Текст книги "Имперский граф (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 12

Трибуны Большой арены были забиты до отказа. Даже в ложах для представителей правящих торговых семей все места были заняты.

Общий выдох всей огромной толпы зрителей через мгновенье сменился воплями радости и ярости.

Те, кто проиграл ставку, понятно, были разочарованы, те, кто выиграл – обрадованы.

На арене лежал истекающий кровью гладиатор, который залитыми кровью руками пытался не дать вывалиться своим кишкам из разрубленного живота.

Ставившие на этого гладиатора и проигравшие свои деньги граждане Растина громко желали ему подыхать подольше. Те же, кто выиграл, громко рукоплескали своему кумиру Остальду, в очередной раз доказавшему, что не только в Растине ему нет равных, и умирающий сейчас на арене чемпион боёв королевства Отан, это ещё раз подтвердил.

Схватка двух чемпионов, завершившаяся, более чем убедительной, победой представителя республики была в этом сезоне гладиаторских игр последней.

Как обычно, после такого боя, граждане не спешили расходиться с трибун, не столько наблюдая за агонией проигравшего, сколько делясь впечатлениями от увиденного.

Но верховный дож республики задерживаться в своей ложе не стал. Вместе с двумя своими жёнами, своим старшим двадцатидвухлетним сыном Кенгудом, восемнадцатилетним племянником Ревадом, единственным сыном его любимой сестры, и их жёнами, покинули трибуны через отдельный выход.

На выходе их ждали двое охранников с лошадьми и рабы с большим паланкином. Кенгуд и Ревад сели на лошадей, а Кай Шитор с жёнами разместились в паланкине.

– Отец, пригласи сегодня к нам на ужин Остальда, – попросил ехавший справа от паланкина Кенгуд, нагнувшись с седла.

Гладиаторы пользовались в Растине огромной популярностью, а Остальд, так и вовсе, был легендой.

Еле сдержать нахлынувшее раздражение Каю помогла старшая жена, мать этого оболтуса. Она положила ему руку на плечо и просительно посмотрела в глаза.

– Я вас не для развлечений вызвал сегодня. Ты не забыл, что у нас вечером серьёзный разговор? – напомнил он своему наследнику.

С командующим легионом наёмников Болзом верховный дож решил встретиться в неформальной обстановке у себя дома. Причиной этого решения было вовсе не желание оказать лишний раз уважение Болзу, а лишь стремление избежать лишних подозрений в свой адрес некоторых членов Совета в том, что он ведёт ещё и какую-то свою игру. И такие подозрения не были бы необоснованными.

Он не то, чтобы боялся срыва своих планов, просто лишний раз тратить силы на устранение препятствий, которые бы стали чинить некоторые его "друзья" из Совета дожей, ему не хотелось.

Болза, кроме охраны из пятёрки наёмников, сопровождал и его адъютант. Лейтенант, как было известно Каю, приходился командующему внебрачным сыном, так что ужин оказался, по-сути, встречей двух семей.

Женщины за столом отсутствовали. По одну сторону стола сел Кай с сыном и племянником, по другую – наёмники.

– Вряд ли нас кто-то мог опознать, – ответил на вопрос верховного дожа Болз, – Мои парни – в форме кринских наёмников. Нас, – он махнул рукой в сторону своего сына, – Ты сам видишь, от купцов не отличить. Но к чему такая секретность? Я думал, что мы с Советом обо всём договорились. Расположились в лагерях и ждём команды.

Болз, и правда, менее всего походил на талантливого командующего прославленного легиона. Это был сухощавый, почти до костлявости, крепкий седой старик с впавшими глазами и орлиным носом. Его, скорее, можно было принять за ветерана торговых караванов, чем ветерана битв.

Свензий, его внебрачный сын, по-слухам, которые никто не рисковал произносить при нём, рождённый рабыней, также мало походил на офицера наёмников.

Это был светловолосый парень с умными и весёлыми глазами. Он, как бы, был противоположностью Болзу – возрастом, характером, моторикой движений, но черты лица, при этом, выдавали в нём его сына.

