![](/files/books/160/oblozhka-knigi-drug-moego-otca-379609.jpg)
Текст книги "Друг моего отца"
Автор книги: Сандра Бушар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Сандра Бушар
Друг моего отца
Глава 1
Порой жизнь подбрасывает нам сюрпризы. После предательства лучшей подруги, отца и даже любимого некогда парня я была готова ко всему, но… Судьба-чертовка умеет удивлять!
– Ай… – проснувшись от дикой головной боли, я попыталась дотянуться до ноющего места, но не вышло! Руки, ноги, голова – все было скованно по швам! – Что за?..
Конечности свело судорогой, желудок будто приклеился к легким. Не мудрено, ведь, распахнув глаза, я обнаружила себя в закрытом коробе, размером больше напоминающем вполне себе объёмный и вместительный рабочий…
– ЧЕМОДАН! – заорала я в ужасе, задыхаясь от паники. Увы, ни одна живая душа не откликнулась на мои призывы о помощи. А все потому, что гул вокруг стоял зверский, словно на вокзале или в аэропорту. – Черт тебя дери, я в чемодане?!
Мокрые, словно после душа, волосы облепили лицо и кожу… Только в тот момент я осознала, что даже в самой ужасной ситуации есть более жуткая: на мне не было одежды. Кроме, конечно, любимых розовых микро-бикини с клубничками в стразах на боках. Раньше они казались мне счастливыми. Увы, сейчас кусочек ткани от «Victoria’s Secret» вряд ли смог чем-то помочь!
– Мамочки… – зажмурившись, я попыталась проснуться. – Если чудеса существуют, сейчас бы мне не помешало немного «абракадабры»!
Нет-нет-нет! Все просто не могло быть так плохо! Не бывает СТОЛЬКО черных полос у одного человека за раз! Сперва я встретила лучшего парня на свете – Романа. Была уверена, что именно с ним встречу старость… Не тут-то было. Мой собственный отец дал откуп парню, и тот свалил из города в закат!
И если вы вдруг решили, что это все, то не-е-ет! Папочка просто принес мне новый телефончик с яблочком и желтым стикером на нем: «Так будет лучше!» В Новый год я выкинула упаковку прямо в окно, а тем же вечером папочка отнял еще кое-что… Мою лучшую подругу!
Я осталась одна. В мире, во вселенной! Все вокруг были грязными предателями!
Понуро хныкая и прощаясь с жизнью, в голове я представляла, как мое тело вывозят из страны и продают каким-нибудь арабам на черном рынке. Как вдруг неподалеку расслышала голос:
–…Господин Коробейников, доставайте оборудование. Измерим все здесь по-быстрому и отпустим вас домой.
– Не переживайте, – знакомый голос оказался бархатным и приятным, как теплый малиновый чай, – мне некуда спешить. Наоборот, задержался бы тут подольше…
– Проблемы в семье? – с интересом уточнил первый.
Тот самый голос разлился кратким смешком, способным пробудить от спячки даже самое дряхлое, покрывшееся пылью женское либидо. Удивительно, как много власти, силы и мужества сквозило в низком баритоне! Это бодрило, выбивало из колеи.
– Какая семья, Степ? Имущество, мля, делим… – снова заговорил тот, тяжело вздыхая. Змейка на чемодане зашевелилась, я испуганно напряглась.
– Знаю я, – фыркнул первый, – как эти телки любят побольше кусок оттяпать… Удачи, Коробейников!
А дальше мир замедлился… Я чувствовала, как неспешно появляется блик света, как распахивается чемодан, а от страха язык прирос к небу. Если пару мгновений назад мечтать не могла покинуть чертов гроб, то сейчас молила бога стать невидимкой.
«Брось, Лена!» – прикрикнула я сама на себя. «Не можешь изменить ситуацию, возьми ее в свои руки!»
Я не помнила, как именно попала в чемодан, и уж точно понятия не имела, где именно нахожусь, но когда мужчина таки открыл его, я неожиданно для самой себя выскочила на ноги с широкой улыбкой:
– С-Ю-Р-П-Р-И-З, М-А-Л-Ь-Ч-И-К-И!
Благо ума прикрыть грудь ладонями мне хватило! Увы, это было недостаточно…
«Уж лучше бы ты оказалась в аэропорту, Лена!» – голосом отца пожурил внутренний голос.
А все потому, что вокруг простирался самый обычный производственный завод, где тонна мужчин в робах что-то били молотками и ответственно сверлили. Оказалось, что акустика в помещении отменная, не менее двухсот мужчин бросили работу и обернулись на меня. Голодные, недоуменные и… похотливо скалящиеся!
– Коробейников, – знакомый первый голос присвистнул, хлопнув в ладоши, – ты нам телку, что ли, заказал? Решил подсластить сделку? Мы же тебе и так завод за даром продаем! Имей совесть!
Нервно сглотнув, я кратко обернулась по сторонам и испуганно пискнула. Тестостерон вокруг зашкаливал! Потные грязные работники буквально взяли меня в кольцо, будто цепные псы, так и ждущие команды: «ФАС!» А я всерьез обдумывала решение нырнуть обратно в чемодан с возгласом: «Обозналась! Чемодан перепутала?!»
– Хотя… – грязная ладонь таки шлепнула меня по пятой точке, я несдержанно застонала от бессилия, страха и ужаса происходящего, – за такую задницу миллион скинем! Только ты нам всем ее по кругу дашь на дней десять!
Если еще неделю назад я не верила в бога, то сейчас всерьез думала, что меня попросту прокляли. Нашептали, гады! И вот теперь по милости какого-то завистника мой папочка, трахающий все, что плохо лежит, будет собирать конечности «любимой» дочурки, продырявленные миллионом половых органов. Изрешетят же, как через мясорубку!
– Руки убрал! – грубый мужской рык одернул мужчину, пытающегося коснуться моих трусиков, а после тот самый Коробейников повернул меня к себе лицом. Прищурился, вгляделся и ошарашенно обомлел: – Лена, еб твою мать! Снова ты?!
И в тот момент мой испуганный мозг наконец вспомнил его – лучшего друга моего отца. Безумно сексуального блондина с голубыми глазами и прессом, словно с обложки журнала! Соратника, делового компаньона и… Мои влажные мечты в возрасте пятнадцати лет.
– Снова? – пьяно прошептала я, рассматривая белую рубаху, расстёгнутую аж на четыре пуговицы, и рукава, закатанные до локтей. Если у слова секс и был официальный представитель, то это он – Олег Коробейников. Горячий, как лава. Харизматичный, словно чертов голливудский актёр! А природный запах его сводил с ума всех и каждого! – Я… Я… Просто…
В растерянности я вытерла ладонями пот со лба, льющийся буквально фонтаном. А вокруг послышались мужские возгласы, хрипы, смешки, хлопки и пошлые выкрикивания.
– ЛЕНКА! – взорвался Олег, поднимая лежащий на стуле пиджак и буквально кутая меня в него, словно закатывая в ковер намертво. Указывая на меня пальцем всем вокруг, он громко отчеканил по словам: – Это не шлюха, ясно вам? Узнаю, что кто-то ее пальцем тронул, – хрен с корнем вырву! Я понятно изъясняюсь?!
– Мы же не знали, – сдаваясь, поднял руки один из них, делая шаг назад, – что она твоя!
– Не моя! Она – дочь моего друга Витьки. Между прочим, депутат. Вам повод задуматься! – качнул головой Олег, заставляя меня досадно прикусить губу. Всего лишь «дочь друга», великолепно! – Вы посмотрите на нее, ребенок ведь. Какая из нее «телка»?!
Олег буквально волок меня в подсобку, а я обдумывала его слова снова и снова, и настроение падало все ниже и ниже плинтуса. Отличные новости в свои двадцать один: «Я – бесполый ребенок в глазах Олега».
– Значит так, – дверь хлопнула, мы остались с блондином наедине. Сжав мои плечи, он грубо встряхнул их и заговорил строго, глядя прямо в глаза: – Я больше не играю в твои игры!..
– Больше? – не поняла я, морщась. Голова по-прежнему разрывалась от пульсирующей боли.
– Мне пофигу, как и нахрена ты залезла в этот чемодан! – несмотря ни на что продолжил Олег, а после убил меня на месте: – Вопрос лишь один: где то, что там до тебя лежало?! Рабочее оборудование, стоимостью в миллион!
«Пфф! Всего-то… Пару сумочек продам и верну!» – промелькнула мысль в голове, но мужчина словно прочел мои мысли, победно злобно скалясь:
– Миллион долларов!
Видимо, от шока мозг включил резервный режим, и я все вспомнила… Хотя, черт его дери, лучше бы забыла навсегда!
***
Музыка пульсировала, отбивала битами в ушах. Третий шот на барной стойке был осушен, а пустота в душе по-прежнему казалась глубокой, зыбучей, ноющей мерзко и больно!
– Девушка! – окрикнул меня мимо проходящий мужчина, явно ищущий повод подкатить. – Вам плохо? Могу чем-то помочь?
Утерев дорожки слез на щеках, я многозначительно вздёрнула бровь и оскалилась:
– Моя шлюшка-подруга трахается с отцом-депутатом ради его бабок.
Почесав затылок, незнакомец внимательно рассмотрел мои длинные ножки, короткое черное платье и розовый парик. Видимо, он решил, что готов выдержать час выноса мозга ради секса, поэтому сморозил:
– Везет ей, наверное.
– Серьезно?! – ахнула я в недоумении, задыхаясь от возмущения.
Видимо, мужчина решил, мол, хватит с него «моральной поддержки», и опрометчиво положил руку мне на пятую точку, больно сжимая, и шепнул на ухо:
– Отсосешь мне в туалете клуба?! Сделаешь это сочно – получишь двадцатку.
Я могла бы просто открутить бедолаге голову, годы на боксе отдавали приятным томлением в сжатых кулаках…
«Это для него слишком просто!» – промелькнула мысль в голове, стоило увидеть обручальное кольцо на пальце и красный шнурок на кисти от сглазов и нечисти.
«Чувак, – кричал мой внутренний демон, – сегодня он тебя не спасет!»
– Я придумала одну игру, сладенький, – томно шепнула незнакомцу на ухо. – Прямо по коридору, третья дверь слева. Подсобка. Ты, темнота, завязанные глаза. Нарушишь хоть одно правило – отсос отменяется.
Ошарашенно отстранившись, незнакомец недоверчиво воскликнул:
– Шутишь?
– Чтобы мне провалиться! – поклялась я, вскидывая руки. – Без минета ты сегодня от сюда не уйдешь, гарантирую.
Ухажер скрылся, а я бегом направилась к официанту, уже давно привлекшему мое внимание манерностью и развязностью. Рыжий парень нагло лапал мужиков за задницы, без страха быть уволенным.
– Эй, – подкравшись сзади, постучала ему по спине коготком, – есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
Сперва мой новый друг Семочка был против, а после заметил, что стучу я двумя тысячами долларов. Пришлось, правда, отдать тому всю наличку… Но оно того стоило! Спустя час из каморки выбежал довольный Сема с фингалом и пылающий яростью мой недоухажер… Прямо со спущенными штанами!
– Он отправил видео моей жене! Коллегам! – рычал тот, как зверь, начиная порядком злить и даже немного пугать. Глаза у него явно похотью больше не пылали… Семочка плохо старался?! – Я убью тебя, сучка!
– Эй, всем внимание! – вовремя спохватилась я, поднимаясь на стойку. Подальше от злых мужчин и будущей сломанной челюсти. – Сегодня выпивка за мой счет! Только помогите парнише покинуть клуб, а?!
Радостная пьяная толпа вынесла прочь из клуба рычащего от злости мужика, а счет тем вечером в клубе «Огонь» стал рекордно высоким, как для буднего дня. Видимо, решив оторваться на халяву, все вокруг напились так, что охранникам пришлось буквально на руках выносить каждого.
– Госпожа, – обратился ко мне бармен, – клуб закрывается через пятнадцать минут. Могу я попросить вас рассчитаться?
Дрожащей от перепоя рукой, я достала из кармана горсть карт и упала лицом в собственные ладони:
– Выбирай любую!
Бьюсь об заклад, отца не порадуют такие огромные траты, но и я не шибко прыгала от счастья, когда буквально застала их сосущимися в десна с Алей. Точнее, с размазанной красной помадой девушки по лицу родственника. Единственное, о чем я его просила с самого первого дня учебы: не трогать мою лучшую подругу. Все. Больше ничего! Никогда. Увы, кое-кто воспринял это, как призыв к действию!
– Простите, – голос бармена сквозил паникой. – Ваша карта заблокирована.
Нагло выдернув золотую карточку из рук парня, попыталась вглядеться в даты. Увы, перед глазами все плыло и мигало огнями.
– Другую возьми, – вовремя спохватилась, качая голой.
– Я попробовал все. Они все заблокированы банком по просьбе хозяина счета. – Наконец посмотрев на бармена, я увидела в руках его сотовый. Когда только успел набрать банк?! – Боюсь, мне придется вызвать полицию.
Оторопь прошла по телу, от страха я даже протрезвела. Нервно проведя пятерней по волосам, вдруг испытала самый большой стыд за всю жизнь, выпалив не подумав:
– А давайте я вам за долг…
– …Отсосу? – закончил за меня возникший за спиной Семочка. – Ты это всем предлагаешь? Это твоя визитная карточка?
– Посуду помою на кухне! – возмутилась я, пнув в бок рыжего.
Всего лишь помучаюсь пару часиков, а после выясню у папочки: «Что за дела с картами?»
– Посуду? Серьезно?! – прыснул бармен. – Тогда закатывай рукава повыше, потому что за три миллиона ты выйдешь отсюда только к пенсии, красотка. Боюсь, свои белые ручки до мяса сотрешь!
Сглотнув вязкую слюну, я резко вскочила на ноги и бросилась к выходу. К счастью, там рядом находились и женские уборные.
– Мне надо по нужде! Срочно!
– В камере сходишь, – прокричал мне вслед бармен, а после дал своим цепным псам наводку. – Держите ее, парни!
Вот тут-то соблазнение от Семочки вряд ли помогло, пришлось подключать бокс. И когда два темнокожих амбала вдруг взяли меня в кольцо, я вырубила одного с ноги вертушкой, а другого с кулака впечатала в стену.
– Кто ты, блядь, такая?! – ужаснулся Сема, роняя грязную тарелку из рук на пол. – К боссу ее надо! Пусть решает, куда ее везти: в дурку или к ментам.
К главному «Огня» идти я была не против. Как минимум потому, что договариваться с боссами умела. Обычно все вопросы закрывались одним магическим заклинанием: именем моего отца. Раз – и тон разговора становится елейный, проблемы исчезают.
Семен постучал в дверь, а потом буквально втолкнул меня внутрь, сверкая пятками. Боялся разделить участь охранников?
В полутьме огромного кабинета я не сразу увидела мужчину в костюме за столом в горе бумаг. Он явно сидел с ночи, цедил бокал виски, курил сигареты…
– Здравствуйте! – весело помахав, я смело пошагала вперед и, только упав в кресло напротив стола, взглянула на лицо. – Тут небольшая проблемка нарисовалась и…
Это был он. Выстрел. Удар! Парализующий и выбивающий дух из тела. Олег – лучший друг папы. Его голубые глаза стреляли не хуже пуль. Пронзительные, цепкие, пробирающие до костей! Ненавижу блондинов, но этот – особенный. Умудряется выглядеть сексуально даже с растрепанными волосами и в мятой рубахе.
– Лена, – закатил глаза он, выдыхая мое имя, словно проклятие. – Горе луковое…
И в тот момент я поняла, что попала в капкан.
– Подумаешь, – пожала плечами я, кокетливо улыбаюсь, – какая ерунда!
Несмотря на мои подмигивания, заигрывающие скольжения ладонью по голой шее и томные вздохи, Олег оставался беспристрастным, смотрел лишь в глаза с явным неодобрением и непониманием.
– Это не ерунда, – фыркнул тот, качая головой. От осуждения в голубых глазах становилось жутко неуютно, холодно. Хотелось завернуться в одеяло, а лучше провалиться под землю. – Ты агитировала огромное количество народа выпить весь алкоголь из бара. Такой кассы во вторник у нас давно не было! Хотя чему я удивляюсь… На халяву и уксус сладкий!
– Уверена, – голос нервно дрогнул от такого нескрываемого прессинга, – с карточками произошло недоразумение, и папочка разберется…
– Витя-то?! – взорвался тот, проведя пальцами по волосам, взлохмачивая их до состояния ежика. – Витя, конечно, разберется. Он же тебя любит!
– Ага, – саркастично хмыкнула я. Поцелуй моей подруги с отцом, наверное, вечность будет являться в ужасных снах, – обожает прямо!
– Знаешь, Лен… – затянувшись сигаретой, он звучал пронзительно холодно и неприлично грубо. – Я раньше Витьке завидовал, что у него дочь есть. Да еще так рано появилась. Считай, друзьями можно стать… – он сделал многозначительную паузу, а после ударил под дых колкими словами: – Но такую дочь, как ты, врагу не пожелаешь!
Что может быть хуже, чем видеть в глазах уважаемого тобой человека презрение? В моих же глазах пеленой встали слезы от горечи и обиды. Опустив голову вниз, я поспешно протараторила, мечтая быстрее свалить из чёртового кабинета пораньше и больше никогда не видеть Олега:
– Звоните уже отцу и разойдемся!
– Я просто хочу, чтобы ты поняла, – продолжал свое сверление мозга тот, намеренно оттягивая звонок, – три миллиона – очень большая сумма. Многие столько за год не получает. Витя много трудится, чтобы иметь высокую зарплату, а ты разбрасываешься деньгами, будто они на деревьях растут!
Своим поступком я не гордилась, но и оправдываться не собиралась. Пусть уж лучше отец потратит три миллиона на чужую попойку, чем на мою бывшую подругу.
– Звони. Уже, – прорычала я, сверля взглядом телефон в мужских руках.
– И, – намеренно не успокаивался Олег, скользнув своими невероятными глазами от моих пят до темечка, – этот твой внешний вид… Не удивлён, что все в баре сегодня к тебе приставали. Не сложно перепутать с дешевой путаной.
Ахнув от негодования, я вскочила на ноги, вставив руки в боки:
– ДЕШЕВОЙ ПУТАНОЙ?! Да это «Луи»!
– Именно, – победно оскалился Олег, сверкая идеально ровными белыми зубами. Откинувшись на мягкую спинку кресла, он словно вовсе не хотел куда-либо звонить, складывая руки на груди. – Ты как дешевая китайская копия девочки Стефани из сериала «Лентяево».
Теперь во мне бурлила ярость! Дикая и неподдельная. Бегло осмотревшись по сторонам, я смело хватила ручку со шкафчика сбоку с гравировкой «Любимому сыну в день бракосочетания».
– Положи на место! – Олег прямо на ноги подорвался, глаза испуганно округлились. – Я серьезно, Лена! Только попробуй ее уронить!
Чутье не подвело, ручка наверняка была выполнена из чистого золота и от известного бренда. Что еще может подарить мамочка на свадьбу? Правда, обручального кольца на пальце Олега не наблюдалось…
– Можно вопрос, – ехидно поинтересовалась, прищурив глаза, пока пальцами устроила ручке американские горки или пропеллер Карлсона. – Откуда ты знаешь, что ко мне весь вечер… Точнее, ночью в баре кто-то клеился? Следишь?
– Называй меня на «вы»! – рявкнул тот, но в глазах промелькнуло что-то странное… Испуг? – Периодически просматриваю камеры ради безопасности.
– Хозяин клуба просматривает камеры собственноручно, – произнесла вслух и самой себе не поверила. Вздернув бровь, скептически произнесла: – Серьезно? Может, ты еще пьяных клиентов домой отвозишь?
Сцепив зубы, Олег из последних сил спокойно отчеканил по слогам:
– Если надо – отвезу.
Распахнув губы, я провела кончиком языка по контуру губ, слизывая алую помаду. От неожиданности блондин застопорился, не моргая разглядывая процесс. Зрачки его расширились, волосы на голове встали дыбом, а дыхание заметно участилось.
– Не хотел бы себе такую дочь, говоришь? – победно улыбнувшись, я изобразила падение ручки. План был тут же подхватить ее у самого пола второй рукой. – Теперь я понимаю почему, Олег.
Кто бы знал, что Олег перепрыгнет через свой стол, словно супергерой, и, оттолкнув меня, попытается поймать ручку первым. Видимо, реакция у кого-то была «на высоте», потому как ручка вонзилась в красивые коричневые туфли мужчины стержнем вниз… Не знаю, задела ли что-то, но Олег прямо почернел, а я осела обратно, молясь всем известным и неизвестным богам.
– Убил бы тебя, – выдергивая ручку из туфли, он вернулся за стол, – если бы не Витя!
Больше откладывать неизбежное Олег не хотел. Несмотря на ранний вызов, отец взял трубку мгновенно. Хозяин клуба кратко объяснил происшествие, и отец долго орал ему что-то нечленораздельное вперемешку с отборными матами. Слов слышно не было, но от стыда сгореть я успела.
– Ты уверен? – Олег украдкой посмотрел на встревоженную меня. – Вить, там три ляма. Ты понимаешь, чем дело кончится? Это тебе не чай не оплатить…
Снова крик отца, и в глазах Олега появилось пугающее меня сочувствие. Лишь на мгновение. Секундой спустя он был холодным и непроницаемым, чеканя каждое слово заученно и безэмоцинально:
– Витя сказал, что это не его долг и помогать он тебе не собирается.
Сердце буквально вырвалось из груди от ужаса, голова закружилась, а конечности онемели:
– ЧТО?! Он не мог…
– Вызываем ментов, как и в любом другом случае, Лена.
Глава 2
Виски пульсировали, я неторопливо массировала их длинными накладными ноготками, придумывая варианты решения проблемы:
– Я могу поехать домой. Там куча брендовых сумок. Если их продать даже по самой скромной цене, то…
– Лен, – перебил меня Олег, недоуменно вздернув бровь, – ты предлагаешь мне ждать? А работникам я чем зарплату платить буду? Закупку мне тоже за фантики оформят? – закатив глаза, он горестно выдохнул: – Так и буду говорить: «Мамой клянусь, скоро отдам! Зуб даю!»
– Неделю! – голос срывался на писк, паника так и сквозила. – Дай мне неделю, Олег! Какие-то семь дней и…
– Не Олег, а Олег Александрович! Не «ты», а «вы»! – кулак его ударился об стол, папки с документами рассыпались, пепельница треснула на две равные половинки. Прогнувшись через стол, мужчина отчеканил по слогам: – Я устал, хочу домой. Сейчас вызовем полицию, они быстро все оформят и…
– Ты ведь знаешь, – по щеке скользнула непрошеная слеза, – чем все это кончится.
На секунду мне показалось, мол, блондин сочувствует мне, но тут же эта кратковременная эмоция испарилась, словно и не было. Холодно, внятно и четко он проговорил:
– Это не мои проблемы, Лена. Надо было думать об этом раньше.
Паника разливалась по венам. Зубы сводило от страха перед непонятным будущим. Нервно топая ногой по полу и кусая губы в кровь, я наблюдала за тем, как Олег набирает номер на телефоне… Как подносит его к уху.
Слова вырвались раньше, чем успела их осмыслить:
– СТОЙ!
Блондин сжал зубы до хруста:
– Что опять?!
– У меня есть… – сделав рваный вдох, я испуганно выпалила: – Деловое предложение, оно тебе понравится и покроет затраты уже сегодня.
Бровь мужчины вздернулась, в голубых глазах заплясал тот самый интерес, что я часто наблюдала у папы: коммерческий, прирожденного бизнесмена:
– Слушаю.
– Ты сперва трубочку положи, – мило предложила я, перетаптываясь с ноги на ногу.
Олег прикрыл глаза, досчитал в уме до десяти, только после этого нажал заветную кнопку «отбой». Дышать стало намного спокойнее, мир снова стал цветным.
– У тебя есть десять минут.
Игриво пощелкав пальцами в воздухе, я намеренно нагло выкрикнула:
– Пусть сперва твои работники нам водички принесут. У меня язык к небу прилип от всех этих стрессов!
Брови Олега ожидаемо поползи ко лбу от такой наглости, когда он гневно рявкнул:
– Ноги в руки и сама на бар за графином!
Сдаваясь, я согласно поднялась и с поднятыми руками быстренько поплелась на выход:
– Как скажешь, Олеженька! Как скажешь…
– Олег Александрович! – взорвался тот с пеной у рта и безумными, заведенными глазами. – Мне тебе вытатуировать это чертово имя?!
– Смотря где, Олеженька, – игриво поиграла бровями и тут же едва не пала с ног от летящей в меня бумажной коробки с салфетками. Не попал, блондинчик. И, судя по поджатым губам, был очень этому не рад. Прежде чем запереть за собой дверь, я елейно переспросила: – Тебе водичку с лимончиком или водочкой?
– Ленка! – рявкнул он, я аж подпрыгнула.
– Поняла-поняла, – деловито закивала, беря себя в руки. – Значит, без водички.
– Пять минут, – строго бросив взгляд на часы, резюмировал Олег, и мое настроение тут же пропало.
Захлопнув дверь, улыбка мгновенно сползла. Ведь решения проблемы у меня никакого не было! Бежать глупо, если владелец клуба – друг твоего отца. Видел тебя голожопой, бегающей вокруг бассейна в детстве… Ну или пару-тройку лет назад, что еще хуже…
Факт оставался фактом: препирательств со стороны полиции мне не обойти, если не поможет папочка. А папочка не поможет. Он занят отношениями с очередной моей ровесницей!
Вышагивая по коридору со скоростью улитки, я снова и снова пыталась придумать план. И чтобы сразу капкан. Как вдруг из поворота вырулил Семен. Увидел меня и резко курс сменил. Да так, что едва ли носом стену не протаранил.
– Стоять! – резко схватив его за капюшон, притянула к себе. – Нужна помощь.
– Моя смена закончилась, тебе бармен нальет, – затараторил тот, испуганно оглядываясь по сторонам в поисках помощи. Тяжело вздохнув, я молча потащила парня за собой к стойке, задумчиво кусая ногти, пока рыжий активно упирался ногами в пол, пытаясь вырваться. – Если что, я гей. А это притеснение ЛГБТ-сообщества, слышала о таком?! Если ударишь меня, тебя на куски разорвут!
Увидев меня, милый черноволосый бармен с высоким хвостом потускнел, настроение явно ухудшилось. Перестав вытирать стакан, он уставился на меня настороженно, будто в любой момент готовый отразить нападение.
– Выплатила долг уже, что ли? – хмыкнул тот надменно. – Небось, папочка-депутат все порешал?
– Мой папочка-депутат слишком занят личной жизнью, чтобы думать о собственной дочке… – на эмоциях выпалила я, падая на барный стул и, наконец, вчитываясь в золотой бейдж. Прочистив горло, натянула серьезное выражение лица и сделала максимально грустный тон: – Миш, Сема, у меня для вас плохие новости. Клуб «Огонь» закрывается уже завтра. Пакуйте свои вещички.
– ЧТО?! – взорвались те в один голос, глаза расширились до состояния блюдец.
– …Если, – намеренно после длинной паузы продолжила, – мы не найдем, откуда срочно взять три миллиона.
– А ты не охренела часом, сладенькая?! – пнул меня в бок ошарашенный Сема. – Ты просрала, ты и ищи!
– Все так, – активно закивала. – Но без зарплаты останетесь вы, а меня просто…
– Посадят! – выкрикнул Миша, смурной и недовольный.
В голове я тут же представила, как сижу за решеткой в темнице сырой, и на душе похолодело. Сглотнув ком в горле, равнодушно пожала плечами:
– В тюрьме хотя бы кормят, мальчики. А вы долго сможете лапу сосать? – вовремя спохватившись, похлопала испуганно рыжего по плечу. – Ты, Семочка, не в счет!
Проигнорировав очередной удар в бок, деловито развела руками:
– Так что думайте вместе со мной. А я пока время потяну, – многозначительно ткнув пальчиком в бутылку водки, деловито постановила: – Наколоти нам с хозяином клуба коктейль. Что-то сладкое, газированное и немного водочки. Так, чтобы Олег ничего не понял.
Миша отрицательно покачал головой:
– Боссу нельзя алкоголь. Это все тут знают.
– Ты работу хочешь заново искать или как?! – недоуменно переспросила я. – Придумай что-то. Надо как-то босса вашего успокоить, чтобы он меня выслушал. Нервный он какой-то…
Сема хихикнул:
– С тобой грех не поседеть… Не женщина, а Терминатор!
Гневно выдохнув через стиснутые зубы, я увидела, как белеет Сема и медленно пятится назад. Я уже была готова показать ему парочку приемов, как Миша поспешно перебил:
– Готово!
Радостно подмигнув, я подхватила графин с тонной фруктов внутри приторно розового цвета и два бокала со стойки, направляясь обратно к Олегу. Только вот чем ближе был кабинет, тем страшнее становилось. Выход так и не был найден, а Олег явно ждать не станет.
– Придется переходить к плану «Б»… – недовольно выдохнула я, морщась, а после вынужденно толкнула дверь кабинета.
– Ну-с! – с порога воскликнул мне Олег. – Мне нужна твоя гениальная идея, живо!
Внутри творился хаос, мигала тревожная кнопка СОС, пока внешне с трудом, но сохранялась улыбка и титаническое спокойствие. Вальяжно разлив по стаканам неведомую жижу, чертовски медленно присела на самый край кресла, сексуально закидывая одну ногу на вторую. Брови блондина недоуменно вздернулись.
«А чем черт не шутит?» – подумала я и снова перекинула ногу на ногу.
И еще разок… Для верности!
– Это что, – поперхнулся мужчина, оттягивая ворот рубахи, – у меня инсульт, что ли?
– Смотря, – кокетливо подмигнула ему я, – нравится тебе или нет?
– ЛЕНА, БЛЯДЬ! – рявкнул тот, я с кресла и упала. Прямо ногами к верху. – ИДЕЯ! Считаю до трех!
Поспешно поднявшись обратно, чуть три раза ноги себе не переломала.
– РАЗ! – рявкнул тот, парик с меня так и слетел от резкого дергания головой. – Два! – от шока до одури прикусила щеку изнутри, слезы брызнули из глаз. – Три! – Олег вскочил с места, разъярённый и злой, указывая пальцем на выход: – Вон к выходу! Ждать ментов с охранниками!
Делать было нечего. Терять тоже, а проводить парочку-тройку лет в кутузке – особенно, потому, нервно попивая коктейльчик через цветную трубочку, я торопливо протянула:
– Ладно-ладно! Слушай… С мыслями не даешь собраться. Все гениальное надо формулировать четко, иначе….
– ЛЕНА-А-А-А! – проревел Олег с закрытыми глазами, пальцами переломив ручку. Между прочим, железную! На месте ее так шея моя и представлялась… – Ближе к делу.
– «Деду»? – невинно переспросила я. – Какому еще деду? – Олег глаза распахнул, веко его нервно задергалось. – Ой, а у меня дедушки-то и нет. Один в тюрьме, другой помидоры в Казани продает. В столицу ехать не хочет, папку не любит… Говорит, буржуй зажрался и я вместе с ним.
Кажется, с протяжным выдохом Олег весь кислород выпустил:
– Какое, к черту, помидоры?!
На нервной почве икнув невпопад, подальше отставила странный терпкий коктейль, пожимая плечами:
– Большие и мясистые! – надо было срочно придумать головокружительный план, потому как потерявший терпение Олег звонил кому-то. Судя по его настороженному виду, выбора было два: психиатрия или полицейский участок. Поцокав языком, покачала головой, ладошку на сердце положив: – Прямо как ваши мешки под глазами, Олежка Александрович. Это же надо было так себя запустить? Вы вообще себя в зеркало-то видели? Страх, женщины, небось, врассыпную от одного вида…
– Синяки? – недоуменно замер Олег, бросив краткий взгляд на себя в зеркальной панели трюмо рядом.
«Вот она! Болевая точка нашего красавчика! – радостно потер в ладони мой внутренний дьявол. – Александрович боится выглядеть старым и страшным после развода с женой! Небось, мегера самооценочку-то попустила, женщины это умеют!»
– Это же вы, наверное, – тоном полным ужаса ахнула, – гуаша не скребете лицо совсем, бедный?
– «Гуаша»?!.. – распробовал на языке незнакомое слово блондин, морщась от омерзения. – Зачем им лицо скрести… Я тебе что, стена с побелкой? Или сусеки?!
– Это же массаж, лимита! – покачала головой я, деловито поднимаясь на ноги и завязывая длинные черные волосы в высокий хвост. Рукава бы закатала, да платье на бретелях. – Клуб отгрохали, а ухаживать за собой не научились.
– Лена, – устало застонал Олег, хватаясь за голову, – ты как три миллиона возвращать будешь? Понимаешь ведь, что, пока не отдашь, – не отпущу тебя. Хоть Пушкина мне тут читай на иврите!
– Конечно, я же не дура… – закивала я, а после на глазах Олега просто засунула ручку в графин, доставая оттуда два крупных кубика льда. Волоски на висках мужчины так и зашевелились в такт дергающемуся кадыку. – Сейчас проведу вам мастер-класс, попутно все по полочкам разложу.
Я резво двинулась к Олегу, а тот на колесиках кресла откатился в сторону. Увы, от меня не сбежишь, и лед таки коснулся его щек. И прежде чем Александрович мне руки-то не переломал, поспешно пояснила:
– Если вы не увидите, как ваши синяки на глазах уменьшились, с меня еще пятьсот тысяч!