355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ричард Авлинсон » Шедоудейл » Текст книги (страница 6)
Шедоудейл
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 04:45

Текст книги "Шедоудейл"


Автор книги: Ричард Авлинсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

У Сайрика осталось времени только на то, чтобы отметить, что создание не истекало кровью из своих пустых глазниц, прежде чем оно ударило по одной из его призрачных фигур. Вор увернулся и использовал свой ручной топор, чтобы рубануть создание.

Келемвор, стоя рядом с Миднайт, Кайтлан, и Адоном, наблюдал как белокожее существо атакует Сайрика. Затем он услышал низкое рычание и повернулся, оказавшись лицом к лицу с двумя желтыми псами, у каждого из которых было три головы и восемь паукообразных ног. Псы разделились и перешли в наступление. «Адон! Миднайт! Спина к спине. Мы должны защитить Кайтлан!» Жрец и чародейка тот же час отреагировали, образовав с Келемвором треугльник с Кайтлан в центре. «Кайтлан, пригнись к земле, обхвати колени руками и уткнись в них лицом. Не смотри по сторонам. Будь готова бежать, если мы падем».

Кайтлан без вопросов сделала как ей и было сказано. Со своего места, пригнувшись к земле, глядя между сапог Келемвора, в лесу на увидела еще больше псов – некоторые просто ждали, другие атаковали белокожих существ. Один из паукообразных псов, пригнувшись к земле, двигался прямо на Кайтлан. Она сожмурила глаза и склонив голову, вознесла молитвы своей госпоже, прося об их спасении.

Миднайт приготовилась произнести защитное заклинание и также вознесла молитву, чтобы оно не исказилось. Магические снаряды могли не остановить тварей, а использовать что-либо более могущественное, как например огненный шар Миднайт не смела, опасаясь, что он может отразиться и убить ее друзей. Поэтому она попыталась вызвать декастейв – магический посох – использовав для заклинания упавшую ветку.

Чародейка закончила свое заклинание как раз в тот момент, когда первый из псов прыгнул на нее.

Ничего.

На какой-то миг Миднайт почувствовала зловонное дыхание средней головы создания, и три пасти распахнулись чтобы разорвать ее плоть. В этот момент Адон бросился на пса, сбив его прежде, чем он смог добраться до Миднайт. Адон и паукообразная тварь упали на землю – пес попал в грязную яму, яростно барахтая ногами в попытке освободиться.

Адон посмотрел вверх и закричал, – «Миднайт, Кайтлан, в сторону!»

Второй пес бросился на Келемвора. Он низко пригнулся и пропорол живот, пролетающему мимо него животному. Миднайт схватила Кайтлан и отскочила в сторону с того места, на которое приземлился Келемвор, примятый весом пса.

Келемвор вскочил, вытаскивая меч из тела пса. Пока он это делал, то успел отметить, что вторая тварь похоже сильно завязла в луже грязи. Воин подошел к твари и перерубил ее, покончив тем самым с ее страданиями и опасностью, исходившей от нее. Прежде, чем умереть создание хныкнуло еще раз и погрузилось в слякоть.

У края поляны бродило еще больше паукообразных псов, но наученные горьким опытом своих сотоварищей, обретших смерть от меча Келемвора, они занимали себя тем, что атаковали белокожих существ, вылезавших из мертвых деревьев.

«Адон, быстрее. Помоги Сайрику!»– закричал Келемвор, когда еще одно белокожее создание двинулось в сторону вора.

Миднайт зашипела, – «Если у тебя есть пара трюков в запасе, Кел, то думаю, сейчас самое время использовать их!»

«Никогда не проси о том, что я не смогу дать», – проревел воин и мотнув головой, бросился к трем белкожим созданиям, избежавших челюстей псов. Кайтлан стояла между Келемвором и Миднайт. Келемвор знал, что лучшее, на что они могли надеяться, было держать созданий подальше от девочки, как можно дольше.

