Текст книги "МЖМ по Кругу. Секс-Терапия. Исповеди "Невинных" (СИ)"

Автор книги: Саманта Джонс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

Исповедь 5. Тайно Беременна от лучшего друга мужа

Мужчина 30 лет сидит в моем кабинете психолога.

Он здесь, потому что жена его лучшего друга на шестом месяце беременности.

От него.

И он ненавидит себя за это.

Как часто бывает в практике настоящего сексолога, пациент приходит с жалобами на «потерю себя», «депрессию», «бессонницу».

Только установив доверительные отношения за пять сеансов они начинают говорить правду.

Это было очень быстро.

Без резинки.

А он. Ее муж. Наши друзья. Возможно даже слышали что-то на первом этаже моей дачи.

Я держал ее за щиколотку левой рукой.

Кулаком правой руки упирался в койку.

Её левая ножка была у меня на плече и я яростно долбил её.

Жена моего друга была абсолютно неприлично раскорячена на моей кровати на втором этаже дачи и изгибалась сама затыкая себе рот от рвущего её на части оргазма.

Тут даже дверей не было.

Только деревянная лестница отделяла нас от друзей.

Я знал, что в любой момент кто-нибудь может подняться и уже с лестницы увидеть мой голый накачанный в тренажёрке зад работающий как перфоратор на жене моего друга.

Но в этот момент нам было все равно…

У меня ни в планах, ни в мыслях не было ничего такого.

Не могу сказать, что она мне даже нравилась или между нами было что-то.

Скорее даже какая-то ненависть и ревность.

Ведь я жил свободной без семейной жизнью и каждый раз, когда приезжал к Михе рассказывал про своих тёлок.

Света, его жена, естественно понимала, что я совращаю её мужа пойти на сторону этими рассказами и стискивала зубы.

Я собирал друзей на своей холостяцкой даче, на которой даже не так уж и часто трахаю своих обычных девушек.

Для этого есть специальная видовая квартира в центре Москвы.

Стриптизершам и директоршам салонов красоты на ура «заходит» уютное хай-тек гнёздышко в новеньком ЖК.

Я давно просек фишку и использую его как часть процесса обольщения.

Пара фоток в сториз с моим рельефным торсом, или упругим бицепсом на фоне вида из окна, и девочка сама всё поймет.

На даче же я чаще отдыхал душой от этих московских стерв.

Тут я встречался с друзьями или медитировал и занимался йогой, устраивая себе бесплатную випасану.

Поэтому дача была обставлена довольно скромно и местами была похожа на хижину одинокого лесника.

Я собирал друзей на шашлыки на майские праздники. Что может быть традиционнее.

Миша, друг детства приехал со своей женой Светой. Приехали так же Соловьевы, Жека Рудин, только что разведшаяся, и приглашенная тайком для Жеки Ленка Сажина и Багановы.

Большая шумная компания, где все друг друга давно знают.

Я ни сном ни духом не собирался никого ебать.

Даже наоборот.

Отдохнуть.

Пожарить шашлыков.

Пообщаться со старыми друзьями.

Послушать, как поют соловьи.

Света как обычно в основном молчала и даже из приличия не проявляла дружелюбности.

Я же все-таки обратил внимание на её достаточно простенький по московским меркам лук:

легкий сарафанчик, слишком легкий для подмосковной весны, шлепки на босу ногу, ободочек в волосах, собиравший ее длинные русые волосы.

На сарафане был глубокий вырез, но все достаточно скромно все равно, так как Света была ну почти плоская. Первый может размер, ну может второй.

По сравнению с девочками, которых я обычно ебу после похода в дорогой ресторан Света была вообще не варик.

Я уже привык, что обычно жены моих друзей любят устроить суеты и компенсировать мои истории о бесплатно выебанных эскортницах, которым я удерживал внимание их мужей, тем, какие они хорошие хозяйки.

Поэтому на собранных мною ежегодных шашлыках обычно толстенькие домохозяйки-женушки моих друзей накрывают жирный стол.

Света сторонилась и этих дел.

Теплый майский ветер время от времени трепал её сарафанчик, демонстрируя её стройную фигурку.

