355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Рокси Слоан » Соблазн. Книга 3 (ЛП) » Текст книги (страница 2)
Соблазн. Книга 3 (ЛП)
  • Текст добавлен: 10 октября 2019, 01:00

Текст книги "Соблазн. Книга 3 (ЛП)"


Автор книги: Рокси Слоан



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

Глава 4
Вон

После ужина Келли была настолько истощена, что сразу же отключилась, но я никак не мог уснуть. Я вылез из постели и, охваченный гневом и растерянностью, расхаживаю по комнате.

В лунном свете Келли выглядит такой спокойной, такой невинной, несмотря на некоторые ее грязные и эксцентричные желания, о которых я знаю.

Я хочу защитить ее. Мне нужно сделать ее своей.

С каждым разом во мне растет жажда и ненасытность, несмотря на тот факт, что за последние пару часов я кончил два раза. Я подхожу к кровати и оттягиваю одеяло. Она лежит с широко распластанными руками, сочные груди торчат, а тело едва прикрыто ее шелковой ночной рубашкой.

Я протягиваю руку и касаюсь ее волос. Она с придыханием вздыхает, улыбаясь во сне.

Какого хрена ты делаешь? Смотришь, как она спит, как чертов слабак? Возьми себя в руки!

Я отдергиваю руку и заставляю себя выйти из комнаты. В доме темно и тихо, пока я брожу по коридору, проклиная Брента, Келли, черт возьми, даже этого ублюдка Эшкрофта, который поставил меня в такое положение.

Ее власть надо мной сводит меня с ума. Я говорю себе, что это все часть моего плана – завоевать ее доверие, а потом уничтожить, но один дразнящий взгляд этих больших карих глаз и черт, я не хочу ничего больше, чем глубоко войти в нее и заставить выкрикивать мое имя.

Я должен подавить ее, доказать, что я по-прежнему держу все под контролем. Но почему-то, даже когда она стоит на коленях, я нахожусь под ее властью. Даже когда я буду входить в ее влажную киску, наблюдая, как у нее закатываются глаза, и слышать ее крик освобождения, у меня все еще остается ощущение, что она главная.

Блять!

Я дохожу до конца очередного коридора, и вижу льющийся из открытой двери свет. Я подхожу ближе и открываю ее, обнаруживая библиотеку с книгами и старым тяжелым столом.

В ящиках стола роется Брент. Когда я захожу в комнату, он замирает с виноватым выражением на лице.

– О, это ты, – хмурится он, закрывая ящик.

– Что-то ищешь?

– Просто выбрасываю ненужный хлам. – Брент пихает какие-то бумаги в ящик.

Я поднимаю бровь.

– В два часа ночи?

Брент не отвечает. Он на мгновение задумчиво смотрит на меня и затем улыбается. – Знаешь, я думаю, мы встали не с той ноги.

– Серьезно? – саркастически отвечаю я.

– Ты и я, мы можем быть полезны друг другу. – Брент направляется к бару в углу. – Хочешь выпить?

Я делаю паузу, но затем беру виски, который он мне предлагает. Этот парень бросает меня в дрожь, но я хочу знать, что у него припасено в рукаве для Келли.

– Слушай, я не мог понять, почему ты отшиваешь меня и отменяешь нашу сделку. Дело в наследстве, верно? – с хитрым взглядом спрашивает Брент. – Ты узнал, чего она стоит, и решил сыграть и попытаться отхватить больший кусок пирога. Умный ход. – Он кивает. – Я человек, от которого ничего не скроешь.

И человек, который не может заткнуться и перестать говорить дерьмо, но я заставляю себя вежливо ему улыбнуться.

– Может быть, я охочусь за ее деньгами. Какая тебе разница?

– Я могу помочь, – говорит Брент. – Я обещаю, что ничего не скажу о нашем договоре... если ты тоже мне поможешь.

У нас наметился прогресс.

– Чего ты хочешь? – спрашиваю я.

