Текст книги "Алекс. Покорить доминанта (СИ)"

Автор книги: Рита Мейз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

 Глава 15

А потом что-то случилось.

Что-то мелькнуло в его глазах. Что-то темное, завораживающее и пугающее одновременно.

Ладони Алекса начали медленно опускаться, исследуя изгибы моего тела. Шея. Плечи. Грудь. Талия…

И все это не отпуская мой взгляд. Не давая ни опустить его, ни отвести в сторону…

Они прошлись по бедрам, потом нырнули под юбку, и я почувствовала, как его пальцы коснулись края подвязки.

Меня затопило расплавленной лавой.

Я стояла, вжавшись ягодицами в стол и вцепившись в него руками. Дыхание рваными толчками наполняло мои легкие, заставляя грудь бурно вздыматься. Но я об этом не думала. Просто тонула в его глазах. И все, чего мне хотелось в этот момент, это чтобы пальцы Алекса пошли дальше. Туда, где я хотела почувствовать их на своей влажной плоти.

Больше. Вот чего я хотела. Больше Алекса. Больше прикосновений.

Внезапно он дернул меня на себя и резким движением задрал мою юбку. А потом усадил на стол. Прямо на документы. Его ладони заскользили по обнаженной коже между трусиками и чулками, вызывая нетерпеливую дрожь во всем теле.

Задыхаясь, откинулась назад, уперлась руками в стол и закрыла глаза.

Будь что будет. Лучше пусть сейчас все случится…

Пусть, потом пожалею об этом, но сейчас сделаю то, что хочу…

Мягким, но настойчивым жестом Алекс заставил меня раздвинуть бедра. А потом его пальцы легли на мою возбужденную плоть, прикрытую мокрым кружевом. Небрежно погладили клитор, вызывая у меня мучительный стон. И исчезли.

Через мгновение горячие губы начали исследовать мою кожу. Прямо над краем чулка. Эти огненные поцелуи, перемежавшиеся с касанием языка, проследили линию трусиков.

О, боже…

Я чувствовала его дыхание. Оно было так близко к тому месту, где мне это нужно…

Мне хотелось сжать в горсть в его темные волосы и направить туда, где моя плоть жаждала прикосновений…

Но он отстранился прежде, чем я решилась на это. Место губ снова заняли пальцы. Подразнили меня, поглаживая вдоль влажной ткани, а потом нырнули под трусики.

Кружево скользнуло в сторону, обнажив мою плоть.

Я громко сглотнула.

Властным движением Алекс еще шире развел мои бедра, почти опрокидывая меня на стол.

Я боялась смотреть на него. Зажмурилась, мечтая раствориться в тех ощущениях, что он мне дарил. Не думать о будущем. О том, что будет потом. И о стыде, который мне неминуемо придется испытать после всего…

Но когда горячий и влажный рот накрыл мои складки, когда язык Алекса прошелся по моему клитору, смакуя и пробуя на вкус, все мысли вылетели из головы. И стало на все плевать.

Я застонала в голос, уже не стесняясь. Вцепилась в его волосы.

Но он не позволил мне управлять. Его пальцы железной хваткой сжали мои запястья, пригвоздили к столу за моей спиной. А потом он шлепнул меня. Ладонью. Прямо по влажной киске, заставляя вздрогнуть и закричать.

Еще никто никогда не делал такого со мной…

Слишком остро. Слишком чувственно. Почти болезненно. На грани моих пределов.

Я попыталась сжать ноги. Но он не дал.

Еще шлепок…

Еще один вскрик…

Еще одна напрасная попытка свести ноги вместе…

Моя возбужденная плоть желала прикосновений. И Алекс точно знал, как мной управлять.

Большой палец начал кружить вокруг мокрого клитора. Мне хотелось, чтобы он вошел внутрь. Погрузился в меня. Я остро ощущала эту пустоту внутри себя, которую нужно было чем-то заполнить.

Подалась бедрами вперед.

И снова он шлепнул меня.

Вот так, не балуй. Я здесь хозяин. Я решаю, что тебе дать.

Я согласна была на любые условия, лишь бы эта сладкая пытка закончилась. Но Алекс, похоже, не торопился.

Его пальцы играли со мной. Одной рукой он все еще держал мои запястья. Второй – теребил мой клитор, поглаживал круговыми движениями, пощипывал, то едва прикасаясь, то почти причиняя боль. И от острых ощущений я плавилась, чувствуя, как сознание уплывает за грань.

Не было больше Нади. Рациональной, спокойной, рассудительной Нади. Осталось лишь тело, желающее, чтобы его оттрахали.

– Пожалуйста… о, пожалуйста… – промычала сквозь стон, сама не зная о чем прошу. Чтобы он прекратил? Или, чтобы ускорил движения?

Напряжение внутри меня свилось в тугую пружину.

– Пожалуйста! – вскрикнула, облизывая пересохшие губы.

Только не останавливайся! Только не сейчас!

Алекс будто услышал меня.

Его пальцы ускорились. Напряжение во мне достигло предела. Я выгнулась, ловя последнюю ласку перед тем, как взорвусь.

В этот момент Алекс снова шлепнул меня. Его ладонь резко ударила по промежности, заставляя кричать.

И меня накрыл сумасшедший оргазм.

Волна удовольствия прокатилась по мне, вызывая сладкие судороги.

Я еще слышала их отголосок, когда Алекс внезапно поцеловал меня в ухо и негромко, с легкой усмешкой сказал:

– Мне нравится, как ты реагируешь. Это может быть интересным.

Меня будто льдом окатили.

Потрясенная, я открыла глаза.

Он стоял рядом, по-прежнему безупречный, и смотрел на меня с непонятным выражением. Мне стало не по себе. Я не шевелилась и не проронила ни слова, пока он возвращал мои трусики на место. Только звенящее дыхание заполняло тишину в моей голове.

Потом он помог подняться на дрожащие ноги. Одернул мне юбку, уничтожая последние признаки того, чем мы тут занимались. И сунул мне в руки тот злосчастный документ.

– Иди, сделай, что надо, прежде чем мы пойдем на обед.

Алекс подтолкнул меня в сторону выхода, а сам отвернулся. Через секунду его внимание сосредоточилось на каких-то таблицах на мониторе. А я осталась стоять, будто оплеванная, комкая в руках документы.

Господи… что я наделала?

На негнущихся ногах, с трудом держа спину прямо, покинула его кабинет.

В ту минуту я чувствовала себя настоящей дешевкой. Шлюхой.

Закрыв двери, прислонилась к ним спиной и сползла вниз, чувствуя, как слезы берут за горло, как рыдания начинают душить меня.

Дура ты, Надя… какая же дура…

Приятное томление между ног все еще давало о себе знать. И тем хуже. Оно не давало забыть о том, что случилось.

Вот как он действует. Подчиняет себе, заставляет других полностью в нем раствориться… но свое сердце держит на привязи. Всегда хладнокровный и безупречный.

Он настоящий манипулятор. Страшный человек…

И, кажется… я влюбилась в него…

Это было больно осознавать. Нестерпимо больно.

Я рассеянно потерла виски, потом поднялась и быстро направилась в туалет. Нужно было взять себя в руки.

Он сказал «никаких отношений», только бизнес, только деловой договор. Но то, что сделал со мной, не входило в рамки нашего договора. Алекс просто использовал меня. А я безропотно дала ему это сделать. И наслаждалась собственным падением.

Так почему же сейчас плачу? Почему мне так горько?

Склонившись над раковиной, глянула на себя в зеркало. Две слезы прочертили мокрые борозды от глаз до подбородка. Я позволила им упасть. Позволила боли выжечь мое нутро. А потом сделала несколько глубоких вдохов, очищая сознание.

Я знала, что может случиться, стоит ему лишь дотронуться до меня. Знала, что должна была сказать «нет», и все равно ответила «да».

Теперь мне было стыдно.

Теперь я знала, что ждет того, кто рискнет влюбиться в Алекса Рэнгольда.

Перед этим мужчиной невозможно устоять. Он все равно сделает с тобой, что захочет.

Самый лучший оргазм в моей жизни стоил мне боли и унижения, которые я переживала теперь.

Открыв кран с холодной водой, я быстро умылась, стирая с лица следы слез.

Решение было простым и единственно правильным. Я доработаю до конца испытательного срока и уйду. Это все, что могу сделать, чтобы не упасть в своих глазах еще больше. Все эти игры и манипуляции не для меня.

Алекс вышел из кабинета спустя полчаса, набросив на плечи плащ.

Он шел, печатая каждый шаг, размашисто и целеустремленно, заставляя пространство расступаться перед ним. Его лицо, столь невероятно красивое, застыло каменной маской. Глаза смотрели жестко и цепко.

Он казался таким суровым, неприступным, замкнутым в своей скорлупе. Невероятно, чтобы такой человек был способен о ком-то заботиться или кого-то любить…

Я сидела в своем кресле, ожидая его. Когда он вышел, то не сразу заметил меня, и это дало мне возможность понаблюдать за ним пару секунд.

Мне показалось, что под ледяным панцирем прячется что-то еще. Что-то, что Алекс Рэнгольд ревностно оберегает от всех.

И в тот момент я поняла. Алекс Рэнгольд держал свой мир под контролем, чтобы защитить себя. Он никого не любил, потому что не хотел, чтобы люди к нему приближались. Не хотел привязываться и привязывать. Он четко разграничил секс, отношения и любовь, оставив себе только первое. И никогда не смешивал секс с работой.

До меня.

Что же случилось теперь?

Какими бы ни были причины его поступка, я не желала в них ковыряться. У меня оставалась неделя, и я решила прожить ее с тем же невозмутимо-спокойным выражением на лице, что и он.

Алекс молча приблизился. Я поднялась, накидывая пальто.

Мне пришлось сделать усилие, чтобы сохранить равнодушие.

Он слегка нахмурился, оглядывая меня, потом произнес:

– Готова? Это все твои вещи? Или что-то осталось?

Его взгляд упал на сумку в моих руках.

– Эм-м… да, а в чем дело?

– Ты не вернешься. Если хочешь забрать ноутбук, то лучше сделай это прямо сейчас.

Мое горло сдавило.

– Я уволена?

Черт, как трудно оказалось это произнести. Озвучить собственный провал.

Жесткий взгляд заставил меня похолодеть изнутри. А потом лицо Алекса стало серьезным как никогда.

– Нет, с чего ты взяла? Я даю тебе выходной. Можешь провести его, как захочешь. Мне гораздо больше нравится, когда ты выглядишь свежей.

Облегчение затопило меня. Все же, я не была готова снова остаться на улице.

– Ну… если на завтра нет никаких заданий, то ноутбук мне не нужен, – вымучила улыбку. – Хотя… полагаю, быть онлайн очень приятно. Если позволите, я его заберу.

Мой собственный телефон был стареньким и последнее время безбожно глючил. А тот ноут, что дала Минди, я давно ей вернула.

– У тебя дома нет компьютера. Почему?

Вопрос Алекса прозвучал неожиданно.

Наверно, он думал, что у всех в этом мире есть куча денег, чтобы покупать себе подобные вещи.

– Он сломался.

Внезапно мне в голову пришла одна мысль. Я даже остановилась, перестав запихивать ноут в предназначенную для него сумку.

– Мистер Рэнгольд, а он будет работать за пределами вашей сети? У него нет специального шифрования или чего-то подобного?

– Надя, мы не ЦРУ, – произнес он суровым тоном.

– Да? А очень похоже, – пробормотала, проталкивая ноут внутрь сумки.

И поняла, что Алекс все слышал.

Плевать.

Застегнула чехол, перекинула ремень через плечо.

Алекс засунул руки в карманы и двинулся к выходу. Ни одно его слово не нарушило тишину, пока мы спускались на лифте. Так же молча пересекли вестибюль и вышли на улицу.

Алекс двигался с целеустремленностью танка. И он даже не взглянул на меня, когда придержал мне двери.

Он ни слова не сказал о том, что случилось. Как будто и не было ничего. Либо знал, что я все еще мучительно пережевываю это внутри, либо ему действительно было плевать.

Для меня это было одно и то же. Я тащилась позади, сверля спину Алекса злым, отчаянным взглядом и мечтала залепить ему пощечину.

На улице нас встретил тихий октябрьский день. Солнечный свет, шелест опавших листьев по тротуарам…

Одно я знала наверняка: если бы мы вдвоем пошли на обед, я бы расплакалась.

Мне нужно время, чтобы нарастить броню. Чтобы стать такой же, как он, невозмутимой и бессердечной.

– Ну, раз у меня выходной, то я могу быть свободна? Прямо сейчас? – осведомилась, когда его рука легла мне на спину, направляя направо.

Он остановился.

Не желая встречать его взгляд, я сделала вид, что разглядываю деревья вдоль улицы.

– Я отвезу тебя домой.

– Нет, не стоит так утруждаться.

Шагнула в сторону, сознательно увеличивая расстояние между нами.

– Надя, сейчас середина дня. У меня есть свободное время.

«Надя»…

Стоило ему произнести мое имя таким мягким и в то же время безоговорочным тоном, как все мои попытки сохранить спокойствие рухнули.

Он был мне нужен.

Я желала его, как и прежде. Едва ли не больше.

Меня нестерпимо тянуло прикоснуться к нему.

Я нуждалась в его защите. Защите он него самого. И мне нечего было защищать, кроме самой себя.

Моя самая большая ошибка была в том, что я вообще встретилась с ним.

– Хорошо, – он вздохнул. – Я вызову машину. Нет необходимости трястись в общественном транспорте, когда тебе это не нужно.

Я закрыла глаза, ненавидя себя, и кивнула.

К глазам подкатили слезы. Пришлось быстро отвернуться, чтобы Алекс ничего не заметил.

– Дилан, мне нужна машина. Отвезешь мисс Майерс домой.

Алекс отдавал в телефон четкие инструкции.

По крайней мере, я думала, что в телефон, однако не могла видеть, потому что стояла к нему спиной и моргала изо всех сил, позволяя осеннему воздуху высушить слезы.

Мгновение спустя его голос смягчился.

– Надя, посмотри на меня.

Он положил руку мне на плечо, заставляя повернуться. Но я не хотела. Последнее, что мне было нужно – это видеть его лицо.

– Надя…

Он замолчал и убрал руку, когда черный Ленд Ровер показался из-за поворота и продрейфовал к нам по улице. Автомобиль остановился, вспыхнув передними фарами. Дилан – водитель Алекса – опустил затемненное стекло и глянул на нас.

– Я был рядом в переулке, сэр, – пояснил он, давая задний ход и разворачивая машину.

– Думаю, тебе не помешает хорошо пообедать, – Алекс снова коснулся моей спины, и от этого прикосновения меня ударило током.

Я отпрянула. Быстро шагнула к машине и, не оглядываясь, забралась в салон.

Хорошо, что все стекла в салоне были тонированными. Это дало мне ощущение уединения и позволило немного расслабиться. Я заботливо уложила ноут рядом с собой, не желая думать о синих глазах.

Через минуту моя дверца закрылась. После чего водитель вернулся на свое место, и Ленд Ровер мягко отошел от бордюра.

Не удержавшись, я бросила в окно быстрый взгляд.

Алекс стоял на тротуаре, наблюдая за нами. Засунув руки в карманы и со странным выражением на лице.

 Глава 16

– Мистер Алекс удивительный человек, – сообщил Дилан, не отвлекаясь от дороги. – Ты никогда не знаешь, что он думает, но он всегда подтверждает свои мысли делами. Без слов. Мы, мужчины, любим обещать. Особенно, если женщина готова слушать. Но мистер Алекс совсем не такой. Он ничего не обещает. Никому. Но делает все, что задумал. И он всегда помнит о тебе: на Рождество, День Благодарения, твой юбилей и прочие праздники. Он не предупреждает заранее, просто ты получаешь подарок – и все. В прошлом году он подарил нам с супругой отпуск в Майами-Бич в честь годовщины нашей свадьбы. Он хороший человек, но мало кого к себе подпускает.

– Зачем вы сказали мне это?

Я вернулась к созерцанию улицы за окном. После случившегося мне было не до светских бесед, но разговор с Диланом мог отвлечь от бессмысленного самобичевания.

– Ну, я вас понимаю, мисс Майерс.

– Сомневаюсь.

– Поверьте. Я хочу сказать, что знаю мистера Алекса и то, какое впечатление он производит. Он никогда не скажет «спасибо» или «пожалуйста». Он вообще не умеет просить. Каждая его просьба это приказ. И вас это сбивает с толку.

Мои губы сложились в кривую усмешку:

– Даже полный придурок и тот знает слово «пожалуйста». Простите за выражение. Это банальная вежливость, которую прививают в детстве. Но меня не волнуют детали воспитания мистера Алекса. Не думаю, что надолго задержусь в Рэнгольд Коммуникейшн.

– Вас не устраивает политика компании? – он бросил на меня быстрый взгляд в зеркало заднего вида.

– Нет. Меня не устраивает политика мистера Алекса. Но я не собираюсь обсуждать это с вами.

Да, я не собираюсь обсуждать с шофером выверты его нанимателя. И я не могу работать с человеком, который то молча задирает мне юбку, то так же молча отправляет работать. И все это с таким видом, будто ничего особенного не происходит.

Ах, да. Ничего же особенного и не произошло. Ну, подумаешь, довел наивную влюбленную дурочку до оргазма на рабочем столе. Сколько у него таких дур?

Я невольно вспомнила женщин, что сидели под его кабинетом. Холеные, сытые кошки. Они были бы не против подобных знаков внимания.

Это я раздуваю проблему на ровном месте.

Но как тогда быть с пунктом о недопустимости сексуальных поползновений?

Ответ пришел сам собой, и я едва не расхохоталась от его очевидности.

Дура. Я действительно круглая дура.

В контракте ничего не сказано о том, что этот пункт работает в обе стороны. Нет, там было ясно написано, что он имеет отношение только ко мне.

Ленд Ровер свернул на знакомую улицу и через несколько минут притормозил у моего временного пристанища. Компания предоставила мне квартиру в жилом комплексе в двух кварталах от офиса. Но у меня были основания подозревать, что без Алекса здесь не обошлось.

Дилан припарковал автомобиль у крыльца, не слишком заботясь о незаконности такой парковки. Обошел машину и открыл мою дверь.

– Приехали, мисс Майерс. Давайте я помогу вам донести ноутбук.

– Нет, спасибо, я могу и сама, – ответила, выбираясь наружу.

– Вы уверены? – он с сомнением глянул на мои каблуки. – В такой обуви не слишком-то удобно носить тяжелые сумки.

Я рассмеялась, пряча за смехом внезапно подкатившие слезы.

Эти неожиданные доброта и внимание так контрастировали с бездушием Алекса, что у меня защемило внутри. Боль усилилась, стоило лишь припомнить тот равнодушный взгляд Алекса, когда он опустил мою юбку и отвернулся к компьютеру. То, что было на мониторе, интересовало его куда больше, чем я. А потом он вообще отвернулся, будто я просто принесла ему кофе…

Я кусала губы, не позволяя себе расплакаться, когда Дилан по-отечески похлопал меня по плечу.

– Не плачьте, мисс Майерс.

Он неожиданно захватил меня в медвежьи объятия, едва не сломав мне спину.

– Что бы он ни делал, знайте, что он не такой. Верьте мне. Когда-то я сам хотел вскрыть ему череп и добавить немного мозгов. Но он просто не умеет иначе. Не умеет выражать свои чувства так, как мы ждем от него. Я не знаю, что сделало его таким, могу только догадываться.

Я посмотрела ему в лицо. Дилану было лет сорок на вид, и у него были добрые глаза. Именно добрые, без притворства.

– И… что же?

– Я думаю, он не хочет снова страдать. Знаете, такие мужчины не говорят о своих неудачах, но они тоже страдают. И даже сильнее обычных людей.

Алекс? Страдает? Да ему хоть известно значение этого слова?

– О каких страданиях вы говорите?

– О сердечных. Мистер Алекс закрылся, потому что не хочет, чтобы его снова разводили на чувства. Ну, я так думаю.

Мой хриплый смех заглуши последние слова Дилана.

Для меня понятия «чувства» и «Алекс Рэнгольд» были так же несовместимы, как «Алекс Рэнгольд» и «страдания».

– Спасибо, – прохрипела сквозь смех, – мне уже легче.

– Просто нужно к нему привыкнуть.

– Попробую. – Выпутавшись из его объятий, я улыбнулась. – И зовите меня просто Надя.

Дилан усмехнулся и кивнул:

– Надя, так Надя. Но только когда босса нет рядом. У него особый пунктик на этот счет. Все должно быть по протоколу. Именно поэтому у меня такой шикарный костюм, – он щелкнул себя по лацкану. – Я, конечно, не нуждаюсь в таком костюме, это дорого для простого водилы. Но, черт возьми, почему бы и нет, если босс платит? Вот что я думал, когда покупал эту одежду.

Он двинулся вслед за мной к дверям квартирного комплекса, неся мой ноутбук. Я уже не возражала против помощи.

– И кстати, мистер Алекс сказал, чтобы я присматривал за вами, юная мисс. Это мой номер, – Дилан всунул мне в руку визитку. – Если вам нужно куда-то ехать, вы должны просто позвонить мне. Больше никаких автобусов или такси.

Пробормотав слова благодарности, я забрала свой ноутбук и нырнула в спасительный полумрак парадной. Уже там, когда захлопнулась дверь и раздался звук отъезжающего автомобиля, я вытерла набежавшие слезы.

Теперь у меня были целые сутки, чтобы придумать план, в котором мне не придется страдать всю предстоящую неделю.

– Минди?

Я сидела у себя на кровати, глядя на закрытый ноут, когда раздался звонок. Вместо ответа в трубке раздались уличные шумы. Через мгновение я услышала голос Минди.

– Извини, меня отвлекли. Я сейчас в кафе, жду свой заказ. А ты, как мне сказали, отлично справляешься с новой работой?

– Тебе Алекс это сказал? – я не смогла удержать вспыхнувшей обиды, и она прорезалась в голосе.

– Нет. Мне сказала Луиза. Она была одной из тех девушек, что приходили вместе с тобой. Лу давно работает в этой компании и у нее есть кое-какие связи. И она знает, что у босса новый «assistant personnel», – закончила она в нос, перейдя на французский. Вероятно, пародируя ту самую Луизу.

Да, я вспомнила эту девушку. И ее лаковые туфли от Валентино.

– Я не знаю, – призналась после минутной заминки. – Не знаю, сколько смогу продержаться.

– В чем дело? – голос Минди тут же стал собранным и деловым.

– Алекс. Он слишком… подавляет меня. И он… черт… ты знала, что у него презервативы в рабочем столе?

Минди хмыкнула:

– Тебя это смущает? Что такой мужчина, как он, иногда расслабляется в своем кабинете?

– Нет, мне все равно, чем он там занимается, – процедила сквозь зубы. – Лишь бы это не касалось меня.

– Ой ли? Надя, ты сама себе веришь? Что-то мне подсказывает, что ты чего-то не договариваешь?

Я набрала побольше воздуха в легкие, как перед прыжком. Признаться Минди в своем нездоровом увлечении боссом? Рассказать, что между нами произошло?

А кому я еще могу рассказать? И сколько еще буду носить это в себе? Мне просто необходимо выговориться, может тогда станет чуточку легче!

– Минди… – мой голос упал до шепота, и я буквально почувствовала, как подруга на том конце линии напряглась.

– Что?

– Кажется, я влюбилась в него.

– Охренеть… Детка, да ты зверь…

– Угу.

– Но ведь это не все, что ты хотела сказать?

Я колебалась. Говорить ей о случившемся в кабинете или нет? Потом все же решилась.

– Он почти трахнул меня. В своем кабинете.

Минди присвистнула. Причем в этом свисте в равной доле смешались потрясение и восхищение.

Чем она восхищалась, я так и не поняла.

– А почему «почти трахнул»? Что ему помешало?

– Это все, что тебя интересует? – буркнула я с обвинением.

– В данное время? Да.

– Ничто. Видимо, я просто недостаточно хороша.

– Так что же случилось на самом деле?

Я рассказала. Кратко, не вдаваясь в подробности и стараясь не слишком копаться в собственных чувствах. Только факты.

– Теперь понимаешь? – закончила свой рассказ. – У меня есть неделя, чтобы принять окончательное решение. И если останусь, мне придется переехать к нему. А я не смогу… не смогу работать с ним и оставаться нейтральной после такого. Это же невозможно. В общем, я решила уйти…

– Ты серьезно?! – взвизгнула она.

Я вздрогнула и отдернула телефон от уха. Когда Минди немного успокоилась, я вернула трубку на место.

– Надя! Даже не вздумай! Ты представить себе не можешь, как тебе повезло. Да я бы… я бы… полжизни бы отдала за такую возможность! Это же все: деньги, карьера, признание. Это твое будущее!

– А как насчет моих чувств?

– Господи, боже ты мой! Ну не изнасиловал же он тебя, в самом деле! Ты же сама сказала, что тебе понравилось!

– Понравилось, – созналась, больше самой себе, чем подруге.

– Ну вот! Ты же могла в любой момент остановить его, сказать «нет», но не сделала этого. Почему? Потому что сама хотела!

Аргумент был железобетонный.

Минди была права. Целиком и полностью. Если бы я не давала Алексу повода, он бы не позволил себе чего-то подобного, я в этом уверена. И в то же время, надевая в тот день на работу провокационную юбку и те чулки… Я делала это сознательно. Я хотела, чтобы он заметил меня.

Но я не была готова к тому, как он поступит потом. К его равнодушию.

– Ладно. Я подумаю над твоими словами. Но есть еще кое-что.

– Выкладывай.

– Когда… когда все закончилось… – я с трудом проглотила слюну, ставшую вдруг горькой и вязкой. – В общем, после всего он сделал вид, будто ничего не случилось.

– В смысле?

– В прямом. Отвернулся к своему компу и все. Ни взгляда, ни слова, будто я испарилась. И потом, в приемной, когда мы собирались идти на обед. Он вел себя так, что я начала сомневаться, а не приснилось ли мне все это…

– Ну, тут тебе не в чем себя винить. Алекс такой и есть. Поверь. Я-то знаю. Он из тех парней, что просто встают с кровати, одеваются и уходят. И ты никогда не знаешь, что у него в голове.

Ее слова позволили мне выдохнуть с облегчением. Значит, дело не во мне, дело в нем.

– Черт, мне стало легче. Честно. А то чувствовала себя использованной салфеткой. Молча поднял со стола, молча поправил мне юбку и отвернулся. Тут чего только себе не придумаешь.

– Он поправил твою одежду? – в голосе Минди послышалось замешательство.

– Эм… что ты имеешь в виду?

– Обычно он не проявляет даже такой заботы. Может раздеть, если это является частью игры. Но не больше.

– Даже так? – я хмыкнула, представив себе эту картину.

– Да. Я знаю одну девушку, когда-то она предоставляла ему услуги… ну, знаешь, сексуального характера. Она очень дорогая и не каждому по карману. Так вот, она говорила, что закончив сессию, он просто выходит из комнаты – и все.

Упоминание о других девушках неприятно кольнуло. Но незнакомое слово отвлекло мое внимание.

– Подожди, закончив – что?

– Сессию. Ты не знала? Алекс доминант, он практикует БДСМ.

Если бы я стояла то, наверное, ноги бы меня подвели.

Стиснув телефон вспотевшей ладонью, я прошептала:

– Что? Алекс – кто?

– Дом. Погугли, если не знаешь что это такое.

Нет, кое-что я конечно знала. И «Пятьдесят оттенков» читала когда-то, и Эву Хансен… Но читать о том, что происходит где-то и с кем-то это одно. А столкнуться с персонажем подобной книги самой…

Сглотнув, я свободной рукой потерла горло.

Зато теперь все стало на свои места. И жесткий магнетизм Алекса, и команды, которым невозможно сопротивляться, и даже шлепки, которыми он довел меня до оргазма. И его фанатичное желание все держать под контролем.

– Он… черт… не хочу участвовать в этом шоу. Это не для меня.

Минди молчала, видимо, обдумывая мои слова. Потом осторожно произнесла:

– Послушай, все не так страшно…

Я даже представила, как в ее голове сейчас крутятся шестеренки, выдавая аргументы один за другим.

– Надя, он не извращенец и не психопат. Он просто из породы одиноких волков. Многие бизнесмены такие. Он полностью сфокусирован на бизнесе, и у него не остается времени на что-то еще. Да, он предпочитает не помнить, что у людей больше эмоций, чем у компьютеров. Но это не имеет отношения к тебе лично. Свои темные желания он осуществляет только с теми, кто готов их принять. И если ты не захочешь… поверь, он не станет принуждать тебя силой. Он не сделает ничего, что могло бы тебе навредить.

Мне хотелось ей верить.

Я откинулась спиной на кровать и уставилась в потолок.

– Все равно, – выдавила через силу, – он кукловод. Относится к другим людям, как к вещам и обращается с ними так же. То, что рядом с ним живой человек, у которого есть собственные чувства, он даже не задумывается. А я слишком чувствительна к подобным махинациям.

Некоторое время мы с Минди молчали. Я не знала, о чем она думала в тот момент, но мне хватало своих переживаний.

Наконец, она тихо произнесла:

– Это из-за Джейсона, да? Джейсона Арчера. Ты до сих пор не можешь забыть, что он предал тебя?

Я невесело усмехнулась.

– Предал? Нет, Минди, это совсем другое. Но ты права, мне везет на таких ублюдков, как Джейсон.

– Знаю, он плохо относился к тебе, но…

– Это в прошлом. Не хочу вспоминать о нем.

Я сказала ей правду. Воспоминания о Джейсоне и неудачной связи с ним еще жили где-то в глубине моей памяти. Но чувства уже ушли. Боль, обида, разочарование – все, что он оставил после себя, уже притупилось. Рана понемногу зарастала. Но я знала, что шрам останется навсегда и не хотела сейчас его бередить.

– Так что ты собираешься делать? – голос Минди отвлек от неприятных воспоминаний. – Уйти?

– Да. У меня осталась неделя, которую я обязана отработать.

– Хорошо, – вздохнула подруга, соглашаясь со мной. – Я поговорю с отцом. Кажется, у него в компании скоро освободится место web-менеджера. Попрошу оставить его для тебя, если ты точно решила уйти из Рэнгольд Коммуникейшн.

– Точно. Просто не знаю, как переживу эту неделю… Не представляю, как буду смотреть в глаза…

– А ты не смотри. Просто не смотри на него – и все. Не может ведь он заставить тебя, если ты не захочешь.

– Ты права.

Алекс слишком великолепная и слишком опасная добыча для такой провинциальной дурочки, как я. Мне не нужно было начинать эту игру. Но я уже обожглась.

– Давай, детка, ты справишься с этим, как и со всем остальным, – подбодрила Минди. – Ты выплывешь. Просто нужно держать выбранный курс.

В трубке раздалось жужжание входящего сообщения. Я глянула на экран.

Незнакомый номер прислал смс: «Это Дилан. Звони, как понадоблюсь».

Мои губы расплылись в улыбке. Я и забыла, что он не дал мне свой телефон. А он вспомнил.

– Ладно, – нужно было заканчивать разговор. – Мне надо сходить в магазин, если я хочу поужинать перед сном.

– Подожди. Я совсем забыла, что хотела сказать! Завтра Адам организует небольшую вечеринку только «для своих». Придешь?

– Если там не будет Джейсона.

– Не будет. Я попросила Адама не приглашать его. После того, как он с тобой поступил, мне тоже не хочется видеть его.

– Хорошо. Я приду.

– В семь, не забудь!

– Не забуду!

Смеясь, она положила трубку.