Текст книги "Из рук врага"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Часть вторая
Костёр на берегу

Интерлюдия 2

Шаманы учат: духи не добрые и не злые. То есть есть духи озлобленные на людей и есть – милосердные, но не потому, что они так решили, их об этом попросили. Даже, можно сказать, уговорили, умолили, уломали. Духи есть во всём: в песке, в волнах, в растениях, в животных, в небе и в толще земли. Есть духи и в людях. Обычно духи не делают ничего. Они не живые и не мёртвые, не спят и не бодрствуют. Но только пока что-то или кто-то не заставит их действовать. Извержение вулкана, шторм на море, ураган… или сравнимые по силе человеческие чувства.

Когда на маленькую деревню на острове у шелковичных плантаций вышли чужаки, их переполняла ярость. И духи ответили! Ответили тогда, когда старшего из детей Карры выволокли из-под хижины: спрятался он хорошо, но чужаки обладали прямо-таки звериным чутьём на то, где искать затаившихся. Бородатый чужак с лысой головой в ответ на укус за ладонь с руганью бросил четырёхлетнего пацана и в одно равнодушное движение отсёк мальчику голову. И четверо женщин с Берега Духов, как одна, молча и синхронно сорвались с места и атаковали уже слегка расслабившихся налётчиков.

Шаманизм запрещает брать женщине в руки оружие, кроме считаного числа ситуаций, её удел – выполнение наказов супруга и домашняя работа, но главное – умиротворяющее спокойствие. Дом должен быть чист от зла, иначе, когда сильные эмоции побудят некоторых духов к действию, они принесут не плодородие или счастье, но только смерть.

Чужаки принесли смерть – дочери и сёстры воинов уже видели такое в глазах своих мужчин. По обычаям их народа, вернувшиеся после службы эмирам были обязаны дать потомство, потомство сильных мужчин, умеющих выжить и вернуться с победой. Им приводили невинных дев со всего Берега Духов, и те зачинали новую жизнь. Познавшим ярость, скорбь и боль, но и радость, и счастье, и победу было куда легче обратиться к духам во время соития без слов, одними чувствами. И духи, привлечённые когда-то слиянием плоти в ставших женщинами, когда стало нужно, отозвались на зов.

Не вина духов или Лимы, что она оказалась в стороне от единоверцев – просто дом семьи Алессо был построен крайним в ряду, и её заставили сесть у его порога, дальше всех от места событий. И уж тем более никто не виноват, что регуляр, несмотря на все договорённости, постоянно ждал подлянки от кого-то из своих подопечных и ответил ударом сабли на замеченное краем глаза движение рядом. От страшной боли молодая жена натурфилософа мгновенно потеряла сознание и только через сутки узнала, чем закончилась самоубийственная атака её соплеменниц. Тогда же она узнала, что блеск сабельной стали – это последнее, что она увидела в жизни. С тех пор её окружила вечная тьма.

Но духи – не добрые и не злые. Потеряв зрение, Лима обрела нечто другое. И речь не об обострившихся слухе и осязании. Она обрела своего мужа – заново! Всё время жизни на тёплой и щедрой земле тропического архипелага она практически не покидала небольшого пятачка земли около четырёх домов поселения «специалистов» просто потому, что дальше домашние дела её не уводили. Самые дальние выходы женщины устраивали в пальмовые заросли, когда перед сезоном дождей начинали падать на землю кокосовые орехи. А после…

За время трёхмесячного плавания, по словам её супруга, они пересекли почти половину мира, всё дальше и дальше уходя на восход. Избегали ураганов, о которых как-то безошибочно узнавали растения, попадали в долгий штиль без малейшего ветерка, видели удивительных морских животных, даже встретили полузатопленный корабль-призрак, неведомо когда оставшийся без экипажа и дрейфовавший по воле волн. Она запоминала новые звуки, а всё остальное ей рассказывал супруг. Если раньше младшая жена интересовала мага и натурфилософа Алессо только как хранительница очага да в женском смысле по ночам, то теперь она заново открыла в том, с кем её соединили духи, совершенно другого человека. Не того вечно занятого чем-то непонятным с первой женой молодого мужчину, а великого мудреца, каким может быть лишь глубокий старец.

