Текст книги "МЖМ по Кругу. Секс-Терапия. Исповеди "Невинных" (СИ)"
Автор книги: Саманта Джонс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Исповедь 2. Пошла по рукам в Воинской Части
Я заткнула себе рот кулачком, потому что этот лейтенант был просто огромный. Как только он почувствовал, насколько я влажная, он тут же начал ритмично меня долбить, вбивая в диван. Я царапала ему спину и задыхалась не в силах сняться с его крепкого члена.
Мы оба вспотели и между нами стало еще более мокро.
Нет, я не думала в тот момент, что мне надо будет менять постельное белье, и муж может заметить, что свежее белье жена заменила почти сразу.
Не думала и о том, что соседи могут услышать как стучит разваливающаяся под его напором кровать.
Я стонала в кулак, слезы из глаз и он достаточно быстро сделал так, что мы оба кончили. Я вцепилась в его плечи в предоргазменном спазме и сдавила киской его одеревеневший конец. Член запульсировал и брызнул в презерватив. Я чувствовала как он рычит на мне от оргазма.
Передо мной в моем кабинете психолога сидит женщина. Двадцать девять лет, которая обратилась изначально с формулировкой «проблемы с мужем».
На шестом приёме она рассказала, как обстоит все на самом деле…
Маленький военный городок в лесу. Все всех знают, живут тут поколениями еще с восьмидесятых. Она приехала туда с выпускником кадетского корпуса по распределению с дальнего востока – своим мужем. И ее ебут молодые матросы-призывники.
Она стала чем-то вроде тайной общей достопримечательности.
Я поняла, что что-то не то со мной происходит, когда в очередной раз отдышивалась после жесткого секса с молоденьким девятнадцатилетним курсантиком.
Муж был на работе, а этот парень только, что вбил меня в старый диван так, что пыль стояла дымом.
Я закашляла в душной плохопроветриваемой квартире. Полной морально устаревшей мебели.
Осознавая, что уже несколько месяцев как врала мужу, что устаю по уборке дома. Вещи валялись не глаженные, пыль не протерта. Осталась только мастурбация и секс с призывниками.
Он поцеловал меня в шею и слез с меня. Я хотела подсказать ему, где взять полотенце, но вдруг поняла, что не запомнила его имени.
Это началось, как случайная измена. Один офицер флиртовал со мной и как-то когда не было мужа дома зашел ко мне занести козьего молока, которое он покупал в деревне. Я встретила его в легком летнем сарафане. Он пару раз пошутил про мою пышную грудь и молоко.
Я просто была приветлива и не торопилась выпроваживать его. Стала трепаться про погоду.
И тут он накинулся на меня. Я ради приличия стала сопротивляться, но он быстро почувствовал, что я не кричу так, чтобы могли услышать соседи и не отбиваюсь так, чтобы причинить ему реальный ущерб.
Артур, так его звали, поставил меня раком на кухне. Я сама дернула жалюзи, чтобы ничего не было видно снаружи.
Это было жестко, сзади и очень быстро. Мы кончили одновременно и это было жутко стыдно, потому что он был сослуживцем моего мужа. Почти другом.
Моя промежность была вся мокрая уже после борьбы. Он спустил свои военные черные брюки и сразу вставил свой огромный болт.
У меня губы сами по себе раскрылись. Ротик округлился в спертом желании закричать. Я вдохнула и закатила глаза.
Меня, верную жену мужа военнослужащего драли, как кошку на кухне, пока муж был на службе.
Артур был очень сильным мужчиной и в тайне мне очень понравилось, как он меня взял.
Я смотрю на свою пациентку и понимаю про неё гораздо больше, чем она сама.
Яркая утонченная блондинка. Длинные волосы, красная помада даже на приеме у психолога. Длинные ноги из-под не слишком уж длинной юбки.
Провинциальная одежда. Последствия и низкой зарплаты мужа и маленького выбора и, как следствие, отсутствия вкуса.
Она уже плакала у меня в кресле. Ее запрос спустя несколько сеансов сменился с «проблемы с мужем» на «помогите мне перестать изменять мужу с каждым встречным».
И я знаю, что с ней на самом деле происходит.
Через какое-то время после этого я заметила, как на меня стали смотреть курсанты и призывники.
Иногда я шла на работу в дом культуры мимо части. Видеть толпу молоденьких парней голых по пояс, отжимающихся, подтягивающихся и бегающих мне дико нравилось, хоть я и пыталась это скрыть.
Конечно при старших они не переходили к активным действиям, но наедине.
У нас была подготовка к празднованию дня воинской части, и мне привели несколько матросов призывников. Мы разучивали песню.
По ним сразу было видно, что эти тупоголовые бугаи записались только для того, чтобы отлынивать от службы. Пятеро высоких крепких юных мужчин. Девятнадцать лет – возраст, когда самец мужает с каждым днем. Гормон играет и их резвости нет предела.
Они постоянно в шутку дрались между собой, задирались, шутили и… разглядывали мои ноги, шушукались, мою попу, мой бюст.
– А ваш муж? Какую роль он играл на тот момент в вашей сексуальной жизни?
– а… эээ… никакую?
– Совсем никакую?
– Я не знаю… Он очень уставал на работе. И отрубался моментально как доедал суп. Это не было отлыниванием от супружеского долга. Он просто валился с ног. Работал на износ. Чтобы получить повышение и нас бы перевели в Подмосковье…
– Эти матросы-призывники были его подчиненными?
– Ээээ… да. А какое это имеет значение?
– Расскажите, что произошло дальше…
Правда в том, что эта молодая девушка уже за первые сеансы пыталась соблазнить и меня.
Хотя нет, соблазнить не верное слово. В нем есть что-то, словно она бы пошла до конца. Нет. Флиртовать. Расположить. Понравиться.
Я попросила его помочь мне переставить пианино.
– И выбрала самого крепкого из них, верно?
– Ну да, оно же тяжелое…
Он смотрел на меня жадно последние дни и это сводило меня с ума. Иногда я чувствовала, что нарочно одеваюсь вульгарно, чтобы на меня больше смотрели молоденькие мальчики.
Я прогибалась вокруг пианино, сама не понимая, что со мной происходит. Я знала, что он смотрит. Что он заглядывает мне под юбку. Видит мои чистые белые трусики. Знала, что он знает, чья я жена и что ему будет за то, что он ко мне прикоснется.
И это делало мои ощущения особенно острыми.
Я знала, что у него по несколько месяцев не было девушки.
Я много раз видела как он толкает, бьет или издевается над другими парнями из своей роты.
И я уже несколько раз мастурбировала в душе, представляя насколько он жесткий парень.
Когда я обернулась, я увидела, что Роман гладит свой ствол через брюки.
Я хотела закричать, но вместо этого только испуганно посмотрела ему в глаза.
Я была двадцатисемилетней женой офицера, заведующей кружком музыки в доме культуры, а он мальчиком-призывником, но он не отвел взгляд.
Рома расстегнул ширинку не отводя взгляда от моих глаз и вынул его.
Такой крепкой эрекции я никогда в жизни не видела. Венистый и твердый он торчал как сук на дереве вертикально вверх.
Я попятилась, облокотилась на пианино. Опыт измены у меня на тот момент уже был, но здесь… На работе… В любой момент кто-то мог войти.
Я должна была закричать и рассказать все мужу, чтобы парня сослали куда-нибудь в Сибирь, но…
Я молча развернулась, встала раком, задрала платье и спустила трусики. Сама.
– Светлана, вы отдавали в тот момент, что с вами происходит?
– Не думаю, я здесь, чтобы разобраться.
– Как часто у вас с ним было?
– С Романом?
– Да.
– Только один раз вот этот.
Он меня отодрал. Мы сломали пианино. Он просто меня имел, как жену своего начальника. Грубо и жестко. Я никогда не думала, что мужчина может быть таким злым в сексе.
Это было не похоже на все, что со мной было раньше. С мужем я близко ничего подобного не испытывала.
Секс с молодыми парнями, призывниками. Вот на что я подсела.
Его член просто разрывал меня на части. Я стонала в голос.
– Вы же ЭТОГО хотели Светлана Владимировна⁉
Продолжал ебать он.
Я загнулась посмотрела под себя, положив голову на клавиши.
Бледные белые бедра стянутые у колен трусиками. И мощные толчки загорелого волосатого парня.
Его цепкие коренастые пальцы впивались в мои нежные пухлые ягодицы. Я изнеженная бездельем и он целыми днями роющий траншеи и марширующий по плацу. Я видела его яйца. Волосатые, потные и такие дурманящие. Резкими толчками они вбивались в мою нежную пусси. Я чувствовала запах его потных яиц, но в этом не были не микрограмм отвращения. Наоборот он обжигал мои легкие, дурманил и делал меня тупой безотказной дыркой.
Роман крепко держал мой таз так, чтобы ему удобно было яростно двигаться внутри.
Когда он кончил мне на ягодицы, я еще долго приходила в себя после сотни сокрушивших меня оргазмов. Он ушел ничего не сказав.
Я была напугана и боялась, что он расскажет кому-нибудь. Похвастается и моя репутация будет разрушена. Муж узнает.
Через неделю его сослали.
Пара сплетен о том, как он заглядывается на меня с женщинами, которые работают с моим мужем и тот уничтожил молодого парня.
И его судьбу.
Рома получит плохую рекомендацию. Вряд ли получит предложение служить по контракту или будет отправлен в самые отдаленные уголки нашей необъятной Родины.
И его жизнь закончится нигде и никем.
– И в этом ваше главное удовольствие, Светлана.
– Да. Я с ужасом поняла, что я хочу, чтобы так было. Хочу, чтобы единственный случайный секс со мной остался главным воспоминанием в жизни молодого парня.
– И так Вы сможете почувствовать свою значимость.
– Так секс острее и мне плевать.
В военном городке всегда появляются новые мужчины. Кого-то командируют на неделю на объект, кого-то переводят на постоянку вместе с семьями.
Несвободные мужчины быстро перестали быть мне интересны. Ровесники тоже, когда каждые несколько недель я могла выбрать новенького свеженького девятнадцатилетнего парня. Неопытного, не знающего о том, что стало с теми, кто был до него и не догадывающегося о том, что меня можно поиметь.
Это мне нравилось больше всего.
Ходить и делать строгий вид, когда ловила его взгляд на своих ножках. Или на груди.
Зная, что смогу подстроить все так, чтобы он «случайно» зашел ко мне домой с донесением от мужа и выбил из его блондинистой женушки всю дурь своим молодым твердым горячим членом.
Я не делала им минет. Иногда вообще строила из себя невинную жертву. Скучающую домохозяйку, которая не смогла устоять перед отличником физической подготовки.
Каждый месяц у меня был новый крепкий спортивный мальчик со стальным прессом, изголодавшийся (а может быть и вообще девственник) по женским сиськам.
Я стояла на четвереньках и меня яростно долбил в позе по-собачьи очередной почерневший за лето на солнце сержант.
На людях я рассказывала про то «как охамели матросы». Выговаривала, какие наглые у низ взгляды и что их надо держать в строгости. В общем во всю создавала вид недотраханной сучки.
А на деле…
Шлепки раздавались по квартире. В серванте тряслись тарелки. Диван скрипел, а мне затыкали рот как женушке офицера.
Его толстый член большой размера заполнял меня всю. К тому же он не ленился и делал это с шикарной размашистой амплитудой, а не вся вот эта возня, на которую был способен мой муж. Когда он просто медленно крутит членом внутри и считает себя чувственным любовником.
Этот сержант драл меня, как придорожную проститутку и мне это нравилось. Как в последний раз.
Он словно делал это на скорость. Выбивал из меня оргазмы, словно устанавливает рекорд.
Шлепал по заднице, чтобы я расставляла ноги шире и задирала дырочки.
Я уже хотела попробовать анал. И несколько раз пробовала иметь себя пальчиками в задницу в ванной именно в этой позе.
Я представляла, что парни в роте передают слухи обо мне как городскую легенду, что есть такая жена офицера, которая безотказно предоставляет своё красивое тело в пользование вновь прибывшим призывникам.
Что этим можно воспользоваться только один раз и плата за это – разрушенная жизнь.
И я кончала, извиваясь на его мясистом пенисе, наслаждаясь тем, насколько высокую цену он был готов заплатить, за то, чтобы овладеть мной.
– Вы понимаете, к чему это всё приведет?
– Я уже чувствую.
– Это полезно.
– Ко мне подкатывал тот. Ну, с которым я изменила мужу впервые. Но…
– Он вам уже неинтересен.
– Абсолютно. Я попробовала кое-что совершенное.
– Идеальный шторм.
– Да. Молодые. Изолированные от других женщин. Сильные и телом и духом.
– И главное. Не свободные.
– Абсолютно подконтрольные.
– Как рабы.
– Как гладиаторы… Воины идущие на смерть… И проходящие через меня.
Я жду каждый новый призыв. Когда их привозят. Совершеннолетних, но совсем еще юных. Неоперённых.
Как они стоят строями и впервые видят меня, когда я «случайно» прохожу. Как завидуют моему мужу, когда я обвиваю его шею и целую в щеку так, что платье задирается прямо напортив роты.
Как через пару дней впервые вижу в глазах замысел «а может быть это возможно…?»
И как он решается. На этот прыжок со скалы. Догадываясь, что его может ожидать.
– Сколько их было?
– Больше тридцати.
– Когда это было в последний раз.
– Вчера.
Он имел меня прямо на полу на ковре.
Клиентка встает и показывает ссадины и потертости в районе ягодиц и крестца.
Я не просила её об этом.
Я целовала его лицо, говорила, что люблю его. Чтобы он жестче меня ебал.
Было очень жарко, и я видела в отражении на натяжном потолке как отбойным молотком работают его голые ягодицы у меня между раскинутых в разные стороны ног.
Я представляла, что муж застукает меня. Увидит меня под одним из призывников, которых он гоняет целый день.
И сходила с ума от того как твердая палка раздвигает мою дырочку, даже если я сопротивляюсь.
Он мял мою грудь и драл меня, как кот весной дерет кошку. Я кончала без остановки от его молодого ретивого члена.
А он не унимался и вгонял его глубже и глубже.
Я царапала ему спину, чтобы он похвастался в части. И заставляла его ебать меня еще более грубо.
– Вам пора. У меня скоро будет следующий пациент.
– Я не закончила.
– А я – да. Продолжим в следующий раз.
Исповедь 3. Мне нравится быть секс-игрушкой для взрослых мужчин
Наряжаться служанкой и прислуживать взрослым мужчинам.
Или надеть красный латексный костюм и демонстрировать всем свою пятую точку прямо на фестивале.
Я подсела на это. Стыдно сознаться, но…
Выставки, конференции, фестивали. Это заводит меня.
Я работаю моделью, девушкой на стендах, хостес, косплеером.
Это сносит крышу.
Мне не нравятся парни, которые хотят отношений со мной.
Я трахаюсь только с теми, кто на одну ночь. Кто не лебезит. Не ухаживает. А прямо пишет, а еще лучше говорит, что хочет со мной сделать.
Чаще всего это видно по глазам.
Я не всегда была такой.
Меня зовут Кристина, сейчас мне 26 лет. И я трахаюсь только на работе.
С 18 я работала на ИгроМире, сначала просто встречала посетителей и показывала как играть в новые игры на приставке. Мне нравилось общение с новыми людьми. Их много. Вы даже не представляете насколько. Тучи парней. Без преувеличения.
Они лезут и лезут.
И несмотря на то, что тогда у меня и костюма не было – мы были одеты в обычную униформу PlayStation. Шорты и футболка с логотипами игр. Но парни все равно знакомились.
Я не понимала, что со мной происходит, но уже после первой выставки мне хотелось еще такой работы. От выставке к выставке костюмы, которые выдавали клиенты становились все откровеннее. Обтягивали грудь, короткие юбки или тесные мини шортики. Все больше оставляли частей обнаженного тела: шея, грудь, ноги, живот.
Некоторые девушки даже отказывались.
Я научилась носить высокие каблуки. Стоять целый день на шпильках и улыбаться каждому проходящему мило.
Заговаривать первой с незнакомыми мужчинами. Со взрослыми презентабельными влиятельными мужчинами. Заманивать их на стенд.
Я убеждала себя, что делаю макияж для работы. Ведь моя работа выглядеть милой, привлекательной, быть дружелюбной и не более того.
Никто не спросит строго, если ты ошибешься. Какие претензии муть быть к девушке на высоких шпильках в короткой мини юбке, ушками и пушистым хвостиком?
Но после психотерапии, которую сейчас прохожу, я понимаю, что мне нравится прислуживать мужчинам. Нравится быть тупой.
Улыбаться во весь рот. Быть секс-объектом. Быть причиной, по которой они подходят к стенду заказчика.
Я стала увлекаться косплеем. Делать себе откровенные костюмы в виде горячих женских персонажей из игр. И давать себя потрогать.
С 24 лет у меня не было ни одной выставки, после которой бы меня не трахнули или не пустили по кругу.
И поэтому я здесь. В кабинете психолога, потому что я чувствую, что это разрушает мою жизнь.
Где-то в 21 я впервые заметила, что мастурбирую после целого дня на выставке на мужчин, которые подходили. Не знаю как это объяснить, но даже на тех, которые мне не нравятся. На толстых прыщавых фотографов. Скорее не на них, а на тот факт, что я не могу отказать и им. Они подходят, обнимают за талию своими липкими руками. Между топиком и шортиками.
Пока нас фотографирую я улыбаюсь и они знают это.
Они пользуются этим. Гладят. Щипают. Трогают.
А я продолжаю улыбаться на камеры.
Тесные латексные костюмы. Когда я мокрая. Когда я не надеваю трусиков, чтобы не было жарко.
Они разные, но есть один типаж, который сводит меня с ума. Есть малолетки, которые хихикают и норовят сделать что-то исподтишка. Снять тебя, облапать или кривляться на фото. Они бесят.
Есть фотографы, которых тоже много. И они пытаются подружиться с тобой, показать какие они хорошие фото сделали. Начать непринужденный разговор. Но они просто тратят твое время.
И есть те, что подходят со словами: «Во сколько заканчивается твоя смена сегодня?»
Обращение от незнакомых мужчин на ты.
Когда мужчина, приехавший в командировку на выставку, остановившийся в отеле… берёт у меня номер или инста…
У меня аж руки дрожат от такого.
Помню как это было в первый раз.
Я была гаечкой из Чип И Дейл. Я только начинала косплей и поэтому костюм был очень простой. По сути это были просто обтягивающие попку шортики и такой же тесный топик, Парик ярко рыжих волос и торчащие из него ушки.
Плюс мейкап.
Когда я в костюме, то это уже не я. Я надеваю образ и весь день могу делать, что угодно.
Шумно. Волны народу буквально омывают меня. От надоедливых гостей, которые все просят сфотографироваться, а на самом деле лапают уже рябило в глазах.
Подошли двое мужчин. В костюмах. Сильно старше меня.
Таких на выставках немного, но они всегда есть. Это либо директора компаний, которые заказали стенд, либо какие-нибудь предприниматели, которые ищут партнеров. На выставках не только зеваки.
Я инстинктивно завиляла бедрами и заулыбалась.
– Заходите к нам на стенд.
– Кто у нас здесь такая миленькая Гаечка? – сразу перехватил инициативу один из них. Высокий в сером пиджаке брюнет с ярко зелеными глазами и изучающим взглядом.
Обоим было около сорока. Смесь седых волос с темно черными. ММмммм.
Второй был молчалив и просто осмотрел меня с головы до ног. Я снова почувствовала себя вещью. И тогда я еще не могла себе сознаться, что мне это нравится, но тот день всё изменил.
Они прошли на стенд и о чем-то долго разговаривали с менеджером компании, которая заключала контракты на выставке.
Я старалась не мешать и переключилась на зевак, почувствовав себя ненужной. Но они, разговаривая, продолжали время от времени смотреть на меня. Я даже засмущалась. Оба смотрели неотвратимо. Зрительный контакт их не пугал, как остальных посетителей выставки.
Их взгляды скользили по моим ногами. Разглядывали туфли. Мои ягодицы.
Я тогда еще даже в зал ходить не начала и попка была пухленькой просто от природы.
Я вертелась и зазывала гостей лишь краем глаза поглядывая в их сторону
Конечно на нас, моделей пялятся все, но эти двое… Они делали это не тайком, а в открытую.
И это меня очень беспокоило.
Я не могла остановиться. Крутилась как курочка на вертеле.
Закончив переговоры все трое вышли из отдельной комнаты и проходя мимо меня брюнет спросил:
– А сколько это стоит?
Менеджер засмеялся, мы не были знакомы. Они просто наняли меня через модельное агентство.
– Это не продаётся, – я одобрительно засмеялась нарочито инфантильно.
Менеджер ответил серьёзно:
– Три тысячи в сутки.
Он назвал мою ставку за работу с той же монотонностью, с которой до этого озвучивал цены на изготовление стоек, печать листовок, вывеску и аренду площадки.
Я смутилась в вдвойне от того, что «взрослые дяди» тут обсуждают деньги, а я шучу и кокетничаю. С другой стороны я впервые почувствовала, как сильно меня это возбуждает. Это было чувство, которое я пойму только спустя несколько лет, но я уже тогда мои соски моментально отвердели, а девочка умаслила трусики.
– Зайка, хочешь выходной? – спросил тот, что был помолчаливей. У него были черные борода, черные глаза и черные костюм с черным галстуком, что делало его таким деловым и важным…
Я уже поднатарела в общении с разными людьми но перед ним я словно язык проглотила, как школьница.
– Я не «зайка», – имитируя шепелявость ответила я, – Я Гаечка… Это Мыфка…
Я просто хлопала глазками и не понимала шутит он или нет.
Тогда он обратился к моему начальству.
– Мы через полчаса уже поедем в отель отдыхать. Заберем «мыфку»?
Голос его был глубоким холодным и серьёзным. Совершенно не соответствующим ярмарочному настроению вокруг. Эти двое мужчин жили своей жизнью.
И это будоражило меня.
Молчаливый достал бумажник и протянул моему боссу три пятитысячные купюры.
– Забирайте. Завтра верните, – ответил босс небрежно убирая деньги в карман.
Меня продали. Вот так. На виду у всех. Коленки дрожали на неприлично высоких шпильках.
Они переглянулись и кивнули. Все это было похоже на какую-то шутку, только они не шутили.
– Дай свой телефон, – строго сказал брюнет.
Я заискивающе заулыбалась и стала вертеть бедрами.
– А зачем?
Тот игнорируя моё сопротивление достал телефон и стал записывать.
– 8903***1323 – продиктовала я дрожащим голосочком.
После этого мужчины удалились, растворившись в толпе.
Я продолжала работать, но взгляд сам собой искал их в толпах людей вокруг. Тогда я впервые в жизни про себя подумала, что хорошо, что не было рядом никого из других девочек косплеерш и моделей. Потому что тогда я бы сама переключилась в режим «Что Вы себе позволяете!» и вместе с девочками обсуждала бы «раскатавших губу» гостей.
Но сейчас в моей голове кружились мысли, что ничего страшного не произойдёт, если я поеду с двумя взрослыми мужчинами в отель. И такой, что шанс на такое тайное приключение бывает раз в жизни.
Спустя годы я понимаю, что почти на каждой выставке можно вытащить «счастливый билет» из взрослого мужчины, который готов на все без лишних слов и разговоров. С опытом я научилась разглядеть таких в толпе и направлять нужные сигналы. Но в тот день всё было в первые и я не была уверенна ни в чем.
От того сердце дико колотилось, принимая любой шорох за звук телефонного звонка.
Словно по часам через полчаса мой телефон зазвонил.
– «Мыфка»? – небрежно передразнивая мою инфантильность спросил томный мужской бас.
– Да, Здравствуйте, – мне нравилось отвечать на этот звонок так, словно я оказываю сервис доставки косплей девочек в отельные номера, – Чем могу быть полезна?
– Мы через двадцать минут подъедем к главному входу – заберем тебя. Будь готова.
Я аж затрепетела на шпильках и чуть не споткнулась.
По правде говоря без костюма я нафиг никому не нужна. Со мной не знакомятся парни, да и в компаниях друзей все внимание всегда уходит к более привлекательным девушкам. Может быть поэтому я и выбрала косплей, потому что так на тебя смотрят, тебя любят, тебя обожают. А тут… Как же я покажусь им без шпилек, парика, ушек и хвостика? Они наверное ожидают со всем другого.
– Хорошо. – кротко проговорила я в трубку.
Я переоделась в обычные белые кеды, джинсы до голени, оставлявшие мои щиколотки сексуально открытыми, простецкую белую футболку облегающую высокую грудь и курточку.
Сев в машину я обалдела.
В разгар рабочего дня я еду с двумя незнакомыми сорокалетними боссами в отель.
И больше всего меня заводила мысль, что еще десять минут назад я стояла посреди огромной толпы. С тысячами людей, которые подходили ко мне, обнимали, шутили, смеялись и лапали.
Тысячи потных рук прикасались ко мне и все они хотели этого. И я живой человек. Я тоже хотела. Только конечно не с ними.
В номере мне приказали переодеться в Гаечку обратно.
Я с удовольствием начала это делать.
– Меня зовут Владислав. Моего товарища можешь называть Джордж.
Только сейчас до меня дошло, что Джордж действительно говорил с сильным акцентом. Видимо он был иностранцем.
Они открыли бутылку виски, пока я накладывала мейкап в ванной и выпили. Мне тоже предложили и я не отказалась из-за волнения.
Вообще-то я не пью. И у меня никогда не было случайного секса. Но это…
Это что-то другое.
Словно, когда я в костюме это уже не я.
Они ходили по номеру в своих скрипучих черных кожаных туфлях. И даже звук этот уже меня заводил.
Я красилась и укладывала парик. Шортики я надевать не стала и вышла к ним в одном нижнем белье, парике, шпильках, ушках и хвостике.
– На колени, сука.
Меня затрясло и я опустилась на колени. Ладошки расплостались по ковру, а попка выгнулась.
Они подошли ко мне и подставили туфли.
– Целуй!
Дрожащими губами я стала целовать кожанные туфли. То одному из своих новых хозяев то другому. Они вкусно пахли и прекрасно подходили для этой игры.
Я была полностью внутри этой игры. И в реальной жизни так никогда бы не поступила, но сейчас мои белые трусики были насквозь мокрыми. Я вертела попкой, чтобы ткань трусов стимулировала меня между ножек.
– Хорошая девочка, – меня погладили по голове сильной рукой, взяли за волосы на затылке и повели к дивану.
Джордж сел под меня, расстегнул ширинку и достал внушительных размеров достоинство.
Владислав усадил меня сверху. Еще пока что в трусиках. И приложил к горлу что-то холодное. Я испугалась и схватила его за руки.
– Надень это!
Я нащупала в руках ошейник.
– Делай, что говорят! И я хочу, чтобы ты была в этом ошейнике…
Джордж погладил меня по раскрасневшимся щекам.
– Первый раз?
– Ддда, – сгорая от стыда, но с раздвинутыми на нём ногами ответила я.
Мне нравилось, что мое молодое тело трогают как захотят. Что у меня было права перечить им.
Мне сносило крышу от этого. Это было в первый раз и совсем не запланировано, но уже в тот момент я почувствовала, что это именно те отношения, которые я хочу.
Несколько мужчин и я как их вещь.
Владислав помог мне застегнуть ошейник на шее. Довольно туго. Но от придушивания я возбудилась еще сильнее и с меня сняли бюстгальтер.
Большая красивая круглая грудь выпала, словно давно просилась на волю из заточения.
Я и в правду устала работать на выставке в бюстгальтерах, которые сдавливают грудь, поэтому забалдела от рук Джорджа окончательно.
Его массаж переходящий в лапание заставил меня стонать и тереться киской о его толстый ствол через трусики.
Владислав погладил мою попку, сплюнул на пальцы и смазал мне анус.
Я взвизгнула от неожиданности.
Я хотела этого дико, хоть никогда и не пробовала с парнем.
Боже, сейчас я вспомнила, что в тот период жизни у меня еще и парень был!
Мне смазывали невинную попку и я понимала, что сегодня будет и туда.
Мой первый анальный раз.
Я думала я буду готовиться к этому с парнем неделю, но на самом деле еще час назад я не была даже знакома с Джорджем и Владиславом.
Я попыталась наклониться к Джорджу, но он грубо оттолкнул меня и приказал держать ладошки на виду.
Я терлась тазом и демонстрировала ему дрожащие ладони на согнутых в локтях руках.
Эта пытка заставила кончить первый раз и я с визгом опала.
Именно в этот момент в мою пульсирующую розочку сзади вошел Владислав.
Джордж же приподнял меня, все еще оргазмирующую в своих сильных руках и насадил на свой штык.
Я чувствовала два члена одновременно. А до этого у меня год не было жесткого секса. Только вялые сношения с поцелуями. И даже последнее время я отбивалась от парня минетами или просто дрочила ему, потому что мне надоела его монотонность внутри.
Я была не девушкой для них. А игрушкой с выставки.
Мне сносило башню и я просто стонала во весь голос, как мультяшный персонаж и нанизывалась обеими своими гаечками на два огромных болта.
Они заставили меня держать ладошки на уровне груди, и я просто прыгала попой на двух членах. Ритмично, словно взбиваю тесто.
Я понимала, что это то, что хотят сделать с каждой девушкой на выставке, но правда была в том, что после 8 часов стояния на каблуках они усталые плетутся домой со своими тремя тысячами рублей и сотней школьников в подписках.
Наверное весь этаж был в курсе, что здесь происходит, но это была не я. Это был мой персонаж и поэтому мне не было стыдно прислуживать наслаждению этих двух красивых мужчин.
Их тела покрылись испариной пота, мускулы напряглись от постоянной нагрузки, мышцы очертились.
Меня держали крепко, как суку.
Мне хотелось вцепиться в волосатые грудные бородатого зрелого мужчины подо мной, но мне запретили и я была послушной девочкой. Держала кулачки-лапки и груди.
Единственной точкой баланса и соприкосновения были мои дырочки и я должна была удерживаться на них.
Поднимаясь и падая на два больших упругих члена сразу. Они заполняли меня и я еще никогда в жизни так не кайфовала. Обслуживать сразу двоих властных и успешных мужчин будучи девочкой с ушками. Это было дико.
Без костюма я бы никогда на такое не решилась. Честно.
Я пробовала свою попку сама без парня. И была уверена, что она справится. У Владислава был просто идеальный член для анального секса.
Я не то что не чувствовал дискомфорта, я даже спустя первую минуту, уже сама навинчивалась поглубже на его толстый и мокрый ствол.
Принимать одновременно двоих мужчин, каждый из которых гладит и сжимает тебя в своих пылких объятиях рыча и заводясь – это вершина удовольствия.
А то что при этом я была милой мультяшечкой и «из скромности» прикрывала ладошками свои сосочки добавляло пикантности всей сцене.
Владислав сжал мои груди крепко и я прижалась всей спинкой к нему. Член Джорджа стал тереться о переднюю стенку и попадать точно в точку джи. Я прыснула ему прямо на пресс и почувствовала, как моя задняя дырочка стала дико сжиматься пульсируя.
Но стояк Владислава не давал ей закрыться и я испытала первый в жизни анальный оргазм. Я орала на весь этаж как шлюха.
Мне даже стало страшно за Владислава, но он напрягся выпрямился во всю длину и кончил в меня.
В первый раз в жизни мне спустили в задницу. Горячая порция наполняла меня.
Потом это было чаще и чаще. Парень ничего не знал. Даже про то, что я уже не «туда нельзя».
И мне сносило крышу от того, что миллионы парней и мужчин на выставке хотят сделать то же самое и думают, что это доступно только моему парню. А я каждый фестиваль нахожу одного-двух взрослых мужчин…
Но сейчас Гаечке заломами руки за спину. Загнули положив лицом на подоконник так, что я могла видеть толпы народы выходящие с ВДНХ к гостинице космос и Джордж вошел туда же, куда и Владислав.
