Текст книги "Защитник Дворянок Том IV (СИ)"

Автор книги: Сентай Хорнин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Но это все прошлое. А будущее подбирается ближе, обжигая своим разрушающим жизни огнем ее пятки. Он – лишь быстрый и изящный способ стабилизировать семью, отвратить внимание шакалов, что растащат оставшееся без наследника. Однако нельзя врать вечно. Семья почти смирилась с тем, что мальчика не будет, отец готовится официально передать главенство в семье побочному роду, лишив всех девушек наследства.

Да, от этого выиграет род. Ее сестры, что уже купаются в помолвках, будут содержаться их новыми семьями. И лишь она одна здесь проигравшая. Может ей и дадут какое-нибудь содержание, может и будут уважать за ее безупречную роль. Но это не вернет ей ее годы. Уже долгое время ей хотелось назло всем сбросить с себя вуаль фальши, прокричать, вот она я, настоящая, желание взбунтоваться против семьи, против навязанной ей жизни. Это сдерживал лишь страх перед последствиями.

Однако перед глазами Диомеда появился другой пример. Пример оторвы, которая почти никогда не говорит того, чего на самом деле не думает. Бешеной дуры, которая смотрит на каждого вожделеющего ее парня взглядом, обещающим только смерть, но при этом, по слухам, почти без стеснения пялящейся на девушек в душевой. И лишь иногда ведущей себя достойно леди, которую она играет.

И она с самой их первой встречи почувствовала что-то самой глубиной сердца. Будто этот человек может ее понять. Конечно, тогда эта мысль была откинута из-за приказа отца о срыве помолвки, но сейчас…

Рано или поздно наступит предел лжи. Но раскрывать правду легче всего постепенно. И трусость Диомеда именно в том, что даже на это он не способен в одиночестве. Именно поэтому предложение Миры о помолвке и было им встречено с большим воодушевлением в сердце.

Однако сейчас перед ним лежал ответ отца на это предложение. До сих пор не распечатанный. Разумеется, Диомед не мог выдать секрет Миры даже своему отцу, просто сообщил что «наследник будет, клянусь аргой». Но помогла ли клятва своей силой убедить отца? Он этого не знал и сейчас боялся проверять.

Но вот, печать сорвана, бумага с отвратительным шуршанием развернута, и на ней было всего несколько развязывающих руки слов: «Делай что хочешь. Та сторона не против»

Счастью Диомеда не было никакого предела. Волнение ушло, заменив все лишь жаждой действия…

* * *

Проснулся резким рывком и понял, что моя спина меня проклинает. Наверняка спал в позе креветки. Впрочем, это было не самое важное. На мне накинуто одеяло, а Келино нет на месте. Впрочем, прикинув все обстоятельства, понял, что вообще-то, обслуга, обязана вставать раньше. Стало даже интересно, чем они там занимаются. Все же и я немного успел побыть на их месте.

Впрочем, любопытство угасло так же быстро как и появилось. На первый план вышла проблема в виде ставшего сильно уже в районе груди гардероба. А одежда от Зенеллы была конечно, не откровенной, но точно чрезмерно простой для пупа земли, которым я стал. Не по чину носить. Один раз простят а дальше уже могут возникнуть вопрос у всех, включая даже моего «папеньку».

Так что да, у меня не было выбора – пришлось пойти мириться к Марии.

– Извини за все, я не хотела тебя обидеть и никак не предавала! – спорхнули с губ слова, стоило только достучаться до этой засони. Я вобщем то был вообще ни в чем не виноват, но чтобы облегчить жизнь пришлось сказать ей то, что она так хотела.

– Ой, да ладно тебе, не стоило за такое извиняться, это ты меня прости! – Говорила она одно, а в ее глазах было видно глубочайшее удовлетворение. Ну и спустя секунду я был нагло обнят ей. И наши груди, теперь соперничающие друг с другом в объеме, встали естественными препятствиями, которые больше не позволяли прижаться друг к друг слишком плотно без дискомфорта.

– Я тут не просто чтобы извиниться… Слушай, не одолжишь лифчик топик и толстовку?