Муж знал всё про всё, так ей теперь казалось. Часто он сокрушался о том, что знает очень мало о чём-то, встреченном впервые, и о том, что мог бы получить когда-то эти знания, просто внимательно слушая да проявив больше интереса. Но в глазах Лимы это только подтверждала глубину истинной мудрости Алессо: не стремясь к большему, большего не получить. А мужчина должен получать большее и возвращаться туда, где уже достигнутое хранит рядом с очагом жена или жёны, такова уж природа вещей. Шаманы открыли своему народу множество таких простых истин, на которых на самом деле держится весь мир. Вот и теперь, потеряв зрение, Лима чувствовала небывалое счастье – её мужчина наконец-то решил доверить ей те драгоценности знания, что смог собрать. Было бы преступлением против мироздания потерять хоть часть, и молодая искалеченная девушка запоминала и запоминала… И почти каждую ночь её супруг доказывал: потеря глаз не обесценила её в его глазах!

Чего только не узнала Лима за месяцы плавания! Узнала, что мир на самом деле круглый и бесконечно движется в Великой Пустоте, где даже нечем дышать, а люди и звери с него не падают потому, что он сам их держит. Узнала, что живое от неживого на самом деле отличает невидимая глазом деятельность, которая происходит в каждой частичке любого живого тела. Узнала, почему дует ветер, что бывает невидимый свет, тепло которого можно почувствовать кожей, и что миров на самом деле много, но они бесконечно далеки друг от друга. Узнала она многое и о своей сестре по мужу. Раньше кажущаяся ей надменной и бесчувственной Эль пережила, оказывается, куда худшие, чем она, утраты: у неё отняли прошлую себя. Как такое возможно, Лима понимала пока слабо, но их муж Алессо смог её исцелить! Вернул способность думать и действовать самостоятельно. Вот только былая рана не прошла бесследно – остроухой было сложно теперь проявлять чувства. «Аутизм в относительно лёгкой форме», как назвал это состояние молодой мудрец: когда-нибудь чувства, пока недоступные, кроме единичных, и воспоминания всё-таки вернутся, но никто не знает – когда. Вот она, воля духов: теперь в руках Алессо оказались уже две пострадавшие женщины. И муж Лимы поклялся, что однажды вернёт способность видеть своей младшей жене. Сказал это тихо и спокойно, но так, что Лима поняла и почувствовала: духи услышали!

А на следующий день зрячая часть экипажа «Тюленя» увидела на горизонте землю, которую они так долго искали. Землю, которая стала новым домом для спасшихся. Землю Арк.

43

– ЭТО оружие? Это НАШЕ оружие?! Да вы издеваетесь! – Бывший имперский лейтенант Мора Рокс от избытка чувств даже наклонился к предмету обсуждения, указывая обеими руками на то, что, по его мнению, было особенно абсурдным. – Я что у вас просил? Пушку. Чтобы уничтожать выходящие на рейд суда противника прежде, чем они высадят десант. Пушку, а не полено с ветками!

– Это не полено…

– Да, один конец слегка заострён – значит, это кол. Проросший, потому что вкопан не тем концом[22]22
  У древесных форм растений транспорт воды идёт по каналам древесины при помощи капиллярного эффекта, то есть на чистой физике. Потому вкопанная в землю низом вниз верхом вверх часть ствола будет как насос заполнять доступной в почве влагой свои капилляры, создавая благоприятные условия для гниения.


[Закрыть], – язвительно сообщил Стерх.

– Это не…

– Эль, давай просто покажем нашему господину министру обороны, КАК работает наше творение, тогда он переменит мнение. Так что, Рокс, отойди к нам сюда, пожалуйста, – пришлось вмешаться мне. – Готова? На счёт «три». Раз… два… три!

Я аккуратно поднёс факел на двухметровой ручке к нижней части «полена», и пошедший метан мгновенно вспыхнул. Язык пламени начал обугливать древесину и буквально через секунду воспламенил начинку, которая заполняла большую часть «кола». И первая в этом мире противокорабельная, условно управляемая ракета стартовала со специально выращенной подставки на краю кратера давно потухшего стратовулкана, верхняя часть которого, возвышающаяся над водой, шесть месяцев назад стала нашим новым домом. Старт вышел успешный: продувание биогазом пористой массы специально подготовленной древесины[23]23
  Продувка каналов в твёрдом топливе метаном – один из предложенных в 1950-х гг. способов обеспечить равномерность сгорания ракетного топлива. В реальности, насколько я знаю, у разработчиков хватило ума им не пользоваться, так что не повторяйте это дома:)


[Закрыть] решило проблему равномерности горения, а воздушные рули из живой «нетканки» – изменение траектории полёта и частично его контроль. С этой самой высокой части острова Арк было прекрасно видно, как изящная арка-дуга упирается в водную гладь километрах в трёх от берега.

– Э-э-э… И?.. – Мора переводил ошеломлённый взгляд от точки приводнения к стартовой установке, слегка опалённой стартовым выхлопом, и назад. – Дальность впечатляет, конечно, но мне кажется, что от удара корабль противника не пострадает… достаточно сильно.

– Запуск был без боевой части, – пожал я плечами и поправился, увидев знакомое выражение лица у собеседника: – То, что поражает противника, можно выбрать: газ, как в эльфийских стрелах, или аллергенная пыльца. Если удастся решить вопрос выброса содержимого боеголовки непосредственно над противником и последующий поджог, можно сделать боеприпас объёмного взрыва. Как на пятом острове было. Стерх, ты доволен? Всё, как просил, стреляет без участия Эль: биогаз можно пустить сразу, заткнув сопло пробкой, и поджигать после банального выдёргивания.

– Впечатляет, – согласился наконец усиленно шевелящий мозгами министр обороны островной республики Арк. – Это магия такая?

– Это биология, баллистика, реактивное движение. Я же говорил, что…

– Хватит, хватит ставить мне мозги раком! Мне нужно знать, что ваша штука может делать, а не как! Вы делаете – я применяю, вот и всё.

Мы оба замолчали, молчала и стоящая рядом со мной Эль – вспышка эмоций оказалась даже для самого Стерха неожиданной.

– Прости, конечно, но можно я тебе объясню, зачем я тебе всё подробно рассказываю… по крайней мере пытаюсь? – наконец подобрал я правильные слова. – Ты всё-таки военный человек и, в отличие от остальных наших граждан, принимал участие в боях куда серьёзнее стычек на островках и отражения нападения бандитов на обоз. Я могу сделать что-то по твоему запросу, но довести до ума без реального опыта никак не возможно, понимаешь? Для того я передаю свои теоретические знания всем гражданам – без ваших практических знаний и опыта они мало чего стоят. Вы учитесь у меня – я учусь у вас.

При этих словах отставной лейт не сдержался и громко фыркнул.

– Эм, Рокс?

– Натурфилософ, который признаёт, что что-то не знает? Я раньше думал, что скорее с неба начнут падать камни, чем кто-то из вашей братии такое вслух произнесёт! – пояснил военный свою реакцию и дальше продолжил совсем другим тоном: – Твои объяснения по большей части понятны с первого раза и логичны, это так. Но, демоны побери, ты пытался оценить результаты?!

– Результаты… объяснений? – осторожно переспросил я.

– Именно их!

– И что же в них не так?

– Безумие!

– Что, прости?

– Я говорю: наша жизнь чем дальше, тем больше превращается в сплошное безумие! Я каждый день чувствую себя участником пьесы бродячего театра (они обычно тащатся за армией вместе с маркитантками), только вот сценарий каждый день кто-то чуть-чуть переписывает, вставляя на место одних сцен другие. Вроде действия продолжают перетекать из одного в другое, и сначала не замечаешь, что что-то изменилось, но потом, сойдя с подмостков и видя других, вдруг понимаешь: всё происходящее на сцене – как бред сумасшедшего! Связанный бред, который имеет внутреннюю логику… Тьфу, видишь, я уже и говорю, как ты!

– Общую идею понял, но что конкретно тебя не устраивает?

– Всё началось с корабля-сада. Ваша «лаборатория» за колючкой была не в счёт – логово мага может быть и не таким, верно? А на корабле некуда было деться от листьев, заполнивших полпалубы, и такелажных лиан. Мы бы не справились с управлением вчетвером, если и женщин считать – вдевятером. Поначалу было жутковато, но потом мы привыкли. Даже срать не за борт, а в это переплетение корней, которое после каждого раза двигаться начинало!

– Перемешивание необходимо было. Кроме того, у нас никаких припасов и пресной воды на три месяца путешествия без захода в порты не хватило бы!

– Не начинай объяснять, прошу! Я ещё не договорил! Да, я говорю: было нужно. Но вот мы нашли этот остров, Арк, – и покатилось! Мы просто хотели жить без занесённого над головой палаша, построить дома, родить детей, в конце концов, вместо… убитых. Но смотри, ты говоришь: «Давай дома просто вырастим, так быстрее и удобнее». Логично? Логично. Сделали. Потом ты говоришь: «А теперь давайте обеспечим себя едой». И Плуг радостно бросается тебе помогать. Да так, что от леса и травы, которые здесь растут, не осталось ничего! А свиньи? Едва обнаружил и: «Охотник, мы будем разводить свиней, они нужны для еды и опытов»! А теперь я Гуураку вообще днями не вижу, он только и делает, что ползает по дну с твоим этим… ак-ва-лан-гом! Зачем? О, великому мастеру Алессо нужны морские гады и водоросли для экспериментов! Желательно побольше разных! Когда я заикнулся об обороне, по мановению руки твоей Эль выросли эти… «разграничительные контрштурмовые полосы специально подготовленной растительности»…

– Ты же сам план утверждал!

– Да, я утверждал план… И всё! Дальше – больше. Что ты сделал с нашими женщинами? О, еда растёт на ветках в сыром виде, пол из живого дерева сам впитывает воду и грязь, только смести веничком за пять минут! «Регулировка света и микроклимата» – это вообще из серии «с жиру беситься»! Когда я сказал, что надо занять женщин, пока они от скуки не начали выдумывать развлечения себе сами, я вовсе не имел в виду, что надо устроить с ними «собеседование о роли граждан в Республике Арк». Как я жалею, что тогда напился и поддержал твою дурацкую идею! И что в итоге? Теперь моя Жаза целыми днями пропадает в керамической мастерской: видите ли, её отец – горшечник, и она всегда мечтала… Тьфу! Да у неё все руки в глине и в пятнах краски! Из чего вы только делаете эту разноцветную гадость? Нет, не отвечай! А Ирос теперь – о да! Кутюрье! Слово-то какое мерзкое!

– Я предложил говорить «модельер», это лексически ближе…

– Великий Бог! Да чтоб оторвался мой проклятый язык, когда я о дворе империи согласился рассказать! Я и был-то в столице только один раз, на награждении после Второй Северной кампании! И мой дом завален лоскутами, нетканым полотном и «неудачными экспериментами»… На хрена вот это всё, когда есть давно проверенный фасон: рубаха и штаны?! А у жён – юбка да кофта! А уж то непотребство, что Лайла Марсова нарисовала недавно…

– Ты же сам сказал: им скучно было. Творчество – это важно.

Я решил умолчать об источнике «непотребства»: под настроение рассказал Лиме и Эль о нижнем белье, думал, эльфийка вспомнит что-то по ассоциации. Но эффект вышел несколько другим. Ослеплённая девушка, в отличие от других, почти ничего не могла делать руками, хотя горшки на том же гончарном круге у неё уже получались. Потому я объяснил Лиме необходимость творческого подхода к уже изученному и недавно заметил, что другие представительницы слабого пола на острове уже стали обращаться к ней как к этакой справочной и передаточному звену: молчаливую и «чужую» Эль они побаивались до сих пор и передавали свои вопросы через «свою». Разумеется, всё это по размаху идей и наивности больше напоминало кружок младшеклассников в детском лагере на курорте, но постепенно посуда из нелепых кривобоких поделок превращалась в настоящую, пригодную к использованию утварь, а одежда – в наряды.

– Но пока я не вижу безумия. Просто представь, что ты живёшь в богатом доме, и еду и одежду тебе приносят слуги. Чем плохо? Не о такой ли жизни ты, по твоим же словам, мечтал? Или мне нужно придумать занятие и для тебя, Рокс?

– Таскать морских ежей или разводить гигантских свиней по методу Марсо, скармливая тварям рационные ягоды и орехи Рух на сумму казны небольшого султаната на год ежедневно? О, благодарю покорно! Нет, я хочу сказать… Алессо, тебе в детстве не рассказывали сказки о волшебном королевстве?

– Что? При чём тут… Ну, допустим. Напомни, пожалуйста.

– А при том, что наш остров – вылитое такое королевство! Сначала путник-дурак туда попадает и радуется. «Еды сколько влезет, богатые одежды растут на деревьях, несметные сокровища вокруг»… Похоже, верно? А потом в какой-то момент делает что-то не то или просто засыпает, как тысячи раз до того… И раз – просыпается старый, больной, нищий и в пустыне!

– Хм… – Рассказанная история неожиданно заставила меня задуматься. – А в сказке есть «умный» странник, который проходит через сад, находит себе девушку, строит дом, пашет поля и однажды старый и больной выходит на крыльцо и видит, что его сыновья и внуки возделывают это всё сами, без его помощи?

– Ты хочешь сказать, что не слышал этой сказки, а просто угадал? – скептически нахмурился Стерх.

– И да и нет. Иногда мне кажется, что эти сказочки придумывают специально обученные люди во дворцах, а потом пересказывают в толпе, переодевшись в рванину. Ты же понимаешь, что этот сюжет – враньё?

– Враньё?

– Разумеется. Ты же видел придворных. Они, хочешь сказать, вкалывают в своих «садах»? Да щас! Всё отличие их от твоей сказки – что они родились в «волшебном саду», а не пришлые. И часто ли у них что-то «пропадает»? А вот пашущий крестьянин может в момент лишиться дома, земли и детей с внуками, когда вот такие благородные «изволят воевать за интересы страны». Ну и кто тогда «умный путник»?

– Ты опять поставил всё с ног на голову. – Настроение отставного лейтенанта окончательно упало. Было видно – спорить он больше не хочет.

– Нет, я поставил с головы на ноги, – теперь уже улыбнулся я. – И если ты попытаешься вспомнить разговоры за республику, господин министр, то мы как раз и говорили о равенстве перед законом и свободах. «Пока есть борьба за ресурсы, никакого равенства не будет» – это твои слова, помнишь? Потому мы и выращиваем дома, и превратили остров в «волшебный сад». А то, что ты считаешь, что мы не работаем… Давай я тебе кое-что покажу.

…Микроскоп, стоящий в лаборатории, выглядел монструозно – всё-таки соорудить что-то из линз, вытащенных из трёх подзорных труб, у меня получилось. Но я провёл в дом-лабораторию Мору Рокса не ради микроскопа. За строением были экспериментальные посадки, именно они и были целью. Невысокие деревца, обычные и с разными аномалиями в кроне, листьях и ветвях росли под защитой стены вулканического кратера – мы перенесли часть самых ценных растений и вещей в древнюю каменную чашу и организовали там что-то вроде крепости «на крайний случай».

– Смотри. – Я кивнул эльфийке, и та заставила все деревца склонить стволы в поклоне. Все, кроме одного.

– И что?

– Видишь несклонённое дерево?

– Ну.

– Оно не склонилось не потому, что Эль не приказала. Это деревце её не послушалось. И никого не послушается. Мы разобрались, точнее, нашли и смогли сломать «механизм» подчинения измененной флоры эльфам. Но это деревце всё ещё может использовать энергию Солнца для быстрого роста и движений. Получилось это сделать благодаря яду одной рыбы, выловленной Охотником, и нашим трофеям с «Тюленя». Яд остановил деление клетки, и мы смогли уничтожить участок с нужной информацией на хромосоме с помощью… Извини, неважно. Я сначала хотел сделать так, чтобы растения слушали ещё человеческих магов, и посчитал результат неудачей. Но после твоей сказки вдруг понял: это именно то, что нужно! Надо только разобраться, как отдавать команды без магии, и заменить модифицированными таким образом растениями всю нашу флору на острове! И ни один залётный эльф не отберёт у нас наш сад!

44

– Ну, как там? Ещё не разобрались? – с надеждой спросил меня лежащий в специально сформированном для него ложе Плуг.

Рядом, как обычно, обнаружилась красавица Лайла, его жена, наш островной художник. Она была на шестом месяце беременности, своим цветущим видом доказывая превосходство эльфийских фитотехнологий в области медицины – несмотря на сквозную колотую рану брюшной полости, перебитый позвоночник и прочие «радости», сейчас женщина была совершенно здорова. Даже более чем здорова: вокруг любимого мужчины она вилась, как пчела вокруг цветка, чем, подозреваю, Марсо только больше доставала. Но Грегори терпел, принимая ухаживания с довольным лицом: когда надо, фермер был отличным дипломатом.

– Мы пока продолжаем эксперименты, – уклончиво ответил я. – Некоторые подвижки есть, но я не хочу случайно убить друга только потому, что поторопился с выводами.

Плуг всё прекрасно понимал, но трёхнедельное лежание уже почти истощило его терпение. Даже ежедневные посиделки в доме больного не помогали, а алкоголь я запретил: когда-то давно читал в Интернете, что спирт замедляет деление клеток, а срастание сложного перелома бедра и так шло очень медленно. Ну что поделать, «крестьянину»-авантюристу было почти пятьдесят лет, и юность у него была не безоблачной. Голодал, ломал кости, получал раны, а теперь организм отыгрывался за всё.

– Ясно. А сейчас пришёл просто проведать? – Разом поскучневший Марсо уставился в потолок.

– Нет. Но из-за того, что теперь Стерх делает твою работу с нашим живым запасом мяса, ты будешь делать работу Рокса. Следить за окрестностями острова.

– Что, прям отсюда? – Равнодушную усталость как рукой сняло.

– Да. Мы доделали фарсеточный «глаз».

В подтверждение моих слов через сформировавшуюся дыру в стене дома просунулся толстенный «корень». Мы с Эль подхватили черенки, дотащенные до плуговского порога, и приставили по одному к концу распустившегося, как цветок, «корня». Десять минут возни, проверка. Замена двух черенков, проверка. И-и…

– ВАУ-У-У-У! – Лайла, не сдержавшись, захлопала в ладоши. – Красота какая! А… что это?

Марсо молча поддержал вопрос; было видно: он просто лопается от любопытства.

– Это – вид на север, этот лист-экран – на северо-восток, этот – на восток… – начал перечислять я, последовательно указывая на выращенные листовые пластины-«мониторы». – Красное – это зелёное… Тьфу, короче, береговая растительность в кадре подкрашена красным, жёлтое – песок и видимые рифы, зелёное – море. Скорость обновления картинки – пока один кадр в минуту… Условно. Показывает изображение ситуации на море в среднем около пятнадцать минут назад. Увы, скорость распространения электрического импульса в тяже[24]24
  Растительные клетки в лубе (коре) и черешках листьев выполняющие транспортные функции, образуют т. н. тяжи – пучки соединённых вершинами вытянутых клеток. Кроме тока питательных веществ и специальных растительных гормонов по тяжам может распространяться электрический импульс, делая тяжи дальними аналогам нервных путей животных.


[Закрыть] живых растительных клеток… Ну и работает только днём, разумеется…

– Ха! Так вот почему ты так радовался, когда рассказывал об открытии «нервного» сопряжения между растительными клетками![25]25
  Клетки высших растений действительно обмениваются электрическими сигналами, как и животные клетки. Например, на этом принципе работает эффект поворота листовых пластин за солнцем, движущимся по небу. Особенно хорошо этот процесс демонстрирует эвкалипт.


[Закрыть] – Грегори от избытка чувств аж хлопнул себя по лбу. – Ты точно Великий Мастер, Алессо! И совершенно напрасно стесняешься, когда Стерх тебя так называет!

– Степень гранд-мастера присваивается по результатам симпозиума натурфилософов, – вмешалась Эль, закончив располагать листовые пластины экранов так, чтобы горизонт на изображениях описывал ровную окружность. – Корабль на фоне моря должен быть красной точкой на зелёном фоне и медленно сдвигаться. На появляющиеся и исчезающие другие точки внимания не обращайте. Если линия горизонта начнёт качаться – это ветер такой сильный, что колеблет пластины «глаза».

И Плуг, и Лайла в изумлении уставились на влезшую в разговор эльфийку: обычно из неё и слова никому не вытянуть, кроме меня. Поэтому эта реплика среди других людей была вообще что-то с чем-то!

– Мы оба взволнованы открывшимися перспективами! – «перевёл» я. – Когда мы привили контрольный черенок к дереву с «убитым» контролем и оно начало подчиняться командам целиком от точки привоя и ниже… Слышали бы вы, как я орал! Вы же понимаете, что это значит?

– Превращение магии в технологию, ты уже говорил раз двадцать, – напомнил мне Грегори с улыбкой «когда-то и я был восторженным и молодым». – И я, правда-правда, понимаю, какой это прогрессивный рывок и что мы все сможем управлять вещами из живого дерева. Но я не понял твою лекцию о электрических сенсорах… Только не повторяй мне её сейчас – то, что это круто я понял с первого раза! Ну, надеюсь, твой, то есть ваш, успех поможет и… в моей проблеме.

– Обязательно поможет! – ободрил я мужчину. – Не зря же я забрал половину свиней в экспериментальную группу. Мы обязательно заставим переделанный трансплантатор поработать фиксатором и инвазивным лубком. Все нужные вещества он выделяет, нужно только «выключить» правильные гены…

«…или просто наловить доноров для пересадки», – мысленно добавил я.

Ценой разрезания десяти свинок на части на разных стадиях работы этой фитосистемы я разобрался, как именно работает эльфийская система донорской регенерации. По-своему решение было воистину гениальными. Нет, растение не «знало», куда разместить какие клетки, оно тупо составляло… трёхмерную карту при изъятии донорского материала! Часть клеток – видимо, те, что в моём мире получили названия «стволовые», – «прилипали» к корням, которые потом «сворачивались» и отращивали поверх оболочку вроде арбузной корки. При активации «арбуза» или «кабачка» процесс повторялся наоборот – корневая система «разворачивалась», без разрушения прорастая через нужную часть организма (просто раздвигая ткани), и там, где донорская часть не соответствовала части реципиента, запускала процесс деления клеток, заращивая ранения, включая переломы.

Наверное, когда-то, во времена оны, прародителем этой флоры был растительный паразит животных, прорастающий на ранах и питающийся за счёт своего «хозяина» соками тела, при этом поддерживая жизнь поражённого паразитом зверя. По крайней мере, в отличие от многих других растений эльфов, замодифицированных до неузнаваемости, в этом растении до сих пор проглядывали… гм… «дикие» черты. Да и сама система роста больше походила на находку миллионов лет эволюции, чем на генетический дизайн – в противном случае проще было бы подстёгивать рост собственных клеток, а не составлять трансплантат с «убитой» иммунной идентичностью. А вот для паразита делать себя «невидимым» для иммунной системы было очень важно. Уж не этим ли «арбузам» эльфы обязаны своей долгой жизнью – когда-то у паразита произошёл сбой в программе гормональной стимуляции роста, и разумные носители приобрели новые… способности?

Исходя из полученных благодаря ранению Плуга фактов все фитотехнологии остроухих уже смотрелись для меня совсем под другим углом: кажется, предки Эль вовсе не работали с генетикой «своих» растений напрямую. С другой стороны, при жизни в тысячу лет позволительно потратить срок в десяток человеческих жизней на селекцию и химеризацию клеток растительных организмов. То-то хромосомы в клетках модифицированных растений такие огромные![26]26
  Как я упоминал выше, гибридизация растений, открытая Вавиловым, может быть произведена на уровне одной клетки: поскольку растения хорошо переносят удвоение набора хромосом, слив две клетки с разным числом хромосом, можно получить опять способную «штатно» размножаться клетку, задержав первое из миотических делений и удвоив плоидность. Многоплоидные клетки так же бывают более часто подвержены слиянию хромосом друг с другом при делениях, иногда удачно.


[Закрыть]

А ещё запавшее в душу после сказки о «волшебном саде» Стерха чувство, что я, как ребёнок, упёр сложную «игрушку», вроде смартфона, у хозяев и пытаюсь управлять ею молотком прошлого. Случайно собравшие «смартфон» при помощи «молотка» эльфы вызывали у меня восхищение. Примерно такое же, как многотриллиардная мартышка с печатной машинкой, набившая случайными нажатиями клавиш «Войну и мир»[27]27
  Имеется в виду известный статистический пример: если взять триллионы мартышек с печатными машинками и заставить стучать по клавишам достаточно долго, то рано или поздно одна из них случайно напечатает осмысленный текст.


[Закрыть]. Но, судя по всему, темп жизни сыграл с ними злую шутку. Я ведь по-хорошему тоже мартышка – школьных знаний и разрозненных данных в голове, оставшихся после вики-эффекта[28]28
  Вики – эффект – это когда прочтение одного гипертекстового документа заставляет вас открыть ещё страничек тридцать со ссылками на другие интересные термины или слова из этого текста. Обычно говорят что-то вроде: «Открыл вики, очнулся через три часа – браузер завис!»


[Закрыть], явно недостаточно, чтобы эффективно распорядиться полученным сокровищем. Но какие мои годы? Что открыто один раз, можно открыть заново. Тем более что «исходники» эльфийского долгожительства, кажется, у меня уже в руках… Или это только моя выдумка? Ничего, скоро узнаю – подопытных хрюкает ещё много!