В нескольких футах от них, Адон пробирался через море из частей человеческого тела, лежавших в куче, вокруг Сайрика, сражающегося с очередной белокожей тварью. Она заметила Адона, открутила свою собственную голову и бросила в юного жреца. Голова, с открытой челюстью летела в Адона, он увернулся от нее, сделав шаг в сторону. В следующий миг он взмахнув молотом, избавил Сайрика от когтистой руки, пытавшейся схватить его за глотку.

Рука лопнула от удара, и Адон резко повернулся, услышав внезапный шипящий звук у своего уха. Отделенная голова застыла в воздухе рядом со жрецом, на ее лице сияла улыбка, обнажающая ряд острых зубов.

«Это не люди», – закричал Сайрик. «Они даже не живые, по-крайне мере не так, как мы думали об этом. Это разновидность растений, принявших облик людей!»

Голова застывшая рядом с Адоном издала странный звук, похожий на смех.

Адон медленно попятился назад, не сводя при этом взгляда с головы, и занес свой молот. Голова бросилась на жреца, но он ударил ее прежде, чем она успела долететь до него. Громко застонав, она упала на землю.

Спустя мгновение, после того, как он уложил голову, Адон заметил что все три гуманоида посмевших напасть на Келемвора лежали на земле грудой копошащихся, безжизненных кусочков. Но к Келемвору и Миднайт приближалась еще одна группа созданий, а позади, из леса, выползала еще дюжина подобных тварей.

Миднайт приказала своим друзьям встать у нее за спиной и попыталась вновь произнести заклинание. Она начала раскачиваться и слова ее заклинания перекрыли невнятное бормотание приближающихся созданий. Внезапно раздалась ослепительная вспышка и из ее рук вылетел залп бело-голубых зарядов, ударив по всем гуманоидам в поле зрения. Поток магии казался бесконечным, и даже Миднайт казалась удивленной эффектом своего заклинания. Стрелы магического света пронзили созданий словно кинжалы, и монстры точас прекратили свою атаку.

Затем эти мерзкие твари начали извиваться. Они смотрели на небо, потом на себя, и затем стали падать, один за одним, их плоть теряла свой человеческий вид и обнажалась их истинная природа. Из их тел вылезали корни, вползали в землю, и мгновение спустя, все что осталось от созданий – лишь сплетение черных и белых побегов.

Миднайт посмотрела на свой кулон и заметила несколько крошечных молний игравших на его поверхности, которые тут же исчезли. Она почувстовала себя уставшей.

Когда их жертвы оказались уничтожены, паукообразные псы начали вылезать из леса и подступать к героям. Здесь было больше созданий, чем Келемвор мог представить себе – на поляну вышло минимум двенадцать тварей.

Внезапно, нечто странное привлекло взгляд Миднайт – неясное движение силуэта размером и очертаниями с всадника на лошади. Затем молниеносный всадник оказался рядом с ними, кружа вокруг отряда с невероятной скоростью. Миднайт ощущала себя словно в центре водоворота. Внезапно раздалась яркая желтая вспышка, и она поняла что всадником был Адон. Но как он делал это?

Миднайт оторвалась от своих раздумий и посмотрела на Адона, который вырвался из защитного круга, который он создал вокруг героев и бросился на паукообразных псов. Он проскакал сквозь псов, его боевой молот срубал опешивших созданий словно серп пшеницу, и через несколько секунд паукообразные псы предпочли вернуться обратно в лес.

Но даже когда угроза миновала, Адон и его лошадь продолжали двигаться с невероятной скоростью, пока не исчезли в лесу. Было очевидно, что Адон потерял контроль над магией, которую он применил.

«Во имя Мистры, ты все же загонишь меня в гроб», – воскликнула Миднайт, бросившись вслед за жрецом.

С неба начал литься ледяной дождь и лавируя между деревьями, Миднайт чувствовала как капли стекают по ее лицу, а в спину дует порывистый ветер.

