маман. – Ты это видела⁈

– Ага, – закивала мама Наташа, схватив его за локоть. – Серёжа, а давай его выпустим обратно, в море? У тебя и так много питомцев.

Подросток-монстр икнул, достал изо рта обрывок пакета, относя его в мусорное ведро под мойкой.

«Твоя мать-человек так меня боится, что хочет выбросить меня за борт», – засмеялся Акулыч. – «Но я очень эффективный питомец».

«Она пошутила, не переживай. От страха иногда люди тоже шутят. Просто шутки не очень у них смешные получаются», – ответил я ему.

– Никто никого выпускать в море не будет, – нахмурился я. – Отнеситесь уже серьёзно к этому.

– Ты проиграла, – хохотнул батя. – Ни одной чешуйки на полу.

– Ты о чём? – покосилась на него маман.

– Ку… ка… – начал намекать батя.

– Да мы же несерьёзно, – толкнула его в плечо маман.

– Уговор есть уговор, – покачал головой батя. – Давай, в коридоре только. И погромче.

Маман вздохнула, затем поднялась и обошла стороной стоявшего посреди каюты Акулыча. Они с батей вышли из помещения.

– КУКАРЕКУ-У-У! – раздался снаружи звонкий мамин голос. – КУКАРЕ-Е-ЕКУ-У-У! КУ-КА-РЕ-КУ-У-У!

Это так забавно звучало, что я прыснул со смеху.

– Это человечий юмор? – растерянно посмотрел на меня Акулыч.

– Вроде того, – кивнул я. – Забава такая смешная.

Батя завёл покрасневшую маман в каюту.

– Там у двух военных столбняк случился от удивления, – засмеялся он. – И одного ещё спугнули, – затем он посмотрел оценивающе на маман: – А я и не знал, что у тебя такой голос.

– Да иди ты, Ваня, – надула губки маман. – Дурацкий спор.

– Глянь, ты сама придумала, а теперь обижаешься, – ухмыльнулся батя. – Ладно… Проехали, иди обниму.

Когда родители обнимались, я проверил способности Акулыча. Ну да! Мгновенная трансформация. Он мог превращаться в любой момент то в акулу, то в человека. Или как сейчас, трансформируя лишь часть своего тела.

Правда маны пока жрёт нереально эта способность. Я приказал Регине подпитать Акулыча, и от черепашки выплеснулась в его сторону солидная порция энергии.

– Благодарю, – ответил ей подросток.

Регина одобрительно запищала. Она быстро привыкла к нему и питала симпатию. Рэмбо вроде тоже. Он прекрасно помнил наш последний разговор во время субботника.

А вот Кузьма всё ещё косо поглядывал на него. Хотя тоже привыкал постепенно.

Чуть позже я с Акулычем посетил Колю. Он находился в штабе. Так называлась укреплённая бронёй каюта на палубе. Несколько командиров тут же напряглись.

– Тебе чего, Серёга? – настороженно спросил капитан линкора.

– Надо передать императору, что я приручил монстра, – ответил я. – Это важно.

– Да, мы обсуждали как раз это с офицерами. Ты уверен, что это нужно делать? – покосился на Акулыча Коля.

– Это обязательно нужно сделать, – ответил я.

Не собираюсь я это скрывать. Наступило другое время. На меня теперь все внимательно смотрят, оценивают мой потенциал. Теперь, чтобы меня воспринимали всерьёз, я намерен показать всё, на что способен. Иначе так и останусь в глазах многих семилетним несмышлёным пацаном, которому просто повезло или так карты легли.

По этой же причине я продемонстрировал свои наработки по разломам.

– Ну хорошо, – Коля понял, что я от него не отстану. – Прямо сейчас?

– А чего тянуть? – ухмыльнулся я.

– Мы закончили, – обратился к офицерам капитан линкора. – Можете быть свободны.

Затем Коля связался по видеосвязи с императорским дворцом. Через пять минут секретарша нас соединила напрямую с Романовым.

– Так, у вас что-то срочное? А то у меня тут ещё две встречи, а также интервью намечается, – ответил император, направляясь куда-то по коридору.

– Да, это очень важно, ваше величество. Вам это нужно знать, – ответил я. – Только не удивляйтесь сильно.

– Ну давай, Сергей Смирнов, удиви меня ещё раз, – хмыкнул Романов.

– Я недавно приручил… монстра, – сообщил я, и тут же камера сбилась. Затем вновь мы увидели лицо Романова. Но теперь у него брови выползли на лоб. Затем на его лице появилось раздражение.

– Ну что за шутки, Сергей? – пробурчал он. Затем он остановился. – Подожди… Или ты серьёзно?

– Да, серьёзней некуда, – кивнул я. – А вот и тот самый монстр. Акулыч, не бойся, подойди.

– А я и не боюсь, – ответил почти без запинки питомец, наклоняясь перед экраном ноутбука.

– Хах, это и есть питомец⁈ – воскликнул Романов. – Ну это уже совсем не смешно.

«Трансформируй челюсть», – приказал я Акулычу.

И тот резко начал меняться. На пару секунд оставил огромные акульи зубы, а затем вернулся в подростковый облик.

На несколько секунд император исчез с экрана. Затем вновь появился.

– Это просто… ты меня очень удивил, Сергей, – довольно улыбнулся он. – А он не агрессивный?

– Он меня слушается беспрекословно, – подтвердил я.

– Я теперь просто жду не дождусь твоего приезда, – ответил император. – Нам о многом с тобой нужно поговорить… у меня просто нет слов…

– И ещё… скоро я передам координаты нового разлома, – ответил я.

– Обязательно. Очень жду, звони в любое время, не стесняйся, – ответил Романов и обернулся к кому-то. – Всё, мне пора. На связи.

Ну что ж, дело сделано. Но есть ещё один момент.

– Николай, надо поставить метку Акулычу. Чтобы его случайно не подстрелили, – обратился я к Коле.

Питомец мне уже признался, что ему не терпится окунуться в морскую воду. Поэтому, чтобы обезопасить его во время водных процедур, надо перестраховаться.

Коля достал с полки какой-то прибор, похожий на пистолет.

– Не бойся, – обратился он к Акулычу. – Просто замри и расслабься.

– Ага, как комарик укусит, и всё, – засмеялся я.

– Что такое кмарик? – удивлённо спросил Акулыч.

– В общем, чуть кольнёт, придётся потерпеть, – побледнел Коля. Уже надумал себе, что его сжирает мой питомец. Но пока я не скажу, он никого есть не будет, в этом я уверен.

– Хорошо, я готов, – ответил Акулыч.

Коля к нему подошёл, приставил инъекционный пистолет. КЛАЦ! Подросток даже не скривился.

– И когда будет больно? – спросил он.

– Да всё уже, – отошёл от него Коля, настраивая планшет.

Значит, и болевой порог снижен. Ну что ж, ещё один плюс.

– Так, я синхронизировал это с системой «свой-чужой», – объяснил Коля. – Теперь все наводчики его будут видеть как дружественный объект. Я ещё на всякий случай предупрежу каждого, прямо сейчас по селектору.

Мне это и надо было услышать. Вот ещё за что мне нравился Колян, так это за то, что он не тормозил, а быстро соображал и тут же принимал верное решение.

Я вышел на палубу с Акулычем и он стянул себя одежду, оставаясь в семейных трусах. Затем прыгнул за борт, в полёте превращаясь в акуло-ящера.

Пусть развлекается, а я пока пойду поставлю отметку следующего разлома. Почему я так не спешил? Всего лишь по одной причине. Сразу после предыдущего разлома, я мельком взглянул на карту, бегло прикинул и понял, что следующий прорыв будет не раньше чем через двое суток.

Сейчас я вновь расстелил карту Российской империи. И погрузился в кропотливую работу.

Родители вновь куда-то ходили. Поэтому, попав в каюту, они на цыпочках прошли мимо, устраиваясь в сторонке на диване и посматривая за моими действиями.

Вот ещё несколько линий, и я замер над картой. Да чтоб тебя слизни Мёртвого озера растворили! Ещё один знак Монстра!