Текст книги "Пройдённый путь (Книга 1)"

Автор книги: Семен Буденный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 28 страниц)

22 декабря из Валуйек пришло донесение, что Реввоенсовет Южфронта приказывает нам связаться со штабом Южфронта по прямому проводу и доложить о состоянии и боевых действиях Конармии.

Мы с Климентом Ефремовичем сейчас же отправились на бронепоезде в Валуйки. В середине дня 23 декабря произошел следующий разговор со штабом фронта:

"Реввоенсовет 1-й Конной: Противник сгруппировал крупные силы кавалерии и 4 полка пехоты в районе Юрьевка, Удобное, Меловатка. Кавчасти из корпуса Мамонтова, Улагая, Шкуро и сводноуланской дивизии (командир которой генерал Чесноков) с приданными пехотными полками.

Несмотря на крупную численность противника, доблестные части Конной армии разбили противника наголову. Взято трофеев: 17 орудий, из них 2 горных, остальные полевые 3-дюймовые, 80 пулеметов, обозы с военной добычей, 300 пленных кавалеристов, 1000 лошадей с седлами и до 1000 человек изрублено. Наши передовые части действуют на правом берегу Донца. Между прочим, изрублено много офицеров, в числе которых несколько полковников и начдив сводноуланской генерал Чесноков. Захвачена масса оперативных документов, которые срочно будут вам направлены. Подробности боев за 19-21 декабря будут переданы оперативной сводкой. Приказ № 183{30} выполнен в полной мере.

О связи должен сообщить: вследствие действий бронепоездов от ст. Сватово до ст. Несветевич не только провода порваны, но и столбы попорчены. Меры к скорейшему восстановлению связи принимаются. Прошу обратить самое серьезное внимание на связь в тылу Конной армии, которая хронически прерывается и тем затрудняет всякую возможность связи с вами.

Кроме того, мы неоднократно обращались с просьбой о снабжении Конармии санлетучками, медицинским персоналом. До сих пор ничего не сделано, и бойцы, которые заслуживают самого внимательного к ним отношения, в случае ранения остаются... без всякого медицинского надзора.

Такое положение абсолютно недопустимо, и мы, Реввоенсовет, убедительно просим немедленно принять самые решительные меры к удовлетворению нашей просьбы. Доводим до вашего сведения, что соединения 13-й и 8-й армий совершенно не обслуживают раненых и больных своих частей, чем обременяют и без того перегруженные жалкие силы медицинского персонала Конармии.

Убедительная просьба устранить это ненормальное явление.

Реввоенсовет Южного фронта: 1. Частично о боях 15-21 декабря нам известно. Дополнительные ваши сведения будут донесены центру. Реввоенсовет фронта, как и всегда, уверен в боевой мощи доблестной Конной армии.

2. Так как большие разрушения связи производит противник, надо всеми мерами восстанавливать ее, а до окончательного восстановления прямой телефонной связи тылового штарма до позиции этот промежуток обслуживайте отдельным паровозом и далее – полевым телефоном, до передовых частей летучей почтой.

3. По докладу начсанюжа вам высланы в Валуйки госпиталь, а для эвакуации – санпоезда и летучки. Вероятно, состояние транспорта задержало их. Сейчас все будет выяснено.

4. Соседним армиям будет указано о небрежном отношении и переобремененности вас вопросах санитарного характера.

5. В отношении связи тыла, особенно в направлении к вам, – начсвязи фронта прилагает все усилия. С переездом на днях штаюжа Курск эти недочеты отпадут.

6. Штарму Конной обстановка диктует выдвинуться вперед, на что обращено внимание главкомом. По этому поводу после разговора с вами будем говорить с ним.

7. Куда вы полагаете перебраться и в каком состоянии связь до этого места от Валуек?

8. Укажите в грубых чертах передовую линию, занимаемую в данный момент частями Конармии, а также прошли ли наши бронепоезда на правый берег Донца и сколько у вас бронепоездов.

9. Отдан ли вами дальнейший приказ армии и когда он будет получен штаюжем.

10. Взято в плен кавалеристов 300 или 3 000 и куда делась пехота, которой было 4 полка.

11. Как можно обрисовать себе после указанных боев все те части противника, которые принимали в них участие, и куда отошли главные остатки этих частей.

12. Замерз или открыт Северный Донец и захвачено ли на этом промежутке что-либо из подвижного состава.

13. Как вы полагаете вопрос защиты противником хотя бы ближайшего района Камышеваха, Попасная как живой силой, так и техническими средствами.

Реввоенсовет 1-й Конной: 1. Боевой дух чудо-богатырей Конармии выше всяких похвал. Преданность революции и хорошее отношение к совершающимся событиям гарантируют полную и скорую победу.

2. Связь восстановлена со станцией Кабанье. Во всем остальном приняты указанные вами меры. Однако ставим вас в известность, что Конармия не имеет ни одного связиста, ограниченное количество морзистов, надсмотрщиков, механиков и техников совершенно нет для наблюдения за постоянной связью со штаюжем и своими частями. Необходима присылка всего затребованного штармом Конной.

3. Давно идет разговор о высылке нам санлетучек и прочего. На самом деле мы ничего не имеем. От вас зависит нажать для скорейшего получения нами всего высланного.

4. Штарму Конной приказом № 006 указано 24-26 декабря переехать село Высшее, что возле ст. Переездная.

5. Части Конармии вышли 23 декабря на линию Резников (20 верст юго-восточнее ст. Лиман), северный берег ручья Яма, северный берег р. Верх. Беленькая, Мирная Долина, Нижнее, что на Северном Донце. Бронепоезда сегодня будут Лисичанск и сейчас (действуют между) ст. Переездная – Лоскутовка.

6. Армия на указанной линии задержится на сутки для приведения частей в порядок, для подтягивания тыла и ковки лошадей. Дальнейший приказ будет отдан на 25 декабря, штаюж поступит 26 декабря.

7. Кавалеристов взято в плен 300. Пехота противника, участвовавшая в боях 19 декабря, в ночь на 20-е была оттянута и отправлена на ст. Лисичанск. Пехота в боях 20 и 21 декабря участия не принимала.

8. Кавчасти противника в бою 20 декабря были разбиты на две группы, из которых первая – корпус Мамонтова, потрепанный и потерявший много техники, но сохранивший подобие воинской части, – отошла в направлении ст. Лиман, Слапянск; вторая группа в составе корпусов Улагая, Шкуро и сводноуланской дивизии разбита наголову, отдельными кучами беспорядочной толпой разбежалась по домам, лесам и тонула в Донце. Противнику в лучшем случае удастся создать из всей этой группы одну дивизию.

9. Донец покрыт тонким слоем льда и только в некоторых местах можно переходить пешком.

Между ст. Купянск и ст. Несветевич захвачено 40 годных паровозов и 500 вагонов, из которых 240 груженных разными грузами. Кроме того, на ст. Рубежная имеется около 100000 пудов угля, обратите на это внимание.

10. Бронепоездов у нас вполне пригодных и сейчас действующих четыре.

Относительно защиты противником узлов Попасная, Дебальцево полагаем, что мы двумя ударами овладеем этими пунктами.

11. Настоятельно просим в кратчайший срок удовлетворить нас огнеприпасами просимом количестве.

12. Обещанный вами фураж до сих пор не поступает и что-то о нем не слышно. А мы уже подошли к голодноватым местам. Огромная просьба обратить на это самое серьезное внимание.

13. Мы вышли уже за рубежи имеющихся у нас карт. Обещанные и, по словам наштаюжа, высланные не поступили. Просьба протолкнуть их кратчайший срок.

Реввоенсовет Южного фронта: 1. Карты ближайшие дни по всем вашим требовательным ведомостям срочным маршрутом направим. Кроме того, командарму 13-й будет приказано поделиться с вами необходимыми картами.

2. Овса в пути 80 вагонов, сена отправляется 50, остальное до обещанного грузится и будет направлено.

3. Весь вопрос в транспорте, главным образом в топливе. Поэтому давайте больше угля, дабы обеспечить линии хотя бы от Касторной до Харькова и до вас.

4. Реввоенсовет просит направить з его распоряжение, если возможно, два состава угля при ваших сопровождающих.

5. Твердо ли держите в руках 9 и 12-ю дивизии. Помогают ли они вам и считаете ли необходимым дальше продолжать их подчинение вам.

6. С 5 декабря вам выслано 2 миллиона патронов. Сейчас выясним возможность послать еще миллион. Имейте в виду, что 9 и 12-я дивизии должны получать патроны от своих армий, как указано в директиве, а на армии будет нажато. Сразу большого количества нет, это вам известно.

7. Реввоенсовет фронта еще раз приветствует всех героев Конармии и их руководителей и ожидает, что доблестная армия порадует Советскую Россию к новому году взятием Иловайская, Колпаково, создав тем самым непосредственную угрозу главному очагу черной своры – Ростову и Новочеркасску.

БУДЕННЫЙ: 1. Фураж, полагаю, прибудет в 1920 году, а к тому времени при таком фуражном питании, потере и усталости лошадей это приведет пешему строю Конармию.

2. Только что мне доложено о теплом обмундировании. Выяснилось, что до сего времени получены только телеграммы, а фактически обмундирование не обнаружено, включительно до Ряжска. Агенты поехали к вам Серпухов для выяснения по всем нарядам. Также в данный момент нет ни одного фунта сахару. Был запрос 1 декабря о высылке 1 800 пудов. Ответов никаких нет.

ВОРОШИЛОВ: 1. Уголь уже имеется, как я сказал, до 100000 пудов, но его нужно грузить. Для этого необходимо направить в наше распоряжение побольше дельных технических работников. На первый раз приложим все усилия, чтобы послать Курск 2 состава с углем.

2. 9 и 12-я стрелковые дивизии добросовестно и с большой пользой выполняют все наши задания. 9-я дивизия в боях под нашим руководством оправдала возложенную на нее надежду. Между прочим, ею взято несколько пулеметов, 2 орудия, пленные. Доблестный комбриг 1, 9 стрелковой т. Агатонович со своей бригадой не отстает от наших кавчастей ни на шаг. Считаю крайне важным оставление обеих дивизий в нашем распоряжении.

3. За патроны большое спасибо. Однако просьба, чтобы их кратчайший срок доставить наше распоряжение"{31}.

Комментировать этот разговор по прямому проводу нет надобности. Следует лишь остановиться на затронутом в нем вопросе об использовании 9-й и 12-й стрелковых дивизий, приданных Первой Конной армии. Посаженные на конные повозки, части этих стрелковых дивизий получили подвижность и успешно взаимодействовали с кавалерией, сковывая противника в нужном направлении и тем самым открывая широкие возможности кавалерии наносить внезапные удары во фланг и тыл врага. Они служили осью маневра кавалерии и являлись как бы прообразом современных моторизованных соединений.

Приданные Конармии стрелковые дивизии отличались не только подвижностью, но и какой-то особой собранностью, подтянутостью, твердой уверенностью в боевом успехе. Они стойко сражались с конницей противника, так как чувствовали надежную опору и поддержку со стороны своей конницы. Они знали, что части Конной армии всегда рядом с ними – впереди, либо на флангах, что они в нужную минуту придут на помощь.

Успешные атаки кавалерийских частей поднимали боевой дух пехотинцев, и они, несмотря на то, что были почти разуты (многие, не имея обуви, обертывали ноги тряпьем – и это в мороз), безропотно шли вперед, стремясь не ударить лицом в грязь перед своими боевыми товарищами-кавалеристами.

Смелыми, знающими свое дело командирами показали себя начдив 9-й стрелковой дивизии Солодухин и начдив 12-й стрелковой дивизии Рева. Но особую роль в успешных действиях стрелковых частей и подразделений играли командиры и комиссары полков и батальонов. В стужу, когда бушевала метель, осенью и весной, когда лежала непролазная грязь и моросили холодные изнуряющие дожди, шли они вперед, увлекая за собой разутых, плохо одетых и полуголодных бойцов, первыми бросались в атаку на врага. В числе этих самоотверженных воинов революции был и комиссар 2-го батальона 74-го стрелкового полка 9-й дивизии Никита Сергеевич Хрущев.

Вопрос об использовании 9-й и 12-й дивизий был затронут Реввоенсоветом Южного фронта не только потому, что Реввоенсовет интересовало, как они участвуют в боях (это можно было бы подробно узнать из оперативных сводок и копий боевых приказов, посылаемых в штаб фронта), а потому еще, и главным образом потому, что командующие 8-й и 13-й армиями настойчиво просили фронт вернуть им эти дивизии. Особенно настаивал на этом командующий 8-й армией Сокольников. Требуя от командования фронтом возвращения армии 12-й стрелковой дивизии, Сокольников мотивировал это тем, что дивизия необходима ему для использования в операции по захвату района станции Лихая. Он считал, что наступление 8-й армии в направлении станции Лихой важнее удара Конной армии через Донбасс на Ростов, и утверждал, что лобовой удар, который мы наносим противнику, приведет не к разобщению белогвардейских армий, а к тому, что Конармия будет разбита вместе с приданными ей стрелковыми дивизиями.

После разговора по прямому проводу Реввоенсовета Южного фронта с Реввоенсоветом Первой Конной армии командующий южным фронтом Егоров сообщил командующему 8-й армии Сокольникову следующее:

"...Наступление ударной группы т. Буденного отнюдь не носит лобового характера. Если соседними армиями будут прикованы к себе находящиеся против них силы противника, то маневр т. Буденного может привести именно к разобщению частей Донской армии от "Добровольческой", главные силы которой до сего времени действуют к западу от меридиана Попасная, Таганрог.

Ввиду изложенного дать согласие на снятие с фронта ударной группы т. Буденного 12-й дивизии не могу. Эта дивизия уже втянута в боевые действия названной группы и в настоящее время выдвигается на южный берег р. Северный Донец"{32}.

4

Попытки противника приостановить продвижение Конармии, несмотря на все принятые им чрезвычайные меры, не увенчались успехом. Конармия громила и отбрасывала все выдвигаемые против нее конные и пехотные части врага и своим упорным продвижением вперед способствовала наступлению всех советских войск Южного фронта.

Население, и особенно рабочие и крестьянская беднота, восторженно встречали наши войска. Люди приглашали бойцов в дома, кормили, обогревали, одевали и обували своих освободителей. В армию потоком шли добровольцы.

Материальная и моральная поддержка со стороны населения крепила наступательный дух Конармии. Все ее бойцы и командиры горели единым желанием – быстрее освободить Донбасс, чтобы приступить к освобождению своих родных мест – станиц, сел и хуторов Дона, Ставрополья, Кубани.

Деникинская армия в процессе своего отступления все более разлагалась. Белогвардейские офицеры уже теряли власть над солдатами, и все чаще были случаи, когда, охваченные страхом, они бежали, бросая на произвол подчиненные им подразделения и части. Солдаты, насильно мобилизованные деникинцами, при первой возможности сдавались в плен и тут же просили их зачислить в Красную Армию, либо прятались в шахтах, в лесах и оврагах, селах и хуторах. Однако у деникинского командования были еще надежные войска, и оно предпринимало отчаянные попытки закрепиться в Донецком бассейне, чтобы не допустить разъединения своих армий – "Добровольческой" и Донской, которое в конечном итоге неизбежно должно было привести к краху всех контрреволюционных сил юга России. Ко всему этому белогвардейское руководство не могло не понимать, что потеря донецкого угля подорвала бы экономику на Северном Кавказе и в других промышленных районах юга России, в частности парализовала бы работу и без того слабого железнодорожного транспорта.

Для защиты Донбасса Деникин собрал крупную группировку войск – три кавалерийских корпуса, две свежие пехотные дивизии и пять бронепоездов. Главные силы этой группировки были сосредоточены в районе Бахмута с целью нанести контрудар по Первой Конной армии и отбросить ее за Северный Донец. В дальнейшем белогвардейское командование рассчитывало занять оборону в Донбассе по рубежам: Бахмут – Попасная, Горловка – Дебальцево, Иловайская ст. Алексеево-Леоново.

К 23 декабря на фронте 8-й, 13-й армий и ударной группы Южфронта (Конармии) сложилась следующая обстановка.

Противник, прикрываясь сильными арьергардами и бронепоездами, отходил в южном и юго-западном направлениях.

Части Конармии, форсировав Северный Донец, вышли на фронт Драновка, Лисичанск, Мирная Долина, Нижнее (на Северном Донце).

Правофланговые части 8-й армии заняли рубеж Чабановка, Спеваковка, Денежниково. Конные части этой армии двигались на Райгородок.

Части 13-й армии вышли на фронт Проталовка (25 километров северо-восточнее Изюма), Андреевка, Шурово.

Исходя из сложившейся обстановки, Реввоенсовет Конармии принял решение – сковать противника наступлением с фронта силами 9-й и 12-й стрелковых дивизий, а 11-й и 6-й кавдивизиям нанести фланговые удары по противнику в районе Бахмут (Артемовск), Попасная и овладеть этими пунктами. Для развития успеха и для парирования возможных контрударов противника в резерв ударной группы выделялась 4-я кавалерийская дивизия (схема 11).

Бронепоезда должны были выйти на станцию Попасная, откуда действовать в трех направлениях: Попасная – Бахмут; Попасная – Горловка; Попасная Дебальцево.

25 декабря части Конармии перешли в наступление на Бахмут, Попасная. В этот же день белогвардейцы, закончив перегруппировку своих войск, перешли в контрнаступление из района Никифоровка, Федоровка в общем направлении на Радионовку, Яму. В результате к северу от Бахмута произошел встречный бой 11-й кавалерийской и 9-й стрелковой дивизий с конной группой генерала Улагая и 2-й пехотной дивизией белых. Бой затянулся до позднего вечера. Основные усилия белогвардейцев были направлены на 9-ю стрелковую дивизию. Однако наша пехота успешно отбила все атаки противника.

На исход боя в этом районе решающее влияние оказал смелый маневр 4-й кавалерийской дивизии. Городовиков к утру 26 декабря вывел свою дивизию в район Михайловка, Ореховка и тем самым создал угрозу правому флангу и тылу бахмутской группировки белых, наступавшей против 11-й кавалерийской и 9-й стрелковой дивизий. Вклинившись глубоко в расположение белых и разорвав их фронт на две части, 4-я дивизия создала реальную угрозу окружения белых. Поэтому противник 26 декабря начал поспешный отход на юг. При отходе части 2-й пехотной дивизии белых попали в районе Брянцевки под фланговый удар 2-й кавбригады 4-й дивизии, и в результате его Черноморский полк пехотной дивизии белых, насчитывавший полторы тысячи штыков, был почти полностью уничтожен. Остатки 2-й пехотной дивизии деникинцев в панике бежали на Никитовку. Туда же под ударами 11-й кавалерийской дивизии отступили Кубанская и Терская казачьи дивизии корпуса генерала Шкуро. Преследуя противника, 11-я кавалерийская дивизия в 10 часов 27 декабря овладела Бахмутом, выбив из города вместе с отступавшими частями белых и находившуюся там Марковскую офицерскую пехотную дивизию.

Части 9-й стрелковой дивизии вышли к этому времени в район Покровского.

12-я стрелковая дивизия 25 и 26 декабря вела упорные бои, настойчиво продвигаясь с помощью бронепоездов в направлении Попасной. Опрокинув на своем пути части 2-го Кубанского корпуса, дивизия к вечеру 26 декабря вышла в район Попасная, Калиново-Попасная, Дмитриевка. В то же время 6-я кавалерийская дивизия отбросила 4-й Донской конный корпус белых и достигла линии Криничная, Хорошее.

К 27 декабря Первая Конная армия, выиграв сражение в северной части Донецкого бассейна, прочно овладела рубежом Бахмут – Попасная, первым рубежом сопротивления белых в Донбассе.

Потерпев поражение на линии Бахмут – Попасная, деникинцы пытались организовать сопротивление на железнодорожной линии Горловка – Дебальцево. Перегруппировав свои силы, белые готовили контрудар против левого фланга Конармии, войска которой к этому времени вышли на линию Луганское Екатериновка – Степановка – Лозовка.

Реввоенсовет Первой Конной армии решил нанести одновременный удар по станциям Горловка и Дебальцево. В соответствии с этим решением были поставлены задачи: 11-й кавалерийской дивизии с бронепоездами – 29 декабря овладеть Горловкой, в дальнейшем наступать на Иловайскую; 9-й и 12-й стрелковым дивизиям – решительными и быстрыми действиями овладеть Дебальцево и в дальнейшем развивать наступление в направлении Иловайской; 6-й кавалерийской дивизии – ускорить наступление в южном направлении, охватывая белых в районе Дебальцево с востока; 4-й кавалерийской дивизии – выдвинуться в район Ново-Павловка (Вознесенское) и находиться в армейском резерве.

Охватывающее движение 6-й дивизии с востока и решительное наступление стрелковых частей с фронта быстро решили участь Дебальцево. 29 декабря белые были выбиты оттуда.

Успешные действия в направлении Дебальцева быстро сказались и на развитии наступления в направлении станции Горловки. 11-я кавалерийская дивизия с частями 9-й стрелковой дивизии, сломив сопротивление белогвардейцев, 30 декабря овладела Горловкой и Никитовкой.

Несмотря на усталость и плохую погоду, дивизии ударной группы продолжали развивать успех. 31 декабря 6-я кавалерийская дивизия вышла в район Алексееве, отрезав путь отступления Марковской офицерской пехотной дивизии. В результате ожесточенного боя три марковских полка были почти полностью разгромлены.

11-я кавалерийская и 9-я стрелковая дивизии при поддержке бронепоездов развивали наступление от Горловки и к 1 января 1920 года овладели станцией Иловайской и районом Амвросиевки. При этом была наголову разбита Черкасская Дивизия белых.

Остатки разгромленной группы белогвардейцев бежали частью в юго-западном, частью в юго-восточном направлении.

Таким образом, очередная попытка белых задержать стремительное наступление Первой Конной армии в Донбассе потерпела полный провал. К 1 января 1920 года Донбасс был полностью освобожден от деникинцев.

В боях за Донбасс Конармия совместно с приданными ей стрелковыми дивизиями нанесла противнику большие потери. Лишь с 25 по 31 декабря белые потеряли убитыми около трех тысяч и пленными пять тысяч человек. Было захвачено двадцать четыре орудия, сто семьдесят пулеметов, не менее десяти тысяч снарядов, около полмиллиона патронов, пять бронепоездов, полторы тысячи лошадей с седлами и много различного военного имущества.

Победа в Донбассе имела огромное политическое, экономическое и оперативно-стратегическое значение. Советская республика получила пролетарский Донбасс с его революционным рабочим населением и мощным источником топлива, в котором тогда ощущалась острейшая нужда. Для Конной армии, действовавшей в стыке Донской и Добровольческой армий белых, открылся кратчайший путь для наступления на Ростов, Таганрог с целью окончательного осуществления стратегического плана по разъединению деникинского фронта на две части.

Успеху Донбасской операции Первой Конной армии очень способствовало четкое взаимодействие ее кавалерийских дивизий с приданными ей стрелковыми соединениями. Опираясь на стрелковые соединения, которые своими активными действиями в центре фронта сковывали противника, кавалерийские дивизии совершали смелые и энергичные маневры для удара по флангам и тылам вражеской группировки, принуждая противника к бою в невыгодных для него условиях.

Гибкость и своевременность маневра в значительной степени достигались максимальным приближением командования к войскам. Реввоенсовет армии с полевым штабом (оперативной группой) находился все время с передовыми частями.

Огромное значение для успешного исхода боев за Донбасс имело также горячее сочувствие и поддержка, которую оказывали нашим войскам трудящиеся Донбасса.

Через местных жителей мы знали о противнике буквально все и благодаря этому своевременно разгадывали его намерения. Удачные обходы флангов противника в густонаселенном Донбассе были бы трудно осуществимы без наших друзей-крестьян и шахтеров. Особенно велика была помощь, которую оказывали нам подпольные партийные и советские организации Донбасса, а также хотя и мелкие, но тесно связанные с населением партизанские группы.

В то время как буржуазия, бежавшая через Донбасс на юг, сеяла панику среди белых войск, трудящиеся Донецкого бассейна своей радостной встречей и поддержкой частей Конармии необычайно поднимали их боевой дух.

XIII. В боях за Ростов

1

Наступил новый 1920 год – год великих побед советского народа.

1 января Щаденко и я выехали в передовые части дивизий для уточнения обстановки, чтобы Реввоенсовет мог организовать более целеустремленное преследование противника, разбитого в Донбассе, а Климент Ефремович, как знаток Донбасса, остался в штабе армии за работой по подготовке новогоднего поздравления конармейцам и воззвания к рабочим Донецкого бассейна. Он хотел сделать это накануне, но обстановка не позволила: все время приходилось быть в войсках, непосредственно руководить ходом боев.

Побывав в 11-й кавалерийской и 9-й стрелковой дивизиях, мы с Щаденко разъехались. Щаденко отправился в 4-ю кавалерийскую дивизию, чтобы сообщить начдиву о выводе дивизии в армейский резерв, а я поехал в штаб 6-й кавалерийской дивизии, расположившейся в Колпаковке. В Колпаковке меня встретил Тимошенко и доложил, что передовые части дивизии, преследуя отходящего противника, заняли Успенскую.

Остаток дня я провел в 6-й дивизии, изучая донесения разведки полков, чтобы определить главное направление отхода противника и в соответствии с этим наметить дальнейшие действия Конармии. Из донесений было видно, что значительная часть противника, выбитого из Донбасса, отступала на Таганрог. Тимошенко доложил, что в этом направлении передовые части 6-й дивизии находятся в постоянном соприкосновении с противником, который отходит более или менее организованно, что же касается направления на Ростов, то там белые бегут панически и так быстро, что разведка дивизии не успевает за ними.

Я приказал Тимошенко выдвинуть части в Матвеев Курган и точно определить группировку противника, отступающего на Таганрог, а в направлении Ростова вести усиленную разведку, стремясь установить связь с частями 8-й армии.

Лишь к утру 2 января я вернулся в полевой штаб Конармии, располагавшийся в Чистяково. Климент Ефремович встретил меня упреком за долгое отсутствие и сразу же забросал вопросами о положении на фронте. Я подробно информировал его и поинтересовался, как у него обстоит дело с новогодним приветствием и воззванием.

– Давно готовы, – ответил Климент Ефремович. – Мы с Ефимом Афанасьевичем ждали вас еще вчера к вечеру, чтобы подписать эти документы, а вы, голубчик, вы когда явились? Этак мы будем поздравлять с Новым годом, когда он станет старым. Вот слушайте: "Этот год будет историческим годом, в котором Конная армия, наносящая врагу смертельный удар, покроет себя неувядаемой славой, неся с собой по пути страх и трепет врагам и мир и счастье трудовому рабоче-крестьянскому люду..."

– Ну как? – спросил Ворошилов, откладывая приветствие.

– По-моему, хорошо.

– А теперь слушайте... – И он прочитал воззвание. – "Товарищи рабочие!

Победоносная Красная Конная армия приветствует вас, рабочих Донецкого бассейна, с освобождением от власти проклятого Деникина и его своры: капиталистов, помещиков и генералов.

Красная Конная армия приветствует вас, положивших столько сил и жизней в нашей священной борьбе за свои права, за социализм.

Нашими общими усилиями сломлен, наконец, враг.

Наша армия, проникнутая ярким сознанием правоты и необходимости борьбы, сплоченная единой могучей волей к победе, добивает издыхающего пса мировой контрреволюции – Деникина.

Мы уверены, что никогда уже больше хищные лапы капиталистов не коснутся нашего пролетарского достояния  – Донецкого бассейна, что никогда больше не обагрятся рабочей кровью наши рудники и заводы.

Вы пережили, товарищи, страшное тяжелое время, когда деникинская свора, сильная поддержкой Антанты – ее золотом, оружием; сильная поддержкой всех врагов трудового народа, поражала наши полки, угнетала вас на рудниках и заводах.

Тогда Деникин собрал все свои силы: золотопогонное офицерство, барских сынков и обманутое трудовое казачество Дона и Кубани и всей силой обрушился на Красную нашу армию.

Мы принуждены были отступить, оставить все, чтобы сплотиться, создать мощную пролетарскую силу. Мы это сделали.

Теперь Красная Армия сильна, как никогда: на поражениях она научилась побеждать; грозившая опасность всколыхнула всю Рабоче-Крестьянскую Республику. Все встали на защиту от врага, несущего насилие и цепи.

Теперь, как никогда, сильна Советская Республика; она сотрет с лица земли всех своих врагов.

Никогда и ни за что белогвардейцам не устоять, не спастись от нашего могучего пролетарского натиска.

Хотя нам приходится вести борьбу при труднейших условиях, при разрушенном пятилетней войной хозяйстве страны, при недостатке хлеба, топлива и пр., но рабочие и крестьяне России прилагают героические усилия, и каждый день приближает нас к победе.

Реввоенсовет 1-й Конной армии от имени Красной Армии призывает вас напрячь все силы для содействия в достижении победы.

Помните: тот уголь, который Вы добываете, возродит нашу промышленность, вы должны дать его в достаточном количестве, чтобы все наши заводы, фабрики и железные дороги пошли полным ходом, чтобы быстрее наладилось наше пролетарское коммунистическое хозяйство.

Пролетариат России смотрит на ваш Донецкий бассейн с надеждой и уверенностью, что он поможет драгоценным углем нашей промышленности.

Эту надежду вы оправдаете в полной мере.

Знайте: наше дело – правое; победа коммунизма неминуема, как восход солнца после долгой черной ночи.

Во имя нашего же рабочего блага будем работать не покладая рук.

Да сгинет рабство, угнетение и власть капиталистов! Да здравствует Красная Армия – освободительница угнетенных!

Да здравствует мировая пролетарская революция!"{33}

– Ну, держись, контра. Это еще цветочки... – возбужденно проговорил я, поставив свою подпись на воззвании. – Но вот что, Климент Ефремович, Ефим Афанасьевич поехали в дивизии, поднажмем... Только, мне кажется, надо бы уточнить задачу.

– А что же уточнять, – сказал Щаденко. – Дело ясное – бить на Таганрог. А из Таганрога уже уточним, куда наступать – на Северный Кавказ или на Украину.

– Уточнить, конечно, следовало бы, но как? Связи с Реввоенсоветом фронта по-прежнему нет, – сказал Климент Ефремович. – Я поручил начальнику связи наладить связь хотя бы со штабом 13-й или 8-й армий. И этого пока добиться не могут. Ругать их излишне... Все разрушено... Белые проявили себя в Донбассе как самые грязные бандиты, бесцельно превращая все в груды развалин.

– А у меня все-таки создается впечатление, что белым на Таганрог идти незачем. Будет больше смысла им удерживать Ростов, – сказал я.

– Возможно, Семен Михайлович, это и так, но я считаю, что удар на Таганрог нанести надо. Все-таки Таганрог крупный портовый город, через который белые снабжаются. Надо прихлопнуть эти воротца Антанты, но главное с выходом к Азовскому морю стратегическая задача по разъединению армий Деникина будет до конца выполнена, – развивал свое мнение Щаденко.