Адон с безумно колотящимся сердцем после дикой скачки, понял что его легкие не могут вдохнуть воздух и он потерял свой контроль за лошадью. Он дал животному немного снадобья скорости, единственный предмет, который он смог утаить при тщательном обследовании Келемвором всех предметов каждого из участников отряда. Адон знал, что нехорошо утаивать такие вещи, но он также знал, что снадобье было даром богини Сан, и лишь ее мудрость направит его руку, когда нужно будет использовать его.

Тем не менее, когда паукообразные псы приготовились к нападению, и Адон не получил знака от своей богини, он испугался и взял дело в свои руки. Он напоил лошадь снадобьем, но прежде чем он сам успел сделать хоть один глоток, животное пришло в движение. Затем маленький флакончик вылетел из его рук.

Теперь, когда из-за безумной скорости он не мог вдохнуть и был почти без сознания, Адону явилось видение – прекрасное женское лицо, образовавшееся из пятен света, мелькавших вокруг него. Женщина протянула свои руки и коснулась его лица, словно даруя ему уверенность в своих силах, которые он должен потратить на открытие новых чудес Сан.

«Он ранен не очень серьезно», – сказала Миднайт.

Адон моргнул, и иллюзия движения начала исчезать. «Я принял тебя за Сан», – сказал он.

«Он выглядит сбитым с толку», – сказал Келемвор.

«Да», – сказал Сайрик. «Но разве в этом есть что-то новое?»

Внезапно образы прояснились, и Адон обнаружил лица своих друзей, напряженно вглядывающихся в него. Вокруг был лес, хотя Адон был уверен, что на пути к замку лежали только равнины. Сквозь кроны деревьев, некоторые из которых выглядели довольно странно, просвечивались крошечные красные вспышки.

«Миднайт, ты…ты, спасла меня!»– пораженно воскликнул Адон, на его лице расплылась довольная улыбка.

«Ты упал с лошади», – сказала Миднайт. Седло Адона и его припасы лежали на дороге рядом с ним. Миднайт осмотрела седло и заключила, что его ремни попросту не выдержали бешеной скачки и разорвались.

Внезапно жрец пришел в ужас. «Мое лицо! Оно не…»

«Не повреждено», – устало сказал Сайрик. «Такое же как и всегда. Теперь объясни нам, что это было».

«Я не понимаю…», – сказал Адон, стараясь выглядеть как можно более невинно.

«Ты мчался словно ветер, Адон. Ты казался не больше чем пятном, когда скакал на лошади», – сказал Келемвор. «Я думал, что это твоя магия подвела тебя…»

«Ну, я бы не назвал это так», – сказал Адон.

«Мне не важно, как ты назовешь это. Что ты скрыл от нас?»

Миднайт наклонилась и помогла жрецу подняться на ноги. «Не будь глупцом, Келемвор», – сказала она. «Это очевидно, что он не может объяснить что случилось, и никто не сможет объяснить, те безумства которые творятся в Королевствах с тех пор как боги спустились с небес».

Келемвор покачал головой. «Тогда в путь?»

Адон благодарно кивнул и все, за исключением Миднайт вернулись к лошадям. «Это была ошибка, Адон». Миднайт говорила еле слышным шепотом. Жрец попытался заговорить, но Миднайт перебила его. «Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы понять. У тебя еще есть снадобья?»

Адон склонил свою голову. «У меня было одно. Теперь его нет».

Миднайт нахмурилась. «Еще какие-нибудь сюрпризы?»

Адон встревожился. «Нет, Миднайт! Клянусь самой Сан!»

«Использование магии может отослать тебя к Сан быстрее, чем ты сам того желаешь, Адон. Точнее, ты мог убить нас всех».

«Пожалуйста, не говори Келемвору. Он живьем сдерет с меня кожу!»– прошептал Адон.

Миднайт улыбнулась. «Мы не можем допустить этого», – сказала Миднайт и пошла к своей лошади.

«Конечно, нет», – сказал Адон. Он наклонился и начал собирать свои вещи.

«Пойдем», – сказала Кайтлан жрецу. «Мы должны отправляться в путь незамедлительно!»

«Но мы же заблудились!»– воскликнул Адон.

Внезапно, словно в ответ на слова жреца, деревья начали сморщиваться и исчезать. Через несколько секунд дорога вновь была свободна и дождь прекратился.

«Хвала Сан!»– сказал жрец и бросился к остальным.

Так как его лошадь исчезла, то Адону пришлось ехать вместе с Келемвором. Сначала он хотел было ехать с Миднайт, чтобы у них была возможность продолжить их беседу, но Миднайт подозрительно посмотрела на него и Адону пришлось отказаться от этой идеи. Вместо этого с чародейкой поехала Кайтлан. Так как обе лошади с припасами погибли, то отряд вынужден был распределить уцелевшие припасы между оставшимися лошадьми.

Миднайт вела свою лошадь под уздцы, пока они не отошли от места схватки на милю. Некогда живой лес превратился в груды гниющего мусора. Миднайт предположила, что к утру от леса останется лишь пыль и сухая земля, как и было до их появления.

Герои разбили лагерь под звездами, и наскоро перекусив, устроились на ночлег. Здесь не было никаких споров.

Хотя он не думал поворачивать назад, было ясно, что Сайрика волнуют те странные события, с которыми они сталкивались весь день. Однако, вместо того, чтобы поговорить о схватке, вор собрал все свои одеяла и пошел спать сразу после еды.

Прежде чем лечь спать, Келемвор наблюдал как Кайтлан сидит в одиночестве, вглядываясь в горизонт. Девочка почти не разговривала после нападения в лесу, и Келемвору оставалось лишь гадать, что сейчас видит она, что не доступно его взору. Иногда Кайтлан казалась лишь испуганным ребенком, но временами ее ум и решимость напоминали проверенного в боях полководца. Эти противоречия сбивали с толку.

Сам Келемвор всегда отвергал брать бразды правления в свои руки. Он испытывал неудобство, если ему приходилось отвечать за кого-то еще кроме себя. Тогда почему он согласился на это путешествие с верой, что он единственный человек, который может возглавить этот поход? Келемвор говорил себе, что он пошел на это из-за скуки, именно она заставила его принять это дело и покинуть Арабель. Он нуждался в приключении. Он должен был оставить размеренную, цивилизованную жизнь в городе позади себя. Но была и другая причина.

Она может вылечить тебя, Келемвор.

Воин знал, что лучше всего было вцепиться в призрачную надежду, чем принять реальность и обнаружить себя наполненным отчаянием. Он мог только надеяться, что Кайтлан сказала правду.

Мысли Келемвора еще долго блуждали в этом русле, пока он наконец не погрузился в глубокую дрему и ему не привиделся сон об охоте.

Миднайт первой встала на стражу, ее чувства были слишком встревожены, слишком напряжены, чтобы позволить ей заснуть или даже расслабиться.

Пока она сидела, вслушиваясь в звуки ночи, чародейка размышляла над странным поведением Келемвора во время схватки. Во время ужина, воин настоял, чтобы все помогали в приготовлении пищи. После еды, он настоял, чтобы все закопали мусор, чтобы не привлекать падальщиков. Теперь он казался уже совсем не тем человеком, которого она встретила в одной из таверен Арабеля.

Возможно воин осознал, что Миднайт была действительно ценным человеком в отряде, и чувствовал вину за то, что принял ее лишь как последний шанс, заполучить мага в отряд. К тому же была одна вещь, которая объединяла его и Миднайт – необузданный характер, который говорил об их приверженности к кочевому образу жизни и приключениям.

Миднайт порвела следующие четыре часа борясь со своими чувствами к воину и вопросами, касающимися кулона, который врос в ее плоть. Так ее мысли блуждали по кругу часами, пока Адон не пришел сменить ее на посту.

Жрец посмотрел на Миднайт, которая немедленно заснула мертвецким сном, и позавидовал ей. И все же, несмотря на трудности и ужасы, с которыми ему пришлось столкнуться сегодня, несмотря на мерзость воздуха, доносившего до него запах мертвых земель, он знал, что все могло быть еще хуже. В конце концов он был в компании отважных друзей, и он был свободен. Ему уже не грозила опасность быть заключенным в тюрьму в Арабеле или унижение, которое он испытал бы, если Мирмин Лхал отправилась бы напрямую к его наставникам в Храме Сан.

Нет, теперь он был свободен, и был достоен этого.

С другой стороны, всего одна шелковая подушка пришлась бы кстати.

Спальные покои Мирмин Лхал были искусно украшены, их венчал куполообразный потолок, сделаный ярусами сходящихся кругов, которые вились к центру. Прямо посреди комнаты стояло роскошное круглое ложе, в двенадцать футов в диаметре, украшенное красными шелковыми простынями и дюжиной мягких золоченых подушек. В большом числе имелись произведения искусства; некоторые завораживали, другие были просто прекрасны.

Но самое изящное произведение искусства, саму Мирмин, можно было увидеть лишь через черные занавеси, постоянно поддерживаемые лучшими иллюзионистами города, что позволяло ей наблюдать за любым местом, лишь легким движением мысли.

Мирмин поднялась из своей обширной ванны, сделаной из прекрасной кости чужеземными мастерами из далекого Шу Люнга, и сохранявшей тепло благодаря постоянной подаче горячей воды. Самые экзотичные масла и зачарованые специи очищали ее кожу, доставляя ей удовольствие, на которое не способен даже самый пылкий любовник. Она ненавидела оканчивать приемы ванны, но она знала, что нельзя позволить себе заснуть – если только она не хочет стать на утро настолько вялой, что придется отложить все дела на неделю, прежде чем не пройдет эффект и она вновь сможет ясно мыслить.

Мирмин взяла в руки полупрозрачный лазурный халат, мерцающий крошечными звездочками. Она набросила его, и он тут же высушил ее кожу и сделал ей самую величественную и прекрасную прическу.

Халат был подарком могущественного и влюбчивого мага, который посетил город год назад. И хотя магический халат был проверен ее придворными магами, Мирмин боялась, что непредсказуемость магии сделает опасным его использование, и она пообещала себе обходиться без него. Конечно же, она обещала себе это почти каждую неделю.

Если халат убьет меня, – думала Мирмин, – я хотя бы буду прилично выглядеть перед жрецами.

Внезапно она подумала об Адоне, и ее разобрал приступ смеха. Бедняга должно быть сбился с ног, прячась по самым темным уголкам, опасаясь за свою жизнь. Конечно же ему не угрожала настоящая опасность, но Мирмин не могла упустить возможности подставить подножку-другую заносчивому жрецу; по правде говоря она с радостью использовала эту возможность, чтобы вспомнить свой бывший талант обманщицы. Она вздохнула и растянулась на кровати.

Она хотела было позвать пажа, когда она заметила нечто странное – рубины из ее золотого потира пропали. Мирмин поднялась с кровати, ее воинский инстинкт, притупился за годы правления, и она не успела отскочить от человека в черном, бросившего ее обратно на ложе. Она почувствовала вес человека на себе, и руку, прикрывшую ее рот.

«Спокойно, миледи. Я не желаю причинить вам вреда», – сказал человек низким хриплым голосом. Мирмин сопротивлялась все яростнее. «Я принес вам весточку о заговоре».

Мирмин прекратила сопротивляться, и почувствовала как ослабла хватка ее противника. «Как ты попал сюда?»– пробормотала она в руку человека.

«У всех нас есть свои секреты», – сказал он. «Я думаю, не стоит раскрывать их».

«Ты – ты имеешь в виду…заговор», – сказала она, ее дыхание участилось вместе с образами всплывшими в ее разуме. Она подумала, не стоит ли ей начать плакать, но потом решила, что не стоит.

«Негодяй Кнайтбридж все еще на коне».

Глаза Мирмин сузились.

«Но ты знаешь это. А если я скажу, что все три агента, которых Эвон Стралана использовал для этого дела, бежали? Келемвор, Адон и бывший вор Сайрик переодевшись, покинули город в компании двух незнакомок до полудня».

«Разве не эти трое упустили Кнайтбриджа? Подумайте над этим, миледи. Это все что я хотел сказать».

Когда Марек попытался подняться, Мирмин откатилась влево, словно собираясь закрыть свое лицо ладонями, и вместо этого схватилась за край кровати и обоими ногами ударила незнакомца в живот. По крику и хрусту, который она услышала, она предположила, что попала ему по ребрам.

«О боги!»– закричал вор, а Мирмин, попытавшись развить свой успех, ударила его в горло. Однако он распознав ее технику схватил за руку, но тут же понял свою ошибку, она ударила его по колену, вырвав второй крик боли с его губ и заставив его освободить ее руку, прежде чем он выдернет ее у него из плеча. Все это время Мирмин пронзительно кричала, так что Марек не удивился, когда двери в ее спальню вылетели и в них ворвалась целая ватага стражников.

Сперва Марек раздумывал – атаковать стражников или бежать. Но когда он подумал, как легко ему будет сбежать из жалких подземелий Арабеля, он поднял свои руки и сдался.

«Получите некоторые ответы от этого пса», – сказала Мирмин, замечая взгляды, которые притягивало ее почти обнаженное тело. «Ну? Вы что оглохли? Шевелитесь!»

Она остановила одного из людей. «И известите министра обороны, что я незамедлительно хочу видеть его в комнате для совещаний!» Она посмотрела на свой разорванный халат. «Когда я приведу себя в более подходящий вид».

«Я же говорил, что ты не пожалеешь, что стал стражником», – сказал один стражник другому, пока они тащили Марека прочь. Мирмин подождала, пока она вновь не осталась в своих покоях одна, и затем вспомнив слова стража, довольно улыбнулась. Но улыбка тотчас исчезла с ее лица, когда она подумала о троице, которая возможно предала ее, и мероприятиях, которые нужно будет провести, если это действительно было так.

Полчаса спустя, в комнате для совещаний, Мирмин расказала все что ей довелось услышать, Эвону Стралане, худому, темноволосому человеку с мертвенно-бледным цветом лица. Стралана серьезно покачал головой.

«Тогда я боюсь, что этот червь, Гельзундут, сказал правду», – сказал Стралана.

«Ты знал об этом?»– воскрикнула Мирмин.

«Этим утром, один из наших людей получил улики, необходимые для ареста Гельзундута».

«Продолжай».

Стралана перевел дыхание. «Прошлой ночью, к Гельзундуту пришел Адон и заплатил ему за фальшивые удостоверения личности для людей, имена которых звучали как Келемвор и Сайрик. Также он приобрел фальшивый пропуск. Гельзундут знал с кем имеет дело и с радостью на все согласился».

«На первом допросе Гельзундут намекнул, что может объявить о коррумпированности среди стражи. Гельзундут думал, что он может обменять эту информацию на свою свободу или на меньший срок. Заняло несколько часов прежде, чем эта свинья раскололась и все рассказала».

Мирмин посмотрела на хрупкое пламя одинокой свечи, горевшей перед Страланой. Когда она подняла свой взгляд, в нем плясала необузданая ярость.

«Я желаю знать, кто охранял ворота, когда Келемвор и остальные покинули Арабель. Я хочу, чтобы их привели сюда и допросили. Мы обсудим их наказание, как только выясним через какие ворота беглецы покинули город».

Стралана кивнул. «Да, миледи».

Руки Мирмин сжались в кулаки, так что побелели костяшки. Она с трудом расслабила их и произнесла, – «Затем мы разберемся с Келемвором и его шайкой».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю