Текст книги "Соправитель королевства (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 13

Дорога, по которой они ехали, вывела их из леса к небольшой деревушке, зажатой между лесной опушкой и болотом.

Два десятка покосившихся домишек были обнесены давно прогнившим ограждением, которое теперь вряд ли могло спасти от дикого зверья, для чего оно и было, по всей видимости, построено.

– Не надо! – заходилась криком жена старосты, валяясь в ногах гвардейца, пока не получила от него сильный удар кованным сапогом по лицу и не потеряла сознание.

Лешик, у которого от этих криков уже закладывало уши, облегчённо перевёл дух. Он посмотрел, как двое солдат поволокли дочь старосты, девушку, лет семнадцати, на сеновал, и вошёл в дом.

– Как он там? – поинтересовался Лешик у графа ри, Зенда о здоровье короля.

Граф только что вышел из спальной комнаты, в которой лежал тяжелораненный Лекс, и уселся на лавку возле оконца.

– Приходил в сознание. Ненадолго, – ответил он равнодушно, – Без лекаря, думаю, может и не оклематься. Пойдём, поговорим на улице? – показал он взглядом на выход.

– Я, как ты видишь, только что оттуда пришёл, – усмехнулся Лешик, усаживаясь на скамейку по другую сторону стола, – Надо хоть чем-то себе живот набить, – с этими словами он взял из большой глинянной миски запечённую репу и, наколов на конец ножа кусок старого пожелтевшего сала, с сомнением покрутил его перед глазами, – Говори здесь. Или боишься, что он услышит? – спросил он, – Сам же говоришь, он совсем плох.

Ри,Зенд пожал плечами, мол, ладно, но голос снизил почти до шёпота.

– Слушай, барон, – граф знал, что, при всём своём внешнем безразличии, этот бывший невладетельный благородный любит, когда напоминают о его приобретённом маноре и прилагающемся к манору титуле, – Я так и не понял совсем, чего ты добиваешься. То ты вытаскиваешь Лекса из самой гущи схватки – да ты, бесспорно, ему жизнь спас – то ты равнодушно смотришь, как он может умереть, и даже не пытаешься разыскать хоть какую-нибудь знахарку для него, – он показал, движением подбородка, в сторону комнаты, где лежал раненный король, – Скажи честно, чего ты добиваешься? Ты знаешь, я поддержу любое твоё решение. И не из-за страха перед тем, что имеется на меня у графини ри, Шотел. А, сам понимаешь, почему.

Барон Гирвест абсолютно не верил в то, что граф не боится того, что Олег называет компроматом, но вполне верил в то, что не только из страха Олни ри, Зенд выполняет все его поручения. Выгоду граф имеет тоже.

Самому Лешику это было хорошо знакомо на собственном опыте. Именно так, на смеси страха и выгоды долгое время держал его на крючке барон Ферм. Впрочем, сейчас уже, никакой нужды ни в каких крючках страха для Лешика не было. Герцог ре, Сфорц дал ему то, о чём не смел даже мечтать младший сын мелкого владетеля – манор и титул. А ещё, верная служба Олегу давала возможность жить здоровым и долго. Но, кроме этого, Лешик обнаружил вдруг в себе, что ему очень интересно служить такому сюзерену.

– А я сам не знаю, чего я хочу, дорогой граф, – ответил он, так и не рискнув, всё же, отправить в рот сало, ограничившись одной только репой, – Я не мог бросить короля на верную смерть, потому что не знаю, как бы к этому отнёсся герцог-соправитель, наш с тобой сюзерен и благодетель. Но, лично моё мнение, всем в королевстве будет лучше, если Лекс Винор умрёт. Наследственные черты их рода в Лексе проявляются всё чаще.

Граф какое-то время молча наблюдал, как Лешик с аппетитом уминает репу, густо посыпая её солью.

– То есть, ты решил положиться на Семерых, – утвердительно сказал он, – Ты ведь понимаешь, что лучшего момента может уже и не быть?

Понимал ли это Лешик? Ещё как понимал. Но Олег, отправляя его к королевскому двору, поставил ему задачу быть его ушами и глазами при Лексе, втереться к королю в полное доверие и научиться манипулировать им.

Все эти задачи оказались для новоиспечённого барона довольно легко выполнимыми, включая и последнюю – Лекс оказался сильно падок на умную лесть. За полторы декады злосчастного похода, когда представленный ри, Зендом барон Гирвест вошёл в королевскую свиту, у Лекса сложилось весьма благоприятное мнение о своём новом придворном, и король, не скрывая, это показывал.

Мнение же самого Лешика о своём монархе, и так, с первого же момента знакомства, не очень благоприятное, становилось хуже с каждым днём.

Ри,Зенд считал, и говорил об этом Гирвесту, что Лекса, в его поступках, часто ограничивал маг Доратий, и Лекс этой опекой своего наставника сильно тяготился. Оставшись без его влияния, король явно решил показать всем свои таланты.

И показал.

Было бы простительно, если бы король со своим небольшим войском попал в устроенную для них ловушку. Но, в том-то и дело, что никто не планировал их куда-то заманивать. Наоборот, многочислнные банды и толпы бунтующей черни, узнав о приближении к ним отряда регулярной армии, пытались отступать и, даже, разбегаться.

Но король, в своей ярости, и стремлении, как можно скорее наказать обнаглевшую чернь, загнал своим небольшим отрядом банды бунтовщиков к слиянию Фесты и Лары, где тем не оставалось иного выхода, как принять бой.

«Плетьми гнать их, плетьми!» – кричал король, лично возглавивший атаку кавалеристов. А, с учётом того, что весь путь его небольшой армии был обильно обозначен колами и виселицами, на которых гроздьями висели те, кто пытался спасти свои жизни сдавшись на милость короля, необученные и вооружённые, чем попало, оказавшиеся в безвыходном положении, крестьяне оказали отчаянное сопротивление. Отряд Лекса утонул в человеческом море оборванных, голодных и злых людей.

Говоря по правде, Лешик и сам пренебрежительно относился к толпам, вооружённых вилами и косами, крестьян и, пожалуй, он тоже мог бы совершить такую же ошибку, как Лекс. Но Лешик не король, который должен хорошо думать о возможных результатах своих поступков или помыслов, действий или бездействий. Ему это было бы простительно.

Лешик, буквально, через три – четыре дня их похода понял, как легко было бы раздавить этот бунт, пользуясь тем, что эти нищие, оголодавшие недотёпы, восстав, против своих владетелей, свято верили в то, что король у них добрый, что, как только он узнает, каким притеснениям и несправедливым поборам подвергались крестьяне, то справедливо всё рассудит. И вернёт то, что брали с них сверх положенного.

Да, Лекс их рассудил. И результаты его правосудия виднелись повсюду, где побывали его патрули и разъезды.

Особо жестоких пыток не было, по той простой причине, что король очень торопился покарать главных бандитов и бунтарей. Поэтому, пришедшие к нему за справедливостью, отделывались посадкой на кол или верёвкой.

На месте короля, Лешик учёл бы то количество солдат, которое у него было и проявил бы милость, хотя бы на первых порах. А уж рассчитаться-то со всеми, можно было бы и потом.

Свой порыв подсказать правильную идею королю, он вовремя подавил, вспомнив совет Олега, никогда не давить на начальника своим интеллектом. Да и не нуждался в тот момент Лекс в чьих-то советах. Он горел жаждой лёгкой победы.

Когда ри, Зенд пытался остановить придворных щеголей, развернувших коней и пустившихся бежать от озверевших толп бунтующей черни, которые, словно, полностью обезумев, лезли на мечи пехотинцев полковника Вылега и копья гвардейцев, Лешик заметил, что эта паника, охватившая благородных, была подхлёстнута тем, что короля, вырвавшегося в первые ряды кавалерийского отряда, уже сбили с коня здоровенной оглоблей.

«Бросай это бесполезное дело», – сказал тогда Лешик, быстро прокрутив в голове все возможные варианты реакции Олега, когда тот узнает о гибели Лекса на глазах его барона, и решил, что короля надо сейчас спасать, а уж потом будет видно.

Ри,Зенд, к его чести, никогда ранее особой храбрости не проявлявший, в тот день не подвёл.

К королю они пробились в тот момент, когда от напиравшей толпы, его лежавшее на земле тело, с головой, залитой кровью, защищало уже меньше десятка гвардейцев, чудом сумевших оттеснить от него мужичьё.

С помощью ри, Зенда, Лешик перекинул Лекса перед собой на коня и, позвав за собой оставшихся в живых гвардейцев, устремился не вслед за убегавшими придворными, а строго вбок, налево, прикрывшись спинами продолжавших, из последних сил, держать строй фаланги, пехотинцев полковника Вылега.

Набирая скорость, он ещё успел увидеть, окружённого толпой, королевского адъютанта полковника Ювера Обатура. Похоже, участь полковника была незавидна. Лешику было жаль этого молодого лоботряса. Не потому, что они с ним так уж сдружились, но Ювер был неплохим парнем, к тому же, он был должен Лешику одиннадцать лигров, которые проиграл ему в кости.

Вырваться им удалось благодаря, скорее, неожиданности, чем боевому мастерству – никто, ни бунтовщики, ни сами, пустившиеся за Лешиком, гвардейцы, не ожидали, что он поведёт их к реке.

Переправляться через Фесту зимой вплавь было чистым безумием. А моста или брода в этих местах рядом не было.

Но Лешик и не собирался совершать такой подвиг. Одно время, он путешествовал в этих местах, и хорошо их знал. Берег реки тут был пологим и достаточно твёрдым.

Возглавляемая им кавалькада всадников, ушла по самому краю реки, поднимая копытами коней фонтаны брызг, и полоске между рекой и лесным кустарником.

Враг, то ли растерялся, то ли не обратил внимания на такую малочисленную группу, но преследования не было.

Всего, с Лешиком и ри, Зендом, вырвалось из гущи сражения двадцать шесть гвардейцев, два гвардейских и один из полковых магов, а также, увязавшийся за ними, с самого начала прорыва, виконт ри, Виггер.

Оторвавшись на пару лиг и убедившись в отсутствии преследования, Лешик остановился.

Ехать дальше с истекающим кровью королём означало превратить его в труп.

После осмотра и перевязки большой раны на затылке, так и не приходящего в себя Лекса, Лешик скомандовал сделать носилки, и дальше, сменяясь, гвардейцы, попарно, их тащили в середине кавалькады.

Вопросов, почему, недавно появившийся в свите короля никому не известный барон, всеми командует, не возникало. А если у кого-то и возникало, то они предпочли промолчать и подчиниться, глядя на то, что распоряжения барона поддерживает граф Олни ри, Зенд, которого все знали, как приближённого короля и полковника.

К вечеру они вышли к рыбацкому хутору, где разжились кое-какими припасами. На тридцать, с лишним, человек еды оказалось совсем мало, но немного утолить голод они смогли.

Владельцев хутора, семью из пяти человек, гвардейцы убили, чтобы сбросить напряжение после сражения и бегства и чтобы те не выдали их дальнейшего маршрута.

А дальше им пришлось уходить в лес, идти вдоль берега Фесты становилось всё труднее, а мысль отправиться вниз по Фесте на плотах и двух, имевшихся на хуторе, рыбацких лодках, пришлось отбросить, так как через десять лиг ниже по течению лежал городок, захваченный бандами.

И вот через два дня блужданий по лесу, основательно проголодавшиеся, они вышли к этой забытой Семерыми деревушке.

– Может будет лучший момент, а может и не будет, – отвлёкся от своих воспоминаний и размышлений барон Гирвест, – Я вообще не уверен, что Олегу это нужно. Но, для блага королевства, лучше было бы, чтобы он не выжил, – утолив первый голод, Лешик отодвинул миску, – Скоро там свинину пожарят?

– Что, не нравится простая крестьянская пища? – усмехнулся граф.

В деревне отряд набрал много продуктов, в первую очередь, мяса забитых кур и свиней. Все трое магов знали заклинание Сохранение, поэтому можно было не бояться того, что продукты испортятся.

Резни, как на рыбацком хуторе, устраивать не стали, но кто-то из селян всё же попал под горячую руку.

На две реквизированные телеги сложили продукты и тёплые вещи, а на третьей разместили бессознательного короля, уложив его на подстилку из отобранной у старосты перины.

– Впереди, на поляне, какие-то люди, – доложил вернувшийся из передового дозора гвардеец, – Несколько десятков. Многие вооружены.

– Кто это, не поняли? – спросил ри, Зенд.

– Похоже на кого-то из наших, судя по обмундированию и доспехам, но мы близко подбираться не стали, чтобы их дозорные нас не заметили.

Гвардеец выжидательно посмотрел на ри, Зенда и Гирвеста, ожидая от них одобрения или неодобрения своих действий.

– Всё правильно сделали, – одобрил Лешик дозорных, – Была бы возможность обойти, – сказал он графу, – Я бы даже выяснять не стал, кто там и что там, а просто бы обошёл. Но уж больно большой крюк делать придётся.

Ри,Зенд подозвал лейтенанта, единственного офицера среди прорвавшихся с ними гвардейцев, и поручил ему подобрать парочку человек, умеющих, хоть как-то получше других, вести разведку. И отправил их к обнаруженному лагерю.

– Тревога! – негромко крикнул лейтенант, увидев сигнал выставленного, впереди, наблюдателя.

В гвардии служили опытные солдаты, да и никто, к тому моменту, не снимал доспехов и не выпускал из рук оружия, поэтому, без всякой лишней суеты, за несколько ударов сердца, бойцы вскочили в сёдла и сбили плотный конный строй впереди телег.

Ожидание продлилось недолго. Вскоре, из-за деревьев, на повороте дороги, показалась парочка их горе-разведчиков, которых гнали перед собой трое всадников. В одном из этих всадников, с рукой на перевязи, Лешик узнал полковника Ювера Обатура.

Как оказалось, этому счастливчику не только удалось вырваться из свалки, хоть и подранком, но и собрать отряд в сотню человек из выживших в той резне.

– Я уж посчитал, что тебе конец, – Лешик хлопнул баронета по плечу, – Когда какой-то мужлан всадил вилы в брюхо твоего коня, я видел, как ты заваливался. Всё, думаю, отбегался наш Ювер.

– Да я и сам думал, что не выберусь из той свалки, – улыбался совершенно пьяный королевский адъютант.

Они сидели втроём в самом лучшем трактире Гратска, небольшого городка, куда их разросшийся отряд прибыл через два дня после их встречи.

С Лешиком и Ювером за столом сидел ещё и виконт Сай ри, Виггер, молодой придворный, сын одного из самых богатых владетелей Винора графа Шота ри, Виггера.

– Повезло тебе, – согласился не менее пьяный виконт.

– Разве мне повезло? – помахал рукой молодой полковник, – Нет, это вон ему повезло. И остальным, кому я должен опять кучу денег. Эх…, – радость от осознания собственного спасения, на лице баронета, сменилась грустью от воспоминания о долгах.

– Быстро ты их делаешь, долги-то, – согласился виконт, – У меня не проси, я тебе больше не дам, – увидев сфокусировавшийся на себе взгляд Ювера, – сразу же отказал он, – О, наш граф вернулся, – увидел он вошедшего в трактир ри, Зенда.

Тот, оглядев наполненный посетителями зал и быстро обнаружив их троицу, подошёл к ним и сел рядом с Лешиком.

– Вина и чего-нибудь посытнее, – сделал он заказ подскочившей к их столику рабыне, – Тянуть не буду. Наш государь пришёл в себя, но ненадолго. Никого не узнаёт и ничего не говорит.

Ри,Зенд вернулся из особняка мэра Гратска, где разместили раненного Лекса под наблюдением городских лекарей.

– Но ему уже лучше? Слава Семерым! Здоровья и многие лета нашему славному королю!

Верноподданнические чувства в исполнении пьяного Юбера выглядели смешно и нелепо, а когда он, тут же, при этом, схватил за ягодицу рабыню, принесшую заказ графа Олни, то и вовсе опустились до пошлости.

– Что, совсем плохо? – уточнил у графа Лешик, не обращая внимания на баронета, усадившего рабыню себе на коленку и запустившего здоровую руку ей под юбку.

– Смотря что ты имеешь в виду, – усмехнулся ри, Зенд, наполнив до краёв тяжёлый медный кубок вином, – Тело у него и так было здоровым. Голову ему зашили, там уже ничего серьёзного. А вот мозги, нашему королю, похоже, выбили окончательно.

– Следи за своими словами, граф! – воскликнул Юбер, спихнув с себя рабыню. Та, от неожиданности, свалилась на довольно грязный пол, – Ты забываешься, о ком…

– Успокойся, баронет, – перебил его Лешик, – Ты же слышал, какие известия принесли сюда сбежавшие придворные и что они понарассказывают в столице?

– Трусы! Подлые трусы! – разошедшийся королевский адъютант нашёл себе новый предмет для обвинений. Как буд-то бы он сам, не сбежал сверкая пятками с поля сражения, – Надо их всех будет вызвать на дуэль, как вернёмся.

Убежавшие первыми, благородные из свиты короля, воспользовавшись резвостью своих первостатейных коней, легко и быстро добрались до спокойных провинций и кинулись дальше, к столице, везя с собою известие о гибели короля Винора. Во всяком случае, так они всем сообщили в Гратске.

– Для начала, надо добраться до столицы, – резонно заметил Лешик, – Раз телом король здоров, а сознание его тут всё равно никто не вылечит, да и вылечит ли кто-нибудь вообще, то нам надо брать его с собой и поспешить в Фестал. Как бы наша королева Клемения чего-нибудь, сгоряча, не натворила.

Глава 14

– Передай, что я буду ждать ровно склянку, – по его знаку, один из егерей, демостративно, извлёк песочные часы, – Если графиня не откроет перед соправителем королевства ворота своего замка, я буду считать это мятежом и изменой.

Олег дождался, пока дружинник графини скроется за калиткой замка и скомандовал офицеру:

– Переворачивай.

Пока песок, перетекая из верхнего конуса в нижний, отмерял время ультиматума, герцог-соправитель с интересом осматривал замок Рорби.

Замки владетелей Винора, часто, походили друг на друга, отличаясь лишь своими размерами и высотой стен и башен.

В этом мире, во всяком случае, в тех его частях, где Олег побывал или о которых слышал, излишними архитектурными изысканиями себя не мучили.

Замок Рорби из этого ряда не выбивался. Но, в отличие от баронских замков, здесь было два ряда стен. Причём, второй ряд, расположенный в трёх-четырёх десятках шагов от первого, был выше почти на два человеческих роста.

– Ерунда какая, – фыркнула капитан Нирма, – Вам даже напрягаться не придётся.

После Нарова, когда она приобщилась к некоторым секретам своего герцога, Нирма, как и некоторые его соратники, стала считать его, если и не равным богам, то близко к тому, и графская крепость у неё теперь ничего, кроме усмешки, не вызывала.

А это было плохо. Олегу очень не хотелось бы, чтобы его люди стали самоуверенными.

– Если ультиматум наш не примут, я тебя на штурм пошлю. Тогда узнаешь, какая это ерунда, – напустив на себя недовольный вид, сказал он.

Сомнений в том, что графиня скоро прикажет открыть ворота, у Олега не было. Дружинник, ведь, не просто так к нему прискакал. Причиной тому был небольшой урок магии, который соправитель преподал защите замка.

Не потратив и пятой части своего резерва, Олег разбил последовательно три Сферы, защищавшие замок. Сначала, это была дежурная Сфера, которую держал, судя по-насыщенности заклинания, маг-слабосилок, затем была довольно сильная Сфера, которую явно ставил родовой маг – Олег сильно сомневался, что в обычном графском замке найдётся сразу два мага такой силы. Судя же по появившейся в третий раз защите, в замке было, как минимум, три мага.

Среди благородных владетелей было полно сволочей, но вот откровенных дураков он среди них не встречал. Значит, и сейчас, после доклада замковых магов, будет принято правильное решение. Против мага такой силы, которую он продемонстрировал, вряд ли кто рискнёт пойти без очень веских оснований.

До истечения назначенного Олегом срока оставалось ещё больше трети склянки, когда ворота замка распахнулись и оттуда выехали три всадника. Вернее, всадников было двое, а чуть впереди ехала всадница.

– Как понимаю, передо мной графиня Лада ри, Рорби? – не дожидаясь приветствия, первым, стараясь вяглядеть грозным, спросил Олег.

– Рада приветствовать вас, соправитель, – не дала себя смутить графиня, изобразив учтивый поклон, что в её исполнении, на коне, смотрелось довольно комично.

Графиня была молода, не больше двадцати пяти, явно невысокого росточка, полненькая, и обладала голосом, который сложно было бы назвать просто звонким – он был у неё визгливым.

Олег даже вздрогнул услышав этот голос. Ему, на миг, показалось, что в этот мир явилась его классная руководительница Земфира Григорьевна, учитель географии, попившая немало крови всему классу. Слава Семерым, наваждение быстро прошло, иначе, хорошо бы выглядел соправитель королевства, с раскрытым в изумлении ртом.

– Взаимно, – сохраняя хмурый вид, ответил он.

Под стенами замка встали лагерем две роты, остальные егеря продолжили рыскать по округе и устраивать засады на отряды противника, заодно, разбираясь с бандами родных разбойников и группами мародёров.

В замок, вместе с Олегом, отправились ниндзя, во главе со своим капитаном Нирмой, и полковник Асер Дениз, с одним из своих штаб-офицеров.

Взяв с собой такую малую свиту и слабую охрану – никто ведь в замке не догадывался о боевых возможностях Нирмы и её подчинённых – Олег продемонстрировал своё доверие графине Ладе ри, Рорби, очень ей этим польстив, заодно, сняв с её души все опасения и страхи. Никто из благородных не любил впускать в свои цитадели чужих солдат или дружинников, даже если они сопровождали близких родственников.

– А мужики-то у них где? – поинтересовался Олег.

Всё пространство между стен, где находилися всякие вспомогательные постройки, вроде конюшен, коровников, свинарников, птичников, кузниц или прядилен, было битком набито женщинами и детьми – явно, судя по их виду, из графских крестьян и сервов. Они располагались под навесами и в импровизированных шалашах из палок и соломы. Кто-то, кому повезло, смог найти себе пристанище в незаполненных сараях.

– В лесу. Где им ещё быть? – удивилась вопросу Олега графиня, – Забились поглубже в самую гущу и сидят там. Мужики, на то и мужики – в лесу они смогут о себе позаботиться. С голоду не помрут. К тому же, я им разрешила охотиться. А искать их там, если не знать, где конкретно, бесполезное занятие.

Олег, непроизвольно, сделал попытку передвинуться от графини подальше – так сильно ему резал ухо её голосок. И, сиди он на какой-нибудь лавке, так бы и сделал. Но Лада ри, Рорби, за столом, усадила почётного гостя в кресло владетеля графства, а сама заняла своё обычное место, рядом.

Отодвигать массивное неприподъёмное кресло Олег, естественно, даже и не попытался. Но отклонился на тот подлокотник, что был со стороны Дениза.

– Разрешить своим крепостным охоту, мне кажется, правильное и своевременное решение, – похвалил молодую хозяйку Олег.

Та, от похвалы, зарделась и махнула рукой, мол, какой пустяк. Хотя, это был вовсе не пустяк. Обычно, за охоту в лесах владетелей, крепостных, а тем более, сервов, ждала мучительная смерть. Даже свободных арендаторов за такое увечили.

Разговор за столом крутился, в основном, вокруг событий, связанных с вторжением войск соседей. Олег, невзначай, сообщил о взятии им Нарова, но графиня, поздравив соправителя с этой победой, особого восторга не выразила. По всей видимости, то ли по молодости, то ли по погруженности в дела своего обширного хозяйства, она не понимала значения этой крепости.

Лада сильно переживала за своего мужа, ушедшего на север к Орежу, вместе со своим отступавшим егерским пограничным полком, которым командовал последние два с половиной года.

– Он мне присылал голубя, когда они присоединились к армии ре, Вила. И с тех пор, ни одной весточки, – всхлипнула Лада, – А ведь у него с собой, в клетке, было четыре голубя. Я боюсь, не случилось ли с Вистином чего-нибудь?

– Если бы случилось, то кто-нибудь из его людей, наверняка бы, уже отправил весть, – приободрил её Дениз, который стал значительно лучше смотреть на графиню, как только узнал, что она является женой его коллеги, командира егерей, – Думаю, он не хочет по пустякам тратить вестников.

Из дальнейшего разговора с молодой графиней, Олег сделал тот же вывод, что и после беседы с верхушкой вольнопоселенцев. Без прямой организующей и направляющей силы, сопротивление захватчикам будет оказываться только при защите от непосредственной угрозы своим владениям или имуществу.

Этот вывод, кстати, заставил Олега по-новому осмыслить те сведения, поступавшие с севера королевства перед самым его походом, о том, что разрозненные банды и отряды бунтующих крестьян и поселенцев, не ограничиваются расправами над своими владетелями, а объединяются чуть ли не в армии и штурмуют даже довольно крупные города. Кто-то за всем этим стоит. Теперь соправитель в этом не сомневался.

– Я не только в замке отсиживаюсь, – обиженно взвизгнула Лада, – Отряды моих дружинников….Ах, я же забыла! У меня тут двое руанцев есть! Патруль мой захватил в Быково, в одной из моих деревень. Я, сначала, хотела приказать их пытать, но потом вспомнила, что не знаю, о чём их спрашивать, а то, что капитан с магом советовали, то я или уже знаю, или мне не интересно. Хотела тогда приказать их посадить на кол, но потом подумала, а вдруг муж вернётся и захочет у них что-нибудь узнать? В общем, сидят у меня в подземелье на цепи. Я вам их отдам! Капитан, – приказала она командиру своей дружины, – Приведи сюда этих.

Капитан, высокий, лет тридцати, красавчик, с лихо закрученными усами, вскочил с места.

Ещё, когда только Олег увидел этого графского офицера, то, грешным делом подумал, что граф Вистин ри, Рорби, большой дурак, раз оставляет свою жену с этаким дон-жуаном в замке, но, после беседы с Ладой, почувствовал, что в этих своих мыслях был не прав. Графиня любила своего мужа, что было видно невооружённым глазом, несмотря на большую разницу в возрасте – в двадцать с лишним лет.

– Отставить, – скомандовал соправитель капитану, – Они мне не нужны, – небрежно махнул он рукой и встал.

– Спасибо за прекрасное угощение, – поблагодарил он лёгким кивком графиню, – Буду признателен, если меня проводят в поготовленные мне покои. Но, сначала…

Олег заранее подготовил подарок из тех, что, на такие именно случаи, носил в своём пространственном кармане.

Он вручил графине, поданные ему Нирмой, всё время торжественного обеда простоявшей за его креслом, три небольших красивых, сделанных из золота и серебра, шкатулки и флакон из толстого синего стекла с золотой крышкой.

Удивления эти подарки не вызвали – товары из Сфорца давно уже были известны далеко за пределами границ олеговых владений, но восторг от получения таких, безумно дорогих, вещиц, в виде духов, с совершенно новым запахом, губной помады, набора красок для лица и крема для кожи, был таким, что Олег решил, что оглохнет и надо будет воспользоваться Абсолютным Исцелением, не меньше.

Кстати, у него была мысль делать крышечки для флаконов с духами из платины. Но решил, что это сильно снизит их цену.

В этом мире, как когда-то и в родном его мире платина совсем не ценилась.

Ещё во время своего пребывания в Фестале, Олег, проезжая мимо ратушной площади, стал свидетелем казни, когда преступнику залили в горло расплавленный металл. Сначала, Олег подумал, что заливали свинец, судя по цвету плавки, но Монс, бывший наёмник, участвовавший в похищении Ули, и его нанешний не совсем официальный представитель в столице, который оказался в курсе происходящего, просветил, что заливали фальшивое серебро, которое, обычно, шло в отвал, при шахтной добыче золота.

Преступник, которого по приказу короля «накормили фальшью», как раз и занимался тем, что по-дешёвке выкупал этот металл и, смешивая с оловом – фальшивое серебро было очень тяжёлым и весило, как золото, выдавал этот сплав за настоящее серебро.

Некоторое время, у Олега занозой сидела мысль, что где-то что-то о таком он уже слышал. Вспомнил он об этом на подъезде к границам своего герцогства.

Когда испанцы организовали в колонизируемой ими Южной Америке добычу золота, то там они тоже столкнулись с тем, что залежи золотосодержащей породы, были «порчены» серебристым металлом, который, при таком же весе, как и у золота, мешался при намывке.

Испанцы потому и называли платину порченным серебром, и также пускали её в отвал. Осознание же ценности этого металла пришло позднее.

Олег решил, что и в этом мире, рано или поздно, платина приобретёт свою стоимость, и потому дал команду Гури скупать фальшивое серебро, пользуясь тем, что платину сейчас отдавали чуть ли не даром.

Правда, её было не так уж и много – в основном, привозили из Тарка и Бирмана – но, за год с небольшим, в банковском хранилище скопилось, без малого, почти пятьдесят килограмм.

Армин, которому, по-должности, приходилось принимать у Гури платину, переплавлять её в слитки и хранить, посматривал на Олега, иногда, после получения очередной партии, с некоторым недоумением, видимо, подозревая своего герцога, в намерении, в дополнение к остальным своим доходам, заняться ещё и выпуском фальшивых солигров.

Смотреть-то Армин смотрел, но напрямую задать вопрос, так, пока, и не решился.

– Ах, господин соправитель! Я просто не знаю, как вас отблагодарить! – графиня уже успела воспользоваться подаренными духами, и её круглое лицо светилось от счастья, – Я прикажу готовить дружину к походу. Слышишь, Ялег, – обратилась она к капитану, – Готовь своих дармоедов к походу, вместе с нашим соправителем.

– Отставить, – Олегу второй раз пришлось отменять её распоряжение капитану, – Лада, не торопись. Если мне потребуется твоя дружина, я сообщу. А пока, я всё же надеюсь, мне покажут уже мои покои?

После позднего обеда, к тому же, затянувшегося почти до вечера, Олег решил себя побаловать комфортом после нескольких дней похода.

К чести графини, она сообразила, что соправителю будет необходимо в первую очередь.

В выделенных ему апартаментах, а это, наверняка, были апартаменты самого графа, его ждали огромная дубовая бадья, в которую рабы уже натаскали нагретой воды, и три очаровательных обнажённых рабыни, при виде которых у Олега сразу прокрутилась строка одной из песен родного мира о том, что девушки бывают разные – зелёные, синие, красные. Или там другие цвета были? Впрочем, Олег посчитал это неважным.

Не зная предпочтений, в этом вопросе, своего гостя, а напрямую спросить о таком интимном вопросе постеснявшись, графиня подстраховалась и прислала беленькую, чёрненькую и рыженькую.

Происходи это с ним не в реальности, а в одной из прочитанных Олегом фэнтезийных книг, он бы, наверняка, остался со всеми троими, но, увы, наделив его сверхспособностями в магии и в боевых искусствах, всё остальное Сущность пустила на самотёк. Так что, реально оценив свои возможности, от чрезмерной щедрости Лады он отказался.

– Ты останься, – сказал он рыженькой, – Поможешь мне помыться, а вы идите, займитесь чем-нибудь другим. Хозяйке скажите, что претензий к вам у меня нет.

Сначала Олег хотел оставить себе брюнетку, но разглядел у неё на попе и задней части бёдер, пусть уже почти незаметные, следы давней порки.