– Компанию. Только и всего, – добавляет он быстро. – Она может сохранить какие-то акции, долю от прибыли. Черт, я даже позволю ей сохранить остальное имущество. Но мне нужна власть.

Я делаю медленный глоток виски.

– Скажем, я помогу тебе получить эту власть, что дальше?

Уродливая насмешка искажает лицо Брента.

– То, что я должен был сделать давным-давно. Мой отец был слишком сентиментальным. Он позволил своему сердцу влиять на представления о верности, и поступать правильно. Если мы изменим наш способ ведения бизнеса, наши прибыли могут возрасти вдвое. Продвижение бизнеса за рубежом, сокращение пенсий и зарплат.

– Потогонная система труда, (прим. пер. – это система где работники подвергаются жестокой эксплуатации, заработная плата ниже прожиточного минимума, и крайне плохие условия труда), – перевожу я. – Взвинчивание маленьких человечков.

– Не препятствование свободному рынку предрешать затраты и стандарты, – Брент поправляет меня. – Или ты такой же сентиментальный, как и он?

Я напрягаюсь.

– Я не такой, как твой отец, – выплевываю я.

– Хорошо. Тогда у нас назревает новая сделка? Я сохраню твой маленький секрет, а ты будешь управлять решениями Келли в мою пользу. – Брент протягивает руку, надеясь скрепить соглашение рукопожатием.

Я игнорирую его, выпивая свой напиток до конца. Ставлю стакан и ухожу.

– Поступай, как тебе нравится, – говорю я ему. – Но я думаю, ты недооцениваешь Келли. Ты видел ее на ужине.

– Три идиота, которые не видят дальше своего носа, – Брент хмурится. – Я хотел бы увидеть, как она это провернет на собрании с сотнями недовольных акционеров.

– Может быть. Но я бы не стал сейчас сбрасывать ее из счетов.

Я оставляю его и возвращаюсь в нашу спальню. Но с каждым шагом мой внутренний голос с гневном выговаривает мне.

Какого черта ты ее защищаешь? План Брента – это именно то, чего ты хотел.

Я хочу уничтожить наследие Эшкрофта и сровнять его компанию с землей, и один из способов сделать это... я не сомневаюсь, что с Брентом у руля, «Эшкрофт Индастриз» развалится за несколько месяцев... или станет настолько невыносимо, что их акционеры разбегутся в рекордные сроки.

Но Келли хочет сохранить это. И, Боже, помоги мне, я хочу помочь ей попробовать.

По крайней мере, сейчас.

Я говорю себе, что это умный ход. Посмотрим, как будут обстоять дела, и решить, настолько ли Брент идиот, каким кажется. Пока я остаюсь на стороне Келли, когда появится возможность, мне нужно быть готовым к удару.

И если это означает, что я буду наслаждаться ее потрясающим телом, и в то же время клеймить каждый ее дюйм пока она не станет изнывать стоя на коленях, умоляя о моем члене.

Ну, мне это подходит.


Глава 5
Келли

Проснувшись, обнаруживаю пустую кровать. Вон оставил на подушке записку.

Ушел на пробежку.

Я медленно опускаю ее и делаю вдох, радуясь одиночеству. Присутствие Вона 24/7 – подавляет, особенно с интенсивной сексуальной химией, полыхающей между нами. Часть меня рада иметь поддержку и чувство, что я не одинока, но также, часть меня нуждается во времени, собраться с мыслями, и сосредоточиться на стоящей передо мной масштабной задаче, без соблазнительных отвлекающих факторов.

Сегодня я собираюсь поехать в город, чтобы посетить штаб-квартиру «Эшкрофт Индатсриз» и встретиться с главным управленческим персоналом. Я тщательно выбираю наряд: деловая юбка-карандаш и новая строгая блузка. Это наиболее подходящий наряд, имеющийся у меня, но все равно, когда я смотрюсь в зеркало, я чувствую, что они раскусят меня в одно мгновение.

Что ты делаешь? Твои сомнения поверхностны. Брент был прав. Ты никогда в жизни не сталкивалась с ведением бизнеса. Как ты сможешь справиться с огромной корпорацией?

Я заставляю себя успокоиться и вспомнить, что я вчера говорила инвесторам. Мне не нужно самой справляться с этим, просто нужно найти нужных людей и доверить работу им.

Эшкрофт доверил свое наследство мне, и я не могу его подвести.

Мне нужно убить время перед тем, как машина заберёт меня, и мой желудок начинает урчать. Я едва прикоснулась к ужину вчера вечером, и была слишком занята, пытаясь сохранить его в себе во время допроса, поэтому в поисках кухни спускаюсь вниз.

Вчера у меня не было шанса осмотреть дом, и теперь я компенсирую это, надолго задерживаясь в коридорах и заглядывая в нескончаемый ряд комнат поместья Гранда. Традиционный декор, полный антиквариата и тяжелые парчовые шторы. Интересно, были ли они такими же раритетами, как тот браслет, который Эшкрофт пытался мне подарить, как семейную историю, которую я никогда не знала.

Я понимаю, как мало я знала об Эшкрофте и его жизни. До недавнего времени он был для меня просто эксцентричным клиентом. Я с удовольствием слушала его рассказы, но подробности никогда не касались меня. Я чувствую укол от упущенной возможности познакомиться с ним.

Теперь слишком поздно.

Побродив по дому некоторое время, я нахожу кухню: огромную, уютную комнату с ярко-желтой плиткой и большим, как в фермерском доме, столом со свежей выпечкой и соком. Я незамедлительно бросаюсь к блюду с маффинами, когда вижу, свернувшуюся, наполовину скрытую в укромном уголке, Изабель. Одета в шелковый халатик, она попивает кофе из крошечной фарфоровой чашки.

– Привет, – я делаю неловкую паузу. – Как дела?

Изабелла хладнокровно смотрит на меня. Без макияжа и модной одежды она выглядит моложе, почти уязвимо. Но ледяное выражение по-прежнему не покидает ее прекрасное лицо.

– Хорошо, спасибо, – она вежливо отвечает. – Как спалось?

– Здорово, спасибо. – Я колеблюсь еще мгновение, потом сажусь рядом с ней за стол и начинаю наполнять тарелку.

– Они выглядят потрясающе. Это ты их сделала?

Изабель в веселье сжимает свои губы.

– Нет, повар выставляет их утром. Я не знаю, почему. Брент никогда не ест, а Райли уже ушел.

– Куда ушел? – я спрашиваю с любопытством.

Она пожимает плечами.

– Я никогда не знаю. У него свои дела. Наш отец был единственным, кто ел настоящий завтрак.

Изабель опускает взгляд, и я вижу грусть в ее глазах. Дети Эшкрофта может и не были родственниками по крови, но они все равно оставались его детьми... они провели большую часть своей жизни с Эшкрофтом.

– Я не успела сказать, но я очень сожалею о вашей утрате, – говорю я ей тихо. – Я не знала его очень хорошо, но я могу сказать, он был отличным парнем.

Изабель выглядит удивленной.

– Это правда, – говорит она, смягчаясь. – Таких как он уже в мире не найти.

Мгновение мы сидим молча, и я чувствую прилив тепла к этой девушке. Я была единственным ребенком, и всегда хотела братьев и сестер. Только сейчас я начинаю понимать, что Изабель, Райли, и даже Брент связаны со мной. Я не настолько наивна, полагая, что мы за одну ночь сблизимся, но может, со временем...

– Что ты делаешь? – голос Брента прорывается сквозь мои мысли. Я замираю, не донеся кекс до рта, когда понимаю, что его гнев направлен на Изабель.

– Ничего, – говорит она быстро, опустив глаза. – Просто, она пришла в...

– Мы говорили об этом, – шипит Брент. – А теперь, ты действуешь за моей спиной.

Изабель, кажется, сломается прямо передо мной.

– Я знаю, мне жаль. – Она нервничает, и поднимается, чтобы устремиться к двери.

– Мы просто завтракаем, – я говорю громче, удивленная гневом Брента.

Он обращает свой взор на меня.

– Машина уже здесь, – говорит он вскоре. – Ты готова? У тебя напряженный график. Ты не можешь опаздывать.

– Конечно. – Я хватаю свою тарелку и стакан сока. Я могу поесть в машине. – Было приятно поговорить с вами, Изабель, – добавляю я, проходя мимо.

Она смотрит на пол, плечи напряжены, и послушно ждет ухода Брента, прежде чем последовать за ним.

Странно.


* * *  

У меня нет времени думать о странной сцене, произошедшей между Изабеллой и Брентом. Как только я сажусь в лимузин, я быстро набираю Вону сообщение, чтобы встретиться позже, и потом ныряю в первый десяток толстых отчетов «Эшкрофт Индастриз». Во время поездки в Нью-Йорк я читаю так быстро, насколько могу, но к тому времени, когда мы достигаем небоскреба в центре, я едва ли вникла в работу компании.

– Сюда, Мисс Эшкрофт. – Веселая секретарша встречает меня в вестибюле, провожая мимо охраны к стеклянному лифту.

– Фивз. Это моя настоящая фамилия, – говорю я смущенно. – Я никогда не была Эшкрофт.

– Конечно. – Секретарь записывает в палм-бук, и я клянусь, что она рассылает сообщение о моем имени, даже когда мы говорим. – Каждый рад встретиться с Вами.

Я думаю, она просто преувеличивает, но когда двери лифта открываются на тридцать пятом этаже, я понимаю, что она не врала. Люди выстроились в коридоре, чтобы встретить меня, размытые лица трясут руку и приветствуют меня.

– Спасибо, – бурчу я, а у самой уже кружится голова. – Приятно познакомиться.

– Мы все как большая семья, – объясняет секретарь. – Если Эшкрофт доверил Вам взять бразды правления, это значит, что мы все рады этому.

Не все.

Когда мы шли через офис, я заметила нескольких человек в сторонке, которые нахмурившись, смотрели в мою сторону. Я помню, что Брент был частью компании в течение многих лет, и, вероятно, окружил себя верными сторонниками. Неважно, что говорит секретарь, я уверена, что многие просто ждут моего провала.

Я пока не знаю, кому могу доверять.

– Я оставлю вас с Камерон Маккуленом.

Я захожу во впечатляющий кабинет, обставленный современной мебелью из стекла и хрома с потрясающим видом на город.

– Приятно познакомиться с тобой, Келли.

Я поворачиваюсь. Красивый мужчина тридцати лет встает из-за стола и подходит, чтобы пожать мне руку.

– Мистер... – я не запомнила его имени, но мужчина просто улыбается.

– Зови меня Кэм. Я был вторым в команде Эшкрофта. Уже познакомилась со всеми снаружи?

– Да, – я киваю. – Я боюсь, что не могу пообещать вспомнить всех поименно...

Кэм по простецки хохотнул.

– Не беспокойся об этом. Это трудно сразу во все вникнуть, но у тебя масса времени, чтобы это сделать. Канти? – Он поворачивается к секретарю. – Придержите мои звонки до второй половины дня. Я уверен, что для начала у Келли есть много вопросов.

Канти кивает и выходит, закрывая за собой дверь.

– Присаживайтесь. – Кэм указывает на диван у окна. – Я могу предложить вам чай со льдом? Двадцать лет в Штатах, а я все никак к этому не привыкну, – добавляет он с ухмылкой. – Насколько мне известно, чай следует пить горячим с молоком и сахаром.

– Нет, спасибо, я в порядке. – Я сажусь, немного расслабившись. Есть что-то такое в улыбающихся голубых глазах Кэма и слабом шотландском акценте, что заставляет меня успокоиться. – Мне жаль, что ты должен провести меня через все это. Я знаю, ты должен быть занят другими делами.

– Ерунда, – Кэм настаивает. – Я здесь, чтобы помочь Вам со всем, что понадобится.

– Ну, – я начинаю, вынимая свой блокнот и ручку. – Может быть, ты мог бы начать с начала, с различия дочерних компаний Эшкрофта?


* * * 

Спустя три часа и две чашки «настоящего» чая, у меня началась головная боль. Несмотря на терпеливое объяснение Кэма о текущих операциях, а мы еще даже не затронули реальный бизнес компании.

– Что насчет инвесторов? – спрашиваю я, на мгновение закрывая свой блокнот, и разминая затекшие руки. – Брент говорит, что есть предложение поглощения другой компании, желающей приобрести бизнес. – Ты думаешь, я должна его рассмотреть?

Кэм откидывается на спинку.

– Это, конечно, вариант. Со смертью Эшкрофта цена акций упала, и это один из способов избавиться от бремени. Эта компания пыталась запустить поглощение и раньше, – добавляет он, – и Эшкрофт всегда категорически им отказывал. Этот хедж-фонд, настоящая теневая компания. Мы даже не знаем, кто за всеми этими деньгами стоит.

– А как же цена акций? – спрашиваю я. – Они говорят, что цены упали.

Кэм ободряюще мне улыбается.

– Цены на акции все время колеблются. Все наладится, когда они поймут, что дела идут как обычно.

– Я просто не знаю, буду ли приносить больше вреда, нежели пользы. – Я вздыхаю, озираясь вокруг. Дело не только в этом кабинете, а в заводах, фабриках и офисах по всей стране. Тысячи людей, чьи рабочие места зависят от меня.

Кэм улыбается.

– У тебя есть время. Нам не нужно прямо сейчас принимать какие-либо серьезные решения. Здесь, в главном офисе, у меня все под контролем, так что пока осматривайся, прочувствуй ход вещей, посмотри, как все должно быть.

Я с облегчением выдыхаю.

– Хорошо, звучит как план.

– На эту неделю я составил для тебя довольно-таки легкий график, – Кэм смотрит в свой планшет. – Мы организуем встречу с руководителями подразделений, чтобы ты могла услышать, как они работают. И поскольку гала-вечер отменяется…

– Что за гала-вечер? – спрашиваю я.

– Ах, ты не знаешь? – Кэм делает паузу. – Ежегодно в компании проходит благотворительный гала-вечер по сбору средств. Мероприятие со строгим дресс-кодом, где мы обычно собираем около полумиллиона долларов на благотворительность. Это было любимым проектом Эшкрофта, – добавляет он с улыбкой.

– Но ты сказал, что он отменен?

Кэм откашливается.

– Брент сказал, что в этом году это было бы неуместно, в связи со смертью Эшкрофта...

Я чувствую вспышку гнева. Типичный Брент, не обращающий внимания на нужды людей. Он спешит на оглашение завещания, но ему плевать на благотворительность, которая имела большое значение для Эшкрофта.

– Когда его отменили? – спрашиваю я. – Еще не слишком поздно, чтобы снова изменить планы?

Кэм выглядит задумчивым.

– Это не должно быть проблемой. Мы ежегодно проводим его в одном и том же месте, и уверен, что обслуживающий персонал все еще доступен.

– Тогда позвони им, – я принимаю решение. – Гала-вечер пройдет в память об Эшкрофте. Это то, чего он бы хотел.

– Как насчет Брента?

Я прищуриваю глаза.

– К черту его. Не он здесь принимает решения, а я.

Кэм смотрит на меня, медленно расплываясь в улыбке.

– Я понимаю, почему Эшкрофт выбрал тебя, – говорит он со смешком. – Он еще будет тобой гордиться.


Глава 6
Вон

Я встречаюсь с Келли в городе, около штаб-квартиры «Эшкрофт Индастриз». Я хочу увидеть, что в течение всей своей предательской жизни строил старик, и когда я туда попадаю, мое ожидание оправдывается – большое, чертово свидетельство лжи и обмана. Никакого упоминания о моем отце или о том, чем он пожертвовал, чтобы построить эту компанию. Глянцевые брошюры в зоне отдыха даже не упоминают, что мой отец начинал этот бизнес с нуля вместе с Эшкрофтом, все это хвастовство и оды самому себе, этот ублюдок присвоил все.

Он убрал моего отца из истории компании настолько идеально, как будто тот никогда не существовал.

Я нетерпеливо расхаживаю по кругу. Встреча Келли затянулась, и хотя несколько ассистентов каждые пять минут подбегали и предлагали мне напитки, я не хотел оставаться здесь ни минутой дольше, чем требовалось.

Я не видел смысла знакомиться с местом, которое вскоре ожидал увидеть в руинах.

Наконец, двери в конце зала открылись. Из нее выходят улыбающаяся Келли вместе с каким-то высоким парнем в костюме. Какого хрена?

Я напрягаюсь, видя, как он наклоняется, и что-то говорит ей на ухо. Она улыбается, и он своей рукой накрывает ее. Меня охватывает ревность.

И я подхожу к ним. Келли оборачивается и видит меня.

– Вон! – Она улыбается. – Это Кэм Маккалоу. Он был вторым в команде Эшкрофта, и он был добр мне многое объяснить.

Я встречаюсь взглядом с Кэмом. «Иди на хуй», – говорю я ему без слов, но парень даже не дернулся, и просто протягивает мне руку.

– Приятно познакомиться, – говорит он. – И Келли, увидимся завтра, на рассвете.

Она смеется.

– Договорились, но мне понадобится что-нибудь покрепче, чем чай.

– Все, что захочешь, я к твоим услугам, – салютует Кэм.

Я не сомневаюсь. Я слежу за его взглядом, скользящим по ее телу, где круглые полушария ее задницы обтянуты юбкой, и это порождает желание заехать ему в глаз.

– Ты готова? – стараясь сохранить хладнокровие, спрашиваю я Келли.

– Я в твоем распоряжении. – Она улыбается, беря меня под локоть.

Когда мы уходим, я через плечо смотрю на Кэма.

– Ты слышишь, приятель? Смотри сколько влезет. Она моя.

– Не возражаешь, если мы сделаем кое-какие покупки? – спрашивает Келли, когда двери лифта закрываются. Я сразу прижимаю ее к стенке и глубоко целую. Я проникаю языком в ее рот и чувствую, как она расслабляется.

Правильно, только попробуй подумать о каком-то другом парне, когда все, чего ты хочешь – мой член, похороненный в тебе по самые яйца. Двери открываются, и я отпускаю ее, и она, теряя равновесие, спотыкается. Я беру ее за руку и веду за собой.

– На сегодня собрания закончились? – спрашиваю в желании поскорее отсюда убраться.

Она, все еще пребывая в замешательстве, моргает.

– На сегодня да, но мне нужно кое-что прикупить, пока мы в городе. Мне понадобится новая одежда для этих встреч. Прежняя уже не годится, – вздыхает она, опуская глаза.

– Не говоря уже о коктейльном платье и платье для торжественного вечера, который устраивает компания в эти выходные...

– Торжественный вечер? – спрашиваю я, слушая в пол-уха.

– Благотворительный. Эшкрофт устраивал его каждый год...

Когда мы ловим такси до 5-й Авеню, Келли говорит о том, каким святым мучеником был старина Эшкрофт.

Я позволяю себе все это услышать, все еще чувствуя в себе ураган ревности. Но я никогда не ревновал. Я никогда даже не давал себе повода. Но видеть руку Кэма на руке Келли, привело меня в бешенство.

Что, блять, со мной? Почему я должен беспокоиться, когда какое-то тупорылое дерьмо бросает на мою девочку свой взгляд? Это не значит, что она упадет к нему на колени. Келли не такая.

Но что, если наоборот?

Я чувствую холодок. Как-то я уже доверился женщине. Я даже думал, что люблю ее, когда считал что любовь существует. Но она просто играла со мной, связав по рукам и ногам, использовала и предала.

Я обращаю свой взгляд на Келли, такую открытую и милую. Так и желающую угодить мне, взять мой член в любом месте и в любое время, умоляющую о большем. Я хочу верить, что она другая, что она никогда не поступит так со мной.

Но также я думал и о Джулианне, и к чему это привело.

Любовь – это полнейший бред. В конце концов, они все тебя предадут.


* * * 

Мы зашли в «Сакс», где Келли могла выбрать все, что ей нужно. Консультантка проводила ее в гардеробную, и я последовал за ними.

– Извините, сэр. Никаких мужчин, – остановила меня пожилая женщина. – Но Вы можете подождать здесь.

Она указывает мне в сторону зоны отдыха, с расположившимися там подкаблучниками, таскающими пакеты с покупками и выступающими в роли носильщиков.

Я поражаю ее раздевающей улыбой, которая заставляет женщин падать и раздвигать передо мной ноги.

– Вы можете нарушить правила, я в этом уверен.

Как по сигналу, женщина начинает краснеть.

– Я не уверена...

– Я никому не скажу. – Я наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо, коснувшись губами ее кожи. – Это будет наш маленький секрет.

Я чувствую ее дрожь.

– Хорошо... – она закусывает губу, оглядываясь вокруг. – Идите, пока никто не видит.

– Спасибо, куколка. – Я подмигиваю, и она становится пунцовой. Бедная женщина, держу пари, что она не трахалась уже много лет. Черт, она, наверное, прямо сейчас запрется в кладовке и удовлетворит себя, воображая меня, одновременно погружаясь в свое влагалище.

Не говорите, что я не вношу свой вклад в общество.

Примерочная пуста, за исключением кабинки с задернутой шторки в конце. Я отдергиваю ее.

Келли вскрикивает.

– Ты напугал меня, – она вздыхает, и застегивает маленькое коктейльное платье из шелка.

У него обтягивающий лиф, который обтягивая грудь, высоко приподнимает ее: два спелых персика, только и ждущих, чтобы их вкусили. Мой член это одобряет.

Я закрываю за собой штору.

– Что думаешь? – Келли оборачивается, выглядя застенчиво. – Оно дорогое, но я предполагаю, что сейчас важно как я выгляжу.

– Мне нравится, – бормочу я, упиваясь ее видом. – Мне больше нравится, когда оно поднято к талии.

Келли ловит мой взгляд и ее щеки заливаются румянцем.

– Вон, – она шепчет, уже догадываясь,  что я для нее запланировал.

Но она не знает. Даже близко.

Снаружи слышится шум, когда еще одного посетителя заводят в примерочную, но мне плевать. Это даже лучше.

– Развернись! – говорю я ей тихо. – Упрись руками в зеркало.

Глаза Келли с волнением вспыхивают. Она делает, как я говорю.

Я наслаждаюсь ее покорностью, раздвинув ноги, в ожидании меня, прогнувшись, она упирается руками в зеркало. Я вижу в отражении, желание на ее лице.

– Правильно, детка, – шепчу я, заставляя ее ждать. – Здесь все решаю я. Только я. Я могу заставить тебя умолять, или даже кричать. И ты прекрасно знаешь, что я могу заставить тебя кончить, как никогда раньше.

Келли вздрагивает, и ее дыхание становится поверхностным. Мой член твердеет. Блять, я хочу быть похороненным глубоко в этой мокрой, восхитительной киске. Я хочу увидеть эту грудь, впечатанную в зеркало каждым моим толчком.

Как у нее получается делать подобное со мной? Она переворачивает мой мир с ног на голову, заставляя меня чувствовать себя тем дерьмом, которым я никогда не хотел быть снова. Но теперь... Теперь я могу сделать так, чтобы она никогда не предала меня.

Я делаю шаг вперед, наклоняясь ближе.

– Ты выглядишь такой шикарной в нем, не так ли? Изысканной. Люди никогда не догадаются, какая на самом деле ты грязная девочка. – Я склоняюсь ближе, шепча ей на ухо. – Интересно, что они скажут, если узнают правду. Что ты кричала, стоя на коленях с моим языком в твоей попке и моих пальцах, глубоко ласкающих твою истекающую киску.

Глаза Келли расширяются от похоти. Она выставляет свою задницу, пытаясь потереться о мой чертовски твердый член. Я отступаю, не давая ей то, в чем она нуждается.

Джулианна была целую жизнь назад, когда я был неопытным юнцом, который ни черта не знал о доминировании над женщиной. Келли другая. Я только начал показывать ей, что значит подчиняться. Она думает что знает, как это – хотеть меня, до сумасшествия нуждаясь в моем члене? Пока.

Я собираюсь сделать ее настолько сексуально возбужденной, что у нее не хватит времени, чтобы думать о другом мужчине.

– Я знаю, детка, – протягиваю я. – Я знаю, что ты хочешь этого. Прямо здесь, в этой кабинке... ты уже влажная, желающая взять меня в рот.

Я вижу, как ее соски напрягаются, а ноги начинают дрожать. Чертовски верно, она бессильна передо мной. Жаждущая хорошего и жесткого траха.

– Ты ведешь себя так мило перед всеми остальными, – рычу я. – Такой воспитанной и правильной. Но я знаю твой секрет. Глубоко внутри ты хочешь разврата, не так ли? Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас прижал тебя к этому зеркалу и трахал до потери сознания.

– Да, – шепчет она, вспыхнув. – О Боже, Вон, да.

Звук ее мольбы заставляет все вокруг исчезнуть, пока не остаемся только я и она, и моя яростная эрекция в ее сочном теле, доводящая меня до отчаяния.

По моей милости. Теперь все встало на свои места, как должно быть.

Мне нужна эта сила. Я нуждаюсь в ее подчинении.

– Никто не заставит тебя чувствовать это, – рычу я, по-прежнему не касаясь ее. – Никто. Ты принадлежишь мне, понимаешь? Я единственный, кто имеет право на это тело, и я буду брать его так, как только захочу. Скажи это!

– Никто, – Келли задыхается. – Только ты!

Черт.

– Я хочу твой член, – шепчет она. Я поднимаю глаза, и вижу, как она смотрит на меня в зеркало..., а ее глаза полны решимости.

Улыбка играет на ее губах, и она медленно облизывает губы.

– Я хочу, чтобы ты полностью вошел в меня, – мурлычет Келли. – Я хочу почувствовать тебя глубоко, растягивающего тугую, влажную киску.

Ох, черт. Кровь так сильно и больно приливает к моему члену. Услышав эти грязные слова из ее невинного рта... черт, это сводит меня с ума.

Келли не спускает с меня глаз.

– Ты знаешь, какая она тесная и влажная для тебя, – шепчет она, выгнув спину. Демонстрируя полную грудь, и ее соски уже натягивают платье. Виляя своей крепкой попкой, искушая меня своими изгибами.

Я стону. Черт! Я должен сдерживать себя. Я хочу заставить ее умолять, а не наоборот, словно задыхающийся школьник, который не умеет трахаться.

– Ты хочешь, чтобы я опустилась на колени и умоляла тебя? – она бросает вызов. – Я тоже хочу этого. Я хочу, чтобы опустил меня на пол, и трахал до тех пор, пока я не смогу ходить в течение нескольких дней. Я хочу твой член, вдалбливающийся в меня. Каждый дюйм, Вон, я хочу почувствовать каждый твой дюйм.

Иисусе. Я делаю глубокий вдох. Она отталкивается, пытаясь переломить ход игры, и черт, это заставляет меня хотеть ее еще больше. Мне нужна она на коленях, на спине, нагнутая, с моим членом, засунутым ей в зад, и выкрикивающей мое имя.

Я жажду ее сладкую киску больше чем что-либо на свете. И это серьезная проблема.

Я поворачиваюсь и спокойно выхожу, оставив ее стоящую напротив зеркала, в ожидании моего члена. Я прохожу универмаг, расталкивая людей. Мне нужно удерживать дистанцию между нами, насколько это возможно, прежде чем я окончательно потеряю свой гребанный разум.

Я попался ей на крючок, даже не поняв этого, и, черт возьми, я не могу рискнуть влюбиться снова.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю