Текст книги "Вася (СИ)"

Автор книги: Романна Милонен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава одиннадцатая. Клён

– Ключ, оставь у себя, не потеряй! Пойдём, мы кое-что покажем тебе, – произнёс повелитель.

Мы снова пришли в тронный зал. Пройдя его весь, наткнулись на дверь, которая была замаскирована под цвет стены. Как-то тяжело вздохнув, повелитель снял с шеи ключ и повернув его, несколько раз открыл дверь.

– Ничего себе, как же здесь красиво, – с замиранием сердца произнёс я.

Складывалось впечатление, как будто бы я снова попал в другой мир. Это была большая и очень светлая комната. В ней летали маленькие птички, ранее мною не виданные разноцветные бабочки были с мою ладонь. Пол был сделан из светлого камня, но только вначале, дальше росла трава зелёная, какую привыкли видеть мои глаза. Посреди всей этой комнаты возвышалось большое и раскидистое дерево. Это был клён! Свет, падавший с большого круглого отверстия в потолке, придавал ему ещё больше загадочности. Но вот, что омрачало всю картину, не смотря на то, что сейчас наступал очередной сезон цветения, он увидал, и его листья медленно и грустно падали на траву.

Повелитель и лис молча подошли к нему и прислонились к толстому стволу лбами.

– Здравствуй мама, я скучаю о тебе, – произнёс Костян.

– Милая, скоро ты снова будешь рядом с нами. Мы привели того, кто сможет тебя вернуть!

– Это ваша повелительница? – я не мог уже стоять и ждать когда они мне всё расскажут, поэтому задал вопрос, который бы подтолкнул их дать наконец-то ответ.

– Да, Василий. У каждого члена нашей семьи есть своё дерево, которое сажается в момент значимого для него события. Этот клён посадила повелительница, когда мы совершили обряд единения. Родив младшего сына, она вдруг решила, что хочет другой жизни, свободной и полной приключений. На все мои, а потом уже и наши уговоры остаться, она отвечала, что ей нужно побыть одной и разобраться с внутренним «я». Для нас эти слова священны. Ведь всегда нужно сначала вести диалог и быть честным с собой, чтобы понять истинную сущность своего бытия в этом мире, прежде чем идти по жизни дальше. Мы её с благословением предков отпустили. Только никто из нас не знал, что она взяла с собой ключ от мира, который всегда был под запретом. Нам в этот мир нельзя, он нас не пускает, а те, кто пытался попасть в него, тут же погибали. Ключ, который она взяла, был наделён определённой энергией, которая не давала сущностям того мира распознать в ней лисицу, – повелителя перебил лис.

– Говорят, что когда-то очень давно один из предков сотворил великое зло тому миру. Пострадали и его жителям и владыка, а в отместку их оракул наложил проклятье на весь лисий род. На весь! Поэтому ни одна лиса не может туда попасть!

– А почему вы решили, что она там? Наличие ключа ещё не даёт повода думать, что она им воспользовалась?

– Мы получили послание, что она вошла в него и не может оттуда выбраться. Ключ не действует, – ответил повелитель.

– А спустя несколько дней её клён стал постепенно умирать, – добавил Костян.

– Понятно…, как давно она находится там? И мне не хочется так думать, но почему вы уверены, что она жива? Простите!

– Они с деревом повязаны своей энергией, только он ощущает истинное её состояние. Так происходит между тем, кто посадил и что посадил. Будь то куст, дерево или цветок. То, что она пока жива, это факт, так же как и то, что ей грозит смертельная опасность! Какую бы защиту она не надела, та имеет свойство со временем утрачивать силу, если её не зарядить. Она этого делать не умеет, и я не уверен, что вообще об этом знает. Поэтому её внешность становится всё явственней. А нет её уже несколько солнц, – каждое слово повелителю давалось с трудом.

Мне казалось, что я чувствовал, эту безумную боль, что любовь к своей супруге для него важней, чем всё его государство, вместе взятое.

– По – вашему это несколько лет, – вывел меня из задумчивости Костян.

– Почему вы думаете, что человек сможет помочь?

– Потому что там живут такие же, как и ты, но они немного другие. Ты должен нам помочь, Василий! У нас больше нет надежды, ведь ты сам всё слышал у оракула, – проговорил повелитель, подойдя наконец-то ко мне.

– Что значит немного другие? И почему ваш всесильный оракул не в состоянии помочь вам?! Если тот в другом мире смог наложить заклятье на вас, то почему ваш не способен ему противостоять??

– Каждый оракул действует только в приделах своего мира! Он силён здесь, в этой вселенной, но в другой вселенной, его силы практически ничего не значат. Почему у того получилось? Потому что на момент этого проклятья, там осталась частица чего-то лисьего с нужной ему энергией. Этого достаточно. Что касательно твоего первого вопроса, когда попадёшь в тот мир, ты поймёшь. Ты готов туда отправиться уже сейчас?!

– Нет! Вы так легко об этом говорите, как будто бы я всю жизнь только и делал, что перемещался по другим мирам. Я хочу понимать, что это за мир?? С кем или с чем мне придётся в нём столкнуться? Меня не удовлетворил ответ: «Попадёшь в тот мир и поймёшь». Я должен понимать, к чему мне быть готовым?! – я был возмущён. Как же легко у них всё решалось.

– Отец, он прав. Я понимаю, что ты хочешь отправить его туда как можно скорей, но это наш единственный шанс спасти маму! Нам нужны хотя бы сутки, чтобы максимально его подготовить, – заступился Костян.

– Она не готовилась, она просто вошла туда и всё! Что ему готовиться? Он такой же, как и они! Ему будет легче и проще найти её там! – повелитель, злился.

– Возможно, из-за того, что она «просто вошла туда и всё» сейчас оказалась в такой ситуации. Вы не думали об этом, повелитель? Я понимаю ваше нетерпение, но не нужно затмевать этим свой разум. Давайте включим логику и здравый смысл! Подойдём к решению этой задачи с максимальным количеством информации. Я не собираюсь бросаться на амбразуру ценной собственной жизни. У меня тоже есть те, кто меня любит, и кого люблю я!

Он смотрел на меня так, будто бы я сказал что-то сверхгениальное.

– Хорошо, но только сутки, не больше! Я предоставлю всё, что для этого нужно! Финик вам будет помогать во всём. И… я распоряжусь выделить тебе самую лучшую комнату, и… – он оглядел меня с ног до головы, – … мы подумаем что-нибудь над твоей одеждой.

Я улыбнулся, а Костян решительно кивнул. Мы также вышли, как и зашли. Закрыв дверь, повелитель спрятал ключ и скорей всего во внутренний карман.

Глава двенадцатая. Кое-что о другом мире

– Теперь ты знаешь причину своего прибытия? Что думаешь? – спросил Костян, провожая меня в лучшие апартаменты.

Я выдохнул и решил, что буду с ним честен:

– Что я могу думать о путешествии, которое мне навязали в принудительном порядке? Ничего хорошего. Мало того, что моя жизнь под угрозой ещё и жизнь твоей мамы будет зависеть от меня, моих действий и решений – это большая ответственность! Готов ли я этому? Нет? Хочу ли я вернуться к своим родителям? Да. Хочу ли я помочь вам? Не уверен.

– Хм, по крайней мере, это честно и достойно уважения, – как-то грустно произнёс лис.

– Я представляю, как мои родители с ума сходят и бабушка, в том числе, не зная, где я и что со мной. Вот этот факт меня беспокоит сейчас куда больше! Ты уж прости меня, – я посмотрел на него, он повернулся, слегка улыбнулся, но ничего не ответил.

Мы подошли к дверям. Открыв их, я наконец-то попал в свою комнату.

– Проходи и располагайся. Я через пару часов принесу ужин и мы обсудим наши действия, если конечно, ты не захочешь поесть со всеми, – учтиво проговорил лис, слегка подтолкнув меня вперёд.

– Благодарю, наверно поступим так, как предлагаешь. При других обстоятельствах я бы конечно с удовольствие ближе познакомился с твоей семьёй, но сейчас немного не тот момент. Да и голову в порядок привести нужно. Слишком уж много нереально-реальных событий со мной происходит в последнее время.

– Василий, всё в порядке. Я понимаю и тебе не за что передо мной извинятся. Отдыхай, через пару часов загляну. И… тебе точно понравится эта комната, – он подмигнул и, закрыв за собой дверь, ушёл.

Я выдохнул, поставив корзину с грибами на нечто напоминающее тумбочку, и сел на кровать. Замечу, что к моему удивлению, грибы как будто бы замерли, они были ровно такими, какими я их собрал.

– Наконец-то один… – почему-то я был рад этой тишине. Комната казалась какой-то странной. Нет, не по обстановке или какому-то странному, на мой взгляд, дизайну, а по энергетике и атмосфере. Как только я в неё вошёл, мне стало так хорошо, легко и расслабленно, а главное очень уютно и спокойно. Это больше напоминало какое-то волшебное воздействие. Обстановка как раз была самой обычной и совсем не похожа на «самые лучшие апартаменты». Кровать обычная, ну или почти обычная. Вместо матраса было много разных листьев, а сверху приятная на ощупь ткань. Когда я прилёг на кровать, то от удовольствия чуть не умер, честное слово! Каждая мышца в теле словно по команде расслабилась, и боль в лопатках наконец-то успокоилась. Эти листья словно подстроились под каждый сантиметр тела. Чудеса!

«Вот бы родителям такую кровать. А то отец каждое утро встаёт со словами, нужна новая кровать, а то от этой спина болит»

Как только голова коснулась подушки, я безумно захотел спать, но, вспомнив, что через несколько часов у меня назначена встреча, с трудом поднялся и прошёл на балкончик. Свежий горный воздух слегка вскружил голову, и меня немного повело, хорошо, что я держался за перила. Как оказалось, комната была в одной из самых высоких мест этой горы. Тот, кто строил это родовое гнездо, выбрал весьма удачное место. Не смотря на то, что нас окружали горы, между ними было что-то на вроде окна, которое позволяло видеть горизонт только с этого балкона. На улице смеркалось, и постепенно на небе появилась большая луна, которая была как огромный фонарь, освещавший всё вокруг. Жизнь нисколько не утихала, а наоборот набирала обороты. Я слышал, как раздаются глухие барабанные звуки, а жители всей толпой весело бежали к центру города.

«Должно быть, начинается какое-то мероприятие, может дискотека?» – и я с удовольствием стал наблюдать, что же будет дальше. Хорошо, что с этого балкона весь город был как на ладони. Разожгли костёр. Языки его пламени были то оранжевыми, то красными, то вдруг они становились бело-голубыми. А вокруг, под звуки странных для меня инструментов, начали танцевать лисицы. Они были в таких же юбках, какие я видел у сестёр.

«А может это и есть сёстры лиса?»

На голове каждой было что-то вроде маски с большим количеством перьев. Они двигались то резко и дико, если можно было так выразиться, то плавно и словно в замедленной съёмке. Смотрелось, конечно, очень необычно! А затем к ним присоединились лисы. Они были без масок, но у каждого на хвосте была лента определённого цвета. Потом они стали танцевать вместе, кружиться, кружиться и в какой-то момент я увидел, что маски были уже на мордах лис, а у лисиц были в лапах эти ленты, только одна пара осталась прежней. Они стояли на расстоянии друг от друга, и лис просто приклонил голову, держа в руках свою ленту.

«Видимо она его отшила… бедный парень. Ох, как я тебя понимаю» – посочувствовал бедолаге.

Раздался стук в дверь.

– Войдите!

В комнату вошёл лис, а за ним несколько слуг. За считанные минуты они организовали нам на балконе обеденный стол и помогли удобно за ним расположиться. Я чувствовала себя каким-то графом, прибывшим на аудиенцию к королю.

– Можете идти, я позову вас, если понадобитесь, – распорядился Костян.

– Конечно, младший сын повелителя, – и они вышли.

На столе лежала жаренная птица, какие-то мелкие зверюшки, непонятные для меня фрукты, много разных трав, рыба. Тут же принесли кувшин с тонким горлышком, в котором было хмельной нектар, как потом выяснилось. Ну и ещё один кувшин из белой глины, в которой была горная вода.

Всё выглядело очень аппетитно, и только почувствовав запахи, я понял, как сильно хочу есть. Моя рука была готова, схватит первое попавшееся блюдо. Но лис взял тарелку и наложил мне всего понемногу. То же самое сделал и для себя. Не смотря на то, что он был тоже голоден, все его движения были спокойными и сдержанными.

– Да, я так же голоден, как и ты, но если поддамся своему первобытному инстинкту, значит, поиграю самому себе. Нас всегда учат не возвращаться к нашим первым предкам, иначе снова воцариться хаос, который невозможно будет остановить.

«Хм, как странно слышать подобные рассуждения от животного. Будь мы среди людей в этой же ситуации, многие бы с жадностью стали накладывать всё подряд, даже не понимая, съедят ли они это»

Лис тем временем продолжал предобеденный разговор:

– Мы хищники, поэтому мясо жарим в исключительных случаях. Сегодня как раз такой. Мы гармонично сочетаем и рыбу, и мясо, и много зелени. Позволяем выпить себе хмельной нектар и много пьём горной воды. За обедом не разговариваем, а наслаждаемся дарами, которые преподнесла природа.

– Да уж, многим бы людям стоило у вас поучиться. Порой чувство голова напрочь убивает внутри человека какие-либо манеры, словно на первое место выходят инстинкты, – я взял кусок рыбы.

– Не могу с тобой, не согласится. Людям и, правда, многому нужно научиться, но могу тебя порадовать. Среди вас есть те, кто живёт в гармонии с собой и с окружающим миром. Кто взял вверх над своей дурной стороной и учит других быть мудрыми в этой жизни. Я желаю тебе поесть от души, – улыбнулся он и приступил к медленному поеданию того, что было в его тарелке.

Я тоже приступил к еде, но буквально через несколько секунд он остановил меня:

– Василий, ты куда-то торопишься?

Вытерев рот салфеткой, я не с понимаем, посмотрел на него:

– Нет, а что?

– Твоя челюсть так активно работает, словно боится пропустить даже самый маленький кусок. Расслабься, Василий. Мы никуда не торопимся. Любая трапеза – это в первую очередь великолепная возможность побыть наедине с собой и с природой. Поедая быстро и не осознавая, что ешь, наносишь ей оскорбление. Научись жевать медленно, спокойно. Проникнись каждым куском, его вкусом это же так замечательно!

– И сколько времени у вас уходит на трапезу?

– Мы не считаем, время! Едим и когда понимаем, что больше не хотим, уходим из-за стола.

– В том ритме, в котором мы, люди, живём – непозволительная роскошь наслаждаться едой. Все едят на ходу, на бегу, стараясь успеть сделать максимально больше дел.

– И это в корне неверный путь! Вы сами создали такой режим. Я видел, как люди постоянно куда-то бегут, спешат. А ещё они садятся в большие штуки и те ещё больше ускоряют их движения, но таким образом они никуда не двигаются. Стоят на месте. А вся эта суета – это всего лишь показательная важность.

– Я с тобой согласен! Порой мне хочется остановиться и чтобы время тоже остановилось, и наступила тишина. Как здесь у вас или у бабули в деревне или в лесу. Я никогда в жизни не чувствовал какого-то умиротворения и спокойствия, как там, лёжа на пирсе. Кстати, эти штуки, в которые садятся люди, называются машинами. Сейчас модно, чем больше их в одной семье тем круче. Но расход в деньгах на них куда больше, чем стоимость самой машины.

– Тебе нужно самому жить размеренно и спокойно, и тогда время вокруг тебя будет таким же, – с этими словами Лис продолжил есть.

Я решил последовать его примеру и стал учиться жевать медленно и наслаждаться едой. Конечно, когда тебя с ранних лет учат быстро есть, а ещё и наперегонки с отцом, то сложно учится какому-то другому ритму жизни. Моя челюсть то и дело норовила сорваться и снова ускориться. Еда и правда, казалась вкусней. Долго, пережёвывая один кусочек, мои вкусовые рецепторы заново знакомились с чем-то новым для себя. Я случайно поднял взгляд на лиса и в ответ увидел некое одобрение с его стороны. Мне стало приятно и с этого момента я дал себе слово, что отныне как бы ни складывались дела и обстоятельства, буду наслаждаться едой и быть размеренным.

После ужина, мы сидели и наблюдали за танцами и весельем внизу. В руках я держал хмельной нектар, по вкусу напоминавший бабушкин морс, но только чуть гуще. Нет, скорее он напоминал кисель с разными пряными специями.

– Много не пей. Это он сначала такой лёгкой, а потом может ударить в голову, – усмехнулся лис.

– Главное во время сказать, – я наполнял себе второй бокал.

– Может быть поговорим о предстоящем путешествии?

С этими словами моё лёгкое опьянение куда-то улетучилось, и мозг уже был в режиме готовности.

– Конечно, я и забыл, если честно, для чего здесь оказался, – проговорил, немного грустно.

– Я тебе обещаю, что когда вернёшься, устрою тебе такой праздник, какой ты никогда и нигде не видел, – вдохновляюще, произнёс лис.

– Ловлю на слове! Ладно, рассказывай, что знаешь.

– В записке, которую отправила мама, было сказано, что мир жестокий и холодный. Местные жители похожи на людей. Здесь опасно и днём и ночью. Жизнь отравлена и каждый норовит тебя убить или сожрать. Поэтому нужно иметь глаза на затылке, чтобы не быть съеденным. Искать её нужно у холмов. Там, по её словам, более безопасно, но чтобы дойти до них нужно, иметь невероятное мужество и сноровку.

– Боже мой, чем больше я узнаю этот мир, тем меньше мне туда хочется, – я как-то неприятно съёжился.

– Я расскажу тебе всё, что нам известно и мы снабдим тебя всем, что хоть как-то поможет тебе в пути.

– Пока ты меня совершенно не мотивируешь на поход, – нервно усмехнувшись, произнёс я.

– Воду из местных ручьёв пить не рекомендую, насколько бы кристально – чистой она не казалась. Ничего из рек ловить нельзя и вообще лучше к ним не подходить, говорят, что там живут чудовища, которые завлекают путников, а потом съедают живьём.

«И зачем я только пошёл за грибами, идиот?!» – это следующая мысль, пролетевшая в голове.

– А что-то позитивное там есть? Ну, чтобы хоть как-то меня смотивировать и приободрить? – это был отнюдь не сарказм, как бы вам показалось. Вы просто не представляете мои чувства и эмоции. Я до сих пор на тот момент времени не до конца осознал, где нахожусь и что у меня не шизофрения.

– К сожалению, Василий порадовать тебя или успокоить не чем.

Раздался стук и вошёл повелитель. Слуги тут же организовали для него место и принесли ещё один прибор. Но он не притронулся к еде, а сразу перешёл к делу:

– Ты не потерял ещё ключ, Василий?

– Нет, – с этими словами я достал его из кармана штанов. Он по-прежнему светился, но уже ни так ярко.

– Надень его и не снимай, пока не переступишь порог по возвращению, а главное никому не давай его с себя снять.

– Хорошо и даже не стану спрашивать, что будет, если кто-то снимет его с себя, – я надел его на шею и спрятал под рубашку.

– Тебе уже младший сын повелителя рассказал детали?

– Конечно, туда не ходи, убьют, к воде не подходи, сожрут, держи ухо в остро, а глаза на затылке. В общем-то, ничего не упустил, – это был сарказм, но они, видимо с этим понятием, не знакомы.

– Правильно. Мы сами толком не знаем, что там может тебя ожидать, только из слов древних, книг и записки.

– Как я узнаю вашу королеву?

– О! Поверь, Василий, её ты узнаешь сразу… – но отец не успел договорить, как его перебил Костян, словно чувствуя мой следующий вопрос:

– У неё на глазах бурая полоса, на шее будет висеть такой же ключ, как и у тебя.

– Спасибо, эти опознавательные признаки мне подойдут больше, чем ваши слова повелитель. Извините!

– Завтра с утра сможешь отправиться?

– Смогу.

– Мы подготовим для тебя мешок с горной водой. Эта вода моментально утоляет жажду и поможет обойтись без еды несколько дней. Она способна залечивать раны, но не глубокие. Наши кожевных дел мастера уже шьют для тебя удобную обувь. В этих ужасного цвета и пошива сапогах ты далеко не уйдёшь и уж точно не убежишь, – это прозвучало брезгливо.

«Да, видимо, этот народ предпочитает сказать правду, чем давать ложные обещания и надежду. Тоже хорошая привычка, но всё-таки хоть что-то приободряющее я был бы рад услышать»

– Спасибо за помощь, – проговорил я.

– У нас не благодарят тех, кого просят о чём-то. Это мы будем благодарить тебя, когда вернёшься, – учтиво проговорил повелитель.

– Если вернусь… – задумчиво проговорил я, посмотрев на Костяна.

– Вернёшься! Конечно, вернёшься! В тебе очень хорошо сочетается род диких лисов и человека, и отправляешься ты в естественную среду.

– Поверь, Василий, сила предков – это не просто слова, сотрясающие воздух. Эта истинная сила, которая поможет тебе в самый сложных ситуациях, – проговорил повелитель, выпив стакан нектара.

– А что за сила предков и род диких лисов? Что-то я ничего не понял.

Они вдруг оба встали и как-то быстро со мной попрощались:

– Все ответы получишь по возвращению, а сейчас ложись спать. Тебе нужны будут силы! – заботливо проговорил повелитель и покинул комнату.

Костян, положив лапу на моё плечо:

– Спасибо, друг! – и тоже ушёл.

– Зашибись! Вот и поговорили, – я выпил стакан нектара, ещё немного поел и пошёл спать на листьях. Но моя голова не успела соединиться с подушкой, как услышал стук. Он был настолько тихий, что я сначала не понял, что постучались. Подумал, что где-то что – то упало или брякнуло. Но звук повторился. Я открыл дверь и немого удивился гостю. Это был Финик. Он огляделся по сторонам и, теребя свой хвост, еле слышно проговорил:

– Уважаемый Василий, простите за беспокойство, но не могли бы мы поговорить?

– Конечно, Финик, проходи, – я открыл дверь. Он быстро вошёл и сразу же залез на кровать. Его лапки так забавно свисали, и сам он напоминал мягкую игрушку.

– Что случилось, Финик? – я опёрся о стену.

– Понимаете, в чём дело. Точнее, нет, не так. Вы отправляетесь на поиски нашей повелительницы, но, видите ли, уважаемый Василий…, видите ли, вместе с ней ушла и моя сестра.

– Хм, интересно и как же они вдвоём прошли по одному амулету?

– Моя сестра первая фрейлина повелительницы и обязана быть с ней везде. В теории ключ можно разделить и сила его разделиться надвое. И это отчасти успокаивает, потому что они обе будут какое-то время в безопасности, но и энергия ключа тоже растрачивается быстрее.

– А разве его возможно распилить, чтобы при этом он ещё и действовал? И почему об этом мне не сказали ни повелитель, ни младший сын?

– Понимаете, это всего лишь моё предположение. Но согласитесь, что очень странно, они обе исчезли в одно время? Моя сестра предана своей повелительнице и никуда её одну не отпустит. Конечно, повелителю и его сыну нет никого дела до слуг, но она моя единственная сестра, и мы остались одни друг у друга, – он совсем поник.

«Бедный Финик!»

– Хорошо, Финик, я уже понял, к чему ты клонишь и постараюсь помочь, но ничего обещать не буду, – я сел рядом с ним.

– Благодарю! Благодарю! Я и на это не рассчитывал, уважаемый Василий, – он достал из маленького кармашка записку и протянул мне.

– Конечно, передам. Не отчаивайся Финик и не теряй надежды, пока не будет доказано обратного, – я старался его успокоить. И мне даже показалось, что он повеселел немного.

Прежде чем выйти, он добавил:

– Прошу вас, только не говорите об этом разговоре никому!

– Конечно, – я улыбнулся, проводив его взглядом.

– М-да кто бы мог подумать.

Как только моя голова коснулась подушки, я мгновенно провалился в сон.