– Есть ещё один вопрос, который я не хотел поднимать на Совете, – сказал дож, когда рабыни, поменяв блюда, вышли из зала. Своим домашним Кай доверял, но привычка избегать лишних ушей у него была выработана на уровне инстинктов – в торговле это необходимое условие успехов, – У меня будет к тебе ещё и личное поручение. Естественно, оно будет хорошо оплачено.

На лице Болза не дрогнул ни один мускул. Он всё так же невозмутимо продолжал потягивать мелкими глотками из бокала разбавленный водой кальвадос, время от времени закусывая орехами с мёдом.

Зато эмоции на лице его сына зашкаливали. Любопытство сменялось предвкушением наживы, а взгляд метался от отца к верховному дожу и его сыну с племянником.

Последние, судя по всему, и сами были не в курсе.

Но молодая часть собрания благоразумно помалкивала, ожидая продолжения разговора своих старших родственников.

– Тебе не интересно? – первым не выдержал наступившего молчания Кай.

– Интересно. – Болз поставил бокал на стол, – Но я привык иметь дело с заказчиком официально. И официальный договор с Советом дожей, который, кстати говоря, если мне не изменяет память, ты и возглавляешь, – иронично уколол командующий, – у меня уже есть. Задаток в тридцать тысяч растинских лигров я получил, а значит, пока я не выполню его условия, заключать другой контракт, я не буду. Извини. Но, да, услышать, что бы ты хотел предложить мне такого, что могло бы подвигнуть меня на неслыханное нарушение всех законов наёмников, после чего меня будут гнать отовсюду, словно шелудивого пса, мне и правда интересно.

Верховный дож поморщился, словно съел что-то кислое. Слова Болза его раздражали, как всегда раздражали любые слова, идущие вразрез с его мнением или желаниями. Но показывать свой характер командующему легионом наёмников было не самой лучшей идеей.

Кай с Болзом перешли на ты ещё при первой встрече, состоявшейся три декады назад. Отношения между ними нельзя было бы назвать слишком уж доброжелательными, но найти ровный деловой тон, приличествующий заказчику и наёмнику, у них получилось. Несколько иронично-пренебрежительный тон, который сейчас проскользнул в словах Болза, был для верховного дожа неприятным.

– Послушай, я не предлагаю тебе выйти из соглашения, которое, ты и это должен помнить, – вернул Кай иронию своему собеседнику, – я готовил и продвигал. Я лишь предлагаю тебе взять на себя неофициально и дополнительную задачу. Она ни в коей мере не помешает тебе выполнять основную.

– Я готов выслушать, – пристально глядя в глаза Кая Шитора сказал Болз.

Предстоящее нападение на южные баронства Винора верховный дож рассматривал не только как действие, направленное на значительное ослабление противника республики графа ри,Шотела, не как месть графу за тот разгром, который он устроил республике в баронствах и её союзнику королю Геронии, но и как способ своего личного усиления в Растине и укрепления своих личных позиций в Совете дожей, пошатнувшихся по вине безмозглых негодяев Вурсия и Гонема, которых от казни спасло только заступничество Гоша Топина, этой жирной свиньи из Совета, и из-за трусости геронийского короля Толера.

Кай хотел не просто разорить владения Олега ри,Шотела, это была версия для Совета, но и добыть для своей семьи тайны олеговых производств.

Нет, он прекрасно знал, что воспроизвести те же кальвадос или строительный мрамор ни у кого не получится. Первое – это результат родового заклинания, а для второго надо иметь мага такой силы, как виконтесса ри,Шотел, что несбыточно.

Но вот узнать секреты изготовления мыла, как хозяйственного, так и душистого, качественных пиломатериалов и тканей, косметики и парфюмерии, красок и мебели, ему очень хотелось.

Это не просто выдвинуло бы его семью на первое место по богатству в республике, но и дало бы ему в руки инструмент влияния, с помощью которого он бы, наконец-то, смог перетрясти Совет.

Всего этого он, конечно, Болзу говорить не стал, но предложение взять с собой его людей для добывания нужных материалов и пленников, и обеспечить его людям охрану, он озвучил.

– Тебе не надо будет особо отвлекаться на решение моих, – Кай особо выделил слово "моих", – задач. Мой сын Кенгуд и мой племянник Ревад, – он небрежно поочерёдно мотнул головой в сидевших по обе стороны от него парней, – Они сами всем займутся. С ними будут два корабля, все экипажи которых из семьи Шитор, кроме рабов-гребцов, естественно, – он усмехнулся, – Тебе надо будет лишь обеспечить им надлежащую защиту. И небольшую помощь, если они обратятся. Вот, – Кай взял из поданной ему Кенгудом шкатулки, которая лежала на пустующем рядом с его сыном стуле, вексель и протянул его Болзу, – Тут пять тысяч лигров. Ещё в два раза больше получишь после окончания дела.

Болз взял вексель внимательно его прочитал и посмотрел на своего сына. Тот был магом, хоть и совсем слабым, как и верховный дож с племянником.

Кивок Свензия означал, что родовое заклинание Знак Шитора на вексель наложено.

– Хорошо, – сказал Болз, – Я согласен. Только у меня тоже условие. Твои люди будут находиться отдельно. К моим бойцам не лезут. Все мои распоряжения и приказы выполняют неукоснительно. Если им что-то требуется по порученному тобой делу или им надо совершить какой-нибудь манёвр, они меня предупреждают заранее. Договорились?

Кай Шитор поднялся, и когда вслед за ним поднялся Болз, они крепко пожали друг другу предплечья.

Договор между ними вступил в силу и пусть, в этот раз, он не был закреплён на воске или коже, Семеро были свидетелями его заключения.

– Так может слухи о виконтессе-магине сильно преувеличены, и мы напрасно перестраховываемся? – спросил истомлённый и утомлённый Болз, развалившись на лежаке, – Один из моих офицеров разговаривал с геронийцами, участвовавших в сражениях с Олегом, они потом сбежали от своего короля, слишком уж тот скор на поиски крайних и на расправу. Так они не рассказывали о каких-то особо мощных магических ударах. Говорят, что просто барон воюет не честно. Он их каждый раз заставал в расплох. Хотя лично я не понимаю тогда, куда смотрела их разведка. Не обнаружить движение такого количества войск – это вообще надо глаз и ушей не иметь.

Верховный дож и командующий отделились от молодёжи в отдельных помещениях терм – при особняке Кая Шитора были построены термы, не уступающие размерами общественным городским.

Здесь Кай часто устраивал совместный отдых со старостами семьи Шитор, деловыми партнёрами и коллегами из Совета.

Сегодня молодёж развлекалась в жёлтых залах терм, куда по приказу Кая доставили десяток, на выбор, молодых рабынь.

Сам Шитор решил сегодняшней ночью посетить свою вторую жену, поэтому ограничился услугами своей старой, со времён юности, рабыни, которая хорошо умела делать ему массаж, и к рукам которой он давно привык.

Своему же гостю он приготовил двух красивых мальчиков, и дождался его в мыльной, пока тот не натешил свою плоть.

В республике, как и в империях, в отличие от варварских королевств, вроде того же Винора, или Бирмана, к однополой любви относились терпимо.

Это в большинстве других стран континента за такую любовь можно было поплатиться жизнью, исключений не делали даже благородным. Разве что, обычных людей, пойманных на мужеложестве сначала скопили, потом казнили, а благородных – сначала казнили, а уж потом скопили.

Сам Кай однополой любви не понимал, но относился к любителям таковой абсолютно терпимо. Особенно, когда таким образом можно было оказать услугу нужному человеку.

Судя по виду престарелого командующего, тот оценил внимание хозяина особняка.

– О честности на войне говорят потерпевшие разгром неудачники, – усмехнулся дож, – А что касается могущества виконтессы, да и, как мы давно подозреваем, самого графа Олега, так это абсолютно точно. Многие из наших засланцев видели мраморные стены Пскова, видели дороги, укреплённые магией самих владетелей. Нет, всё точно. Чтобы такое чудо сотворить надо иметь такую огромную силу, что о реальных размерах магрезервов даже страшно подумать. К сожалению, побывать в самом Пскове наши соглядатаи не рискнули. И так немалое их количество пропало без следов. Но тебе опасаться магической силы тамошних владетелей нечего. Если граф и виконтесса, или хотя бы кто-то один из них всё же в Фестал не уедет, наш договор автоматически теряет силу. И тот, официальный, с Советом, и наш. Аванс, естественно, остаётся тебе.

Болз с удовольствием посмотрел в угол стен за бассейном, где на коленях дожидались, уткнувшись лицами в мраморный пол, двое красивых мальчишек, которые уже ублажили его похоть и теперь покорно дожидались нового желания своего временного господина.

– Но ты уверен, что они уедут, – произнёс Болз, оторвавшись от любования голыми мальчишескими фигурами.

– Уверен, – подтвердил Кай, – Слишком высокая плата Олегу и его сестре предложена Лексом. Он не может отказаться, – Шитор протянул руку и взял со стоящего между их лежаками столика чашу с синезийским вином, – Дорога туда и обратно, сама свадебная церемония короля и церемония принятия от Лекса герцогских регалий, это не меньше четырёх декад. За это время ты и семь наёмных полков, которые мы тебе передаём, разгромите там всё. Кроме того, о чём мы с тобой договорились.

– А что потом? – с проснувшимся интересом спросил Болз.

– Как что? Я уж найду, что делать с попавшими ко мне в руки новинками. А зарвавшемуся Олегу будет хороший урок.

– Да это-то понятно, – усмехнулся легионер, – Я про то, что он ведь со своей сестрой вернётся. И он ведь не зачуханный барон, а ещё и имперский граф. Да я понимаю, что его имперскость больше для названия, но не известно ведь, как соплюшка-императрица Агния отреагирует на такой щелчок по носу? И вообще, ты уверен, что за этим наглецом изначально не стоял имперский Совет? Слишком уж слаженно они действовали. И как вовремя для Хадонской ненасытной лисы он появился там.

Слова командующего легионом наёмников, который был не только старым и опытным воякой, но и не менее опытным политиком-интриганом, во многом были созвучны мыслям самого верховного дожа. Но он над этими вопросами давно бился и имел различные варианты своих возможных действий, как бы ситуация не развернулась. Так он считал, но червячок сомнений всё равно его иногда грыз.

– Штурмовать Растин он не станет, – отвечая больше на свои мысли, чем на вопросы Болза, произнёс он, – Граф ри,Шотел непонятен, но не безумен. Империя тоже не будет иметь даже формального повода вмешиваться и как-то проявлять недовольство. Да, Олег имперский граф, но подвергнется нападению-то он, как винорский владетель. Нападать на имперское графство мы же не планируем. Так что он просто получит то, что заслужил своей наглостью. А потом мы предложим ему с нами договориться. Но договариваться будем с позиции нашей силы.

Пока Болз получал очередную порцию удовольствий, а Кай нежился в тёплой воде бассейна, молодёж уже наразвлекалась с девушками и довольно хорошо набралась кальвадосом.

– Отец, мы, с твоего позволения, пойдём спать?

Голос Кенгуда заплетался, но сам он держался твёрдо на ногах, как и его двоюродный брат с сыном командующего.

– Эх, слабоватые парни сейчас стали, – высказался появившийся довольный Болз и бухнулся в воду бассейна рядом с Каем, – Я, раньше бы, до завтрашнего вечера гулял. Но сейчас да.

Верховный дож понял намёк и приказал своей старой рабыне, чтобы та распорядилась насчёт спален для хозяев и гостей.

Когда прибежавшие рабыни вытирали распаренные чистые тела господ, Болз спросил:

– А чем ты решил привлечь к себе Олега? У тебя есть, что ему предложить?

Что предложить, и множество планов у Кая были готовы, вот только делиться ими с наёмником он не собирался. Впрочем, хорошее, после терм, настроение подтолкнуло его, всё же, одно из подготовленных графу ри,Шотелу предложений озвучить.

– У нас в семье Шиторов есть прекрасная шестнадцатилетняя девушка, моя троюродная племянница. Она образована, умна, скромна, красива лицом, её талию можно обхватить пальцами одной руки, а бёдра не обхватишь и двумя руками.

Кай изобразил обхват, чем вызвал весёлый смех Болза и его сына.

– А ты знаешь, что у этих винорских дикарей другие представления о красоте женских фигур? – всё также смеясь спросил Болз, – Им нравятся вот такие бёдра, – он показал руками размер, раза в три, поменьше изображённого Каем.

Тот только отмахнулся. Мол, что бы эти дураки понимали.

– Ты хочешь отдать Эвру этому дикарю? – спросил Кенгуд.

Когда гости и Ревад отправились спать, Кенгуд последовал за страдающим бессонницей отцом в его кабинет, куда тот отправился ненадолго поработать с документами. Кай знал, что любая из его трёх жён будет готова его принять в любое время.

– Не твоё дело! – резко ответил он сыну, – Ты собирался спать? Вот и иди. Завтра тебе с Ревадом отправляться в Коленд и Юнгер к легионерам. И готовь всё, что я тебе приказал.

Кенвуд вздохнул, ещё немного потоптался на пороге кабинета, но спорить с отцом не решился.

Однако, на следующий день дела закрутились совсем не так, как планировалось.

Кай, привыкший спать почти до обеда был разбужен рано утром в спальне своей жены трясущимся от страха рабом – наказание за то, что он осмелился разбудить хозяина в такую рань могло быть очень строгим. Но не разбуди он верховного дожа, когда в особняк из Дворца дожей примчался взмыленный посыльный, то плетьми могло дело и не ограничиться. Впрочем, в этот раз дежурному рабу повезло – хозяин так был ошеломлён полученными известиями, что забыл про его существование совсем.

Гости уже не спали и, видимо, кем-то осведомлённые о привычке Кая спать подольше, были сильно удивлены его появлением за накрытым для них завтраком.

– Что-то случилось? – спросил Болз.

– Да, – кивнул немного заторможенный от недосыпа Шитор, – Болз, я попрошу тебя задержаться. Теперь скрывать твоё присутствие в городе не будет иметь смысла. Будем считать, что я тебя сегодня с самого утра вызвал, а ты завтра вечером прибудешь. Пока поживите у меня. Мальчишки в твоём полном распоряжении. Свензий, ты тоже не скучай. Мои оболтусы, как проснутся, пусть к тебе присоединяются. Я во дворец.

– Может всё же скажешь, что случилось? – проявил настойчивость командующий.

– Сведения получили голубиной почтой. Этой ночью, – дож, посмотрев на накрытый стол, немного задумался, но решил обойтись без завтрака – покормить его и во дворце могут, – Через несколько декад граф ри,Шотел присоединится к Бирману в нападении на Аргон.

Болз и его сын переглянулись. Если пожилой командующий смог сдержать эмоции, то вот Свензий от неожиданности присвистнул и задал вопрос:

– Так всё же граф передумал ехать в Фестал? Мы, получается, не нужны? Отец, – обратился он к Болзу, – Воевать за Аргон мы будем?

– Не торопись, – ответил ему вместо Болза Кай, – Я вернусь и мы поговорим.

Четыре дня, которые ушли на бесконечные споры в Совете, вымотали Шитора основательно.

Оказывать помощь Аргону, понятно, никто не собирался. И никакого морального дискомфорта от того, что королевство могло поплатиться за то, что провоцировало Бирман с подачи республики, никто в Совете дожей не испытывал. Все считали честным, что Аргон сам повёлся на предложенную сумму денег. Не хотел бы – не соглашался на предложение Растина. А то, что теперь королевству грозят крупные неприятности, то пусть само и выкручивается.

Всех в Совете интересовало, как теперь быть с планами нападения на южные баронства.

– Что, величайший, опять всё не так? Опять кто-то мешает твоим гениальным замыслам? – дож Гош Топин, не скрывая злорадства, тряс своими жировыми складками на подбородке, – Деньги республики, которые мы заплатили авансом легионерам, теперь в убыток? Опять? Как и то, что платим семи полкам наёмников? Не слишком ли ты щедр за счёт республики, величайший?

– Не торопишься ли ты с обвинениями, великий Гош? – внешне сохраняя спокойствие, ответил Кай, хотя это внешнее спокойствие давалось ему совсем не легко, – У нас, по-прежнему, остаются все возможности, какие и были, и даже добавились новые.

– Новые?! – взвизгнул Топин, – О чём ты говоришь, величайший? Неужели ты собрался воевать теперь не только с этим выскочкой и его магиней сестрой, а ещё и со всей кадровой армией Бирмана?

– Великий Топин, – осадил начальника растинской стражи дож Рог Карвин, – Давай сначала послушаем нашего верховного дожа.

В поднявшемся шуме Кай Шитор, ожидаемо для себя, уловил в свою поддержку только голоса Рога Карвина, своего друга детства, и верного союзника и делового партнёра Кула Воска. Впрочем, нынешняя ситуация его пока не беспокоила. Он давно усвоил принцип, что победителей тут не судят. Говорить о том, что он победил или проиграл было ещё рано.

– Я по-прежнему настаиваю, что граф с виконтессой уедут к началу лета в Фестал, – с уверенностью, которую в действительности не испытывал, заявил он, – Но даже если и не уедут, а завязнут в боях с Аргоном, которому, наверняка, поможет королевство Отан. Если они застрянут в штурмах многочисленных крепостей аргонских владетелей и городов. То мы и так сможем атаковать. Направление, минуя Бирман, кораблями по Ирменю мы ведь и так рассматривали как основной? Так что не вижу оснований для твоего страха, великий Топин.

– Ты кого обвиняешь в трусости, величайший?!

Каю хотелось задушить толстяка, но он себя сдержал.

За почти декаду криков и споров верховному дожу удалось успокоить членов Совета и убедить не расторгать контракта ни с полками наёмников, ни с легионом Болза.

В Аргон был направлен гонец с посланием, в котором выражалась полная поддержка республикой всех действий, которые королевство сочтёт нужным предпринять для своей защиты, выражалась солидарность с королём Церицием и давалось чёткое недвусмысленное обещание, что если король обратится к республике за займом, то это обращение будет рассмотрено в кратчайшие сроки.

Но, едва успокоившись, ситуация вновь была взорвана известиями о том, что войска графа ри,Шотела уже в Бирмане, и, миновав столицу, откуда и прилетел голубь с этим известием, быстрым маршем движется к границе с Аргоном.

– Как он успел так быстро преодолеть такое расстояние?

Вопрос дожа Кула Воска заставил всех повернуть голову в сторону карты, чьё мозаичное изображение целиком занимало одну из стен зала Совета.

– Таким темпом он за пять-шесть дней до Аргона дойдёт, – задумчиво произнёс Рог Карвин, – А сам граф со своим войском идёт?

Вопрос был задан невысокому темноволосому человеку, стоявшему в нескольких шагах от входа в зал. Это был недавно назначенный Смотритель Земель, в задачу которого входил контроль происходящего за границами республики.

– Графа наш соглядатай не видел, но виконтесса там была. Значит, и сам граф, скорее всего, с ними, – ответил Смотритель.

– Ну что ж, – преувеличенно бодро, чтобы не дать возможности своим оппонентам опять устроить нытьё, произнёс Кай Шитор, – Значит, нам нужно приготовиться и внимательно следить за тем, как будут развиваться события в Аргоне. Увязнут ли граф с виконтессой там, или оставят свои полки королеве, а сами уедут, мы всегда будем готовы к действиям.

Сын Болза уже три дня, как отправился, вместе с сыном и племянником Кая Шитора, в Коленд. Оттуда, на корабле, они должны были подняться по Ирменю до Рыбачего хутора, в пяти лигах на восток от которого находился городок Юнгер с лагерем семи баталий легиона.

– Может, мне тоже пора отправляться к своим? – спросил Болз своего гостеприимного хозяина, – Тут я, вроде бы, всё решил. Новых предложений ведь нет? Да и как-то тревожно мне в последнее время становится. Больно уж шустрый этот графёнок оказался. Предчувствия у меня нехорошие.

Под глазами командующего образовались синие круги – декада любовных игр не прошла даром. Но выглядел он собранным и готовым к действиям.

– Подожди до завтра. Тут пару склянок назад прибыл официальный посланник графа баронет Рин Кларк, – придержал командующего Кай, – Завтра, с самого утра собирается Совет. Выслушаем, что нам хочет заявить Олег ри,Шотел. Потом и поедешь.