Текст книги "Восставший из пепла"

Автор книги: Роман Злотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Рубка встретила его приглушенным гулом и легкой нервной суетой. Хотя двухминутная готовность означала, что любой член экипажа мог пока оставаться где ему вздумается, достаточно быть готовым по сигналу тревоги в течение двух минут занять свое место согласно боевому расписанию и немедленно приступить к действиям, большинство офицеров уже сидели за своими консолями. Ив проследил взглядом неторопливые, отработанные до автоматизма доброй сотней тренировок движения членов экипажа и почувствовал, как в его душе поднимается неколебимая уверенность в собственных силах, подобная той, что он испытывал во время прорыва на корабле Требухи. Видимо, это отразилось на его лице, потому что гомон в рубке оборвался, а в глазах офицеров и операторов зажглись искорки веры и азарта. Заняв командное кресло, Ив какое-то время внимательно смотрел на экран командного пульта, где слабо мерцало несколько черточек, потом обратился к Уэсиде:

– Как скоро можно будет провести идентификацию?

– Минут через десять.

Ив кивнул. Программный пакет обработки данных сенсоров дальнего действия он тоже делал сам. И эта система тоже пока не была еще опробована в деле. Программа, по идее, могла засечь любой корабль или иное искусственное тело на дальностях, в полтора-два раза превышавших дальность действия любых известных локаторов и сенсоров дальнего действия. Однако все, на что она была способна, – это всего лишь определить, что в данном направлении находится нечто такое, что хотя бы по одному или по нескольким параметрам выпадает из характеристик естественного образования. Ни провести идентификацию, ни установить принадлежность, ни даже определить вектор и скорость движения засеченных предметов она не могла. Тут им приходилось довольствоваться возможностями установленной на корабле стандартной боевой разведывательно-информационной системы.

– Ну что ж, подождем.

Когда идентификационная программа выдала сообщение о том, что пять искусственных объектов являются боевыми кораблями и два из них идентифицированы как конструкции, созданные человеком, а три остальных – меченосцы Врага, Ив почувствовал, как у него вспотели ладони. Все-таки это был первый бой, который он должен был принять в качестве капитана. Но сердце билось по-прежнему ровно, а мысли оставались ясными и четкими. Он подался вперед и нажал клавишу боевой тревоги.

Не прошло и пятнадцати минут, как они вышли на дистанцию поражения главным калибром. Судя по заключениям тактического анализатора, оба человеческих корабля – вооруженные транспортные суда, скорее всего каперы, – были почти разбиты. Огневой бой подходил к концу, у каперов была выбита большая часть орудийных батарей и задавлена мощность силового поля. Что было неудивительно, поскольку меченосцы, в отличие от каперов, являлись настоящими боевыми кораблями. И по защите и огневой мощи равнялись или даже превосходили стандартный эсминец. А каперы ни по одному параметру не дотягивали даже до корветов. При таком раскладе меченосцы уже могли начать абордаж, причем при поддержке своих бортовых батарей. Что случалось крайне редко, поскольку было возможно только при полном подавлении силовой защиты атакуемого корабля. Вообще-то вступать в бой при таком соотношении сил для «Драккара» было чистым безумием. И это наверняка понимала вся команда. Но, посмотрев на лица находившихся в рубке людей, Ив увидел на них одну только спокойную решимость. Было похоже на то, что члены команды настолько преисполнены веры в своего капитана, что готовы дать ему этот шанс вляпаться в неприятности. Он передернул плечами, отгоняя промелькнувшую в голове мысль о том, что первый бой может оказаться и последним, и начал отрывисто отдавать команды:

– Мощность реакторов снизить до двенадцати. Идентификация целей по номерам… Принято. Цель три, полная мощность батарей главного калибра, управление с консоли канонира. Импульсные противопехотные спарки – управление с пульта навигатора, быть в готовности открыть огонь по абордажным катерам с целей три, четыре, пять. Оба – огонь по команде. Цель два – атака абордажной группы. Канониру! После поражения третьей цели – перенос огня на первую. Навигатору! После поражения катеров противника – огневая поддержка абордажной группы. Отсчет готовности – двадцать семь. Абордажная группа! Вариант атаки – прыжок. Абордажной группе на обшивку. Отсчет начать.

В левом верхнем углу большого обзорного экрана замигали цифры, отсчитывая выделенные Ивом для подготовки атаки двадцать семь секунд. За консолями началось энергичное шевеление. Ив напряженно всматривался в левый край экрана. Они вовремя укрылись полем отражения и снизили мощность реактора, поэтому меченосцы их еще не засекли. Но это могло произойти в любой момент. Тем более что они уже давно вошли в зону поражения их бортовых батарей. А это было бы крахом всего его плана. Если они не сумеют воспользоваться единственным преимуществом, которое у них пока есть, – внезапностью, участь одинокого корабля класса корвет, противостоящего трем меченосцам, практически не пострадавшим в предыдущей схватке, будет печальной. Но Иву надо было подойти как можно ближе, поскольку просто первым открыть огонь – было еще мало, результат боя зависел от того, насколько серьезные повреждения будут нанесены меченосцам в первые мгновения боя. Тем более что, даже если ему удастся сразу же вывести из строя один меченосец – соотношение сил, с учетом разницы в классе кораблей, все равно останется не менее чем три к одному, не в их пользу. И каждая секунда задержки, повышая риск обнаружения, увеличивала и их шансы.

Сбоку раздался чуть хриплый от тщательно скрываемого волнения голос Уэсиды:

– Отсчет закончен. Готовность – один. Ив сухо приказал:

– Подожди, пусть снизят мощность поля для выброса абордажных ботов.

Уэсида быстро взглянул на Ива. Капитан рисковал. При снижении мощности поля сильно возрастала чувствительность сенсоров. Так что их почти неминуемо должны были сразу же засечь. Ив усмехнулся. Уэсида не имел его боевого опыта и поэтому упустил из виду, что за пультами корабельных систем сидят живые существа. Так что первой реакцией на сообщения сенсоров будет не немедленное открытие огня, а оторопело разинутая пасть. И это даст им полторы-две секунды полной мощности залпа при сниженной мощности силового поля Врага. Этого будет вполне достаточно. Однако стоило подстраховаться и самому, дабы также не зависеть от человеческих рефлексов.

– Внимание! Связка «сигнал – команда». Программирую бортовую систему управления огнем на автоматическое начало стрельбы после снижения противником мощности поля. После первого залпа канониру и навигатору снова перейти на личный контроль автоматического наведения. Абордажной группе – закрепиться, при первом залпе вас изрядно тряхнет.

Он едва успел набрать команду и нажать клавишу «Enter», как корабль буквально вздыбился от залпа батарей главного калибра. Свет в рубке и большинство экранов мигнули от столь резкого сброса мощности, и тут же уши забило волнами инфразвука из-за непрерывной вибрации всего корабля, ведущего частый огонь главным калибром. Ив тряхнул головой, отходя от последствий залпа, часто заморгал, убирая из глаз ощущение песка, и рявкнул:

– Абордажной команде – вперед! В наушниках раздался крик Ахмоллы Эрроя, выполнявшего обязанности старшего абордажной группы:

– Э-э-э, бес-с-смилле! – И ребята пошли. Первый залп превзошел все ожидания. На месте одного из меченосцев вспухал огромный огненный шар. Второй, потеряв ход, медленно дрейфовал в сторону, окутанный струями бьющего из многочисленных пробоин водяного пара, мгновенно превращающегося в кристаллики льда. Третий, который все-таки успел восстановить мощность поля, отчаянно отстреливался, однако внутри кокона силового поля отчетливо виднелись обломки его абордажных ботов и светящиеся искорками тела донов абордажной группы, несущиеся к его обшивке сквозь пустоту. Судя по количеству обломков и идентифицированных системами «Драккара» изуродованных тел низших в боевых скафандрах, этот корабль лишился практически всей своей абордажной команды. Так что защищать его было некому.

– Запрос по внешнему каналу, капитан. Ив, в душе которого самым странным образом перемешалось холодное спокойствие, охватившее его при входе в рубку, и какой-то дикий восторг пополам с недоумением, отозвался чуть охрипшим голосом:

– Давай на экран.

На обзорном экране появилось изображение человека, одетого в боевой скафандр с поднятым забралом. Окинув взглядом рубку «Драккара», он расплылся в улыбке и восторженно проорал:

– Черт возьми, так недолго поверить в Божье Провидение!

Ив невольно улыбнулся:

– На связи «Драккар», как у вас дела? Двигаться можете?

Капитан капера радостно сообщил:

– Клод Этера, «Аккадский озорник», а там пускает пар «Взбесившийся шляхтич» Кшиштофа Кшетусского. Если бы не вы, нам уже поджарили бы зад. А сейчас, не скажу за этого дурного поляка, но я еще способен доковылять до ближайшей обитаемой системы. Откуда вы взялись?

Ив усмехнулся:

– Проходили мимо.

Он взглянул на экран тактического анализатора. Абордажная группа достигла поверхности вражеского меченосца без потерь, и теперь он уже почти совсем прекратил огонь и вовсю дымился, испуская пар сквозь дыры, проделанные вышибными зарядами. Судя по всему, бой закончился.

Ив посмотрел мельком на тактический хронометр: с момента открытия огня прошло всего двенадцать минут.

– Если вы в порядке, то, как только перебросите своих людей на эти побитые корыта, я забираю свою абордажную группу и двигаюсь дальше.

Дон Этера удивленно уставился на него:

– Вы отдаете нам приз? Ведь это на все сто процентов ваши трофеи.

Ив отрицательно помотал головой. Эти корабли его больше не интересовали.

– Я думаю, вам понадобятся средства на ремонт. А я найду себе еще.

Капитан «Аккадского озорника» не мог оправиться от удивления:

– Ну что ж, дай вам бог удачи, куда бы вы ни направлялись. За кого мне поставить свечку святому Георгию?

– Я пока не… нашел себе имени.

Через сорок минут «Драккар» рванул вперед, набирая скорость.

Рейд продолжался уже второй месяц. Они еще дважды ввязывались в небольшие стычки, но в общем все шло достаточно мирно. Десятилетие покоя развело враждующие стороны далеко от бывшей линии фронта, и только отдельные меченосцы Врага и стайки неуемных каперов рыскали по запустелым планетам, ища драки и разнюхивая, нельзя ли чем поживиться. И пока все шло так хорошо, что Ив и сам не заметил, как зашел слишком далеко, испытывая судьбу. «Драккар» вместе с капером под названием «Мохнатый подарок» вот уже несколько дней флаттировал в троянской точке между Новым Магдебургом и одной из его больших лун. Экипаж был занят профилактическим осмотром, Ив валял дурака в тренажерном зале, обвешавшись датчиками и прыгая в своем скафандре. В общем-то, все было в порядке, но ему все еще не очень нравился привод левого коленного сустава, и он пробовал варианты настройки миомерных мышц. Доны абордажной группы в большинстве своем дулись в карты или приводили в порядок снаряжение. Когда взревели баззеры боевой тревоги, Ив как раз отрегулировал на новый лад коленный привод, в очередной раз мучаясь сомнением, а не был ли тот инженер все-таки прав и не слишком ли он перемудрил с сетевой сенсорикой. Но, слава богу, он уже успел поставить на место коленный щиток и фиксирующий штифт и сразу взял с места в карьер, так что не успела затихнуть последняя рулада, как он уже влетел в рубку.

Уэсида встретил его уже ставшим традиционным полупоклоном и молча показал на обзорный экран. Со стороны планеты подходило шесть меченосцев, четко стянутых в ордер «Двойная сеть». Ниппонец пояснил:

– Они шли цепью над самой границей атмосферы, так что наши сенсоры смогли их засечь, только когда они перевалили за линию терминатора и начали перестроение.

Ив, немного помолчав, заключил:

– А это значит, что они четко знали, где находится их цель и чем она занимается. Уэсида согласился с ним:

– Это означает, что они охотились именно за нами. Ив только начал движение подбородком, собираясь по привычке кивнуть, и в это мгновение его, как и всех присутствующих в рубке, внезапно пронзило какое-то странное ощущение – словно кто-то могучий звал их, притягивал к себе, чтобы схватиться не на жизнь, а на смерть. Несколько мгновений в рубке стояла тишина обреченности. Ив, снова мельком удивившись своему полному спокойствию, неторопливо опустился в командное кресло, посидел в раздумье и придвинул к себе микрофон:

– Внимание экипажу! К нам подходят шесть меченосцев Врага. Судя по построению, они знают о нас все. Кроме того, как вы могли почувствовать, ими командует Алый князь. – Ив сделал паузу и закончил будничным тоном: – Мы принимаем бой.

В этом объявлении не было, в общем-то, особой необходимости, ибо альтернативы не было. Если в боевых схватках между людьми мог быть вариант сдачи в плен, то попасть в плен к Алому князю… Все знали, что это много хуже смерти. Однако такое объявление было в традициях благородных донов, которые, впрочем, пока еще не существовали. После короткого молчания Ив начал отдавать распоряжения. Ничто не могло нарушить его спокойствия, хотя, казалось, у них не было ни единого шанса на благополучный исход. Он вдруг каким-то шестым чувством понял, что исход этой схватки решит не огневая мощь и численность абордажных команд. Все решится в ПОЕДИНКЕ.

Однако до поединка надо было еще дожить. Стандартные варианты обороны явно не подходили. Их лишили маневра, прижав к крошечной, по сравнению с земной, луне Нового Магдебурга, которая, однако, представляла собой небесное тело почти в триста миль диаметром, и взяли в классический огневой мешок. Ив сидел, тупо глядя то на обзорный экран, то на дисплей тактического анализатора, и никак не мог сообразить, как же выпутаться из этой безнадежной ситуации. Но вдруг его осенило:

– Уэсида, приказ на «Мохнатый подарок» – «делай, как я». Нам – садиться на поверхность.

За его спиной кто-то изумленно охнул. Еще бы, любой учебник тактики учит, что главное в корабельном поединке – свобода маневра. А если они сядут…

– Но…

Ив оглянулся на несдержанного офицера и так посмотрел на него, что тот чуть не откусил себе язык, и продолжал отдавать команды:

– Сразу после посадки – абордажную группу вооружить плазмобоями – и за борт. Пусть отойдут ярдов на шестьсот и засядут в расщелинах. Силовое поле сориентировать на верхнюю треть. Правую кормовую батарею снять и бросить на грунт. У реакторов открыть ремонтные люки.

Уэсида несколько мгновений смотрел на Ива, ошарашенный его командами, потом его глаза удивленно расширились. Он понял. Так как атака будет происходить в условиях естественного тяготения, абордажная группа, покинувшая корабль, сможет встретить абордажные команды Врага огнем плазмобоев. Сведение силового поля на верхнюю треть полусферы даст возможность увеличить мощность почти в три раза, а снятая кормовая батарея главного калибра сможет увеличить мощность фронтального залпа более чем на четверть, к тому же изменив его конфигурацию. Ну а открытые ремонтные люки реактора будут способствовать лучшей теплоотдаче. Вопрос лишь в том, успеют ли они все это проделать.

Люди работали как проклятые. Никто не верил, что Алый князь подождет с атакой хотя бы пару минут, но меченосцы почему-то повисли в нескольких тысячах миль над каменистой поверхностью луны и как будто ждали, пока люди закончат свои приготовления. Так продолжалось почти два часа. Команда «Мохнатого подарка» сначала ударилась в панику. Но Ив вызвал рубку капера и холодно сказал, что если они не успокоятся и не начнут делать то, что он приказал, то он сам разнесет их на молекулы. Это подействовало. Однако, когда все было сделано и люди заняли свои места, никому не верилось, что они все-таки успели. И что Алый князь целых два часа ждал, пока люди приготовятся к бою. Ив и сам не понимал причину этого. Но было не до размышлений. Людям оставалось только ждать и молиться.

Хотя все ждали, когда же меченосцы откроют огонь, все равно это застало всех врасплох. Весь мир вокруг вдруг сократился до радужного зонтика силового поля, которое сверкало и искрилось от чудовищного напряжения. На расстоянии сотни ярдов от кораблей скалы дрожали и крошились в песок от чудовищных рикошетов. Казалось, сама эта крошечная луна вот-вот расколется и погребет корабли под своими, обломками. Канониры обоих кораблей замерли за своими консолями, уставясь помертвевшими глазами на Ива и ожидая команды, но тот выжидал. Если бы их хотели просто уничтожить, то атака началась бы гораздо раньше. Нет. Алому князю нужно было что-то другое, и этот сумасшедший огонь был только прелюдией. А значит, огненный шквал не мог продолжаться долго. Часть меченосцев должна была подойти ближе и выбросить абордажные команды. Именно в этот момент плотность огня должна упасть, и именно тогда, ни мгновением раньше, они откроют ответный огонь. А пока реакторам и без того хватало нагрузки.

Лишь через пятнадцать минут четыре меченосца плавно двинулись вперед. Ив удовлетворенно качнул головой, испытующе посмотрел на канонира, у которого от напряжения побелели костяшки пальцев, и вновь – на дисплей тактического анализатора, за которым сидел. Ждать пришлось недолго. Когда от зловеще-грациозных силуэтов отделились искорки абордажных ботов, Ив поднял забрало, вытер холодную испарину и подал знак канониру. В следующее мгновение взревели орудия «Драккара».

Он не знал, то ли это так сработали орудия задней правой батареи, столь неожиданным образом изменившие конфигурацию залпа, то ли просто ему опять повезло. Как бы там ни было, ближний меченосец вдруг окутался струями водяного пара, у кормы полыхнула вспышка, в мгновение ока превратившаяся в огненный шар, пожравший весь корабль. Но это был единственный успех. А потом все смешалось: залпы орудий, крики людей, лихорадочно заделывавших пробоины в корпусе, перекошенное лицо Уэсиды, сцепившегося в коридоре с троллем, ворвавшимся уже внутрь рубки, знакомый хриплый рев Асмоллы Эрроя и сотни иных звуков, сопровождаюших кровавую схватку. Когда наконец все прекратилось так же внезапно, как и началось, Ив бессильно уронил руку со шпагой, привалился к стене и закрыл глаза. Уцелевшие, коих было немного, в изумлении поводили головами. Ив некоторое время постоял неподвижно, приходя в себя, потом обвел взглядом заваленную трупами шлюзовую камеру, у которой они покончили с прорвавшейся до самой рубки абордажной группой Врага, с натугой растянул губы в улыбке, больше напоминавшей гримасу боли, и, тяжело оттолкнувшись от стены, двинулся обратно в рубку.

Это было невероятно, но они отбились. Пять меченосцев отошли на то же расстояние, с которого начали атаку. Два из них вовсю парили, а один, похоже, совсем потерял ход. Но и каперы были не в лучшем состоянии. Когда Ив вывел обстановку на дисплей тактического анализатора, то невольно присвистнул. Их можно было брать голыми руками. На «Драккаре» из орудий главного калибра осталась в строю едва ли пятая часть. Да и из этих половина была расфокусирована, так что в лучшем случае могла выдать лишь половинную мощность. От излучателей силового поля осталась только треть. А прочный корпус «Драккара» был пробит почти в сотне мест, так что внутри не осталось ни одного помещения, в котором можно было бы находиться без скафандра. «Мохнатый подарок» вообще представлял собой груду металлического лома. А это означало, что, для того чтобы с ними покончить, достаточно было всего одного залпа. Ив сидел, тупо глядя на экран и абсолютно не представляя себе, что же делать дальше, когда люди, находившиеся на корабле, вдруг все, как один, вздрогнули, пронзенные могучим призывом. И в тот же миг Уэсида, бессильно привалившийся к консоли связи, повернул голову и хрипло доложил:

– Внешний вызов.

У Ива екнуло сердце. Это был Алый князь. Ив медленно наклонился и переключил связь на свой экран. Из всей команды только у него был малюсенький шанс устоять перед чарами Алого князя…

Спустя полчаса он стоял на каменистой поверхности луны, в полумиле от своего изуродованного корабля, и молча смотрел, как от одного из висящих прямо над головой меченосцев отделилась маленькая искорка абордажного бота. Он дождался своего поединка.

* * *

На этот раз Варанга встретила Ива еще большим запустением. Здание космопорта и центр управления полетами – «башня» – мрачно взирали на мир выбитыми окнами. Установки освещения поля зияли раскуроченными внутренностями. Да и все остальное вокруг создавало такое гнетущее впечатление, что команда небольшого каботажника, капитан которого согласился доставить его сюда за тройную плату, быстро втянула трап, так что не успел Ив дойти и до края поля, как корабль уже ушел ввысь.

Он оставил «Драккар» в системе Турсонга, хотя и не был уверен в том, что груда металлолома, в которую он превратился, имела право носить столь гордое название. От команды осталась едва ли треть, причем в это число входили и остатки команды «Мохнатого подарка». И все эти люди его боготворили. Еще бы! Он не только вытащил их из столь безвыходного положения, что ни один из них уже и помышлять не смел о спасении, но и, страшно подумать, прикончил самого Алого князя. Ив поморщился и потер грудь и бедро. Да, это был действительно ПОЕДИНОК. Когда Алый князь стремительно выскочил из люка абордажного бота, Ив невольно подумал о том, как он сам выглядит в его глазах. Неуклюжий, закопченный скафандр, весь в потеках зеленоватой крови низших, и воспаленные глаза, лихорадочно блестящие из-за грязного забрала.

Их разговор по закрытому каналу был недолог. Слава богу, он оказался прав и при взгляде на появившееся на экране лицо не почувствовал того душевного смятения и возвышенного восторга, которые ощущают завороженные. Но Ив сильно сомневался в своих актерских способностях, поэтому на протяжении всего разговора только молча пялился на экран, предоставив «краснозадому» нести свою обычную чушь о предназначении и предопределении.

И вот сейчас Алый князь приближался к нему грациозной танцующей походкой. Божественно красивый, совершенный, не нуждающийся ни в скафандре, ни в оружии, за исключением себя самого. Чудо, созданное Творцом.

Он остановился в нескольких шагах от Ива и отвесил ему легкий поклон. После чего улыбнулся и… заговорил. А в наушниках изумленного Ива, до которого дошло, что Алый князь просто проецирует на его антенну модулированную частоту, послышался невообразимо прекрасный голос:

– Я слышал о тебе, капитан «Драккара». – Алый князь сделал паузу, в его голосе появились сочувственные нотки. – И я сделал все, чтобы мы смогли встретиться. – Он протянул руку. – Идем. Идем со мной.

Ив молча смотрел на стоящее перед ним существо. Он знал, что любой человек был бы уже заворожен. Алые князья были способны заставить человека, которого они небрежно разрывали на части, плакать от счастья и восторга. Но он сам чувствовал, что полностью себя контролирует. Если бы к этому еще прибавить способности, которыми он когда-то обладал… Но к чему жалеть о невозможном. Сейчас оставалась только одна надежда – Алый князь не догадывается о том, что Ив по-прежнему опасен. Иначе, с его-то рефлексами, он разорвет Ива на куски в один миг. Алый князь улыбнулся:

– Ты не можешь мне ответить? Что ж, иногда бывает и так. Не бойся, человек. Я помогу тебе. Ты сумел нас заинтересовать. Поэтому тебе пока придется еще немного пожить, прежде чем ты почувствуешь Смертное Наслаждение.

Он грациозно качнул головой, увенчанной короной рогов, и, слегка раздвинув крылья, сделал изящный летящий прыжок. В это мгновение Ив понял, что выиграл.

В окружавшем осколок вакууме не было никакой необходимости использовать крылья, и Алый князь сделал это, повинуясь укоренившимся инстинктам, выработанным тысячелетиями. А значит, есть шанс, что и другие его рефлексы сработают против него.

Ив подождал, пока блестящий келемитовый коготь не оказался в паре дюймов от его плеча, и ударил сразу всеми конечностями. В тело Алого князя одновременно вошли шпага, дага, коленный шип из легированной стали с келемитовым острием, закрепленный Ивом перед самым поединком, и налобный железный рог с келемитовым напылением на передней кромке. Это был предательский удар. Но Корн, успевший пройти все круги того, что многие сочли бы адом, а для него ставшего школой выживания, не позволил себе дрогнуть ни единым мускулом. У Ива был шанс нанести только один удар. И Корн не собирался давать ему ни малейшей возможности упустить этот шанс.

Алый князь вздрогнул, из глубин его совершенного мозга исторгся невероятно чувственный вопль боли и изумления. А в следующее мгновение Ив почувствовал, как на него обрушился вихрь ударов, закончившийся невероятно мощным толчком, отшвырнувшим его почти на сотню ярдов. Когда он собрался с силами и приподнялся на дрожащих руках, Алый князь, шатаясь, стоял на прежнем месте и изумленно смотрел на шпагу и дагу, торчащие в его теле, как две булавки. Потом он поднял глаза и посмотрел на Ива:

– Ты… ты… необычный человек, капитан «Драккара». Я должен остановить тебя… пока могу. – И он рванулся вперед.

Ив несколько мгновений смотрел на его фигуру, воспарившую над поверхностью астероида, ужасающе прекрасную даже с двумя клинками в груди, и прикрыл веки, приготовясь к немедленной смерти. Однако в теле Алого князя было слишком много чудовищно ядовитого для него железа. Поэтому вместо могучего вихря ударов Ив почувствовал лишь толчок, взорвавший болью левую ногу. А затем еще несколько судорожных рывков.

Когда он открыл глаза. Алый князь лежал рядом и смотрел на него мертвеющими глазами, а по краям его крыльев уже появился черный окоемок. Внезапно тело вспыхнуло переливами алого, фиолетового, бирюзового и оранжевого цветов, а потом его стремительно заволокла чернота. Ив судорожно всхлипнул и потерял сознание.

Он очнулся уже на подлете к Турсонгу. Регенерационный комплекс неплохо справился со своей работой. Жаль только, что он был всего один. Так что, когда на обзорных экранах начало быстро расти центральное светило системы Турсонга, Ив оказался единственным более или менее здоровым человеком среди десятка калек и полудюжины замороженных тел, ждущих очереди на регенерацию. Слава богу, среди хаоса его развороченной каюты нашлась его кредитка. А когда до Турсонга осталось десять часов лета – удалось наладить ближнюю связь. Поэтому, когда они вышли на парковочную орбиту Турсонга, его корабль уже ждало десять санитарных ботов и семеро представителей лучших верфей системы, жадно облизывающихся в предвкушении выгодного заказа.

Он проторчал на орбите Турсонга уже двенадцать дней, когда его наконец нашел ответ на запрос, посланный им на Варангу еще с Тер-Авиньона. Прочитав текст, Ив заказал в баре ящик дешевого виски и три дня пил в одиночку, заперевшись в своей каюте.

Наутро после той ночи, когда он выбросил в мусороприемник последнюю бутылку и, слегка наведя порядок в комнате, завалился спать, в дверь постучали. Ив оторвал голову от подушки, потер покрасневшие глаза, глянул на циферблат, зло выругался, но все же встал, отключил блокировку и распахнул дверь. На пороге стояли Уэсида и Ахмолла Эррой. Ив несколько мгновений удивленно пялился на них, потом его лицо впервые за последние три дня расплылось в радостной улыбке. Он шагнул вперед и по очереди обнял обоих:

– Не ждал вас так скоро. Уэсида с усмешкой заметил:

– На корабле много дел, сегун.

Ив согласно кивнул и внимательно посмотрел на друзей. Ахмолла Эррой опирался на палку, а у Уэсиды чернели на лице и руках огромные пигментные пятна.

– Постойте, вы что же, не закончили полный регенерационный курс?

– Закончили, бей, осталась только косметика. А на кой нам приятные личики? – со смехом ответил Ахмолла Эррой. – Перед кем красоваться, перед троллями, что ль?

Ив со вздохом покачал головой:

– Ладно, дел действительно много, а мне… – Он на миг замялся, потом тихо сказал: – Надо уехать. Инженер и боцман переглянулись.

– Надолго? – спросил, немного помедлив, Уэсида. Ив пожал плечами:

– Не знаю. Надеюсь управиться за месяц-два, а как там сложится… Так что ваше возвращение очень кстати. Кто-то должен контролировать ход ремонта. И к тому же пора заняться пополнением экипажа.

Ахмолла Эррой махнул рукой:

– Ну, с этим проблем не будет. Ив нахмурился:

– Я же предупредил… Боцман замотал головой:

– Да нет, ребята молчок. Но тут уже и так понаслышаны. За две недели до нас тут гостил «Аккадский озорник». Да и «замороженных» ведь никто не предупреждал. Так что сейчас такие байки по местным тавернам ходят… Слава богу, они-то не видели, как вы подкололи «краснозадого».

Ив облегченно вздохнул. Перед тем как отправить людей в госпиталь, он собрал всех в кают-компании и предупредил, чтобы об их рейде и особенно о его поединке никто не распространялся. Они и так наделали немало шороху. А он пока не хотел особо засвечиваться. Слава богу, Турсонг, несмотря на множество портовых терминалов, по-прежнему оставался глухой дырой, где ни одна уважающая себя сеть новостей не додумалась открыть постоянное представительство.

– У меня уже есть пара кандидатов на офицерские вакансии, – сообщил Уэсида. – У навигатора даже диплом Нью-Аннаполиса. Они готовы уже сегодня вечером прибыть для собеседования.

Ив не возражал:

– Что ж, тем лучше. Тогда завтра и отправлюсь. Инженер и боцман снова переглянулись. Затем Ахмолла Эррой несмело спросил:

– И далеко?

Ив мгновение колебался, говорить или нет, но его столь многое связывало с этими людьми…

– На Варангу.

И вот он добрался до цели своего путешествия.

Ближе к вечеру Ив занял местечко в довольно грязной забегаловке «Бигайский конь», название которой он запомнил еще во время первого визита. Впрочем, основным ее достоинством, судя по главному органу на лице ее хозяина, было несомненное родство со старшиной мулинеров. Но Ива это устраивало как нельзя лучше. Поскольку он пришел сюда вовсе не затем, чтобы промочить горло.

Его давешние уличные собеседники ввалились внутрь, когда начало темнеть. Ив, заметив их, тут же привстал с лавки и приглашающе махнул рукой, указывая головой в сторону стола, на котором стояли три запечатанные воском бутылки с местным бренди. Старшина мулинеров уставился на него с недоумением, пытаясь припомнить, что это за подозрительный ннопланетчик машет ему с видом старого знакомого. Но, очевидно, со времени его предыдущего визита на Варанге побывало не так уж много инопланетчиков, потому что старший вдруг расплылся в улыбке и с довольным видом направился к Иву. Однако, подойдя к столу, он не стал сразу садиться, а строго спросил: «Ну что, благородный господин, не было ли вам какого урону в нашем городе?», всем своим видом показывая, что готов немедленно разобраться с любым, кто посмел обидеть столь достойного господина.