Текст книги "Попаданец. Маг Тени. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 10

Соседом по гостиничному номеру оказался один из торговцев. Андрей слышал, когда он пришёл. Как раз подходила завершающая сцена фильма «так не доставайся же ты никому!», которую убрал по просьбе Тани, сделав открытый финал. Выяснилось уже, что обе подруги землянина не любят истории с печальным концом, так что, придётся заниматься ещё и режиссёрской корректурой.

Сумку с наиболее ценными вещами и деньгами ол Рей клал себе в изголовье под подушку. Возможность кражи сводил к минимуму. Тень, к тому же, могла играть не только роль будильника, но и сигналки. Застать её адепта сонным врасплох было крайне проблематично.

Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, утреннюю тренировку свёл к минимуму, ограничившись физической разминкой без меча, и площадку выбрал за птичником, где никто кроме водоноса и девчонки-служанки, выносившей помои, его не увидел.

В корчму зашёл следом за той самой почтенной Ниталией, которую ему рекомендовали как обозную кошеварку. У женщины в повозке имелся большой котёл, и она готовила сразу человек на сорок. Разумеется за плату.

Увидев, что вернувшаяся из сортира повариха не стала мыть руки, сразу же направившись к столу, где её дожидались помощники – пожилые мужчина и женщина, первый, к тому же, был ещё и горбатым, Немченко вставать к ней на котловое довольствие передумал.

Лучше питаться сухомяткой. Конворус позаботился, чтобы у господина Анда в многоразмерном мешке с провизией под амулетом сохранения, одним из тех, что подарил Тимг ол Эсм перед расставанием, оказались самые качественные колбасы, сыры, вяленое мясо, медовые сладости и лепёшки из пшеничной муки.

Во дворе уже суетились возницы и их помощники, впрягая лошадей и готовя повозки к выезду, а вот торговцы, приказчики и вояки ещё только начинали просыпаться. Рассвело меньше часа назад, следующая остановка в придорожном заведении ожидалась только через ночь, и потому никто сильно не торопился, норовя урвать последние мгновения комфортного отдыха.

Андрей оказался за столом в одиночестве и заказал себе плотный завтрак без вина и эля. Рабыня, услышав о чае, удивилась, но не переспросила.

Вспомнился приятель Тимг. Как там они с Оди? Добрались до империи, всё ли у них хорошо?

– Я сяду с тобой? – юный Ремез был заспанный и зевал во весь рот. – Надо было раньше уйти. Столько денег вчера просадил. Отец меня убьёт, если узнает. Эта шлюшка не стоила того.

Судя по довольной мине, скользнувшей по лицу, парень всё же получил то, на что рассчитывал, а сейчас просто выпендривается перед новым знакомым.

У ола Рея давно мелькала мысль оставить трактир, поставленный возле его замка, в своей собственности, назначив туда управляющего. Уж больно выгодное это дельце. Те же дружинники тратили бы там большую часть своих денег, которые возвращались в казну владения. Под эти доходы и дружину можно было бы увеличить, и средства на обустройство поселения выделять.

Останавливало понимание, что значительную часть доходов таких заведений составляет плата за услуги доступных женщин, а становиться по-сути сутенёром Немченко не хотел. Он и в прежней жизни презирал представителей такой профессии, не изменил своего отношения к ним и в этой.

– Зачем спрашиваешь? – землянин сделал радушный жест. – Я ведь здесь не хозяин. Такой же гость, как и ты. Садись, не стесняйся. Ну, что, надумал в Хатине завербоваться в королевское войско?

За ночь воинственный пыл из головы Ремеза выветрился. Трезвый он точно на военную службу не пойдёт, а рекрутёров, подобных тем, что в Англии набирали матросов на флот, напаивая бродяг и давая им подписать кабальный договор, в Гертале отродя не водилось. Может через несколько веков появятся. В общем, если не случится чего-то экстраординарного, парню предстоит прожить спокойную жизнь торгового приказчика.

Весьма быстро зал наполнился караванщиками. Охранники заняли отдельный стол и скрытно бросали насмешливые взгляды на остальных спутников.

– Если не хочешь себе задницу седлом мять, то добро пожаловать в наш фургон. – предложила Мелиса.

– Не, спасибо конечно, только я уже принял приглашение Рема. – Андрей приобнял за плечи своего юного приятеля. – У нас с ним есть, о чём поговорить. Всё равно я большую часть пути должен двигаться верхом, помогать в патрулировании обоза. Платы-то с меня Титобис не взял.

– Как знаешь. – девушка фыркнула пренебрежительно-равнодушно, но чувствовалось, что обиделась.

Через час караван тронулся в путь. Андрей дождался, когда Гичарт назначит двоих бойцов в авангард, и подъехал к нему.

– Для меня какая задача на марше, капитан? – спросил вежливо.

– Для тебя? – начальник охраны демонстративно осмотрел псевдо-Лицероса с головы до копыт Буцефала. – Я могу обойтись совсем без тебя. – хмыкнул Гичарт, но тут же передумал задирать молодого офицера. – Не обижайся, лейтенант. Конечно, ты лишним не будешь. После полудня сменишь Черепа в аръергарде. Я тебе назначу кого-нибудь в напарники.

Хотя подтаяло, но дорога в целом оказалась вполне приличной, кое-где подсыпанной гравием. Лужи грязи встречались, и тогда рабам приходилось помогать лошадям, но случалось это не часто. Караван взял хороший темп, пройти миль двадцать за день и достичь Синих топей должно получиться.

Какое-то время Андрей ехал в фургоне с Ремезом и его хозяином, привязав повод Буцефала к краю повозки.

Как тот Юлий Цезарь, Немченко одновременно делал два дела: беседовал со спутниками, слушая их сетования на падение объёмов торговли, и обдумывал свои действия предстоящей ночью.

Надо было пройти между Сциллой и Харибдой, то есть, не допустить убийства торговцев с их помощниками и не показать своих способностей мастера меча или, тем более, мага.

Хорошо бы купцы, их телохранители, приказчики сами расправились бы со вставшими на путь разбоя и грабежа людьми Гичарта. Только вот, как это устроить?

На полуденном привале откровенно переговорить с Титобисом, главным караванщиком? А поверит ли он? Нужны весомые доказательства, а их нет.

Незнакомый молодой офицер, только-только присоединившийся к обозу, и вдруг выдвинувший обвинения в адрес охраны, которая за полторы недели пути от Истра вполне себя хорошо зарекомендовала, вызовет лишь насмешки.

Выбить капитана и его вояк до того, как они нападут на торговцев? Тоже не вариант. Как потом оправдываться и что объяснять?

Остаётся единственный выход – быть начеку, сразу же вступить в ночной бой, постаравшись перебить негодяев до того, как те успеют одержать верх над караванщиками, и надеяться, что в темноте удивительные способности лейтенанта Лицероса не будут замечены. Атакующие заклинания применять не хотелось. Решил обойтись тем, чему научил наставник Порспер, для вояк Гичарта – Немченко уже успел к ним приглядеться – умений мастера меча хватит, чтобы разделаться с ними достаточно быстро.

– Лейтенант? – фургон, на котором ехал Андрей дождался торговец Кипень и взобрался внутрь, не спрашивая разрешения. – Не скучаете, Дибс?

– Наоборот. – рассмеялся купец – хозяин и наставник Ремеза. – Лиц нас тут развлекает. И мы не остаёмся в долгу. Хочешь, посиди с нами.

– А что? И посижу. Лицерос? Тебя ведь так звать? У меня для тебя есть кое-что получше, чем слушать плачь моего приятеля о погубленной торговле. Скажу тебе по секрету. – гость понизил голос. – Всё не так однозначно. Его атласная и парчовая ткани разлетаются очень быстро.

– Кипень, тебе ли говорить? – притворился возмущённым Дибс.

– А что мне ты можешь предложить, почтенный? – поитересовался землянин.

Зачем этот торговец забрался в фургон Немченко уже догадался.

– Можно подумать, ты не знаешь! – рассмеялся Кипень. – Одну мою близняшку на предстоящую ночь уже сторговали, а вот вторая пока свободна. Я и подумал, почему бы не предложить её такому молодому и бравому воину как ты? Согреет тебя на привале. Всего за пять оборов. Ты как, готов расстаться с такой незначительной суммой?

Юные рабыни торговца внешне действительно выглядели неплохо, но уж сильно были потасканы. Пользоваться их услугами попаданец не стал бы даже, как говорится, в самый голодный год. Да и сам Кипень был ему противен.

– С удовольствием, почтенный. Только на следующем отдыхе. – Андрей широко улыбнулся. Он знал, что предстоящая ночь многое изменит. – А сегодня я рассчитываю на нечто иное.

– Мелиса? – воскликнул Ремез. – Лиц, да она только пылкие взгляды расточает, а как до дела дойдёт, так ты окажешься не в её вкусе, и вообще, выяснится, что у неё голова болит, и она хочет выспаться. Вот увидишь.

Раздался издевательский смех владельца фургона.

– Главное, не вздумай спорить, Рем. – Дибс насмешливо посмотрел на своего помощника. – Если с тобой она так обращается, это вовсе не означает, что красавчик-офицер останется ни с чем.

– Друзья, мне пора. – сообщил Немченко. – Нужно отрабатывать путешествие с вами.

На самом деле до полудня было ещё больше часа, но находиться в компании с Кипенем Андрею не хотелось, да и Дибс с Ремезом надоели.

Он вскочил на Буцефала и дождался хвоста колонны. Несколько раз съезжал в лес, чтобы уйдя в сумрак подслушать временного капитана. Пока ничего интересного не узнал, Гичарт вполне грамотно руководил охраной. Ещё бы! Не хочет, чтобы его будущая добыча досталось кому-нибудь другому.

После полудня напарником Андрею в арьергард был назначен бывший королевский арбалетчик Миль, пожилой, спокойный мужчина средних лет, лишившийся двух пальцев на левой руке.

– В городскую стражу, надеюсь, возьмут. У меня там зять, муж сестрёнки, командует околотком Кожевенного района. – говорил арбалетчик олу Рею, когда они вдвоём ехали в сотне метров за последней повозкой обоза. – Мне и в армии предлагали остаться, даже десятником назначили. – Миль скосил глаза на плечо куртки, где был пришит потёртый шеврон. – Только мне, если честно, уже всё надоело. Денег, спасибо нашему капитану, я скопил. Хватит на домик и пожилую рабыню, чтобы по хозяйству помогала. Займусь воспитанием племянников. – он улыбнулся. – Сестра жалуется, совсем от рук отбились, а Палур с утра до вечера на службе. Такова судьба начальников.

Андрей же слушал и гадал, с чего вдруг капитан так доверился двоим приблудным воякам, что направил их на дежурство без присмотра кого-нибудь из своих? Не иначе хочет обсудить предстоящие действия по захвату каравана? Так сказать, последнее перед делом уточнение задач?

Колонна в пути делала короткие остановки, чтобы дать лошадям-тяжеловозам отдохнуть. Каждый раз, как только это происходило, землянин, делая скорбное лицо мучающегося животом, оставлял напарника на дороге, а сам отъезжал в заросли.

Миль над новым знакомым не подшучивал. Наоборот, хотел даже поделиться алхимическим эликсиром, помогающим справиться с расстройством желудка. Лейтенант Лицерос от помощи отказался, махнув рукой, заявил, что и так пройдёт.

Понятно, на самом деле землянин симулировал болезнь, чтобы послушать, о чём говорит Гичарт.

Нужные сведения Андрей получил на четвёртой остановке, когда Гичарт собрал своих бойцов и распределил между ними будущие жертвы внезапного нападения, кто из вояк кого из купцов или телохранителей должен будет сразу же зарезать после полуночи по сигналу осветительного амулета, луч которого капитан направит вверх.

До этого момента, кроме пары караульных, всем негодяям предстояло изображать крепко спящих. Захваченный обоз Гичарт и его люди собирались доставить в Олейск, где знали скупщиков, работавших с разбойными бандами. Затем отряд действительно хотел отправиться в столицу, только уже с хорошими деньгами в своих кошелях.

Судьба возниц, приказчиков и рабов, как и присоединившихся к каравану арбалетчика и лейтенанта, планировалась печальной. Кого-то намеревались сразу убить, а кому-то полагали пообещать отпустить после того, как груз будет доставлен в нужное место.

Что теперь делать, Андрей уже понял. К своему напарнику вернулся в хорошем настроении.

– Уфф, кажется отпустило. – похлопал он себя по животу.

– Слава Великому. – ухмыльнулся Миль. – Ты вовремя. Смотри, тронулись.

Вместе с Гичартом охранников двенадцать человек, и весь их рассчёт на подлость и внезапность. А если семеро негодяев уснёт по настоящему и не отреагирует на сигнал амулета? Справятся ли впятером, особенно если парочку сразу же сразит якобы не уснувший из-за революции в животе лейтенант Лицерос?

Нет, точно не справятся. Да, возможно кого-то успеют убить, даже наверняка, того же Кипеня с его бодигардом, ну так туда обоим и дорога. Немченко их совсем не было жаль.

Синих топей успели достигнуть за час до темноты. Здесь лес с одной стороны дороги сменился большим, заросшим чахлыми берёзками, болотом. Сразу понятно, почему эту топь так назвали – зеркала воды, пробивавшиеся среди мхов и травы имели небесный, а не грязно-серый или красноватый торфяной цвет.

По другую сторону имелась обширная поляна, где легко разместился весь караван. Место оказалось сильно загажено предыдущими путешественниками, но никто не кинулся наводить порядок.

Разожгли костры и принялись готовить ужин, который утром после подогрева станет и завтраком.

– На эту ночь я уже дежурство распределил. – сообщил капитан подъехавшим к нему Лицеросу и Милю. – Отдыхайте. А завтра поедете передовым дозором.

При том, что большинство караванщиков ехало, а не шло пешком, дорога всё равно выматывает, и спать легли довольно рано. Шатров не разбивали, торговцы и их помощники заняли места в фургонах, остальные разместились на вязанках хвороста или лапника возле костров.

Выждав необходимое время, землянин, устроившийся возле повозки Дибса, погрузился в сумрак и двинулся обезвреживать людей Гичарта. Он подходил к каждому из намеченной им семёрки, опускался позади, выходил в реальность и заклинанием объятия тени погружал одним гитом энергии в сон на час. Уже знал, что после окончания действия заклинания его жертвы не проснутся сразу же, просто магический сон перейдёт в обычный.

На всякий случай, после усыпления очередного негодяя убирал в сторону метра на два его оружия. Пусть в темноте спросонья попробует быстро его найти.

Справился с задачей довольно быстро. Ничего сложного. Так же незаметно вернулся и стал ждать, не позволяя себе расслабиться.

Убивать лейтенанта явился сам Гичарт. Похоже, этот урод уже имеет опыт скрытного приближения к врагу. Андрей без помощи магии действовать также бесшумно не смог бы.

Капитан приготовил меч для нанесения удара, но, прежде, направил вверх ярко-жёлтый луч света из перстня.

– Тревога! – что есть мочи закричал землянин, всаживая свой замечательный клинок в живот Гичарта по самую рукоятку. – На нас напали!

Караванщики люди бывалые, спали на привалах, что называется, в полглаза. Немченко услышал предсмертные хрипы от соседнего фургона – Кипень и его человек отправились в путешествие по реке забвения – и сразу же удары металла о металл. Кто-то успел вскочить и начать оказывать сопротивление.

Что могут сделать четверо оставшихся подельников капитана против толпы вооружённых караванщиков? Мало чего. Только не нужно забывать и о спящих уже обычным сном семерых других подонках.

– Это Гичарт и его люди хотят нас убить! – оповестил Андрей всех.

Вот теперь дело пойдёт веселее и более организовано.

– Ты… ты сволочь… – хрипел капитан, держась руками за живот.

– Я⁈ Вот уж это точно с больной головы, да на здоровую. Но ты не рассчитывай быстро подохнуть. Есть у меня при себе лечилка, так что, тебе ещё предстоит побеседовать с почтенным Титобисом.

Андрей принялся вязать своего пленника перед тем как использовать амулет оздоровления, но тут из темноты выскочил Рауш, тот самый, который прирезал Кипеня. Ол Рей ушёл перекатом, одновременно перерубив вояке ногу в колене.

– Что здесь, Лиц? – спросил появившийся Миль.

Следом вывалились из фургона с мечами в руках Дибс и Ремез.

Оставив торговцев присматривать за связанным и исцелённым Гичартом, Андрей, добив вопящего Рауша, вместе с королевским арбалетчиком кинулся помогать караванщикам отбить нападение.

Глава 11

Выспаться этой ночью ни у кого из караванщиков не получилось, как и позавтракать толком. Не до еды оказалось. Кроме Гичарта, главаря бывших вояк, вставших на путь разбоя, живыми взяли только ещё двоих. Из тех, кого усыпил ол Рей. Остальные погибли в ходе схватки.

Землянин, помимо обезноженного им Рауша, прикончил ещё одного. Тени обоих он вовремя сообразил забрать к себе в магическое войско, всего две, но, как говорится, курочка по зёрнышку клюёт, да сыта бывает.

Утро только окрасило светом верхушки сосен, пока ещё не добравшись до берёзок, кочек и водных зеркал болота, а обоз уже готов был продолжить путь, вытянувшись в плотно сбитую колонну.

– Повесим? – спросил у Титобиса его телохранитель.

Ночью Марк, поднятый криком отставного лейтенанта Лицероса, в последний момент успел уйти от кинжала разбойника, спастись сам и сохранить жизнь своему шефу. Правда, избежать тяжёлого ранения не получилось. Пришлось начальнику каравана пожертвовать личному бодигарду оба имевшихся лечебных амулета.

Злость на Гичарта и его людей не помешала Марку пытать их аккуратно. Бывшие охранники каравана выложили абсолютно всё о своих планах, оставшись при этом живыми, хотя и сильно изувеченными.

– Это будет слишком лёгкая смерть для таких тварей. – мотнул головой Титобис, сидевший на бревне в окружении стоявших рядом коллег-купцов. – Да, сволочь? – обратился он к бывшему капитану.

У полулежавшего на земле чуть в стороне от костра Гичарта, кроме вырванных зубов, отрезанных носа и правого уха, сильно опухли разбитые молотком пальцы обеих рук. Но кровотечение у него остановили с помощью алхимического бальзама, так что, смерть ему не грозила.

Он с ненавистью смотрел не га своих мучителей, а на таких же изувеченных подельников, сидевших связанными спиной к спине. Андрей понимал причину этой злости. Капитан считал именно их виновниками провала, проспали растяпы. А те и сами не знали, что вдруг на них ночью накатило.

Разумеется, просвещать кого бы то ни было о магическом характере напавшей на людей Гичарта сонливости Немченко и не подумал. Ему слава не требовалась.

Начальнику каравана бывший капитан не ответил, сплюнул тягучую слюну и свесил голову на грудь.

– Тит, с этими тварями понятно. – торговец истринскими наливками подсел к Титобису. – Как раз к празднику весны пригодятся. Кол или сдирание кожи, это пусть городское начальство решает. Или получше придумают. Только вот, предстоящие два перехода, они же по опасным местам предстоят, а мы остались совсем без охраны.

– Так уж и совсем? – хмыкнул главный караванщик и посмотрел на скромно стоявших в сторонке отставных лейтенанта и десятника-арбалетчика. – Лиц, прости, до сих пор тебя не поблагодарил, сам видишь, делом был занят…

– Да не за что благодарить-то, почтенный. – Андрей отлип от ствола сосны и отмахнулся. – Корчмаря надо благодарить. Накормил какой-то гадостью и, что днём, что ночью мне не до отдыха было.

Все присутствующие рассмеялись, выплёскивая через смех накопившиеся напряжение, страх, боль, азарт боя, злость на подонков, хотевших убить доверившихся. О том, как Лицерос мучился с животом и поэтому не спал, когда Гичарт явился его убить, в караване уже знал даже самый последний раб. Немченко об этом постарался, бросая словечки то тут, то там, да и Миль помог.

– Всё равно, Лиц. – Титобис встал, прихватив мешочек с задатком, который забрал у капитана и подошёл к землянину. – Держи. Твоё по праву. Ваше с Милем. И оставшуюся оплату в Хатине получите. Ты уже понял, о чём я хочу тебя попросить? Возьмись за охрану, лейтенант. Бери к себе в отряд наших людей, кого сочтёшь нужным. Оружие и доспех имеется. – он бросил взгляд на валявшуюся кучей боевую экипировку, отобранную у людей Гичарта.

Самого бывшего командира охраны и его подельников приказчики уже волокли к фургону.

В каждом караване имелись комплекты кандалов или колодок, а иногда и то, и другое, для строптивых или намеревающихся пуститься в бега невольников, либо для пленных врагов, встреченных по дороге.

Обезболивающее действие заживляющих, кровеостанавливающих эликсиров, похоже, начало заканчиваться и захваченные негодяи вновь принялись громко и натужно стонать, когда их скованными грубо побросали на повозку.

– Хорошо. – согласился Немченко на предложение возглавить охрану обоза – а какой у него ещё был выбор? – Я возьмусь.

– Буду твоим должником. Мы будем.

Торговец посмотрел на своих товарищей, и те дружно кивнули. Двоих своих коллег они уже потеряли – кроме Кипеня погиб возвращавшийся из Истра конезаводчик – и погибнуть следующими от рук разбойников не желали.

В распоряжении лейтенанта Лицероса оказалось двенадцать боевых солдатских комплектов, такое число бойцов он себе и набрал. Первым он пригласил в отряд Ремеза. Мечтал о воинской службе? Добро пожаловать.

Не удивился, когда Мелиса с подругой Даньей вызвались. Мечами девицы владели получше таких олухов как Ремез, а недостаток силы компенсировали быстротой и ловкостью.

А вообще, конечно, войско у ола Рея получилось так себе. Даже пятеро купеческих телохранителей лучше владели кулаками и дубинками, чем клинками, копьями или самострелами. Только деваться было некуда. Караван – не гильдия наёмников.

Собрав команду и распределив её вдоль всей выдвинувшейся в путь колонны – хорошо хоть, что в седле все новобранцы держались вполне уверенно – Андрей подъехал к повозке Титобиса.

– Чтобы быстрее миновать опасные места придётся чуть ускорить движение. – сказал землянин.

– Зачем? Мы идём таким темпом, чтобы ночевать на постоялом дворе, а не под открытым небом как сегодня. У меня всё рассчитано.

– Ничто не мешает нам, подойдя к трактиру раньше, встать там на постой днём. Так ведь? Дольше отдохнём.

– Тоже верно. – согласился торговец и послал раба с соответствующим поручением к первому фургону.

Ещё собирая отряд Немченко незаметно достал из сумки поисковый амулет, выполненный в виде кулона, и повесил его себе на шею, спрятав под курткой. С ним двигаться стало спокойней.

Ночью всё прошло относительно гладко, в том смысле, что никаких выдающихся способностей мечника лейтенант Лицерос не продемонстрировал. Его победа над тремя противниками – результат счастливого стечения обстояльств и кое-каких навыков, приобретённых юным офицером на войне. Так все посчитали.

Были подозрения, что своей минуты славы в Хатине ему всё же не избежать. Там все готовятся к празднику, пока развлечений особенных нет, поэтому история с попыткой захвата обоза Титобиса своей же охраной, как и роль случайно прибившегося к каравану лейтенанта в отпоре бандитам, наверняка разойдётся по городу.

Впрочем, благородных олов, проживающих в Хатине и прибывающих в него на празднования аристократов вряд ли так уж сильно заинтересуют события, коснувшиеся торгашей-простолюдинов. Главное, ещё в какую-нибудь заваруху не влипнуть до того, как обоз прибудет в город.

Надежды на способность отряда без помощи мага отразить нападение разбойников почти нет. Остаётся надеяться, что никакая шайка не нападёт. Жаль, что от Андрея тут ничего не зависит. Или зависит?

– Миль. Командуй здесь, а я поеду впереди.

Отставной королевский арбалетчик нахмурился.

– Один? Возьми хотя бы Данью с собой. Она, смотрю, неплохо верхом держится и самострелом хорошо умеет управляться. Я проверил.

– Десятник, нас и так мало, а какие воины из наших новонабранных охранников, не хуже меня понимаешь. Каждый арбалет на счету. Нет, я не стану ослаблять караван. А за меня не переживай.

Идея, возникшая в голове Немченко, была проста как рецепт пареной репы. Раз ему не желательно использовать магию при свидетелях, то можно применять её в отсутствие оных. По другому никак.

– Осторожней там! – крикнул Миль вдогонку пришпорившему коня командиру.

Андрей поднял вверх руку в знак того, что услышал пожелание своего помощника.

До календарной весны ещё неделя, но погода стояла как в родной Нижегородчине в начале апреля – тепло, солнечно, хотя кое-где под густыми деревьями сохранялись полоски грязного снега. Ехать было комфортно, однако Немченко расслабляться себе не позволял.

Если разбойничьи банды орудуют на этой дороге, то наверняка выставили где-то наблюдателей. Обнаружить одиночек поисковый амулет сможет, только если те будут перемещаться, да и то, на расстоянии не более сотни метров. Приходилось смотреть в оба и внимательно прислушиваться.

Конечно, это не мешало размышлять. Вспомнил, что он пока не познакомил ни Таню, ни, тем более, Джису с комедиями. Понравятся они им? Наверняка. «В джазе только девушки», «Обыкновенное чудо», «Труфальдино из Бергама» – что там ещё Лика любила?

Время сейчас на изготовление иллюзионов имелось, а вот возможности нет. Резерв хоть и полон под завязку, и всё же тратить его на синема в сегодняшних обстоятельствах было бы безответственно.

Амулет действительно подвёл. Зато настороженность помогла почувствовать чужой взгляд.

Делая вид, что ничего не заметил, Андрей продолжал ехать как ни в чём не бывало, хотя еле уловимое движение в подлеске смог обнаружить. Зверь? Всё может быть. Требовалось проверить.

Первый фургон обоза движется в паре сотен метров позади. За изгибами и взгорками дороги, заросшей лесом по обе стороны, караванщики не видят своего одиночного авангарда.

Очередной поворот оказался совсем близко. Едва свернув, Андрей быстро привязал Буцефала, зачем-то – сам не понял – погрозил умному коню пальцем, погрузился в сумрачный слой и быстро побежал к подозрительному подлеску.

Так и есть. Одетый в какие-то рваные меха и ободранную кроличью шапку мелкий шпион лежал на лапнике, накрытом попоной. Неосёдланная пегая лошадка дожидалась своего седока в неглубоком овражке, её Андрей приметил раньше разведчика.

Выход в реальность, заклинание сумрачных цепей, поднятие на плечи пленника и бег назад к верному четырёхногому другу – всё заняло пару-тройку минут – и Немченко, перекинув наблюдателя через холку коня, вскочил в седло.

Чувство дежавю при этом было легко объяснимо. Совсем недавно он также на себе перетаскивал подобную же грязную, вонючую чушку Гадюку, и по весу новая ноша оказалась примерно такой же, даже легче.

Рука землянина в какой-то момент, когда он разбирал поводья, оказалась слишком близко к голове пленника, и тот умудрился благородного Анда за неё укусить.

– Чёрт! – от неожиданности на родном языке выдохнул Немченко и сильно ударил придурка ладонью по затылку. Шапка с того слетела, обнажив свалявшиеся в сальные сосульки длинные волосы. – Угомонись, скотина. – сказал уже по гертальски.

То ли укус так подействовал, то ли на рефлексах прятать всё подальше, включая и пленника, но сумрачным путём Немченко махнул сразу мили на полторы в сторону от дороги.

На небольшой поляне спешился и грубо стащил пленного грязнуху на ворох хвои и листвы под ногами.

– Господин ол? – раздался жалобный голос.

– Догадался всё же? Догадалась?

Только вглядевшись в лицо наблюдателя Андрей догадался, что схватил девушку, почти девчонку. Лет пятнадцать ей не больше.

– Пожалуйста, не убивайте меня. – заплакала она сухими глазами.

Крокодильи слёзы. Землянин почему-то сразу решил, что девица лицемерит. Не похожа она на чувствительную барышню. Кровищи пролила поди немало со своими подельниками. Немченко не раз уже встречал подобных представительниц криминала.

А с другой стороны, зачем ему убивать эту желтозубую грязнушку? Без лошади она не успеет предупредить своих дружков. В город точно не подастся, к каравану тоже. Выживет или нет одна в лесу? Это её проблемы. Скорее всего, первое. Такие особи весьма живучи. Особенно, если присвоит себе имущество банды, которую он намеревается уничтожить.

– Не хочешь преждевременно отправиться по реке забвения? – Андрей присел на корточки перед скованной магией пленницей. – У меня тоже имеются кое-какие желания. – он извлёк из сумки Джисину мазь в крохотном бутыльке и принялся натирать ею укус. – Давай же поможем друг другу. Жизнь в обмен на информацию.

Куда несчастной разбойнице было деваться? Само собой, она согласилась, и уже минут через десять, задав буквально пару-тройку наводящих вопросов, Немченко узнал всё, что ему нужно.

– Вы правда меня не убьёте? – всхлипнула Рада, так её звали.

– Не охота пачкаться. – Андрей подошёл к коню и поправил сбившийся чуть набок вьюк на крупе. – Если не бросишь плохими делами заниматься, однажды это для тебя всё равно плохо кончится.

В глазах разбойницы читалось: лучше бы ты мне помог материально, а не нотациями. Но произнесла другое:

– Господин, вы меня так и оставите недвижимой? Я ни руками, ни ногами пошевелить не могу.

– Это пройдёт скоро. – ол Рей вскочил в седло. – Считай до ста.

– Я, я не умею.

– Ну, тогда десять раз по десять. Награбленные деньги поди хорошо считала?

– Мне они и не доставались ни разу. Атаман с Рябым всё себе забирали.

– Жалость какая. – качнул головой Немченко. – Сейчас расплачусь. Ладно. Вернёшься к вашей стоянке, забери там всё, что тебе понравится. Я дарю.

Считать ей хоть до сотни, хоть до тысячи, сумрачные цепи, в которые ол Рей влил всего один гит, продержатся, как минимум, минут сорок. Ничего, пусть Рада поволнуется и попереживает. Страдания, говорят, исцеляют душу. Даже когда у человека зуб болит, ему не до греховных мыслей.

Вначале вернулся на дорогу и дождался каравана, с которым ехал до полуденной, долгой – обычно полчаса-час – остановки.

– Присмотри, чтобы моего друга рабы накормили овсом и напоили. – попросил он Ремеза, едва обоз свернул с дороги.

– А ты куда? – парень, надев доспехи стал заметно важничать, напуская на себя серьёзный вид.

– Пройдусь по окрестному леску. Я недолго.

– Мелиса нас к себе обедать приглашает.

– Всю дорогу жевал. И пока, извини, всё никак в норму прийти не могу. Тебе чего, Миль?

– Мне тогда по другую сторону дороги пройтись? – предложил жующий десятник с рогаликом колбаски в одной руке и лепёшкой в другой.

– Не помешает. – согласился псевдо-лейтенант и, поправив перевязь меча, направился, обходя полосу кустарника, в лес.

Едва скрылся из виду, магически переместился к мосту через Лифу, небольшую, но быструю речку. Карту маршрута Андрей у Титобиса изучил, и где находится скальный выступ над руслом, возле которого обитала разбойничья банда, примерно представлял.

К сожалению, схема оказалась не точной, и скала оказалась от него в полумиле к северу, а должна была быть чуть южнее. Пришлось ждать отката заклинания и совершать ещё одно перемещение.

Зато двоих разбойников он увидел сразу же. Крупный медведеобразный мужчина и паренёк, оба одетые во что попало, как те бурлаки на Волге с картины Репина, тащили из воды большую, плетёную из ивняка морду, набитую рыбой. Не грабежами едиными жила эта шайка.