Узкая талия, плоский животик, упругие бедра, икры и ступни торчали из-под сарафана, но в этих плоских шлепках это ни шло ни в какое сравнение с фифами на шпильках.

Я не замечал её.

Это пост фактум.

Сейчас я могу описать как она выглядела, но тогда мне было все равно.

Она ходила, злилась и ругалась на Мишу.

Мы знали, что они в браке уже два года, а детей пока нет, но не подымали эту тему.

Ну хоть бы посплетничала с другими женами, потрепалась – нет.

Света просто сидела угрюмая на скамейке-качельках под тентом. Иногда даже складывая руки на груди.

Мне было похер на неё.

Нанизав шампуров на всю большую компанию с горкой, мы с пацанами стали гонять в футбол.

Дача у меня большая, газон пострижен, быстро из пеньков поставили ворота и пошла заруба, даже интересней лиги чемпионов.

Потому что неподдельный азарт тридцатилетних мужиков.

Потому что реально никакой оглядки на то с кем ты в одной команде и какой счет – просто щенячья радость от того, что вы носитесь по траве в теплых лучах майского солнца.

Естественно я скинул футболку и наверное со стороны это было привлекательно для девчонок.

Молодой поджарый «доберман» с рельефным торсом, зажившими на спине царапинками от острых коготочков, кубики пресса и масло натурального легкого свежего весеннего мужского пота.

Штаны сползали постоянно и взорам «болельщиц» открывалась абсолютно сухая и плоская плоскость ниже пупка с густым кустом волос.

Это я сейчас, в кабинете психолога понимаю, как это выглядело, но поверьте – я даже и не думал об этом.

Мы просто играли.

Я забивал голы и орал как Криштиану Роналду.

Это реально был кураж и угар.

Я и не думал, что кто-то смотрит на эту дурацкую беготню взрослых подвыпивших дядек, как на что-то сексуальное.

Мы боролись, толкались, падали и вставали.

Лупили этот мяч, что я думал мы его лопнем.

И главное над полем стоял оглушительный ржач.

Как я теперь понимаю, жены видели со стороны, как они потеряли мужей на эти полчаса.

Что их мужики даже не помнят об их существовании и полностью увлечены игрой.

Сквозь игру я видел острый взгляд Светы.

Она думала, что никто не заметит, но она не сводила с меня глаз.

Я не придал этому значения, хотя, подтягивая штаны я пару раз думал о том, что сквозь тонкую ткань спортивок как минимум видно мой шикарный выпуклый мужской зад, который часто собирает комплименты в ночных клубах Москвы, ну а как максимум и мои конские причиндалы тоже дают силуэт.

Яйца и колбаска.

Шила в мешке не утаишь.

Даже думал переодеться, но с другой стороны – все свои.

Тем и хороши встречи с друзьями, что можешь побыть самим собой в испачканных спортивках пропахших костром и голым торсом по пояс.

Щеки румянились.

После очередного дриблинга я вновь поразил ворота и орал о победе.

Болельщицы зааплодировали.

Наверное даже больше тому, что это было смешно.

Как взрослый дядька радуется голам на даче.

Я оглядел наших женщин и увидел, что даже Света, которая весь день была букой, улыбается.

Она встала со скамейки и пошла в дом, наверняка накинуть что-то на открытые плечи, потому что ветер был хоть и майский, но подмосковный.

Мы прервали игру, потому что моим соперникам надо было попить и восстановить силы.

Я пошел в дом переодеться.

Поднявшись по лестнице, я увидел её.

Света обернулась, словно не ожидала меня тут увидеть.

Я, голый по пояс, с мощным торсом и лоснящимися от спорта плечами поднялся по лестнице.

Она ничего не говорила и даже не улыбалась, но я все понял мгновенно на животном уровне.

У нас была буквально минута, чтобы никто ничего не заподозрил.

Мой член, на адреналине победы моментально встал сквозь спортивки.

И последнее, что я видел это был взгляд Светы на мой одеревеневший хуй в штанах.

В следующую секунду я накинулся на неё как на добычу.

Как на трофей в своей победе.

Я на телепатическом уровне точно знал, что она не против.

Я завалил жену своего друга на кровать, платье-сарафанчик задралось само.

Она пяткой резко спустила спортивные шаровары с моей крепкой задницы.

Хуй оголился.

Я понимал, что это будет без резинки, но времени на раздумья не было.

Я отодвинул её белые домашние трусики в сторону, обнажив волосатую пизду жены своего друга.

Я не знаю, что мной двигало в тот момент.

Я понимаю, что мы с ней даже не общались никогда.

Даже не флиртовали.

И я не желал её даже в фантазиях ни разу.

Но мой стояк одеревенел и я просто тупо всунул его.

Света посмотрела мне в глаза умоляющим взглядом.

Я раскорячил её, как обычно делаю с танцовщицами, гимнастками и синхронистками.

Одну ножку на плечо – вторую сильно в сторону.

Но у Светы, в отличии от профессионалок, растяжка была ни к черту и я просто растянул её промежность и принялся долбить.

Драть эту суку.

Я рассказываю дольше, чем всё это длилось.

Это было не больше минуты.

Я трахал жену своего друга без резинки в мокрую кипящую дырку.

Я знал, что она именно этого и хочет.

Чтобы ее выебали без комплиментов.

Я чувствовал, что она может залететь.

Я долбил своей чувствительной глянцевой головкой, чувствуя её овулирующую матку.

Света умоляюще смотрела на меня как на бога и затыкала себе рукой рот, чтобы не сорваться на блядские стоны.

Вторая ее маленькая замерзшая ручка лежала у меня на талии, касаясь пальчиками ягодиц и поддерживала мой бешенный темп, даже немного подгоняя.

Огромная дубовая кровать покрытая старыми еще не прогревшимися с зимовки одеялами не скрипела, но я понимал, что в любой момент к нам могут подняться.

И мой голый бледный зад, выделяющийся на загорелой после сицилийского отпуска коже будет сверкать уже с лестницы.

Все это было очень быстро.

Молниеносно.

Света кончила почти сразу как я вошел.

Это было ясно по спазмам её женатой киски.

По тому насколько туго мой большой хуй входил в ее узкую пизду, можно было сделать вывод, что Миша не зря в бане прикрывает свое достоинство и обычно любит повторять, что размер не главное.

Приближаясь к своему истеричному минутному оргазму я увидел по расширенным глазам Светы, что ее в жизни не ебали таким большим членом.

Выгнувшись в неё, чтобы войти максимально глубоко я кончил.

Обильно и грубо.

Доктор, понимал ли я в тот момент, что запросто могу обрюхатить жену друга?

Что судя по температуре ее киски и тому как легко мой стояк вошел в ее влажное лоно у неё опасные дни и моя активная сперма скорее всего сделает ей в животике ребёночка?

Думал ли о том, что ее матка впитает каждую каплю создающего жизнь семени, как измученная засухой пустыня?

Нет.

Я просто был жеребцом, который делает «свою работу».

Когда я заполнил ее полностью, я просто отвернулся.

Я был взмокшим, истощенным и полностью дезориентированным.

Сердце лупило в груди, а я даже не знал, где я.

И уж тем более у меня не было никакого плана, как общаться теперь с Мишей и его женой, которую я только что обрюхатил.

Я спустился первым. Света через минуту после меня.

Никто ничего не заметил и я вел себя как обычно.

Света была чуть повеселее.

Мы не общались больше.

Она не писала.

Мы не пересекались.

Вскоре я узнал из Мишиных соцсетей, что они ждут ребенка.

Я начал ходить к психологу, чтобы разобраться, как мне теперь быть.

Мишу мой друг я уважаю его и ценю нашу дружбу.

Свету я не перевариваю из-за ее нелюдимости, интравертивности и не желании помогать коллективу, когда мы собираемся компанией.

Ребенок судя по срокам мой.

На встречах с психологом мы решили, что скорее всего Света сама выйдет на связь.

Так оно и случилось.

Только вот ее совершенно не беспокоит судьба ребенка.

В директе она присылает развратные фото.

Предлагает себя.

Пишет конкретно время, когда я могу приехать и Миши не будет дома.

Присылает фото и короткие видео в откровенных позах.

Обещает быть «не хуже твоих шлюх».

Мне кажется она двинулась по фазе на мне.

Пишет, что после родов я могу сделать её своей шлюхой и пускать по кругу, продавать мужчинам, что она будет делать всё для меня, а Миша ничего не узнает.

И я не могу сказать об этом Мише, потому что тогда придется рассказать и про тот случай на даче.

Да и вообще не знаю, что в этой истории могло бы его порадовать.

Так я рассказывал эту историю своему психологу до восьмой консультации.

А потом сознался, что уже две недели как регулярно приезжаю к своему другу домой и трахаю в зад его беременную от меня жену, называя шлюхой и снимаю это на камеру.

Исповедь 6. Пьяную Сестренку пустили по кругу

Почти все парни были голые по пояс и смотрели на нас.

– Рот закрой!

– Свет, тебе реально хватит уже, – волновалась я за свою старшую сестру, которая явно не знала меры в алкоголе.

Света злобно вырвала у меня бутылку из рук.

– Отдай, дура!

Да еще и добавила свой грозный ставящий на место младшую сестру взгляд.

Мне было трудно как-то отстаивать свои права, когда наш дом был полон накачанных и полуобнаженных парней ее возраста, которые жарили шашлыки, слушали музыку, метали топоры и в общем хозяйничали на нашей территории по ее приглашению, как хотели.

Под дружное одобрение парней Света выплясывала под HammAliNavai на лестнице ведущей на второй этаж нашей дачи.

То, что случилось дальше навсегда изменило меня и мою сексуальную жизнь. Мне было девятнадцать тогда, моей сестре двадцать два или двадцать три. И то, что случилось как бомба замедленного действия стало жить во мне. Может быть у меня однажды хватит смелости рассказать всё и к чему это привело спустя годы, но сейчас я могу только вспомнить как всё это началось.

Она сама позвала целую компанию друзей со своего института, а я тупо стала заложницей их пьяной вечеринки.

Тусоваться со старшекурсниками, когда ты учишься всего лишь на втором конечно круто, но вот наблюдать, как твоя сестра вертит задницей, нарочно демонстрируя, что на ней чулки было скорее неловко.

Музыка заполняла нашу дачу пока родителей не было. Света нередко устраивала тут такие тусичи и в этот раз она позвала много парней, некоторые из них позвали своих друзей и подруг. Тут же она и познакомилась со своим парнем Андреем, которого сегодня не было, потому что он на военных сборах.

В общем компания собралась очень шумная, нетрезвая и не все были хорошо знакомы. Ко мне подваливали парни и честно говоря устоять перед старшекурсниками в джинсах и голыми по пояс, которые довольно вежливо со мной обходились, потому что я была одной из хозяек дома было трудно.

– А ты чего не пьешь? – двухметровый Влад рухнул ко мне на диван тесно прижавшись своим горячим плечом ко мне.

– Я… эээ… не пью…

Влад готовил шашлыки и разделся по пояс, чтобы не запариться и теперь с голым торсом сидел рядом со мной, у которой уже год не было парня.

Присутствие взрослого уверенного в себе Влада рядом со мной как-то странно влияло на мое тело. Я не могла сказать, что он мне нравился, но у меня буквально дыхание спирало, когда я тайком разглядывала его голый торс.

Прожилки мускулов, очерченный пресс, узкие бедра, широкий треугольник плеч расходящийся от поясницы.

И, стыдно сказать, я смотрела на его мужские соски. Меня до сих пор будоражило, что девушкам нельзя оголять свою грудь, а парням можно всё!

Маленькие, аккуратные коричневые соски торчали. На его загорелой коже под грудью было немного сажи.

Я наслюнявила палец и в шутку стерла её с его груди. Влад вздрогнул.

– Может вина просто?

Я боялась согласиться, но и прослыть занудой тоже не хотелось, и так я с трудом вливалась в компанию.

Я старалась не пялиться на его ширинку, пока он вольготно болтал и перекрикивался с другими пацанами.

Мне всегда нравились парни, которые являются заводилами в компании. Но Влад был отвратительно настойчив. Я чувствовала, что ему надо от меня только одно и это меня бесило и в нем в других парнях на вечеринке.

Мне хотелось сменить тему.

– У Светы вообще-то есть парень, – так я прокомментировала, что у всех на виду Марк обнял мою сестру и пристроился сзади в танце на лестнице.

– Расслабься. Они друзья. Мы все тут друзья, – С этими словами Влад закинул свою горячую руку мне на плечо, и я почувствовала себя его добычей.

Я моментально вся напряглась, потому что не знала, как остановить его. Он продолжал болтать с парнями. Музыка играла громко. Я ерзала и хотела уйти, но он удерживал в своих властных руках.

За сестру уже становилось стыдно. Она закидывала на Марка ноги и наклонялась так, что всем желающим были видны ее белые трусики.

Марк был красивым, но наглым парнем, который вел себя на нашей даче так, словно она его. Брал вещи без спроса, заходил в любые комнаты. Правда он и привез большинство ребят сюда на джипе своего отца.

Все уже изрядно надрались и парочки рассосались по спальням. Света же пошла спать «одна» на второй этаж в самую большую спальню.

Влад напился и лез сосаться. Весь свой шарм он растерял с приходом градусов и мне удалось кое-как от него отбиться, захлопнув дверь в свою комнату.

Моя комната располагалась прямо под спальней родителей внизу. Я давненько не была на даче и вокруг расстеленной кровати были рассажены плюшевые игрушки, в которые мы играли в детстве. Пора бы убрать. Девочки выросли.

Я закрылась на щеколду даже не подозревая, что однажды её сорвут перевозбужденные парни, которые уже будут делать тут, что хотят.

И стала укладываться спать, погасив свет.

После того как все стихло и полная дача пьяного народа мирно захрапела, я услышала охамевшие шлепки по лестнице. Кто-то из парней в наглую поднялся к моей сестре.

Я заволновалась, ведь у нее есть парень и все, что было вечером все же было «дружеской» вечеринкой.

Наверху дверь в спальню родителей тихонько скрипнула, и я услышала, как кровать потяжелела прямо надо мной.

– Марк, иди на хуй, – услышала я пьяный и сонный голос своей сестры.

Я лежала под одеялом и боялась пошелохнуться, выдав себя стуком сердца.

– … дебил…

– … Да они спят все…

До меня доносились лишь обрывки фраз, но я изо всех сил надеялась, что все обойдется.

Что Марк уйдет из спальни моих родителей или хотя бы не будет трогать мою сестру.

Подслушивать нехорошо, но я это делала невольно. К тому же слушать пьяных людей, когда ты трезвая как-то вдвойне противно.

Я даже собиралась с силами, чтобы набраться смелости и подняться к ней на помощь.

К счастью все утихомирилось, и я попыталась уснуть.

Но не прошло и пяти минут.

Звуки борьбы. Шорохи. Словно добыча пытается вырваться из лап хищника.

– … ну не надо пожалуйста, я тебя прошу…

Я дрожала в своей кровати, умоляя небеса, чтобы ничего «такого» не случилось.

– … Ну, Марк!

Но родительская кровать, на втором этаже прямо надо мной.

Ритмично заскрипела.

Раз.

Раз.

Раз.

Раз.

И возражения моей старшей сестренки прекратились.

Кровать скрипела в едином ритме. Прямо надо мной и я единственная во всем доме, кто это слышала.

В моей голове крутился образ Андрея и как мне теперь себя вести с ним. Симпатичный добрый парень, который любит Свету. Будущий офицер. А она сейчас там. С Марком и мне придется хранить эту тайну всю жизнь. Или они расстанутся? Сказать сестре, что я знаю или сделать вид, что спала?

Тысяча мыслей в купе с нехилым таким возбуждением не давали уснуть.

Расслышать что-либо из их слов было почти не возможно, но движения становились все грубее.

Снова возьня. Перегруппировка.

Они словно отлипли от кровати. И потом медленно все стало повторяться, но уже потише.

Со шлепками. Я отчетливо слышала ритмичные шлепки попы моей сестры о живот этого пацана.

Шлепки нарастали. Парочка тупо уже получала удовольствия от тени приличия, сопротивления и отстаивания своей чести у моей пьяной сестрёнки не осталось и следа.

Я была дико злой на неё. За то, что она изменяет своему парню и за то, что она так быстро сдалась и за то, что она трахалась прямо над моей комнатой.

Шлепки и скрип нарастали. И потом затихли.

Я была дико мокренькой злой и испуганной. Все чувства внутри меня смешались, и я не могла уснуть. Меня всю трясло.

Только я начала проваливаться в сон, как у кого-то в соседней комнате сработал телефон. Пришла смска. Спустя пару минут, судя по шагам в ночной тишине, двое крупных парней вышли из своей комнаты после кратковременной возьни.

И босыми ногами проследовали по лестнице.

То что это все происходит в моем доме, на моей даче, где я выросла, создавало ужасное омерзительное чувство незащищенности и вседозволенности. Я оцепенела и не понимала, что происходит с моим телом. Дикое возбуждение на постоянной грани оргазма охватило меня.

– Мальчики вы чего? Совсем? Нет! Нет!!! – шепотом доносилось со второго этажа.

Все, что было сказано я расслышать не могла, но обрывки фраз долетали до меня.

Снова звуки борьбы, только теперь там было трое взрослых мужчин. Студентов старших курсов.

Спустя несколько секунд борьбы, кровать потяжелела, пол чуть ли не прогнулся надо мной и все снова заходило ходуном.

Моя сестрёнка мычала и задыхалась, а кровать скрипела в едином ритме.

Судя по звукам они делали это по очереди. Кт-то держал, кто-то «скрипел».

Я слышала как ей затыкают рот, но стоны прорывались и становились все сильней.

– Давай эту блядь сюда!

Шлепки. Скрип становился все интенсивнее. Быстрее. И еще быстрее, пока Света не взвизгивала с заткнутым ртом.

Потом все повторялось снова. Ритмичный темп. Скрип кровати. Быстрее. Быстрее. Еще быстрее. Визг. Разворачивали ее.

И все повторялось.

В какой-то момент кровать родителей на втором этаже уже ходила ходуном. Я боялась представить, что там делают с моей старшей сестрой.

Спинка кровати билась о стену и могла разбудить весь дом, но им кажется уже было пофиг.

Это продолжалось долго. Мощно. С постоянной борьбой, попытками вырваться и сдавленными стонами в пережатой груди.

Все затихало на минуту – две и потом продолжалось с новой силой.

Мою сестру пьяную тупо пускали по кругу на нашей собственной даче, пока её парень был на военных сборах.

А мне предстояло скрывать и выгораживать её.

На глазах у меня навернулись слезы от бессилия. Я смотрела в потолок заплаканными глазами, а потолок ритмично скрипел и ходил ходуном прямо надо мной.

Мои соски были твердыми как камень. Я натянула носочки ног и меня тут же сжало мощнейшим оргазмом в моей жизни.

Так хотелось дотронуться до себя. Надавить на грудь. Но меня просто трясло всю, я аж глаза зажмурила со всей силы. Так сильно я никогда в жизни ни до ни после не кончала.

Тепло разлилось по всему телу. Расслабление во всех мышцах. Слезы ручьем из глаз. В голове помутнело, а простыня подо мной стала просто мокрой насквозь. Я буквально не могла дышать от унижения.

Я перевернулась на сухую сторону и вырубилась мертвецким сном.

О том, что случилось той ночью я не рассказывала никому.

До тех пор, пока это не стало влиять на мои предпочтения. В выборе партнеров, в том как я провожу свободное время, в том, какие видео смотрю ночью на телефоне.

Спустя много лет я обнаружила себя конченой извращенкой, которая всю жизнь убеждала саму себя, что она «хорошая девочка».

Мне пришлось обратиться к психологу, чтобы, если не остановить, то хотя бы понять, что со мной происходит…

Но об этом я расскажу в следущий раз.