Пришлось познакомится с таким явлением, как лифчик не по размеру в большую сторону. Постоянно было ощущение, что все напоказ. Неприятно, но что поделаешь – придется потратится на свою одежду, если хочу меняться с Марией без дискомфорта нужно подрасти еще.

И раздумывая о внезапных расходах и о том, что мне даже в чем-то понравилось подбирать в коллекции одежды Марии что-то, что подошло бы и мне, сам не заметил, как на моем пути вырос Диомед, а вокруг него – группка парней аристократов. На такое оставалось только вскинуть бровь, мол, че надо.

– Мира Лютоборовна-Опавская, согласна ли ты быть моей парой? – Произнес он с глубоким пафосом.

Глава 10
(88). Сюрприз

Я элегантно пил чай, стараясь скрыть внутреннее волнение и небольшое раздражение. Напротив меня сидел подлец Диомед, и в целом мы остались одни.

Ну как одни. Вон в том кусте явно сидит какой-то паренек, что отчаянно пытается себя не выдать. За тем углом три пары глаз периодически выглядывают, явно ожидая действия. Интересно даже какого А рядом со мной расположился солнечный зайчик от чьего-то бинокля.

Если есть ситуации в которых я ненавижу оказываться, так это такие. Ну не мог же я строить из себя суку и сказать ему «Нет!». Вокруг него была такая здоровенная группа поддержки, что я как представил бы, как меня отшили на глазах моих друзей и просто прихлебателей, то просто не смог ответить ему иначе.

С одной стороны хорошо что во мне даже после всего дерьма что происходило осталась мужская солидарность. Но она же фактически подвела меня под то, что я на полном серьезе согласился встречаться с парнем. Да, мне прекрасно известно насколько у него пусто между ног, но это не отменяет внешнего вида. Одно дело девушки косящие под парней поведением, а другое этот наверняка загримированный по самое не могу похититель женских сердец.

Так что да, каштановолосый и янтарноглазый смазливый парниша, что так любит закрытые и строгие костюмы теперь официально моя пара в глазах окружающих.

– Ну и что мы будем делать, моя «пара»? – Спросил я с небольшой укоризной. – Ты мог хоть попытаться сделать наши отношения не предметом повсеместного обсуждения? Мне кажется ты меня достаточно знаешь чтобы знать насколько мне не нравится быть под взглядами толпы.

– Мог бы. Но так я обозначил что ты моя и только моя, Мира. – Сказал он не менее пафосно, чем когда просил у меня согласие встречаться. Разумеется он не для меня тут распинается а для зрителей. А после припал на колено и беспардонно поцеловал мою руку. – А я, если что-то считаю своим, не собираюсь никому давать даже ложной надежду на обладание этой неземной красотой!

Мне кажется, или у меня глаз задергался? А нет, не кажется, а на лице я отчаянно пытаюсь оставить хотя бы остатки аристократичности а просто не дать ему по лбу с ноги. Я думал что ко всему привык, но от настолько прямых общепринятых знаков внимания и флирта меня готово вывернуть наизнанку.

Так, надо что-то ответить. Что-то примерно же такое. Я впервые жалею что отказался от предложения Марии, когда готовились к академии, прочитать еще и местное руководство для леди, как вести себя со своим кавалером. Она тоже подумала что это слишком, но хотела все равно заставить меня это переварить ради смеха.

– Не стоило. Такая безупречная леди как я сама выбирает кто достоин быть рядом…

А дальше я все таки плюнул на актерство, потому что увидел как на лице Диомеда расцвела подленькая улыбочка, а из куста слышался еле сдерживаемый хохот. Не считаете меня леди? Ладно, значит я ей и не буду, хватит с вас!

– Диомед, если наши отношения не распадутся, и наши родители не будут против, сразу уясни – женой если что будешь ты!

– Ха-ха-ха-ха-ха! Это мы еще посмотрим, Мира! – Слетел налет пафоса и дворянского чистоплюйства и с него в звонком смехе. – Уж я постараюсь все-таки не допустить этого печального события!

Количество наблюдателей резко упало когда выяснилось, что драки, пощечин или же чего-то еще не будет. К тому же, время поджимало и стремилось поскорее отправить всех на занятия. Ну, по крайней мере обычных людей, у дворян есть привилегия опаздывать, тогда как остальных просто в класс не пускали, считая это уроком. Да и они не опускались до прямого шпионажа, считая это зазорным, так что теперь подслушать нас могли лишь случайно.

Я ощутимо выдохнул, буквально спиной почувствовав снимаемое напряжение. Щекотка, непонятная сила, теперь еще и обсуждать всякие парочковые вещи на глазах у кучи людей. Я готов был сорваться и побежать с кулаками на каждого, кто хочет помешать молодым побыть наедине. Но понимал, что возможно, это тоже было бы шоу ради которого они тут ошивались.

– Ну серьезно, нельзя было сделать это потише и, если тебе так надо, потом всем объявить что мы пара? Там вообще-то Мария позади меня шла! Ты видел ее лицо? И ведь мириться с ней придется мне а не тебе! Врезать бы по твоей нагло роже!

– Прости-прости! – тут же поднял он руки, понимая, что я могу и правда ему вломить – Просто ты слишком зависишь от общества, слишком стремишься показать себя не той, кто ты есть. И чаще всего у тебя это выходит плохо, ты начинаешь это осознавать, волноваться, и именно тогда ты милее всего!

– Ага, значит тебе просто хотелось надо мной поиздеваться. Неплохое начало высоких и чувственных отношений парочки. Примерно на уровне нашей первой встречи! – полуотвернулся я, сложив руки под грудью.

– Ну прости, я просто не сдержался и рассказал о своих планах одному своему другу. Если ты не в курсе, то я прослыл тем еще неудачником в любви, так что вскоре образовалась целая толпа тех, кто хотел увидеть, как ты меня отошьешь.

– Ладно, это немного объясняет то, как они все на секунду замерли а потом разразились в поздравлениях…

Да, прежде чем отвязаться от них всех и пойти побыть в беседке «наедине», Диомед чуть не утонул в мужицком море из всех, кто хотел обнять «удачливого паршивца». Наверняка со стороны я выглядел как пятнадцатый или более лишний в этой компании большой и крепкой мужской дружбы.

– Извини, не думаю что хотел бы оказаться в подобной тебе ситуации сам. – Почесал он за головой – Может, простишь меня если я отведу тебя в город за покупками?

Либо он за мной следит, либо имеет потрясающую интуицию… Либо мои старания приталить одежду так чтобы она не казалась великоватой ник чему не привели и мои потребности видны буквально всем, что тоже не слишком хорошо…

– Ну вот, ты опять делаешь это милое лицо. Наверняка же думаешь о том, что подумают окружающие? – Попал этот… этот не знаю кто в самую точку.

– Ты ведь в курсе что мы с тобой дворяне? Высокие титулы, высокая ответственность, все такое? – Решил я уточнить у него, а то вдруг он забыл.

– Но не до такой же степени чтобы всю жизнь на этом факте строить! – возразил он – Расслабься, Мира. Просто плыви по течению. Не отказывайся от чего-то, оглядываясь на толпу. Они тебе – никто. Кто точно для тебя должен быть на первом месте это ты и твоя семья. Семью да, позорить нельзя. Ну а себя… Мы поэтому и учимся и живем сейчас в академии чтобы на годы вперед напозориться а потом вспоминать об этом с улыбкой!

– Знаешь, можешь показать мне пример на себе и переселиться ко мне в общежитие. – Саркастично произнес я, глядя на этого проповедника развязности.

– Да не об этом я. Это дела семейные. Ты же тоже ради семьи стараешься? Потому что иначе бросай это дело, оно не стоит таких жертв – Сказал он с на удивление серьезным взглядом. – Обстоятельства могут быть любыми, но никто не мешает ими наслаждаться! Измени свое восприятие! Пойдем, ты хотела пример? Я тебе покажу! Только дождись окончания занятий!

Он без колебаний взял меня за руку и повел в сторону учебных корпусов. Погоди те ка, он что, даже зная мои обстоятельства собирается вести себя со мной как с девушкой? Не выслушал что я об этом всем думаю, а просто припечатал а потом просто взял и увел…

Правда прежде чем все-таки огрести, он спешно ретировался. А я сжимал и разжимал руку, на которой до сих пор остались ощущения его крепкой ладони. Но все равно, от этого так и веяло потаенной и скрытой женской мягкостью. Мои разум был в полном раздрае и отчаянно пытался повернуть все так, что мне немного понравилось такое отношение потому что он на самом деле девушка и это что-то новенькое.

Так что я отвлек себя более насущными вопросами. По крайней мере у меня есть тот, за кем можно если что спрятаться. Пусть девушек, особенно таких как Мария, могущая спалить всю школу за секунду, тяжеловато воспринимать как слабый пол, они им и были. Я могу себе позволить ставить своего «парня» вместо себя в разных конфликтах. Кроме чисто женских… Черт, у меня же наибольшие терки именно с дворянками а не с дворянами! Впрочем ладно, иметь пугало лучше чем ничего.

С другой стороны, висела более важная проблема. Является ли та странная арга силой Анны? Это невозможно ни подтвердить ни опровергнуть, ведь ее самой нет рядом а даже если бы и была, то у нее самой она еще не пробудилась, возраст не тот. Похоже мне придется пойти на поклон к княжне без уверенности что это вообще того будет стоить. Попробую подождать еще немного, может когда мне распечатают силы что-то станет яснее чем сейчас.

С такими мыслями я и пошел на первое занятие которым было «Исцеляющее пламя». Зная Зенеллу, она обязательно найдет мне дело во время практической части. Вчера было хорошо, но скучно просиживать юбку за бездельем, но тут надо заранее смириться с тем, что так не будет.

Кто же меня встретил когда я зашел в кабинет? Это была не Зенелла, которая как оказалось, опаздывала сама.

– Вот она, хватайте ее и выпытайте все подробности!!!

Нет, меня встретил визг и крик от аудитории, на 90 процентов бывшей девушками-простолюдинками. Я могу себе позволить их всех за такие слова ответить вообще без последствий, но я ненавижу использовать власть ради таких мелочей. К тому же, и отношения с ними у меня не самые плохие.

Так что, взятый с обеих сторон за руки, я, по недавнему завету Диомеда, поплыл по течению. Быть окруженным кучей красивых девчонок, то и дело липнущих ко мне, и при этом отвечать им на вопросы о моем «парне»… Это было однозначно тяжелое психическое испытание.

– Как давно вы знакомы?

– Ты знала заранее что он к тебе чувствует?

– Если ты его бросишь, можешь порекомендовать меня?

На все это и намного более бредовое пришлось выдумывать нормальные отговорки, пока, наконец, не пришла спасительница, наконец-то начавшая этот урок. Впрочем, меня доставали и в перерыве между лекцией и практическим занятием, но меня спасла Ждана:

– Достаточно уже узнали, вы что не видите, что ей неуютно? Пусть она и ведет себя как нормальная девчонка но не забывайтесь, она дворянка! Не надо испытывать ее терпение! – Прервала она окончательно атаку на мою психику, правда, далеко не просто так.

Отведя меня подальше от чужих ушей, она шепотом произнесла.

– Отец Горемысл все еще ждет тебя в церкви. Думаю, он не одобрит твою связь с Тихомировыми – они нам не нужны, слишком мелко плавают, к тому же…

– К тому же я не соглашалась на вас работать. – Прервал я ее.

– Тебе настолько не важна твоя сестра? – Опешила Ждана с каким-то затаенным презрением.

– Почему же, важна. Именно поэтому у вас ее нет. Ждан, я вам глубоко сочувствую. Но стала бы ты работать на тех, кто, пусть и мягко, но угрожает твоим родным? Ах да, тебе не понять, у тебя их нет! – Выпалил я ей в лицо.

В ее глазах сразу стали собираться слезы, которые она старательно старалась удержать в себе. Но это было бесполезно. Я задел незаживающую рану этой беспризорницы.

– Дворяне – безумцы. Я с этим согласна. – Продолжил раскачивать я девушку, что казалась на грани истерики – Единственная проблема в том, что и вы кажетесь не сильно лучше их. Существующая власть – полное дерьмо. Однако, есть в ней одна правильная вещь… Люди не равны. И не тебе ли это знать, та, кто издевалась над моим братом только потому что он оставался человеком в отличие от твоей банды зверья?

Я развернулся и просто оставил ее плакать дальше. Пожалею ли я об этом? Думаю да. Но с меня хватит прогибаться под каждую хоть что-то представляющую себя силу. Пусть ко мне лично церковник приходит и своими руками заставит к ним приползти. И чтобы обрести свободу, мне придется послать вообще всех, кто имеет надо мной хоть какую-то власть. И встретить последствия.

– Стой, сука! – прокричала сзади меня Ждана. – Ты сегодня идешь в церковь, или умрешь! И сестра твоя умрет! Ты считаешь не было страховки на такой случай?

– Ну давай, убеди меня… – Подошел я к ней вплотную и взглянул в ее глаза, насильно заставив посмотреть на меня. – Как же именно меня убьют? А мою сестру? Может, Казимира еще прихватите? Сразу давайте похороните всех! – Все сильнее распалялся я. – Докажите мне моей смертью что все стороны что стремятся во власть – людоеды которым плевать на меня, на тебя и на любые жертвы!

– Я не хочу чтобы Казимир умер… – сказала она тихо всхлипывая, а потом, спохватившись, говорила на одном дыхании, стараясь чтобы ее речь не прервали ее слезы. – Как и ты с сестрой! При лечении отец Горемысл оставил в ваших сердцах по своему пламени! Стоит только мне ему сказать что ты отказываешься на нас работать, то он тебя убьет! Он не делает вторых предложений, он просто избавляется от тех кто считает себя умнее его!

По всему моему телу пробежал целый табун мурашек. У меня только что появился третий источник происхождения этой странной черной арги. Только не говорите мне что это должно меня убить в случае неподчинения? Я схватил ее за плечи и стал пытаться выбить все что ей известно.

– Каким способом? Какой цвет пламени? Как выглядят трупы?

– Не знаю не знаю не знаю! – скатывалась Ждана в истерику и лишь мотала головой – Я ничего не видела, я лишь знаю что так оно и бывает! Не ты первая кого звали сотрудничать!

Все что мне оставалось так это бросить ее и думать над тем что же мне делать. Даже если она мне врет, мне очень не хотелось проверять правдивость ее слов. Я могу попросить Зенеллу попробовать заблокировать и эту черную аргу, да. Но что если это все таки не то, что меня убьет? У меня нет уверенности ни в чем. И то что девушка меня уже исцеляла и наверняка бы сообщила, что у меня в сердце бомба ничего не значило – с чего бы убийце делать свое орудие легкообнаружимым?

Так что на практике сидел как на иголках и даже не заметил что на ней было. Все сейчас было не важно, как то, что нужно было срочно придумать план действий. Я не хочу на них работать, как и идти к ним в логово. Однако, все пока шло к тому, что придется сделать хотя бы второе.

Хотя, постойте. Я же могу прямо сейчас проверить чья это арга. Все что мне нужно это императорская библиотека! Если она не принадлежит Анне то значит меня просто не убьют если я буду постоянно ее держать под контролем! Если же принадлежит… Что ж, тогда придется тут же мухой гнать к Казимиру. Я чуть-чуть, но ощущаю какое-то покалывание, говорящее в какой же стороне Анна. Пусть с чистотой ощущения Марии не сравнится, но до вечера я точно их отыщу.

Остается только не сильно паниковать и не показывать Альдоне что у меня ситуация на грани жизни и смерти. Она может потребовать несоразмерной платы…

* * *

– Мира, это исключено. В императорскую библиотеку имеют доступ только члены правящей семьи и наши самые надежные слуги. Не то чтобы я тебе не доверяла, но уровень не тот, пойми и не поднимай больше эту тему пожалуйста! – Получил я отказ от княжны, которую смог выцепить на перерыве в аристократическом одиночестве вкушающую обед.

Да, я в прошлом спас ей жизнь. Но она искренне считала себя расплатившейся за это. Если бы я начал на это давить я бы наоборот сделал все только хуже. Так что пришлось уходить от нее с тяжелым сердцем, в котором начались фантомные боли в попытках нащупать удавку, лишь бы убедиться в ее существовании.

Планы в голове сменяли друг друга. От врыва туда на летале, до угрозе жизни княжне с помощью этой странной арги. Но все эти действия кроме удовлетворений моих сиюминутных целей несут огромнейшие последствия, волна от которых выбьет меня на скалы. По крайней мере ситуация не безвыходная. Похоже, придется все же сходить к ним. Уж у меня есть чем обороняться…

Глава 11
(89). Все сказанное тобой правда

Атмосфера в вечерней церкви была не слишком приветливой. Учитывая их любовь к свечному освещению в сочетании с неумолимо сокращающимся световым днем, каждая тень казалась затаившимся во мраке убийцей.

– Я рад тебя снова видеть, Мира. Гляжу, все зажило без особых проблем, рад что послушники не ошиблись. – Поприветствовал меня отец Горемысл, поглаживая свою бороду-лопату.

– Не скажу что испытываю такие же чувства. Мне тут одна синица напела про оставленные во мне и сестре сюрпризы. Казалось, что вы умнее и не опуститесь до банального шантажа. – Говорил я спокойно, периодически поглядывая в стороны, ожидая увидеть его группу поддержки.

– Дело далеко не в шантаже, а в тебе. Мне не нужны агенты, работающие из под палки – такие имеют тенденцию рано или поздно наплевав на свою жизнь, все таки раскрыть нашим недоброжелателям то, что им знать совершенно необязательно. – Говорил он спокойным голосом, не пытаясь оправдаться, после чего, встав за кафедру, с которой читают проповеди, развернул там книгу. Гнетущую тишину нарушил множественный шелест страниц. – Подойди ко мне, я хочу кое-что показать тебе в этом фолианте.

– Пожалуй, воздержусь. Какое эта книга имеет отношение к вашему шантажу? Сами же сказали что такие работают плохо. И обещаю, я буду работать еще хуже.

– Ну, это мы еще поглядим, будущее знать невозможно. – Беззлобно ответил священник – Но раз не хочешь подойти лично, тогда я тебе зачитаю отрывок сам.

После чего, прочистив горло, стал напевать это на манер молитвы, будто вознося мрачному персонажу этого текста свою хвалу.

– Поглотится весь мир геенной огненной, и виновницей тому дева будет прекрасная, коей все сильные мира сего захотят обладать, но своеволие ее и свободное сердце предпочтут смерть мира вечной неволе. Происхождение ее покроется мраком, а сама она скроет правду за множеством тайн, настолько большим что часть неведома даже ей самой. Такой будет девятая из невест дракона… Ну, думаю этого достаточно. Никого не напоминает? – Переключился он с певчего на обычный свой вкрадчивый голос.

Ну да, напоминает. Кое-кого, ради кого Казимир и я за компанию жопу рвем. Оказывается аж целое пророчество есть про нее! Правда, священник так на меня пронзительно смотрел, что пришлось подумать сильнее. И тут мне в голову ударило, что, вообще-то, с его точки зрения Анну он наверняка видел в первый и последний раз тогда в церкви. Тогда вообще он про кого?

– Ох-х, ты настолько мало знаешь о себе? Или предпочитаешь не замечать? Впрочем, это тоже соответствует написанному. Мира, я считаю что это пророчество говорит о тебе. – Показал он на меня пальцем и даже не думал отводить свой тяжелый и суровый взгляд.

Тут я откровенно опешил. Какого черта? Я не невеста, да черт возьми я даже не «прекрасная дева»! Может я и могу так выглядеть но я все еще мужчина! Ну, это ему в лицо я выпаливать пока не собираюсь как и демонстрировать свое достоинство. Там еще есть слабые места.

– И вы верите в этот бред? Мое происхождение мраком не покрыто – у меня были и отец и мать!

– Ну, тут ты права, по документам у тебя действительно были отец и мать. Ты считаешь церковь настолько маленькая чтобы не устроить проверку этого в родной деревне твоих родителей? Там все еще помнят Казимира и Анну. Но не тебя, нет. До недавнего времени тебя никогда не существовало, Мира Опавская. Нет никого, кто мог бы подтвердить, что встречал тебя до лета этого года. Как ты мне это объяснишь?

– Хотите сказать что за пару дней с моего лечения провели настолько масштабную проверку и предлагаете мне в это поверить? – Кинул я этому разнюхивающему псу отвлекающую кость, пока внутри себя паниковал, аж чувствуя физически как меня припирают к стенке.

– Это правда что это дело не недели и даже не месяца. Да только ты давно привлекла внимание церкви. Еще тогда, когда зашла в главный собор города с Марией Трапимировной. Следить за дворянами и пытаться выяснить, подойдет ли кто нибудь из их окружения для потенциальной вербовки – наша первостепенная задача. Но в твоем случае была такая удивительная вещь как отлично сделанные документы и нулевая информация о тебе от настоящих людей. Бумажки это хорошо, Мира, только воспоминаний о тебе у мирян твоей деревни они не дают. Так что вот твой шанс опровергнуть мою гипотезу – скажи мне правду о себе. Кто ты?

Он говорил и говорил и каждое слово было словно молотом по заготовке на наковальне. При этом, священник, не прекращая свою речь, начал шагать прямо ко мне. Каждый скрип дерева под его статной широкоплечей фигурой отдавался гулким эхом, что резонировало с чем-то глубоко в моей душе. Я вздрогнул и отступил на шаг назад, чуть не убежав в панике. Ну уж нет, я должен развеять его уверенность в том, что я спалю мир, при этом не выдав настоящего виновника.

– А вы не боитесь что надавливая так на потенциальную причину апокалипсиса, вы тем самым его не спровоцируете? – Пытался я держать лицо и вертеться как уж на сковородке.

– Боюсь, каждый боится смерти. Особенно принимать на себя такой грех как стать причиной того, что оружие все же сделало свой выстрел. Однако, я готов попробовать тебя заковать быстрее, Мира. Так что, пока ты не оказалась в блокирующих аргу кандалах, я прошу тебя мне исповедаться. Скажи правду о себе, развей тайну и перестань быть девой из пророчества.

Мне не хотелось раскрывать правду о себе. Слишком она мне кажется позорной, тем более когда ее пытаются вытянуть из под палки. Но тут меня внезапно осенило! Ведь это не единственная моя тайна…

– Хорошо, я скажу. Но можете ли обещать что поверите мне даже если этому нет доказательств? – Уточнил я у него немного заискивающим голосом. Он сразу смягчился когда понял, что я начну с ним говорить, так что сказал намного добрее чем раньше.

– Это уже наши проблемы. Главное, что ты согласна говорить. Расскажи мне свою историю, Мира. – Собирался внимательно слушать мою правду отец Горемысл, схватив меня за руку. Это было довольно грубо, но видимо это была дополнительная страховка против убегания. И он как-то странно разместил на ней свои пальцы. Но сейчас это было не самое важное. Нужно было спасать себя от церковника, что решил что перед ним почти сатана.

– Не волнуйся. Я просто могу почувствовать вранье с помощью особой техники. От профессиональных лгунов она не спасает, однако, на то они и профессионалы.

– Сказать по правде, я не отсюда. И я имею в виду не город или Словию а целый мир. Не знаю как, но я очутилась здесь вдали от своего настоящего дома. Иногда я думаю что это все было всего лишь сном, но как вы и сказали, ни у кого нет воспоминаний обо мне до этого лета. Это так же правда и для меня. Я мало что помню из прошлого, но оно точно проходило не здесь. Лица смазаны, события кажутся такими нереальными спустя столько времени. Все что у меня есть это я сама и мой стержень. Это все что я могу рассказать…

Как удобно не давать никакой конкретики и списывать все на дырявую голову, подумал бы я если бы все действительно не обстояло именно так. Удачи ему теперь обмозговать все что я ему выпалил!

– Хм-м-м. Пока я могу сказать только что ты либо очень хорошо умеешь врать когда надо, либо действительно говоришь мне правду. Я пошел в церковь потому что люблю и стремлюсь доверять людям. Можешь ли ты вспомнить что-то конкретное? Скажем, важное событие из истории? Или момент, наиболее запавший в твою душу – Осторожно продолжил мужчина свой расспрос, впрочем, так и не отпустив руку.

– Вокруг не было такого дворянского засилия. Сказать по правде, впервые я их увидела только здесь.

– Ладно, над этим стоит подумать. Я еще могу передать через Ждану, что жду тебя. Если ты искусно врала, то ты выиграла себе время. Если же нет… Что же, тогда я почитаю «Апокалипсис» Люциана Полесского более внимательно. Хотя, я могу провести небольшую проверку того, вранье ли это было прямо сейчас… Скажи мне, Мира, ты мужчина?

– Ха, что это за вопрос, разумеется нет! – Выпалил я даже быстрее чем осознал, насколько этот ответ сильно бьет по моей хрупкой гордости.

– Поздравляю, все совпадает. Во всех случаях я получил одинаковый отклик. Так что либо все сказанное тобой правда, либо врать обучали на совесть. Ты свободна. Пока не завершится проверка – убирать свои подарок из себя я не буду. Поверь, есть способы проверить даже то что ты сказала. Прощай, дщерь моя.

Я вышел в небольшой прострации из церкви. Я же соврал… Соврал же я… Неужели все настолько плохо? Было плевать на угрозы, на все обстоятельства, то что у меня где-то внутри бомба, мне было важнее всего что он не почувствовал от меня лжи. «Все сказанное тобой правда» – эти слова отдавались набатом в моей голове бесконечным набатом.

Лицо у меня со стороны явно было так себе, потому что немногие встречные мне на тропе люди шарахались от меня как от огня.

– Что это с ней интересно?

– Да наверняка Диомед ей сказал что пошутил и теперь она ходит вся потерянная, так ей и надо!

На очередную начавшую меня обсуждать парочку я так шикнул, что они встали по стойке смирно и просто убежали. Вот так-то лучше! Впрочем, не стоило с ними так, они мне напомнили что я как бы соглашался а как бы и нет на встречу с Диомедом. После сегодняшних откровений хотелось просто свалиться в постель и пялиться в потолок. Но, наверное, лучше попытаться хоть немного развеяться. Уныние еще никогда ничего хорошего не делало. Раз назвался парнем, пусть меня из депрессии вытаскивает, вот!

Правда, место встречи он не назначил. Впрочем, ноги сами привели меня в беседку, где я дал «ему» как следует прочувствовать мой секрет. И не ошибся – подлец сидел там и слабо махал мне рукой.

– Ты подзадержалась. Неужели искала меня в другом месте? – С небольшой смешинкой спросил он, впрочем, приглядевшись, тут же сменил тон – Так не пойдет, ты совсем никакая. Что-то случилось?

– Вау, надо же, а ты довольно внимательный! Ничего не случилось! – Огрызнулся на него. Неужели настолько все на лице написано?

– Идем со мной, будем возвращать тебя обратно – Решительно сказал он и опять без спросу взял меня за руку и потащил. Я был достаточно подавлен чтобы мне даже сопротивляться было сложно. Скорее казалось это не имеющим никакого смысла.

Паршивец дотащил меня до стоянки летал, где практически запихнул при полнейшей моей пассивности на переднее сиденье в какую-то серебряную ласточку. И что дальше делать будешь, м? А стал он ее заводить…

– У тебя хоть права есть?

– Я дворянин, мне можно.

Ответил он в своей манере, после чего газанул на полную. Мне было все равно что меня может в очередной раз размазать от отлучения от Марии. Плевать уже по большей части. Жизнь казалась не такой ценной единицей, какой была перед входом в церковь.